Давентри, Коулвилл, Матлок, Шеффилд, Бредфорд и Дарлингтон по очереди принимали в своих домах редкого гостя. Короткие, но радостные встречи, пополняли копилку ярких воспоминаний Дани. С дальнейшим продвижением на север он все больше и больше обрастал знакомствами, адресами новых друзей и подарками. Омеги, встреченные им в пути, с радостью принимали его в свой круг.

Последним в череде новых знакомств, стал граф Ротбери.

Когда его замок остался далеко позади, Алистер взял Дани за руку и показал на зеленые холмы впереди.

— Это Шотландия, Дани.

Сделав последнюю остановку в Корнхилле, они сменили экипаж и уже после полудня пересекли реку Туид, являющуюся естественной границей между Англией и Шотландией.

Алистер взял довольно просторный экипаж, чтобы омеги, при желании, могли даже прилечь на широком сидении, и, отпустив возницу, вознамерился править им сам. Дани сперва немного скептически отнесся к этой идее, но вскоре совершенно спокойно оглядывался вокруг, доверившись опыту графа.

Саймон же, довольный тем, что может вытянуть, наконец, свои ноющие ноги, улегся, стоило им тронуться и теперь тихо похрапывал.

Дани же, боящийся упустить что-либо интересное из этого путешествия по неведомой ему ранее стране, перебрался на сидение рядом с супругом и с восторгом разглядывал окружающий дорогу пейзаж.

Лошади попались послушные и весело трусили по проторенной дороге, поэтому Алистер позволил себе отвлечься и немного понаблюдать за омегой.

— Вы не любите города, Дани? - спросил он, когда тот, в очередной раз, счастливо вздохнул и подставил лицо лучам заходящего солнца.

— Не то чтобы не люблю… Мне в них не комфортно. Слишком много домов, людей. Все очень близко. И слишком мало зелени. Понимаете, я практически вырос на природе. Оллон Хаус очень уединенное место.

— Оллон Хаус? Я думал, Вы жили в Роу Холле. Разве не он служит родовым поместьем?

— Он, но после смерти отца, там поселился Юстас и мы с папой предпочли перебраться в его собственное поместье, не относящееся к семье Роули.

— Ясно, - протянул Алистер. - Значит, Ваш отец-омега, до замужества носил фамилию Оллон?

— Да, - Дани мягко улыбнулся. - Он был одним из самых красивых омег в свете. От женихов отбоя не было…

— Но выбрал он Вашего отца.

— Не он. Выбор сделали его родители… - ненадолго замолчав, Дани продолжил. - Я не думаю, что он был счастлив в браке. Они с отцом, просто терпели друг друга, изображая на людях благополучную семью. В остальное время, они избегали друг друга, проводя время каждый на своей половине. Видимо поэтому у них родился только я.

— Вам не хватало братьев, Дани? В поместье было мало детей?

— В поместье были дети, но мне не дозволялось с ними играть. Это бы рассердило отца. Большую часть времени я проводил с папой в его комнатах. Это было неплохо. Нет, это было здорово! Мы много смеялись, рисовали, пели…

Внезапно Дани прервался и тихо, но очень мелодично запел старую шотландскую песню. В ней говорилось о двух влюбленных, что были разлучены друг с другом, но всю жизнь любили и ждали встречи, которая так и не состоялась. Грустная мелодия, звучащая в вечернем воздухе, потрясла Алистера. Он уже очень давно не слышал ее. Однажды, будучи еще мальчишкой, он услышал ее от человека, который впоследствии стал его преданным другом. Но это было очень давно.

Услышать ее от юного английского лорда было довольно странным и Алистер, не отрываясь, смотрел на Дани, пока тот не закончил петь.

— Откуда Вы знаете эту песню Дани?

— Мой папа любил ее петь. Он говорил, что слова этой песни соединяют влюбленные сердца, где бы они не были, как бы далеко не находились друг от друга.

— Это очень печальная и редкая песня. Даже для Шотландии. Было неожиданно услышать ее от Вас, что не делает ее менее прекрасной. Вы великолепно поете, Дани. Спасибо за доставленное удовольствие.

— Вообще-то, я редко пою, — смутился от комплимента омега.

— Надеюсь, Вы не лишите меня счастья слышать иногда Ваше пение?

