Он сел в кровати и начал решительно стягивать с неё платье. Хорошо хоть в спальне уже было темно, так как на неё напал несвойственный ей приступ стыдливости. Линда покорно подняла верх руки, позволяя ему избавиться от одежды. Ловким движением леший снял с неё бюстгальтер и куда-то его забросил. Затем он снял с себя футболку и надел на неё.

— Так-то будет лучше. Постарайся хорошо выспаться, — своим бархатным голосом пробасил он. Линда положила голову ему на грудь, вздохнула его терпкий, такой… родной запах, и закрыла глаза.

Проснулась она от того, что кто-то на неё смотрел. Как ведьма она ощутила это даже во сне. Осторожно приоткрыла глаза и в тонкие щёлочки осмотрелась. От яркого солнечного света тут же заслезились глаза. Тем не менее, кроме привычной обстановки в поле зрения ей попалась широкая курчавая грудь, и Линда с испугом подняла голову.

Ярослав смотрел на неё спокойным ласковым взглядом. Казалось, его серозелёные глаза заглядывали ей прямо в душу, словно он видел её насквозь.

— Наша прЫнцесса проснулась. Знаешь, что ты храпишь во сне? — прошептал ей на ухо леший.

— Неправда! Мне об этом ещё никто не говорил, — возмутилась она и в ту же секунду осеклась.

А как она может с такой уверенностью это утверждать? Ведь она бесчисленное количество раз занималась в постели сексом, но ни разу не спала с мужчиной в прямом смысле! Странно, откуда появилось такое двусмысленное выражение «спать с мужчиной»? В такие моменты разве до сна?

Линда с удовольствием потянулась и тут же наткнулась коленом на что-то твёрдое. Она с ужасом поняла, что это, поэтому мгновенно замерла.

— Линда! — страдальчески выдохнул Ярослав. — Нельзя ли поаккуратней! У мужчин, знаешь ли, по утрам бывает такое.

— Ой, извини.

Чтобы хоть как-то загладить свою вину, она стала в шутку жалеть его, при этом водя пальцами по его заросшей груди.

— Ух! Только не надо пальчиками водить там…

— Вот так? — спросила наивно Линда, лаская его грудь ещё усерднее.

Она прихватила губами его грубый сосок и тотчас почувствовала, как он в секунду стал острым и твёрдым. Из груди Ярослава раздался непонятный звук, больше напоминающий звериный рык…

И вот он уже с неописуемой страстью целовал её в губы, и при этом его язык настойчиво вторгался в её рот. Линда извивалась под ним, стараясь как можно плотнее прижаться к его паху. В то же время она жадно хватала ртом воздух, так как из-за непрекращающихся поцелуев и довольно крепких объятий его ей катастрофически не хватало.

— Ты меня сейчас задушишь, — взмолилась Линда, пытаясь вздохнуть полной грудью.

— Извини. Когда я с тобой, у меня не получается себя сдерживать.

Её мольбы всё-таки не остались напрасными. Так как Ярослав одним движением повернул её на бок и тотчас прижался к ней сзади. Одной рукой он стянул на бёдра её трусики, а другой продолжил ласкать её грудь. Непроизвольно она прогнулась, прижимаясь ягодицами к его паху. И в тот же момент сполна ощутила в себе твёрдость его мужского естества.

Они раскачивались, скользя друг по другу разгорячёнными телами. С каждым движением Линда проваливалась в бездну наслаждения. В то время как движения Ярослава становились всё настойчивее и откровенно грубее. Он уже входил в неё с едва сдерживаемой животной яростью.

Неожиданно для себя Линда в порыве страсти вцепилась зубами в его руку, так как безумство лешего передалось и ей. И когда в преддверии оргазма у неё всё внутри сжалось, она почувствовала в себе горячее семя…

Они стояли в душе, и Линда добросовестно намыливала лешему спину. Его крепкие, словно выточенные из камня ягодицы сводили её с ума. Она скользила по ним намыленными руками, а затем плавно переходила на поразительно широкую спину.

Она была удовлетворена и физически и морально.

А медвежонок-то скоро станет совсем ручным. Интересно, если бы не его лесная магия, их бы также влекло друг к другу?

— Почему он так уверен, что ты согласишься? — Откуда-то издалека долетел до неё голос Ярослава.

