Отойдя от Берии, остановился и, глядя в пространство, произнес: «Надо же! А ведь не верилось, что такое оружие может быть. Иди Лаврентий — я почитаю книги потомков. Мне кажется, я там найду еще немало того, к чему они привыкли и уже не обращают внимания».

16 июня 1941 года. 17 часов. Научно — исследовательский испытательный полигон. Кубинка

Был конец рабочего дня, но народ не расходился. Все толпились у танка, стоявшего у начала трассы полигона. Этот танк только что прошел круг по трассе и был весь покрыт пылью, но, тем не менее, и на нем и рядом свободных мест, как говорится, не было. Танк был необычен своей красотой мощи и скорости одновременно. Испытатели, только что прошедшие на нем круг, восхищенно покачивали головами и делились впечатлениями с окружавшими их специалистами разных направлений, объединенных тут одним делом — танками.

«Да…. Пятая передача тут к месту. На трассе, конечно, не БТшка, но бежит шустро» — делился впечатлениями, вылезший с места механика-водителя испытатель в сдвинутом на затылок шлеме, со вкусом затягивающийся папиросой.

«Ха! БТшка! Он весит больше чем две БТшки. И броня, пушка — разве их сравнить?» — отвечал ему другой.

«Бежит он так не только из-за коробки передач — вторил им специалист по двигателям, закрывая моторные жалюзи на танке. — Фильтр воздушный, посмотрите, какой на двигателе стоит! Дизель «задышал» — потому и мощность развивает. Да и двигатель вроде В-2, но не совсем обычный».

«И орудие — калибр зенитный! — удивлялись специалисты по вооружению. — У нас ничего подобного еще не было».

«А КВ-2 [27] со 152-миллимитровкой?» — спрашивали их.

«Так, тот весит сколько? Да и «ходок» из него неважный. Нужно

запрашивать КБ о характеристиках 85 миллиметровки. У нас и данных-то на нее нет».

В стороне стоял начальник Центра и в голове его роились разные мысли. Все мысли заканчивались вопросами, на которые он не знал ответов. Такое с ним было впервые.

Часов в 15 трейлер с невиданным ранее мощным тягачом привез закрытый брезентом танк. Попытка что-либо узнать у водителя тут же была пресечена сопровождавшим груз лейтенантом НКВД. Никаких документов на груз не было. Было устное, со слов лейтенанта, распоряжение Берии посмотреть танк и подготовить справку о нем.

Когда брезент сняли, увидели, стоявшую на трейлере, необычную «тридцатьчетверку».

То, что это была именно она, видно было по корпусу и ходовой части. А вот башня и орудие в ней были необычными. Причем, в этом виде она выглядела красивее стандартной «тридцатьчетверки». Появилась в ней такая черта как мощь. Но все это еще можно было объяснить. Но вот дальше, при более тесном знакомстве с танком и появились детали и с ними вопросы, на которые не было ответов.

Первое выплыло сразу при осмотре дизеля. Было установлено, что на стандартном В-2 [28] появились незнакомые узлы и агрегаты. Назначение их было понятно, но на обычных машинах их просто не было. Большая башня танка позволяла экипажу свободно работать с орудием, а командирская башенка — как у немецких «троек» — существенно улучшала обзор командиру экипажа. Рации и пулемета в танке не обнаружили, хотя места их креплений были на месте.

Вообще, при осмотре все заметили, что танк явно не новый и давно не эксплуатировался, что само по себе противоречило фактам. А фактом было то, что «тридцатьчетверка» пусть и не такой комплектации, а вообще как модель, выпускалась чуть более года. То есть, старым танк не мог быть по определению. А он был именно таким — старым. Это подтвердили вооруженцы после осмотра орудия и в частности ствола. Ствол был весь покрыт раковинами. За год такого произойти не могло.

Далее — в очень плохом состоянии находились резиновые прокладки и вообще детали с резиной. Она местами просто рассыпалась. И причиной опять же могло быть только одно — время.

Однако же при попытке завести дизель завелся сразу. Тут же возникла идея посмотреть танк на трассе. Вот он и «пробежал» кружок по полигону. И экипажу испытателей понравился. И новая коробка передач — пятиступенчатая — значительно отличалась от стандартной четырехступенчатой в лучшую сторону. В общем, все наглядно убедились в преимуществах этой модернизации «тридцатьчетверки». Только вооруженцы печалились — не смогли «отстрелять» орудие. Тем не менее, очевидна была необходимость познакомить производителей с этой моделью танка.

Водитель тягача, спросив что-то у сопровождающего, подошел и назвал танк — «Т-34-85». После чего, тягач с трейлером уехал из Центра в сторону Минского шоссе.

Все впечатления о танке начальник Центра, безусловно, отразил в справке. Но вопросы так и остались без ответа.

16 июня 1941 года. Генеральный Штаб РККА

Этим вечером и в ночь на 17 июня из Ген. Штаба, Штаба ВВС РККА, НКВД СССР и Штабов Пограничных и Конвойных войск НКВД СССР потоком шли шифрограммы. Оганян, Шапошников и Жуков вырабатывали срочные предложения и рекомендации в адрес будущих командующих Фронтами и нынешних командующих особыми округами. Этим же в Штабе ВВС занимался Жигарев и Красавин. Берия и его подчиненные просто исполняли принятые на совещание решения в жизнь.