– Много ли человеку для счастья надо! – поглядывая на него, улыбался Гена.

Но тут Ромка, бросив своих рыбок, подтянулся на руках, выбрался на место поглубже и поплыл. Резко, максимально быстро, с явным желанием выложиться на полную катушку. Гена проводил его озадаченным взглядом, потом повернулся к Аглае:

– Что это с ним?

– На днях он узнал про Аллочку, – ответила Аглая, отводя от брата глаза. – Следак разболтал, пришел к нам, пока меня дома не было. Ромка стал требовать от меня подробностей. Пришлось сказать, что она погибла от собачьих зубов, но только на улице.

– Вот оно что… Так он был с ней знаком?

– Был… «И не только», – хотелось добавить Аглае. Но Гена, похоже, понял все и без комментариев, по одному лишь ее голосу. Вздохнул, покачал головой. Потом, раскладывая рыбу на решетке, сказал негромко:

– В пятницу шеф снова планирует устроить бои.

Аглая лишь кивнула в ответ на его сообщение.

– Бросала бы ты это дело, Айка. Сколько вообще нужно на протезы?

Аглая озвучила сумму. Гена присвистнул. Но сразу сказал:

– Кое-чем и я могу помочь, есть у меня кое-что на счете. А бои… Дрянное это дело. Гнилое. Афродитка вон предупредила шефа, что выступает в последний раз. Решила выйти из игры.

– А что шеф?

– А что он? Силой ведь не заставит, уговаривать тоже не будет. У него главное требование: молчать обо всем, как могила. А для шоу он уже готовит двух новых девчонок, нашел где-то опять. Сейчас их натаскивают в дрессировочных костюмах, как и вас когда-то натаскивали. Если ни одна не сломается, то через пару недель можно будет обеих выпускать на ринг.

– А ты о делах нашего горячо любимого шефа неплохо осведомлен, как я погляжу, – не без иронии заметила Аглая.

– Что есть, то есть, – согласился Гена. – Я у него, если можно так сказать, в авторитете, за свою ходку на зону. Слава, конечно, сомнительная, но уж какая есть…

– Молодец ты, Генка, – неожиданно для себя выпалила Аглая, просто вырвалось. – Я точно знаю теперь, за что ты сидел. Молодец!

– Знаешь? Откуда? Ромыч тебе рассказал?

– Да нет, из него даже клещами ничего не вытянешь.

– Значит, подслушивала?

– Ну, подслушивала, – без тени раскаяния призналась Аглая. – А что?

– Нет, ничего, – Гена скупо улыбнулся, встретившись с ней глазами. – Знаешь, Айка, я ведь никому и никогда этого не рассказывал, мужики только на зоне знали, и то в общих чертах. А у вас дома не понимаю, что на меня вдруг нашло…

– Что у нас дома прозвучало, то там и останется, – заверила Аглая. – Мы с Ромкой умеем помалкивать.

– Да я не об этом даже. Что вы с Ромычем оба молчуны, я уже и так успел убедиться, без подсказок. Просто сам вдруг с чего-то разговорился, будто прорвало. Впервые за столько лет, себе на удивление. Словно что-то в вас близкое нашел…

– Битые шкуры, – усмехнувшись, вспомнила Аглая его же слова.

– Может, и их, родимые. И потянуло сбиться с вами в стаю.

– Валяй, – кивнула Аглая, глядя на то, как явно уставший Ромка подплывает к берегу. Гена, не дожидаясь просьб, направился к воде, чтобы помочь ему выбраться. Аглая, в последний раз перевернув решетку, решила, что рыба готова, и принялась ее выкладывать на тарелку. Вот бы и с Геной все было так просто, как с рыбой! Взглянула – и все понятно! Впрочем… Теперь Аглая была почти уверена в том, что ему можно кое-что рассказать. Или хотя бы намекнуть. Интересно, как бы он отреагировал, если бы она заявила ему, что на самом деле Алку убили? И сделал это Борис, который является реальным владельцем «Золотой тайны»?

16.

К пятнице предупрежденная заранее о боях Аглая была готова. Еще накануне сообщила Ромке, что на кафе сделали вечерний заказ, а сама после работы сразу поехала в «Золотую тайну». Там, на подходе, ее встретил Эдик, протянул раскрытый пакет:

– Айка, бросай сюда телефон, шеф приказал. После боев получишь его обратно, целый и невредимый.

