Так вот, внимание к деталям ожидаемо принесло плоды. Могу даже похвалить сам себя, скромного и наблюдательного, ибо отметил эту странность сразу, но не придал особого значения. Свежая заплатка на асфальте! С высоты птичьего полета она просматривается четко и ясно. И кто же у нас такой умный, что кладет асфальт в самый разгар строительных работ, а не после завершения? Ведь всегда остается хороший шанс, что и не придется его класть вообще. Это же центр Евразии, а не какая-та западная его окраина, в конце концов.

Смущает только расположение — метрах в двадцати от места трагедии. Далеко получается. Но проверять все равно придется лично при погружении.

Вот так я и оказался в канализационном коллекторе. Хоть в чем-то я не прокололся, приобрел в охотничьем магазине ОЗК- общевойсковой комбинезон химической и бактериологической защиты. А вот с респиратором просчитался, тут бы противогаз не помешал, но в магазине его не оказалось.

Полное ощущение, что в «Метро-2033» оказался, даже пару крыс успел завалить мимоходом. Попав под лазерный луч они тут же отбрасывают когти и лапы, и похоже навсегда, доза ведь на человека рассчитана, а не на двести грамм серой мерзости. Ну, да и хвост с ними.

Прогулка по катакомбам оказалась непродолжительной, метров через двадцать утыкаюсь в стену, под которую подныривают две сточные трубы. Зазор такой, что и кошка не пролезет. Судя по карте, именно здесь и заканчивается свежий асфальт наверху. Получается этот грот-коротышка, с одним входом, закрытым канализационным люком, и есть цель строительства? Но где тогда жертвенный алтарь или нечто его заменяющее? Какая-то бессмыслица получается, поскольку тоннель под землей появился совсем недавно, а практического смысла в нем нет никакого. Уверен, что на картах инженерных сооружений его тоже нет. Но зачем тогда его рыли?

Пришлось повторить весь путь ещё раз, внимательно ощупывая и осматривая стены в поисках ответвления или пропущенного поворота. Но ничего нет.

Но ведь у меня есть замечательный помощник, пусть и тормознутый, но искусственно разумный, с кучей всяческих примочек и приспособлений.

В этот раз используем детектор «суггесивного потока» — должна же быть от него хоть какая-то польза, кроме эстетического наслаждения. Пришло и его время. Пусть, я понятия не имею, что именно он измеряет и о чем сигнализирует, но сообразить, где сигнал усиливается, а где спадает, способен даже кроманьонец, а я, в отличие от него, диплом красный имею, то есть немного выше на эволюционной лестнице нахожусь.

Была бы возможность поспорить, я бы сам у себя на спор выиграл бы бутылку «Хеннеси», ибо заранее угадал, в каком месте сигнал окажется самым сильным. Чисто геометрически прикинул, где коридор пройдет ближе всего к месту трагедии. Получилось, что слева, примерно посредине. Так оно и вышло. В этом месте прибор уверенно прыгнул в красную зону, да там и остался.

Однако, стена, как стена. При свете моего карманного «прожектора» трудно что-то рассмотреть, но тщательное изучение приводит к выводу, что это кирпичная кладка, причем свежая. И штукатурка поверх неё не успела высохнуть, впрочем при такой сырости и влажности это неудивительно.

Знал бы заранее, кирку с собой прихватил, а так пришлось минут тридцать мучиться с одним туристическим топориком. После того, как вынул несколько кирпичей, дело пошло веселей. Удалось расшатать и обвалить часть стены. Наконец открылся лаз, довольно узкий, но пролезть на четвереньках можно. Вот, только внутрь, ой как, не хочется. Мурашки по коже так и бегают, причем каждая размером с ежика, да ещё смрад такой, что дышать невозможно. Респиратор что есть, что нет его — такое ощущение, что зловоние сразу в мозг действует, минуя носоглотку и фильтр заодно. Очень странно и неприятно. Ещё и детектор как с ума сошел, теперь не только злобно вибрирует, но и трещит, как счетчик Гейгера китайский. И это при якобы отключенном звуке! Ни грамма уважения к хозяину, что хочет, то и творит.

