- Как может быть коляска для младенца связана с ЭТИМ? - недоумевающе поднял брови капитан.

"О, Боже, как же мужики порой туго соображают. Мой Витя иногда тоже так тупит, несмотря на все свои кубки с брэйн-рингов... Ладно, сейчас сделаем поправку на недостаток сна после суточного дежурства".

- Должно быть, вы беседовали с одной свидетельницей по делу Макарова во дворе, когда она гуляла с ребенком, - терпеливо пояснила Наташа. - Или ее опрашивали не вы?..

- Серова?! - хлопнул себя по лбу Гарин. - Вы хотите сказать, что вот это - она? - он указал на фотографию.

- Да. Каталог - прошлогодний, февральский. А 14 месяцев назад Антонина еще распрекрасно могла работать. Ее дочери два месяца, беременность длится девять... - Наташа потерла лоб. - Мне непонятно другое: откуда у нее взялись деньги на квартиру? Тем более не в "убитом" доме где-нибудь на окраине, а на Большом проспекте, в таком респектабельном доме, - она вспомнила Ольчика, которая до недавней поры ютилась в бывшей кладовке коммунальной квартиры на 27-й линии. - Вы знаете, сколько стоит квартира в таком доме на Большом проспекте? Я знаю. Скопила? Не с детского же сада она ездила по вызовам, правда?

- Да, - согласился Гарин, - значительную часть заработка девушек забирают хозяева. Девушки получают лишь долю, на проживание, одежду, косметику белье. Сбережения делают далеко не все.

- Ребенка же она не продавала, - вслух размышляла Наташа. - Одно из двух: или Яся у нее - не первый ребенок, или Серова помимо своей основной "профессии" подрабатывала еще где-то за более высокие гонорары.

- Второе наиболее вероятно, - Гарин побарабанил пальцами по столу. - Жилплощадь в этом районе очень дорогая, да и сама Серова впечатления малоимущей не производит. В первый раз я действительно разговаривал с ней во дворе, во второй - отправил сотрудницу, которая опрашивала Антонину Никитичну дома. Так вот, моя сотрудница хорошо разбирается в моде и сказала, что у Серовой тренировочный костюм, который дама носит дома, от какой-то фирмы, забыл название, и стоит немало, а в прихожей в гардеробе висела куртка из натуральной кожи, тоже с брендом, а у ребенка - кроватка... От "Феррари", что ли? И как только женщины все эти названия запоминают?

- "Феретти", - поправила Наташа, которая три года назад выбирала кроватку для Младшенького и досконально изучила все марки детской мебели. - Весьма дорогая марка.

- Я еще удивился: почему вещи для младенцев стоят так дорого? - разоткровенничался Гарин. - Они ведь используются несколько месяцев, от силы - год, а потом ребенок из них вырастает, и больше они уже не нужны... Мы с женой за приданым для сына поехали на Удельный рынок, чтобы на все хватило. Так, - он черкнул что-то в блокнот, - надо присмотреться к этой особе. Может, конечно, квартиру, одежду и мебель ей обеспечил отец ребенка. Но проверить информацию надо.

- А теперь давайте подумаем, как оформить мою находку так, чтобы в суде нам этим альбомом по морде не дали, - Наташа подтолкнула к Гарину каталог и папку с кредитками. - Карточки я в руки не брала, футляр не открывала.

- Уже лучше, - Гарин задумался. - Значит, можно попробовать сделать так... А насчет альбома я позвоню Вячеславовичу... Это наш старший оперативник, зам начальника отдела, сорок лет в МВД, в оперработе собаку съел.

- Надеюсь, не японского хина? - пошутила Наташа.

- Обижаете. Волкодава, не меньше.

- Ну тогда ладно, - улыбнулась Навицкая.

- А то и алабая, - Гарин набрал номер. - Кажется, он сегодня дежурит. Алло, добрый вечер, Геннадий Вячеславович! Гарин беспокоит. По делу Макарова. Я тут на квартире потерпевшего. У меня к вам вопрос как раз по вашей части...

