— То есть — свиданка.

— Да нет. Не совсем. Типа, культурная херня.

— Какая ещё культурная херня?

— Я тебе искусствовед, что ли? Музейная выставка какая-то, только для приличных.

— Чё это тебя в музей потянуло?

Майкл закатил глаза и встал.

— Ладно, забей. Сам справлюсь.

Бран поймал его за рукав.

— Эй, куда собрался? Я ж не из любопытства спрашиваю.

— Ага, так я и поверил.

— Ладно, из любопытства тоже. Ну? Какую-нибудь кошёлку собрался охмурять?

— Бран, тебе чё, свербит посмотреть, как я трахаюсь? Хочешь опыта набраться?

— Чё я там не видел, — тот беззлобно фыркнул. — Ты когда нажрёшься, девок прям за углом паба шпаришь. Твоя голая задница у меня уже как ориентир: если у задней двери мелькает, значит, весна пришла. Если до гаража кого-то дотащил — значит, осень. Я как ни иду мимо, у тебя там вечно кто-то то верещит, то стонет.

Майкл медленно и мучительно покраснел, отвёл глаза, отвернулся.

— Ты, богиня любви, поменьше на мою задницу пялься, а то я спьяну могу и твоей заинтересоваться.

Бран будто ничего не заметил:

— А ты ей сверкай пореже или ебись где-нить в другом месте. Ну так чё? Куда собрался-то?

— Трахаться, — сказал Майкл.

Гардероб Брана занимал всю комнату на втором этаже. Пиджаки, рубашки и брюки висели ровными рядами, как в магазине: тут чёрные, тут серые, там синие с голубым. Бран пробежал пальцами по вешалкам, выхватил пару вещей на пробу.

Рост и фигура у них были почти одинаковыми, разве что Майкл был чуть повыше, а Бран — пошире в плечах.

— А костюм не хошь? — спросил Бран.

— Нахер, я в них как в скафандре.

— Тогда пиджак с рубашкой. Серый и голубой, — сказал Бран. — Сразишь всех.

Майкл с сомнением посмотрел на светло-голубую рубашку.

— А попроще ничего нет? Чё-нить чёрного с белым?..

— Ты пришёл советоваться или выёбываться? Снимай футболку, — велел Бран.

Майкл вздохнул и послушался. Прохладная ткань прильнула к коже, обняла — это оказалось даже приятно. Вопреки ожиданиям, рубашка не сковывала движений, воротник не давил на шею, манжеты не болтались на запястьях, как наручники. Майкл с непривычки с трудом справился с мелкими пуговицами, пошевелил плечами. Бран протянул ему тёмно-серый пиджак.

— И не носи это со своими драными джинсами, а то будешь выглядеть, как придурок, который не разбирается в элементарных вещах.

— Я и есть такой придурок, — сказал Майкл, застёгиваясь.

— Стоп, стоп!.. — Бран схватил за руку. — Нижнюю пуговицу не трогай!..

— Нахрен она тогда нужна?..

— Ты всё равно не запомнишь. Просто не застегивай. Повернись.

Бран оглядел его с головы до ног, поднял брови.

— Чё?.. Херово, да? — уныло спросил Майкл.

Бран неопределённо покачал головой, нахмурился.

— Ну, я попытался, — вздохнул Майкл, расстегнул пиджак.

— Не-не-не, оставь, — Бран махнул рукой, отошёл на пару шагов назад. Взялся за подбородок. — Я щас челюсть подберу, погоди минуту.

— Да что не так-то?

— Что не так? — тот усмехнулся. — Да ты выглядишь в этом лучше, чем я. У тебя глаза прям… светятся.

— Ну… значит, нормально? — Майкл вопросительно посмотрел на Брана.

— У тя ботинки есть, Казанова? — спросил тот. — Кроме твоих говнодавов?

Майкл пожал плечами.

Ботинки тоже пришлось одолжить.

Стоя с рюкзаком на плече у входа в Кенсингтон Гарденс, Майкл высматривал в потоке машин ультрамариновую Ауди. Джеймс предупредил, что поездка будет на весь уикэнд, так что Майкл захватил зубную щетку, смазку, сменный комплект белья и упаковку презервативов.

Поток субботним утром был не особенно плотным, машину он заметил издалека. Та прижалась в крайний левый ряд, вильнула к тротуару — и бодро прокатилась мимо. Майкл удивлённо посмотрел ей вслед. Это точно была машина Джеймса, номера он запомнил ещё с первой встречи. Но почему он не остановился?.. Если Бран, козёл, подшутил и одел его, как клоуна, а Джеймс решил с таким не связываться…

Ауди зажгла габариты и задом поползла к Майклу. Тот вздохнул с облегчением.

