— Не хочется нарушать здешнюю атмосферу, радующую взгляд и душу, но...

— Говорите. Станич, я уже понял, что вы не просто пожелать нам всем приятного вечера подошли, — не съязвил, а скорее просто отметил очевидное Ли. — И храни Господь нас от возможных неурядиц.

— Тут не неурядицы, тут всё куда сложнее, — хмыкнул я, одновременно думая о том, в какие слова лучше всего облечь сложившуюся ситуацию. — У меня будет просьба, которую вам выполнить будет не столь сложно, но она не совсем обычна.

— Как и всё, к чему вы прикасаетесь, молодой человек.

— Не я такой, жизнь вокруг такая, — услышав это, приближающийся к весьма почтенному возрасту генерал лишь вздохнул, а я меж тем продолжил. — Дело в том, что моим людям совсем недавно удалось поймать не простого аболициониста, а того, который был поставлен руководить себе подобными в целом штате. И не только руководить, но и готовить почву для мятежа, подобного тому, который устроил известный всем нам, и особенно вам, генерал Ли, Джон Браун. Более того, деньги на подготовку шли от того же человека. Мне кажется, что вам становится интересно, не так ли?

***

Ещё бы! Ведь именно Ли, тогда ещё полковник, руководил подавлением мятежа Джона Брауна. И очень хорошо запомнил учинённую тем резню в Харперс-Ферри. Неудивительно, что сейчас генерал сделал стойку, аки охотничья собака, едва заслышав, что кем-то готовится новая версия старого кошмара. Причём куда более масштабная и опасная, учитывая ведущуюся войну.

— Кто?

— Знаю лишь главного, но, как и говорилось, всё та же персона. Джеррит Смит. Да, тот самый троекратный кандидат в президенты. Финансист республиканцев и Партии свободы. А ещё и Джона Брауна с ему подобными, как и подобает аболиционисту до мозга костей и глубины души. Так вы поможете с организацией открытого суда, джентльмены? Борегар, что было ожидаемо, кивнул, подтверждая готовность помочь. Хоть он и не был в курсе моих последних дел, но общее направление ему было понятно. Да и сама идея открытого суда над аболиционистами ему нравилась. Брэгг, тот выжидал, смотря в сторону генерала Ли, которого не просто уважал, но считал чуть ли не самым авторитетным военачальником всия Конфедерации. Сам же Ли, не давая себе пойти на поводу у естественного душевного порыва, спросил:

— Есть ли доказательства?

— Конечно, иначе нельзя. Собственноручно написанные и заверенные свидетелями показания куратора аболиционистов Южной Каролины Грегори Мюррея. Банковские счета, доказывающие его связь с Джерритом Смитом. Имена баптистских и квакерских проповедников, которые под видом общения со своей негритянской паствой готовили их к будущему восстанию и получали от рабов сведения о важных персонах нашей страны. Арсеналы, заготовленные в преддверии планируемого мятежа. Этого достаточно для суда?

— Достаточно и для виселицы, — процедил Ли, очень не любящий мятежи и тем более подготовку к резне. Харперс-Ферри явно оставил на его душе незаживающие раны. — Как бы мне хотелось дотянуться до мистера Джеррита Смита!

— Суд может вынести и заочный приговор, — намекнул я. И тогда...

— Что тогда?

— Может я и ошибаюсь... — Борегар посмотрел сначала на меня, потом и на Ли с хитрым таким прищуром. — Зная Станича, я не удивлюсь, что он может послать верных ему людей, чтобы они привели приговор суда в исполнение. Там, по ту сторону.

Ли колебался. С одной стороны ему предлагали возможность покарать того, кто был прямо ответственен за мятеж Джона Брауна и планировал новый виток, но с более масштабными последствиями. С другой — те самые действия на грани и за гранью допустимого для джентльмена. Нелёгкий выбор, чего уж там! А раз так, то следовало помочь человеку принять правильное решение.

— А чем Джеррит Смит лучше, к примеру, скрывающегося от правосудия убийцы, за чью голову объявлена награда и кто является целью для почтенных ганфайтеров? Неужто тем, что был кандидатом в президенты? Как по мне, как он виновен еще больше обычного убийцы, потому как пытается выглядеть святее Папы Римского, а на деле крови на нём куда больше, чем на объявленном головорезе.

— Смелое сравнение.

