— Да, сначала надобно отложить те, что нуждаются в стирке, — согласилась Алита, решив, что займется этим сегодня же. Потихоньку, с перерывами на отдых, но работать необходимо. Нужно чем-то занять руки, пока в голове хороводом вертятся догадки и подозрения.

Сладким, чуточку пряным вкусом Али наслаждалась, растягивая мгновения, чтобы напиток подольше не заканчивался. Но всему когда-нибудь приходит конец, и бокал опустел. Все еще чувствуя на языке нежное послевкусие, она приступила к задуманному.

Из кармана серой юбки Алита извлекла ворох приглашений, попыталась рассортировать их, разложив перед собой, и почти сразу же наткнулась на листок, отличный от остальных. Не приглашение на специальном бланке, а лишь маленький клочок бумаги, исписанный изящным почерком хорошо воспитанной молодой девушки, которой даже в сделанных второпях записях с детства запрещалось ставить кляксы. Всего несколько слов, от чтения которых, казалось, зашевелились волосы на затылке.

ГЛАВА 21

Аэдан Ристон ожидал прибытия шахтеров, отправленных на осмотр старой заброшенной шахты. Нелегко оказалось уговорить суеверных деревенских людей пойти туда, где этим утром нашли убитую девушку. Пришлось пообещать им премию — Киллиан едва ли станет возражать, учитывая, что он сам принял решение во всем помогать правосудию.

Хмурые лица, отведенные взгляды, перешептывания за спиной — Аэдан чувствовал неловкость, наблюдая такую реакцию окружающих. Только ли тем, что шахта принадлежала Ристонам, объяснялось подобное поведение? Неужели до всех уже дошли слухи о том, что Томиан один из подозреваемых?

Или, правильнее будет сказать, единственный.

Аэдан никогда не был особо близок с Томианом. Их связывали общая кровь и жизнь в одном доме, впрочем, в последнее время юноша все больше времени проводил в столице и, казалось, совершенно не ощущал той глубинной связи со здешними местами, городом и морем. Являлось ли то благословением или проклятием, сложно сказать. Аэдан, как и Киллиан, как и их родители, чувствовал себя намертво привязанным к Бранстейну, но Томиан однажды расправил крылья и полетел в другие края. Так легко и вольно, как до него удалось лишь одному из их семьи.

Сегодня море выглядело спокойным. Лучшее время для весенних купаний, когда вода еще не прогрелась и по-настоящему освежает тело. Аэдану захотелось сбросить одежду и окунуться в тихие волны, но за спиной послышались шаги.

— Мы вернулись! Слышите? Нужно поговорить!

Со вздохом Аэдан обернулся. К нему спешил управляющий. Тот старался быть полезным и потому вызвался отправиться вместе с шахтерами к заброшенной шахте и проследить за их работой. Сам Ристон этого не сделал. Ему следовало оставаться здесь, с людьми, которые ежедневно сталкивались со смертельной опасностью. Их он понимал лучше, чем альдов из высшего общества, где так и не прижился. Слишком уж часто в глазах высокородных собеседников читался вопрос, каково живется тому, кого обошла своей милостью семейная магия.

В то же время особняк почти полностью опустел. Так же мирно бежали над его черепичной крышей белые облака, так же размеренно отбивали время часы в гостиной, но в душах обитателей не нашлось бы и крохи безмятежного покоя, причем касалось это как хозяев, так и слуг, а также гостей. Вернее, одной гостьи.

Когда в комнату заглянула Илна, Алита все еще сидела перед разложенными веером приглашениями, совершенно позабыв и о них, и о стирке.

— Вы уже приготовили одежду? — спросила горничная.

— Что? Нет. Нет, пожалуй, я все же займусь стиркой не сегодня, — отозвалась Али, торопливо пряча записку Карин.

— Как скажете. Ого! Так много приглашений? Все для вас? Вы пойдете на свадьбу?

Не переставая щебетать, девушка сунула нос в пригласительные карточки и завистливо вздохнула.

— Как бы мне хотелось побывать на свадьбе у благородных альдов! Говорят, там огромные торты с сахарными фигурками молодоженов на самой верхушке. Вы ведь знаете, что незамужние девицы должны утащить кусочек свадебного торта и положить его под подушку?

