поняла. Потому что зло зыркнула на Аэлену и заговорила уже без лишних эмоций.

– После того что устроила Аэлена, мы бедствовали. Часто голодали, отец начал пить, орать на мать, даже поколачивал ее иногда. Словно это она была виновата в его бедах! Идиот! Разумеется, долго его нигде не держали, выгоняли за ненадобностью. Денег не было, хорошей одежды у меня тоже не было, замуж я вышла достаточно рано… Термалис был первым, кто сделал мне предложение. Конечно, он был откровенно глуповат, неинтересен, а в постели вел себя как свинья, но выбора не было. Переспать со мной хотели многие, а вот жениться…

Алинар притянул к себе поближе жену. Аэлена прикусила губу, чтобы не сорваться и не ответить. Уж она бы сейчас высказала Вериоле много хорошего! Чтобы та потом зубы с волосами по гостиной собирала!

Нельзя. Яна просила.

– Потом тетка завещала ему домишко и немного денег. И мы приехали в Далинар. Чтоб ее на том свете Раш сожрала, паскуду!

Вериола скрипнула зубами. Яна подхватила нить повествования.

– Может, Вериола никогда бы и не решилась мстить – это далеко, долго, муторно, но… Здесь, в Далинаре, жила Аэлена. И Вериола решила найти ее. Позлорадствовать ли, в случае если судьба сестры сложилась неудачно, сделать ли гадость – или все вместе? Нашла. И обнаружила, что Аэлена стала ларой Авельен. Что у нее замечательные дети, любящий муж, ее картины обожают и покупают по всей стране, к ней приезжают за портретами… Одним словом, двоюродная сестра совершенно несправедливо наслаждалась жизнью, когда Вериоле так не везло. Отвратительно.

– Издеваешься?! – окрысилась Вериола на нархи-ро. – Легко тебе говорить, дрянь! А за что ей все это?! Она хоть что-то хорошее в своей жизни сделала?

– Вериола, я полагаю, сначала попыталась решить проблему привычным способом. Лойрио Авельен, скажите, вам эта женщина не знакома?

– Знакома. – Алинар пожал плечами, даже и не думая смущаться. – Она пыталась меня соблазнить.

– И небезуспешно, – Вериола расхохоталась, закинув назад голову, – слышишь, ты, дрянь?! Трахать меня у твоего мужа смелости хватило, а вот выгнать тебя с твоими ублюдками на улицу – нет!

– Что?! – взвился Алинар. – Да никогда у нас ничего не было!

– А откуда я знаю про твой шрам на спине? И про две родинки на левом бедре?

Алинар побледнел. Аэлена пожала плечами.

– Милый, я надеюсь, ты не переживаешь из-за ее слов? Дело в том, что у Вериолы была сообщница в нашем доме. Одна из служанок. Думаю, она ей и рассказала все, что необходимо. И про тебя тоже.

Алинар молча поднес к губам руку жены.

– Ты так уверена в своем муже, Аэла? – Диолат не удержался, да и кто бы на его месте смолчал? Аэлена выглядела воплощением безразличия. Легкая улыбка, никакого волнения в глазах, никаких сожалений… Измена?! Да вам это померещилось!

– В его хорошем вкусе – более чем. Алинар никогда не польстился бы на такую откровенную дешевку.

– Я – дешевка?! – взвилась Вериола. – Да ты сама… ты…

– Ты не думала, что после сладкого мужчин тянет на остренькое? – Диолат ухмылялся.

– Так ведь не на тухленькое, – усмехнулась Аэлена. – Или ты это по личному опыту?

– Разумеется, по личному. – Яна усмехалась не хуже Диолата. – Вериоле не удалось добиться своего. Муж не стал выгонять Аэлену на улицу, не отрекся от их детей, не сделал Вериолу даже постоянной любовницей, о чем она мечтала, не взял на содержание… Одним словом – сплошные «не». Кана Шальза тоже отказала женщине, когда та хотела подобраться к Алинару Авельену. Так что полагаю, кайта Вериола солгала. Интриги с мужем ненавистной художницы не получилось. Подобраться к двоюродной сестре ей пока тоже не удавалось – опасно. Аэлена хоть и видела ее лет десять назад, а то и больше…

– Почти пятнадцать.

