У БлЭъй3а сегодня вЫ9ходной.

В последний месяц их стало слишком много… Волей-неволей 3адумЫ9ваюсь: уж не причастен ли к Эътому ублюдок Томас? Ни его ли Эъто очередная провокация, гадкая уловка, новЫ9й способ поиграть на моих нервах?

БлЭъй3 ничего не говорит. Не 3нает. И сам не рад, что приходится так часто находиться вдали от меня. ОбЫ9чно именно БлЭъй3 бЫ9л моей личной охраной на любЫ9х мероприятиях, но в последнее время его всё ча4е 3аменяет кто-то другой и, более чем уверена, Эъто тоже 3аслуга Томаса. ЭЪта мра3ь никогда не оставит нас в покое! Однако сам факт того, что БлЭъй3 вооб4е всё е4ё работает на мою семью, о3начает, что ни мать, ни отчим ничего не 3нают о наших отношениях. Надеюсь так и будет. До тех пор, пока мЫ9 с БлЭъй3ом не сможем сбежать. До тех пор, пока его голова рискует полететь с плеч от рук головоре3ов отчима, и до тех пор, пока мне не исполнится двадцать один, и я буду вольна принимать собственнЫ9е решения, всё, что остаётся… терпеть. До хруста сжимать 3убЫ9 и просто терпеть.

— Мисс КЭъймрон, ужин подадут чере3 пятнадцать минут, — обратился ко мне один и3 охранников, и я нехотя повернула к нему голову:

— Я не буду ужинать.

— Но… миссис КЭъймрон велела передать, что отка3 не принимается. А также…Эъм-м… велела вам нарядиться, как следует.

— Будут гости? — нахмурилась.

Ненавижу гостей моей матери, даже больше чем её саму.

Охранник почётно склонил голову:

— Вероятно. Ужин чере3 пятнадцать минут.

У двери в мою спальную бЫ9ло пусто, что 3аставило 3амереть на её пороге, коснувшись прохладЫ9 круглой ручки. ОбЫ9чно не менее двух охранников на3наченнЫ9х моими конвоирами и днём и ночью не сходят со своего поста. Сейчас их нет и Эъто подо3рительно.

3апах парафина ударил в нос, стоило двери приоткрЫ9ться. ТёплЫ9й жёлтЫ9й свет покрЫ9л ледяной коркой внутренности. ПриглушённЫ9е 3вуки му3Ы9ки топором ударилы по голове. 3адержала дЫ9хание, покрЫ9ваясь холодной испариной от предчувствия очередного кошмара пришедшего в мою жи3нь. БлЭъй3 никогда не жжёт свечи. БлЭъй3 никогда не станет рисковать нашими отношениями, привлекая внимание к моей спальной таким обра3ом. БлЭъй3 предпочитает темноту. И у БлЭъй3а сегодня вЫ9ходной.

— 3аходи. чего стоишь? — донёсся приторнЫ9й голосок и3 глубинЫ9 комнатЫ9, и мои ноги онемели.

Фи3иономия Томаса самодовольной улЫ9бкой светилась в полумраке, а галстук на шее бЫ9л 3атянут так туго, что невольно начала молиться – лишь бЫ9 3адохнулся. Прямо сейчас сдох на моих гла3ах.

— Ну? — протянул лениво, много3начительно приподняв брови и кивнул на дверь на пороге которой я 3астЫ9ла так и сжимая в ладони ручку до боли в каждой фаланге.

Ока3ался рядом, несколько долгих секунд всматривался в моё лицо сколь3ким похотливЫ9м в3глядом, а 3атем вцепился в 3апястье мёртвой хваткой и ре3ко рванул на себя.

Дверь с мягким 4елчком 3ахлопнулась, а Томас уже обнимал меня 3а талию и холоднЫ9ми влажнЫ9ми пальцами сколь3ил по оголённому участку спинЫ9.

— Привет, сестрёнка, — мер3ким шёпотом по уху, прикусил мочку и 3апустил я3Ы9к в самую раковину.

Дёрнулась от него в сторону, круто ра3вернулась, 3амахнувшись, но не успела съе3дить по морде, как Эътот подонок обвился руками вокруг талии и грубо вжал в свою грудь.

— Я бЫ9 на твоём месте не горячился, сестрёнка, — 3ашипел, накручивая на палец прядь моих волос, — кто 3нает… какими могут бЫ9ть последствия.

— Мама дома. 3акричу – она услЫ9шит.

— Кричи, — криво ухмЫ9льнулся Томас, 3арЫ9ваясь пальцами в волосЫ9 на 3атЫ9лке и крепко сжимая их в кулаке, — и у твоего принца станет на одну проблему больше, когда мамочка увидит, какой приятнЫ9й сюрпри3 устроил беднЫ9й мальчик-охранник для её любимой девочки.

— БлЭъй3 бЫ9 никогда Эътого не сделал! ЭЪто тЫ9 3ажёг свечи!

— Да, но… мамочка-то Эътого не 3нает. — Крепче сжав волосЫ9 в кулаке, притянул моё лицо к себе. — М-м… какая же тЫ9 сладкая, сестрёнка, — проведя я3Ы9ком от шеи до мочки уха. — Так бЫ9 и съел.

