— Добрый вечер, отель «Ренессанс», — ответил мне бодрый женский голос

— Добрый вечер, вы не могли бы соединить меня с Максимом Агаповым из седьмого номера?

— Одну минуту, — прозвучало на другом конце провода, послышался легкий шорох и быстрый ответ. — К сожалению, Максим Агапов только что покинул номер нашего отеля. Но я могу оставить для него от вас сообщение.

— Не нужно, спасибо, — еле слышно ответила я и выпустила телефон из рук. Тот с глухим стуком упал куда — то вниз.

Перед глазами все поплыло. Он был сегодня в отеле, все это время, пока я его искала, он был в номере и, возможно, не один! Губы задрожали, а предательские слезы брызнули из глаз. Испугавшись, что могу попасть в аварию, я свернула с дороги и, остановившись у обочины, окончательно разревелась. Меня, наконец, прорвало, все это время я держалась, верила, что все у нас образуется. Как же я была слепа! Теперь все было понятно. Он меня бросил. Возможно, Лена была права, и он не прекращал водить туда женщин. А я дура, поверила ему. Я судорожно всхлипывала, сердце разрывалось от тоски по человеку, который меня обманывал. Все кончено…Все кончено!

Наверное, я была готова просидеть вот так в машине всю ночь, реветь и жалеть себя и свои несбывшиеся надежды, пока кто-то не постучал в боковое стекло. С трудом утерев слезы, я увидела стоящего рядом со мной полицейского. Я опустила окно, и он, представившись, попросил предъявить права, а затем спросил, почему я остановилась в неположенном месте.

— Простите, я только что узнала, что моя подруга попала под машину и чудом выжила, вот и расстроилась.

— Очень жаль вашу подругу, но впредь постарайтесь не нарушать, — сухо проговорил полицейский и отдал мне права назад. — Вы в состоянии сейчас ехать домой?

— Да, мне здесь близко. Спасибо.

Он попрощался, а я поехала домой. Меня словно сковало. Чувствовала себя деревянной. Я смотрела на мир через окна машины и удивлялась тому, каким все вдруг стало тусклым и блеклым. Блеклые машины проносятся мимо меня с раскрытыми окнами, с гремящей в них бестолковой музыкой, люди с тусклыми лицами торопятся домой. Все потеряло смысл. Не было больше красок. Словно кто-то взял огромную клячку** и растер ею весь этот мир, превратив в однообразную серую массу. Еле осилив простые движения, чтобы припарковаться, я вылезла из машины и медленно поплелась к подъезду, глядя себе под ноги, которые будучи ватными, отказывались меня слушаться. Нужно достать ключи, шарю по карманам. Прядь волос, выбившаяся из хвоста, падает мне прямо на лицо, и я резким движением головы откидываю ее назад и едва не спотыкаюсь, когда вижу того, кто стоит напротив меня всего в нескольких шагах.

— Тебя не было дома, и я решил подождать тебя здесь.

Макс! О Боже! Его хриплый голос точно живительная влага проносится по моим венам.

— Не думал, что ты любишь гулять допоздна, — продолжает он, медленно двигаясь ко мне на встречу. У него такой несчастный вид, волосы взъерошены, словно он не один раз запускал в них руку, мое сердце тянется к нему против сил разума. — Вижу, ты немного растеряна, я это понимаю, но я все могу объяснить. Конечно, если ты захочешь.

Растеряна? Я? Да он понятия не имеет, какой потерянной я себя ощущала все это время! Сама не замечаю, как делаю первые нерешительные шаги к нему. Шаг, еще один, и Максим идет ко мне. Вижу, как он протягивает ко мне руки. Наши шаги ускоряются, и вот я уже лечу в его объятия и сжимаю его так крепко, как только могу.

— Где ты был? А?! — всхлипываю, стискиваю пальцами, впиваясь ногтями в его широкие плечи. Боже! Как мне не хватало этого тепла, которое исходит от его тела! Утыкаюсь носом в его шею, вдыхаю его запах. О, этот запах! Его запах сногсшибательный, сексуальный, дикий, такой мужской и крепкий. — Где ты был?

Его грудь тяжело вздымается судорожно, словно что — то мешает ему дышать нормально.

— Прости.

— За что ты просишь прощения? — шепчу я. — За то, что оставил меня или за то, что обманывал?

