Автор : Багрянцева Светлана
Название книги: Золушка по имени Александр (СИ)
Читать на сайте: https://mir-knigi.org/author/bagryanceva-svetlana/zolushka-po-imeni-aleksandr-si

1

✨ Даниэль

Лёша развалился на белоснежных простынях, бесстыже показывая мне свою задницу. Да, этот двадцатитрехлетний парень был хорош собой. Загорелый, стройный, с красивыми мускулами и лицом, словно с обложки модных журналов. Светлые волосы до плеч, стянутые в хвост, придавали ему дополнительного шарма. Короче, картинка, а не парень. Я любил его, поэтому позволял многое, кроме измены, разумеется.

— Лёша, ты сегодня собираешься идти на учёбу? Последний курс, не вылети с него по собственной дурости, — я застегнул рубашку, дрожащими от возбуждения пальцами.

— Хорошо тебе, ты уже окончил институт, — он встал и потянулся.

— Да, но я учился, не там где хотел. Мечтал стать художником, но пришлось поступать на экономический. Валентин Игоревич настоял.

— Кстати, всегда хотел спросить, почему ты называешь отчима по имени отчеству? Он же тебя с десяти лет воспитывает. А ещё имя у тебя странное. Необычное такое, — Лёша стал быстро одеваться.

— Он сам меня попросил об этом. Суровый он мужик, и воспитывал нас с Вовкой в ежовых рукавицах. А имя мне мама дала. Насмотрелась в своё время бразильских сериалов. Хорошо хоть Даниэль, а не какой-нибудь Педро. Всё идём, отчим меня убьёт, если я опоздаю. Вот деньги на такси. Нам вместе никак нельзя, сам знаешь, — я протянул любовнику тысячную купюру.

У порога как всегда задержались минут на пять, целуясь, а потом разошлись по своим делам. Я поехал на своей машине в офис, а Лёха на учёбу.

Моя мама овдовела очень рано. Папа умер от рака, когда мне было девять лет. У отца осталась доля в совместном бизнесе с Платоновым Валентином Игоревичем. Мужчина он был строгий, а местами даже злобный, но как ни странно, бизнес у наследников отжимать не стал. Вместо этого, он предложил маме выйти за него замуж. Жена самого Валентина умерла при родах, и он воспитывал пятнадцатилетнего сына один. Мама в бизнесе ничего не понимала, по образованию она учитель младших классов, и работает по специальности. Поэтому она согласилась, после положенного траура расписаться с Платоновым. Она подписала разрешение, на управление моей долей, пока я не стану совершеннолетним. Вот так и пришлось мириться с присутствием чужого мужчины рядом. Тем более что как родного, он так меня и не принял, заставляя называть только по имени отчеству. Хотя сыну он тоже поблажек не делал, гоняя его, так же как и меня. Владлен не любил словосочетание «золотая молодёжь» или слово «мажор». Он всегда говорил так: «Узнаю, что вы засветились в светской хронике, типа мажорчики натворили что-то. Спущу шкуру живьем. О семье Платоновых всегда говорили как об интеллигентных и трудолюбивых людях». Таким образом, он воспитывал нас в жёстких рамках. Секция боевых искусств, только хорошие отметки в школе. Разумеется, только самый лучший вуз в Москве. Художник? Ну что вы, художник от слова "худо". Разрешал из милости в изостудию раз в неделю ходить, и то ладно. А мама со временем его даже полюбила, а потом родила Алёнку. Сестре пятнадцать и ей приходиться, так же как и нам, мириться с характером Платонова. Мне немного легче. Как только отучился и вышел на работу, сразу перебрался в нашу старую квартиру. Здесь всё осталось как при отце, даже его фото в траурной раме висело на стене. Но, не смотря на это, приходиться всё равно шифроваться. Если отчим узнает, что я гей мне будет мало места в этом городе. Он ярый гомофоб и ненавистник всех нетрадиционных.

Наконец, припарковался у офиса. Даже не опоздал, что, несомненно, радует. Из соседней машины не спеша вылезает Володя, наш заместитель. Да, хочешь, не хочешь, а после моей учёбы пришлось оставить сынулю замом, а меня поставить коммерческим директором. Я всё же совладелец.

— Привет Володя, — подал ему руку, — Что-то ты припозднился. Обычно последним приезжаю я.

— Машка приболела. Попросила дочку в садик отвести. У неё снова жуткий токсикоз. А ещё хочет юбилей мне грандиозный устроить. Мол, тридцать лет нужно обязательно отметить с шиком. Кстати, ты приглашён. Потом уточню, куда и когда.

— Приду, ты же знаешь, что я ничего подобного не пропускаю, — улыбнулся я, заходя в лифт.

— А свои двадцать пять ты в прошлом месяце зажал, — хмыкнул Володя.

— Двадцать пять не юбилей. И потом, я люблю только чужие праздники.

Я вышел на пятом этаже а, он поехал дальше. Директор и зам сидели на шестом этаже, а меня запихнули ниже. Я знал, что сотрудники об этом в своё время долго судачили, но старался не обращать внимание. И вот она надпись чёрным на золотом «Коммерческий директор Лазарев Даниэль Викторович». В приёмной меня встречает сорокалетняя мадам в строгом бежевом костюме, моя секретарша. Специально выбрал постарше, чтобы не лезла с приставаниями.

— Доброе утро, Даниэль Викторович. Сделать вам кофе?

— Доброе утро, Елена Степановна. Как всегда, пожалуйста. Не успел дома попить.

Неожиданно на телефон прилетела смс. «Сегодня идём в клуб. Завтра выходной, поэтому ты не отвертишься, не надейся». Ненавижу клубы. Я бы лучше на байке за городом погонял. Но чего не сделаешь ради любимого.

✨ Александр.

Мою полы в квартире. Всё опять уляпано йогуртом. И вот зачем было рожать столько детей. Семеро! Семеро детей! Младшему три года, а я самый старший. Разумеется, больше всего достаётся мне, уборка, готовка, стирка. Мать и отец работают с утра до позднего вечера. Отец на маршрутном такси. Мама в магазине. Я, между прочим, тоже работаю, но мне всё равно достаётся больше всех. После одиннадцатого класса хотел поступить в медицинский. Как бы ни так. Батя заявил, что я должен устроиться на работу и получку отдавать в общий котёл. Типа ему не с руки меня бугая кормить, пока я буду пять лет в институте просиживать. Нашёл бугая. Я худой и не очень высокий, всего метр семьдесят. Без опыта работы никуда не брали, поэтому пришлось устроиться мыть посуду в ночной клуб. Зато я год отучился на курсах медсестёр, и несколько месяцев проходил курсы массажа. Теперь работаю в детской поликлинике медбратом, а ещё на полставки массажистом. Наконец, трёхкомнатную квартиру привёл в порядок. Вытер вспотевший лоб рваной футболкой. Дома хожу как бомжара, разве что в чистом. Только на выход есть пару приличных вещей. Хоть родители и не пьют, денег всё равно не хватает. Это может в Москве, многодетным платят большие деньги, а у нас в провинции особо не зажируешь. Слышу опять визг. Трёхлетний Костя и пятилетний Максим дерутся за игрушку.

— Егор, ты, что за ними присмотреть не можешь? — говорю десятилетнему брату.

— Больно нужно. У нас тренировка. Я ухожу. Футбол, вот что для меня важнее, а соплякам ты сам сопли подтирай, — весело выдал он.

— Надо же, какая фифа. Значит так, — упёр руки в бока, — Найду работу посолидней, и сниму комнату. С меня хватит! Никакой личной жизни! А с завтрашнего дня квартиру в порядок будете приводить сами! Я вам не золушка!

— Ещё как золушка, — он, подхватывая рюкзак, уходит, предварительно похлопав меня по плечу.

Хотел было разразиться гневной тирадой, но тут меня за край шорт дёрнул Костя.

— Саса, я кака хосю.

— Пошли на горшок, родной, — беру его за руку.

Нас четверо братьев и три сестры. Мне двадцать лет. Ире семнадцать. Марине пятнадцать. Ольге тринадцать. Егору десять, Максиму пять и, наконец, Косте три года. Все старшие пытаются под разными предлогами уйти из квартиры, оставив в выходные малышню на меня. У Ирки парень есть и летом она проводит большую часть времени у него на даче. А остальные привыкли, что я всё делаю сам, и тупо сели мне на шею. Поэтому неудивительно, что я в свои годы ещё девственник. Ещё и красавчиком не назовешь. Так, обычная серая мышь, неправильной ориентации. Кому я такой нужен? Нет, нужно валить из дома. Накопил денег и наконец-то сдал на права. Теперь как-то подкоплю и сниму комнату, а там и машину, подержанную в кредит возьму. А со статусом золушки придётся распрощаться. Пусть живут, как хотят. Нет, деньгами я буду помогать, если смогу, но не более того. Уложил малышей спать, а сам открыл на телефоне сайт по поиску работы.

2

✨ Даниэль.

Клуб как всегда встретил толпой и грохотом музыки. Я поморщился. Лучше бы в какой-то тихий бар сходили, там тоже коктейли подают. Но моему Лёшке обязательно надо выпендриться, показать всю свою красоту. Он танцует в окружении девиц, которые флиртуют с ним, не зная, что он гей. Меня же он представляет как друга. Хотя об этом я сам попросил. Леша из простой рабочей семьи, но меня мало волнует его происхождение. Главное, он любит меня, а мне для него ничего не жалко. Клуб — пожалуйста. Новые шмотки — пожалуйста. Я даже обещал ему на следующее день рождение байк подарить. Сдаст на права, и будем гонять вместе. А пока, я сам не прочь развеяться. Завтра ночью поеду с друзьями гонять за город. Там будут гонки и, надеюсь, на этот раз мне удастся обойти Ромку. Байки, как и машины, моя страсть, разве что я их не коллекционирую.

Запыхавшийся Алексей плюхнулся рядом, а потом схватил свой коктейль.

— Может, потанцуешь, чего ты такой кислый, Дан, — он с шумом всосал жидкость через трубочку.

— Я бы предпочёл, чтобы эти губки оказались на другом месте. А ещё нужно выспаться. У меня завтра гонки, — нахмурив брови, сказал я.

— Ну, так ночью же, не утром. Хотя если хочешь, поехали домой. А-то ты сидишь тут киснешь. Даже виски себе не заказал, — скривил рожицу он.

— У меня завтра гонки, Лёша. Или ты не понимаешь, что нужно быть трезвым? Поехали ко мне, умник, — я встал и направился на выход.

Этот вечер в клубе было последнее, что я вспомнил после того, как проснулся в абсолютно белом помещении. Рядом пищали приборы, в нос воткнуты какие-то трубки. Медсестричка в белом халате подбежала и радостно улыбнулась. Потом побежала звать доктора. Как мне объяснили позже, я разбился на мотоцикле. Участвовал, в подпольных гонках. Я же этого ничего не помню. Последний день жизни перед аварией, как ластиком стёрли. Доктор объяснил, что я месяц пролежал в коме. За это время мне сделали операцию на позвоночник, но ходить я всё равно не буду. Есть и радостная новость, половая функция возможно восстановиться. Я даже смогу иметь детей. Только счастлив я от этого заявления, почему-то не стал.

На следующий день после моего пробуждения, меня поселили в ВИП палату. Тут было всё на высшем уровне. Современная кровать с ортопедическим матрасом. Плазменный телевизор на стене. Даже беспроводные наушники, чтобы смотреть кино ночью, если не спиться, и не мешать соседям. Первыми навестили мама и сестра. Потом пришёл Володя с женой. Самым последним припёрся отчим. Вместо того чтобы поддержать, он долго распинался о тупости некоторых человеческих особей, то есть меня. Я его слушал, молча кивая, а сам думал, когда же придёт любимый. Желал, чтобы он не встретился здесь с Платоновым.

