— Это еще что?! — раздался возглас на весь дом. Топтателю подорожника вновь не угодили.

— Лилли! — позвал меня барон. — Вы бы не могли отозвать своего… багряника?

Багряник? Я его не сажала. Капризная тенелюбивая ядовитая лиана трижды отказалась приниматься в моем саду, а потому была безвозвратно вычеркнута из обязательных к посадке. И только магический страж в насмешку время от времени перевоплощается в… Пожри его демоны! Он напал на гостей.

Я вбежала в комнату с криком: «Яник, брысь!» и впервые увидела, как моего защитника легко и просто скручивают в узел. Лиана с багряными листьями на черных плетях печально махнула мне усиком, прежде чем окончательно затихнуть в мужских руках и превратиться в кнут из асса. С сожалением подсчитала — на восстановление рун стража уйдет не меньше полугода, вот урод этот… как его!

— Та-а-ак, — протянул, по-видимому, маг и недобро на меня воззрился. — Что еще вы оставили себе со времен службы, Горэ?

Представив, что сейчас он, как стоящий здесь же педант из бюро Тайных знаний, начнет проверку и учет, решительно заверила:

— Только арбалет, однозарядный и близко бьющий. А это подарок Россы. — И подарки учету не подлежат, ибо висят на балансе первых владельцев.

Настойчиво протянула руку за кнутом, но мне его не дали. Назидательно и немного оскорбительно прицыкнули языком.

— Какого Россы? Гробовщика? — Маг не столько вопрошал, сколько утверждал, и оказался прав. Я медленно кивнула и наконец-то получила уснувшего стража.

— А вы полны сюрпризов, лейтенант. — Улыбка Нигье раздражала не меньше прищура здоровяка.

— Садовница.

Мое возражение подозрительно легко пропустили мимо ушей.

— Помнится, лейтенант, Росса обещал убить любого, кто позарится на его кнут. Даже мне угрожал. А вам отдал…

— Он пересмотрел свои жизненные ценности. — Почти не солгала. Одна поправка — пересматривал он их в срочном порядке, пока яд выкручивал его кости. Пустяк да и только. Сейчас важен иной вопрос: — По какому поводу вы прибыли, господа?

Я отложила защитника и поднос на чайный столик, всего на мгновение сцепила руки.

— Мы…

Барон попытался сдвинуть с места растущий из пола стул, понятное дело, потерпел неудачу и с неудовольствием сел на мое неподвижное творение. Маг продолжил стоять, разглядывая стены. Светловолосый здоровяк с подавляющим взглядом, коротко стриженный, что свойственно военным, на равных держится с бароном Нигье, что присуще высшим чинам. Пришли не просто так.

Ясно, сейчас будет долгая история. Не приготовить ли за это время чай?

— Мы по очень важному делу. Можно сказать, государственной важности.

Занимательно. Я возилась на кухне, вполуха слушала бывшего капитана и думала о том, что в последний раз, когда мне рассказывали о государственной важности, наш отряд курсантов вместо практики отправили в тыл врага. А именно в подземное темноэльфийское королевство, коротко именуемое Арен. Без денег, связи и объяснений. Вспыльчивый Росса тотчас угодил в тюрьму, Изма и Трэд — в услужение к некроманту, Диз — на каторгу, а я в неполные семнадцать лет — замуж… с последствиями. Лир единственный выбрался на свободу и вытащил нас ценой своей жизни. Это согласно официальной версии. Неофициальную мы успешно держали в секрете вот уже тринадцать лет и очень радовались за единственного фаворита наследной принцессы Арена.

Капитан нашего отряда «везунчиков» Осен Нигье, он же барон, тоже радовался за умника Лира, ловко избежавшего возвращения на родину в качестве пожизненно обязанного, пусть и героя. Не меньше он радовался и за наш отряд откосивших от службы по причине неизлечимого нервного расстройства. А вот теперь это изысканно одетое недоразумение смотрит на меня ясным взглядом и вещает о предстоящем совете послов семи королевств.