— Обманывал?

Поднимаю к нему голову, осознавая, какая я сейчас жалкая. Ведь совсем недавно он был с другой женщиной, и пусть он к ней, возможно, даже не прикасался, это все равно было для меня равноценно измене. Я могла делать для него все, что он только хотел, все, что ему было нужно, но он выбрал другую. И зная правду, я все равно кинулась к нему на шею!

Отстранившись, я отошла на шаг назад, нужно было оставить от гордости хоть какие то крохи.

— Зачем ты приехал? — скрестив руки, спросила я.

— Оксана, почему ты сказала, что я тебя обманывал? — потребовал Максим ответа.

— Да брось, я все знаю! Я звонила в отель, знаю, что ты был там сегодня. Я искала тебя как полная дура, а ты развлекался там с какой-то шлюхой!

— Ты решила, что я занимался там этим?

— А что я могла подумать? — заорала я, во мне вдруг проснулись силы, хотелось крушить все кругом, устроить хаос, выплеснуть всю боль наружу. — Прошла почти неделя! Неделя, Макс! А ты не удостоил меня ни единым ответом, а я писала тебе. Звонила! Чего ты добивался?! Хотел меня унизить? Поздравляю, у тебя получилось!

Не выдержав, я кинулась на него с кулаками, чтобы он почувствовал хотя бы каплю той боли, что причинил мне. Максим грубо схватил меня за руки, прижав к своей груди

— Я был в отеле, и да, я был не один. Но я не был там с женщиной!

— С мужчиной? Извращенец! — я была так зла на него, хотелось оскорблять его самыми последними словами. И я знала, что извращенец было для него самым болезненным..

— Оксана, послушай меня! — его голос стал вдруг резким и холодным. — Этот мужчина отец моей матери. Мой дед. И часть этого отеля принадлежит мне. Только поэтому тот номер всегда был в моем распоряжении!

— Что? — я заморгала, пытаясь понять смысл его слов.

— Я все тебе могу объяснить, только прошу, выслушай меня спокойно!

Я застыла, а Максим, успокоившись, вдруг бережно провел по моей щеке рукой. Его взгляд перестал быть холодным, смягчился

— Ты плакала, моя бедная Бабочка, я заставил тебя страдать. Я так этого не хотел! — хрипло прошептал он.

— Тогда расскажи мне все, Максим, объясни! Иначе я сойду с ума!

— Отель «Ренессанс» принадлежит мне, — снова повторил он. — Точнее его часть. Я был там, чтобы подписать некоторые документы и встретиться с дедом.

— Почему раньше мне об этом не говорил?

— Не хотел говорить про отель, потому что знал, за всем остальным пойдут другие вопросы, — устало объяснил Максим, — но ты все равно их задала. Это единственное, что я скрывал, не хотел видеть в твоих глазах разочарование во мне.

— Ничего не понимаю! — покачав головой, я пыталась сложить все факты, — если у тебя есть родной дед, то почему ты не жил с ним? Почему он не забирал тебя к себе, почему допускал, чтобы ты жил с таким отцом? Он же мог!

— Вкратце отец моей матери, мой дед, не хотел, чтобы его дочь выходила за моего отца замуж. Он отвернулся от нее, как только узнал, что они все равно втайне от него поженились. Позже он простил ее, а вот она его нет. Я узнал об этом, только когда вырос. Дед нашел меня и сказал, что мне принадлежит часть его состояния. Так же, как и его отель. Сначала я ему не поверил, не хотел его знать, даже не стал его до конца слушать, считая его предателем. Я ненавидел его за то, что мне пришлось пережить. Ненавидел за то, что так рано ушла из жизни моя мама. Но он не отставал от меня, вымаливая прощение, и я, наконец, выслушал его. Оказалось, моя мать скрывала факт моего рождения от всей своей семьи, она решила порвать с ними всяческие отношения. И я уже никогда не пойму, почему она не смогла найти в себе силы, чтобы простить отца и дать нам возможность жить нормально. Она могла уйти от него, но предпочла остаться. Иногда мне кажется, что она недостаточно сильно любила меня, иначе как объяснить, что она позволяла все это время жить нам впроголодь, когда у нас могло быть все?

— Максим, это не может быть правдой, — прошептала я, а мое сердце обливалось кровью за него. Как можно его не любить? Я не понимала этого.