— Зачем? — рассеянно пробормотала Алита, почти не прислушиваясь к словам собеседницы и с трудом улавливая ускользающую нить разговора.

— Как зачем?! Ведь той же ночью суженый приснится! Но на свадьбах у простых людей торты совсем маленькие, и всем желающим не достается, а иногда их и вовсе не пекут…

— Илна, я обещаю, что, если пойду на свадьбу, обязательно принесу тебе кусок.

— Правда?!

— Но ты должна мне помочь.

— Всем, чем смогу!

Али, дождавшись, пока девушка сядет и успокоится, приступила к обсуждению тревожащего ее вопроса.

— Как можно попасть в спальню альда Киллиана Ристона?

Горничная удивленно округлила и без того большие глаза.

— А что вам там делать?

— Хочу посмотреть, как он живет. Но необходимо, чтобы его там в то время не было. И чтобы больше никто не знал о том, что я там побывала.

— Непростая задача… А в комнату его младшего кузена вам не надо? Туда попасть проще.

— Тоже надо! — воскликнула Алита. Осмотреть спальню Томиана еще никто, включая альда Нодора, не додумался. А ведь в ней может обнаружиться что-нибудь связанное с Карин!

Жаль только, что зеркала ни в той, ни в другой трогать нельзя. Слишком уж заметные следы остаются на них после магического вмешательства. Скрыть их не удастся.

— Сейчас подходящее время? — Али поторопила собеседницу. Та задумчиво молчала, все еще косясь на приглашения и наверняка уже представляя себе свадебный торт.

— Никто из мужчин еще не вернулся, — ответила Илна. — Дома только Джайна. Я видела ее на кухне — она следила за тем, как идет приготовление ужина.

— А другие горничные и прочие работники?

— Некоторые отпросились домой по случаю выходного дня. Конюх крепко спит, да он и не заходит в дом, а кучер поехал обратно в Бранстейн за альдом Ристоном. Что ж, пожалуй, да, сейчас самое подходящее время.

— Отлично! — Алита поднялась и отряхнула подол платья, готовясь немедленно приступить к обыску комнат. — Спасибо за горячий шоколад!

— Вижу, у вас от него настоящий прилив сил, — хмыкнула горничная.

— Нужно ли тебе напоминать, что мое сегодняшнее занятие должно остаться между нами? — удержала ее в дверях Али.

— Конечно! Можете не сомневаться! Но, если вас поймают, я скажу, будто ни о чем не знала!

— Последи за тем, чтобы никто не приближался, и отвлеки Джайну, если что.

— Будет сделано!

По дороге из гостевого крыла в то, где обитали хозяева дома, Алита снова и снова прокручивала в голове слова из записки Карин. Похоже, та успела незаметно опустить бумажный клочок в карман юбки, когда они встретились у входа в контору Службы Правопорядка. Девушка просила о разговоре наедине, без ее гувернантки и прочих свидетелей. Но что Карин Лекут могла знать о Роне? Как они познакомились? Или же Карин случайно увидела что-нибудь странное? А может быть, Томиан, если они близко общались и доверяли друг другу, что-то ей рассказал?

«Мне нужна правда, — думала Али, шагая по коридору следом за Илной. — Любая правда. Пусть даже она окажется горькой, я не намерена прятать голову в песок».

— С какой комнаты начнем? — спросила горничная. — У младшего не заперто, только сегодня там пока не прибирались. А вот ключ от спальни старшего еще предстоит добыть…

— Тогда покажи мне комнату младшего и отправляйся за ключом, — отозвалась Алита, придя к выводу, что ее пребывание в спальне Томиана объяснить, если что, будет проще, поскольку можно сказать, будто она проводила обыск в интересах следствия, что даже не будет ложью.

Как и сказал Аэдан, когда показывал ей дом, аккуратно убранной комнату назвать не смог бы никто. Очевидно, усилия горничных шли насмарку, потому что молодой человек не утруждал себя поддержанием порядка. Книги, предметы гардероба и всевозможные безделушки перемешались. Это заставляло вспомнить об утверждении, будто мужчины никогда не взрослеют, навечно оставаясь маленькими мальчиками, которые небрежно сваливают в кучу игрушки, не слушая взрослых, требующих, чтобы все расставляли по полкам. В спальне имелись газовые лампы, но помимо них обнаружились также и свечи, причем все вокруг них было густо закапано воском.