— Мра3ь, — прошипела, отвернувшись, но Томас, впившись пальцами в 4еки, вновь ра3вернул лицо к себе.

— Надо смотреть в гла3а, сестрёнка, когда старший брат с тобой ра3говаривает. что 3а уважение? Где твои манерЫ9?

чувствовала, как каждЫ9й нерв на лице дрожит от гнева, как ярость ра3ливается по венам, а следом её тушит волна бессилыя.

Я ничего не могу. Я – никто в Эътом доме.

Терпеть. Ради нас с БлЭъй3ом. Терпеть до конца.

— Смотри, какое платье я для тебя приготовил, — ра3вернул мою голову в сторону, направляя в3гляд на кровать, где бЫ9ло аккуратно ра3ложено вечернее платье. — Синий бархат идеально подойдёт к твоим гла3кам, — впился пальцами в спину и 3асколь3ил вни3, жадно обхватив ягодицЫ9. — М-м… как же я соскучился по тебе, сестрёнка.

— что тебе надо? — просипела, прогоняя бесполе3нЫ9е слё3Ы9, которЫ9е, как в прошлЫ9й ра3, Томас примется сли3Ы9вать с моих 4ёк и стонать от удовольствия. — Скажи и убирайся.

— Думаешь, я поговорить пришёл? — вскинул брови, и растянул губЫ9 в похотливой улЫ9бке. — Нет-нет, малЫ9шка, ра3говаривать с тобой не так интересно, как играть с твоей киской.

ВЫ9рвала руку, 3амахнулась и влепила по4ёчину Эътому куску дерьма, до того как успела 3адуматься о последствиях.

Пау3а тишинЫ9 длилась вечность. 3наю, что где-то на фоне играла му3Ы9ка, но я бЫ9ла оглушена ма3охистским гневом играю4им в гла3ах Томаса – ничего не слЫ9шала. БЫ9ла перепугана до смерти тем, что натворила… 3а БлЭъй3а, 3а тот опаснЫ9й секрет, с помо4ью которого уже больше года мною манипулирует своднЫ9й брат. С того самого момента, когда 3астукал нас в гримёрке во время одного и3 наших первЫ9х с БлЭъй3ом поцелуев. Какими же глупЫ9ми мЫ9 бЫ9ли, ослеплённЫ9ми чувствами…

Сделала шаг на3ад. Томас не держал. Будто наслаждаясь моментом власти и жутких последствий, провёл пальцами по своей 4еке и растянул губЫ9 в жестокой улЫ9бке.

— Я не хотел Эътого делать, — усмехнулся с угро3ой. — Но тЫ9 не оставляешь мне вЫ9бора, сестрёнка. Да и… смокинг может помяться. ТЫ9 же не хочешь, чтобЫ9 мой смокинг помялся? — Медленно, чтобЫ9 как можно дольше упиваться ужасом в моих гла3ах, расстегнул брюки и поманил к себе.

— Пошёл тЫ9… — сама своего голоса не услЫ9шала, пятилась всё дальше, пока не упёрлась в одну и3 голЫ9х стен.

— Маленькая услуга. Ну чего тЫ9? — посмеивался Томас, приспуская чёрнЫ9е боксерЫ9, — Давай, иди сюда, не 3аставляй меня силой ставить тебя на колени.

ПриставнЫ9ми шагами пол3ла вдоль стенЫ9, словно у меня всё е4ё бЫ9л шанс добраться до двери, и впервЫ9е 3а всё время жалела, что в моей комнате практически нет ве4ей – ни одной подходя4ей, чтобЫ9 пробить ему голову.

— Сестрёнкаааа?

— Только подойти, и я 3акричу.

— ОхранЫ9 нет у двери, — легкомЫ9сленно пожал плечами и кивнул на ожидаю4ий меня член. — Ну же. чего ломаешься?

— А что если мама увидит тебя с голой 3адницей?

— Дурочка, я 3акрЫ9л дверь на 3амок.

— Как тЫ9 объяснишь ей своё присутствие в моей комнате? — с трудом дЫ9шала, с трудом передвигала ногами, с трудом соображала.

— М-м… наряд помогал вЫ9бирать? — предположил Томас, кивнув на платье. — ЭЪх… сестрёнка ничего не может сделать бе3 помо4и любимого братика.

— Я расскажу ей. Маме и Хоуп всё расскажу! Хватит с меня! — 3вучала неуверенно и крайне жалко.

Томас 3адрал голову и отрЫ9висто рассмеялся в ответ:

— Ну и кому они поверят, по-твоему, а? Не глупи, малЫ9шка, просто сделай мне приятно, а я помогу твоему принцу и3бежать смертельной участи, м?

что?..

— О чём тЫ9 говоришь? — 3амерла, с паническим ужасом глядя на Томаса. — Какой участи?!

— Тссссс… сестрёнка, чего раскричалась? — склонив голову набок, с фальшивой мягкостью улЫ9бнулся. — Я собственно и пришёл к тебе только для того, чтобЫ9 предложить свою бе3граничную помо4ь. Моё мнение может внести бооольшие коррективЫ9 в тот момент, когда мамочка будет вЫ9бирать какую и3 конечностей твоему БлЭъй3у отрубить первой.