И любимый явился, только через неделю. Оказалось, он отдыхал на Бали с новым богатым любовником. Принёс каких-то экзотических фруктов и положил их на стол. Потом присел на стул рядом.

— Прости, Дан, любовь прошла, завяли помидоры, — начал он.

— Чего?! Ты же мне в любви клялся, Лёша. Я тоже тебя любил и сейчас люблю, — нервно сказал я.

— Любовь? Да, может и была, но не до такой степени, чтобы из-под тебя утки выносить! Ты инвалид, Дан! А я молодой ещё! Я жизни толком не видел, а ты меня хочешь в судно с дерьмом окунуть! Ну, уж нет! Я нашёл другого покровителя! Да, ему уже тридцать восемь, но зато мы вчера с Бали прилетели! — сказал он на повышенных тонах.

— Значит, я для тебя был всего лишь, покровитель, денежный мешок! Я тебя любил всем сердцем Лёша, а оказался только кошельком для вытрясания бабла?! Ну, ты и сука! — заорал я в гневе.

Сердце прострелило болью. Кажется, не было так больно даже тогда, когда очнулся от комы. А сейчас эта боль распространилась по всему телу.

— Так, ну хватит! Не хватало, чтобы весь персонал больницы вас слышал! Молодой человек, покиньте палату! — выдавил сквозь зубы отчим, брезгливо сморщив лицо.

Как неожиданно он появился, и как не вовремя.

— Вы всё слышали? — чуть позорно не заикнулся я.

— Да, стоял за дверью. И понял многое. Скажу один раз, как вас там? Лёша? Если хоть одна тварь узнает, что ты был любовником этого идиота, я тебе член отрежу и жрать заставлю. А теперь вон отсюда, — злобно прошипел Платонов.

Алексей даже позеленел от таких слов, и поспешил скрыться. А на меня как обычно посыпалась тирада из обвинений. Правда отчим не кричал, а сидел рядом и шипел словно змея.

— Я не виноват, что родился таким, — буркнул я.

— Виноват, не виноват, но в моем окружении, а особенно в семье пидараса не будет. Ясно? Я бы мог сейчас сделать так, чтобы ты лишился своей доли в бизнесе, но я люблю твою маму. Поэтому дай мне прийти в себя и подумать. Завтра я буду у тебя с предложением. И не дай бог тебе отказаться, будешь доживать свои дни на инвалидную пенсию.

Отчим встал и быстрыми нервными шагами пошёл прочь из палаты. Я понял, что мне пришли кранты. Бизнес он у меня по любому отберёт. Как же, ему не нужно, если о его партнёре пойдут такие слухи. В нашей стране в большинстве своём не любят геев и деловых отношений с ними иметь не хотят.

Остаток дня развлекал себя просмотром какого-то сериала в интернете. Мама принесла мой ноутбук, и теперь я мог сделать кровать в положение сидя и, смотреть на нём кино. Фильм к радости был интересен, и сумел на время отвлечь. Только когда принесли ужин, я с отвращением глянул на стол. Там лежали фрукты. Падла, еще и передачу принёс словно подачку.

— Тётя Таня, возьмите эти фрукты себе. Друг принёс. Он просто не знал, что у меня на них аллергия, — сказал я пожилой женщине.

Она, улыбаясь, поблагодарила меня. Ну вот, от фруктов избавились, теперь нужно выкинуть его самого из головы. Самое интересное, как это сделать. Сердце как-будто на тысячу осколков разбили. А в душе такой хаос твориться, просто жуть. Как же так, я для него всё, а он оказывается, не любил вовсе. Я для него был удобным богатеньким лохом.

Платонов заявился с самого утра. Он смотрел, как я завтракаю сидя за столом в инвалидной коляске.

— Итак, я решил твою судьбу, дорогой пасынок. Ты уедешь из города.

— Вы что, хотите меня в дом инвалидов сдать? — у меня чуть ложка из рук не выпала.

— Ещё чего? — скривился он, — Мне твоя мать никогда не простит. Я нашёл для тебя домик на берегу чёрного моря. Дом одноэтажный, всего четыре комнаты включая кухню, но тебе больше и не нужно. Зато газовое отопление и море в двух минутах ходьбы. Я даже готов выкупить твою долю в бизнесе. Скажем так за восемьдесят процентов от реальной стоимости. Деньги это большие, сам знаешь. Положишь в банк и будешь жить на проценты. Я посчитал, там одних процентов почти восемьсот тысяч в год будет набегать. Хватит на безбедную жизнь. К тому же пенсию будут платить. Только у меня условие. Матери скажешь, что сам так захотел. И уехать к морю сам захотел. А я тебе сиделку найму с проживанием. Чтобы готовила и в доме прибирала. Да и тебе нескучно будет, — поведал он о своём плане.

— А если я не соглашусь? — я уставился на него немигающим взглядом.

— Я найду способ упечь тебя в психушку. У меня связи кругом, ты же в курсе. Тебя признают недееспособным, а я буду рулить твоей долей. Со временем её ничего не стоит переписать на твою сестру, а ты остаток дней с психами доживать будешь. Даю тебе время до вечера. Я должен позвонить ровно в девятнадцать часов и, сказать риелтору, беру я дом или нет. Там ещё желающие есть. Он только ради твоего положения согласился подождать с ответом один день.

Отчим хлопнул по коленям ладонями, а потом встал. Ушёл не попрощавшись, гад. Конечно, будет он теперь со мной разговаривать нормально. Ни здрасьте тебе, ни до свидания. В его глазах я теперь хуже дерьма.

Мама долго рыдала, над якобы моим решением, но я упёрся. Да, действительно, лучше уехать, и от шума столицы, и от бывшего любовника. Здесь всё напоминает о нём. Даже эти больничные простыни. Больше никогда не буду спать, на белом постельном белье.

— Мам, захочешь, в любое время приедешь в гости. И потом, Валентин обещал сиделку и домработницу нанять, два в одном. Дом уже покупают на моё имя. Я Володе доверенность написал. Он там поживёт немного с женой и дочкой в пансионате неподалеку. Заодно за ремонтом приглядит. Нужно многое под меня переделать. Чтобы коляска везде без проблем проезжала. Опять же мебель купить нужно. Ну, не плачь, чего ты, всё хорошо, — погладил её по руке.

— Да чего уж хорошего, сынок. В двадцать пять лет стал инвалидом колясочником, ещё и уезжаешь отшельником жить, — смахнула она слёзы платком.

— Наговоришь тоже отшельником. Там же не пещера в горах. А то, что не хоромы, так мне одному большой дом ни к чему. Опять же сиделке лишняя морока с уборкой, — снова попытался её успокоить.

— Ладно, раз решил, не буду больше отговаривать. Ты мальчик большой, сам знаешь, что делать.

3

✨ Даниэль.

Выбрался за пределы палаты. Осточертело сидеть в четырёх стенах. Я тут уже месяц. Врач говорит, что меня можно смело выписывать, но отчим заплатил ещё денег за мою «ВИП камеру». Он банально не хочет забирать меня к себе в особняк, а моя собственная квартира на десятом этаже. Я знаю, что маме врут, будто бы мне необходимо ещё лечение. Какое лечение, укол обезболивающего иногда? Сейчас на дворе начало августа. Если быть точным, то третье число месяца. С удовольствием бы выехал на улицу, но мама сегодня не сможет прийти. Замечаю в коридоре, идущего быстрым шагом Платонова.

— Куда собрался? Может тебя на улицу вывезти? — осведомился он.

Надо же, не иначе завтра снег пойдёт. За прошедший месяц отчим пришёл только пару раз, и то по делу. Привозил, адвоката, для оформления сделки и других формальностей. Теперь же он решил, со мной прогуляться.

— Поехали, — безразлично пожал плечами.

Валентин вывез меня на лифте на первый этаж, а затем во двор больницы. Моя навороченная коляска ехала почти бесшумно.

— Как ты понимаешь, я снова приехал по делу, — он не останавливался, продолжая катить меня по асфальтированной дорожке, — Деньги на счёт пришли?

— Да, всё в порядке, ещё вчера утром получил.

— Вот и отлично. Я отправил багаж с твоими вещами. Даже мольберт и краски туда положил. Сегодня Володя получил всё и привёз к тебе. Разумеется, он не обязан всё распаковывать, и завтра возвращается домой. Твой дом готов, поэтому я подал объявление о найме сиделки, — раздражённо пробурчал отчим.

— Можно я сам выберу того, кто будет со мной жить? Мне же из собственного кармана зарплату платить, — гневно сверкнул глазами.

— Ещё чего, опять по своей тупости что-то не так сделаешь. Вот сбагрю тебя с рук на руки, и тогда успокоюсь. А-то мне твоя мама весь мозг выела. Ладно, хорошего помаленьку, некогда мне, поехали в палату.

Он снова завёз меня в ненавистные стены, а потом как обычно ретировался, не попрощавшись. Я подъехал к столу и, включив музыку на ноутбуке, стал рисовать. Мама по моей просьбе принесла листы и карандаш. Я успел нарисовать всех врачей и медсестёр нашего отделения. Пусть будет от меня подарок. Конфеты съедят и забудут, а это память.

Заметил, что из-под карандаша снова выходит его лицо. Нет, не лицо, рожа. Ненавистная смазливая рожа! Схватил листок и со злостью стал рвать на мелкие части.

— Тварь! Тварь! Тварь! — заорал в голос.

— Даниэль Викторович, вам плохо? — на голос прибежала медсестра.

— Нет. Простите, пожалуйста, — виновато сказал я.

Понимаю, что Лёша вовсе не обязан оставаться со мной, инвалидом. И я бы слова не сказал. Просто попросил бы, остаться друзьями и всё. Но он с таким брезгливым видом тогда со мной разговаривал. И начал с порога: «Прошла любовь, завяли помидоры». Он дал мне понять, что я всегда был для него удобным лохом. Ну, почему? Почему нельзя было расстаться по-человечески. Ещё этим Бали мне в рожу ткнул. Типа, смотри какой я крутой, меня на мировые курорты возят, а тебе было западло даже в Сочи меня скатать. Он, кстати, туда просился однажды, но мне было некогда отдыхать. Ирония судьбы, теперь я буду жить на берегу моря. Не в Сочи, конечно, но тоже неплохо.

✨ Александр.

Пришёл с работы, дома шум и гам. Сёстры спорят с мамой. Наконец-то она меня поддержала, и приказала им вести хозяйство в её отсутствие.

— Саше приходиться тяжело. Он работает, да ещё и за вами посуду мыть должен? Замуж выйдете, за вами никто ухаживать не будет. Марш на кухню! Чтобы всё выдраили! Плиту тоже помыть не забудьте! — сказала мама строго.

Она у меня хорошая, любит нас всех, но я всё равно не перестаю искать работу. Мечтаю о покое и тишине. А ещё о собственной пусть и съёмной комнате. Можно будет любовника иногда привести.

Поужинал, глядя, как сёстры с недовольным лицом моют кухню. Что ж, если повезёт, то я скоро помашу вам ручкой. У меня даже комната в общежитии на примете есть. Хоть бы сегодня повезло, и нашлась работа более денежная, чем моя.

