— Ну, и нравы!

— Смертные не меняются тысячелетиями. Меняется только одежда и профили на денежных знаках… Ну, мне пора.

— Александр!

Он не ответил. Золотистые кудряшки до самых плеч упруго покачивались в такт его быстрым легким шагам. Он даже не оглянулся в ее сторону.

Глава XII

— Ей, соня, вставай чай пить!

Варя недовольно повернулась на другой бок и не ответила.

— Вставай-вставай, — Иван подергал за уголок ее спальника. — Серега следы в бинокль разглядел. Надо поторапливаться. Ночью припорошило, но скоро все растает.

Сон как рукой сняло. Девушка стала быстро выбираться из палатки. Утро было прохладным, но тучи ушли. Теплый спальник и походный уют палатки манили назад, но известие о долгожданных следах было куда важнее.

Уже вторую неделю они шли от поселка Тюнгур.

Позади остался перелет из Москвы, дорога до Усть-Коксы и безрезультатные опросы на всех стоянках после административного центра заповедника. Если бы не своя машина, им бы ни за что не успеть. Только благодаря «69-й» диггера они проехали по всем базам вдоль сороковой трассы. И однажды, когда надежды на успех почти не осталось, им повезло. Хозяйка большого бревенчатого дома на окраине Тюнгура признала по фотографиям Лизу и Вика. Они ночевали у нее несколько дней назад. Их группа состояла из пяти мужчин и женщины.

Это трудно было назвать погоней. Бездорожье и весенняя непогода позволяли передвигаться очень медленно. Обнадеживало только одно. Те, кто шел впереди, тоже двигались не очень быстро.

Оставив машину у егерей в поселке Кучерла, они наняли лошадей и двух проводников. Желание во что бы то ни стало нагнать группу Вика подстегивало их всю дорогу. Делая редкие и непродолжительные привалы, они сумели значительно сократить дистанцию до лидера. Об этом им говорили едва остывшие костища ночевок идущей впереди группы.

Судя по выбранному маршруту, Вик уверенно двигался по кратчайшему пути к реке Ак-Кем, а потом вдоль нее к Ак-Кемскому леднику, за которым высились склоны горы Белуха. Пока кони могли продвигаться по высокогорным лугам и кедровникам, переходить вброд небольшие речушки и протоки, они шли достаточно резво, но, когда пришлось попрощаться с лошадьми и взвалить на свои плечи все снаряжение и провиант, темп резко снизился. Один из егерей, забрав лошадей, обещал вернуться за ними через неделю и ждать в условленном месте. Время и вправду было не для походов. Лишь однажды они встретили стадо маралов, сопровождаемое двумя пастухами, подтвердившими, что видели издалека группу туристов из шести человек.

Попадавшиеся по дороге огромные валуны и обломки скал, принесенные сверху лавинами, порой приходилось обходить стороной, делая немалый крюк. Погода менялась очень резко. Два часа мог лить дождь, потом тут же сияло яркое солнце, а затем все укрывал плотный туман. Однажды за ночь их палатки занесло почти на полметра снегом. Только опыт проводника и диггера, что провел когда-то пару лет на высокогорной заставе, помогали им избегать серьезных трудностей. Трое мужчин с тревогой поглядывали на хрупкую девушку, которой приходилось нелегко. Однако она не жаловалась и упрямо несла свой рюкзак, отвергая все предложения о помощи. Дров для костра становилось все меньше, и они готовили горячую пищу раз в день.

Река Ак-Кем была бурной, мутно-белого цвета. Воду для питья приходилось кипятить или заваривать крепкий чай. Однако подобные неудобства меркли перед красивейшими пейзажами и чистым горным воздухом. Чуть выше места, где в Ак-Кем впадает река со смешным названием Теккелю, они видели водопад. За зеленой полосой пихтовой тайги в облаках водной пыли играла радуга, а из нее на высоту не менее полусотни метров поднималась белая ниточка водопада. Если бы не погоня, они непременно свернули бы в ту сторону, но сейчас главным было иное. Успеть! Непременно нужно было нагнать идущую впереди группу.

