там Каза Бреккера, испугалась еще больше. Должно быть, Грязные Руки донес на нее. Сообщил Танте Хелен, что она заговорила без разрешения и пыталась напакостить.

Но Хелен только откинулась в свое шелковое кресло и произнесла:

– Что ж, маленькая рысь, похоже, ты теперь чужая неприятность. Оказалось, Пер Хаскель питает страсть к сулийкам. Он выкупил тебя за очень кругленькую сумму.

Инеж сглотнула.

– Я переезжаю в другой бордель?

Хелен махнула рукой.

– Хаскель владеет борделем, если это можно так назвать, где-то на дне Бочки, но там ты будешь лишь пустой тратой денег. Хотя попади ты туда, узнала бы, насколько доброй была к тебе Танте Хелен. Нет, Хаскель хочет тебя для себя.

Кто такой Пер Хаскель? «А какая разница? – отозвался голос в ее голове. – Он мужчина, покупающий женщин. Это все, что тебе нужно знать».

Огорчение Инеж было настолько очевидным, что Танте Хелен рассмеялась.

– Не волнуйся. Он старый, отвратительно старый, но вполне безобидный. Хотя, кто знает? – она пожала плечом. – Может, он поделиться тобой со своим мальчиком на побегушках, господином Бреккером.

Каз обратил взгляд своих холодных глаз на женщину.

– Мы закончили?

Инеж впервые услышала его голос и была поражена его грубым скрежетом.

Хелен фыркнула, поправляя вырез своего мерцающего синего платья.

– Безусловно, маленький негодник. – Она нагрела палочку синего павлиньего воска и поставила печать на лежащий перед ней документ. Затем поднялась и посмотрела на свое отражение в зеркале над каминной полкой. Инеж наблюдала, как Хелен поправляет колье, сверкающее бриллиантами. Сквозь сумятицу в ее голову пробилась одна мысль: «Они похожи на украденные звезды».

– Прощай, маленькая рысь, – произнесла Танте Хелен. – Сомневаюсь, что ты продержишься больше месяца в той части Бочки. – Покосилась на Каза. – Не удивляйся, если она сбежит. Девчонка быстрее, чем кажется. Но, может, Перу Хаскелю это придется по вкусу. Вы знаете, где выход.

Она покинула комнату в облаке шелка и медового парфюма, оставив позади ошеломленную Инеж.

Каз медленно пересек комнату и закрыл дверь. Инеж напряглась, сжав шелк в кулаке, и приготовилась ко всему, что последует.

– Пер Хаскель – глава «Отбросов», – начал Бреккер. – Слыхала о нас?

– Они – твоя банда.

– Да, а Хаскель – мой босс. Твой тоже, если захочешь.

Она призвала всю свою храбрость и спросила:

– А если не захочу?

– Я откажусь от своего предложения и вернусь домой как дурак. Ты останешься здесь с этим чудовищем по имени Хелен.

Инеж в ужасе прикрыла рот.

– Она слушает, – испуганно прошептала девушка.

– Пускай. В Бочке водятся разные монстры, и некоторые из них действительно очень красивы. Я плачу Хелен за информацию. Вообще-то плачу слишком много. Но зато я в точности знаю, что она из себя представляет. Я попросил Пера Хаскеля выкупить тебя. Знаешь почему?

– Тебе нравятся сулийки?

– Я не так много их встречал, чтобы знать наверняка. – Парень подошел к столу и взял документ, пряча его в пальто. – Той ночью, когда ты заговорила со мной…

– Я не хотела тебя обидеть…

– Ты хотела предложить сведения. Вероятно, в обмен на помощь? Письмо родителям? Надбавка к жалованью?

Инеж поежилась. Это именно то, чего она хотела. Она подслушала разговор о торговле шелком и подумала, что можно продать этот секрет. Глупо и дерзко.

– Тебя действительно зовут Инеж Гафа?

С уст Инеж сорвался странный, постыдный, слабый звук: полувсхлип, полусмех, но она уже многие месяцы не слышала своего имени и фамилии родителей.

– Да, – выдавила девушка.

– Предпочитаешь, чтобы так тебя и называли?

