«Этот Мэл» и вовсе не представлял из себя ничего интересного: мелкий жулик без особых талантов, но с огромными амбициями. Такие вечно в долгах как в шелках. Оставалось только подивиться, как на это сокровище вообще мог польститься хоть кто-нибудь.

Но Билл польстился и отхватил на свою симпатичную голову проблем в виде чужих долгов, чужих же не самых приятных знакомств и тройного убийства в личное дело. С пометкой «самозащита», но всё же.

Проверив записи на кристаллах, Макс поднялся.

— Что ж, Вильгельм, на сегодня информации достаточно. Можешь быть свободен, явишься в участок через два дня, в пять часов пополудни. Настоятельно рекомендую Синтар не покидать.

— Что, прямо так и отпустишь? — насмешливо прищурился Билл, тоже поднимаясь.

Макс едва не присвистнул, оценив высокий рост, стройное тело и неприлично длинные ноги в узких штанах. Хорош, поганец. И ранен, о чем подумать Макс должен был в первую очередь. Он задумался ровно на мгновение, прежде чем выдать:

— Не прямо так. Тебя есть кому забрать?

— Ну как тебе сказать…

— Ясно. Собирайся, провожу тебя.

Билл явно опешил от такого поворота. (Да Макс и сам опешил, чего уж там.)

— Н-не надо меня провожать! — возмутился он, шустро упрятав в карман книжку и принимаясь нервно ерошить волосы. — Это дофига любезно и всё такое, но я вообще-то большой мальчик, до дома сам доползти могу.

Насчет «доползти» вообще-то верно — пацан бледен как простыня, тени под глазами уже можно принять за модный когда-то некромантский макияж, да и ведёт его заметно. Вот и оправдание: Макс просто не хочет, чтобы сын Фоули загнулся в какой-нибудь подворотне.

— Это был не вопрос, Вильгельм. Прослежу, чтобы ты ещё кого-нибудь не убил по дороге.

Вышло вполне убедительно, как на взгляд Макса. Хотя Билл всё равно покосился на него недоверчиво, явно в чём-то подозревая.

— Если хотел узнать мой адресок, то так бы и сказал, — наконец фыркнул он и потянул на себя дверь допросной. — О-о, Найджел, детка, ты меня ждешь?..

Макс, глядя на всё это (восхищенного Бёрка и перепуганного котенка) только и смог, что закатить глаза. Потому как Найджел действительно ждал, чуть ли с объятиями не накинулся на пацана… На пару с Мюреем. Ну конечно, этого никакими угрозами не выгнать оттуда, где ему интересно — будь то хоть допросная со смазливым пацаном, хоть морг с «любопытно вскрытым трупом».

— Мюррей! — рявкнул он, отчего Френсис аж подскочил. Макс остался доволен собой, глядя на его возмущенное лицо. — Почему я вижу тебя здесь до сих пор? Не знаешь, чем заняться? Так сразу бы сказал, я найду. Полы, вон, в отделе не мыты…

— Ну какие полы, шеф? — Френсис предсказуемо сверкнул своей улыбочкой во все тридцать два. — Тут такая шельма, а ты меня в уборщицы записать хочешь?

И плевать же придурку, что «шельма» стоит прямо тут, наглаживает котенка и тоже хоть и лыбится, но от такого комплимента явно опешил. Вон как замер и даже отошел подальше от Мюррея, любо-дорого посмотреть.

Интересно, кто из них заебал бы другого раньше?

— На сегодня это моя шельма, — отрезал Макс. — Выдайте задержанному его имущество и возьмите расписку. Вильгельм, через десять минут жду внизу.

Из допросной он вышел вполне довольный собой. Мюррею так и не удалось вставить последнее слово, да и не пришлось объяснять своим подчиненным, на кой ему вообще стрельнуло провожать задержанного. С чего бы ему вообще это делать — кому-то что-то объяснять? В конце концов, восьмой десяток уже не за горами, можно позволить себе чуточку эксцентричности. Дальгор с Ларссоном вон брачным агентством себя возомнили, а он всего-то симпатичного мальчика проводить собрался… Забота о сыне друга, не более того.

Макс закурил, привалившись к фонарю неподалеку от дверей, выдохнул дым в тёмное уже небо. В это время года всегда рано темнеет, самое оно для некроманта. Хотя погоду такую — туман, влажность и лужи под ногами — Макс не любил. Они не навевали тоску, вовсе нет, тем более что он родился и вырос здесь. Просто было неуютно. И нога ныла, да.

