длинные стройные ноги, чувствительные кисти, аккуратные черты лица, осиная талия и широкая искренняя улыбка. Сложно передать ощущение невесомости, с которым она крутила «фуэте» или исполняла разрывные прыжки. Как изящно и легко она выходила на поддержки со своим партнером и как долго, еле дыша, держала арабеск. На поклоне Линду забрасывали цветами, рукоплескали стоя и вызывали на бис. Она была великолепной танцовщицей, но не это было самым невероятным в истории примы Оранжбурского балета.
Десять лет назад, еще ребенком, Линда вместе с родителями попала в автокатастрофу, после чего пережила немало сложнейших операций с реабилитацией. Чтобы поставить девочку на ноги, врачи вживили ей в позвоночник длинный металлический штифт. Он стал главной опорой для тела малышки. Через всю спину фарфоровой феи – от затылка до копчика – тянулся широкий вертикальный шов, разделивший жизнь на До и После. Приняв взрослое волевое решение, Линда вернулась к балетному станку. Изо дня в день, перебарывая боль и страх, она упрямо шла к своей цели – и стала лучшей. Узнав правду о девушке, которая порхала по сцене в розовой пачке, я посмотрела на нее другими глазами. На секунду я ощутила, как в мою спину вкручивается холодный металлический стержень. История девочки Линды вызывает гордость. Это история победы над самим собой. Ее пример - урок самодисциплины и трудолюбия, а также силы духа. Я восхитилась ей как человеком. И, конечно же, свой букет на поклоне артистов я вручила Sugar Plum Fairy Линде.
Школьный семестр подходил к концу. Собрав последние силы, мы ночами дописывали рефераты и готовились к семестровым контрольным работам. Мне тяжело давалась алгебра. Дома я была круглой отличницей по этому предмету, но в Америке еле тянула на четверку с длинным толстым минусом. Точная наука везде одинаковая, искала я объяснение, - тогда почему такая разница в оценках? Абсолютно иной метод преподавания и умный калькулятор TI83 для решения уравнений не стали моими лучшими друзьями в кабинете математики. Привыкшая делить и умножать числа в столбик на полях тетради в клетку, я впадала в ступор, получая лист вопросов с четырьмя вариантами ответа, калькулятор фирмы Texas Instruments и карточку с буквами ABCD. На карточке карандашом нужно было закрасить кружок с буквой, соответствующий номеру вопроса. Никаких пояснений или длинной цепочки решения уравнений, - только финальный ответ. Как неисправимая непоседа, я хотела покончить со всеми цифрами как можно быстрей, поэтому часто допускала описки, перенося ответы на карточку или нажимала не на те кнопки калькулятора, сбивая с толку заданную программу. Контрольные работы проверял компьютер. Так что надежда на то, что учитель увидит нестыковку с моими черновиками и обведенным мною ответом, отпадала. В черновиках я по старинке, вопреки ненавистной мне машине, вручную решала примеры. Причем правильно. За свои полгода в Америке я не успела перестроиться на здешние форматы тестов и выведение семестровой оценки. Предполагаю, что мистер Дайсен, мой преподаватель по алгебре, помиловал меня и поставил семестровую отметку «В». Увидев это, я с облегчением выдохнула, искренне поблагодарила нашего педагога и сдала моего электронного врага назад в библиотеку.
В последний день перед каникулами в школе ожидалась вечеринка уродливых свитеров. Уточняю: свитера не были «уродливыми» в привычном для нас значении. Это забавная игра, когда все надевают теплые вязаные свитера и кофты с вышитыми рождественскими атрибутами. Чем несуразнее и смешнее узор, тем лучше.
Школьные коридоры, переливаясь всеми цветами радуги, напоминая яркие калейдоскопы. Директор школы миссис Уимз приветствовала учеников при входе в комичной красной кофте миссис Клаус. Мистер Андерсон, пожилой темнокожий охранник, натянул ярко-синий джемпер, на котором вышитые бисером пингвины тряслись от холода. Девочки из группы поддержки пришли в полосатых обтягивающих кофтах эльфов. Моя любимица, вечно надутая миссис Купер, выбрала темно-зеленый свитер крупной вязки, поющий «Хо-Хо-Хо» и загорающийся новогодней елкой при движении. Она сидела в своем кабинете как пень - чтобы свитер помалкивал. Сестрички Ларсен, я и еще пару человек из нашего класса журналистики решили быть стадом рождественских оленей, спасибо Миссис Ди. Она организовала целую бригаду в церкви, дабы успеть в срок связать нам одинаковые свитера.
В тот день никто толком не занимался, да и о каких занятиях могла быть речь, когда школа походила на рождественскую ярмарку. Кабинеты пестрили елочными венками и яркими гирляндами. В кафетерии на ланч выдавали печеные сладости и теплое молоко. Ученики и учителя обменивались подарками и желали друг другу счастливых праздников. В холлах играли песни из старого мультика про доброго снеговика. Голос этого героя для каждого американского ребенка означал наступление чудес. Так под песню «Снеговичок Фрости» красочно и весело, со вкусом шоколадного печенья, закончился мой первый семестр в Америке. Наступили десятидневные зимние каникулы.
В Сочельник, канун Рождества, мы отправились в церковь. Украшенная цветами пуансеттии, рождественскими комнатными растениями, Первая Оранжбурская церковь смотрелась очень нарядно. Все прихожане были одеты в свои лучшие наряды и пребывали в приподнятом настроении. Мистер Вибли, вообразивший себя музыкантом Колумбийского Оркестра, восседал за своим синтезатором в черном атласном фраке. Преподобный Скроул в состоянии полнейшего блаженства во время проповеди порхал из угла в угол помоста, жестикулируя и упоенно вещая, пока наконец не врезался в стоящую с краю елку, чем очень позабавил меня и Элли. Служба велась дольше обычного, под конец мы перепели все пристойные праздничные песни, обменялись поздравлениями и отправились на семейный ужин. Хотя Рождество - главный праздник большинства американцев, это все же больше семейное торжество без недельных застолий и задушевных ночных разговоров.
В Америке принято оставлять под елкой печенье и молоко для Санты, а еще сладкую морковь для оленей. Конечно, детвора пытается не спать, дабы подкараулить доброго старика с подарками, или услышать топот оленей по крыше, но рано или поздно сдается подступающей липкой дремоте. Малыши и малышки погружаются в магию рождественской ночи...
Глава четырнадцатая. Новый год без оливье
Волшебство закончилось. Как-то в одночасье из магазинов пропали новогодние игрушки, без ярких гирлянд и цветных фонариков помрачнели улицы и дома, а приемники опять запели современные песни, отложив рождественские мелодии на потом. Несколько соседей на нашей улице, включая мистера Неймана, выставили совсем зеленые новогодние елки на мусор, а ведь было только 27-е декабря. У моей бабушки елка порой стояла до Пасхи! «Как же так?!», - хотелось крикнуть мне, ведь главная ночь в году еще впереди. Дома, в любимом городе Ха, приятная пора, пахнущая мандаринами и шоколадными конфетами, только начиналась. От этих хлопот у меня всегда щекотало живот и кружилась голова. Уезжая в Америку, я понимала, что не увижу