Зная от Гены, зачем это нужно, Аглая послушно отдала свою трубку, после чего поднялась по ступенькам к черному входу, где со скучающим видом курил Руслан. Поприветствовала девчонок, вошла в свою каморку, переоделась и принялась накладывать макияж. В коридоре услышала голос шефа и недовольный Генин бас. Они о чем-то спорили. Потом шеф заглянул к Аглае:

– Пришла? Сегодня выйдешь против Цепня. И проиграешь, – добавил он тихо. – А то в прошлый раз слишком лихо ты с ним обошлась.

– Хорошо, – Аглая смерила его недобрым взглядом. «В прошлый раз» – это было, когда в соседней раздевалке лежала истекшая кровью Алла. Но что толку напоминать об этом шефу? Его сейчас интересуют совсем другое.

– Хорошая девочка. Смотри, не подведи!

Аглая кивнула и снова развернулась к зеркалу. Нужно закончить макияж до того, как начнется предстартовый мандраж в руках, потому что тогда будет сложнее. А волноваться было отчего. Несмотря на свой сравнительно небольшой вес, Цепень был подлым противником с крупными зубами. Может, Аглая и так бы ему проиграла. Но, имея перед собой эту конкретную цель, ей придется подставиться, и уж если кто-то меньше всего оценит такую жертвенность, то именно Цепень.

– Айка! – теперь в каморку заглянул Гена. Мрачный, на скулах играют желваки.

– Все в порядке, Ген, – Аглая натянуто улыбнулась. – Шоу маст гоу он!

– Нахваталась от нашего толстозадого, – недовольно пробурчал Гена, услышав любимую присказку «арбитра».

– Ген, остальные девчонки тоже люди, даже если ты за них и переживаешь меньше, чем за меня. Если не мне придется подставиться, то кому-то другому, и ей будет ничуть не лучше, чем мне.

Гена опустил глаза, что-то пробурчал себе под нос и скрылся за дверью. А Аглая продолжила свое занятие. По жеребьевке она должна выйти сегодня третьей. Первой – черноокая красавица Геката, длинноволосая брюнетка с крутыми бедрами. Второй – та самая блондинка Афродита с роскошными алыми губами, которая объявила о своем уходе из шоу. И судя по звукам, доносящимся из зала, ставки на Гекату – Тамару уже делались. Аглая сцепила руки, уперев в них подбородок, посмотрела исподлобья на свое отражение в зеркале. Ее красота была не такой яркой и бросающейся в глаза, как у девчат, губы узковатые, формы подростковые, да и густые ресницы бессовестно унаследовал от мамы брат. Но зависть к блистательной Аллочке Аглаю никогда не глодала. И потому, что она ее обожала, и потому, что такого рода поклонники, какие вились вокруг Аллы, были ей ни к чему, и потому, что не с первого раза, так со второго те все равно что-то в Аглае находили. Вон, как хозяин Пастены… На ринге же Аглая пользовалась популярностью, потому что выглядела на фоне ярких девчонок почти как подросток, а это привносило в шоу некоторое разнообразие и свежую струю… Резко прервав созерцание себя любимой, Аглая расцепила руки, нервным движением собрала волосы в хвост на макушке. Томка, она же Геката, вышла на ринг. И, по своему обыкновению, Аглая стала прислушиваться к звукам начавшегося боя. Отсюда была слышна лишь реакция зрителей – свист, хлопки, улюлюканье. Но по этой реакции «гладиаторши» уже научились составлять представление об всем остальном. Можно было, конечно, и подсмотреть из-за занавеса, как Аглая сделала в последнем Аллочкином бою, но это слишком нервировало перед тем, что предстояло самой. А после выдержанной схватки, искусанной, поцарапанной и обессилевшей, было уже не до того. Так что девчонки предпочитали полагаться на свой слух. Пока, вроде, все шло как надо. Услышав завершающие овации, Аглая чуть расслабилась: для Томки на сегодня все. Да и ей самой лучше скорее выйти, потому что нет ничего хуже, чем тягостное ожидание. Она поднялась, чтобы встретить Томку на выходе, взглянуть, как она. Гена вел обессилевшую девушку под руку. На Томкином плече, под самым суставом, где заканчивались кожаные наплечники, багровела на глазах распухающая гематома, из оставленного клыком прокуса сочилась струйка крови. Паршивое ранение, небольшое, но наверняка глубокое, и будет долго заживать. Впрочем, доктор уже тут как тут, привычно приступил к своим обязанностям. А вот в зале что-то прошло не так. Там должны объявить о начале ставок на следующую участницу, пока Руслан или Эдик прибирают ринг. Но вместо этого вдруг по микрофону прозвучал голос шефа: