— Не хочу огорчать, но мы все вылезли из одного и того же удивительного места, а залезли туда из другого не менее удивительного места.

Учитывая, что посыл в «сад» поняли все, отсылку к «местам» тоже поняли все. У леди N от удивления открылся рот, у претенденток округлились глаза, дворецкий у входной двери единственный держал на лице бесстрастную маску, но трясущиеся в беззвучном смехе плечи выдавали его с головой. И только я решилась озвучить более невинный и этически допустимый ответ, что имелись в виду герцогства, в которые мы спустились с небес, дверь распахнулась. В ослепительном свете солнца появился сияющий принц.

— Доброе утро, леди! Вижу, все собрались. Не соблаговолите ли выйти наконец?

Он спросил с ласковой улыбкой на губах, но мороз по коже все равно прокатился. Мы, не сговариваясь, выпорхнули на крыльцо и построились с первой по пятнадцатую. Присели в подобающем глубоком реверансе под одобрительным взглядом Его Высочества. К слову, одобрял он нас как спереди, так и сзади, для чего не поленился, обошел присевший ряд невест и заинтересованно остановился перед первой претенденткой, той самой, что непрестанно косилась на свою грудь.

— Пожалуй, начнем. Первая герцогиня Онессия Ильм? — Орран протянул ей руку, злорадно усмехнулся, когда девушка чуть не упала, придержал ее за талию и отдал приказ остальным: — Ожидайте.

Иными словами, разогнуться нам еще не позволили.

И, явно издеваясь, пятый принц медленно развернулся и неспешно повел испуганную пышку навстречу послам. Они исчезли за поворотом лишь спустя долгие двадцать секунд, основательно сплотив оставшихся. Негодующее «идите в сад!» вышло единым, чистосердечным и громким. Очень надеюсь, что кусты заглушили наши слова, иначе прекрасный день превратится в ужасный, а принц… Хотя к чему питать надежды? Орран и без нашего посыла сам по себе ужасный. В пять лет начал сбегать из дома, в восемь драться с мальчишками, в одиннадцать зарабатывать едва ли не на воздухе, в тринадцать соблазнять юных девушек. К пятнадцати он основательно поднаторел во всех направлениях, заскучал и сбежал, в этот раз из королевства.

Пущенные следом «псы» нашли принца через месяц, но вернуть почему-то не сумели. Зато честь по чести докладывали, что парень работал у гномов, у вампиров, у поднебесных эльфов и отдыхал у русалок, у ведьм Залесья, у святых отцов Сольови. Как рассказывал достопочтенный воровской кардинал, к семнадцати годам Орран успел пересечь наш материк и добраться до острова метаморфов, но те его признали, связали и вернули отцу. Это официальная версия. По неофициальной — глава метаморфов прослышал о том, что ненаследный принц Грена собирает на него компромат, перекрестился и перестраховался, наложив вето на въезд и оформив мерзавцу выезд.

С тех пор Орран оставался дома, строил подпольную империю, обогащался на любителях острых ощущений, разбивал женские сердца, время от времени дрался на собственной арене и, видимо, не только на ней…

Не прошло и двух минут, из-за кустов появилась вначале растрепанная и растерянная первая герцогиня, прикрывающая шляпкой грудь, затем ухмыляющийся принц с помятым галстуком. Мы запоздало стали в стойку приветственного полуприсяда, и Высочество ухмыльнулся совсем уж жутко. Довел Онессию Ильм до лестницы, сказал «Свободна!» и протянул руку второй. Ее он вернул еще быстрее, чем первую, и почему-то мокрой. Третьей руки не предложил, кивком указал, чтоб спустилась и шла за ним. Возвратил в целости и сохранности, только странно пунцовую. Четвертая лишилась брошки, пятая — левой серьги, шестая вернулась без шляпки, к тому же сама. Оран из-за кустов крикнул:

— Седьмая герцогиня, будьте добры!

Плюясь проклятьями, рыжая бестия ушла, мы в очередной раз разогнулись из реверанса и больше в него не приседали, потому что чем дальше шел наш счет, тем хуже вело себя Высочество. Девятая, что оказалась обладательницей правдокола и двух длинных кос, так и вовсе не удостоилась зова. Спустилась сама и в парк ушла сама. Где-то там спустя минуту раздался хлесткий звук пощечины и сердитое шипение:

— Вы подлец!

— Я в курсе, — ответили ей.

К удивлению, девятая вернулась без кольца и без платья, зато с гордо поднятой головой. И шла она так, пока сзади не свистнули:

— Однако какой прекрасный вид! — Девушка рванула в дом, и почти сразу же прозвучало командное: — Десятая, поторопитесь.

Вопреки приказу холодная блондинка не сдвинулась с места. Зевнула, мягко улыбнулась нашим удивленно-вопросительным взглядам и продолжила стоять на своем, в смысле, просто стоять.

— Эрга Оттор?! — Раздражение в голосе Оррана сквозило недоверием, однако за девушкой он так и не пришел. Под ней просто открылся портал, и герцогиня с криком «Сволочь!» улетела в темноту провала.

Где-то далеко почти одновременно раздался плеск визг герцогини, хохот Высочества и удар молнии, что прилетела из ясного неба. Огромная, раздвоившаяся в середине, она затрещала, столкнувшись с барьером. Словно живое растение, тонкими ветками расползлась по защитному куполу и истаяла, не достигнув земли.

Маг? Кто из них? Неужели принц? Или все-таки десятая невеста?

— Да чтоб его разорвало! — ругнулась тринадцатая герцогиня, чем привлекла мое пристальное внимание. Во-первых, она была одной из тех, кто разгромил мою комнату, дабы стереть следы своих проделок, во-вторых, судя по голосу, именно она спросила, откуда я вылезла, и в-третьих, продолжая ругаться, девица начала снимать с себя украшения.

В кусты акации улетели браслет, серьги, бантик-брошка, пурпурный цветок со шляпки и подвязка с правой ноги. Последняя в силу легкости и объемности на землю не упала, зацепилась за ветку и повисла кружевным шариком, почти цветком. Тринадцатая герцогиня шагнула к кустам, чтобы спрятать улику, но была остановлена ехидным:

— Я все видел, Селина Мирт!

Принц не появился, нет. Он крикнул это из глубины сада, и нет ничего удивительного в том, что девушка фурией взвилась.

— Грысова задница!

— Я слышал, — тотчас отозвался Орран.

— Он накинул на одну из нас маяк, — догадалась герцогиня, зло покосилась по обе стороны от себя. — Кто встречался с ним с утра? Ну же, признавайтесь!

Участницы слета вразнобой пожали плечами, леди N брезгливо и максимально незаметно отбросила треснувшее пенсне, я подумала о своей шляпке и чуть не потянулась к ней, но вовремя остановилась. Тринадцатая мне не подруга. Принц, конечно, тоже не друг и мог что угодно прикрепить к полам шляпки. Но если главнокомандующий доверяет ему, то и я смогу когда-нибудь. Нескоро.

И в этом я уверилась, едва перед нами появились абсолютно мокрая и окончательно проснувшаяся десятая герцогиня и Орран, тихо выговаривающий ей:

— …я готов проучить одного определенного оборотня, но мне совсем не хочется знать, как на это отреагирует весь клан. — Девушка попыталась его разуверить, но мерзавец остановил ее движением руки. — Иными словами, дорогая, ваш проступок можно расценить как угрозу моей жизни.

Она споткнулась, и я бы на ее месте так вовсе упала. Угроза жизни Его Высочества — прямой билет на плаху, лишение привилегий для семьи и темное пятно на чести рода.

— Но хорошо, что хорошо кончается. Непоправимого не случилось. — Тут он лукаво улыбнулся. — Ведь вы не надеялись на первенство, Эрга?

Надеялась, о чем сказали ее упрямо поджатые губы и ненавистью полыхнувшие глаза. Но блондинка сдержалась, вернула себе неприступную надменность и коротко бросила: «Нет». Не забыв о поклоне, она поспешила удалиться, а мы остались стоять под предвкушающим взором принца.