— Ненавижу мышей… А разве есть варианты? Когда выберусь в Большой мир заеду, заберу. Так пока и на мотоцикле смогу.

— С твоей ногой? — бровь сама поднялась в изумлении.

— У меня повреждено колено. Стопу я чувствую, единственное нужно купить трость. Мне так еще месяц ковылять. Давай завтра заедем?

Артем расставил книги и слез с небольшой стремянки. У стены стояло около шести картин, которые он начал протирать.

— Завтра никак… у меня встреча… важная..

Артур опер руки в бока, оскалив зубы:

— Девушка? Свидание?

— Да с чего ты решил?!

— Потому что знаю, и ты краснеешь. Ну же! Где познакомился? Библиотека, клуб, парк, улица, рейд…

— Арт!

— Все понял, рейд, — Артур прыгнул на спину к здоровяку. — Как зовут? М? Как зовут? Не слезу, пока не скажешь!

— Вот черт лысый!

— Это через месяц пройдет. Ну??? А?

— Элиза, — сдался Здоровяк.

Артур спрыгнул со спины, улыбаясь во все зубы. Затем они перевернули стол и потащили его на кухню, где уже стоял холодильник и плита. Холодильник был наполовину пуст, Артем осмотрел квартиру и понял, что работы здесь на неделю. Блондин, который сейчас был лыс, открыл окно и закурил, поглядываю на полную площадь Семи Фонтанов.

— Вспоминаешь их? — спросил Артем.

— Да какая разница, Тём, — ответил Воин, затянувшись. — Все равно до конца подготовки меня не пустят в рейд. А это может быть около года…

Хозяин квартиры достал из холодильника водку и три рюмки. Все три он налил до краев, но на одну положил кусок хлеба. Артем не стал возражать.

— Я знал, что тебе по душе работа тихая, потому, попросил, чтобы ты был вместе со мной. Я не справлюсь, Бальд… Мне нужна твоя помощь.

— Без проблем. Только не называй меня Бальд, когда мы один на один…

Оба Воина взяли рюмки, выдохнули, и тут в квартиру влетел Тор, искоса поглядывая на рюмки. Артем замер в присутствии начальника, а Артур просто ждал.

— Еще рюмка найдется? — спросил он.

— Конечно, — ответил племянник, доставая четвертую.

Приготовления заняли секунды. Затем они медленно подняли рюмки и замерли, думая о всех погибших в городе. Потом, как по команде, они опустошили рюмки. Тор аккуратно сел за стул и потер нос.

— Прочитал я твой рапорт… Ничего вас так на приключения то потянуло. Что тебя, что Артура. Один в Черных Сферах выживает, другой дерется с чудовищем вместе с пацаном и разносит школу в щепки. Ну, и казенную машину…

— Мастер Тор, была необходимость…

— Да я все понимаю. Вы оба представлены к наградам… Да, скажу я вам, пацаны… Сколько лет уже служу и столько видел, но только одна сладкая парочка не перестает меня шокировать…

Артур протянул руку, Артем в ответ ударил по ладони и улыбнулся. Тор достал сигареты и закурил, блондин же затушил свою:

— В понедельник группам представят их командиров. Обычно их набирают в смешанном режиме, но…

— Благодаря особому отношению к нашим бандитским личностям, — догадался племянник.

— Короче, я привез личные дела тех, кого приняли. Набираете всю группу по вашему выбору.

— И столько таких дел? — спросил здоровяк.

— Около полутора тысяч, но для вас я привёз шестьсот пятьдесят: в машину больше не влезло. За несколько дней отмели полторы тысячи человек.

Артур присвистнул, уронив костыль. Следующий час они занимались тем, что перетаскивали дела в квартиру. Хозяин квартиры уже просматривал дела, так как физически не мог помочь. Тор сказал, чтобы утром все было готово, личные дела он заберет и в отдельной стопке — те тридцать счастливчиков, которых они отберут. Просмотр личных дел затянулся до глубокой ночи и уже истратил большую коробку кофе.

— Антонио Геварес, семнадцать лет. Чемпион Мексики по рукопашному бою, — Артур пролистал награды и отложил дело в стопку его группы, насчитывающей только пять человек.