Вчера вечером они вышли на берег большого озера. В лучах заката его зеркало казалось синим. Острый пик Белухи за ледником отражался в спокойной воде. Зрелище было настолько завораживающим в окружающем безмолвии, что казалось неземным. Выбрав ровное место для стоянки, они поставили палатки у кедровника, чтобы пламя костра не было видно с воды. Группа из шести человек прошла здесь недавно и заночевала где-то неподалеку.

— Эй, — Варя выглянула из палатки. — Кто утащил мою шоколадку?

— Да брось ты! — стал успокаивать ее Иван. — Никто бы не взял.

— Я вчера положила ее в кармашек палатки около спальника…

— Наверное, ночью и стрескала, — усмехнулся егерь Андрей, сопровождавший их от Тюнгура. — У костра твой чай с галетами… Остывает.

— Ну, отдайте шоколадку, — взмолилась девушка. — Что за шутки.

Егерь молча отставил уже упакованный рюкзак и подошел к Вариной палатке. Обойдя ее кругом, грустно посочувствовал:

— Это мыши!

— Что! — она взвизгнула и пулей выскочила к костру. — Где?

— Около твоей кружки, — пошутил Иван, но быстро понял, что зря.

— Мамочки! — Варя подхватилась и, перемахнув через костер, кинулась в сторону.

— Да шутит он, — снисходительно проговорил егерь. — Ночью мышки учуяли запах и прогрызли дырку в палатке… Они тоже любят шоколад… Прости их. Не нужно ссориться, бери свой чай, а я пока палатку соберу… Пора выходить.

Четверо двигались цепочкой вдоль озера, стараясь быть незаметными и не терять из вида цепочку свежих следов на выпавшем ночью снегу. Было удивительно тихо. Косые лучи утреннего солнца из-за вершин бросали длинные тени на водную гладь, расчерчивая ее в стиле кубистов.

— Андрей, — девушка старалась идти рядом с егерем, делая на каждый его шаг два своих. — А почему Ак-Кем такой белый?

— От ила, — он добродушно улыбнулся. — Верхнее Ак-Кемское озеро поменьше, а вода там еще белее. В жаркое лето даже пересыхает.

— А это Нижнее Ак-Кемское?

— Да.

Они немного помолчали. Егерь даже чуть сбавил темп, чтобы девушка не отстала. Ему нравилась эта москвичка. Неопытная, но старается быть наравне с мужиками. Летом часто приезжают такие штучки, что никаких денег за сопровождение группы не захочешь…

— Андрей, а это озеро глубокое?

— Нет. Метров пятнадцать.

— А еще есть озера?

— Там, — он кивнул вправо. — Долина Семи озер. Подальше — Ущелье Ярлу, за ним озеро Горных духов.

— А что, есть духи?

— Конечно, — он говорил медленно, в такт шагам, и трудно было понять, сказано ли это серьезно. — Места необычные… Мы же поднялись выше 2000 метров над уровнем моря… Тут всякое бывает… Да ты не бойся, хороших людей духи не трогают.

— А плохих?

— Это они сами решают…

— Андрей, а пещеры есть?

— Пещеры, — егерь задумался. — Есть грот в Ак-Кемском леднике.

— Правда! — обрадовалась девушка. — Большой?

— Де не так чтобы, — он снисходительно глянул на москвичку. — Грот, как грот, из него Ак-Кем и начинается. Это у самого подножья ледника.

— А еще?

— Раньше были три грота в леднике Менсу, но давно растаяли.

— Менсу?

— Слева два ледника: Менсу и Вельского, на юге — Геблера, на западе — Черный ледник.

— Черный?

— Да… Там и озеро такое… Речка Рассыпная с небольшим водопадом… Это за хребтом Мюштуайры.

— Где, вы сказали?

— Да правее, — егерь спрятал улыбку и показал рукой на сверкающее ледяное поле справа и выше. — Его еще называют ледником Братьев Троновых… За высоким отрогом… Тот хребет, аккурат, между Ак-Кемом и Кучерлой.

— Кучерла? Это где ваш поселок?

— Да. Только ниже по течению.

— Андрей, а есть другая дорога к тому гроту?

— Тропинок тут много… Этот маршрут самый короткий.

— И мы не собьемся с дороги?

— Да упремся мы в тот грот… Речка-то из него начинается… До Верхнего озера отсюда километров пять. Нижнее-то побольше, километра полтора в длину… Вот пройдем его, а там вдоль Ак-Кема… К нижней кромке ледника и придем.