- Там крупная сумма, мы не можем решать без вас.
- Если спросите меня, то пусть пытается вернуть. Это его ко… его прокол. Но… - он тут же помрачнел, - это значит, мы застряли здесь до тех пор, пока он не исправит всё, что натворил?
Эван опустил глаза и покрутил чашку кофе в руках. Ему мучительно не хотелось тратить время на такую ерунду.
- У него неделя, - сказал он наконец. – Если не справится - пусть платит отступные. Я деньги дам, ему придётся всё мне вернуть. Сроку будет – до того, как я вернусь с вод. Так ему и передай. И мне надоело, что у него всё идёт кувырком. Я знаю молоденьких ребят, которые справятся куда лучше него.
Глаза Кестера сверкнули злостью, но Эван не обратил на это внимания: он слишком часто вызывал у людей злость.
- Хорошо, - племянник кивнул. – Позвонить ему прямо сейчас?
- Да. И не знаю… мне надоело сидеть в этом клубе. Поехали, съездим куда-нибудь.
========== Часть 6 ==========
Почти весь день Энзо провёл с Роем в торговых рядах: куратор потащил было его в молл, где можно было купить готовую одежду на любой вкус, но, сделав лишь несколько шагов по этажу с магазинами, Энзо решительно отверг это начинание.
- Я это не надену, - сказал он, брезгливо ткнув пальцем на манекен, разодетый в переплетения искусственного шёлка.
- А по-моему, ничего, - заметил Рой, подходя к маскарадному костюму поближе.
- Эта ткань колется. Она натрёт мне кожу.
Рой закатил глаза.
- Это сатин, - сказал он. – Никто ещё не натирал кожу шарфом из сатина.
- И цвета… это какой-то кошмар. Как будто эту штуку просто окунули в бочку с краской, и всё.
Рой промолчал. Он проследил взглядом за движениями Энзо, который обошёл ещё несколько павильонов и вернулся назад.
- Мне нужен портной.
- Во сколько встреча?
- Он не сказал. Ну, думаю, нужно приехать к наступлению темноты.
- И ты думаешь, кто-то выткет и окрасит ткань за три часа? К тому же, здесь нечего шить. Эти костюмы состоят из нескольких покрывал, и всё.
- Вот именно. А на этом швы.
Рой снова закатил глаза.
- Твой вариант?
- Пойдём в торговые ряды. Я выменяю что-то на часы.
- На часы? – Рой поднял бровь. – Рафаэль, не смей. Это личный подарок мистера МакКензи.
- А мне они не нравятся, - Энзо решительно направился вперёд.
- Я рад, что твоя депрессия прошла, но тебе не кажется, что это перебор? Ты же не отдашь эти часы за несколько разноцветных тряпочек?
- Я никуда не поеду в разноцветных тряпочках! – Энзо вскинул нос, что было довольно трудно сделать, учитывая, что жёсткий накрахмаленный воротничок и так впивался ему в подбородок, заставляя держать его высоко-высоко.
Рой молча показал на выход и, вернувшись на аэроплатформу, они направились в названный Энзо район
Рой этого каприза не понимал – в первую очередь потому, что торговые ряды, куда захотел поехать Энзо, на его взгляд были местом грязным и опасным, а один только вид холёного мальчишки неизбежно вызывал у торговцев желание поднять цены в несколько раз. Энзо, напротив, блошиный рынок любил. Во-первых, он напоминал ему о детстве. В отличие от стерильной плоскости молла, он казался живым. Во-вторых, здесь можно было отыскать аксессуары и коллекционные игрушки, которые не продавались больше нигде.
Едва услышав слова о торговых рядах, Рой понял, что ему следовало просто купить эти несчастные покрывала самому, оставив Энзо и дальше отмокать в молоке – эту процедуру Энзо тоже любил и тщательно скрывал от остальных мальчишек, что использует её, чтобы не давать никому узнать секрета его белоснежной кожи.
Рой вообще-то сомневался в магических свойствах молочных ванн, но капризы Энзо в целом окупались: среди участников клуба были такие, кто приходил туда исключительно ради него, а были и такие, кто ради него прилетали в Манахату и привозили коллекционерам редкий товар: как, например, нынешний гость – хозяин большого количества караванов кочевников, удерживающий монополию на несколько редких торговых путей Сабир Ар Маариф.