— Андрей Баркалов, первый разряд по шахматам, отец потомственный военный, — прочитал здоровяк.

Артур покосился на друга и тот с недовольной физиономией отложил в сторону. Блондин тяжело выдохнул и ударился лбом о стол. Артем подпер руками голову, смотря на другую стопку.

— Сколько еще? — спросил инвалид.

— Триста двадцать семь…

Артур округлил глаза, но все же поднялся и продолжил просматривать дела. Вокруг стола было разбросано куча непрочитанных дел, на самом столе было две стопки: одна с делами более-менее подходящими, вторая с теми, кто по-любому входит. Блондин наклонился и достал новое дело, отличающейся своей тонкостью.

— Александр Климов, семнадцать лет, занимался легкий атлетикой в детстве. Мда…

Артур отправил очередное неподходящее дело на балкон и достал новое:

— Артур Аракелян, двадцать два года…

— Подожди, как ты сказал? — очнулся Артем.

— Аракелян. Прикольная фамилия.

— Нет, до этого!

Блондин недовольно пробормотал и вытащил дело, которое только отбросил. Он протянул его здоровяку, а сам взял другое. Здоровяк, едва взяв личное дело, засиял, как солнечный диск на небе. Затем он полистал документы и протянул обратно Артуру:

— Прочитай очень внимательно…

Блондин недовольно покачал головой, но дело взял, читая вслух:

— Надо же… справка о полном обследовании, — Артур поменялся в лице. — Активность мозга сорок два процента… возможность телекинеза и использования магии… Так его надо в монастырь на фиг, к магам!

— Читай дальше…

— Изменение строения органов зрения с возможностью видеть в темноте?!

— Именно…

— Физические показатели… Бальд, да это фигня! Этот тип превосходит наши с тобой данные!

— Все верно. Прочитай еще отзыв врача… и прибавь к этому убийство Магика…

— Твой пацан?

Артем довольно кивнул. Артур закрыл дело и положил его в маленькую стопку:

— Вот ты им и будешь заниматься…

* * *

Я несколько часов смотрел, как медленно поднимается солнце. Из-за высоких гор в Леконфаме утро начиналось намного позже, что было ужасно непривычно. В воскресенье вечером всех, кто стал рекрутом, перевели в общежитие на территории учебного центра. Нас разместили в комнатах по четыре человека, где были четыре кровати и четыре прикроватные тумбочки, широкое окно, небольшая комната с туалетом, раковиной и душевой. И все. Все старые вещи мне пришлось сдать и получить военную форму серого цвета с черной футболкой и высокими берцами. Никогда не думал, что мне будет идти военная форма. На кителе было пару свободных мест для липучек.

В своей комнате я был один. Пока что. Прошлым утром мне что-то вкололи прямо перед запястьем и правая рука теперь жутко горела сутки. Как мне объяснили, это проект электронного паспорта. Но повязку с руки я снимать не решился. А вот с глаза с радостью снял и выбросил.

В комнату, называемую аборигенами кубриками или кубарями, вошли три парня примерно моего возраста в такой же форме и небольшими сумками. Они разместились на свободных кроватях, совершенно не обращая внимания на мою скромную персону. Хреново, если они по-русски не говорят. Хоть вешайся со скуки…

— Рекруты, строится в две шеренги на центральном проходе! — раздалось из коридора.

Мои сожители выругались трехэтажным матом, к моей великой радости. Я вышел в коридор, где в панике строились рекруты. В толпе я быстро определил парней, с которыми жил в казарме, и стал рядом с ними, поздоровавшись. Мы были единственные, кто строился без паники, уже немного привыкшие ко всяким элементам военной жизни. Став в первой шеренге, я слышал лишь шепот, спрашивающий про человека в костюме. К своему удовольствию я увидел своего недавнего знакомого — любителя колесить на чёрном бэнтли.

— Становись! Тишина в строю! — гаркнул здоровенный сержант с орлинным носом.

— Товарищи рекруты, вы все были признаны годными к службе и рекрутскому обучению. Вас случайным образом распределили на группы, в которых вы будете проходить обучение, — Тор ходил перед строем туда-сюда, заложив руки за спину и горбатясь, тем самым напоминая ворону, вышагивающую по бордюру.