Я кивнул:

- Договорились.

- В конце концов, ты мог бы и не выплыть в этом течении, малек - с едва уловимой иронией произнес Хольц. Где-то в глубине души я был полностью с ним согласен.

Глава 5. В которой мы вступаем в бой

К этому моменту я оценил собственное состояние и понял, что умирать пока что не собираюсь. Поэтому по дороге в наше временное пристанище я сделал крюк и зашел на рынок, сперва пообещав себе сильно не тратиться, но в итоге товара набрав почти на золотой. Флаконы с вонючей мазью, от втирания которой торговка обещала скорое заживление ран, пару чистых рубах, плотную накидку для верховой езды, высокие сапоги из мягкой кожи, (я планировал носить и джинсы тоже, они и полегче, и привычнее) и бутыль с какой-то неведомой, но крепкой настойкой. Вспомнив про традиционные утренние ощущения во рту, я купил еще и зубную щетку из жесткого конского волоса, а с ней - коробочку порошка из толченого растения с мятным запахом.

Я долго думал, что купить Локстеду - все же надо было как-то отпраздновать тот факт, что мы остались в живых, а спиртное этот мохнатый чудак не переваривал. В итоге решил взять ему две баночки меда с деревянной резной ложкой, сбив цену до одного медного и справедливо рассудив, что насладиться зрелищем того, как йрвай уплетает мед, достоин не каждый. И, наконец, убедившись, что экономика этого захолустья действительно находится еще в палеозое, вышел на охоту за шляпой, которая и стала последним предметом, завершающим мой поход.

Когда я появился на пороге комнаты в накидке, в шляпе, с полной корзиной барахла, сосед удивился гораздо больше, чем тогда, когда я зашел весь в крови и без объяснений удрал. Локстед просто сидел и хлопал глазами, которые, кажется, стали еще больше. Хотя, разве бывают больше?

- Дорогу его купеческому величеству Рихарду Шнапсу! - провозгласил я, бросая в него корзиной. Она шлепнулась на кровать там, где секундой раньше был йрвай - видимо, годы шутовского опыта научили его неплохо уворачиваться от летящих предметов.

- Кажется, ты окончательно спятил, - выдавил Локстед, изучая меня с опаской. А ну как драться полезу?

- После такого можно и спятить. Начнем с того, что по отношению к Гильдии я больше не беглый преступник, а, можно сказать, лицо, находящееся под их протекторатом.

- То есть? - озадаченно посмотрел он на меня. Я усмехнулся:

- Мне выдана лицензия на право торговли на всей территории империи Грайрув, а так же за ее пределами. Теперь я - вольный купец Рихард Шнапс!

- Вот это номер, - только и смог произнести йрвай, смотря то на мои покупки, то на меня. Я довольно кивнул:

- Сам от себя не ожидал, дружище. Подобной изворотливости за мной в жизни не водилось, а вот тут - она же и заставила. Честно говоря, я в таком выигрыше только потому, что моя догадка позволила одному уважаемому человеку сэкономить небольшое состояние.

- А куф тебе не оставили? - оживился он. Я восхищенно покачал головой:

- Нет, ну я нахал, но ты - так вообще король нахалов... нет, даже император нахалов! Локстед Нахальный, преклоните колени!

Вместо того чтобы преклонить колени, я метнулся кровати и растянулся на ней... тут же пожалев о своем поступке. Пачкая кровью новую накидку, я кое-как стащил ее и улегся на живот, мыча от боли. Йрвай покачал головой, опустив уши в знак сочувствия:

- Так дело не пойдет. Рихард, будь добр, в следующий раз не вреди своему здоровью настолько, чтобы иметь вполне реальный шанс загнуться.

- А таковой имеется? - со слабой надеждой спросил я. Все лучше, чем корчиться в агонии.

- Имелся бы, если б ты заснул в таком состоянии. Заражение крови, гангрена на всю спину, смерть, - холодно отчеканил он и подошел к своей кровати. Я заметил стоящий там тазик с буро-зеленой жижей и мокрую тряпку. Подойдя к кровати, Локстед уселся и принялся обтирать шерстистые ступни, цепляясь тряпкой за крупные когти, затем опустил их в тазик и принялся остервенело топтать массу, находящуюся там.

- Это что за ворожба такая? - поинтересовался я. - В большинстве стран так вино обычно делают.

