— А гарнир? — промямлила я, садясь за стол. Сестренка покопалась в холодильнике и положила передо мной морковку.

— Пойдет?

Я хрустнула оранжевым овощем и попыталась распилить великолепие кулинарного таланта Катерины. Гриша с интересом наблюдал за мной. Рик улыбнулся, наклонился, поцеловал в висок, затем выпрямился.

— Георг...

— Нет. Я сам.

Рик зарычал.

— Сиди.

Гриша в долгу не остался, оскалился.

— Достаточно с меня. Да, ты сильнее. Но и я не беспомощен. Пора бы признать.

Братья уставились друг на друга. Я приготовилась лицезреть новую порцию безобразных ран на теле Рика, однако вовремя вмешалась Катерина.

— А если с Леной опять решат что сделать, он сможет помочь? — она кивнула в сторону гота.

Мой панк потерял всякий интерес к спору.

— Иди. Найдешь, не трогай, вернись.

Гриша кивнул, открыл поломанное им же самим окно и исчез в сумерках.

— Хоть раз мужиком сделался, — пробурчала Катерина. Я улыбнулась, с трудом проглотила очередной кусок.

Сестренка наотрез отказалась покидать квартиру, разложив себе на кухне матрас.

— Меня ваши брачные игры не заботят, а вот мамины расспросы выше крыши. Не могу больше.

Брачные... Я вспомнила. Решила выдать правду.

— Кать, а я замужем.

— За кем? — не поняла Катеринка, усаживаясь на матрас.

— За Риком.

— Это как?

— Не знаю, — честно призналась я.

— Когда успела? — нашлась сестренка.

— Позавчера. У меня печать есть и фамилия новая.

— А мама знает?

— Смеешься?

Я уперла подбородок в кулак, слушая, как в зале Бес тихо обсуждает что-то с Гришей по телефону. Катерина повторила мой жест.

— Выпить хочешь? — наконец нарушила молчание она.

— Хочу, — искренне откликнулась я.

— Ром?

— В шкафу.

Открыть, налить и залпом осушить, не чокаясь, три рюмки подряд не составило никакого труда.

— Какой пример подаю, — искренне расстроилась я своему поведению и отхлебнула из горла. Смысл наливать, если рюмка постоянно пустеет.

— Ерунда, я творила такое, чего ты в моем возрасте точно не делала.

— Кать, иногда ты меня пугаешь.

— Ты меня тоже, — сестренка многозначительно покосилась на бутылку у моих губ. Я пожала плечами, невесело рассмеялась и глотнула еще. Ром начинал действовать. Стало легко, тепло, хорошо.

— Будешь?

— Давай!

— Что именно? — Рик хмуро глядел на нас. Я прищурилась и улыбнулась ему.

— Мы пьем.

— Знаю, — он забрал бутылку и поставил в шкаф.

— И что там Гриша? — полюбопытствовала Катерина.

— Ничего пока.

— Ясно. Я так понимаю, допить ты нам не дашь, — сестренка с печалью проводила заветную жидкость. Я же, не отрываясь, следила за Риком.

— Ты такой красивый, — зачем-то выразила я свои мысли вслух.

— О! — окончательно разочаровалась в жизни Катерина. — Выноси... жену. Она готовая. А я спать, что ли. Сессия скоро. Только когда Гриша вернется, растолкайте.

Рик взял меня на руки и перенес на диван.

— И у тебя самые потрясающие глаза во вселенной, — не затыкалась я. — Ты знаешь, что они у тебя не серые и не зеленые, как может показаться издалека. Не-а. Они светлые с желтым ободком вокруг зрачка. И когда ты злишься или хочешь меня, желтый ободок исчезает.