Он обматывал вокруг своей талии махровое полотенце и вопросительно смотрел на неё. А Линда тем временем с восхищением разглядывала его торс. Ведь сейчас он так напоминал античную фигуру Геракла!

— Линда, я с кем разговариваю? И не надо смотреть на меня такими глазами, а то я от тебя не уеду, — насмешливо обронил Ярослав, скользнув по ней внимательным взглядом.

— Ты уезжаешь? Куда, если не секрет?

— В город. Надо успокоить народ. Ты так и не ответила на мой вопрос насчёт атланта.

Линда тяжело вздохнула:

— Стах как раз не уверен в том, что я соглашусь. Честно говоря, я сомневаюсь, как мне поступить.

— Линда! О чём ты говоришь! Какие могут быть сомнения. Как это, вообще, возможно?! Я в первый раз слышу о подобном, ведь это наверняка очень опасно! Нормальная беременность и та не проходит бесследно, а это какое-то колдовское безумие! — Линде ещё не приходилось видеть Ярослава настолько взволнованным.

— А вот тут ты ошибаешься. Я слышала о подобном. Причём речь идёт не о девяти месяцах, королевская беременность длится недолго.

— Королевская?

— Да. Ещё её называют беременностью Алисы, по имени первой ирландской ведьмы Алисы Кителер. Именно ей и приписывают рождение этого заклятия, с помощью которого она помогла своей королеве заиметь наследника. Как известно, женитьба на кузинах не прибавляла здоровья в королевские семьи. Поэтому их женщины даже не могли выносить своих детей в собственной утробе. Для этого они прибегали к помощи придворных магов, которые с помощью этого заклятия перемещали плод в утробу какой-нибудь молодой ведьмы. Причём в то время, когда везде полыхали костры инквизиции, приближённые ко двору чародейки оставались в целости и сохранности. Кстати, Алиса Кителер таким образом и спаслась, несмотря на то, что её обвиняли в колдовстве и в связи с инкубами.

— От твоего рассказа мне сразу же стало легче, — с сарказмом заявил леший и демонстративно выдохнул. — Линда, я дико за тебя волнуюсь.

— Поверь мне, риска нет. Ведьмы живучие как кошки и быстро восстанавливаются, сам знаешь как.

— Ну, конечно. Мало ты натерпелась. Ведь он не думает о тебе, ему важен лишь конечный результат. А где же твой дружок колдун? Хотелось бы узнать и его мнение по этому вопросу. Но он почему-то держится в стороне. Видимо, боится разгневать своих хозяев.

— А вот это меня действительно волнует. Что-то здесь не так… Конте не поступил бы так со мной. Но в одном ты прав: пускай Стах и не злодей, но он всё-таки атлант. Причём очень богатый. А с его деньгами…

Ярослав как-то загадочно усмехнулся и заметил:

— Не забывай, что лешие — единственные, с кем атланты предпочитают не связываться. А это уже о чём-то говорит. Что он нам сделает?

— Нам? Я бы не хотела, чтобы ты вмешивался в это дело, — возразила ему Линда.

Но в её душе разлилось неведомое ей до этого момента тёплое приятное ощущение. «Нам»… как непривычно. Она привыкла думать о себе только как «я».

— Мне бы тоже хотелось, чтобы ты больше не лезла в это дело. Ты должна лишь категорически отказать своему атланту, а дальше я сам разберусь.

Линда вдруг поняла, что, по всей видимости, шутки закончились. Ярослав сурово смотрел на неё, ожидая от неё полного подчинения.

— Да ты не знаешь, с кем имеешь дело! Это же династия Шахонских! Да они твой лес вместе с этим городишком сметут с лица земли. Развернут здесь какое-нибудь грандиозное строительство, и ты сам отсюда убежишь.

— Не развернут. Горожане, в том числе и я, полностью владеют этой землёй.

— Они купят твоих горожан вместе с потрохами, — насмешливо возразила она.

— Линда, у нас необычный город, и люди здесь живут такие же. И они прекрасно знают кто я, и что я.

— И кто же ты?

— Такой же, как и они.

— Ты хочешь сказать, что они все лешие? А ты у них что-то вроде профсоюзного лидера?

— Насчёт лидера в самую точку. А вот насчёт всего остального… Лешие кроме меня ещё есть, но их немного. Притом что жители прекрасно знают о нашей природе, потому что все мы принадлежим к одному клану.