— Не смей мне врать! Никогда!

— Я тебе не врала.

Вот же беда-то!

В дверь постучали.

— Эй, вы чем там заняты! — гавкнула Катерина. — Меня послали вас спустить. Считаю до трех и захожу. Один...

Рик натянул джинсы, распахнул дверь и зарычал. Сестренка испуганно отпрянула, потом нахмурилась.

— Мужик, ты в курсе, что у тебя правый клык короче левого?

Дверь захлопнулась. Я взглянула в серо-желтые глаза, искрящиеся... весельем?

— Язык — это у нас семейное. Не злишься?

Он отрицательно покачал головой. Бережно одел меня, поцеловал и, холодно взглянув на фотографии, убрал их в стол.

Выходя на свет божий, то есть к родителям в зал, я имела лицо розового оттенка и слегка рассеянно заикалась. Постаралась ускорить прощание, чем вызвала волну насмешек со стороны своего не нежного младшего сородича.

Мы доехали до подземки, спустились, заскочили в поезд. Рик прижимал меня к себе ближе, чем требовалось. Вообще, в Питере в метро можно встретить и более экстравагантных и запоминающихся людей, чем мой белый хищник, но это не мешало молодым женщинам бросать жадные взгляды в его сторону. Я прижималась щекой к его груди и старалась не смотреть по сторонам, потом решила проверить паспортные данные, которые вписали мне благодаря Бесу. Залезла в карман куртки, достала красную книжицу, открыла вторую страницу и уставилась на фотографию. Точно такие же у меня остались в ящике с документами дома после получения прошлого паспорта.

— Рик, а где ты эту фотографию взял?

— В документах, пока ты купалась.

— Так ты возвращался?

— Да.

— Я... ты не говорил.

— Зачем? Я быстро.

Вздохнула.

— Я волновалась. Ты ушел и ничего не объяснил. Знаю, не любишь говорить, но все равно... — невнятно пробубнила я ему в майку. Ладонь коснулась затылка, нежно помассировала кожу, я еще раз протяжно вздохнула, обратилась к паспорту, прочла данные, нахмурилась, еще раз прочла.

— Рик, — позвала я, когда поезд снова снизил скорость, и стало можно говорить. — Ты перепутал.

— Что? — он удивленно взглянул на меня.

— Фамилию.

Рик заглянул в паспорт и отрицательно покачал головой.

— Нет. Все верно.

— Но это... — я осеклась. Догадка пришла сама собой. — Рик, чья это фамилия?

— Моя, — спокойно произнес он. Сердце вместе с мозгом провалились в живот. Весь словарный запас вылетел в уши. Я молча пролистала, нашла штамп вчерашним числом.

— А свидетельство? — безысходно пропищала я.

— У меня.

Поскольку слов не было, мыслей тоже, я так и стояла молча, внимательно разглядывая странички. На выходе убрала паспорт на место, в карман. Мы вышли в город. Я вдруг ощутила себя птицей в силках. Меня по моей же воле поймали и посадили в клетку.

— Рик... — начала я, взглянув на его профиль. Он сжал челюсть, и я тут же замолчала, поняв, что к чему. Страх потерять сильнее разумных доводов, а мой злодей боялся, иначе бы не поступил так. Я задушила свои глупые фантазии о птицах и клетках, прижалась к… мужу, обняла за талию, ощутила, как мышцы расслабились от моих прикосновений. Без него не смогу. Что ж, придется вытравливать то, что так надежно прорастила в его душе другая женщина. Мы, российские туристы, горы не обходим, мы в них дыры делаем.

Он вдруг резко остановился.

— Что? — встревожилась я.

— Там такой же.

— Где? — я завертела головой.

— Молодой, — прошипел Рик. — Иди домой! Я приду.

Больше не произнеся ни слова, он исчез в толпе. Я растерянно потопталась на месте, потом медленно побрела по тротуару. Рик мог ошибиться, откуда здесь возьмется... Меня передернуло. Да не дай бог! Это же ужасно!

Занятая новоявленной проблемой, я неосознанно бросала косые взгляды на многочисленные прилавки, расположенные у края пешеходного тротуара. На глаза попался ряд любовных романов. Голову тут же посетила не очень разумная и очень опасная мысль. Нашла лоток с рядом книг Инферно, осторожно огляделась, подошла поближе и стала вытягивать романы один за другим, ища знакомое имя на обороте обложки. Нужное мне нашлось в самой тоненькой книжечке и самой дорогой, надо отметить. Аннотация гласила:

«Первый роман Кэтрин Инферно, ранее не издавался...