- Но можно, в конце концов, запах просто 'запереть'. Поставить силовые щиты! - Отве-том Дэну был дружный хохот! Граф даже забыл про свои невзгоды, от которых, впрочем, к тому моменту остались лишь воспоминания и еле уловимый запах.

- Конечно можно, юноша! И даже очень легко! Вы сами, поэкспериментировав с соз-данным вами зеркалом, сможете это - Вот только запах никуда не денется - он останется с вами, и его концентрация будет расти! Интересно, насколько вас хватит?

- Ладно, перерыв окончен! Ректор вновь стал спокойным и полным достоинства. - Вече-ром потренируйтесь с зеркалами самостоятельно - завтра мы попробуем разные виды энер-гий для нападения. А сейчас - давайте свернём энергию в феербол!

Вечером Дэн, вспоминая урок, всё ещё переживал. Одна из основ обучения - магический шар силы - всё ещё была ему недоступна. Он просто не понимал принципов его работы - в его родном мире все силовые поля концентрировались вокруг материальных предметов. Да, были исключения - типа шаровой молнии, но по скромному мнению Дэна, до этого ему было расти и расти... Обычные ученики не задумывались о природе того, что они делали - они верили, что это возможно - и у них всё получалось, но Дэну, привыкшему искать если не научное объяснение, то хотя бы аналогии с объяснимыми и схожими процессами, проте-кающими в его мире - приходилось туго.

Подобные мысли не настраивали на положительный лад. Заснуть никак не удавалось и Дэн вздохнув, стал смотреть на костёр, пытаясь успокоиться, расслабиться. Языки пламени завораживали. Они взметались ввысь, постоянно разные - и одинаковые. Однообразие по-стоянных изменений приковывало взгляд, заставляя входить всё глубже и глубже - в огонь - и в себя, отгораживаясь от всех трудностей окружающего мира...

- Так можно уйти слишком далеко. - Хриплый, чуть рыкающий голос не мог принадле-жать человеческой глотке. Дэн скосил глаз - на другой стороне костра лежал, положив ло-бастую голову на скрещенные лапы, его косматый серый приятель...

- Ты всегда приходишь, когда я наполовину сплю. Может, ты мне только снишься?

Волк насмешливо глянул на человека. Возможно, это только блики костра, но в глазах у странного зверя заплясали чертенята огненных искр.

- А, может, тебе снится всё, что происходит вокруг? А я - наиболее логичная часть твоих фантастических снов? Огненных шаров не пускаю, посохами не размахиваю - и зелёных ушей у меня не наблюдается.

- Странное заявление об обычности. От разговаривающего, мыслящего зверя, не делаю-щего никаких попыток напасть!

Волк поднялся, потянулся и со смаком зевнул - так, чтобы Дэн смог разглядеть здоро-вую пасть, усыпанную острыми белыми клыками.

- Напасть на идущего путём великого безразличия... Ты думаешь, у меня были бы шансы?

- Я не иду путями безразличий. Ни великих, ни малых. Равнодушие - не для меня!

- Равнодушие? Разве кто-нибудь произносил это слово? Похоже, ты идёшь чисто интуи-тивно, не понимая происходящего. Но знай - этот путь сам решает возникающие вопросы... Как-нибудь мы поговорим о идущем 'вне мира' отдельно, но по-моему, у тебя гости... - Волк, собравшись в плотный комок, прыгнул вглубь университета - и каменная твердь дрогнула, превратившись на мгновение в нечто эфемерно-зыбкое, пропуская сквозь себя серую тень и потекла волнами, вновь приобретая знаменитую прочность Денилита, спо-собного выдержать удар молнии - или времени....

Дэн остался сидеть, по прежнему глядя в огонь. Гости? Он не слышал шагов - хотя дверь была не заперта, он вообще не запирался, решив для себя, что университет сам защитит его от опасных и нежданных гостей, а остальные - пусть приходят... Он неторопливо ждал, на-ходясь в том призрачном состоянии полусна-полуяви, когда не удивляешься ни огромным великанам, ни страшным хищникам... И всё, что может поразить - это две нежные руки, обнимающие тебя за шею, тёплая грудь, прильнувшая к твоей спине, и мягкий и тихий го-лос Панеи:

- Привет! Не ждал меня?

