Зато гигантский змей не затих.
От удара он очень возмутился и все же вцепился в глотку Добрыни.
Твою же мать! Зараза!!!
Боль динозавра стала непереносимой.
Он забился на месте, страшно подскакивая.
— Сэша, успокой его, если можешь! — у меня не получалось, я просто чувствовал его боль, как собственную.
— Я попробу-ю-ю-ю! — ее мотыляло из стороны в сторону.
С Шондрой дела обстояли не хуже — орала, материлась и болтыхалась.
Их обеих удерживала на спине Роза, ее лианы работали страховочными ремнями.
Живоглот отцепился от трицератопса и бросился прочь. Добрыня переступил с ноги на ногу и потряс головой. Он чунял и плохо ориентировался.
Но я надеялся, что зверь быстро оклемается.
* * *
Змей пришел в себя.
В кабине гудел сигнал тревоги. Все заливал красный свет, который включался и выключался вместе со звуком.
Как же хорошо его приложило… И это при ремнях и прочих фиксаторах. Ладно хоть башку не расшиб.
Попытавшись поднять машину, Змей понял, что Гренадер поломался.
Его конечности слабо подергивались, но что-то в механизмах заклинило. Чертыхаясь на чем свет стоит, Змей нажал кнопку. Колпак с тихим шорохом разгерметизации открылся. Желтоглазый вожак откинул его и выбрался из машины. Точнее — вывалился.
Его хорошенько помотыляло, башка еще шла кругом. К горлу подкатывала тошнота.
Контузия? Только этого не хватало.
Деревья вокруг валились, схватка титанов дорого обходилась джунглям. Но птицы не улетали с криками, а мелкое зверье не разбегалось. Потому что грохот сражения уже давно распугал даже червей, и те забились в почву поглубже. Это не всегда помогало — гигантские копыта взрывали землю и выкорчевывали стволы.
«Надо валить отсюда», — подумал Змей.
А другой змей, покрупнее, в это время понесся через заросли прямо в его сторону.
Лидер вольников отшатнулся и попытался уйти с траектории его движения. Он выбежал на полянку, и это стало ошибкой.
Заметив мелкую движущуюся добычу, Живоглот инстинктивно напал.
Все произошло быстро. Даже походя.
Змей и опомниться не успел, как его схватила огромная пасть.
Одно хорошее сглатывание, и он провалился во влажную трубу из плоти.
Крика не последовало, а может, его никто не услышал.
* * *
— Что б тебя! — оскалился я.
— Змея сожрал змей, — прыснула Шондра. — Идеально ушел.
Добрыня еще немного почунял и очухался. Его организм справился с ядом Живоглота. Пора догонять этого гада!
И мы погнали, ломая и сокрушая все вокруг.
Заметив наше приближение, Живоглот развернулся полукольцом и зашипел. Снова показал нам расправленный капюшон. Страшно, ужас. Вот сейчас испугаемся и дадим деру.
Не сбавляя темпа, Добрыня снова врезался в змеищу.
На этот раз его рога пробили чешую, но раненое чудовище не сдалось сразу.
Девушки закричали, потому что Живоглот бросился точно в нашу сторону, собираясь цапнуть Добрыню за загривок.
Взметнулись лианы, схватили огромные челюсти. Я видел, как сложились и снова вскинулись ядовитые клыки. Живоглот дернул головой и утащил Розу с собой.
— Открой ему рот пошире! — крикнул я.
Розочка растопырила лианы. Змей мотал головой, шипел и пытался ее сбросить.
Взрывное устройство я уже использовал. Но как же хорошо, что прихватил с собой несколько гранат!
Сейчас я выдрал чеки сразу из трех и швырнул прямо в открытую пасть.
— Роза! Прочь от него!
Дриада послушалась и ловко спрыгнула обратно на спину трицератопса.
Грянул взрыв.
Шею Живоглота разорвало изнутри.
Башка отделилась от тела и грохнулась в джунгли.
— Кошмар! — вскрикнула Сэша и прижала ладошку ко рту.
— Не смотри, — велела Шондра и накрыла ей глаза рукой.
А посмотреть есть на что.
Раньше я видел такое, но только с маленькими змеями. С Живоглотом получилось… впечатляюще…
Гигантская голова не сдохла сразу. Она продолжала гневно дергаться и клацать челюстями, пытаясь ухватить противника, чтобы забрать с собой.