— Вам, правда, понравилось? — с неподдельным удивлением спросил он.

— Разве я похож на лжеца или льстеца, Дани? — нахмурил брови Алистер.

— Нет, — покачал головой омега, с восторгом замечая уже знакомые веселые искорки смеха, мелькнувшие в глазах графа.

— То-то же! — кивнул Алистер. — Мне, действительно, понравилось, — и после короткой паузы добавил. — А вот на Саймона, боюсь, Ваше пение не произвело никакого впечатления.

Оглянувшись на старика мирно спавшего в экипаже, Дани фыркнул, закрыл рот рукой, пытаясь сдержать смех, но это не помогло, и вскоре он уже смеялся в голос. Алистер последовал его примеру. Веселье омеги было столь заразительным, что удержаться не было никаких сил.

Приоткрыв глаза, Саймон посмотрел на веселящихся молодых людей, улыбнулся и, со счастливым вздохом, поудобнее устроился на мягкой лежанке.

— Вы не против ночевки под открытым небом, Дани? — отсмеявшись, спросил Алистер супруга. — Погода чудесная и грех прятаться на постоялом дворе. Там шум и толкотня, а здесь такая благодать. Предлагаю найти удобное местечко на берегу и заночевать.

— А это не опасно? — чуть встревожился Дани. — Какие-нибудь разбойники или дикие звери…

— Нет, Дани, не опасно. Мы близко от дороги и города, звери сюда не подходят. Что же касается разбойников, то политика Эдуарда отпугнула их далеко в леса, а туда мы не пойдем.

Уверенность альфы была столь непоколебима, что Дани решил не спорить. Природа вокруг была слишком красивой и спокойной, и он решил насладиться вечером и обществом графа сполна, не деля его с шумным и разношерстным обществом постоялого двора. Ему нравились их неспешные беседы, нравилось, что граф не смеялся над его, как ему казалось, наивными вопросами, нравилось… Ему просто нравилось проводить время рядом с этим сильным альфой.

Кивнув своим мыслям, он взглянул на супруга.

— Я думаю, ночевка под открытым небом — это неплохая идея.

— Это отличная идея! — поддержал его Алистер. — Уверен, Вам понравится.

Еще около часа они ехали вдоль реки, пока не нашли довольно пологий берег, скрытый с трех сторон густым перелеском и устроивший всех троих. Саймон, проснувшийся не так давно, предложение ночлега одобрил, тем более что граф настоял на его ночевке в повозке, дабы он не застудил на земле свои старческие кости.

Пока Алистер распрягал и заботился об удобстве лошадей, омеги успели собрать немного хвороста и разжечь небольшой костер. К удивлению альфы, инициатором этого был Дани, воспользовавшийся припасенным в дорогу огнивом.

Рыжик мелькал то там, то тут между деревьями и вскоре, насобирал уже приличную кучу крупных веток и суков, обеспечив их запасом дров на довольно долгое время.

А потом пропал.

Обеспокоенный долгим отсутствием омеги, Алистер оглянулся вокруг.

— Он купается, - пояснил Саймон, раскладывая на большом покрывале запасы из корзины, организуя тем самым нехитрый, но сытный ужин.

Прислушавшись, Алистер услышал плеск и тихий смех от реки.

— Вы не бойтесь за него, - заметив его волнение, пробормотал старик. - Мальчик чувствует себя в воде, как рыба… Прекрасно плавает…

Какое-то время прислушиваясь к звукам идущим от реки, Алистер не утерпел и пошел в том направлении. Рыба рыбой, но приглядеть за ошалевшим от свободы супругом все же не помешает.

Саймон с улыбкой проводил его взглядом.

А Дани купался.

Рассекая воду плавными движениями, он наслаждался прохладой воды. Ныряя и переворачиваясь, он то плыл против течения, то лежал на волне, давая ей нести себя, то снова вступал в борьбу. Обнаженная кожа золотилась в лучах заката и потоках воды.

Заметив на берегу графа, он махнул рукой.

— Вы были правы! Ночлег на постоялом дворе не идет ни в какое сравнение с этим. Вода совсем теплая.

— Вы позволите мне присоединиться к Вам?

— Конечно! Почему нет! - кивнул Дани. - Вы не меньше меня наглотались пыли за этот день.