– Вот поэтому завтра я пойду с тобой. Чтобы таких картин в твоем мире не случилось, – осознал все перемены, которые произошли в душе наемника Буран.

– Нет, оставайся в Порту. Про тебя если Шкипер и вспомнит, то рукой махнет. Не ты ему нужен, а я. Буран почесал рукой затылок.

– Хорошо, останусь. Но только на ночь. Хоть высплюсь с удобствами, но завтра поутру – жди.

Утром в лагерь Исхода Буран пришел не один. Когда в палатку Фила вломился он, и выряженный в камуфляж священник, у наемника появилось два вопроса. Первый – где они смогли отыскать форму подходящего для Алексия размера? И второй – какого черта здесь вообще священник делает?

На второй вопрос священник ответил охотно:

– Ты думаешь, ты один остался чуть-чуть человеком? С вами пойду, помогу, чем смогу.

– Но как же стаб!? Там же люди, которым ты нужен!

– Ай, ерунда, справятся. Да и под присмотром они – я Лиса за главного оставил. Помнишь мужик шустрый такой из Колизея?

– Но в лагерь-то как вас пустили?

За священника ответил Буран:

– Шкиперу вообще без разницы, вдвоем мы пойдем или втроем. А вот Маринка, когда Алексия увидела, глазищи свои вытаращила, но Шкиперу не сказала, что к ним в гости сам начальник Порта пожаловал. Крепко, видать, вы ее вчера пристыдили.

– Алексий, возвращайся в Порт. Ты ведь даже стрелять не умеешь! – Фил знал, что новички гибнут в первой же перестрелке, а впереди этих перестрелок намечалось немеряно.

– Так научился же, – раздулся от гордости священник.

– Не мели ерунды. Я уже не первый десяток лет этим занимаюсь и стрелок из меня средний, – принизил свои таланты Фил, – а ты сколько тренировался? Пару дней? Ночь, перед тем, как прийти сюда? Если ты с пяти метров научился попадать в консервную банку, поверь – в бою тебе это вряд ли поможет.

– Смотря из чего, – хитро улыбнулся Алексий.

– О да, это стоит увидеть. Пошли наружу, мы тебе покажем, – подогрел интерес наемника Буран.

Когда они вышли из палатки, священник взвалил себе на плечо трубу с утолщением в задней части и приделанными к ней пистолетной рукояткой и прицелом.

– Гранатомет? – с сомнением осматривал конструкцию Фил, – хотя нет, это же безоткатка! Где вы ее взяли, это почти музейный экспонат!

– Может в музее и стояла. Но стреляет, да еще как! – почти любовно погладил трубу Алексий, – в деревянный щит пальнули – в щепу разнесло!

– И снаряды к ней есть? – спросил Фил.

– А как же! Почти десяток! – продолжил похваляться Алексий.

– И Алексий без проблем с этой безоткатной дуры с плеча садит! Фил, у нас, считай, в команде целый танк появился, – восторгался Буран.

Наемник был настроен более скептически.

– Нам бы на этот танк еще броню навесить.

– Да он и без всякой брони та еще боевая машина, – Буран легко пихнул локтем Алексия, – покажи ему. а?

– Я что, клоун из цирка? – для вида пробурчал Алексий.

– Ну давай, не ломайся, – уговаривал трейсер.

Алексий вздохнул, покопался в своем рюкзаке и достал из него железный ломик в два пальца толщиной. Хитро глянул на Фила, взялся двумя руками за концы ломика, поднатужился и согнул Ломик в почти идеальную букву «о».

– Что я говорил – силен! – восторгался Буран.

– Я и так силушкой не обижен был. А в Улье чую, что здоровье прет, как дрожжевое тесто.

– И это ведь без жемчуга, представляешь, Фил! – не унимался Буран.

– Там куда мы отправляемся, фокусы сильно не помогут. Разве, что мы с вами быстренько сейчас научимся пули зубами ловить и силой мысли снаряды на расстоянии взрывать. Что? Не получится? Тогда удачи тебе, Алексий! И здоровья! Встретимся, когда я твой стаб решу навестить. И шел бы ты Буран вместе с ним, а?

