В этот момент я подумал, что он просто хочет опустить меня перед группой, но в глазах я прочитал искренние извинения. Я мотнул головой и двинулся дальше, но он меня вновь остановил:

— Да погоди ты. Реально извини! Я же не знал, что ты из наших. Просто ты против Шестого пошел, ну, я и…

— Ничего, все нормально…

— Я ж не знал, что так все будет… А ты красава. Спас араба… Без обид? — он протянул мне руку.

— Конечно, — сказал я.

Третий подтащил меня к себе и обнял, как это принято у пацанов с улицы. Руки были в таком положении, словно мы были в спарринге по армреслингу. Я называл это братским приветствием. Он отстранился от меня, не разжимая руку:

— Красава, братиш. Ты если че обращайся. Я в девятой комнате, — он указал на комнату, по соседству с моей. — Рокером называют…

Я не знал, как представиться, но потом вспомнил Бонда и Тора.

— Ведьмаком прозвали, — сказал я.

Он разжал руку, кивнув.

— Будем знакомы, брат. Точно все нормально? Ну, ладно. Удачи, Ведьмак…

Он мигом влетел в свою комнату. Я постоял еще пару секунд, вытирая подбородок и шею от крови. Лишь потом я заметил цепкий девичий взгляд. Она стояла у стола в коридоре, помогая подруге в решении задачи. Но теперь она в упор смотрела на меня. Мы встретились взглядами, и мне от чего-то стало стыдно.

— Ты чего? — спросила ее подруга.

Но она смотрела на меня. Подруга, заметив меня, хитро улыбнулась и вновь взглянула на нее. Я опустил голову и вошел в свою комнату, Не то было настроение для знакомства. Совсем не то. В комнате были Бонд, Ли и Кудряш, горбатившиеся над тетрадями по математике. Я снял китель, футболку и бессильно рухнул на кровать, я даже не помнил, куда я кинул вещи. На кровати я почувствовал что-то шершавое и достал рукой, не вставая. Это были липучки с шевроном, номером и группой крови. Как раз их на кителе не хватало. Я положил их на тумбочку и уткнулся лицом в подушку.

— Герой, ты математику не собираешься писать? Тут такие задачи! — услышал я Бонда.

— Вставай, Рембо! — сказал Одиннадцатый. — Математику решать это тебе не мышцы качать!

Я прорычал в подушку и поднял голову. Затем полез рукой в тумбочку, даже не встав, достал белую тетрадь и кинул ее на стол удивленным парням.

— Вернуть только не забудьте, если кто будет искать — скажите, что я умер…

Затем я услышал шебуршание тетради, но сам уже был в полудреме.

— Фига себе, ты когда успел-то? — спросил кудрявый. — Блин, я даже таких формул не знаю…

— Кудряш, заткнись. С ответами же сходится, — заметил Седьмой.

Потом я провалился в сон, чувствуя лишь жжение в районе губы и боль в спине. Я спал, как убитый, устав. Слишком много произошло в один день. Внезапно боль в губе обострилась до невозможности, и я едва не подскочил на кровати.

— Тише, тише. Я всего лишь прижгу. Это остановит кровь, — сказал мужской голос.

Разлепив глаза, я увидел Ли, склонившегося надо мной. Я перехватил кусок ватки, которую он держал у моей губы. Я немного встал, шипя от боли, в комнате было темно, Бонд и Кудряш мирно спали. Получается, я спал уже пару часов. Подушка была частично в крови.

— Это девчонки дали. Такое чувство, что половина в тебя… того… как его..

— Влюбились?

— Ну, да. Только другое слово… Тырить… блин, как же это.

— Втюриться…

— Во… Кстати, разденься, а то лейтенант придет еще… наорет… и еще. Твою тетрадь попросил Третий. Никто не верит, что это сделал ты…

— Я просто счастлив, — безразлично ответил я, сняв обувь и штаны.

— По-моему, они хотят тебя увидеть… девчонки!

Я укатался в одеяло и отвернулся к стенке.

— Ведьмак! Ты меня вообще слушаешь?

— Спокойной ночи, Ли…

— Кстати, а что такое Ведьмак?!

— ЛИ, ДОБРОЙ НОЧИ!

