— Да я больше о том, что ты оказался нормальным. Игни, знаешь ли, как-то не везло на противоположный пол. То этот ее друг родителей, то хлыщ, который на нее проспорил...

— Так, а вот отсюда поподробнее.- Я аж весь подобрался. Проспорил? Знаю я эти мерзкие дворцовые шуточки, когда на спор пытаются кого-то соблазнить. Глупые детишки, которые не могут придумать ничего умнее. И жестокие.

— Да не было подробностей. Игни сразу догадалась, хотела сжечь. А мне пришлось его спасать: прямо из-под огня вытащил...

— Вытащил? — Я сразу почувствовал, что это слово какое-то многозначительное, с двойным дном.

— Ага, вытащил, — активно подтвердил Ксантос. — Прямо через перила перекинул вниз. Да не смотри ты так, там все второй этаж, пара переломов. А так остался бы головешкой.

Ксантос спокойно допил ром и налил себе еще. Вот теперь еще легче было понять, почему Ксан и Игни подружились...

— Так что у вас произошло? — Ксантос грубо прервал мои мысли.

— А что произошло? — Нет, неужели он и всерьез рассчитывает, что я буду с ним откровенничать? Я похож на доверчивого идиота? Будь это так, мой некромантский век был бы недолог.

— Ты выгнал меня со спальни Игни, потом вы целовались, а потом она отправила себя восвояси.

Я едва не подавился:

— Какого черта?! Ты за нами следил?

— Да больно вы нужны кому-то! Надо было дырку в потолке заделывать, прежде чем лобызаться! Или приказать Лили найти мне другую комнату!

— Так какого черта ты спрашиваешь, что случилось, если сам знаешь?

— Было ли еще что-то? Или почему ты Игни избегаешь? Она, между прочим, волнуется.

— Да ничего не было, — ответил я. Что там быть могло? Раз указали на дверь, то не насильно же оставаться.

— Так чего с Игнис не общаешься? Тебе не понравилось? Проблемы с потенцией? У тебя на нее не встало?

Я ожидал каких угодно вопросов, но только не этих. И, пожалуй, за все время пребывания Ксана у меня возникло желание набить ему морду. Он, видимо, это прекрасно почувствовал:

— Если не в этом проблема, так в чем? Только не говори, что ты избегаешь ее по какой-нибудь глупой причине, вроде... М... ну, например... «Я почти вынудил ее поцеловать меня, поэтому мне стыдно».

Я отвел взгляд. Даже Ксантос догадался. Если раньше вина мне казалась тягостной, то сейчас она грозила раздавить меня ко всем перемолотым в учебной практике костям!

— Да ты серьезно?! — Ксантос неприлично заржал. — Я пошутить хотел, но не думал, что так попаду.

— У меня не проходит ощущение, что я ее заставил, — покаялся я, чуть не прикусив себе от злости язык — планировал же молчать, нашел, с кем откровенничать. С тем, кто продолжал так смеяться, что едва не расплескал весь ром в уже третьем по счету стакане. Мне не жалко, но очень неудобно, когда у твоей жены друг — потенциальный пьяница.

— Вставай, покажу тебе кое-что интересное.

— Кое-что? — Я не сдержал любопытства, смешанного с подозрение.

— Того, что запросто снимет с тебя бессмысленную вину и докажет, что Игни была очень даже не против.

Я скривилась. Есть всякую капусту вместо прекрасных пирожных мне совсем не хотелось. А кроме того, было еще очень интересно: целоваться — это как? Приятно, странно? Стыдно? Да все вместе!

После поцелуя Одена мне надо было очень хорошо подумать. Что же я почувствовала и как к этому отнестись? Честно признаюсь, что ни к чему я не пришла. А раз не поняла, значит, надо повторить. Конечно, попросить Одена во второй раз достаточно проблемно, но у меня была на этот счет гениальная идея.

Только вот Оден куда-то запропастился. Я даже пожаловалась Ксану, что муж меня избегает, на что тот повздыхал, побурчал, выдал пару неприличных слов, но пообещал все уладить. Ну и отлично! На Ксана всегда можно положиться.

А мне для осуществления моего плана был очень нужен Франц. Собаку найти получилось куда проще, чем ее хозяина. А вот уговорить Франциска зайти в мою комнату и там остаться было уже посложнее. Видимо, слышал разговор Одена и его угрозы. Но Франц в итоге сжалился надо мной. Только вот наличие лица мужского пола (пусть и мертвого, пусть и собаки) никак не способствовало появлению Одена.