Трясясь в кузове грузовика и глядя на сидевших перед ним Бурана и Алексия, наемник клял себя за то, что не смог их отговорить и заставить вернуться в Порт. Они еду на войну, но это война Фила, его бой. Но в любом бою первыми как раз и гибнут сильные, добрые и благородные люди, очень похожие на балагуривших, как ни в чем не бывало, трейсера и священника. Лишь одно успокаивало Фила – первым в придуманную им махинацию должен сунуть голову именно он.

Доставка Кадета внешникам не подразумевала каких-либо сложностей, наемник просто пришел на условленную полянку вместе с преобразившейся Ящеркой, включил навигатор и подал сигнал. Фил бросил курить еще лет десять назад, так как от табака у него начали слегка подрагивать руки, а в профессии наемника такой тремор мог запросто привести или к «производственной» травме или к преждевременной смерти. Прыгнул чуть прицел и не ты попал, а в тебя. Но сейчас курить Филу хотелось невыносимо. Внешники эвакуировать его не торопились, минуты тянулись как часы, а Ящерка на его взгляд все меньше и меньше напоминала адмиральского сына. Хотя над ее внешним видом исходники поработали просто отлично, закутав в бесформенный камуфляж, который полностью скрыл все детали ее фигуры. Сверху «кадета-обманку» накрыли армейским кепи с длинным козырьком, а на шею намотали зеленую бандану. Когда Фил увидел ее в таком наряде первый раз, то был уверен, что их обман не раскроют. Но после часа ожидания наемнику казалось, что внешники приедут, увидят этот маскарад, да и забросают их гранатами, но перед этим от души посмеются над клоунадой с переодеванием. Однако все пошло совсем не так, как наемник себе представлял.

На полянку выехало сразу три бронемашины. Они окружили Фила с девушкой-квазом, взяв в кольцо. Никто не подбегал к наемнику и не пытался сличить его лицо с фотографией и не задавал ненужных вопросов. Наоборот, все внимание приехавших было сосредоточено на внешнем периметре. В башенках машинах появились стрелки, но свои пулеметы они направили не на Фила, а на окружающее лужайку пространство. У одной из машин открылась дверь, оттуда высунулся человек в костюме химзащиты и прозрачной маске противогаза на все лицо и помахал им рукой.

– Чего ждем? Красную дорожку? Быстро забирайтесь внутрь! – включился динамик на противогазе.

Фил с ящеркой подбежал к машине, куда их шустро втянули, бросив чуть ли не на пол. Автомобиль не медля ни секунды, тут же тронулся с места и почти сразу по ушам сидящих в нем забарабанила пулеметная очередь.

– Что там? – крикнул офицер, который пригласил в машину Фила.

– Шевельнулось что-то в кустах, – ответил сверху стрелок.

Наемник прочувствовал, насколько серьезно настроены ребята, если они поливают очередью из пулемета любое «шевельнулось» и «показалось» в кустах. Видимо решили адмиральского наследника довезти наверняка и без эксцессов. Хотя может быть им и не показалось потому, что в кустах как раз таки должны были сидеть наблюдатели Исхода. И если хоть один подарок из пулемета нашел цель, то можно начинать праздновать – его заклятые дружки понесли первые потери.

– Как добрались? – спросил офицер у «Кадета». При этом он полностью игнорировал Фила. Оно и понятно, кто для них наемник? Инструмент, который свое отработал. Довел сынка и спасибо, а теперь сиди и молча радуйся, что тебя великодушно с собой взяли.

– Спасибо, все хорошо! – ответила девушка, и у наемника на пару секунд остановилось сердце. Вот тебе и легенда о нервном стрессе и невменяемость у Кадета. Как бы девушка не умела изменять свою внешность, но какой-либо специальной шпионской подготовки у нее не было и она умудрилась засыпаться почти что на первых секундах, на автомате вежливо ответив офицеру внешников.

Офицер довольно кивнул, достал большой кофр и открыв его произнес:

– Здесь еда и напитки, угощайтесь.

Сердце Фила снова забилось, офицер не обратил внимания на подозрительно девичий голосок «Кадета». А может ему в противогазе плохо слышно? А может он подумал, что если и отдавили Кадету интересное место в детстве и он теперь слишком уж высоко поет, то переживать по этому поводу совсем не его дело. Его дело – адмиральского отпрыска в целости доставить.

– До базы далеко? – продолжила издеваться над чувством самосохранения наемника девушка.