Я не могу наказывать его за то, что Стоунэм нравится даже собакам.
Может, он добавляет что-то себе в туалетную воду?
Собачий корм, например.
В нос сразу же ударяет запах Коула из моих воспоминаний. Мужественный, обволакивающий меня всю.
С ужасом вспоминаю то, как пахнет его кожа, когда осторожно прислоняюсь носом к каменной груди.
То, как его дыхание касается моих щек перед очередным дерзким поцелуем.
То, как его язык исследует мой рот и оставляет на моем небе вкус мяты.
Коул Стоунэм занимает все мои мысли, какую бы гадость он не совершил.
И от этого камень на моем сердце не становится легче.
Глава 9.
POV Коул
Ребекка была права, когда говорила, что мое место в психушке.
Я не знаю, зачем это делаю, но иногда прихожу сюда, не только для того, чтобы повидать отца.
Проходя мимо одной из спальных комнат психиатрической больницы, замечаю простую кровать, заправленную белым постельным бельем, и вздрагиваю.
Нет, я не присматриваю себе будущее место.
- Мистер Стоунэм, вы пришли на обследование? Доктор Рент ждет вас в своем кабинете. – Передо мной уже знакомая мне миловидная блондинка. И она опять преданно смотрит на меня снизу-вверх.
- Нет. Никаких обследований. Я больше не хочу ничего о себе знать.
Девушка бросает на меня полный недоумения взгляд. И тут я задумываюсь: сколько ей? Выглядит не старше меня, вполне может обучаться в моем колледже.
Эта мысль поражает меня, как так и в воображении я рисую себе картины, где с ее легкой руки о моей «проблеме» узнают все подряд.
- Но… Если болезнь диагностируют, вам окажут наиболее подходящую помощь…
- МНЕ НЕ НУЖНА ПОМОЩЬ! – От моего крика подпрыгивает даже бабушка, занимающая скамейку в коридоре. Она с укором смотрит на меня, но затем ее взгляд сменяется мерзким сочувствием, как будто она хочет сказать: «Бедняга. Такой молодой, а уже сумасшедший».
- Я в порядке, ясно? – уже тихо говорю я, мягче поглядывая на медсестричку.
- Да, да. Разумеется. - Эта тварь разговаривает со мной, как с каким-то молокососом. Знаю, что преувеличиваю, но так и хочется припечатать ее к стене и сжать горло.
Представляя, что это Ребекка.
На моих глазах девушка трансформируется, искажая реальность: вот белые пряди превращаются в черные, как сапфир, волосы, а личико становится стервозным, вызывающим и уверенным.
Я смотрю на пухлые губы лже-Ребекки, что стоит передо мной, и смягчаюсь.
- Я не хотел… - Ребекка поднимает на меня взгляд и берет за руку. Осторожно так, как будто боится, что я сейчас разорву ее в клочья. Бекка никогда так не дотрагивается до меня.
Горечь от осознания того, что это не она, заполняет мои легкие до краев, обжигая ребра, словно кислотой.
- Вам просто нужно пройти процедуру электросна. Это безопасно. Успокаивает нервную систему. – Ненастоящая Ребекка распадется на куски, вновь превращаясь в доброжелательную медсестру. Кроткую, тихонькую и не заслуживающую к себе хамского отношения.
- Правда?
Я одариваю девушку улыбкой, от чего ее щеки рдеют, становятся похожими на маленькие красные яблочки.
- Да. Я провожу вас. Я скажу доктору Ренту, что сегодня вы не готовы к приему. – Она ускоряет шаг, направляясь, по-видимому, в процедурную для электросна.
- Спасибо.
Мне становится гораздо легче, когда я предвкушаю здоровый сон. Пусть хоть и ненастоящий, вызванный специальными препаратами.
В последнее время, это моя единственная возможность поспать, не вздрагивая от бойни, что происходит внутри.
***
- Пока вы все – неудачники, которых мы соизволили подобрать и приютить в нашем братстве. – Взглядом я окинул кандидатов, что сидели, привязанные к стульям. В ритуальной комнате царил мрак, нарушаемый лишь редкой подсветкой огня, бурлящего в подсвечниках.
- И несмотря на то, что мы все были к вам довольно терпимы, вы по-прежнему нарушаете наши правила.
- Н-но т-такого н-не было… - заикаясь, произнес один из кандидатов. На него-то и упадет мой гнев, раз он такой смелый. Значит, с ним еще можно поработать.
- Да? Вы, кажется, забыли, что каждому из вас запрещены любые отношения с нашими девушками до конца посвящения, и что я вижу?!
Я посмотрел на Александра, и, одобрительно кивнув, тот взмахом биты разрезал воздух на две части.
- Вам запрещается прикасаться к нашему складу, но я уверен в том, что, когда я в последний раз проверял его, товара там было больше, чем есть теперь, – добавил Гидеон, встревая в мою речь. Я кинул на него полный ненависти взгляд, с удовольствием замечая синяк под его глазом и рубцы от ссадин на лбу.
Внутри просыпается зверь, который хочет терзать его снова и снова, вбивая кулак в его точеную рожу.
Как далеко я зашел.
С каждым днем монстр внутри меня душит человека, забившегося в самый отдаленной угол души.
Или того, что от нее осталось.
Но все это не важно, потому что мне больше не для кого ее беречь.
Ребекка так привыкла к моей жестокости, что не поверила мне, когда единственный раз я хотел сделать для нее что-то красивое.
Поговорить с ней. Открыться. Рассказать все, что она хотела бы обо мне знать. Я даже рассказал бы ей про отца, про то, что терзает меня все годы моей жизни.
Почему я был таким одиноким в школе, почему закрывался ото всех и не желал общаться ни с кем, кто мог бы спровоцировать мою настоящую сущность.
Она могла бы узнать все это, но она плюнула.
- Кто взял товар со склада? – Я подошел к самому говорливому кандидату и с размаху врезал ему по щеке, от чего его голова метнулась в противоположную от удара сторону.
- Аааааа, - взревел тот, несмотря на то, что я не применил даже и половину своей силы. Слюнтяй.