Снова торчу на сайте. Ищу работу. Хочу съехать, подальше от собственного дома. Вдруг на глаза попадается ещё одно объявление. "Срочно требуется Золушка. Женщина, умеющая: готовить, стирать, убирать, гладить. Не брезгующая ухаживать за инвалидом. Работа с проживанием, в доме на берегу Чёрного моря. Оплата труда договорная. Наниматель находиться в Москве. Всем соискателям писать на почту". Хм, и как это объявление попало на сайт нашего города? Я же не в Москве живу и даже не близко к ней. Это — шанс, который бывает один на миллион. Я золушка, я! Ну, да, парень, к тому же не красавец, но у меня много других преимуществ. Я смогу ухаживать даже за старым, ворчливым, лежачим дедом. Открыл почту и написал письмо нанимателю. «Уважаемый наниматель. Я не женщина, а парень. К тому же живу не в Москве. Но у меня есть преимущество. Готов рассказать, если ухаживать нужно за мужчиной. Ответьте, пожалуйста. Мне очень нужна эта работа». В ответ пришло одно слово: «Позвони». Хотя нет, ещё адрес скайпа. Этого нанимателя вовсе не волнует, есть у меня возможность позвонить ему или нет. А может это вообще разводка какая-то? Глупая шутка про Золушку. В любом случае я не отступлю. Нужно всё выяснить. Только ноутбук в нашем доме один, да и не спрячешься тут от любопытных глаз. Пришлось идти к другу, и просить позвонить от него. Хорошо хоть он в соседнем подъезде живёт.

На звонок ответили быстро, я увидел на экране седовласого мужчину со строгим взглядом. Похоже, он сидел в каком-то кабинете.

— Здравствуйте, меня зовут Александр. Я по поводу работы.

— Здравствуй. Я Валентин Игоревич. Мой пасынок разбился на мотоцикле. Он не лежачий, но ходить не может. Врачи рекомендуют тёплый климат, поэтому я купил ему домик у моря. У меня уже есть несколько кандидатур на выбор. Порядочные дамы среднего возраста. Ты больно молод для такой работы, — с металлом в голосе заявил он.

— Понятно, вы наняли для него врача или медсестру, — с грустью ответил я.

— Никого я ещё не нанял. И вообще, нужен будет врач, вызовет на дом, или в клинику съездит. А пару капельниц, если что, медсестра за деньги поставит. Сейчас он в больнице лежит, и врачи говорят, он почти здоров. Там больше уборщица и компаньонка нужна. Не понимаю вообще, чего я перед тобой распинаюсь. Пока.

— Стойте, пожалуйста, выслушайте. Я же ещё о преимуществах не рассказал, — затараторил я.

— Пф, ну и наглость. Ладно, слушаю.

— Женщина тут не подойдёт. Если бы нужно было за женщиной ухаживать, тогда да. Я сильный. Если ваш родственник случайно упадёт, смогу его поднять. Опять же помыться помогу, меня же можно не стесняться. К тому же я в больнице медбратом работаю. Вот, диплом есть, — развернул перед камерой корочки. Зачем нанимать медсестру, я всё сделаю сам. А ещё у меня курсы массажа. Готовить я тоже умею.

— Хах, ну прямо добрая фея какая-то. Слушай, парень, ты случайно не пидор? — захохотал он.

— Не подхожу, так и скажите. Зачем меня оскорблять. Я, между прочим, недавно с девушкой расстался, — обиделся я.

Ну, да соврал, а что было нужно, признаться? Московские богатеи совсем озверели. Вижу, как мужик задумался, теребя рукой густую шевелюру. Тут вдруг на экране показалась миловидная женщина.

— Зачем ты мальчика оскорбил. Он прав, с квалификацией медбрата он более чем подходит. А-то звонят такие, которые шприц в руках не держали. Я мама Даниэля. Наталья Владимировна. Сколько вам лет юноша?

— Двадцать, — тут врать не стал.

— Видишь, дорогой. Он всего на пять лет моложе нашего мальчика. Будет о чём поговорить, — женщина уговаривала мужа.

— А у меня ещё и права имеются, правда, машины своей нет, — робко добавил я.

— Машину Даниэля пригнали в его новый дом. Он напишет тебе доверенность. Собирай вещи, Александр. Тридцать тысяч тебя устроят? Питание за счёт работодателя плюс временная прописка, — скребя зубами, процедил мужчина.

— Конечно, устроит, — ещё бы, я о таком и мечтать не мог.

— Тогда записывай мой личный номер. Срочно увольняйся и бери билет до Москвы. Позвонишь, я тебя встречу. Напиши смс как уволишься. До встречи, Золушка.

Абонент отключился, а я буквально выпал в прострацию. Я буду жить на берегу моря. Да, работать, но всё же это удача.

— Ты что поедешь? Не думаешь, что это какая-то подстава? И вообще, нанимать сиделку по скайпу это как-то странно, — сказал, до это сидевший тихо Валера.

— Дружище, как мы с ним встретимся? Между нами сотни километров. Вот приеду в Москву и ещё раз поговорим. И вообще, что с меня взять. Выкупа не дадут. Для борделя я слишком страшный, — взмахнул беспечно рукой.

— Ну, скажешь тоже, страшный. Да, не супер модель, но не всем же такими быть. У тебя другое преимущество, ты уколы не больно делаешь, — парировал друг.

— Завтра начну уговаривать, чтобы без отработки отпустили. Блин, я же в процедурном кабинете работаю. Надеюсь, отпустят, там ещё две медсестры кроме меня. Только как матери с отцом о новой работе рассказать?

Поблагодарил друга и пошёл домой. Предстоит нелёгкий разговор. А что я хотел? С моей семьёй никогда просто не бывает.

4

✨ Даниэль.

Позвонил отчим и сказал, что нашёл для меня сиделку. Скоро меня заберут из больницы прямо в аэропорт. Всё, больше ни слова, и короткие гудки в телефоне. Я помрачнел. Даже не привёл её сюда знакомиться. А я знаю почему. В отместку мне, нанял какую-то пожилую мадам с козьей мордой. Хотя мне всё равно, красивая она или нет. Пусть готовит еду и меньше показывается на глаза. Думаете, я такой бесхребетный, что вот так просто на всё согласился? Вовсе нет. Был бы я при ногах, а так шансов тягаться с ним, нет. Буду выпендриваться, и он точно меня в психушку засунет. Маме не составит труда лапшу на уши навешать. Она привыкла безоговорочно доверять Платонову. Сейчас она уехала с сестрой куда-то к подруге за город, а по телефону я её расспрашивать не стал. Может, она ещё и не видела эту сиделку. С отчима станется, всё решить без неё. Он же мне как лучше хочет. От нечего делать стал просматривать файлы на почте. Володя прислал фотографии дома. Уютное местечко. Небольшой сад, кирпичный домик с просторной верандой. Самое главное забор добротный, а не обычный штакетник. В доме всё тоже сделано на пять с плюсом. Кровать с поручнями, невысокой комод. Мебели вообще самый минимум. А самое главное, низкая сидячая ванна с поручнями. Глядя на эту идиллию, разозлился, и чуть не разбил к чёрту ноутбук. Так, вдох-выдох. Успокойся, вещи тут не причём. То, что ты разбился вообще чистая случайность. Нужно как-то жить дальше. Живут же такие как я, вон даже в олимпиаде учувствуют. Мне, конечно, до этих героев далеко, но раскисать тоже не стоит. Как себя не уговаривал, но всё равно с каждым днём становлюсь всё мрачнее. Я никому больше не нужен, иногда даже самому себе, как бы глупо это ни звучало.

✨ Александр.

Батя орал, как будто его расчленяют живьём. Я такой-сякой не думаю о них. И вообще, на кого я их бросаю.

— Да не бросаю я вас. С чего ты взял? Буду денег высылать, — нервно выдавил я.

Да, я сегодня уволился. Вчера после разговора с Москвой ничего не сказал. Решил поставить родителей перед фактом. В поликлинику меня взяли по блату. Там заведующая мамина одноклассница. Я её долго уговаривал отпустить одним днём. Говорил, что мама очень просила.

— Викуся, ну позвони ты этой своей Закладкиной, пусть не отпускает парня без отработки. А там глядишь всё, и проясниться, — буркнул отец.

— Поздно. Я соврал, что ты, мама, просила за меня. А ещё, я получил трудовую и расчётные. Сейчас они мне на дорогу нужны, но я буду помогать вам, правда, — опустил голову на грудь.

Табуретка под отцом жалобно скрипнула, а сам он чуть не до потолка подскочил.

— Ты совсем что ли?! Ещё одно слово в таком духе и впервые в жизни получишь от меня оплеуху. Думаешь, я тебя не отпускаю, потому что за твою скудную зарплату держусь? Да наплевать мне на деньги, сын. Я думаю, как бы с тобой ничего не случилось. Нанимать сиделку вот так по интернету, не поговорив в живую, это более чем странно. Они тебе даже с этим якобы больным не дали поговорить. Может, его и нет, этого самого инвалида. Или в ловушку какую-то заманивают, — на повышенных тонах выдал отец.

— Отец прав. Мы за тебя волнуемся, сынок, — поддержала его мама.

— Мам, пап, ну посмотрите вы на меня. Такая серая мышь даже в борделе без надобности, — я встал со своей табуретки, а потом добавил виновато, — Я уже билет до Москвы купил и, написал, когда встречать.

— Решил всё без нас, оболтус, — папа подошёл и обнял.

Следом нас обоих обняла мама.

— Чувствую, ты не отступишься. Тогда удачи тебе, Саша. Я помогу вещи собрать.

Мы постояли ещё какое-то время на кухне, обнявшись. А потом я пошёл собираться. Поезд рано утром, а в Москве буду через сутки.

Собрался я за полчаса. Скромные пожитки уместились в одну спортивную сумку. Я решил взять только летнюю одежду, свитер и ветровку. Если останусь работать, то постепенно куплю всё остальное. Всё равно зимние ботинки прохудились, а курточка вида не имеет. Мама согласилась с таким решением. Потом мы достали из холодильника купленный мною большой торт. Нужно было отметить мой отъезд. Почему-то чувствовал, что это не развод. Поэтому душа ликовала. Ура, новая жизнь! Больше не будет визга малышни и ругани сестёр на пустом месте. Хотя ещё неизвестно, что из себя представляет этот Даниэль. Имя какое-то не наше.

На вокзале меня встречал сам Валентин Игоревич. Он стоял прямо у вагона с двумя охранниками. Я удивился. Он действительно приехал встречать меня сам. Посмотрел на него. Красивый мужик, не смотря на возраст. Только глаза глядят недовольно.

— Доброе утро, Валентин Игоревич, — буркнул я, протягивая руку.

— Доброе утро, Александр. На экране ноутбука ты мне казался выше. Знакомься, Иван, Илья, — он представил мне охрану, пожимая мою руку.

Парни тоже протянули свои ладони. На первый взгляд всё вежливо и цивильно.

— Ну, что, Золушка. Пошли к машине. Моя жена хочет с тобой поближе познакомиться, — наниматель пошёл вперёд.

— Извините за вопрос. Почему вы меня Золушкой обзываете?

— Хм, так ты Золушка и есть. В машине объясню. Сейчас по пробкам нужно добраться до дома, а в пять вечера у вас самолёт. Пошли быстрее.

Хм, значит, Москву посмотреть не удастся, разве что из окна автомобиля. И почему он так спешит сплавить пасынка с глаз долой. Мы даже не знакомы с ним. Может, я ему ещё не понравлюсь, и он откажется от меня.

Сели в автомобиль. Оказалось, что один охранник является ещё и водителем. Второй охранник сел на переднее сидение. Я с опаской забрался в салон машины. Как бы я не храбрился, а поджилки всё равно тряслись.

