С крыльца она спустилась уже медведицей (слава Хаосу, хоть помолчит!), светло-бурой и очень крупной как для самки, и тут же схватила Хоту за шкирку. Тот предсказуемо задергал лапами — мол, я тут вам не щенок какой, — однако же из её зубов поостерегся бы вырываться сам Дар. Свободу мелкий пакостник получил, только когда они перешли реку: по этому берегу идти дольше, но легче — меньше острых камней, склон более пологий…
В любой нормальной деревне, едва завидев на улице трёх медведей, все непременно взялись бы за ружья, вилы и прочую сельскую утварь. Но Таненгрев — не обычная деревня. Зверь тут каждый первый, и эдакий тёплый прием ожидает скорее простого человека.
Дар принюхался — в деревне пахло мирной жизнью, едой и свежей древесиной с местной лесопилки.
А ещё волком. И котом. Увы, не тем, которого хотелось видеть даже сильнее, чем корзину, доверху забитую рыбой.
Барс. Поприятнее любой псины, однако с тигром и близко не сравнить…
Само собой, к нему пожаловал Мэйс гро Легдал. И само собой, Дар бы с радостью обошелся без его визита: альфа барсов ему никогда особо не нравился. Что до неведомого волка… хотя нет, запах определенно ему знаком. Неужто Варен припожаловал? Был бы Дар в человеческой форме — непременно бы поморщился. Альфа северных волков вроде бы не жаловал Мэйса, однако Дар по своему опыту знал — против общего врага объединишься с кем угодно.
Наскоро отбившись от бабушки, предсказуемо решившей затащить его на кухню, Дар оделся — ну не трясти ж мудями перед честным народом? — и направился к незваным гостям.
Кабак Оларза стоял в Таненгреве с тех незапамятных времен, когда гномы ещё не ушли окончательно в горы, а слова вроде «канализация» и «толерантность» звучали всё равно что призыв какого хитровыебанного демона. Здание старое, но крепкое — как и всё, что строил медвежий клан при помощи гномов. И вывески тоже нет, на сей раз за ненадобностью — кто в деревне не знает, где можно выпить в любое время дня и ночи да получить ночлег? И работу поутру, чтобы отработать выхлебанное, если вдруг талеров не хватило.
Альфы заняли столик в самом дальнем углу и почти беззвучно перешёптывались, склонившись друг к другу. Едва почуяв Дара, оба выпрямились, точно получив по колу в задницу, да как по команде состроили зловеще-невозмутимые морды.
«Угу. Спелись, стало быть…»
Дар самонадеянно полагал, что от волков — ближайшей родни их клану — неприятностей ждать не стоит. Варен ведь его давний приятель, толковый мужик, пусть и не слишком чистый на руку… Однако недружелюбный, полный поистине северного холода взгляд заставил резко так усомниться в их с Вареном великой любви. Глядел тот так, точно все медведи разом нанесли ему несмываемое оскорбление.
Мысленно застонав от досады — «Хаос великий, да как же ж всё заебало!» — Дар кое-как натянул на физиономию более-менее радушное выражение и поспешил в облюбованный альфами закуток кабака, нынче почти пустого. Тем и лучше для него. Не будет лишних свидетелей возможным разборкам.
Хотя каким уж тут «возможным», когда лёгкий флёр пиздеца так и витает в воздухе? Варен при виде него тут же поднялся и как ни в чём не бывало пожал протянутую руку; Мэйс же картинно помедлил, кривя красиво очерченные губы в язвительной усмешке и сверкая зелено-золотыми глазищами из-под белёсых ресниц.
Ну а как же иначе? Кошки, они такие. Демонстративные от ушей и до кончика хвоста. И нахальные до невозможности, будь то клятый альфа-лев или мелкий камышовый котик.
Была, правда, малодушная надежда, что у Мэйса нахальства поубавится. Если верить слухам, Изар намедни хорошенько оттаскал стервозного красавчика за белобрысые волосёнки, а пятерых бет вовсе расшвырял как котят, будто и не заметив. Дар, признаться, чуть не лопнул от гордости за своего маршала котика; однако его собственные беты нещадно издевались над его глупой мордой добрых полдня…
Но вот если верить глазам и носу, то Мэйса нехило отделали. После стычки с Крэстани уже минуло дней пять, а от альфы барсов тянуло кровью и антибиотиками — верный признак серьёзных ран, полученных от другого оборотня. Да и не будь запаха, видно, что движется он очень скованно…
И тем не менее перед ним сейчас привычный глазу Мэйс гро Легдал, вожак самого большого клана на Севере. Наглющий, чванливый и самодовольный. Этот альфа-барсик ещё даже не раскрыл свой поганый рот, а уже хотелось его чем-нибудь огреть.