Решимости хватило не надолго. Попытка продвинуться на пару метров вперед чуть не стоила мне жизни. Такое ощущение, что внутри кислорода совсем не осталось, едва задохнулся. Мало того, что притока воздуха в канализацию нет, так и внутри что-то горело судя по запаху, хотя это скорее вонь, мерзкая и невыносимая. К тому же появилась мелкая противная пыль или, скорее, пепел. Ничего нельзя рассмотреть, глаза слезятся, все лицо жжется и чешется, как при аллергии.

Пришлось быстро возвращаться, пятясь про узкому тоннелю задним ходом, что в защитном костюме ещё тот эквилибристический номер. Из трофеев мне досталась только ручка от ножа с оплавленным огрызком лезвия, найденная прямо у входа. Такое ощущение, что этим кинжалом ремонтировали трансформаторную будку под напряжением, после чего электрик сразу отправился на встречу с апостолом Петром. Но не это меня заинтересовало, а сама фактура изделия. Наборная рукоять из кусков разноцветного плексигласа, классический образец тюремного творчества. Можно теперь не гадать, кто именно рыл эти катакомбы, и зачем наш журналист недавно ездил на зону. Идеальные исполнители, и самое главное, что никто особо искать не будет уголовников со справкой об освобождении, и их исчезновение не сильно кого удивит.

После такого желание попасть внутрь резко пошло на убыль. Тем более, что чувствую себя отвратительно, словно подхватил грипп и температура под сорок. Знобит, глаза слезятся, ещё и эта пыль всюду.

— Может это и не пыль, а прах покойников? — уж насколько себя плохо чувствовал, а от мысли такой, тут же выскочил из подземелья, аки пробка из шампанского в неумелых руках учительницы географии.

С ОЗК пришлось распрощаться, просто закинул его обратно в канализационный люк, отмывать в ванной побрезговал. У меня и так сложные отношения с ней после недавнего электрофореза, а уж после такого и вовсе придется в общественной бане мыться.

Все же, я сильно изменился за прошедшие месяцы. Не узнаю сам себя. Раньше и в голову не пришло бы, собирать, возможно человеческий, пепел в баночку, да ещё в такой ситуации. А сейчас, пожалуйста! Эмоции и чувства требуют бежать отсюда сломя голову, напрямки через кусты, заборы и болота, ежели и они подвернутся на пути. Холодный рассудок наоборот требует взять пробы, ибо жизнью и здоровьем рисковал, а результата, как такового, нет. С паршивой овцы хоть пепла клок, как говорят в таких случаях.

Брр! Надеюсь, что это все же не то, о чем думаю, а нечто более полезное и ценное. Надеюсь, что это не обычный сгоревший пластик, а то совсем глупо получится.

— Нихиль это.

Мрачный, уставший, с мешками под глазами Михаил кажется нисколько не удивленным. Что интересно, опознал вещество в пробирке сразу, словно именно только того и ждал, что я его предъявлю. Впрочем, скорее всего, именно так и есть.

— Не считаете нужным, уважаемый Михаил Семенович, наконец, разъяснить, что вообще здесь происходит? Слишком много странных и необычных событий, никак не совпадающих с профилем нашей фирмы. То бандиты-похитители, то слухи о наркотиках, которые мы перевозим, то экзотические смертельно опасные вирусы, то падающий дроны, и наконец, для полного комплекта, сатанисты с массовыми жертвоприношениями? Может, пришла пора, рассказать всю правду?

— Виталий, ты безусловно прав со своей точки зрения. Но, поверь, не вся информация одинаково полезна в жизни. Не люблю избитые банальности, но по другому не скажешь: «Многие знания — многие печали». Ты готов к тому, что всю оставшуюся жизнь будешь жалеть об этом выборе?

— И все же предпочитаю знать правду и сожалеть, чем прожить в счастии и неведенье. Тем более, что второе у меня теперь точно не получиться. Глупо играть в футбол на минном поле с завязанными глазами.

— Что же, твой выбор — тебе с ним жить. Но предупреждаю сразу, что все сразу ты не узнаешь, да и не поймешь. Слишком сложно, слишком тяжело, слишком опасно, и ещё добрый десяток разных других «слишком». И не нужно оно тебе, тем более, что знание никогда не бывает полным и однозначным. Всему свое время, некоторый истинны чтобы принять надо созреть для этого. Просто рано об этом думать. Поэтому задавай вопросы, если смогу, то отвечу.