— А-а, — глухо повторила Теж, — Да. Прекрасно.

Какой — то медовый месяц наоборот, думал Айвен. Взяв в Оперативном отделе отгул, он получил в результате три дня выходных подряд — и их не стоило тратить просто так. Так что Айвен воспользовался шансом показать Теж Барраяр за пределами беспокойной столицы. Риш, выяснив, что ее присутствия не требуется, предпочла остаться под вольным присмотром Байерли, и насколько вольным был такой присмотр, Айвен предпочел не уточнять: дареному коню в зубы не смотрят и все такое. Это давало ему отличную возможность сбежать вместе с Теж — наконец — то, они двое и больше никого.

На северо — восточном побережье, в традиционной вотчине графов Форпатрилов, туристический сезон уже завершился. Пока флайер пробивал себе путь вдоль берега сквозь холодный морской ветер, Айвен объяснял Теж:

— Летом люди приезжают сюда с юга, пытаясь сбежать от жары. А потом зимой возвращаются к себе, за этой самой жарой. Будь у нас время, я свозил бы тебя и на южное побережье.

«Время. Всегда не хватает времени. Да, предполагалось, что их брак временный, но, черт побери, не мимолетныйже!»

Он сделал крюк над сельской местностью, чтобы Теж получила представление о том, какие там просторы. Ранний снег, который уже лег кое-где вдали от побережья, был ей не в диковинку, поскольку на Единении Джексона климат был довольно умеренным вплоть до самого экватора, с обширными и бесплодными полярными зонами. К счастью, снег замаскировал последние пятна безжизненных территорий, оставшиеся со времен Оккупации. Чуть дальше по береговой линии за летним курортным городком Бонсанклар — «город святой Клары», на одном из старых языков — стоял облюбованный форами небольшой уютный пансион, который Айвен с теплотой помнил по немногим своим визитам в пору юности. Пансион никуда не делся, пусть и немного обветшал с тех пор, но излучал прежний уют. Они с Теж успели разок прогуляться по береговой гальке, прежде чем темнота погнала их в дом; на следующий день шел дождь, но их комнатка в конце коридора могла похвастаться собственным камином, еда была отличной, и не было никаких причин выходить наружу. Совсем никаких.

Слишком скоро, уже следующим утром, они опять сели в флайер, направляясь к верховьям реки, где находилась столица округа Форпатрилов — Нью-Эвиас.

— Я не совсем понимаю, как мне следует его называть, — призналась Теж, с тревогой глядя в лобовое стекло. — Граф Форпатрил или граф Фалько? И если только его наследника зовут лорд Форпатрил, то почему ты тоже лорд Форпатрил?

— Ну, ладно, давай я попробую объяснить. Еще раз. Есть графы и их наследники, политические, имеется в виду. Граф Фор «Икс», лорд Фор «Икс», лорд «Имя» Фор «Икс» — все перворожденные, по мужской линии. Например: Эйрел, Майлз и Саша, понятно?

— Это — да.

— Любые другие братья или сестры лорда — старшего сына — как например, близняшка Саши, леди Хелен, тоже имеют приставку перед именем, в качестве традиционного «титула вежливости». И не важно, что они ещё пускают слюни. Но в следующем поколении эти титулы не наследуются. Так что у нас есть, например, Бай, чей дед был графом, а отец — младшим сыном, лордом-плюс-имя, а за ним следует Байерли, которого зовут просто «Форратьер» — и приставка «фор» сама по себе выполняет роль почетного титулования. Так что его никогда не представляют, как мистера или господина Форратьера, только как просто Форратьера. Хотя его жена, если он когда-нибудь ее заведет, будет госпожой Форратьер, а его сестра, до того как вышла замуж, была мадемуазель Форратьер.

— Хорошо, — промямлила Теж уже с большим сомнением.

— Затем, специально, чтобы запутать туристов, есть еще кучка лордов Фор-каких-то, вроде меня, чей титул наследуется в семье, хотя к наследованию Округов мы отношения не имеем. Мой дед был младшим внуком тогдашнего графа и таким образом даже не имел титула лорда, но получил его, женившись на принцессе Соне, в качестве своего рода привилегии, я полагаю.

