переносице, усы ощетинились, но через секунду он уже стоял по стойке смирно.
– Так точно, так точно, – нервно рассмеялся он.
Нина повернулась и почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног. «Нет, – ее сердце заколотилось в панике. – Невозможно. Он утонул. Он должен быть на дне океана!»
Но если Ярл Брум и был мертв, из него вышел очень жизнерадостный труп.
32. ДжесперДесять с половиной ударовОдежда Джеспера была покрыта стальной пылью и стружкой. Украденная форма пропиталась потом, руки ныли, а головная боль, сверлившая левый висок, казалось, решила поселиться там навсегда. Уже почти полчаса он работал над единственным звеном в цепи, шедшей от левого конца лебедки в одну из щелей в каменной стене, используя свою силу, чтобы ослабить металл, пока Уайлен пилил его прачечными ножницами. Поначалу они были осторожны, боясь сломать звено и вывести ворота из строя до того, как наступит время поднимать их. Но сталь оказалась сильнее, чем они ожидали, и процесс продвигался крайне медленно. Когда пробило три четверти, Джеспер начал паниковать.
– Давай просто поднимем ворота, – раздраженно проворчал он. – Запустим Черный протокол и будем стрелять по лебедке, пока она не сломается.
Уайлен смахнул кудри со лба и кинул на него быстрый взгляд. Джеспер видел кровь на его руках там, где лопнули волдыри, появившиеся, пока парень пилил звенья.
– Ты вправду так любишь оружие?
Стрелок пожал плечами.
– Я не люблю убивать людей.
– Тогда что?
Джеспер сосредоточился на звене.
– Не знаю. Звук выстрела. То, как мир сужается и остаешься только ты и мишень. Я работал с оружейником в Новом Земе, который знал, что я фабрикатор. Мы придумывали сумасшедшие штуки.
– Чтобы убивать людей.
– Ты делаешь взрывчатку, маленький купец. Не тебе меня судить.
– Меня зовут Уайлен. И ты прав. Я не имею права тебя критиковать.
– Только не начинай.
– Что?
– Соглашаться со мной. Это верная дорога к саморазрушению.
– Мне тоже не нравится сама мысль о том, чтобы убивать людей. Мне даже химия не нравится.
– А что нравится?
– Музыка. Числа. Уравнения. Они не такие, как слова. Они… не путаются.
– Если бы только с девушками можно было общаться при помощи уравнений.
Последовала долгая пауза, а затем, не сводя глаз с рубца, который появился на звене, Уайлен спросил:
– Только с девушками?
Джеспер еле сдержал улыбку.
– Нет. Не только.
Какая досада, что они, скорее всего, сегодня умрут. Эльдерклок начал отбивать одиннадцать ударов. Они с Уайленом переглянулись. Время вышло.
Джеспер вскочил на ноги, пытаясь смахнуть металлическую стружку с лица и рубашки. Продержится ли цепь достаточно долго? Или слишком долго? Скоро им придется это выяснить.
– На позиции.
Уайлен занял место у правой ручки лебедки, а Джеспер схватился за левую.
– Готов услышать звук неизбежного конца? – спросил он.
– Ты просто не слышал, как кричит мой папа, когда разозлится.
– Твое чувство юмора становится все более подходящим для Бочки. Если мы выживем, я научу тебя ругаться матом. По моей команде! Пусть Ледовый Двор узнает, что Отбросы пришли бросить ему вызов.
Он сосчитал до трех, и они начали крутить лебедку, стараясь работать в одном темпе и следя за ослабленным звеном. Джеспер ожидал громоподобного шума, но, за исключением нескольких скрипов и лязганья, механизм не производил ни звука.
Ворота кольцевой стены начали медленно подниматься. Пять дюймов. Десять дюймов.
«Может, ничего и не произойдет, – подумал Джеспер. – Может, Матиас соврал, или все эти басни о Черном протоколе просто выдумка, чтобы люди даже не пытались открыть ворота».
