Сознание возвращалось рывками, доставляя телу и душе дикую боль. Почему-то именно сейчас пришло осознание того, что я сделала. Я УБИЛА ЧЕЛОВЕКА! Пусть она это заслужила, но это ничего не меняет. Медленно открыв глаза, наткнулась взглядом на мучителя.

— Ну, вот видишь. — Усмехнулся седой альфа, — все не так уж и страшно. Зато теперь ты знаешь, каково это убивать. Еще чуть-чуть и ты начнешь ненавидеть себя за это. А дальше все, безумие из которого не будет возврата. — Его презрительный смех окончательно сбросил с меня оцепенение.

Я рванулась к нему, но была удержана кем-то со спины. Только сейчас заметила там Хищника. Мужчина больно дернул меня за плечи и повернул к себе, проговорил, почти касаясь моих губ:

— Ты моя! Помнишь, я тебя выиграл. Так что не рыпайся и жди. Скоро я заберу тебя из больницы.

Что??? Мой мозг лихорадочно пытался сообразить, о чем говорит этот мужчина. Пока я не вспомнила, как меня представили на боях. Рабыня? Секс? Нет… Не может быть. Столкнувшись взглядом с альфой, я замерла. Это правда. Вот значит, что он придумал. Ну что ж… Посмотрим кто кого. Силой, заставив волчицу посмотреть прямо в глаза альфе, я усмехнулась. Пускай сейчас мое тело и голова разрываются от противоречий, страха, боли и беспомощности, но так будет не всегда. Я выдержу. Альфа не оставил мой выпад без внимания и вскоре мое тело содрогнулось от дикой, нечеловеческой боли.

— Хватит! — Зарычал на него Хищник, когда из моих ушей пошла кровь. — Ей больно!

— Заткнись, твое время еще не пришло.

Они какое-то время смотрели друг другу в глаза, а потом давление альфы начало спадать. Вскоре я даже смогла сесть. Хорошо хоть ехать оказалось недолго, больница появилась за поворотом.

Мы опять долго шли по коридорам, а потом меня втолкнули в уже знакомую палату и ушли. Хищник задержался около палаты, видимо ожидал услышать плач. Ага, как же! Волчицы не плачут! Когда он наконец-то ушел, я позволила себе выдохнуть. Кажется, на сегодня все закончилось. Бросив взгляд в зеркало, ужаснулась. Окровавленное избитое лицо, желтые глаза, серого цвета когда-то солнечные волосы. Красотка!

Ночь прошла спокойно, а утром меня даже отвели в душ. Вот только вновь овладевший моим телом зверь совершенно не умел мыть голову. Так, немного ополоснулась и вернулась. Подходя к палате, я затаила дыхание. Там кто-то был…

Светловолосый мужчина стоял ко мне спиной, и волчица глухо зарычала, недовольная вторжением в свое личное пространство. Он медленно обернулся, и я поняла, что все кончилось. Это был дедушка. Сама бы я кинулась сейчас ему на шею, но волчицу мужчина очень пугал, поэтому мы, дрожа, забились в угол.

— Что же они с тобой сделали? — Ласково касаясь моего лица, проговорил дедушка Ян, а в следующее мгновение на меня вновь навалилась сила альфы. Вздрогнув от боли, я закричала, извиваясь на полу. А он держал меня за руку даже тогда, когда я вцепилась в нее зубами и что-то говорил.

Такого предательства волчица выдержать уже не смогла, и мы перестали бороться. Зверь подчинился сильнейшему. Вот только тот неожиданно помог, давая волчице возможность уйти вглубь сознания человека, туда, где она и была до этого.

— Аля? — Желтые глаза казались усталыми, да и сам дедушка выглядел осунувшимся.

— Дедушка… — Непослушными губами проговорила я, крепко обнимая его за шею.

Слезы покатились сами собой, казалось, через них уходит вся боль, весь страх и отчаяние.

Глава 21

Дом

— Я убила ее, понимаешь, убила!!! — Окончательно скатываясь в истерику, выкрикнула я. Дед молчал, он вообще ничего не спрашивал, только ласково поглаживал по спине и слушал мои завывания. Не знаю, сколько времени мы провели вот так, но потом он поднял меня на ноги.

— Пора уходить. Тебе что-то нужно собирать?

— Нет. Мне ничего не было нужно. — Пожала плечами я, с дрожью думая о том, что могла остаться такой навсегда.