— Теперь расскажу, почему Золушка, — весело сказал мужчина, когда мы тронулись в путь, — Тебе придётся делать всё, от чистки сортира, до уборки придомовой территории. Короче ты: дворник, уборщик, кухарка, прачка, нянька и водитель. Если потребуется массажист и медбрат. Моего пасынка зовут Лазарев Даниэль Викторович. Зарплату тебе будет платить он. Будешь находиться рядом с ним двадцать четыре часа в сутки, если потребуется. В дом никого не водишь, ни друзей, ни шалав. Даниэль инвалид колясочник и выходных как ты понимаешь, для тебя не предусмотрено. Только если он по делам на пару часов отпустит. Ну, что, Золушка, страшно стало? Или ты уже не Золушка?

— Золушка, — буркнул я.

Чувствовал, что этот гад надо мной издевается, но решил не нарываться. Кто знает, что у столичного богатея на уме. У них же денег куры не клюют, и им всегда всё можно.

Пока ехали, я ещё уточнил для себя важные моменты. Оказалось, что отчим сплавляет Даниэля в мои заботливые руки. В дальнейшую жизнь пасынка, он вмешиваться не собирается. Типа, пусть живет, как хочет. Единственное, его мама может пару раз в году в гости приехать, а так сами с усами. Не знаю, почему он так окрысился на парня. Сказал, что авария была не под алкоголем или наркотиками. Тогда что? Даниэль мало пьёт спиртного и вынужденно бросил курить. Был в коме месяц вот и отвык. Истинную причину ссоры я так и не узнал, а расспрашивать дальше об этом побоялся. В конце концов, не моё это дело. Пусть сами разбираются. Сейчас главное, чтобы я этому Даниэлю понравился, а-то придётся уезжать домой, поджав хвост.

Наконец приехали в особняк господина Платонова. В таких шикарных домах я не бывал ни разу. Огромный трёхэтажный домина. Придомовая территория тоже большая. Аккуратный газончик, клумбы, даже бассейн имеется. К нам выбежала та самая красивая женщина, что разговаривала со мной по скайпу. Тепло поздоровавшись, она повела нас в дом. Экскурсию по дому мне, к сожалению никто не организовал. Служанка в белоснежном фартуке проводила до уборной, а потом в столовую. Там был накрыт шикарный завтрак. Я замялся, не зная, что делать дальше.

— Садитесь, Александр, не стесняйтесь. Сейчас позавтракаем и поедем выбирать одежду. Сын раньше предпочитал джинсы и узкие брюки, теперь это ему не подходит. Он попросил купить несколько светлых костюмов изо льна и хлопка. Там климат более жаркий, сами понимаете. Потом в больницу и в аэропорт. Я не понимаю, почему Валентин так торопиться с отъездом, но ничего поделать уже не могу. Билеты на вас забронированы. Потом Наталья расспрашивала обо мне, смотрела мой паспорт и корочки. Даже данные с паспорта переписала. Вот мама молодец, похоже, она волнуется за сына. А отчиму наплевать, кто будет рядом с Даниэлем. Неужели он так его не любит?

— Ладно, хватит болтать, Наташа. Мне ещё молодому человеку нужно важное объяснить, — мужчина, морщась, повертел шеей.

— Спасибо за завтрак. Хотите, я вам массаж сделаю, а вы пока рассказывайте.

От массажа мужчина не отказался. Он расстегнул и приспустил рубашку.

— Жена, ходит в салон массаж делать, а мне некогда. Ой, больно. Ты меня что, слоном толстокожим представил?

Дальше пошла инструкция, что в аэропорту нужно нанять такси. До городка, где мы будем жить, два часа езды. Он вынул из кармана записку с адресом нашего дома и ключи. Я снова подивился. Ключи не ему отдал, а мне. Потом заметил, что связки две.

— Ключи от машины оставили тоже у меня. Моя охрана тачку перегоняла. С пропиской и доверенностью сами решите. Паспорт у Даниэля. Здесь мы его выписали. Вот остальные его документы, — он пододвинул с края стола барсетку.

— Понял, — я снова сел на стул.

— Мужчина покрутил головой. Фух, ожил. Спасибо. Шея действительно болела. Ладно, не рассиживайтесь, поезжайте. В Москве без пробок не бывает. Поеду на работу. Прости, Наташа, дела.

Валентин Игоревич чмокнул жену в щёку и быстрым шагом ушёл.

Мы сели с Натальей в машину. Я осмелился сказать, когда отъехали.

— Наталья Владимировна? Какие медикаменты есть в доме? Вы понимаете, я, скорее медбрат, а не посудомойщик.

— Как-то не знаю даже. Наверное, ничего нет. Спасибо, что сказали, — смутилась она.

— Ничего страшного. Вы с мужем думали, что в каждом городе полно аптек. Но средства первой помощи должны быть всегда. Если ему в самолёте плохо станет, я должен у проводниц обезболивающее просить? Ещё справка нужна, что он может летать. Без неё могут не пустить в самолёт.

— Сашенька, вас нам сама судьба послала, она пожала мне руку, — Иван, будьте добры, по дороге ещё в аптеку нас завезите. Саша, полагаюсь на вас. Выбирайте всё, что нужно. С запасом, чтобы и дома всё было.

Да, мама у него мировая не то, что этот отчим. Отправлять больного в такую дорогу и о лекарствах не позаботиться.

5

✨ Даниэль.

Утром позвонил отчим, с приказом готовиться. В семнадцать ноль-ноль у меня самолёт. За мной заедет мама. Что ж, как и ожидалось, он меня не проводит. Не больно то и хотелось. Зато зашёл попрощаться Вовка. Он помог собрать вещи, и упорхнул на работу. Я раздавал всем свои рисунки, когда увидел маму.

— Привет. У меня дела с врачом, сынок. Нужно справку для самолёта взять. Иди в палату, я сейчас.

При слове «иди» я сморщился, но ничего не сказал. Поздоровался с мамой и покатил в палату, отдав медсестре другие портреты.

В палате я обнаружил молодого парня. Он сидел на стуле у стола.

— Вы кто, новый больной? Простите, я сейчас уеду и эта чудесная комната в вашем распоряжении, — буркнул я.

Что-то не похож он на того, кто может за такой больничный номер заплатить.

— Здравствуйте, Даниэль Викторович. Я не ошибся? — улыбнулся он.

— Чёрт, ты кто?! — разозлился я.

— Меня зовут Александр, я ваша сиделка, — он слегка побледнел.

— Чего?! Он нанял мне парня?! Да он издевается, сука! Издевается! — я замолотил кулаком по подлокотнику коляски.

Он же знает, что я гей, и нанял парня. Чтобы он был всегда рядом и напоминал мне, что я теперь ничего не могу. Даже трахнуть такого, как этот чмошник не в состоянии. Парень не урод, конечно, но всё же. Неказистый, бледный, тощий, одетый кое-как. Ну, Платонов, я тебе это по гроб жизни помнить буду.

— Ты хоть школу окончил? — спросил я.

— Да. И курсы. Я медбрат, — пискнул он.

— Замечательно, значит, клизму ставить умеешь, — буркнул я.

— Послушайте, я не давал вам повода себя оскорблять. Не подхожу, так и скажите. Сначала ваш отчим меня Золушкой обозвал, теперь вы оскорбляете. Вы тут в Москве совсем зажрались? — обиделся он.

— А, так ты ещё и не местный? Короче ты мне…

Хотел сказать, не подходишь, но тут вошла мама.

— Мальчики, вы познакомились? Вот и хорошо. Знаешь, сынок, Саша нам самой судьбой послан.

Дальше мама начала расписывать достоинства парня. Я бы сказал, кем послан мне этот Саша. Придурок отчим решил меня напоследок в дерьмо макнуть.

— Ладно, мальчики, пора выезжать. Саша, будьте любезны, возьмите сумку, а я его повезу.

Да, похоже, отвязаться от посланного «судьбой» Сашеньки не удалось. Ладно, где наша не пропадала, придётся его терпеть.

✨ Александр.

Даниэля в палате не оказалось. Мы опаздывали, попав в пробку, поэтому пришлось остаться ждать больного в палате. Мама же побежала к врачу за справкой. Я сидел на стуле, задумчиво глядя на кровать и, тут въехал он. У меня просто дыхание перехватило от его вида. Высокий, стройный, красивый. Густые каштановые волосы, зеленые глаза, тонкий нос, губы бантиком. Это же просто мечта гея. Нет, я не влюбился в него с первого взгляда, просто залюбовался красотой. А ещё я понял, что такому как я, никогда не светит, несмотря на то, что он инвалид. Наверное, у него были девушки модели, при его внешности и деньгах. Эх, мечты. Дальше началось невообразимое. Сначала он извинился, подумав, что я новый жилец этой палаты. А когда узнал кто я, наоборот, рассвирепел. Он как умалишённый кричал, что над ним издеваются. Почему? Что я ему сделал? Потом он начал меня оскорблять и подозреваю, хотел выгнать, но тут вмешалась его мама, поторапливая нас.

Я шёл рядом и видел, как он сжимает кулаки до побелевших пальцев. Глаза метали молнии гнева.

— Сынок, тебе плохо? — спросила Наталья, когда его сажали в машину.

— Мне хорошо, мама. Я просто счастлив. В конечном итоге Саша не девушка. Будет мне без стеснения попку подмывать, — улыбнулся он.

— Даниэль! — строго одернула его мать.

— Прости, мама. Ты права. Мы обсудим дома, как он будет это делать голыми руками или в перчатках. А может ты брезгливый, а Золушка, и противогаз в вещичках припрятал. Я не самый лучший спутник сейчас. Доктор сказал, перед посадкой памперс надеть.

Вот же гад, пытается меня достать. Ну, ничего, я тоже могу ответить.

— Я подумал об этом, Даниэль Викторович. Нам ещё потом два часа на такси добираться до дома. Я купил пачку памперсов. Надеюсь, с размером не ошибся, — выдавил из себя приторную улыбку, присаживаясь рядом.

— Мальчики не ссорьтесь, — Наталья села впереди и мы поехали.

Как только подошли к кассам и предъявили паспорта, к нам тут же подошёл сопровождающий. Взяв пакет, я попросил проводить нас в туалет. Наталью оставили оформлять билеты.

Туалет для инвалидов оказался вполне комфортный. Без особых усилий помог подопечному сделать свои дела, а потом достал памперс.

— Ты серьезно?! — Взвился он, выпучив глаза, — Я думал, ты пошутил?!

— Вы же не рассчитывали, что я буду надрывать спину, тягая вас в узком туалете лайнера. Да, там есть бортовая коляска. Но вдруг вам станет совсем плохо, и вас нельзя будет передвигать. Насколько я знаю, вы недавно пережили кому. Позвольте на вас это надеть, — строго сказал я.

Он скрипнул зубами и выдавил злобно.

— Я тебе ещё это припомню, Золушка.

— Не думал, что Москвичи такие капризные и нежные, — парировал я с ехидной ухмылкой.

✨ Даниэль.

Что?! Он меня неженкой обозвал? Да я этого медбрата на куски порву, когда домой приедем. Он у меня действительно Золушкой станет. Я снова разозлился. И почему этот черноволосый парень так меня бесит? Навязался на мою голову. Что я сам бы не сготовил что ли. А раз в неделю вызвал бы клиринговую фирму для уборки. Говорил маме, не надо никого. Она настояла, мол, так ей спокойнее будет. Отчим тоже гнул свою линию. Да, я не могу ходить, но руки-то у меня хорошо работают.

