Это всё примерные прикидки, плана пока не было, поэтому закончив с обедом, я направился в свой кабинет и, окружив там себя стопками бумажных листов, стал на них наносить свой план, высчитывая сметы, а так же часто делая дополнения. Наконец под вечер черновик был готов, и я сделал беловик. После этого лично сжёг черновик. Сообщив дворецкому, что я отбываю в свой дом в Буэнос-Айрес, стал собираться. Тут пылить по дороге два с половиной часа, поместье находилось не далеко от столицы, километрах в шестьдесят. Машину уже подали, водитель сидел за рулём, поэтому мы покатили к столице. Пока катили, я всё думал где взять денег на этот конфликт. Ну да счета у меня полны, однако всё равно этих средств не хватит, хотя счета пополняются постоянно, весь бизнес у меня прибыльный. Получается, придётся тронуть моё НЗ, алмазы и брильянты. Вот их хватит закупить и оснастить боевой флот с броненосцами, соответственно и мне должно хватить. Правильно говорят, чтобы победить нужно три вещи. Деньги, деньги и деньги.

Добрались уже ночью, когда стемнело, но поехали сразу на телеграф. Там я пробыл почти два часа, пока телеграфист отправлял приказы в офисы моих компаний во Франции и в России Воронову. Тот был на связи с моей компанией в Париже. Так что где искать его я знал. Сейчас в России было раннее утро, но телеграмма дошла до пункта назначения в Питере, так что надеюсь, Воронов быстро её получит. В общем, разослав приказы, я направился к себе. Ждать ответа скоро не стоит, пока изучат, пока обдумают, пока ответ заготовят. Дело это тоже не быстрое, тем более некоторые могут находиться не на работе. Время-то в Аргентине не сильно совпадает с другими странами, приходится высчитывать это.

Утром, когда мне подавали завтрак, так же доставили и письма, полученные с телеграфа. Куда отправлять ответы я сразу сообщил. Меня в столице Аргентины хорошо знали, дом пользовался популярность, тем более я повесил табличку на воротках, мол, профессор такой-то и лауреат Нобелевской премии такой-то. Курьер не заплутал и доставил первые сообщения. Начал я с самых интересных. Директора трёх моих компаний, «Мед-Ком» в этом не участвовал, сообщили, что вчера направили в посольство Японии в Париже ноту протеста за незаконное задержание нашего судна, а уж за арест, проведенный не по международным правилам, после моего вчерашнего приказа, официально сообщили Японии, что им объявляется война. Это хорошо, сообщение и нота вручены. Дальше компании стали готовиться к войне. Нет, ничего серьёзного, просто отдали приказ не появляться нашим судам в территориальных водах Японии, да и поблизости тоже. В принципе их там так и так не было, первое же судно, отправленное в те воды, и было арестовано.

В других письмах сообщалось, что идут подготовительные работы к остальным приказам. Например, ещё во время становления компаний я занялся дизайном военной формы, и мы подобрали оптимальный вариант. Форма цвета хаки со множеством накладным карманов, кепи того же цвета, амуниция что носилась не на поясе а на не котором подобии разгрузки. Потом, обувь кожаные сапоги, лёгкие, стальной противошрапнельный шлем. Оружие карабин, у офицеров карабин и пистолет «Браунинга». Патроны к личному оружию под основное оружие России винтовку «Мосина.

Так вот подготовка пошла, как и закупка оружия, были заняты все швейные мастерские, сейчас шла подготовка, и закупались материалы для пошива. Шлемы будут штамповкой печатать уже дня через три, тем более нужные станки имелись. Всего требовалось пятнадцать тысяч комплектов для солдат и кавалерии, а также пять тысяч комплектов формы для моряков. Тоже военной. Если нужно увеличить или уменьшить количество, это можно обговорить позже. Отдельные люди разлетелись по соседним странам, они ещё в пути были, их задача покупка и оформлении на мои компании судов. То, что Японии была объявлена война, уже было подано в прессу с нужными нам эмоциями, чтобы перетянуть общественность на себя. Уж в чём в чём, а мои люди в этом поднаторели, знали и умели как правильно подать информацию. Успели опыт наработать. То, что задержали нейтральный борт с медикаментами, там обговаривалось подробно. Пока информации поэтому делу не было, меньше суток прошло. От Воронова сообщение было, самое краткое из всех, задача принята, бывший капитан второго ранга просит включить его в состав моей будущей эскадры, а так же обещает, найти и подобрать людей. Правда количество его слегка удивило, но ничего страшного, набрать он их сможет за месяц. Не все в Питере проживали. Причём отберут только добровольцев, их тут тоже хватало. Так же обещал узнать, продаются ли суда и отправить на них первых добровольцев во Францию.

