— Получается, что мать ее не считает, будто ее дочь где-то здесь прячется. Так?

— Да откуда я знаю, что там ее мать считает! — встрепенулся Кирилл. — Я с ней и не общался сроду. Ты что хочешь этим сказать?

— Ничего, — спокойно ответил Сергей. — Я только интересуюсь. Давай дальше.

— А что дальше… — Кирилл нахмурился. — К Бурзе этому тоже частенько жена бегала. Он исчез — она перестала бегать, вот и все.

— Она-то в другой город не уехала?

— Не слышал. Навряд ли, я думаю… Сынишка у них был еще маленький. Это надо узнавать, честно говоря…

— Вот и узнай, — сказал Сергей. — У вас же есть свои каналы в городских властях. Сделай запрос.

— Серега, — напористо произнес Кирилл. — Ты можешь конкретно сказать, что ты предлагаешь? Не ходи, понимаешь, кругами!..

— Объясняю конкретно, — сказал Сергей. — Я предлагаю попросить городские власти установить за семьей Бурзы и Котельниковой легкую слежку. Ненавязчивую такую. Желательно найти где-то фотографии пропавших или хотя бы составить их подробное описание. В общем, это уже дело техники. Многое зависит от того насколько власти согласятся нам помочь. Короче, идея-то тебе ясна? — спросил Сергей. — Нужно проверить не объявились ли наши пропавшие за пределами резервации. Только сделать это аккуратно, чтобы никто ничего не понял. Потому что наши ошибки должны оставаться только с нами. Просек?

— Ах, вот ты о чем!.. — несколько разочарованно протянул Кирилл. — Опять ты об этом… Это есть твоя светлая мысль?

— Но это лучше, чем ничего. А что тебе не нравится?

— Ну, я же говорю, что не верю я в это…

— Я не прошу тебя поверить, Кир, — настойчиво сказал Сергей. — Я прошу тебя выяснить. В конце концов, это ведь не очень сложно?

Кирилл вздохнул и почесал в затылке.

— Или это неосуществимо? — спросил Сергей. — Ты подумай.

— Да как сказать, — пробормотал Кирилл. — Сложно — не сложно… Барновского можно сюда подключить… Это через мэра надо все равно. Не нравится мне это, конечно. Но если ты считаешь…

— Других идей пока нет, — заметил Сергей. — А проверить никогда не помешает. Так же должен рассуждать полицейский, а? Если это можно сделать, то это надо сделать. Ну как?

— Ладно, — выдохнул Кирилл. — Попробуем что-нибудь придумать. По идее, ты прав: лучше хоть что-то предпринимать…

— Тем более, что тебе самому ничего не надо делать. Главное правильно обработать начальство. Ну, а если ничего не выйдет, то не страшно. Отрицательный результат тоже на дороге не валяется.

— Завтра, — проговорил Кирилл. — Завтра поговорю с Барновским. И с Посаженовым. Без него вряд ли получится…

Он замолчал, напряженно глядя в потолок.

— Ну, хватит напрягаться сегодня, — сказал решительно Сергей. — Пойдем лучше в бар!

Кирилл не отреагировал. Он навалился на стену, скрипнув табуретом, и вытянул ноги.

— А ты знаешь, о чем я тебе еще не рассказал? — устало усмехнувшись, поинтересовался он.

— О боже, — выдавил Сергей. — О чем же еще, черт тебя подери?

— Помнишь тогда с Валерой про Артема говорили? — медленно произнес Кирилл. — Ну, что он, мол, в город по ночам ходит. Помнишь? Валера еще какие-то гипотезы толкал… Мол…

— Да, помню, помню, — торопливо сказал Сергей.

— Я-то, конечно, во всякие эти идеи не верю, — сказал Кирилл. — Поговорили тогда и все, вроде бы? А что-то вот у меня внутри после того заело и все! Не выходит из головы, хоть тресни.

— Стал сомневаться? — спросил Сергей. — А нет ли в словах нашего Валеры частицы правды? Нет, Кир… Вряд ли, Артем прикидывается. Вот в это уже я не верю.

— Не в этом, понимаешь, дело! — сказал Кирилл. — Мне самому стало интересно узнать куда и когда он ходит. Вот зудит где-то внутри… Я знаю, что пока не выведаю, то так и будет зудеть. Короче, решил я, Серега, за Артемкой последить немножечко.

— А-а, — сказал Сергей. — Вон оно что! Ну, ну…

— Стал я, значит, за ним в последние дни приглядывать, — продолжил Кирилл размеренным тоном. — Стараюсь почаще возле их дома бывать. Особенно, ближе к ночи. И представляешь, Серега, вот смех смехом, а за эту неделю он дважды ходил в город ночью! Ты прикидываешь: ночью, блин! В город! Куда? Зачем?

