— Ри-ик! — теперь это был крик. Казалось, мир взорвался разноцветными точками и блестками. И он прав намного больше, чем думает. Никто никогда не окажется на его месте. Невольно буду сравнивать, а такого сравнения ни один мужчина просто не выдержит.

Я вытянулась на диване, тело блаженно ломило. Он лежал позади, прижимаясь ко мне, лаская спину. Щеки коснулось горячее дыхание.

— Ты не уйдешь.

Я протяжно вздохнула и сдалась. К чему притворяться? И перед собой, и перед ним. Я и сама прекрасно знала свое решение:

— Не уйду.

Блаженная. И путь мне в психушку заказан. Он довольно заурчал, наслаждаясь своей победой. Это уже не проигранный во имя стратегических целей бой. Это, Леночка, проигранная война. Поражение, полное и безоговорочное.

На полу в джинсах задребезжал телефон. Рик дотянулся, молча выслушал, поднялся. Я развернулась и испуганно села. Серо-желтые глаза оказались напротив моих.

— Сиди тут. Никуда не выходи. Я вернусь.

— Ты куда? — прошептала я. В душе липким комком свернулся страх, страх за него.

— Стая жаждет мести.

— Что, уже? А как же... Никто не знает же...

— С чего ты взяла? Пора. Мне вступать первым.

— А с тобой нельзя? — глупый вопрос, я и сама это понимала, но знать, что придется сидеть и ждать неизвестно чего... Это ужасало.

Он отрицательно покачал головой.

— А меня из твоих сородичей никто не достанет?

— Не смогут. Объединиться для защиты — закон, неизменный для всех. Там наказывать буду не я.

— А кто?

Рик не ответил. Потянула его на себя, поцеловала. Исчез. Я осталась одна, огляделась. Прошло всего двое суток. За это время жизнь сотворила крутое пике, двигатель отказал, и я рухнула вниз. Боюсь, мягкой посадки не получится. Разобьюсь о землю, как только достигну ее, а произойдет это очень скоро.

В углу бесформенной кучей были свалены знакомые пакеты из торгового центра. Я улыбнулась, надеть же предпочла все то, что было на мне прежде, включая майку Рика. Особенно майку Рика.

Глава 13

Бродила по небольшому дому из угла в угол, не зная, чем занять себя, как унять дико стучащее сердце и мысли, обрушивающие на нервы новую и новую волну вероятных событий, происходящих где-то там. Черт! И ведь даже не спросила, где и как? Просто отпустила — и все!

Остановилась у окна, в очередной раз вглядываясь в окружающий лес. Затылок разрезала сильная боль, свет померк, я провалилась во мрак.  

Сознание медленно болезненно возвратилось. Попыталась пошевелиться. Не вышло. С трудом открыла глаза.

— Привет, — на меня смотрел молодой красивый парень. Его лицо неуловимо мелькнуло в памяти.

— Ну, привет, — просипела я срывающимся голосом. — И чем обязана?

Я сидела на стуле, руки-ноги слеплены скотчем.

— Не боишься?

— Не решила еще.

Он улыбнулся.

— Ты мне нравишься.

— Прости, дружок, не взаимно.

Он снова улыбнулся. Эта улыбка пугала. Улыбка человека, который давно потерялся в закутках своего рассудка, иначе говоря, сошел с ума.

Я, наконец, сообразила.

— Ты — тот самый полицейский.

— Вспомнила? Мило, правда? Наблюдать, как люди суетятся и пытаются найти тебя, а ты рядом, за спиной у каждого...

— Так чем обязана? — прервала я вдохновенную речь. Голова раскалывалась от боли. Парню не понравился мой тон.

— Будь повежливее. Ты подстилка того, кто мне нужен. Он лишил мою сестру жизни, а я лишу жизни тебя и буду наблюдать за его реакцией, когда он обнаружит твой изуродованный труп.

Радужная перспектива! Мальчик, ты ведь одинок. Не хочешь побеседовать? Давай поговорим! Давай тебя заболтаем. Как же раскалывается голова!

— Это ты стоял у входа в скорую?

— Я, — он гордо выпрямился и закинул ногу на ногу. Я попыталась осмотреться. Все, что смогла понять — сижу в темной сырой маленькой подвальной комнатушке.

— Ты убил девушку-оборотня.