— Ничего, — Феб тряхнул головой. — Всего лишь велел теуи перетечь к Астарте, как и положено во время обмена.

Обманывать друга неприятно, но прямо сейчас правду говорить нельзя. Слишком много свидетелей. До церемонии они с Радой молчали, не желая вмешивать Арея в авантюру. Он все-таки командующий. Его репутация должна быть чиста.

Появился врач. Растолкав толпу локтями, он первым делом поспешил к Астарте. Из специального баллончика распылил заживляющую жидкость на ожог. После этого он затянется за сутки.

Когда врач приблизился к Фебу, чтобы обработать и его рану, Арей спросил:

— Ваш вердикт? В чем причина ожога?

— Ничего особенного, — пожал плечами врач. — Банальная несовместимость теуи.

— Как это несовместимость?! — взвизгнула Астарта. — Наши теуи выбрали друг друга. Мы — пара.

— Хм, а вот это интересно, — врач повернулся к Фебу. — Это правда?

— Да, — он кивнул.

— На моей памяти подобное впервые. Теуи не меняет решений. Двое либо подходят друг другу, либо нет.

— Может, теуи посчитала, что они больше не идеальная пара? — вмешалась Рада.

Арей хмуро посмотрел на жену. Он ничего не сказал, но, кажется, заподозрил многое.

— Это глупости, — тряхнул головой врач. — Теуи считывает код ДНК, а не эмоции. Если все так, как вы говорите, то я обязан доложить. Ваш случай нужно изучить. Возможно, один из будущих супругов тяжело болен. Или произошла какая-то мутация, изменившая ДНК.

— Не переживайте, — заявил Арей. — Я лично прослежу за расследованием.

— Конечно, командор, — кивнул врач. — Я буду рад дать показания.

Пока Арей заверял врача, что ситуация под его личным контролем, гости шептались между собой. Вроде тихо, но гул в зале стоял приличный. Сообразив, что обсуждают ее, Астарта фыркнула и, подхватив подол платья, торопливо покинула зал.

Церемония официально провалилась, но это был не конец. Еще предстояло разобраться с последствиями и желательно так, чтобы никто не пострадал.

Спустя час Астарта, Арей, Рада, уложившая Костю спать, и Феб собрались в кабинете обсудить ситуацию.

Астарта вопила, что ее обманули, и требовала капсулу жизни обратно.

— Капсулу невозможно вернуть, — возразил Арей. — Она уже использована. Ты и сама это знаешь.

— Как же наш договор? Феб не выполнил свою часть!

— Не по своей воле, — заметил Арей. — Я, как командующий, признаю договор потерявшим силу ввиду невозможности его исполнения.

— Ты, ты, ты… — Астарта повернулась к Фебу. Ее кожа пошла красными пятнами. — Вы все об этом пожалеете! Я выясню, как вы это провернули. Я дойду до главнокомандующего!

— Уверена, ему будут очень интересны женские жалобы, — хмыкнула Рада.

Астарта вылетела из кабинета, хлопнув дверью. Все вздохнули с облегчением, когда она ушла.

Фебу все-таки пришлось пойти против совести и нарушить собственное слово. Его могла оправдать лишь безумная тяга, которую он испытывал к Злате. И еще стопроцентная уверенность, что этот союз сделает несчастным не только его, но и саму Астарту. Она этого не узнает и вряд ли когда-то его поблагодарит, но ей повезло, что они не соединились.

— А теперь признавайтесь, как вы все провернули, — строго произнес Арей.

Феб с Радой переглянулись. Им придется все рассказать. Впрочем, Арей всегда был и будет на их стороне. И уж тем более на стороне сына.

Но все это пустяки. Фебу предстояло дело куда сложнее — убедить Злату простить его. Что-то ему подсказывало: это будет непросто.

37. Она

Я приняла капсулу после того, как Феб покинул квартиру. К черту гордость, речь шла о жизни. Да, я люблю этого невыносимого, самоуверенного атланта, будь он проклят. Но я не из тех впечатлительных девиц, которые жрут таблетки и мечтают сдохнуть, если любимый их бросил. Нет, я хочу и буду жить. Возможно, причина в том, что я прочувствовала на себе, каково это: умирать.