— О, — слабее, но все еще храбро откликнулась Теж. — Но…

— Это все официальные титулы. А теперь мы подходим к обычной беседе. Фалько или Эйрел будут просто Фалько или Эйрелом для своих близких друзей, соратников, жен и так далее. Но я никогда их так не назову; я буду обращаться к ним «граф Фалько» или «граф Эйрел», вроде как «дядя Эйрел». Неформально, но без фамильярности, понимаешь? И удобно, когда в разговоре участвуют несколько людей с одной фамилией, чтобы сразу было понятно, о ком речь. Поэтому мою мать часто называют леди Элис, ведь в городе есть еще одна леди Форпатрил — невестка Фалько, и есть графиня Форпатрил. Э, и ты теперь.

— Но… я не так близко знакома с теми, с кем знаком ты — так что не получится просто повторять за тобой, да?

— Тогда будь проще, — посоветовал Айвен. — Зови его просто «граф Форпатрил» или «сэр», если он тебя не поправит. И уж точно зови его «граф Форпатрил», пока мы в суде, потому что там стоит придерживаться формальностей, — и он добавил через секунду: — Я точно собираюсь так поступать.

Когда показались предместья Нью-Эвиаса, Айвену пришлось передоверить управление флайером муниципальному транспортному компьютеру. Нью — Эвиас был вдесятеро меньше Форбарр — Султаны, но, возможно, именно поэтому гораздо более равномерно модернизирован. В любом случае, управляющая система ловко посадила их в один из пустых парковочных кругов на крыше паркинга рядом с офисами окружного Судебного Департамента. Посадка была произведена с точностью до двадцати сантиметров. Или тридцати. По вертикали. Айвен потер подбородок, удостоверился, что Теж не прикусила себе язык во время жесткого приземления, и помог ей выйти.

Граф Фалько, как и некоторые его столь же закоснелые предки, разбирал тяжбы в одном из немногих сохранившихся со времен Изоляции зданий деловой части Нью-Эвиаса. Отдающий плесенью запах правосудия, казалось, был здесь неистребим. Притихшая было Теж вскинула голову, разглядывая резьбу на темном дереве и тонкой работы узор из камня, украшавшие здание.

— Вот это и вправду похоже на Барраяр, — заметила она. Айвен был доволен.

В коридоре на втором этаже они еще до заседания столкнулись с графом, видимо, возвращавшимся с обеда.

— Айвен, мой мальчик! — приветствовал их Фалько.

Граф оставался крепок, сед и добродушен — в точности коварный Дед Мороз, вынашивающий тайные планы. Фалько был ветераном борьбы за политическое выживание — консерватор по своим взглядам, он стал центристом по расчету. На нем был темно-синий с золотом официальный мундир Дома Форпатрилов, точно так же подогнанный под его формы, как сам граф подгонял свою позицию к политической ситуации. Секретарь с электронным органайзером, на котором был вытеснен герб Форпатрилов, подобострастно следовал за ним по пятам. Фалько приблизился к остановившейся парочке и с нескрываемым восхищением оглядел Теж.

— Сэр, — вытянулся по стойке «смирно» Айвен, — позвольте мне представить вам мою жену, леди Теж.

— Позволяю, еще бы! — граф Фалько потряс Теж руку, оборвав ее слабую попытку сделать реверанс. — Я много слышал о вас, юная леди.

— Приятно познакомиться с вами, граф Форпатрил, сэр, — ответила Теж. «Выпалила всё до кучи, просто на всякий случай», — догадался Айвен.

— Вы беседовали с маман, не так ли, сэр? — рискнул он поинтересоваться.

— Весьма занятная вышла беседа, да.

— О, чудесно, это сэкономит просто море времени.

Айвен сжал руку Теж:

— Видишь, разве я не говорил, что все будет прекрасно?

Теж благодарно улыбнулась и пожала ему руку в ответ, придвинувшись ближе. Айвен обнял ее за талию.

Фалько благосклонно улыбнулся.

— Графиня Форпатрил очень интересовалась твоим бракосочетанием, — сообщил он, бесцеремонно ткнув Айвена толстым пальцем в грудь. — Она хотела бы услышать рассказ из твоих уст. Мы оба в конце недели будем в столице, запомни, так что ты сможешь найти ее в особняке Форпатрилов в обычное время. Ты задолжал нам визит вежливости, из уважения к главе клана и все такое.