Контроль прошли быстро. Нам необходимо было первыми пройти в самолёт, поэтому нас поторапливали. У специального рукава сопровождающий помог пересадить в бортовую каталку. Затем меня усадили у окна в салоне бизнес класса. Тут были удобные сидения, и на каждом лежал плед и подушечка. Сопровождающий поднял кресло снизу, приподнимая ноги в удобное положение. Потом показал, как откидывается спинка. Саша поблагодарив, сел рядом, благо кресел с обеих сторон только по два. Он нервно озирался вокруг и я без тени ехидства спросил.

— В первый раз летаешь?

— Да, — заикнулся он.

— Не волнуйся, всё будет хорошо. Смотри, напротив, на спинке сиденья экран. Можно выбрать фильм или музыку. Одеваешь беспроводные наушники и расслабляешься.

— А с чего ты вдруг такой добренький стал, — он побледнел.

— Не привык издеваться над страхами людей. Я тоже первый раз боялся летать, потом привык. Успокойся, всё хорошо, — взял его ладонь в свои руки и погладил.

Какие у него пальчики нежные, сразу видно, что не у станка работал. Нежные пальчики?! О чём это я блин?! Прошёл месяц после комы, а ко мне не вернулся утренний стояк. Смешно, но мне даже эротические сны перестали сниться. Неужели ничего не восстановится, как обещал доктор. Хотя с кем мне спать, не с этим же, смешно. Мне всегда нравились смазливые мордашки, мальчики модельной внешности, а этот Саша серая невзрачная крыска. От размышлений отвлек его тихий смущённый голос.

— Даниэль Викторович, не могли бы вы отпустить мою руку.

Боже, он покраснел как девственник. А я даже и не заметил, что продолжаю гладить его пальцы.

— Прости, я тоже нервничаю и пытаюсь успокоиться. Не каждый день приходиться летать в памперсах, — улыбнулся я, отпуская его руку.

Когда взлетали, заложило уши и прострелило позвоночник. Я скривился от боли. Чёрт, только не это! Мне давно не было так больно.

— Что плохо? Сильно болит, Даниэль Викторович? — участливо спросил он.

— Болит, — прохрипел я.

К моему удивлению, он достал из ручной клади белую пластиковую коробочку. Быстро набрал шприц и воткнул мне укол в плечо. Было совсем не больно, как будто комар укусил.

— Потерпите, Даниэль Викторович, сейчас станет легче.

Через несколько минут действительно полегчало. А парень знает своё дело. Не зря мама его расхваливала.

— Спасибо. Знаешь, давай без отчества. Я в следующий раз сдохну, пока ты его выговоришь, — сказал я.

— Ка вам будет угодно, — дежурно ответил он.

Следующие полчаса мы развлекали себя тем, что спрашивали друг о друге. Нам же жить вместе какое-то время. Я узнал, что парень из многодетной семьи. Он же живёт не в том городе, куда мы едем. Он с севера. Вот почему у него кожа бледная. А ещё, он планирует работать у меня как минимум год, а там по обстоятельствам. Ну, что же, год тоже не маленький срок.

6

✨ Александр

Через два часа были уже в Сочи. По трапу к нам поднялся сопровождающий и помог мне с подопечным. Пройдя по специальному рукаву, мы увидели нашу каталку. Затем я попросил проводить нас в туалет для инвалидов. Я сначала думал, что Даниэль капризный и избалованный мажор, но это оказалось не так. Он дал себя переодеть в сухое, а потом спросил.

— И хочется тебе с калекой возиться?

— Вы не калека, просто так обстоятельства сложились, — вежливо заметил я, — На самом деле вы такой…

— Какой? — неожиданно улыбнулся он.

— Красивый, — буркнул я краснея.

— Толку теперь от этого, — взмахнув рукой, скривился он.

— Послушайте, а ваша девушка, она….

— Моя девушка меня бросила, как только узнала, что я стал инвалидом. Поехали уже, — процедил он злобно сквозь зубы.

— Простите, я не должен вмешиваться в вашу личную жизнь, — буркнул снова краснея.

Ну вот, у него оказывается, девушка была. А я тупорылый дебил. Ну, понравился он мне, что дальше? Я всё равно не могу признаться, что я гей. Вдруг он гомофоб и купит мне билет до дома, как только узнает об этом.

Мы получили наш багаж, и вышли к стоянке такси. Вдруг он спросил меня о моей девушке, намекая, что за его откровение я должен ответить тем же.

— У меня ещё не было девушки. У меня маленькая квартира и большая семья, — я обрадовался, что он не видит мои щёки помидорного цвета.

Как по мне, таксист запросил немалую сумму за поездку. Но Даниэлю было всё равно. Он вынул из сумочки, висевшей через плечо, пять тысяч, а затем отдал водителю. Это был высокий мужчина горячих кавказских кровей. Он без просьбы помог мне посадить Даниэля в машину, а потом сам сложил коляску и сумки в багажник.

— Остановите потом у супермаркета. Я забегу на пятнадцать минут купить продукты.

Он кивнул садясь за руль. Я тоже умостился рядом с подопечным и стал расспрашивать его о еде.

— Аллергии на продукты нет. Ем всё. Отвяжись от меня, Золушка, — буркнул он, уставившись в окно.

— Может у вас снова боли? — забеспокоился я, как-то быстро сменилось его настроение.

— Я сказал, отвяжись. Что не понятно? Не болит ничего, — прошипел он.

Таким образом, мы всю дорогу не проронили ни слова, слушая Ретро ФМ по радио. Таксист видимо тоже был не словоохотлив.

Нам повезло. Буквально через пять домов от нашего, был маленький двухэтажный торговый центр. Я бегал по супермаркету как гончая, стараясь быстрее всего накупить. Холодильник в доме пустой, а кушать хотелось. Даниэль дал мне пять тысяч на расходы. Уже в след мне крикнул, чтобы я купил для него хороший кофе и питьевой йогурт. Сказано, сделано. И вот я вместе с водителем выгружаю пакеты и сумки прямо на газон, во дворе нашего дома. Красиво тут. Фруктовые деревья растут. Только на первый взгляд заметил ещё зелёные мандарины и лимоны. Услышал, как Даниэль прощается с водителем, а потом раздражённое в свой адрес.

— Шевелись, Золушка, сад потом исследуем. Я, между прочим, есть хочу. Уже девять часов, а тебе ещё коробки разбирать, которые в доме стоят. Я на веранде посижу, а ты работай.

— Как вам будет угодно.

Он углубился в какую-то книгу на своём телефоне, а я как ласточка летал с улицы домой и обратно, таская пакеты и сумки. Вот же гад, можно подумать я не устал с дороги. Заставляет коробки распаковывать. Вон их тут, сколько на кухне стоит. Это мне полночи возиться придётся. Хотя, он же обещал за памперсы отыграться. Кухня, кстати, оборудована по последнему слову техники. Даже посудомоечная и стиральная машина тут стоят. Красивый кухонный гарнитур, кофе машина, микроволновая печь, большой холодильник. Уложив продукты по местам, разогрел готовые блинчик, прямо в заводской упаковке и полил сметаной. Хорошо хоть на столе обнаружилось три кружки и чайные ложки. Налил по стакану йогурта и вынес всё это великолепие на веранду. На кухне из-за коробок коляске не проехать.

— Это что?! — округлив глаза, Даниэль ткнул в свой ужин пальцем, — Тарелки и вилки где?!

Опа, а я понадеялся, что он не капризный. Ошибся, значит.

— Я откуда знаю где?! Посуды в кухонных шкафах нет! Это на столе стояло, вот и принёс! Там коробки до потолка! Мне что бежать сейчас тарелки искать?! — повысил я голос, ибо нечего.

— Тебе не кажется, Золушка! Что старший здесь я! К тому же ты на меня работаешь! Только я имею право повышать в этом доме голос! — заорал он.

Почему-то стало вдруг обидно не только на него, но и на себя. Зачем я дурак ляпнул тогда про Золушку. Он теперь всё время будет меня так обзывать, несправедливо, между прочим. В глазах почему-то заискрились слезы.

— Если вы не прекратите меня обзывать, я уеду, — процедил сквозь зубы, сжимая кулаки.

— Ну, ты ещё заплачь принцесса. Садись, ешь, потом будешь мне попку подмывать, — ухмыльнулся он.

— Вот, обязательно говорить об этом за столом? — буркнул я, плюхаясь на пластиковый стул напротив него.

✨ Даниэль

Хах, поссорились в первый же вечер пребывания здесь. Я взвился из-за тарелок. Просто этот Саша почему-то меня бесит. Весь такой приторно-сладкий. Как вам будет угодно. Но характер в нём тоже есть, наорал на меня в ответ. Только я не привык, чтобы какой-то уборщик на меня голос повышал. После ссоры он ел, молча, сверля меня недовольным взглядом, а потом выдал.

— Позвольте, я уложу вас спать, и пойду разбирать коробки.

— Да пошутил я насчёт коробок. Завтра успеешь. Сейчас помоги мне в ванную забраться. Хочу вымыться с дороги. Потом спать.

Кажется, он облегчённо вздохнул. Допил свой йогурт и повез меня в дом. В сумке, которую я привёз из больницы, нашлась чистая пижама и полотенце. Саша завёз меня в ванную комнату и помог раздеться. Потом аккуратно посадил меня в ванную и взялся за мыло.

— Ты что меня и в правду купать собрался?! А ну, брысь отсюда, малявка! — рыкнул я, — На стене кнопка есть, я позвоню, когда будешь нужен.

Он вручил мне лейку душа в руки и мыло, а потом ушёл, что-то бурча себе под нос о вредных московских мажорах.

В ванне, спальне и на веранде, есть специальные кнопки. Нажимаешь, а по всему дому разносится трель. Хорошо придумали. Может мне его ночью погонять, просто так, для смеха. Хотя издеваться над человеком тоже нельзя, ещё сбежит. Сейчас почему-то не хотелось от него избавиться, не смотря на то, что он не перестал меня бесить. Я вспомнил, как ласково гладил его длинные пальцы, там, в самолёте, и чуть не озверел. А ещё мне понравилось, как он дрожащими пальцами раздевал меня, глядя восхищённым взглядом. Я же раньше в секции занимался. Пусть у меня не гора мышц, но они есть. Даже кубики пресса на теле, теперь перечёркнутые шрамом наискосок, поранился при падении. Интересно, а если с него снять мешковатое тряпьё, как он будет выглядеть? Тьфу ты, о чём думаешь, дурак? Неужели сердце остывает и начинает забывать о прежней любви. Предпочёл бы, чтобы оно окаменело, или превратилось в кусок железа, чтобы больше никто не смог его разбить.

7

✨Александр.

Даниэль стоял над душой, командуя мной. Нет, в его положении правильнее будет сказать, сидел над душой.

— А это, я бы поставил вон в тот шкафчик, — в очередной раз скомандовал он, а я сделал по-своему.

— Даниэль, сходите погулять. А может, вы поспать желаете, или душ принять. Нет, всё же лучше солнечные ванны. Нечего меня от работы отвлекать. Улица там, — не выдержал я, и указал рукой на открытое окно.

— Хах, ты хочешь, чтобы я как птица в окно выпорхнул? Ничего не выйдет. И потом, ты не имеешь права меня прогонять, дом-то мой, — усмехнулся он.

— А кухня моя. Я здесь буду готовить, поэтому посуда будет стоять так, как мне удобно. Вам всё равно до навесных шкафов не дотянуться. Идите гулять, Даниэль, прошу вас.

— У стены мольберт и коробка с надписью краски. Выноси это на улицу. Мольберт сделаешь ниже, а потом поставишь, куда скажу. Коробку водрузи на стул на веранде.

