P.S. За окном посреди белой стены, прямо под лестницей — крона дерева. Золоченая дрожь листвы выдает слабый ветер и заходящее солнце. На четыре неравные части делит ее деревянное перекрестье.

Запоздалый ответ

Нежный
Запах духов,
Нежный запах остался,
От кончиков пальцев до кончиков пальцев,
Из-под плеч, из-под шарфа поверх оголенных рук.
Почему
Почему же ты больше
Почему же ты больше не пишешь того,
Что писал —
Да, то, что писал,
Совершенно в прошедшем, продолжено двадцать пять лет.
Серым утром отвечу оставшимся
Атомам вечера в темной гостиной.

Smoke on the water

Накануне туман странно белел в темноте, а утром портовые краны на горизонте казались тенями тех, что протыкали пустоту чуть ближе. Словно стадо доисторических чудищ выходило из клубящегося, алеющего небытия.

Воспоминание о курортном городке кобулети

Глянцевым куполом неба
глянцевый моря простор обездвижен, напротив —
Низких домов полоса укрывает безлюдность угрюмой равнины,
лишенной всякого глянца и навсегда неизвестной
в шаге гуляющим
шагом ленивым туристам ленивым.
Поздний завтрак подав, не расскажет хозяин о белой перине
тумана, привычно укрывшей равнину под утро,
и столь же привычно растаявшей,
Когда он, безразличный, привязывал пса на заднем дворе.

Мифология

Два старых дома в низине, косо выставив железные щиты крыш, прячут разделяющую их улицу. Ближний из домов не достает до верхнего этажа своего визави; в ярком свете уличных фонарей занавешены окна и красен кирпич стены. Тени деревьев — зримое эхо ветра — похожи на гигантские руки с мечами. Невидима схватка.

Домашнее видео

Плоскость ковра прогнулась, закрыла горизонт и стала бескрайним полем в пределах экрана. Объектив не может смотреть «краем глаза».

Не со мной

Голова в белом колпаке нависла, оставив в другом измерении лампу и кусочек потолка.

— Нерв нужно удалить.

Ветер

Листва из-за крыши — руки тонущего.

Иногда

Иногда
Уйти не могу
Уходя
В коридоре стою
Говорю
Чепуху
Заговаривая прощанье,
Вспоминая все то,
Что специально берег
Для таких вот
Моментов
Без слов
Так и не сказанных
Вовремя. Все
Ерунда, если хочешь
Вернуться, достаточно
Сделать лишь шаг,
Или два,
От порога к теплу,
Потому что
Иначе —

The house of the rising sun

Серо-стальная поверхность, мерцающая множеством мелких темных впадин, иногда — не так далеко от берега — взрывается белой струей на высоту, которой пока вроде не достиг ни один из местных небоскребов. В негативе — совсем как нефть на фоне внезапно побледневших холмов. Черными же становятся паруса яхт. Но появившееся солнце выжигает черноту, и фонтан напоминает уже эквалайзер, а ожившие под порывом ветра треугольные пятнышки — призраки из триллера по сценарию Пифагора. Передержанное небо туда же несет облака с обгоревшими краями.

Синяя блестящая поверхность вздымается сотнями невидимых водяных башен…

За спиной у городского шума

Треугольник неба — далекий и близкий, с обманчивой трехмерностью облаков — ровно очерчен по линии тополей, воздух зелен и свеж.

Бульварное

Ранние сумерки. Подвыпившая линяло-синяя обезьяна на скамейке — опять мало заработал фотограф. Позируют собственным мыльницам — напряженные улыбки, выпяченные животы. В ореоле брызг, поочередные, тут и там, всплески волн, бьющих о пирс — словно дельфины на шоу. Музыка, размягченная эхом летнего вечера. Действительно погружаются в темноту (редкий случай нестершегося клише) — дома и деревья, постепенно сгущая цвета.

Странно

Странно, Луна — акробат в замедленном шоу
— Или сгусток табачного дыма конечный.
Двое из мира подлунного;
Праздный минутно забыт перекур.
«А пикселей сколько»?

Цветомузыка подлунного моря

беззвучна.

Конец ночи

Светало.

Светало

Светало.

Ночной светофор

Графика ветвей; кровавый, в глубоких черных морщинах, ствол.

Под залог

Последнее средство продления осени — долгий ноябрь,
Минуты тридцатого дня, и двадцать четвертый час,
Остановите Луну, потому что Солнце не удержать,
Тонкий ломтик свободы крошится в руках,
Если я убегу, то уже не вернусь назад,
Если я убегу, судья заберет мой декабрь,
Старый глупый судья, он подумал,
Мне нужен двенадцатый!
Месяц продления строчки
Остатками слов.
Отпустите Луну.
Старый мудрый судья…

Ветерок

Солнце, трепетание света и тени в листве — оттенки зеленого. Облака — перины для пери.

Морфология

У-лица: наплыв лиц, полифония разговорных обрывков — или нет, настройка инструментов в оркестре.

Прохожу

Прохожу мимо улиц, деревьев, людей, автомобилей и станций метро,
ресторанов, кафе, забегаловок с гордым названьем «бистро»,
библиотек и музеев, театров и дома свиданий, а может, культуры,
по асфальту и каменной плитке, под небом то ясным, то хмурым,
прохожу, но никуда и никак не приду. Потому что боюсь задержаться
и ритм шага утратить. Я иду, и мне до конца суждено отражаться
незамеченным фото на дне чьих-то глаз. В свой черед отражаю
другие чужие глаза. Но момента нажатия кнопки я часто не знаю.