припсам:

— Ищите!

* * *

Как мы ни торопились с обыском, но несколько часов на этот дурацкий дом все-таки угрохали. Несмотря на загодя снятую защиту, отсутствие тайных комнат и полнейшее содействие слуг, услужливо открывающих перед нами любые двери.

К счастью, посторонних предметов (ну, помимо хаотично набросанных гор женской одежды и усыпанного драгоценностями барахла) в поместье леди Рески не нашлось. К счастью — потому что в противном случае мины пришлось бы обезвреживать, а я, одурев от обилия царящей повсюду безвкусицы, страстно мечтала, чтобы кто-нибудь однажды взорвал эту обитель порока к демоновой матери.

К тому моменту, как припсы закончили с чердаком, я была готова собственноручно тут все разнести, лишь бы больше не видеть поросячьего цвета стен, ковров и занавесок, а болтающиеся повсюду рюши с преогромным удовольствием оборвала бы все до единой. К сожалению, погрома в имении близкой родственницы король бы нам не простил, поэтому я только стиснула зубы и, как только стало ясно, что искать тут больше нечего, со всей доступной скоростью ринулась к выходу.

С де Фоссом мы столкнулись примерно на том же месте, где недавно расстались. И, надо сказать, такого дикого выражения на лице шефа я еще ни разу не наблюдала.

— У нее там тазики, — деревянным голосом сообщил маг, когда я осторожно поинтересовалась, нашел ли он что-нибудь в подвале. — Дурацкие розовые тазики… целая коллекция… составленные в стопочки от пола до самого потолка.

— Зачем они ей в таком количестве?! — опешила я.

— Не знаю.

— Пойдемте отсюда, а? — испуганно прошептала Бумба, отработанным движением запрыгнув мне на плечо. — Поверьте мне на слово — эта дамочка — сумасшедшая. Я такого страху натерпелась, когда случайно опрокинула на шефа пару стопок этих ее тазиков…

Я перевела растерянный взгляд на застывшее лицо де Фосса. Невольно представила, как он осторожно крадется в темноте посреди целого леса разнокалиберных тазиков, всеми силами стараясь ничего там не задеть. Как от неловкого движения все-таки задевает один из них локтем, и на него в полнейшей тишине медленно-медленно валится ближайшая стопка. Какой после этого внизу поднимается грохот, и как надменный маг, отчаянно ругаясь, безуспешно барахтается среди гремящего барахла всех оттенков розового. После чего вокруг него начинает с истеричными воплями носиться ничего не понимающая мина, от действий которой на бедного шефа один за другим падает все больше и больше бесконечно дорогих сердцу леди де Рески коллекционных розовых тазиков…

Честное слово, я ничем не хотела обидеть шефа, а всхлипнула совершенно машинально. И расхохоталась во весь голос вовсе не от желания унизить его еще больше. Оно само вырвалось. Честно-честно! Однако де Фоссу это все равно не понравилось, и он, окатив меня свирепым взглядом, вполголоса процедил:

— Уходим.

С каким выражением лица встретил нас лорд Лайс — это надо было видеть. Похоже, пока нас не было, блондинистая леди атаковала его по всем фронтам, потому что к моменту нашего появления она с наглым видом восседала на подлокотнике кресла, в котором тревожно ерзал затравленно озирающийся, откровенно не знающий, куда себя девать, мужик.

Как же он был счастлив, когда нас заметил! И с какой поспешностью вылетел из кресла, едва успев пробормотать на ходу извинения… я даже решила простить его за подставу с кольцами, потому что вытерпеть кузину короля столько времени и ни разу ей не нагрубить — на это, мне кажется, способен только настоящий герой.

— Куда же вы, господа? — забеспокоилась госпожа де Рески, когда де Фосс и дер Ирс почти бегом кинулись к выходу. — А как же светская беседа? А горячий завтрак, который я сейчас же велю приготовить?!

— Благодарю, миледи, мы спешим, — отрывисто бросил шеф, с недостойной для гостя поспешностью выскакивая на улицу. Рыжик, утирая выступивший на лбу холодный пот, выбежал следом. Полоумная блондинка, само собой, рванула за ними вдогонку… но в последний момент на ее пути встала я и, уперев руки в бока, сухо отчеканила:

— У вас есть вопросы к этим господам, миледи?

— А? Что? — резко затормозила госпожа де Рески. А я подлетела ближе и растянула губы в зловещей улыбке:

— Имейте в виду: этих господ я считаю своими врагами. Покушаясь на их свободу, вы тем самым покушаетесь на мое право первой испортить им жизнь. И если вы вольно или невольно лишите меня удовольствия это сделать, я вас прокляну, леди. Слово ведьмы. Надеюсь, мы поняли друг друга?

Госпожа де Рески смертельно побледнела.

— Д-да. К-конечно.

— Вот и замечательно, — промурлыкала я, пользуясь ее замешательством, вылетела на улицу, не забыв при этом посильнее захлопнуть входную дверь.

ГЛАВА 16

— Спасибо, Цицелия, я ваш должник, — выдохнул Лайс, когда экипаж на огромной скорости вылетел за пределы «поросячьего» поместья. — Готов остаться вашим кровным врагом на всю оставшуюся жизнь, лишь бы ни под каким предлогом сюда не возвращаться.

— Пожалуйста, — буркнула я, отвернувшись к окну. — Но в качестве врага вы меня не интересуете.

— Какая жалость. В таком случае я просто обязан предложить вам выйти за меня замуж. Так сказать, в целях обеспечения собственной безопасности. Полагаю, на женатого мужчину леди де Рески не накинется, особенно если у него жена — ведьма. Райв, как считаешь?

Де Фосс от неожиданности поперхнулся, сидящая у меня на коленях Бумба сердито заворчала, а я смерила улыбающегося Лайса оценивающим взором.

— Спасибо, но циничные пожилые маги, предпочитающие носить маску беззаботного повесы, меня не прельщают.

— Гм. Значит, у молодых циничных магов шанс еще есть? — недоверчиво приподнял брови рыжик.

Я демонстративно покрутила обручальное кольцо.

— Только когда мне удастся снять вот это.

— Звучит обнадеживающе, — хмыкнул лорд Лайс и, ничуть не обидевшись на «старого циника», весело мне подмигнул. — Как и обещал, приложу максимум усилий, чтобы избавить вас от него поскорее.

Я фыркнула и снова отвернулась, подчеркнуто изучая зимний пейзаж за окном.

На этот раз ехать пришлось недалеко. Буквально через пару минут экипаж свернул на соседнюю улицу и, проехав до конца, остановился у старого, но еще очень крепкого и представительного дома, у калитки которого нас уже встречал не