Через некоторое время проблема была решена. Капитан забрал каталог и папку. Наташа заторопилась на Лебедевку. И тут ей повезло. Из парадного они выходили вместе, и Гарин предложил:

- Если хотите, я вас подвезу до Лебедевки, мне как раз в ту сторону, - он открыл перед Наташей дверцу своей "девятки". - А вы подпишите книгу для моей жены. Сегодня утром купил новую - "Загадка Обводного канала". Решил сделать сюрприз, завтра подарить на день рождения. А если она будет еще с вашим автографом, Поля от счастья запрыгает.

Наташа взяла твердый блестящий томик из серии "Детектив из ВДВ". Корешок камуфляжного цвета; мрачный пейзаж Обводника под низко нависшими тучами на обложке. Машинально перевернула книгу, споткнулась взглядом о ценник: "Ого... Он что, нарочно искал самый дорогой магазин? Или это я за карантикулы отстала от жизни, и сейчас повсюду книги столько стоят?". Затем Наташа открыла книгу и быстро написала: "Полине, в день рождения, с наилучшими пожеланиями от автора".

- Прекрасный подарок для Поли, - Гарин бережно завернул книгу в хрусткий пакет из книжного магазина и завел мотор.

- И вы меня порадовали, - ответила Наташа. - Я рада узнать, что моя книга станет хорошим подарком для читательницы.

Они выехали по Биржевому мосту на Кронверкскую набережную, пересекли ее, встретив не больше дюжины машин и полюбовавшись по дороге на таблички "Закрыто в связи с пандемией" на Артиллерийском музее, входе на Иоанновский мост и дверях кафе. У берега скучали укрытые брезентом прогулочные катера. "Аврора" на Петровской набережной тоже выглядела одинокой и печальной. А ведь обычно возле крейсера с "той самой пушкой" всегда царило такое оживление! Толпились туристы, бойко торговали сувенирами ларечники, ходили ряженые, предлагая фото. Иногда там можно было встретить аккордеониста, пожилого весельчака, не скупящегося на веселые шутки и комплименты. Сейчас мимо корабля неспешно шагали только трое полицейских с овчаркой. Собака на ходу зевала, широко открывая белозубую пасть и показывая язык. "И животных тоже задолбала эта ситуевина, - вспомнила такого же истосковавшегося "эрмитажного кота" Наташа.

Машина пересекла Сампсониевский мост. Внизу, у самой воды, расположились несколько человек со спиннингами. Залихватски размахиваясь, они закидывали крючок чуть ли не на середину Невки.

- Нарушают, конечно, - заметил Гарин, - ну да ладно. Расстояние они держат, да и, может, живут поблизости.

Проехав мимо известной теперь всему Питеру Боткинской больницы, автомобиль свернул на улицу Лебедева.

В бюро передач у окошка стояла всего одна женщина, хлопотливо выгружая продукты и туалетные принадлежности из пухлого клетчатого баула. Уже через полчаса Наташа протянула в окошко пакет с серым свитером. Хмурая женщина в камуфляже и плотной марлевой маске отбросила веточки сушеной лаванды: "Не положено!", тщательно прощупала свитер и протянула Наташе бланк.

За воротами Наташа закурила и посмотрела на часы. Прекрасно, она еще успеет дойти пешком до Литейного, где сейчас живет Ольчик. До шести часов времени еще достаточно.

*

Пребывание в квартире на Литейном проспекте пошло Ольчику на пользу. Исчезли затравленность и нервозность, лицо заметно посвежело, и девушка уже не выглядела таким затравленным и замотанным волчонком, как еще несколько дней назад.

Снимая в прихожей куртку и ботинки, Наташа отметила, что в помещении не осталось ни пылинки и ни одной вещи, находящейся не на своем месте. Видимо, впервые оказавшись в нормальной квартире, которая хоть и временно, но единолично принадлежала ей, Ольчик на радостях приложила все силы для того, чтобы навести и поддерживать порядок в жилище.

- Как там в городе? - спросила девушка, провожая Наташу в большую комнату. - Я и не выхожу почти. А то еще прицепятся менты, а у меня и пропуска-то нет. С ними сейчас ваще лучше не связываться, - девушка предложила Наташе мягкое кресло у кофейного столика, а сама забралась с ногами на пуфик у окна, скинув домашние туфли в виде котят.

- Ну, как? Все закрыто, людей на улицах мало, - ответила Наташа. - Только счастливчики с пропусками бегают, да кто-то отчаянный прошмыгнет.