Событие это, грандиозное и всех объединяющее, уже не раз уполовинило казну нашего королевства, а потому вместо гуляний и показательных строек Его Величество впервые вознамерился провести старинный слет невест. Иными словами, сэкономить и развлечь послов, а кое-кого даже женить. Жертва матримониальных планов еще не определена. Ею могут стать как младший сын короля, так и его вдовый брат или кузен, исполняющий обязанности советника. Что же до невест, тут все согласно традициям — по одной от каждого герцогства. В общей сложности их в королевстве четырнадцать, но барон сказал, что будет пятнадцать.

— И откуда возьмется лишняя? — Любопытство — не порок, я моментально его себе простила. — Неужели вам удалось объединить два враждующих клана горцев в одно герцогство?

— Нет, — ответил Нигье. — Поэтому вы и нужны нам, Лилли.

— В смысле?

Он коротко обрисовал мою задачу — наблюдать и докладывать, установил сроки исполнения — только первый тур, и просительно заглянул в глаза.

— На слет. Двадцатилетних невест. Участницей? — переспросила, не веря, и не сдержала смешка. — Вы зря тратите свое время, господа.

Да и мое время тоже зря. Я разлила чай по чашкам, добавила к булочкам печенье, заменила в вазочке острый соус на джем и краем глаз заметила движение за окном. Несколько секунд вглядывалась в заросли жимолости, чтобы увериться. Чутье охотницы не обмануло. Два черных уха отделились от густой тени и аккуратно подбирались к грядке с хохлатой петрушкой. Чертов кролик! Чем тебя извести?

— Но, Лилли, вы прекрасно разбираетесь в травах и ядах, — ворвался в мои кровожадные мысли голос Нигье. — Не используя магии и амулетов, вы можете скинуть пару-тройку лет. — Скинуть придется больше десятка, но барона это не смутило, он продолжил приводить аргументы. — Изменить запах тела, цвет волос, кожи и глаз, скорректировать очертания собственной фигуры. Вы — лучший вариант.

В словах — торжественность, во взгляде — настороженность, а может, даже чувство вины. Например, за то, что обещал не втягивать наш отряд в пучину королевских разборок.

— Сожалею, но у этого варианта есть забавы иного порядка, — попыталась я увильнуть и в то же время прощупать причину его приезда.

— А также есть сын… — Голос топтателя моего подорожника покоробил отсутствием эмоций. Простая констатация факта, но в ней угадывается угроза.

Я улыбнулась. Сын есть. Внешностью — точная копия отца. Такой же высокий, смуглый и зеленоглазый обладатель копны медных волос, а еще сильный, благородный, волевой. Изъян один — в ближайшие годы авторитет родителей у него чуть выше нуля. И в этом он весь в меня. С грустью вспомнила, сколько мерзавцев пыталось мою нейтральность через ребенка продавить. Угрожали, обещали, совращали, увещевали… а теперь — пожалуйста, представители королевской власти и вроде как защитники народа, а все туда же.

— Вы ничего не можете ему сделать, как и мне. — Я поставила поднос на стол, разложила чашки и блюдца, с гордостью отмечая, что руки и голос не дрожат. — А если попытаетесь, узнаете много нового.

Маг, до сих пор стоявший вполоборота, повернулся ко мне. Судя по ироничной ухмылке на морде, он уже узнавал и остался доволен. Доволен? Что-то новенькое. Оценив мои связи, остальные «доброжелатели» теряли хватку и, блея извинения, скрывались за горизонтом. А этот, наоборот, приободрился и наступает. Я покосилась на затихшего барона Нигье.

Демоны тебя пожри, кого ты ко мне приволок?!

— Да, вы хорошие подобрали связи и защитили свою и его жизни. — Теперь голос здоровяка приобрел медовые оттенки похвалы. — Однако сын идет по пути своей матери. И четыре раза подавал прошение в королевский спецотряд внешней разведки. По вашей просьбе все его прошения не проходят дальше секретаря. — Кое-кто тут знает больше нужного. — А по моей — могут попасть прямиком к главнокомандующему.