Кирилл резко оторвался от стены и развернулся к Сергею.

— Ночью — это означает, чтобы никто не видел, — проговорил он сосредоточенно. — Это, вроде, так. Но вот на кой ляд?! Первый раз он пошел где-то после двенадцати, а вчера — в час.

— А я думаю, чего это вы так допоздна дежурить стали? — сказал Сергей. — А почему же ты раньше мне не говорил?

— Не хотел до времени, — ответил Кирилл. — Думал, мало ли что… А вчера-то я все же решил, что неспроста это, Серега. Ох, неспроста… Что-то тут есть! Понимаешь, оба раза у Артемки с собой ничего не было. Ни сумки, ни свертков никаких… Налегке шурует парень. И по одному, маршруту. Как из дома выходит, сразу сворачивает и мимо стройки прямиком к Магистральной. Прикидываешь? По этому маршруту его очень трудно засветить. Только если специально задаться этой целью, как я…

— А он тебя видел? — осведомился Сергей. — Или ты — перебежками?

— По разному, — сказал Кирилл. — Не должен был видеть, по идее… Но вот какая штука, — Кирилл щелкнул в воздухе пальцами. — Все время, пока я за ним шел, у меня было такое ощущение, что я не один его пасу. Словно затылком чувствовал и все! Как будто кто-то Артема контролировал… Не знаю, может, показалось… Ночью всякое может показаться, с одной-то стороны. Короче, чертовщина какая-то. Что все это означает, а? Ты знаешь, я даже в один момент засомневался: вдруг он вовсе и не того, — Кирилл покрутил пальцем у виска. Шутки шутками; Валера всякого может набрехать, конечно… Но даже я засомневался, Серега! Не так чтобы на полном серьезе…

— Погоди-ка, — сказал Сергей. — Что ты дальше-то решил делать?

— Пока ничего, — ответил Кирилл. — В личные контакты с семейством Чистяковых, я считаю, вступать еще рано. Пока копим информацию, наблюдаем… Я еще знаешь, что хочу? Попробовать в следующий раз дождаться его возвращения из города! Интересно, долго он там бывает или нет?

— Кир, мне не нравится, что ты шатаешься по ночам в одиночку, — серьезно сказал Сергей.

— А кого мне бояться? — воскликнул Кирилл.

— Не знаю, не знаю… Нехорошо это. Предчувствия, что ли…

— Вот веришь или нет, — вздохнул Кирилл, — а в последние дни у меня тоже какие-то такие ощущения появились… Сам не пойму. Ни с того, ни с сего! Что-то ноет и ноет… И еще странная штуковина, Серега! Сон вдруг стал сниться! Один и тот же, прикинь! Сроду со мной ничего подобного не было… Представляешь, Серега? Чтоб один и тот же сон по несколько раз снился… Чудно как-то…

Кирилл снова вздохнул и сдвинул брови.

— И сон-то какой-то странный. Будто иду это я неизвестно куда, а вокруг ничего не видно. Не то вечер, не то ночь — непонятно. Какие-то сумерки… И будто туман кругом… Я, значит, все иду и иду, ничего не понимаю, а из этого мрака какие-то тени выскакивают! Главное, мелькают передо мной, туда-сюда, слева направо… А я почему-то знаю, Серега, что это люди, но кто — различить не могу. Словно расплывается все перед глазами. И главное, я нутром чую, что это опасные тени, а сделать ничего не могу… Они, значит, мелькнут, эти призраки, и снова в сумерках исчезают. А я все иду и иду. И остановиться-то не могу. Или не хочу ли… А потом вдруг натыкаюсь на что-то невидимое, как бы на какую-то преграду, что ли… Неожиданно так, резко! И сон раз — и кончается. Представляешь? К чему это, а?

Он умолк, облизнул губы и пристально посмотрел на Сергея.

— Уже раза три или четыре снился, — сказал Кирилл. — Одно и тоже, блин. Серега, ты веришь в вещие сны?

— Я уж и не знаю, во что верить в вашей резервации, во что — нет, — сказал Сергей. — Но ночные слежки тебе одному лучше бы не производить.

В комнате зазвонил телефон.

— Петрович, наверное, — пожал плечами Кирилл и ушел с кухни.

Сергей допил остывший чай, встал и пошел следом. Когда он зашел в комнату, то застал Кирилла с недоуменным выражением на лице, стоящего возле телефона и вертящего в руках телефонную трубку.