— Тогда побудь здесь, я схожу, оформлю документы. — Уже взявшись за дверную ручку, дедушка обернулся: — Прости меня.

— За что???

— Я должен был тебя защитить.

Вспомнив своего мучителя, я только покачала головой. Против такого даже дедушке было бы сложно бороться. Слишком много силы, слишком много связей. Без них организация таких боев не была бы возможной. Вот только после всего случившегося оставаться одной было страшно.

— Можно, я с тобой пойду?

— Хорошо.

Большинство пациентов больницы уже спали, поэтому мы старались идти тихо. А вот в кабинете главного врача возникли некоторые проблемы. Он никак не хотел меня отпускать, ссылаясь на необходимость проходить специальную комиссию. На это дедушка злорадно улыбнулся и потребовал проверять мою вменяемость сейчас.

— Как вы не понимаете, я не могу принимать таких решений, для этого нужен консилиум. — Верещал врач, пытаясь вызвать санитаров.

— Созывай.

— Три часа ночи. Дождитесь утра, а потом уже вызывайте.

— Аля, выйди. — Слегка посерев лицом от злости, приказал дедушка.

Я выскользнула за дверь и прислонилась пылающим лбом к стене. Неужели мне опять придется ждать. А что, если вернется альфа? Где-то в глубине от страха зашевелилась волчица. Вдруг дверь кабинета резко распахнулась, и из нее вышел дедушка Ян.

— Нужно подождать? — Неожиданно жалобным тоном спросила я.

— Нет. С чего ты взяла? — Удивленно посмотрел на меня мужчина. — Едем домой.

По дороге, дед молчал, за что я была ему искренне благодарна. Перед встречей с родными следовало успокоиться и привести мысли в порядок. Нужно было решить, что можно сказать маме, а что нельзя. Да и как я буду объяснять свое знакомство с дедушкой, который вроде как считается беглым преступником, не знаю. Вот только это совершенно не понадобилось. Подъехав к дому, он повернулся ко мне и сказал:

— Дальше я не пойду, скажешь, пришла в себя, отпустили, вызвала такси.

— Когда ты уже помиришься с мамой? — Крепко обнимая его за шею, спросила я.

— Не знаю. Сейчас это опасно. — Смутился дедушка, а потом задержал меня за руку: — Будь осторожна, малыш. Они не успокоятся.

— Ты тоже. До свидания.

Несколько метров до дома я буквально пролетела, все еще не привычная к тому, что тело беспрекословно слушается. Звонок. Тихие, такие знакомые мамины шаги, а потом меня снесла буря ее имени. Звук отъехавшей машины прозвучал где-то на краю сознания, значит, дед ждал, пока встретят. Хорошо. Как все-таки приятно понимать, что тебя любят. Мама покрывала мое лицо мелкими, почти колючими поцелуями, и, кажется, не в силах была произнести ни слова. Сверху послышался папин голос, в котором сквозило беспокойство:

— Вась, что случилось? Кто там?

Мама, промолчала, не переставая прижимать меня к себе и смотреть мне в глаза горящими от счастья глазами. Поэтому спустя минуту папа оказался рядом.

— Алька! — Меня окутали крепкие объятия. — Как???

— Пришла в себя, отпустили, даже такси разрешили вызвать. — Потряхивая заключением врача, не моргнув соврала я. А потом в голову пришла пугающая мысль. Дядя Антон!

— Мам… — Осторожно спросила я. — Вы дядю Антона, когда видели?

— Ты знаешь? Откуда? — Вздрогнув спросила она.

— Что случилось?

— Его нашли вечером, сильно избитого, раздетого. Какие-то сволочи выкинули его на свалку.

— Живой? — Боясь получить ответ, (никогда себе этого не прощу!) спросила я.

— Да. Даже внутренние органы не тронуты. Только крови много потерял и ногу ему буквально раздробили. Сейчас в больнице. Как там дальше будет, не знаю. Врачи сказали нужно еще понаблюдать. Почему ты спрашиваешь?

Я молча прошла на кухню, и только налив себе кофе стала рассказывать. Все. До мельчайших подробностей. Про Диану, мучителя, Хищника. Даже про то, что чувствовала и понимала каждого приходившего ко мне. Сейчас не было слез, эмоций, словно все это происходило не со мной. Подробно расспросив о помещении с боями, папа ушел кому-то звонить, а мама осталась со мной.