– Но узнать-то могла?

Аэлена смерила двоюродную сестру насмешливым взглядом.

– Вряд ли. Разве что вспомнила бы Льяну… Нет, не думаю. Таких слишком много на улицах.

– Вериола об этом не знала… Она-то полагала, что если она тебя ненавидит, то и ты должна…

– Пф-ф-ф… Никому и ничего я не должна. Мне и так живется неплохо. – Аэлена смотрела насмешливо. – Я что – должна потратить свою жизнь на месть? Я не убогая, мне есть чем заняться.

– Сука! – выплюнула Вериола.

– Зато счастливая.

– Поэтому Вериола ходила в галерею – подпитывать свое чувство мести. Надо полагать, стояла перед картинами и мечтала их уничтожить. Или саму Аэлену. Или… да не важно. Важно другое – там она познакомилась с Кадусом Альтом, а через него – с трайши Диолатом.

– Ерунда. – Диолат даже не встревожился.

– Кадус Альт арестован и дал показания. – Тайяна смотрела спокойно.

– Он врет.

– А Ааша считает, что сейчас врете вы.

– А шавку в суд вообще приводить запрещено.

Яна едва успела остановить волчицу, а то был бы у них слегка пожеванный трайши.

– Ааша! Лежать! Не тронь! Отравишься!

– При всем уважении, дитя Четырехликого, – заметил тархоши Фисс, наслаждающийся этим представлением, – я не помню, чтобы трайши были ядовиты!

– Все – не скажу, а этот так пропитан приворотными зельями и зельями для повышения привлекательности, что у Ааши мог бы понос начаться. – Яна даже и не задумалась. Ааша все еще рычала, и успокоить волчицу стоило немалых усилий. Так что ответ сорвался сам собой.

Тархоши пристально посмотрел на Диолата.

– Мы еще поговорим об этом, сын Четырехликого.

Трайши пожал плечами, но вот сейчас в его презрение не поверил уже никто. Храм был не той силой, которой можно пренебрегать. А приворотные зелья ни один хоши одобрять не собирался. Пусть не черная магия, но и не добро, ой, не добро…

– По мелочи Вериола, конечно, пакостила сестре, как могла. Брала ее платья и зашивала в них всякую гадость…

– Какую именно? – уточнил хоши.

– Веревку повешенного, пропитанную кровью Аэлены.

Вот теперь у всех мужчин в комнате на лицах отобразилось одно и то же. Брезгливость.

А у хоши еще и гнев.

– Порчу наводить?! Черное колдовство творить?

Алинар промолчал. Но судя по желвакам на его скулах, Вериолу надо было держать подальше от мужчины. Лучше в Разломе. Даже Диолат выразительно поморщился. Проняло, видимо.

– Хоши, вынужден напомнить…

– Лойрио, это – дело Храма. И мы об этом еще поговорим – когда все закончится.

Вериола явственно побледнела. Хоши не шутил, совершенно не шутил, и после разговора ей грозили храмовые подвалы и дознание.

Нархи-ро скривила губы. Нет, люди бывают все-таки непроходимо глупы.

– Должна сказать, что это была на редкость тупая попытка, – Яна пожала плечами. – Наводить колдовство такого рода могут либо Темные, либо стихийные некроманты. Но Вериоле требовалось сделать хоть что-то. Она сделала – и безуспешно. Сама по себе она не была опасна Аэлене – не те возможности. Проблемы лары начались после того, как Вериола познакомилась с трайши Диолатом.

– Он обещал, что поможет убить ее, – Вериола хрипло рассмеялась. – Клялся, что она не выживет!

– И тут мы переходим к другой стороне нашей монеты, то есть истории, – усмехнулась Яна. – Казалось бы, зачем благородному трайши какая-то лара? Не первой молодости,