— Ксан! — рявкнула я, услышав шаги сверху. — Ты разобрался?

Ну а что? Могу я поинтересоваться у друга, как продвигается моя маленькая просьба? Кстати, очень удобная дыра в потолке. И не видно практически ничего, и общаться удобно.

— С чем я должен был разобраться? — издевательски протянули мне в ответ. Ну, конечно. Дождешься от Ксана понимания и спокойных комментариев. Проще у пустынников ведро воды выпросить.

— С Оденом. Ты обещал выяснить, где он пропадает и почему меня избегает! — возмутилась я. Неужели забыл? Или специально тянет время.

— Так я выяснил.

— И? — спросила я в нетерпении.

— И думаю, что скоро прекратит.

— Чудесно! Просто прекрасно! Поразительно и невероятно! Скоро — это когда? — Я едва не кинула светильником наверх. Останавливали две вещи: в Ксана я бы не попала, и светильник был тяжелым. — Слушай, мне вот интересно, если я в свою комнату приведу армию мужчин, он наконец заглянет сюда и прекратит бегать?

— Ну, прям не знаю, — задумчиво протянул Ксан. — Оден, вот скажи, как ты поступишь?

— Не надо никаких мужчин! — рявкнул Оден. — И Франца убери! Я сейчас прибегу.

— Да что ты, Оден, дружще, — издевательски произнес Ксантос. — Зачем бегать? Ты прямо в дыру сигай. Раз — и готово. А я даже глаза закрою, пока вы непотребствами заниматься будете.

Что сказал Оден в ответ, я не услышала: в голове зашумело, а сердце забилось так, будто его кто-то сжал. И щеки, кажется, раскраснелись, если судить по тому, как жарко мне стало.

Просто гори все адским пламенем! Я едва не взвыла! Ксан, зараза! Подпалю, ей богу, подпалю! Как можно было не предупредить?! Как можно было стоять там и еще подшучивать?! Чертова дыра в потолке, которую никто не удосужился заделать за эти дни, чертов Ксантос! Спалю! Всех и все спалю!

Так. Успокоиться. Вдохнуть и медленно выдохнуть. Плюнуть огнем в чан с водой для умывания. Так, сбросить лишнее пламя. И подумать. Ничего эдакого Оден не услышал. Я ведь не сказала, что ищу его для поцелуев, верно? Верно! А так, мало ли для чего. Может, дела хочу с ним обсудить.

Франциск, словно учуяв, что пахнет горелым, стал пятиться из моей комнаты. Вот же предатель!

— Франц, сидеть! Ждать Одена! Выйдешь, как он придет!

 Глава 19

Наверное, мою жизнь сейчас можно было бы считать идеальной. Муж под боком, дружелюбные животные (и не так страшно, что уже неживые), верный Селест, который с удовольствием возил меня по достаточно живописным окрестностям. И никакой работы. Никаких конфликтов, интриг, напыщенных аристократов. Все это было бы хорошо, если бы не было так скучно...

Я измаялась от безделья. Особенно после того, как уехал Ксантос. Уехал он так поспешно, словно за ним гнались все скелеты, поднятые за жизнь Одена. Забыл кое-что из своих вещей и даже нормально не попрощался, так, формально.. С Ксаном было веселее, он вполне успешно заполнял то время, которое я не тратила на поцелуи с Оденом, на прогулки по окрестностям вместе с Селестом и Францем.

Поначалу с Ксаном мы устраивали шуточные дуэли. Но, разумеется, не в полную силу. Как я уже и говорила, Ксан не обладал какой-то потрясающей магией, но вполне умел добывать потрясающие вещи. Например, был у него в коллекции амулет полного отражения, который оборачивал всю применяемую магию против врага. И вроде как не просто возвращал, но еще и удваивал. Но, увы, этот амулет можно было использовать лишь несколько раз. Глупо было расходовать заряд на обычный дружеский поединок, поэтому мы с Ксантосом ограничивались битвой на мечах прямо во дворе перед домом. Дождя не было, а некогда сырая и болотистая площадка превратилась в отличное место для тренировок. Во владении мечом Ксан мог дать мне приличную фору. И драка больше походила на обучение. Хотя, признаюсь, я играла нечестно. Потому что на мою сторону вставал Селест, который в опасный момент выбивал меч из рук Ксана, заставляя того нещадно материться.