Я поспешил выполнить его просьбу. Пусть лучше малюет себе, но под ногами не мешается. Вчера, пока он мылся, застелил его кровать. Хорошо хоть на койках лежали: подушка и плед. В его больничных вещах нашлась цветная простыть. Постелил эту простынь ему, а самому пришлось спать на голом матрасе. Устал так, что даже мыться не пошёл, а завалился спать прямо в одежде. Уже утром принял душ и переоделся. Теперь необходимо, в этой куче коробок найти постельное бельё. Когда добрался до нужной коробки, то тяжело вздохнул. Всё было в упаковках с ценниками. Так же как и посуда. А-а-а, теперь ещё перестирывать всё это. Я медик и знаю всё, что куплено в магазине, не есть чистое, даже если новое. К обеду, наконец, управился. Только вот сам обед не приготовил.

Развешивая постельное бельё на уличной сушилке, услышал грозное.

— Золушка, ты меня кормить собираешься?!

— Пельмени будете, Даниэль, или баре такого не кушают? — с ехидцей спросил я.

Обернувшись, он уставился на меня, открыв рот. Он что, мужика без рубашки никогда не видел? Я её снял, потому что на улице и в доме настоящее пекло.

— А у тебя красивое тело, Саша. Я хочу тебя нарисовать. А пока, так и быть, пельмени. Накрой на веранде, пожалуйста, — нервно произнёс он.

Странно, чего это он? И вообще, не надо меня малевать. Я и без картин знаю, какой я.

Пообедали пельменями и чаем. А потом я позволил себе прогуляться по саду. Проходя мимо его мольберта, удивился. На листе ватмана был нарисован красками наш сад. Да это никакая не мазня. Это — настоящая картина.

— Красиво как, — искренне восхитился я, — Вы художник?

— Художник от слова «худо». Так считал мой отчим. Он не дал мне поступить на художника. Поэтому я так и остался любителем, — сказал подъехавший Даниэль, — Поехали, сад, что ли посмотрим.

Фруктовых деревьев было много, но все разные. Тут тебе и апельсины и груши. Я увидел даже лианы с киви и виноградом, а ещё кусты спелой ежевики. Гнилая черешня и вишня валялись на земле. Приехать бы чуть раньше, застали бы и её. Дальше мой работодатель захотел компот из разных фруктов и ягод. Я думал, опять придётся всё делать одному, но он помог мне собрать ежевику.

— Варенье варить умеешь? — спросил он, поедая ягоду прямо с куста.

— Нет. Но мама варит.

— Во-от, спросишь у мамы как варить. Завтра поедем доверенность делать на машину. Потом прописка. Затем супермаркет. Купим банки и сахар, — мечтательно улыбнулся он.

Его губы окрасились в бордовый цвет, и я залип на них как дурак. Хотелось подойти, встать на колени, а потом поцеловать эти ежевичные губы. Блин, ну почему он такой красивый. Несмотря на то, в каком он сейчас состоянии, Даниэль будоражит во мне что-то неизведанное. Я давно знал, ещё с шестнадцати лет, что меня интересуют только парни. Иногда кто-то нравился. Или даже влюблялся, давя в себе это чувство. Но это никогда не было так остро как сейчас. До помутнения в мозгу. Нет, до полного его отупения. Потому что хочется сорвать хоть один сладкий поцелуй. Потом пусть наорёт, даст пощёчину, обзовёт обидно, мне всё равно. Даниэль тоже смотрел на меня, не мигая, а потом вдруг прикоснулся кончиком языка к верхней губе. Как ни странно, но этот жест отрезвил меня.

✨ Даниэль.

Саша оказывается не такой уж и мышонок. На самом деле у него очень красивая фигура. Не проступают мышцы как у меня, это совсем другое, изящное тело. Я невольно залюбовался им и захотел нарисовать.

Предложил прогуляться по саду. Нужно же, наконец, узнать, что там растёт. Затем мы принялись собирать ягоды и фрукты на компот. Я параллельно поедал мою любимую ежевику. Подозреваю, что испачкал губы, потому что когда говорил, Саша не мигая, смотрел на них. В его глазах плескалось что-то непонятное, какая-то решимость что ли. Тогда я тронул кончиком языка верхнюю губу. Если он тоже гей, то поймёт этот жест. Но он ничего не понял. Александр встрепенулся, как будто на него ушат ледяной воды вылили. А ещё он смутился и покраснел. Он что когда говорил: "Уменя небыло девушки", — намекал, будто девственник. Оу, как забавно. И теперь я буду ломать голову, он не ответил мне, потому что не гей? Или гей, но не знает этого жеста?

— Я позвоню маме насчёт варенья, — услышал я как сквозь вату.

— Володя говорил, что перед самым отъездом интернет подключили. В доме роутер стоит. Ты попроси связаться с тобой по скайпу. Возьми для этого мой ноутбук. Судя по тому, как ты уезжал, они волнуются за тебя.

— Спасибо. Я написал им вчера смс, что хорошо добрался. Пойду компот варить.

— Сильно сладким не делай, — улыбнулся я.

Саша рассказал мне, каким образом его нанял отчим. По скайпу собеседование проводил. Да уж, похоже, ему совсем насрать, какой человек сейчас рядом со мной. С глаз долой из сердца вон. Так, кажется, говорят. Престиж семьи на первом месте, а остальное побоку. Рисовать больше не хотелось. Я уселся в тени деревьев и, достав телефон, стал читать книгу. Но мысли почему-то возвращались к тому, как Саша смотрел на меня. Если бы я точно знал, что он гей, то подумал бы, что он хотел меня поцеловать. Может спросить его об этом? Ага, он развернётся и пойдёт собирать вещи. Перед уходом ещё озвучит что-то обидное, как мой отчим тогда в больнице. Нет, не хочу. Всё равно ниже пояса всё атрофировалось, так какого я буду на неприятности нарываться.

Вечером я разблокировал ему свой ноутбук и подключился к интернету. Видимо договорившись заранее, он без труда дозвонился. Послышались радостные приветствия, а потом к экрану подъехал я.

— Здравствуйте. Извините, за вмешательство. Хочу представиться, я Даниэль. Саша ухаживает за мной. Я очень вам благодарен. Вы воспитали хорошего сына. Ну, не буду мешать.

Родители представились и поблагодарили меня, а потом я уехал на улицу. Я должен был показаться родителям. Пусть знают, что он действительно делает. Это ещё и элементарная вежливость. Если бы у меня были взрослые дети, я бы всё равно о них волновался. Но я решил ещё в двадцать лет, что детей у меня не будет, никогда. Я не сразу пришёл к выводу, что мне себя не переделать, ибо чистокровный гей. Я боролся с этими наклонностями. До двадцати лет спал только с женщинами. Терпел, переиначивал себя, но получалось плохо. Мозг заставлял работать член только тогда, когда я вместо девушки представлял парня. К двадцати годам я себя возненавидел настолько, что понял, такие как я плодиться не должны. У меня никогда не будет потомства. Потом я встретил Мишу. Мишутка был тридцатипятилетним геем со стажем. Он уложил меня в постель и популярно объяснил, что я себя не перекрою. Мы встречались год, а потом Миша уехал в другой город. Он не позвал меня с собой. А я знал, что между нами нет любви. Просто встретились два одиночества и классно провели время. К тому же я был в курсе, что у Миши таких одиночеств несколько, но мне было плевать на его шашни на стороне. После него были связи на две три ночи. Я порхал как бабочка, не забывая об осторожности. А влюбился впервые в двадцать четыре года. Лёша и всё что с ним было связано, простиралось далеко, на многие годы. Я мечтал быть с ним столько, сколько позволит судьба. Год. Я потратил на него год жизни, на этого лживого сучоныша. А с другой стороны я должен быть благодарен, мне дали понять какой он. Раскрыли его истинное лицо. Только вот платой за это открытие стали мои ноги.

8

✨ Даниэль.

Вечером поужинали макаронами по-флотски. Не скажу, что этот парень прямо кулинар, но нужно отдать должное, готовить он умеет. Ну, по крайней мере, макароны точно.

Убрав со стола, Саша пошёл снимать высохшее бельё и заправлять наши кровати. Я остался сидеть на веранде. Окно и дверь были открыты, а роутер в доме стоял мощный, так что интернет ловило даже здесь. Решил посмотреть свою страничку в контакте. Давно там не был. Ещё друзьям написать нужно, как устроился. Их у меня было не много, а после моей травмы почти все отсеялись. Остался Ромка, мой вечный соперник по гонкам, школьный друг Фёдор и парочка геев. Пятьсот виртуальных друзей я не считаю. Все они из разных городов, и добавились в друзья просто для количества, а на самом деле даже не пишут. Да, всем было интересно со мной общаться, когда я имел возможность водить в клубы и устраивать вечеринки. И хотя делал я это не часто, но за меня предпочитали держаться. Опять же связи, отчим влиятельный московский бизнесмен. Когда же поняли, что мне не до вечеринок, часть друзей сразу исчезла, как будто и не было их. Другие ещё пару раз в больнице навещали, а потом узнали, что я поссорился с отчимом по неизвестной причине, и приходить перестали. Самое интересное, что среди этих людей полно сыновей богатеньких отцов, которые ни в чём не нуждаются.

Зашёл в социальную сеть и сразу стал открывать письма.

«Дан, найду, прибью. Почему не написал, как доехал? Я волнуюсь — Не понял, что случилось? — побледнел он.

— Чего не понял?! Пошёл вон отсюда! Выпить мне принеси! — бросил гневно.

— Если вы про алкоголь, то у нас его нет, — промямлил он.

— Нет, так будет. Возьми в барсетке деньги и сгоняй в магазин. Виски мне купи.

✨ Александр.

Что такого могло случиться? До этого всё было хорошо, а сейчас он как будто озверел. Заметил на столе, горящий телефон. Кажется, он в контакте сидит, если я не ошибаюсь. Лучше разглядеть не успел, экран погас. Значит, он что-то там увидел, что привело его в бешенство. Может фото своей бывшей девушки с другим? Да уж, незадача. Ещё и за виски для барина бежать. Но я не гордый, я сбегаю. Только вот если он нажрётся, ему потом лекарства нельзя. А если у него боли начнутся?

За вискарём я всё же сбегал. Когда вернулся, он сидел на том же месте, мрачнее тучи и резко разговаривал по телефону.

— Найди мне хорошего хакера, Рома. Да, за работу я заплачу… Ром, не надо мордобоя… Мне не жалко, просто не надо и всё. Найдёшь подходящего хакера, пусть напишет мне на почту… Ок, давай, пока.

Он отклонил вызов и обернулся ко мне.

— А, спортсмен, явился, не запылился. Неси два бокала.

Я поставил пузатую бутылку на стол и пошёл за бокалами. Когда снова к нему подошёл, то он уже отхлебнул из горла.

— Ты издеваешься?! Где ты эту пакость отрыл?! — скривился он.

— А чего сразу издеваешься, что в магазине было, то и принёс. Я вообще-то не волшебник, — буркнул я обижено.

— Ах да, я и забыл, что ты у нас Золушка, а не фея крёстная, — криво улыбнулся он.

Я присел напротив него, наблюдая, как он разливает коричневую жидкость в бокалы. Потом один из них он подвинул по столу ко мне. Там было грамм пятьдесят не больше.

— Пей, — скомандовал ледяным тоном.

— Вообще-то я не пью. А ещё, я на работе. Забыли?

— Вот именно, что ты на работе! Я твой работодатель! Захочу, будешь голым вприсядку по саду скакать! Пей, пока по роже не настучал! — заорал он на весь двор.

