В пятницу утром, проводив всех теткиных домочадцев по местам назначения, я потихоньку стала собираться домой. Прокопалась до обеда, когда Юлька уже точно должна была быть в театре (не хотелось мне сразу по приезду бросаться сочинять роли), вызвала такси (никакого метро! - кричала утром тетка. - Там полно больных, снова лечить тебя не буду!) и по пробкам и светофорам поехала домой. А тут такой сюрприз...

Пришлось вызывать сантехника и электрика, успокаивать подмокших соседей снизу, ругаться с соседями сверху (вешали гардину, угодили дрелью в какой-то важный для всего блока квартир провод, обесточив половину дома), прибирать  следы деятельности тех и других (обувь-то мы снимать не приучены, зачем?). Вечер подкрался незаметно. Так что, обнаружив на часах уже половину седьмого, я бросила все тряпки, переоделась в сухое и помчалась к Лельке - после выздоровления я обещала к ним обязательно зайти. Без Юли, так как девушки общались только из уважения ко мне (так Юлька объяснила их взаимное шипение).

Стоит ли удивляться, что и здесь неприятности меня не покинули? Столпотворение в метро, хамоватые пигалицы, обсуждающие мой вид во весь голос, сломанный светофор на улице, ветрище... Решила ко всему отнестись философски. Пока я отвечала на очередное сообщение от Матвея ("с выздоровлением, моя спасительница" - это я ему пересказала общую мысль всех снов), прошла весь Строгановский сад и вышла к жилому кварталу. До Юлькиного дома можно долго пилить в обход через улицу Савушкина вдоль кафе-библиотек-магазинов или же можно срезать напрямик через дворы. Я и пошла... через дворы.

Фонари горят через один, на улице ни одного человека нет - отличное начало. Еще и небо выдалось ясное, почти черное (парадокс, но пасмурные ночи светлее). Пока я решала, не зайти ли за сладостями, и шагала в сторону нужных домов, зазвонил телефон.

- Наконец-то мы остались одни... - шепнули вкрадчивым хрипловатым голосом. Я вздрогнула. Его я узнаю в любом состоянии. - Не хочешь обнять друга, девочка моя?

За спиной скрипнул снег под чьими-то шагами. Этот псих что, меня от самого дома вел?! Значит, мне не показалось, что подъезд кто-то караулил?

- Прости, Кай, не сегодня, - бросаю трубку и... правильно, бегу. Наученная горьким опытом, надела для вечерней прогулки меховые унты, потому скорость получилась приличная.

На бегу, оглядываясь через плечо, судорожно решаю, что же делать. Кай любит и умеет бегать, насколько я помню - каждое утро тренируется. Так что времени у меня очень мало - спортсменка из меня аховая. У Лельки от этого придурка не скрыться, еще сама впустит и в одной комнате нас закроет - уж очень она верит в силу чуйств. Любовь не умирает, ага. До метро я просто не добегу - на пути пустынный парк, будка с дежурным мальчиком в форме далековато. Черт, ну почему именно здесь?! На этой Черной речке настолько привыкли к выходкам студентов, что даже не подумают помочь!

Я начала задыхаться, поминутно озираясь в поисках спасения. Костик сегодня оказался в ударе и никак не хотел отставать. Еще и издевательски свистел мне вслед. Ему легко бежать - в зимней спортивной куртке и кроссовках. Меня же тяжелая шуба упорно пригибала к земле. Я собралась с последними силами (ненавижу бегать!), свернула в очередной переулок и... столкнулась с Яном. Тот пошатнулся, но на ногах устоял, еще и меня поймал.

- Ксана? Ты что тут делаешь? - удивленно спросил он.

- Бегу, - отвечаю, пытаясь отдышаться. За спиной снова послышался топот. - Слушай, будь человеком, проводи до дома №26, а?

Ян хмуро взглянул на пыхтящего от усталости Кая, который как раз вывернул из-за угла. Оценивающе взглянул на меня - красную, со сбитым дыханием, в шубе нараспашку. Хмыкнул, расправил плечи и... обнял меня, прижав к себе.

- Милая, этот парень к тебе пристает?

Ей-богу, как в самых тупых мелодрамах! Киваю, состроив самую обиженную мордочку. Ян кровожадно улыбается, заводит меня себе за спину и неторопливо движется к звезде местной рок-тусовки.

- Парень, какие-то проблемы? Не можешь себе свободную девушку найти? - какой у него, оказывается, голос сильный! И плечи широченные.

Кай настороженно смотрит на моего нежданного защитника, нахохливается, выпячивает грудь. По сравнению с Яном моя бывшая любовь - задохлик, каких поискать. Несмотря на все его усилия в качалке.