А вот билет на море я не взяла. Та самая гордость не позволила. Проживу как-нибудь без его подачек. Покидая квартиру спустя несколько часов (после капсулы я долго приходила в себя), я дала себе слово, что не буду страдать по атланту. Ни единой минуты. Но сказать легче, чем сделать. Намного легче.

Надо было сжечь мосты, уехать из города, обосноваться где-нибудь в другом месте. Не смогла. Не стоило включать телевизор и искать новости о нем в сети. Не удержалась. А потом сидела и часами тупо листала его фотографии с «богиней». Она вся такая красивая, счастливая. Так светится, что ей можно подзаряжать солнечные батареи. Я, кстати, узнала, как ее зовут — Астарта. Между прочим, это богиня любви. Вот только эта кукла вряд ли знает, что такое любовь.

Смотрела на них, и в животе скручивался тугой узел то ли тоски, то ли злости. Какой-то жуткий коктейль эмоций. Словно во мне тикает мина замедленного действия. Пульс — обратный отсчет. Того и гляди, рвану, разнеся все вдребезги.

И все равно каждый день я возвращалась к этим фотографиям и видео. Мазохистка. У меня от Феба развилась какая-то больная зависимость. Я конченая наркоманка и никакой эйфории не надо. Пропащий человек. На других мужчин даже смотреть не хотела. Все не те. Все не он.

Я дико скучала. По рукам его, по глазам, по голосу. На видео Феб говорил мало, в основном сухо кивал, но стоило ему произнести хоть слово, и все во мне откликалось. Ноги становились ватными, а в голове возникал белый шум. Как же мне его не хватало! До спазмов во всем теле, до дрожи в сердце, до зуда под кожей.

Я давила в себе чувства к Фебу, а они, как назло, только крепли. Изводили меня бессонными ночами. Я загибалась без него, все не в радость. Он ушел и забрал с собой смысл всего.

Я ненавидела себя за эту слабость, но ничего не могла поделать. Некоторые вещи нам не подвластны. Эта одна из них. А он еще имел наглость переслать мне билет на море. Тот самый, который я оставила в квартире. Я порвала его в клочья и выкинула в окно. Потом наблюдала, как ветер уносит обрывки. Вот так же он с моим сердцем. Использовал и выбросил за ненадобностью. Ни за что не поверю, что он не понял мои чувства к нему. Все он видел и наплевал. Типичный атлант.

А жизнь продолжалась. Я устроилась на работу официанткой в кафе. Не смогла вернуться к кражам. Я и занималась ими только потому, что нечего было терять. Когда у тебя осталось шесть месяцев жизни можно позволить себе все. Теперь у меня впереди были года, и я не хотела тратить ни минуты из них на нарушение закона.

Поначалу опасалась, что Макс будет меня искать, но внушение атланта действовало безотказно. Обо мне забыли. Словно и не было никогда Златы-воровки. Вот еще один прощальный подарок Феба — жизнь с чистого листа. Им в отличие от билета на море я воспользовалась.

Прошло два месяца. Вроде незаметно, быстро пролетели, и вместе с тем каждый час был мучением. Наступил день икс. Вообще-то для всех это обычный день, кроме меня и Феба с его «богиней». Это был день их обмена теуи. Я даже взяла отгул. Не смогла бы работать, мысли занимало другое.

Прямой трансляции по телевидению не было. И хорошо. Я бы не удержалась и посмотрела, а потом бы разбила экран и рыдала в подушку несколько часов. К черту! Но в новостях наверняка объявят о заключении их союза. Все же Феб не последний атлант в городе. Сам командор был свидетелем на церемонии.

Я прождала весь день, не отходя от экрана. Даже не ела. Моргала и то через раз. И ничего. Не единого упоминания Феба или «богини». Быть может, я переоценила важность их союза? Это для меня он имеет значение, а для атлантов так, очередная церемония. Мало ли их бывает за год.

В итоге уснула я только под утро, проспала пару часов, а потом подскочила по будильнику на работу. Все, отгул закончился, пора впрягаться. Выходя из дома, выглядела я соответственно бессонной ночи: круги под глазами, кожа блеклая, взгляд потухший. Даже крепкий кофе, к которому меня приучил Феб (и тут он отметился, гад!) не помог проснуться. До работы я добралась на автопилоте.