— Ну на-адо же, — послышался рядом тягучий голосок, — меня и правда собрался провожать сам коммандер? Какая честь.

— Цени мою доброту, — парировал Макс и протянул ему сигариллу. — Будешь?

— Что за глупые вопросы? — фыркнул Билл, шустро выхватывая сигариллу и прикуривая от тусклого огонька на кончиках пальцев. — То есть благодарю, сударь, вы так галантны! Я прям уже почти весь ваш! Возьмите мою руку, сердце и прочие потроха. Некросам же нравятся потроха? О, ещё бы!..

— Для этого мне придется тебя убить, — Макс пожал плечами, снова задирая голову вверх (нет, не потому что не хотел смотреть на пухлые губы вокруг сигариллы — этого как раз таки хотелось). — Если тебе интересно, помимо потрохов мне нравятся красивая грудь и ноги. С первым у тебя беда, но вот со вторым повезло. Я оценил.

И Бездна знает, с чего ему вообще взбрело в голову отвешивать комплименты малолетке (и всё ещё сыну Джерарда). Но ноги и впрямь хороши, так почему нет?

Напрасно было ожидать, что наглющий пацан смутится хоть немного.

— Ну естественно, оценил! Ты же не слепой, право слово… — он было приосанился с картинным самодовольством, но тут же глянул куда-то вперед и возмущенно поперхнулся. — Что, опять? Вот блядство!

И, упрятав котенка за пазуху, чуть не бегом направился к потухшему фонарю. Поводил руками по воздуху; нежно, как пригожую девицу, облапал кованый столб; и только когда фонарь снова вспыхнул с сухим треском, вернулся обратно.

— Каждую неделю его чиню, заколебался уже, — негодующе поведал Билл, поглаживая кота — точнее, вяло шевелящийся под рубашкой бугорок. — Осветительную цепь давно менять пора: она, поди, старше меня лет на пяток.

Макс на это только вздохнул.

— Тебе бы кто голову починил… Кстати, — он схватил Билла за рукав, — наклонись-ка.

Как и ожидалось, эта нехитрая просьба вызвала нездоровое оживление.

— Вот прям так сразу? Ох, коммандер, полегче! Давайте хоть до дому дойдем!

— Да брось, глянь какие в Синтаре переулки замечательные, — Макс кивнул на один такой прогал между домами, усмехнувшись — эти вчерашние подростки такие предсказуемые. Все мысли сплошь о сексе, независимо от состояния и ситуации. — Наклонись, подлечу. А то на тебя смотреть больно, не то что в тёмный угол тащить.

На этот раз Билл всё же наклонился, подставляя вихрастую голову под пальцы Макса. В лечебном деле тот был не силен, но кое-что всё же умел. Некромантам, с их привычкой резать себе вены едва ли не при каждом акте колдовства, это жизненно необходимо.

Рана от удара кастетом выглядела не так уж паршиво, как думал Макс. Уже начала затягиваться, яро свидетельствуя о том, что мальчишка силен, а в родне и впрямь потоптались демоны или фейри. Или оборотни, но об этом хотелось думать меньше всего — шерстяных тварей Макс не любил во всём их многообразии. Он повёл пальцами, добавил немного силы и сплел легкое заклинание, от которого на затылке Билла остался шрам. К утру заживет и он, не оставив следа.

Удобно быть магом, как ни крути.

— Сойдет, — решил он, отходя от Билла на худо-бедно приличное расстояние. А то к утру пол-улицы будет говорить о том, как почтенный коммандер некроотдела лапал мальчишку под фонарем. Хотя эти и так будут — по весне в Синтаре мало интересного.

Уже у самого портала Макс поинтересовался, куда именно им надо, и первым шагнул в светящуюся арку. С трудом подавил в себе желание обнять Билла, чтобы не вывалился ненароком не там, где надо — порталы были стабильны и считались безопаснее любых повозок, но на организм всё же влияли. Шутка ли — в считанные секунды перенестись на несколько миль. А мальчишка явно нездоров и устал.

Макс отмахнулся от собственных назойливых мыслей, но, оказавшись по ту сторону, развернулся на месте. Не зря, как выяснилось — Билл не промахнулся, но заметно пошатнулся и споткнулся о булыжник. Макс выставил руки прежде, чем успел даже понять, что делает, обхватил узкую талию и на мгновение прижал мальчишку к себе. Уха коснулось горячее дыхание, вызвав едва заметную дрожь, побежавшую по позвоночнику. Он оказался удивительно легким, как для своего роста и столь же удивительно ладным.