- Ты ошибся, мужик. Это моя девушка, так что проваливай!

Я не слышу, что отвечает ему актер. Вижу только резкий удар - и Костика, падающего на снег с разбитым носом.

- Твою мать, у меня завтра концерт! - прохлюпал парень, зажимая нос рукой. - Ты, урод, как я выступать буду? Я ментам тебя сдам, козел!

- Сдавай, - пожал плечами актер. - Я им скажу, что ты на мою девушку в подворотне напал. Девушка подтвердит. Посмотрим, как ты тогда выступать будешь.

Я фыркнула. Лицо было гордостью Костеньки, калечить его всяческими пирсингами и тоннелями мог только он сам. А тут такая травма...

- Оксана, ты его знаешь? Что он от тебя хотел? - поинтересовался Ян, брезгливо отряхивая перчатки и подходя ко мне. Смотрю на знакомого человека и не узнаю. Я и не замечала, что он такой... надежный, что ли. И глаза такие внимательные-внимательные.

- Знаю. Мой бывший. - Пришлось ответить, как-никак, Ян меня защищал. - Я давно заметила, что у парадного кто-то ошивается, но не думала, что это он. Сегодня вот проследил, подкараулил в парке. Я испугалась и побежала. Он за мной. Чего хотел - не знаю, - честно отвечаю, разглядывая парня. Вылитый Том Харди, только массивнее и подбородок тяжелее. Но так даже лучше - этакая капля брутальности в образе. Только щетины не хватает.

- Ничему тебя жизнь не учит, Карская, - качает головой мой почти что идеал. -  Ладно, мы с Матвеем рядом оказались оба раза, а дальше как станешь выкручиваться? - недовольно вопрошает Ян.

- Бегать буду быстро, - пожимаю плечами и улыбаюсь. Воспитатель нашелся на мою голову. Актер усмехнулся и подошел к Косте, вздернув его на ноги. Музыкант продолжал скулить, приложив к носу снежок и матерясь сквозь зубы.

- Чего хотел-то, сам ответишь или ментов вызвать? - почти ласково спросил Ян у него. - Ксана, у тебя дурной вкус, если это - твой бывший, - усмехнулся парень, разглядев многочисленные пирсинги и радужный окрас волос моего преследователя.

Костик помолчал, злобно разглядывая противника, после чего (понял, что шансы не на его стороне) ответил:

- Женюсь я в январе. На свадьбу хотел эту дуру пригласить.

- А напугал тогда зачем, идиот? - выкрикнула я, ошалев от такой новости.

- Ну, так... пошутить хотел, - совсем тихо пробурчал Костик.

- Придурок ты, Кай, как был, так и остался! И шуточки у тебя дурацкие! - очень хотелось пнуть его посильнее. Раз пять. За убитые нервы.

- Да уж, вы друг друга стоите, - хохотнул Ян, по очереди разглядывая наши насупленные физиономии. - Ладно, пошли, провожу до дома. Кто хоть там живет? Опять спасать не придется?

- Подруга там моя живет, - хмуро отвечаю я. - И этого тоже с собой берем, как оправдание моему опозданию.

Заранее предупрежденная Лелька встретила нас восторженными воплями (Бьет - значит, любит!), плюшками с корицей (Маратик - чудо!) и холодным компрессом для Кая. Ян выпил с нами чаю, пожелал счастливой семейной жизни Костику и побольше везения мне и ушел по своим делам. Мы же остались у Лельки - перемирие было восстановлено, пусть и ценой разбитого носа некоторых одаренных.

Костик, приведя себя в порядок, поведал удивительную историю. Он действительно вернулся с гастролей на месяц раньше остальных. Как раз, чтобы успеть подать заявление в ЗАГС К Лельке с Маратом он заходил с приглашениями и просьбой поснимать свадьбу.  Невестой оказалась девчонка из полиции, которая каким-то чудом затесалась в команду, которая вылавливала этого плейбоя год назад из моей квартиры - голого и в розовых лепестках. Видимо, картина впечатлила Настеньку так сильно, что спустя две недели эти двое уже объявили себя парой, а перед отъездом Кая на гастроли обменялись кольцами - мол, помолвились. Далее следовал бурный и страстный роман по переписке, который завершился твердым желанием Константина создать новую ячейку общества. Девушка, вытерпевшая все его заскоки, была не против. Так что в своем нынешнем статусе счастливого жениха Костик считал "виновной" меня, а приглашением хотел выразить свою признательность. Как всегда, напортачив при исполнении прекрасной идеи.