– Конечно, – ответила сулийка, а затем добавила: – Тебя действительно зовут Каз Бреккер?

– Зовут. Прошлой ночью, когда ты подошла ко мне, я даже не заметил твоего присутствия, пока ты не заговорила.

Девушка нахмурилась. Она хотела быть бесшумной, так что ничего неожиданного. Какая ему разница?

– У тебя на щиколотках колокольчики, – продолжал Бреккер, указывая на ее костюм, – но я все равно тебя не услышал. Фиолетовый шелк и нарисованные пятна на плечах, но я все равно тебя не увидел. А я вижу все. – Инеж лишь пожала плечами, и парень склонил голову набок. – Ты училась танцам?

– Акробатике, – она запнулась. – Все в моей семье акробаты.

– Ходите на высоте по канату?

– Да, а также работаем на качелях, жонглируем и исполняем разные трюки.

– Ты работала с сеткой?

– Только в детстве.

– Хорошо. В Кеттердаме тебя никто не подстрахует. Когда-нибудь участвовала в драках?

Инеж покачала головой.

– Убивала кого-нибудь?

Ее глаза округлились.

– Нет.

– А думала об этом?

Она помолчала, а затем скрестила руки.

– Каждую ночь.

– Неплохо для начала.

– Я не хочу по-настоящему убивать людей.

– Вполне обоснованное желание, пока другие не захотят убить тебя. А в нашей сфере деятельности это часто случается.

– В нашей?

– Я хочу, чтобы ты присоединилась к «Отбросам».

– С какой целью?

– Сбор сведений. Мне нужен паук, который будет лазить по стенам кеттердамских домов и контор, подслушивать возле окон и на карнизах. Мне нужен кто-то, кто умеет быть невидимкой, кто может стать призраком. Как думаешь, справишься?

«Я уже призрак, – подумала она. – Я умерла в трюме корабля работорговцев».

– Думаю, да.

– Этот город полон богатых мужчин и женщин. Ты изучишь их привычки, когда они уходят и приходят, какие грязные вещи вытворяют по ночам, какие преступления совершают, пытаясь скрыть их днем, размер их обуви, коды от сейфа, какая игрушка была их любимой в детстве. А я использую эту информацию, чтобы отобрать их денежки.

– Что произойдет, когда ты украдешь их деньги и сам станешь богачом?

Уголки губ Каза слегка приподнялись.

– Тогда сможешь похитить и мои секреты.

– Для этого ты меня и купил?

Все веселье исчезло с его лица.

– Пер Хаскель тебя не покупал. Он выкупил твою сделку. Это значит, что ты должна ему денег. Много денег. Но это вполне реальный договор. Вот, – он достал документ Хелен из кармана. – Хочу, чтобы ты кое-что поняла.

– Я не умею читать на керчийском.

– Не имеет значения. Видишь эти цифры? Это сумма, которую, как заявляет Хелен, ты должна ей за транспорт из Равки. Вот деньги, которые ты заработала, будучи ее работницей. А вот то, что ты должна ей вернуть.

– Но… это невозможно. Эта сумма больше, чем та, которая была в самом начале.

– Верно. Она взымает деньги за проживание, питание, уход.

– Она купила меня, – рассердилась девушка. – Я даже не могла прочитать, что подписываю!

– В Керчии рабство запрещено. А двусторонние сделки – нет. Я знаю, что этот контракт – фикция, и любой судья с кучкой мозгов тоже это поймет. К сожалению, большинство судей с мозгами давно у Хелен в кармане. Пер Хаскель предлагает тебе заем – ни больше ни меньше. Твой контракт напишут на равкианском. Будешь выплачивать ему проценты, но не заоблачные. Пока ты будешь ежемесячно отдавать ему определенную сумму, ты вольна приходить и уходить, когда заблагорассудится.

Инеж покачала головой. Все это казалось немыслимым.

– Позволь мне быть с тобой откровенным. Если ты убежишь, Хаскель отправит за тобой людей, на фоне которых Танте Хелен покажется заботливой бабулей. И я не буду его останавливать. Я поставил на кон свою голову ради