подтекстом. Золотые ажурные бусины и черный жемчуг смотрелись вместе настолько контрастно, что я моментально поняла: это оно. То самое сочетание, которое составит превосходный ансамбль обеим моим коронам.

– Советник, я выбрала. Вот эти, пожалуйста.

– Как вам будет угодно. – Согласившись без пререканий, он нажал кнопочку на постаменте, и стеклянный купол послушно поднялся, открывая доступ к колье. – Вы остановились только на этом? Больше ничего не желаете? Кольца, браслеты? Может, серьги?

– Нет, благодарю. Скажите, кроме пятничного мероприятия, что-нибудь еще запланировано на будние дни?

Он замялся всего на секунду, но потом отрицательно качнул головой.

– Нет, ваше величество.

Ай-ай-ай, пупсик. Нехорошо лгать королеве. Но ничего, я не стану уличать тебя во лжи. Я дам тебе шанс реабилитироваться. Если ты им не воспользуешься, не обессудь.

– Хорошо, тогда, пожалуй, пройдемте теперь в архивы. Хочу кое-что посмотреть.

В архивах я провела еще несколько часов, с помощью старушки-архивариуса перерыв все дальние и заброшенные полки, на которых к исходу третьего часа наконец нашла нужную мне папочку. Пожирателей действительно не жаловали и предпочли «потерять» документы. Уничтожить не посмели, но закинули так далеко и надежно, что я обнаружила их лишь чудом.

А может, и по подсказке самой Аделаиды, потому что на этот стеллаж я взглянула, уже и не мечтая, что сегодня завершу поиски. Ан нет! Вот она, родимая.

С трудом разбирая незнакомый почерк с многочисленными завитками, я продиралась сквозь бюрократические фразы, цепляя нужные мне даты и имена. Королева Аделаида, проклятый род, господин Артемий Саминов. Значит, Артемий. Красивое имя. Достойное.

– Ваше величество? – Миссис Шекли робко отвлекла меня от чтения бумаг, и я перевела на нее задумчивый взгляд. – Это то, что вы искали?

– Да, именно оно. Большое спасибо. Скажите, могу я изъять эти документы, чтобы ознакомиться с ними более подробно у себя?

– Да, конечно. Я только запишу регистрационный номер. – Откровенно обрадовавшись завершению поисков, архивариус очень быстро завершила все необходимые процедуры и тепло, но с облегчением распрощалась.

– Было приятно с вами познакомиться, хорошего вечера, – вежливо попрощалась я.

Закрыв за собой дверь подсобной комнаты, обнаружила Мейдена, терпеливо ожидающего меня в коридорчике первого этажа, мимо которого я бы точно не прошла, поднимаясь из архива. Насколько я помнила, граф покинул меня уже через полчаса моих поисков, когда я отмахнулась раз пятый от его вопроса, что именно ищу.

Я не призналась. Я планировала сделать всем этим напыщенным графам и маркизам сюрприз. Сногсшибательный! Как раз на предстоящем совещании…

– Вы закончили? – Убрав смартфон в карман, советник моментально прикипел взглядом к папочке, но я не торопилась утолять его любопытство и рассказывать о ее содержимом.

– Да, все прекрасно. Вы уже отнесли украшения в мою спальню?

– Я передал их прислуге.

– Превосходно. – Поиски немного утомили, так что я совсем не жаждала общения, молча поднимаясь наверх, в свои покои.

Вот только советник имел собственное мнение на этот счет. Он шел рядом и, судя по задумчивому виду, планировал продолжить наше общение.

– Ваше величество… – Когда мы поднялись на третий этаж, граф немного замялся, прежде чем продолжить. Смущенно кашлянул, поджал губы, отвел взгляд, шумно выдохнул и неожиданно робко улыбнулся. – Могу я пригласить вас на ужин?

Н-да. Неожиданно. И явно с подтекстом. Ну и что мне ответить на это? Так, чтобы никого не обидеть и не настроить против. Рано. Слишком рано.

Черт!

Позволив себе несколько секунд на удивление и раздумье, я смущенно нахмурила брови и прижала папочку к груди.

– Мейден, очень неожиданно… Но знаете, у меня еще столько дел сегодня, – кивнув на документы, я очень удачно вспомнила и о второй папочке. – К тому же вчера вечером советник Остин оставил мне бумаги, которые я просмотрела лишь мельком и хотела сегодня ознакомиться с ними более подробно. Да и такие вопросы, как меню и ремонт, тоже требуют моего непосредственного внимания. Прошу простить, но сегодня у нас никак не получится. Хорошего вечера, Мейден.

Доброжелательно кивнув, по разочарованному взгляду демона я поняла, что ответить на это ему нечего, и едва сдержала победную усмешку. Бедный пуся. И почему тебе так не везет с королевой?

Оставив советника за спиной, я мысленно ехидничала и праздновала свою маленькую победу. Можно и вежливо отшивать, было бы желание. Ну и предлог. И повод. И муж.

Я вернулась, ты где?

Пройдя по комнатам, я не нашла в личных покоях ни Кирилла, ни Снежку, которую не стала брать с собой в подвалы. Пришлось ловить Марию и уточнять, где я могу найти господина Саминова. Оказалось, он оккупировал мой кабинет, причем почти сразу, как я ушла в сокровищницу.

Там я его и обнаружила.

– Привет.

– Мм… – Подняв палец, он одним взглядом попросил меня немного помолчать, договорив по телефону, и лишь после того, как завершил разговор и отложил мобильник, широко улыбнулся. – Как прошел день, радость моя?

– Продуктивно. – Походкой от бедра приблизившись к монаршему столу, я положила папочку перед мужем и очень неприлично наклонилась, устроив локти на столе, а подбородок – в ладонях, так что спина образовала горизонталь. – Вот, прошу любить и жаловать, теперь не только ты король, но и весь твой род принадлежит высшему обществу. Осталось лишь поставить парочку подписей и проследить, чтобы канцелярия выпустила указ. Герб будем придумывать?

Это надо было видеть.

– Ягодка… ты чудо! – Привстав с кресла и перегнувшись через стол, Кир поцеловал меня так крепко, что не опирайся я на стол, непременно рухнула бы. – Отец будет счастлив! Черт возьми, ты умница!

Да, я такая. Хвалите меня, хвалите.

Стоп.

– Отец?

– Да, что тебя смущает? – Сев обратно, Кир удивленно приподнял бровь. Затем за пару секунд проанализировал мой чуть потрясенный взгляд и иронично усмехнулся. – Ягодка, меня не аист принес и не в капусте нашли. Мало того, у меня есть не только отец, но и мать. И бабушка с дедом. Даже прадед еще жив, хотя уже лет тридцать не покидает свои виноградные угодья на юге Франции. Именно от него я узнал, что наш предок заслужил титул, но после смерти королевы ее наследники предпочли об этом забыть. Семья никогда не гналась за титулами,