***

Жизнь продолжалась. Ничто больше не предсказывало трагических событий. Вот только они, не дожидаясь приглашения, пришли сами. Ворвались в действительность, успешно маскируясь под перемены.

Тогда Олеся и не догадывалась, чем обернется для нее рокировка высшего руководства фирмы. Впрочем, если бы она каким-то мистическим образом и догадалась о сгущающихся над ней тучах, вряд ли сумела достойно противостоять неведомой опасности.

Но, интуиция молчала, хотя не раз и не два выручала хозяйку из разного рода неприятностей.

Не зря многие специалисты называют летние месяцы мертвым сезоном в риэлторском деле. Правдиво на сто процентов. Так и фирме "Белый дом" не особо везло на клиентов в июле. Не по-летнему холодному, дождливому и слякотному. Тот, кто мог позволить себе отпуск в жарком климате, думал только о предстоящем путешествии, но никак не о покупке квартиры, сада или дома с приусадебным участком.

Олеся развалилась в кресле и лениво переговаривалась с коллегами. Уже были перепробованы все мало-мальски интересные занятия: девушки попили кофе, подкрепили силы вкуснейшими пирожными из соседнего кафе, полазали в интернете, ища как потенциальных клиентов, так и просто дело для души. Выжали все соки из мобильников, мучая закаченные приложения. Докопались до занятых мужей и любовников с сакральным вопросом: "Чем занимаешься?". Вспомнили и о древних компьютерных игрушках из разряда "Стандартные". Такого массового разминирования бомб бедный "Сапер" не знал, наверное, со времен становления.

Вскоре стало скучно. Даже последние новости из уст первой сплетницы Зайцевой, не казались яркими и свежими хотя бы чуть-чуть будоражащими разморенные ничегонеделанием женские головки.

Один раз звонил телефон, к трубке метнулись ввосьмером. Столкнулись возле стола и попадали на пол. Пока разобрались, где, чьи руки-ноги, мелодичная трель аппарата прекратилась.

Девушки дружно гипнотизировали настенные часы. Будь те живыми, давно бы покраснели от стыда и поторопили ход времени. Однако ходилки не спешили оживать и продолжали мерно передвигать стрелки. До официального окончания трудового дня (неофициальный мог растянуться на неопределенно долгое время) оставался час, который, как казалось Олесе, длился бесконечно. Впрочем, она ошибалась, предполагая, что финал понедельника будет столь же унылым, как и его начало.

Без пятнадцати семь обожаемый и уважаемый босс Геннадий Борисович Котлов, между своими просто Котел, пригласил сотрудников к себе в кабинет. Собрались все: менеджеры, секретарша Любочка, Галина, не так давно ставшая местным юристом, охранники с входа. Даже уборщица, бабушка-пенсионерка, начинавшая трудиться за час до закрытия, устроилась за широким столом. Олеся не захотела занимать стул, опасаясь заработать еще большую степень плоскопопия. Опершись спиной о стену, осталась на ногах.

- Дорогие мои, - без предисловия начал Геннадий Борисович. - Я ухожу.

Подруги недоуменно переглянулись.

Котел, дав сотрудникам время, чтобы переварить новость, продолжил.

- Да, да, вы не ослышались, я ухожу. Продаю контрольный пакет, место директора и отправляюсь на покой. Буду постигать истину бытия.

Шеф облизнулся, мысленно уносясь в те дали, где, как подумала Олеся, и не пахло покоем. Судя по окрыленному и мечтательному виду обычно невозмутимого Геннадия Борисовича, его истина носила каблуки и имела крайне одухотворяющие достоинства.

Олеся еще раз внимательно посмотрела на босса. Полноватый, невысокий, лысый - кому-то он казался смешным, но только не ей. За этим непрезентабельным фасадом скрывался ум и деловая жилка, столько лет не позволявшие Котлу утопить в болоте с крокодилами-конкурентами собственное детище.

Народ возмущенно загудел, но шеф попросил тишины.

- Не стоит переживать, - одобряющее улыбнулся он. - Лично для вас ничего не изменится. Новый руководитель не намерен что-либо переиначивать, все останутся на своих местах.