Вот это да! Он что думает, что раз я из бедной семьи, то ему всё можно?! Я взял бокал и, подойдя к ограждению, вылил его содержимое на землю. Потом поставил его на стол и молча, пошёл в дом, гордо вскинув голову.

— Э, Золушка, ты, куда бля потрусил?! — удивился он.

— Придёте в себя, позовёте. У вас же тут волшебная кнопочка есть. Ах да, если не извинитесь, останетесь спать на веранде, — сказал я строго, даже не повернувшись.

Через полчаса раздалась птичья трель по всему дому. Я в это время валялся на кровати и смотрел фильм на телефоне. Поставил на паузу, а затем, лениво потягиваясь, встал. Подождёт, не переломиться. Ещё не хватало, чтобы меня какая-то московская саранча оскорбляла. Вышел на улицу и округлил глаза. Даниэль выжрал всю бутылку без закуски и был уже в шлангу.

— Вези меня спать, — буркнул он, посмотрев исподлобья.

— Волшебное слово забыли, Даниэль Викторович, — я демонстративно сложил руки на груди.

— Ой, ну, ладно. Прости меня, Золушка, я придурок. Зато у меня задница классная. Хочешь посмотреть, какая у меня там родинка есть? — он беспечно взмахнул рукой.

— По-моему вы накушамшись, барин. Давайте ка на горшочек и в люлю.

Я еле уложил его спать. Сидя на унитазе, он требовал ещё виски. Потом уже лежа в постели, орал, что если я не принесу спиртного, он меня придушит. Когда я не подчинился, начал скулить, что он бедный и несчастный, а я над ним издеваюсь. И в довершении Даниэль заплакал как маленький. Я лёг рядом. Потом обнял его и стал гладить по голове.

— Ч-ш-ш-ш. Всё хорошо, успокойтесь. Вам нужно поспать. Завтра станет легче. Спиртное никого ещё не спасло, только в болото утянуло. Там, на дне бутылки, пляшут черти и зовут в бездну. Но мы же, умные мальчики, правда? Мы покажем чертям фигу и больше пить не станем. Завтра я заварю вам вашего любимого кофе. А сейчас надо поспать.

Я говорил ласково, слегка растягивая слова. Когда закончил, Даниэль уже посапывал в моих объятиях. Если бы знал, что он пьяный такой неадекват, ни за что бы за бутылкой не побежал. Осторожно поднялся, чтобы не разбудить его и ушёл к себе.

9

✨ Даниэль

Утром проснулся от того что во рту пересохло и язык как будто распух. А ещё жутко болела голова. Надо же было вчера нажраться. Никогда ещё так не напивался. Обычно бутылку предпочитал делить на двоих, а-то и на троих человек. Но тут влил всё в одну, свою собственную, глотку. Да, фоточка Лёлика меня не на шутку зацепила. Было обидно до жути. Я для него делал всё, что мог. И те вещи, что он носил, были, не из секонд-хенда, и куплены исключительно на мои деньги. Да, это были не Валентино и Гуччи, но тоже не менее известные бренды. К тому же я не толстый пятидесятилетний папик, который, чтобы втащить свой вялый член в молодую попку, должен платить. Сам ещё в самом расцвете сил. Когда мы познакомились с Лёхой, мне было только двадцать четыре. Скажу без ложной скромности, за мной в то время бегали поклонники обоих полов. Многие готовы были сами заплатить, чтобы провести со мной хотя бы одну ночь. Я же противник коммерческих отношений в сексе. Да можно обеспечивать любимого, если он ещё учиться в институте и сам пока не зарабатывает. По сути, я это и делал. Одежда, еда, разные девайсы. У него был телефон за тридцать пять тысяч и ноутбук за семьдесят. К тому же, от меня в институт, кроме как на такси, он ни на чём не ездил. После того как он окончит последний курс, я хотел устроить его на работу. Тогда бы мы на равных вносили лепту в наш бюджет. Я же планировал жить вместе. Но Алексей, видимо, так не думал. Он рассчитывал тянуть с меня деньги столько, сколько получится. Стало невыносимо больно от человеческого предательства. Он же меня обосрал в своей группе как какого-то недалекого и жадного человека. Позвонил Ромке, тот даже захотел отмутузить этого козла. Нет, это будет просто. Он залечит синяки и снова будет в шоколаде. Я же думаю сделать ему больнее. Хакнуть его группу. Его детище, которое он создавал четыре года. Вместе с этим решением пришла какая-то нереальная апатия. Я больше ничего не хотел в жизни. Вдруг мечталось укрыться от всего мира, остаться в полном одиночестве и не видеть никого. Даже этого услужливого медбрата. Он же вчера даже выпить со мной побрезговал. Ухаживает за мной, а сам, поди, тихо ненавидит. Я знаю, что многие ненавидят богатых людей за их успешность. А если ты не сам заработал деньги, а просто сын богатого отца, тебя ненавидят вдвойне. Я прошёл эту школу жизни, когда учился. Тогда и понял, что мои одноклассники делятся на два лагеря. Кто лебезит и пресмыкается, надеясь на подачку, и кто ненавидит. Отчим же у нас умный, он решил, что мы должны быть ближе к народу. Поэтому я и Вовка в элитных школах не учились. Хотя я был не против. Мама с детства учила меня уважать всех.

Нажал на кнопку звонка. Саша появился через пару секунд.

— Пить хочу, — буркнул я.

Он тут же принёс холодную зеленоватую жидкость в стакане.

— Это что за хрень? — скривился я.

— Огуречный рассол. Помогает от похмелья.

Пришлось выпить. Потом я запихнул себя в одежду и поехал умываться. На завтрак подали овсяную кашу, таблетку обезболивающего и стакан минералки.

— А кофе?

— Кофе позже, сейчас нельзя. Вы готовы ехать по делам или нет? Я уже посмотрел адреса нужных контор.

— Бери паспорта и поехали. Быстрее сделаем, будет лучше, — нахмурив брови, сказал я.

На самом деле ехать никуда не хотелось. Какая-то тоска навалилась на плечи мёртвым грузом. Но прописаться нужно.

✨ Александр

Даниэль был какой-то странный. Он больше не кричал на меня, не командовал. Иногда, даже не говоря ни слова, выполнял все мои требования. Первым делом мы заехали к нотариусу и оформили доверенность на год. Потом отдали паспорта на прописку. У него она была постоянная. У меня временная регистрация, опять же на год. Договорились, что поскольку Даниэль на коляске, то готовые паспорта получу я.

Приехав домой, я стал вытаскивать пакеты с банками и сахаром. Даниэль мог мне помочь и возить их на коляске в дом, но не сделал этого. Он сразу уехал в сад и, развернувшись ко мне спиной, застыл в одной позе. От обеда отмахнулся, а поужинал без аппетита. Вечером, укладывая его спать, я решил сделать ему массаж. Хорошо помню, как говорил один из врачей, при параличе самое главное грамотный массаж. Поэтому я принёс в его спальню масло с расслабляющим эффектом. Помог ему раздеться и уложил на живот. Потом начал смазывать руки.

— Ты чего там задумал, Золушка? — дёрнулся он, а когда я прикоснулся к его голым плечам, заорал, — Руки от меня убрал! Я говорю, руки от меня убрал!

— Это просто массаж Даниэль. Вам нужно его каждый день делать, — спокойно ответил я.

— Пошёл в задницу со своим массажем. Убирайся из моей спальни.

Ну, насильно мил не будешь. Я прикрыл его пледом и удалился.

В следующие три дня Даниэль как будто впал в транс. Он просил вывезти его к морю и часами там сидел, пока я варил для него варенье. Время от времени я выходил проверять как он, но заставал его всё в той же задумчивой позе. В вечер третьего дня я подошёл к нему и встал впереди. Его взгляд был какой-то странный, не осмысленный. Он как будто смотрел сквозь меня. Тогда я понял, что мой пациент медленно вползает в состояние депрессии. Я сел перед ним на корточки и погладил красивое лицо кончиками пальцев. Трехдневная щетина кололась, а по его щеке вдруг побежала одинокая слеза.

— Зачем вы себя мучаете. Не нужно так. Если вас, что-то беспокоит, вы можете поделиться. Обещаю, дальше меня никуда не уйдёт, — ласково произнёс я.

— А? Ты что-то сказал? Пора ужинать? — спросил он безразличным тоном.

Честное слово, лучше бы наорал, чем так. Эти безжизненные голос и взгляд реально пугали. А я не знал что делать. Мне было не просто его жалко, я влюбился в него как дурачок. Даже не думал, что так будет, но это факт. Я готов был ради него на всё, а он смотрел сквозь меня. Я был для него даже не как предмет мебели. Он как будто меня не видел. Тогда я осмелился и, взяв его руку в свою, поцеловал ладонь с внутренний стороны.

— Нельзя так, Даниэль. Уход в себя это не выход, — ещё раз поцеловал его руку.

Он как будто встрепенулся, но сказал совсем неожиданное.

— Когда-то я умел хорошо плавать, а теперь могу утонуть даже в ложке супа. Если на ужин суп, я его есть, не буду.

— На ужин картофельное пюре и куриная печень. Пойдёмте ужинать Даниэль.

На следующий день я попытался его растормошить. Принёс на берег мольберт и краски.

— Нарисуйте для меня море, Даниэль.

— Хорошо, — тихо сказал он.

Когда я вернулся за ним, мольберт стоял в стороне с абсолютно белым листом. Даниэль же сидел и, смотрел в одну точку, не мигая. Присев перед ним на корточки, я стал целовать его руки. Зачем он так с собой? Почему? Было больно смотреть на него такого. Он сидел в этом кресле словно неживая статуя. Или красивая фигура из воска. Но потом вдруг схватил меня за волосы, запрокидывая голову. Наклонившись, он впился в мои губы. От неожиданности я не ответил на его поцелуй, но этого и не требовалось. Через пару секунд он оттолкнул меня и крикнул.

— Ненавижу! Шлюха продажная!

Упалв на песок, я смотрел округлившимися от шока глазами. Это он сейчас обо мне, или кого-то другого представил? Было обидно. Если обо мне, то я вовсе не такой. А если нет, то значит, он совсем перестал меня замечать. Ну, уж нет, так не пойдёт. Я поднялся и, подойдя, отвесил ему оплеуху.

— Ой, Золушка, ты чего это дерёшься! — неожиданно его взгляд стал осмысленным.

— А нечего меня толкать. Я вам не мальчик для битья. А-то захочу поцелую, захочу, отшвырну, — гневно выдал я.

— Эй, когда это я к тебе с поцелуями лез. Не придумывай лишнего. Вези меня домой, няня, — осклабился он.

Ну, вот не помнит ничего. Значит, точно на моём месте кого-то другого представил.

Перед сном, Даниэль дал себя уложить и даже согласился на массаж, но как-то так, как будто не о нём речь. Я смазал руки ароматным маслом для массажа, потом пару капель вылил на его тело. Начал массаж с шеи, продвигаясь дальше к ногам. Осторожно обошёл то место, где была операция. Постепенно понял, что чередую массажные движения с ласками. Я гладил его красивое мускулистое тело и восхищался им. Он такой красивый во всём. Такой недосягаемый. Сейчас я не думал о нём как об инвалиде. Я вообще так никогда не думал. Даже когда в первый раз его увидел. Просто передо мной тогда, в больнице, сидел восхитительный молодой мужчина, который забрался в эту чёртову коляску ради шутки.