— Искромётная из вас вышла парочка, — хохотнул Дар, надеясь, что вышло не слишком натужно. — О свадьбе объявить надумали? Я, конечно, парень толерантный, но…
— Мы наслышаны, — Мэйс приторно улыбнулся, продолжая взглядом метать молнии. — Поэтому, собственно, мы и здесь…
Варен недовольно зыркнул на хвостатое трепло и в обычной своей манере вывалил шило из мешка:
— Дар, я не намерен ждать, пока ты наиграешься с Крэстани. Либо ты вышвырнешь эту черномазую шваль из Греймора, либо ты такая же угроза нашей власти, как и он.
— Он не уважает нас, наши порядки и законы, а значит, ему здесь не рады, — на пафосе ввернул Мэйс, задрав к потолку острый подбородок. — Либо ты с ним, либо с нами.
Дар чудом удержался от смешка. Уселся на свободное место, подозвал к себе официантку — премиленькую фигуристую внучку Оларза, — попросил пива. Насухую болтать с невесть что о себе возомнившими альфами желания нет. А вот побесить нарочитой нерасторопностью — очень даже. И только отхлебнув из принесенной кружки и откинувшись назад, он лениво поинтересовался:
— А теперь, друзья мои, поясните-ка мне, идиоту, как вы представляете вышвыривание ликвидатора из Греймора? Нет, я готов проникнуться вашей драмой, — он ткнул кружкой в Мэйса, — ай-яй-яй, потерять двух бет и омегу из-за собственного мудачизма! Но я прямо жажду трогательных описаний — как мы втроем коварно избавляемся от столичного охотника на нечисть? И это после убийства Стефана. Ну, кто начнёт делиться охуительными идеями?
— Крэстани не просто маршал, он прежде всего оборотень, — отрезал Варен, нервным жестом откинув со лба длинные медно-рыжие волосы. — Сам знаешь, в разборки сверхов людишки не полезут. Что мы, не управимся толпой с одним пустынным мракобесом? А не с ним, так с его омежонком…
— О да, с омежонком твои волчата уже управились, — надменно хмыкнул Мэйс, хлебнув из своей кружки — он пил тёмный эль, судя по запаху. — Слыхал, часа не прошло, как примчался папочка-тигр и двоих переломал, а третьего загрыз, как зайчонка.
Вот это уже что-то новенькое. Но уточнять подробности явно лучше не у Варена.
«Кажется, маршал котик задолжал мне очень занимательную беседу», — хмыкнул Дар про себя чуть нервно.
Видит Хаос, он очень не любит, когда в его Моэргрине что-то творится без его ведома. Изар вряд ли станет докладывать о каждом своём чихе — он всё-таки альфа, ещё и кот. Но существует, в конце концов, элементарная вежливость! Что ему стоило черкнуть пару строк на инфопочту? «Перерву волкам пару глоток, жди Варена в гости, люблю-целую…»
Ладно, это впрямь подождёт. Сейчас без того весело.
— Крэстани ещё ответит за это! — рыкнул альфа волков, разозлённый то ли словами Мэйса, то ли его же ехидной мордой. — Он не имел права трогать моих волчат, омежка к ним первый полез. Самоубийца, мать его! Кроме того, — он нехорошо сощурил глаза, серо-стальные и жутко злющие, — у Крэстани ещё и беременная девчонка имеется. Слабое звено, однако! Я б на его месте теперь приглядывал за ней получше…
Дар меланхолично глянул на кружку в своих руках. Если правильно расколоть её об угол стола, осколком можно запросто перерезать горло сидящему совсем рядом Варену. Он не умрёт, однако возникшей заминки хватит, чтобы добить его, а потом взяться за барса.
Так поступают с теми, кто угрожает безопасности клана. И нет, совсем не важно, что официально тигрята Изара к медвежьей семье отношения не имеют. Но они — его. И ни одна шерстяная мразь не имеет права угрожать им. Не котенку-омеге, и уж точно не беременной девочке.
Разумеется, Дар сдержался. Пока. Не для того он столько лет налаживал хрупкий мир между грейморскими оборотнями. И с Изаром поговорить необходимо — негоже позволять пришлому тигру ломать все своими чудными лапками.