Дальше я оперировал как тот паук, своими нитями готовя людей к войне. Почти две недели пришлось в столице Аргентины провести, даже к президенту вызывали, то есть вежливо приглашали и интересовались, правда ли сообщении о войне с Японией. Даже до них слухи дошли. Хотя какие слухи, перепечатки французских газет были и тут, в столице Аргентины. Президенту я ответил, что это частное дело и Аргентины это не коснётся никоем разе. В общем, договорились что та соблюдает нейтралитет. Единственно просили взять полсотни офицеров аргентинской армии для получения опыта ведения современной войны. Отказываться не стал, договорился, где приму их на борту. Это уже произойдет, когда мы двинем в сторону Японии, обходя Африку.

Убедившись, что подготовка поставлена как надо, Япония за это время не то что извинений не принесла, даже судно с экипажем не вернула, так что останавливаться не стал, нужно проучить зарвавшихся макак. Так вот убедившись, что всё подготовлено, я отчалил, и полным ходом двинуло во Францию. Если раньше я старательно тянул со временем движения, просто путешествуя, то сейчас пёр то на паровом ходу или парусном если ветер был попутным. Британцы не смогли за нами угнаться и быстро отстали. Нанятая трюмная команда давала достаточно угля, чтобы идти полным ходом. У Африки закончился уголь, пришлось зайти в один из портов, потом оставили на траверзе Гибралтар и двинули дальше. Снова бункеровка, в этот раз в Лиссабоне, ветер постоянно был встречный и наконец, вот он, Брест. Прибыл, вот теперь можно взять на себя основную подготовку. Тем более за это время из России уже прибыла дивизия, по численности русских добровольцев, и стоит комплектовать из них команды для вспомогательных крейсеров, пулеметные роты, перхотные, кавалерию и артиллерию. Про авиацию я не забывал, и одно из судов в доке Бреста уже заканчивало подготовку к переделке под авианосец. В общем, деньги улетали со свистом, однако и подготовка близилась к своему завершению, что не могло не радовать. У меня были действительно отличные управленцы, что смогли справиться с подобной задачей. В порту меня встречал бывший генерал-лейтенант Кондратенко, он не погиб в этой истории, но со службы ушёл, он же был первым из добровольцев. Так что добровольцами командовал пока именно он. Пехотой, артиллерией и кавалерий я и собирался поставить его командовать. Флотом нет, это уже моё.

— Добрый день, Роман Исидорович, давненько не виделись, — покидая лодку, сказал я, подходя к группе встречающих офицеров. Почему-то все они были в полной форме русских офицеров со всеми наградами, шашкам и даже личным оружием.

Среди встречающих были в основном старшие офицеры. Большую часть я знал лично, познакомились ещё в Порт-Артуре, а вот некоторых видел впервые. Воронов, который с моего разрешения круто развернулся, брал добровольцами всех, кто желал показать японцам кузькину мать. Тут было три генерала, про Кондратьева я уже говорил, два адмирала, один из них Эссен, второй Небогатов, вот этого не ожидал увидеть, как мне было известно, тот службу не покидал, и что тот делал на месте сбора подразделений моих компаний, было не совсем понятно. Перед тем как я покинул Аргентину, о нём ничего не упоминалось. Помимо них были капитаны первого и второго ранга в количестве девяти человек, Воронова не было, тот находился в Италии, принимал грузовые суда, которые были спущены на воду и проходили оснащение. Пришлось доплатить, так-то мы их через месяц должны были получить. Воронов сам подобрал команды и принимал суда. Он и будет командовать этой звездой из шести остриёв.