И тут забили колокола Эльдерклока – громко и пугливо, визгливо и требовательно. Их эхо нарастало волной, звуки перескакивали с одного на другой, раскатываясь над Белым островом, ледяным рвом и стеной. Сработала сирена Черного протокола. Обратного пути уже не было. Парни одновременно отпустили ручки лебедки, позволяя воротам с грохотом опуститься, но звено все равно выдержало.
– Ну же! – обратился Джеспер с мольбой к упрямому куску металла. Хороший фабрикатор наверняка быстро бы с ним справился. А под действием парема и того больше: превратил бы цепь в набор ножей для мяса и успел бы еще выпить чашечку кофе. Но Джеспер не относился к первому, и не имел второго, и его мастерства не хватало. Парень схватил цепь и повис на ней, налегая всем весом, чтобы попытаться оказать давление на звено. Уайлен сделал так же, и несколько секунд они просто висели на цепи, как пара сумасшедших белок, которые не освоили восхождение. В любую минуту стражники могли ворваться во двор, и им пришлось бы бросить это безумное занятие, чтобы защищаться. Ворота продолжат работать. Они потерпели неудачу.
– Может, попробуешь спеть им? – безнадежно предложил Джеспер.
А затем, с последней дрожью протеста, звено лопнуло.
Ребята упали на пол, и цепь выскользнула из их рук. Один конец исчез в щели, а другой заставил крутиться ручки лебедки.
– Мы сделали это! – перекричал Джеспер звон колоколов, разрываясь между радостью и ужасом. – Я тебя прикрою. Разберись с лебедкой!
Он взял ружье, прижался к щели в каменной стене, выходящей во двор, и приготовился к моменту, когда весь этот ад вырвется наружу.
33. ИнежДесять с половиной ударов– И как долго нам придется ждать? – спросил мужчина в бархатном костюме винного цвета. Стражники ему не ответили, но другие гости, толпившиеся у входа вместе с Инеж, раздраженно заворчали. – Я потратил большие деньги, чтобы приехать сюда, – продолжал он, – и не ради того, чтобы протоптаться все время у входных дверей.
Охранник, стоявший к ним ближе всего, произнес скучающим, монотонным голосом:
– Люди на контрольно-пропускном пункте заняты другими гостями. Как только они освободятся, вас проведут обратно через кольцевую стену и задержат на пропускном пункте, пока ваша личность не будет установлена.
– Задержат! – фыркнул мужчина. – Как преступников!
Инеж почти час слушала разные вариации этого же разговора. Девушка выглянула во двор, ведущий к посольским воротам. Если она собирается выполнить свою часть плана, нужно быть умнее и оставаться спокойной. Только задержка не входила в их план, и она определенно не чувствовала себя спокойно. Уверенность и оптимизм, которые она испытывала незадолго до этого, куда-то испарились. Инеж считала минуты и осматривала толпу. Но когда часы отбили три четверти, она поняла, что больше ждать не может. Нужно действовать незамедлительно.
– С меня хватит, – громко сказала сулийка. – Отведите нас к контрольно-пропускному пункту или отпустите.
– Стражники на контрольно-пропускном пункте…
Инеж встала перед группой и сказала:
– Нас уже тошнит от ваших отговорок! Отведите нас к воротам – и покончим с этим!
– Тихо! – скомандовал охранник. – Вы здесь всего лишь гости.
Инеж ткнула ему пальцем в грудь.
– Так относитесь к нам, как к гостям, – сказала она, изо всех сил пытаясь сымитировать Нину. – Я требую, чтобы меня немедленно отвели к воротам, ты, болван белоголовый!
Стражник схватил ее за руку.
– Так не терпится попасть к воротам? Пошли. Обратно ты уже не вернешься.
– Я только…
Вдруг в ротонде прозвучал другой голос:
– Стой! Эй, ты, я кому сказала!
Инеж учуяла запах ее духов