Рой очень боялся, что Энзо перед этим очень желанным для многих негоциантом взбрыкнёт: это была его маленькая изюминка, которая одних раздражала, а других приводила в восторг. Однако, похоже, встреча прошла более чем гладко – Сабир вышел ночью из комнат довольный, как сытый кот, а сам Энзо даже проспал пробежку.
Рой, впрочем, не испытывал желания таскаться с ним по торговым рядам до вечера, но стремительно понимал, что этого не удастся избежать: Энзо надолго застрял у лотка с сувенирными тросточками из разных миров, затем добрых двадцать минут рассматривал разномастные запонки и булавки, но так и не купил ничего.
- У меня всё это есть, - разочарованно протянул он.
- И если ты успеешь к Сабиру вовремя, будет ещё.
- А кто он такой? – с любопытством спросил Энзо, перемещаясь к следующему латку.
- Просто богатый кочевник. Кое-что нам привёз.
- У него есть гарем?
- Наверняка.
- И мальчики тоже там есть?
Несколько покупателей, стоявших вокруг, оглянулись на них, но Энзо сделал вид, что ничего не заметил.
- Вряд ли. У них не принято проводить ночи с мужчинами.
- Я заметил, - Энзо хохотнул, а затем ткнул пальцем на помост с рабами, - вот! Нашёл!
- Это не костюм кочевника, - заметил Рой, скептически разглядывая то, что заинтересовало Энзо – смуглого аборигена, такого же невысокого роста, как и сам юноша, на щеке которого красовалось клеймо рабочего плантаций плациуса.
- Зато это стоит золотых часов.
Рой промолчал. Подошёл к товару поближе и, повернув его лицо за подбородок сначала в одну сторону, затем в другую, произнёс:
- Это клеймо всё портит. И мне не нравится идея о том, что этот дикарь будет ошиваться в клубе.
- Но у Ливи есть раб!
Рой закатил глаза.
- Ливи раба подарил мистер МакКензи.
- А мне?
- А тебе подарили часы!
- Но я хочу раба!
Рой закусил губу.
- Нужно купить кого-нибудь обученного, - решительно сказал он. – Никаких дикарей, Энзо. Это последнее слово.
Энзо надул губы, но в глазах его заблестел игривый огонёк.
- На обученного мне не хватит, - заметил он.
Рой поджал губы и искоса посмотрел на него.
- Ты почти исчерпал лимит.
- Тогда берём этого.
Рой помолчал.
- Вон тот, - сказал он, ткнув тростью в другого аборигена, без клейма и подстриженного на колониальный манер. – Но ты отдашь мне ещё сапфиры, которые тебе подарил Армстронг.
Энзо торопливо кивнул, и Рой продолжил, обращаясь уже к рабу:
- Ты. Умеешь прислуживать в спальне?
Мальчик покраснел и попятился назад. Энзо поморщился.
- Он имеет в виду, ты умеешь делать ванну, ухаживать за господином? Ну, хотя бы за госпожой?
В глазах аборигена наконец промелькнуло понимание, и он закивал.
- Когда-нибудь был личным слугой?
- Ай, Рой, не пугай его. Скажи приказчику, что мы берём.
- А костюм?
- Иди, иди, костюм я давно нашёл.
Некоторое время Энзо потребовалось на то, чтобы объяснить своему приобретению – которое не решалось назвать даже собственное имя – в чём состоят его обязанности. Как и предупреждал Рой, тот оказался совершеннейшим дикарём.
Наконец, сбросив обязанности по обустройству Чезаре – так был поименован раб – на Роя, Энзо погрузился в ванну, наполненную молоком, и долго лежал в ней, закрыв глаза, пока не зазвонил лежащий на краешке ванны телефон.
- Ты не забыл?
- Нет… - промурлыкал Энзо, после процедуры находившийся в удивительно благостном расположении духа, и, повесив, трубку крикнул: - Чезаре! Полотенце мне!
Раб молча принёс огромное махровое полотно, завернувшись в которое Энзо пошлёпал в комнату. Критически осмотрел ногти на ногах и, отметив про себя, что надо научить Чезаре делать педикюр, потребовал, чтобы тот облачил его в покрывала.