Добрыня переступил с ноги на ногу и гулко выдохнул. Опустил голову, чтобы ринуться вперед и добить.
— Нет, другу, — осадил я. — Не надо к нему приближаться. Скоро затихнет.
— Кэп, там какой-то Дестро прилепился к избушке, — показала рукой Шондра.
— Ой, а там дверка в домик на ножках открыта, кити-кити!
Повернувшись, я увидел, как кабина Гренадера тоже открылась. Из нее вылезла мужская фигура и забралась в мой Волот.
Злость заставила мои челюсти сжаться, а Добрыню — развернуться.
Но тут в люк изящно и ловко скользнула Кармилла. От сердца сразу отлегло. Но я все же послал Добрыню к шагоходу, по пути высматривая в зарослях недобитых Дестро.
Мы уже почти добрались до раскоряченных ножек курочки, когда Сэша внезапно схватились за уши и взвизгнула. Ее хвост гневно забился. Она едва не спрыгнула со спины трицератопса.
— Что такое? — я взял ее за плечи.
— Больно ушкам! — крикнула она, звеня цепями. — Там ужасный звук!
— Звук? Сэша, нет никакого звука… — начала Шондра.
— Ультразвук! — прорычал я. — Роза, мне нужно немедленно добраться до люка! Подбрось меня и поднимайся следом!
— Подбросить? Кэп, ты сдурел? — возмутилась турельщица.
Но Розочка не стала оспаривать приказ. Идеальный солдат.
Лианы обвили меня, как в битве с удильщиком обвивали волосы Кармиллы.
Рывок, и я отправился в полет. Плащ развевался, а шляпа…
А шляпа не слетела!
Глава 16
Право победителя
Полет проходил нормально.
Розочка постаралась — швырнула меня как надо.
Проем в обшивке Волота приближался, а сразу под ним висел на магнитах Гренадер с распахнутым колпаком.
Вот за него-то я и ухватился. Очень надеялся, что скрипучие пальцы в этот момент не заест. Обошлось. Подтянулся, перелез через кабину и зашел в тамбур-шлюз.
В полумраке горели голубые вспышки.
И слышался треск.
Вольт решил оправдать свое имя и воспользовался электрошоком.
Кармиллу сотрясали конвульсии.
У всех людей есть суперспособность — мы не слышим ультразвук.
А вот она слышала, и тот очень больно резал ей по ушам. Потому проиграла этому хмырю, и теперь он издевался.
Вампирша стиснула челюсти. Ее глаза горели ненавистью и болью, но ничего сделать она не могла — каждую мышцы ее тела скрутил титанический спазм. Уверен, Вольт выставил шокер на максимум.
Он держал девушку под высоким напряжением, хотя мог уже добить. Ему нравилось, чтобы альпа мучилась. Еще недавно я бы вполне разделил его чувства, но почему-то сейчас вид страдающей Кармиллы меня совсем не порадовал.
Но есть и плюс: под треск электричества Вольт совсем не услышал моих шагов.
И щелчка, с которым секач высвободился из протеза, он тоже не услышал.
Зато почувствовал, как лезвие пробивает его спину.
Он выгнулся и захрипел, а шокер вывалился из руки. Я придержал умирающего и опустил на пол, приговаривая:
— Хочешь убить — убивай, а не забавляйся.
Кармилла тяжело дышала, ее еще потряхивало.
Но вампирша быстро оправилась. Ее алые глаза налились светом, а волосы устремились к Вольту, как сотня белых пик. Они тут же окрасились красным.
— Он мертв, — сказал я и подал ей руку.
Альпа перевела на меня взгляд, и гнев в них притух.
Я смотрел в ее лицо, покрытое кровью. Да она вся в ней перепачкалась.
Не удивительно, ведь она перебила всю банду Мотопьяни. Наверняка не удержалась и всласть напилась теплой кровушки. Но ругать не стану, хотя эта зараза снова наплевала на указание не питаться разумными. Она справилась с возложенной на нее задачей, а методы… ну, вампирские.
Есть другой повод для нагоняя. Куда более серьезный.
Кармилла приняла мою руку, и я рывком поставил ее на ноги.