- Самая нужная и полезная. И это не вино. Для заживления ран одна часть горного чабреца, два листа крапивы на кенталь, стебель степного вьюнка, три части болиголова и пять частей звероцвета. Действует, по моему опыту, на любое живое существо.

- Долго? А то я тут мазь прикупил...

- Давай сначала попробуем мой метод. Если к утру не затянется, попробуем мазь, однако всю ночь я нюхать эту гадость не буду, - пробурчал мой новоявленный целитель. - Отсюда запах слышно.

- Твоя бурда тоже не слишком приятно пахнет, - огрызнулся я. Он с сочувствием поднял на меня глаза:

- Жаль. Но тебе гораздо больше не понравится способ, которым предстоит лечиться.

- Давай все же мазь, - с тревогой сказал я. - Потому что если выяснится, что мне предстоит съесть весь тазик...

Локстед брезгливо покосился на чавкающую зелень:

- Не беспокойся, трапеза в виде этого тебе не грозит. Я сам бы не стал это жрать. Однако предупреждаю, мой способ лечения еще более эксцентричный. Благодаря звероцвету ты не будешь чувствовать боль, но... в общем, сам увидишь.

- Мне уже страшно, - пожаловался я. Имел право, как самый больной человек в мире.

- Обними подушку, - ехидно посоветовал собеседник, и, по совместительству, врач.

Еще четверть часа он усердно топтался в тазике, превращая все стебли и листья в однородную кашицу, затем осторожно размазал ее по моей многострадальной спине. Боль и в самом деле утихла через несколько минут, но виноватый взгляд йрвая мне не нравился все равно.

- Колись, - ткнул я его пальцем в плечо, радуясь вновь обретенной способности шевелиться без неприятных ощущений.

- В общем, чтобы раны затянулись к утру, надо, чтобы смесь плотно проникла в мясо. Иначе заживет только частично. Поэтому нужно с силой их вдавить, да не просто вдавить, а создать квинтэссенцию растительной и животной части с помощью специальных рун. Также эти руны используются у моего народа, чтобы не осквернять землю, на которой мы живем. По которой мы ходим, - проговорил он, надеясь, что даже для моего уровня мышления такой намек будет понятен. Я вздохнул:

- Иными словами, тебе срочно необходимо сплясать чечетку на моей спине, потому что руны нарисованы у тебя на пятках.

- Необходимо это тебе, да и танец выйдет вполне однообразный, - проворчал йрвай. - Но в целом твоя догадка верна.

- Делай уже свое дело, кенгуру...

- Сам ты это вот самое... нгуру, - возмутился Локстед, вытирая ноги о ту же тряпку и запрыгивая на кровать. - Для тебя, между прочим, стараюсь.

Я благоразумно промолчал. Любое высказывание превратило бы этот цирк в еще больший цирк.

Достижения народной медицины, оказывается, не зависят от того, веришь ты в них или нет. Во всяком случае, моя спина, по свидетельству йрвая, наутро покрылась широкими багровыми рубцами, которые страшно чесались, но уже не болели. Я с трудом преодолел в себе желание чесаться, пока не верну все в прежнее состояние, и с видимым облегчением уселся на кровать. Корзина стояла рядом со мной - наверное, Локстед переставил. А отдать ему презент я совершенно забыл - ну, что ж, сейчас был еще один повод.

- Удружил, черт лохматый, нечего сказать, - весело произнес я. - Ты не думал зарабатывать на жизнь знахарством?

- Не думал, - отрезал он. - Больно дурацкий процесс.

- Зря, зря... Короче, я тебе тут подарок приготовил.

- Что еще за подарок? - недоверчиво прищурился йрвай. Я усмехнулся:

- Ты от меня подвоха ждешь после вчерашних процедур? Обойдешься. Люди говорят, что это очень вкусная штука, и я уверен, что не только люди. - С этими словами я протянул ему банку с янтарной тягучей жидкостью, запечатанной куском грубой ткани с обвязанной вокруг него веревкой.

Локстед недоверчиво вскрыл банку и понюхал содержимое. Затем оглянулся в поисках чего-то, чем можно было это содержимое подцепить. Я втайне порадовался своей предусмотрительности и протянул ему ложку, внимательно наблюдая за ходом событий. Дроздов из меня, конечно, не получится, но должен же я получить хоть какое-то удовольствие, делая подарок?