— Так и я человек отнюдь не робкий. Более того, предлагаю единственный возможный сейчас путь покарать того, что стоит за уже свершившимися и чуть было не свершившимися злодеяниями. Причём покарать законно, осле суда. В чём же тут проблема?

— Если смотреть с этой стороны... — глубоко вздохнув, Ли явно на что-то решился. И уже через несколько секунд стало ясно. На что именно. — Вам ведь не обязательная моя поддержка, Станич?

— она очень желательна, генерал. Я питаю к вам искреннее уважение, а такие слова я не бросаю на ветер.

— А Борегар вас и так поддерживает. Как и Джексон.... Хорошо, пусть будет так. Я помогу с этим судом. И поддержу заочное осуждение Джеррита Смита. Но вы должны дать ему возможность явиться сюда, доказать свою невиновность.

— Вы же знаете, что он никогда на это не пойдёт, — цинично усмехнулся я, услышав эти слова. — Он не глуп и не наивен, чтобы ехать к месту собственной гибели. Но пусть будет так, он получит время.... На покаяние.

Борегар не смог удержаться от короткого смешка, вызвав неодобрительное покачивание головой со стороны Ли. Брэгг, тот, как и ожидалось, плыл в кильватере генерала Ли, не более того. Большего от него и не требовалось, откровенно то говоря.

Ну да не шпионами едиными... Господ генералов куда больше интересовали дела чисто военные. Поэтому ничего удивительного не было в том. Что разговор очень скоро свернул НАТО, кого из присутствующих куда направить планируют. И доходившие слухи радовали далеко не всех из собравшихся. Уж Борегару точно радоваться было нечему. Президент оценил боеспособность его Потомакской армии, равно как и собственно таланты самого командующего, но воли давать не собирался. Потому и планировал держать примерно на тех же рубежах с целью, в случае чего, дать отпор северянам, буде те рискнут снова организовать наступление.

На Роберта Эдварда Ли у Дэвиса, как оказалось, имелись иные планы. Ли, что ни говори, в первую очередь был военным инженером, а следовательно знал толк в организации обороны, особенно на заранее подготовленных позициях. Именно поэтому он и должен был организовать оборону побережья, начал со штатов Виргиния, а также Северная и Южная Каролина. Дело и впрямь нужное. Особенно учитывая превосходство флота северян и возможность высадки десантов на побережье, толком не защищённое во многих удобных для высадки местах. Как по мне, для генерала Ли это самое оно, ведь по всем историческим источникам об был весьма сведущ в 'игре от обороны', а вот в наступлении вял и не слишком решителен, что было основным недостатком этого военачальника.

А вот Брэкстон Брэгг пока не имел ни малейшего представления, куда именно его направят. Ходили лишь смутные слухи. Что куда-то на запад. Он относился к этому без особых эмоций. Дескать куда надо, туда и отправят. Тоже своего рода позиция, пусть и довольно инертная.

В целом картина складывалась довольно печальная. Дэвик, как главное лицо Конфедерации, явно делал ставку на выжидание, в надежде, что Север устанет от непрекращающейся войны и пойдёт на мировую. Признав Конфедерацию как независимое государство. Наивные надежды. Но переубедить его в этом покамест не представляется возможным. Равно как и добиться хотя бы для армии Борегара полной свободы действий.

Совсем швах? Да нет, отнюдь. Просто придётся зайти с другой стороны. Собственно, именно это и должен сегодня сделать губернатор Френсис Пикенс. Мне же остается отслеживать ситуацию и ждать сигнала, который засвидетельствует... а вот что именно он будет свидетельствовать, тут я пока ничего сказать не могу. Потому и продолжаю изображать отдыхающего от забот и хлопот человека на великосветском приёме.

Вот и мой друг, Вилли Степлтон, кружится в танце с какой-то весьма симпатичной. Пусть и чуток. На мой вкус, худощавой девицей в небесно голубом наряде со смелым декольте. Мари, о чём-то весело болтающая с... военно-морским министром Стивеном Мэллори. Однако! А вот Елены что-то не видно поблизости. Ну да не суть как важно, тут безопасность не то что полная а полнейшая. Пока ещё военный министр Уокер совсем уж сильно налегает на крепкие напитки. С такими темпами может добиться если не до 'белочки', то до полного нестояния. Мда. Тогда возьмут под руки и уведут в один из кабинетов, где есть диван и можно отоспаться. Бывает на приёмах и такое, так что реакции заранее предусмотрены.