Это было как в чудесной сказке. Дэн, открытый, после разговора с Волком, для окру-жающей его магии, воспринимал её всю. И её мягкое свечение тела - чуть фиолетовое, чуть зелёное, полное огней - какой-то неукротимой, но нежной силы, и сияние внутренних энер-гий - полных жизни, приходящих из мира и уходящих в него - и робкое тепло девичьих губ, касающихся его кожи - это было... прекрасно и естественно. Казалось, что всё должно быть именно здесь и именно так, и никак иначе. И когда Дэн, обняв тонкий стан, накрыл трепе-щущие девичьи губы своими - он ничуть не удивился, увидев, как мягко сомкнулись их си-ловые поля, создавая что-то новое, общее для них двоих - они становились единым целым, и тела их вздрагивали от переполняющей их энергии...

Панея наклонилась вперёд, принимая его объятья - и он понял, что они обнажены, и мир вокруг закрутился в хороводе огней и, казалось, что не осталось ничего, кроме манящего девичьего тела...

Пол исчез где-то внизу - они лежали прямо на воздухе, и крепчайшие стены университе-та вздрагивали от их объятий. Чудесный сон продолжался, но теперь Дэн был в нём не один - сон принял в себя и его любовь. И мир изменился, подчиняясь странным и непонятным законам, стоявшим выше других в этом непонятном, полным магии мире - ибо нет ничего сильнее, чем магия любви...

Позже, когда они лежали, обнявшись, на слишком узком для двоих топчане Дэна, Панея грустно сказала:

- По правилам университета ученики, полюбившие друг друга, должны прервать обуче-ние и удалиться из этого мира на срок, необходимый для стабилизации их энергетических составляющих... Говоря проще, пока их страсть не остынет и перестанет возмущать маги-ческие поля.

Дэн потрясённо уставился на неё:

- Ничего себе! И как же мы теперь?

- Будем скрывать, пока возможно. Хотя... с твоим накалом чувств у университета чуть крышу не снесло. Будем надеяться, что ректор не проверяет твои развалины так же внима-тельно, как и поселения студентов, но предмет любовных страстей, конечно... Она засмея-лась. - Нет, ты просто молодец, что поселился в стороне от всех, да ещё в столь экзотиче-ском месте. Здесь можно не опасаться посторонних глаз. Ученики сторонятся древних стен из боязни, учителя - из уважения. Ты прямо посреди самой многолюдной долины в этом мире умудрился найти место, полное тишины и прямо приспособленное для уединения... Интересно, что тебя вело?

Панея внимательно и серьёзно смотрела на Дэна - и тот смутился окончательно. Не та-ких разговоров он ожидал от прекрасной и странной, непохожей на земных красавиц, но красивой, чёрт возьми - девушки после любовных ласк.

- Инстинкт новичка, наверное. Или обида на зелёных нахалов, кидающихся феербола-ми... А. может, я мечтал, что ты будешь заходить ко мне в гости?

- По-моему, ты тогда вообще ни о чём подобном в принципе помыслить не мог. Ты был... отрешённый, какой-то весь не в себе... словно завёрнутый в кокон пустоты. Знаешь, сколько народу пыталось и пытается до сих пор вскрыть твою защиту? Кто из любозна-тельности, кто из спортивного интереса, а кто и... Зангар так и не простил тебе того, что ты ткнул его носом в грязь. После твоих подвигов в поединке с Сарнсом он вряд ли рискнёт вновь выяснять отношения кулаками - но всё серьёзнее занимается феерболами - так что тебе лучше не появляться пока в посёлке....

- Только не говори, что кто-то принимает его всерьёз! - Дэн фыркнул и покрепче обнял Панею. - Лучше давай поговорим о тебе - мы столько знакомы, а я о тебе ничего не знаю...

Мягкая рука легла на его губы.

- Не стоит. Врать тебе - не хочу, а говорить правду... Лучше давай вновь проверим как экранируют эти древние стены любовные страсти. Я никогда не видела столь мощных вы-бросов энергии. Если бы мы были в посёлке, ты разметал бы половину домов...

Утро началось с необычного. Граф предложил Дэну рассмотреть... свой собственный посох.

- Раньше вы не могли, поскольку находились под действием этого мерзкого эльфийского зелья, блокирующего способности. Но пора уже забыть об этом и более пристально изучать окружающий мир - а не на манер воинов - если шевелиться, то нужно уничтожить.... Смот-рите, изучайте и учитесь пользоваться увиденным!