— Я тебя не узнал, — изумлённо сказал Джеймс. — Если бы не твоя кошмарная стрижка, я бы подумал, что ты не пришёл.

Майкл кинул рюкзак назад, пристегнулся. А вот Джеймс костюмчики любил и таскал их с удовольствием. Сегодня был в тёмно-синем, с белой рубашкой, расстёгнутой у горла — не парень, а Мисс Вселенная.

— Я скучал по твоей машинке, — Майкл дотянулся до приборной доски, будто приласкал чужое бедро. — Она у тебя славная. Если б мог, женился бы на ней.

— Вообще-то она верна мне, — Джеймс улыбнулся, погладил руль.

— Я б уговорил, у меня есть подход к женщинам, — Майкл усмехнулся. — Спорим, ей понравилось, как я залез под её горячий капот.

— Ты флиртуешь с моей машиной?..

— У меня с ней серьезно!.. — возмутился Майкл. — Любовь с первого взгляда. Я всё помню. Как она на парковке у Сариного костоправа стояла, такая…

— Синяя?.. — улыбнулся Джеймс.

— Гладенькая, - Майкл нежно вздохнул. — Чистенькая. Блестящая. Сразу захотелось её обнять.

— Никому нельзя обнимать мою машину без моего разрешения.

— Эй, я ж тогда спросил, можно ли потрогать!

— Правда?… И что я тебе ответил?.. — Джеймс поднял бровь.

— Скорчил недовольную морду.

— Я просто очень ревнивый.

— Тогда ты зря пустил меня за руль, — сказал Майкл. — Она никогда не забудет, как я выжал из неё пять тысяч оборотов.

— Если постоянно выжимать пять тысяч оборотов, долго она не проездит.

— Если твоя девочка закапризничает — приводи ко мне, отшлёпаю прям по габаритам, чтоб хорошо себя вела.

— Майкл, ты меня пугаешь, — Джеймс слегка натянуто улыбнулся.

— Перегнул, да? — неловко спросил тот.

Джеймс коротко глянул в глаза.

— Нервничаешь?..

— Да чё мне нервничать, — Майкл фыркнул, постарался расслабить плечи. — Был бы повод. Развеемся, покатаемся, культурно приобщимся.

Конечно, ему было не по себе, но чёрта с два он бы в этом признался.

Во-первых, пиджак и рубашка, хоть и сидели удобно, всё равно не могли сравниться с футболкой, пережившей сотню стирок, впитавшей в себя запах Майкла, как родной, и лежавшей на теле, как вторая кожа. С Майкла семь потов сошло, пока он не пристроил наконец локоть на ручку двери и не успокоился.

Во-вторых, он никогда не бывал на таком свидании, куда приглашали его самого. Да и свиданий-то у него в жизни было штук пять, и все по молодости. А тут вроде как Джеймс решил сделать ему приятное. И чё в этом такого пугающего?.. Да ничё. Джеймс ведь парень, хоть и кудряшка, для парня нормально позвать прокатиться того, кто тебе нравится. Это для Майкла было странно сидеть с левой стороны, без педалей и без руля, и гадать, куда повезут.

Джеймс вёл машину так, что все инструкторы по вождению обдрочились бы на такого ученика — плавно, уверенно. Руки расслабленно лежат на руле, глаза поминутно шныряют по зеркалам. В городе скорость почти не ощущалась, настолько мягко Джеймс тормозил перед светофорами и трогался с места, когда зажигался зелёный.

— Ты спишь?

Майкл раскрыл глаза.

— Нет… проверяю. Ты так тихо трогаешься — ускорения почти не чувствуется. Хочу понять, кто кого сделает — ты мою вестибулярку или наоборот.

— И кто побеждает?.. — Джеймс улыбнулся.

— Я тока начал. С закрытыми глазами осязание и чувство равновесия крепчают, нужно только привыкнуть. Но у твоей девчонки ход такой плавный, что мне всё время кажется — на месте стоим. Это, знаешь… прям вызов.

— Слушай, ты всерьёз делишь машины на мальчиков и девочек?.. — спросил Джеймс.

— Конечно! А ты нет?

— Мне никогда это и в голову не приходило.

— Твоя машина — стопроцентная девчонка, — заявил Майкл. — Пацанов среди кабриолетов вообще не бывает. Ну, кроме Роллс-Ройса. Но это же Роллс-Ройс — он как Фредди Меркьюри, ему всё можно.

— Если на то пошло, мне бы хотелось думать, что моя машина — мальчик, как и я, — сказал Джеймс, глянув искоса.