Скорая на эмоции Зайцева возмущенно раскрыла рот, стремясь донести до Геннадия Борисовича опасения масс, но была им же перебита.

- Настенька, милая, - возмутился босс. - Неужели за годы нашего знакомства ты до сих пор не уяснила - я никогда не доверяю словоблудию?

Он деланно покачал головой.

- Все отражено в договоре. Никто не уволит вас без причины. Не беспокойтесь.

- И когда же мы познакомимся с вашим заменителем, - все еще немного недовольная, поинтересовалась Зайцева.

- О! - оживился Геннадий Борисович.

Глянул на наручные часы и удовлетворенно кивнул.

- Судя по моим электронным, с минуту на минуту.

Будто подтверждая его слова, в холле зазвонили китайские колокольчики. Сотрудники мгновенно умолкли и синхронно повернули головы в сторону входа.

Послышалось гулкое эхо шагов. Незнакомец энергично, но без спешки шел по паркету приемного кабинета менеджеров. Олесе вдруг стало душно, дыхание сбилось, а по позвоночнику поползла капля. Руки мелко-мелко задрожали, колени согнулись. Только благодаря силе воли она не упала. Уставившись на дверь, она почему-то боялась моргнуть лишний раз и пропустить...Что? Появление не представленного еще начальника? А, может, чувствовала опасение из-за его прибытия? На этот вопрос Олеся не сумела ответить даже самой себе.

Шаги затихли возле двери. Не утруждаясь стуком, невидимый посетитель толкнул створку - едва слышный скрип петель показался Смирновой громовым раскатом. Она от неожиданности дрогнула и прикрыла глаза. Через мгновение, услышав слаженное женское "ах", резко распахнула веки. Посмотрела на проем и едва повторно не потеряла равновесие - враз ослабевшие ноги отказались держать свою хозяйку.

На пороге стояло оно. Чудовище.

Демон. Монстр. Или же ужасное порождение ее воспаленного разума.

Развивающиеся будто на ветру волосы-змеи, алые проемы глаз, хищное лицо. Неправдоподобно длинные руки-лапы, оканчивающиеся острыми когтями; мощные, покрытые отвратительными наростами ноги. И самое тошнотворное - белесые жгуты, гигантские черви солитеры, начинающиеся где-то за спиной, живым плащом покрывающие тело индивида.

Едва не заорав, Олеся пошатнулась. Всего на миг потеряла из вида омерзительное существо, а когда снова посмотрела, то не обнаружила демона. На пороге стоял обыкновенный, ну нет, совсем не обыкновенный, а весьма привлекательный мужчина. Она растерянно приоткрыла рот и потрясла головой. Опять зажмурилась и с опаской глянула на незнакомца. Тут же выдохнула с облегчением - картинка не изменилась. Красавец не спешил превращаться в монстра.

Пообещав самой себе, что прямо с завтра, не откладывая, займется восстановлением психики (видимо, перенесенный стресс давал о себе знать таким вот малоприятным образом), Олеся принялась с интересом рассматривать мужчину.

Лет тридцати-тридцати пяти, высокий, широкоплечий, статный. Одет в дорогой, судя по идеальной посадке, шитый на заказ темно-серый костюм. В белой сорочке и при галстуке.

Зеленые глаза незнакомца смотрели прямо и открыто, без излишнего высокомерия и презрительности. Тонкие губы приветливо улыбались. Черные волосы были интересной длины - еще сантиметр, и стрижка перейдет из разряда "легкая беспечность" в категорию "неряшливая оброслость".

Еще одной отличительной чертой будущего директора оказались усики. Олеся даже не думала, что презираемый многими атрибут мужского имиджа может смотреться так пикантно на его лице. Большинство ее знакомых лелеяли бороды или же щеголяли гладковыбритыми подбородками, поэтому она с некоторым изумлением и что скрывать, восхищением, смотрела на представителя вымирающего вида носящих усы.

- Здравствуйте, Вячеслав Игоревич, прошу, проходите, - засуетился почти бывший шеф. - Как раз все собрались.

- Господа, - обернулся он к сотрудникам. - Представляю вам Вячеслава Игоревича Орлова, вашего нового директора и защитника. Прошу любить и жаловать.