Едва он отошел от кровати, я снова провалился в сон. Впереди было долгих девять месяцев…

* * *

И вновь я стоял навытяжку в кабинете наставника, глядя на зеленое дерево. Было время обеда, Солнце светило прямо в лицо, но меня это не раздражало. Наоборот. Наставник ходил из стороны в сторону, шумно дыша. Я не отрывался от дерева, от игры света с зелеными листьями. Сейф наставника внезапно открылся, открыв личные дела. Удар вернул дверцу на место.

— Это вы метнули нож, рекрут номер 13?! — крикнул он.

— Никак нет, мастер!

Бальд сжал кулаки, затем ураганом пролетел мимо и запер дверь. После он подошел ко мне.

— Ну, что происходит, скажи! Что вчера произошло? Мне ты можешь сказать?!

Я стоял, как струна, высоко подняв подбородок. Бальд стоял и ждал. Я хранил молчание. Он опустил голову и закивал:

— Теперь вот так… по разные стороны, значит. Думаешь, я стучать предлагаю?! Вспомни, что было неделю назад! Мы жизни спасали друг другу! А теперь…

Я это прекрасно понимал. И все прекрасно помнил. Уж слишком часто ночные кошмары выдавали подробности той страшной ночи. И тем не менее, я молчал. Я не собирался оправдываться, ведь я был прав! И главное, что я это знал. На остальное плевать. Бальд отошел от меня и сел на кресло. В комнату влетела муха и села мне на плечо. Я сделал вид, что не заметил.

— Ты, кстати, зря сцепился с Шестым… у таких людей большие компании, которые слепы. Они будут тебя ненавидеть. В коллективах они обычно лидеры…

Бальд развернулся на стуле к окну. Муха перелетела на мое ухо, играя у меня на нервах. А они и без того были напряжены. И все же я не дернулся.

— Внимание девушек… И он чемпион Мексики по единоборствам… Опасный человек.

Муха вновь противно зажужала прямо под ухом, я вскипел. Отогнав ее правой рукой, я подошел ближе к Воину:

— И что я теперь должен был стоять и смотреть, как он прирезал бы этого араба?! — крикнул я, а потом закрыл глаза.

Бальд специально меня вывел, и это противное насекомое лишь ускорило желаемый эффект. Здоровяк хитро улыбнулся.

— И ты отнял у него нож и метнул в толпу?

— Да я даже не трогал его, Бальд! Выбил из рук, он улетел! Дальше меня немножко об стол покидали, — сказал я, потерпев спину.

— Ну, это я в курсе. Тебе нужно тренироваться. Если смотреть твои данные, то тебе просто грех по морде получать, зато падающих девушек ловить — в самый раз.

Я вновь глянул на широко улыбающегося наставника. Он и про это знал. Вот сволочь, откуда? Хотя, дурацкий вопрос. Вчера меня видели все. Бальд достал листок бумаги и передал его мне. Я взял его в руки, пытаясь разобрать кривой почерк. Я прочитал текст, но не понял ничего. Вверху была подпись некоего Тивилиэна.

— Что это? — спросил я.

— Рапорт на специальное обучение рекрута, готовящегося стать Стражем. Верховный Воин согласился со мной и решил, что отдавать тебя магам будет нелогично. Функции и обучения Воина более схожи с обучением Стража, нежели обучение в монастыре.

Арчибальд подвинулся ближе ко мне, лишь сейчас я понял, кто такой Тивилиэн.

— Каждый день после обеда ты будешь ходить на тренировки в спортзал. Каждую среду ты будешь ходить в библиотеку, для того чтобы писать домашнее задание, — здоровяк наклонился к самому уху. — Якобы.

— То есть? — не понял я.

— То есть, ты каждый день вместе со мной будешь уходить из учебного центра. Будем с тобой изучать… особые дисциплины. А в библиотеке ты будешь встречаться с доктором Хаусом.

— Ты издеваешься?! — улыбнулся я.

— Просто совпадение. Он лучший из тех, кто разбирается в монстрах. Но это только между нами…

Я передал рапорт обратно и встал из-за стола. Бальд сложил его пополам и положил в стол. Я поправил форму, вдыхая пыльный воздух кабинета.

— Это хорошо, а то я второй день умираю на занятиях.

— Придется поумирать еще неделю…

Я приложил кулак к левой груди, развернулся и двинулся к двери. Пол скрипел под тяжелыми берцами, я был доволен встречей. Тем более, что разъяренный Артур уехал домой. Может, успокоится, да забудет?

— Наверное, у тебя есть вопрос на счет номера и запрета на имена…