Наконец я добрался до его ягодиц и ног. Обрисовал указательным пальцем, ту самую родинку, о которой он говорил. Она напоминала сердце. «Я люблю тебя», — прошептал одними губами, и принялся массировать его ноги. Когда разминал их, Даниэль уснул, поэтому я не стал его больше тревожить. Накрыл пледом и ушёл к себе. Нужно было что-то делать с собой. Член стоял колом и не хотел униматься. Зашибись! А если он при очередном массаже заметит мой стояк?! Да уж ситуация.

10

✨ Даниэль

Жизнь превратилась в какое-то беспросветное болото. То хотелось выть от тоски, то завернуться в кокон как гусенице, и никого не видеть. Где-то на заднем плане мелькал Саша. Я иногда даже слушал его и не понимал. Он сказал, что якобы я полез к нему целоваться. Но я совершенно этого не помню. К тому же не настолько я тупой, что бы лезть к человеку, не зная, гей он или нет. Никогда не питал страсть к соблазнению натуралов. Даже с бисексуалами редко сходился в постели. А теперь и вовсе ничего не нужно. Сейчас мне кажется, что я падаю в какой-то тёмный колодец, у которого нет дна. Меня спасает только шум моря. Поэтому уже пять дней я сижу на берегу и смотрю на него. Однажды Саша попросил нарисовать ему море, но мне не хотелось даже кисточку в руки брать. Чистый лис так и остался нетронутым. Ещё я позволил медбрату делать мне массаж. Если в первый раз мне не хотелось, чтобы к моему телу кто-то прикасался, то потом стало плевать. Хотя он действительно профи в этом деле. После его массажей не так затекала спина, после долгого сидения в коляске. Поэтому вечером я расслаблялся. Отдаваясь во власть его рук, практически всегда засыпал в процессе.

На завтрак Саша подал гречневую кашу с сарделькой. Я без аппетита ковырял ложкой в тарелке.

— Вам нужно кушать, Даниэль. За пять дней вы похудели, — наставительно произнёс он.

— Не хочу. Это вкусно, правда, но я не хочу, — ответил я.

— Может тогда чай с вареньем? Вашим любимым, ежевичным.

— Кофе, Саша. По утрам только кофе, — нахмурился я.

— Не только по утрам! Вы живете на одном кофе, Даниэль! Так нельзя! — взвился он.

— Не кричи, — сказал я тихо, — Сделай кофе и отвези меня к морю.

✨ Александр

Он всё больше впадал в депрессию. Жил практически на одном кофе и целыми днями сидел у моря. Сегодня я с трудом заставил его побриться. Вернее уговорил, сказав, что сделаю всё сам. Он нехотя позволил мне это, а потом сидел с таким видом, как будто его на каторгу сослали. И вот сейчас, съев пару ложек гречи и половину сардельки, затребовал свой кофе. Хозяин барин, только он так себе желудок испортит. Кофе ведь пьёт не растворимый, а из кофеварки, причём исключительно крепкий без сахара и сливок. Никогда не понимал, как можно пить такую горечь.

— Я просил тебя купить несколько пластиковых банок с закрутками. Свари варенья и пошли родным в посылке. Жалко, столько фруктов и ягод пропадает, — вдруг сказал он.

— Спасибо, обязательно пошлю, — улыбнулся я и пошёл готовить, этот чёртов кофе.

У нашей семьи никогда не было дачи. Мама всегда покупала дешёвые яблоки у бабушек на рынке. Из них варенье и варила. Зимой было в кайф достать такую баночку и вприкуску с чаем, ведь на конфеты не всегда были деньги. Когда я начал работать, стало легче содержать такую большую семью. Сам же я никогда о жене и детях не мечтал. Пределом моих мечтаний была хорошая работа и любимый человек рядом, но опять же, это не женщина. От родителей я скрывал свои мысли. Мама итак постоянно охала и причитала, что мне давно пора завести подругу, а тут и вовсе начался бы скандал. Родители бы долго ругались, обсуждая, кто виноват в воспитании, раз их ребёнок вырос геем.

После того как выпил свой кофе Даниель подъехал к калитке. Я снова вывез его на берег моря, а он как всегда попросил оставить его одного. Может он переживает, что никто ему не звонит? Его мама позвонила только в первый день. Узнала, как мы доехали. Больше я не слышал от неё звонков или это было не при мне. Неожиданно пискнула смс. Надо же сообщение от неё. Мы же обменялись номерами.

«Александр, здравствуйте. Хочу узнать как вы. Несколько раз звонила сыну, но он на все вопросы отвечает только одно: «У меня всё хорошо». Напишите, может что-то нужно?»

«Здравствуйте. Действительно всё нормально. Собираем ягоды и фрукты. Варю варенье на зиму. Мне нужен номер его лечащего врача. Я начал делать Даниэлю массаж, но нужна консультация».

«Спасибо, Саша, вы меня успокоили. *******473 Воронов Андрей Васильевич. Я сейчас его предупрежу о вашем звонке».

Значит хотя бы мать, но волнуется о нём. Посмотрел на закрытую калитку. Да, пока он не видит нужно позвонить. Ответили быстро.

— Воронов слушаю.

— Здравствуйте, Андрей Васильевич. Я вас не отвлекаю?

— Здравствуйте, можете говорить. Но быстрее у меня через полчаса операция.

— Вы, наверное, помните пациента Даниэля Лазарева. Меня зовут Александр. Я его сиделка, медбрат по образованию. К сожалению, мы живём сейчас в другом городе и зайти к вам, я не могу. Скажите его паралич ног это — безнадёжно?

— Мизерный шанс на восстановление есть. Но это требует длительной реабилитации. Специальный массаж обязательно, чтобы мышцы не атрофировались. А ещё ему не подходит обычная реабилитация. Нужен экзоскелет. С ним он сможет ходить, ну как бы сказать проще, на вроде робота что ли. Возможно, так он научится ходить заново. Но у пациентов с такой травмой уходят на это годы. Два или даже три. Проблема ещё в том, что он дорогой. Около трёх с половиной миллионов рублей. Я говорил об этом с его отчимом, но тот категорически не захотел тратить на Даниэля такие деньги. Сам Даниэль, как только узнал, что шанс ходить один процент из ста, даже слушать не стал о способах реабилитации. Это всё что я могу сказать. Итак, нарушил профессиональную этику, по просьбе его матери.

— Спасибо, я никому не скажу об этом.

Больше я доктора отвлекать не стал. Понятно, что шанс призрачный. Один процент, но ведь он есть! Нужно бороться. Только вот где взять такие деньжищи. Я же не знаю, может Даниэль теперь находится на иждивении у отчима, а тот отказался выкидывать такие деньги на мизерный один процент. В любом случае самым первым шагом будет обратиться в специальную клинику. Нужно уточнить, как правильно делать ему массаж.

Привёз Даниэля на обед и озвучил, что нам нужно съездить в клинику в Сочи.

— Почему в Сочи? Чем тебе здешняя больница не по нраву. Мне лично всё равно где лечиться. Да и не болен я, — раздражённо буркнул он.

— Там есть клиника по реабилитации после травм на позвоночник. Мне нужна консультация, правильно ли я вам массаж делаю. Вообще без консультации я и начинать не имел права, — парировал я.

— Тебе надо вот ты и поезжай, а меня будь добр, оставь в покое. Машина есть, за руль и вперёд, — он жестом указал на стоящий во дворе автомобиль.

— Это не только мне надо. Массаж, важнейший этап вашей реабилитации. Нужно ехать вместе, — сказал с нажимом в голосе.

— Вот привязался, прямо как муха Цеце, — он бросил ложку в тарелку супа и покатил прочь с веранды, — Спасибо. я наелся.

Вот это да, он что, решил себя голодом заморить?! Ну уж нет, не на того напал, милый!

— А ну стоять! Сейчас же доел суп! И второе тоже! Не съешь, я тебе это в рот силой запихаю! — рыкнул я на весь двор.

Он развернул коляску и посмотрел на меня удивленно.

— Вау, уже не на «вы»? Какой прогресс, Золушка. Ладно, я не против. Только отвяжись от меня. Оставь меня в покое. Доктор сказал один процент из ста. Что такое один процент? Это мизер, почти ноль! Так что пошёл в жопу, со своей реабилитацией, всё это бесполезная трата времени и нервов! А будешь меня доставать, уволю! — сказал он на повышенных тонах.

— Ах, пошёл в жопу?! А за оскорбления вы ещё получите.

Я подошёл и вылил тарелку супа прямо ему на голову. Он весь позеленел и заорал.

— Уволю, нахер! Уволю! Как ты смеешь, вша зелёная! Завтра собираешься, а потом отчаливаешь к маме!

Вот, давай, побольше эмоций. Вылезай из чертовой норы, в которую ты сам себя загнал.

— Уволите, конечно, уволите! Только сначала выполните своё обещание и нарисуйте мой портрет! Или мажорная московская саранча только языком молоть умеет! — так же крикнул я.

— Как ты меня обозвал?! Да я тебя сука урою! Вези меня мыться сейчас же!

Я, гордо вскинув голову, сложил руки на груди.

— Как бы ни так, Даниэль Викторович. Вы меня уволили, а поэтому мойтесь, как хотите. Да, ещё одежду не забудьте постирать и помыть пол и коляску. Адью, я пошёл вещи собирать.

Я развернулся и пошёл в дом. Даниэль поехал следом за мной.

— Золушка, ты это серьёзно? А как же я? — промямлил он.

— А что ты. Ты же от меня избавился, радуйся, — пробурчал я, не оборачиваясь.

— Эм, я погорячился, — он подъехал ко мне и неожиданно обнял ногу, — Ну погорячился я, прости меня. Ты мне нужен. Ну, хочешь, возьми мои снимки и выписки и сам завтра съезди в эту чёртову клинику.

— Нет, я увольняюсь. Хотя если вы поедете вместе со мной то…

— Хорошо, уговорил. Только вези меня мыться. От меня куриным бульоном воняет, — затараторил он перебивая.

Я помог ему раздеться и сесть в ванную. Заметил, что его взгляд заметно просветлел. Хах, мне удалось вытащить его из транса. Хорошо ещё суп был еле тёплый. Теперь нужно сдвигать дело с мёртвой точки. Завтра съездим в клинику, а там видно будет.

11

✨ Александр

Сразу после завтрака съездили в клинику. Приняли нас довольно быстро. Конечно, отвалишь денег, так они тебя чуть ли не в щёчки поцелуют. Доктор оказался пожилой седовласый профессор, с тонкими чертами лица. Он сразу озвучил, что нужно сделать экспресс анализы и контрольный снимок. На всё ушло каких-то полчаса. Потом Иван Юрьевич принял нас снова.

— Что ж, молодые люди. Анализы хорошие, на снимках изменений нет. Не вижу проблем, чтобы начать реабилитацию.

— Доктор, у меня диплом массажиста. Я делаю ему массаж, но очень лёгкий.

— Гипертонуса мышц у него нет, поэтому можно не щадить пациента. Я бы сказал, даже нужно. Делайте ему шведский массаж, а ещё зарядку. Принудительно сгибайте ноги в разных положениях, чтобы суставы работали. У нас есть несколько специальных тренажёров, но вам ездить далеко. Два часа сюда, два обратно. Это будет убивать весь эффект от лечения. И потом, в его положении можно и дома тренироваться….

— Саша, мне надоело слушать этот бред про зарядку. Открой дверь, я хочу домой, — перебил Даниэль, подъехав к дверям.

Я открыл ему двери и попросил подождать минуту.

— Простите его, доктор. В последнее время он впадает в уныние. Я разговаривал с врачом, который делал операцию. Он говорит, что помочь ему ходить, сможет только экзоскелет и то не факт. Шанс маленький, — быстро произнёс я.

— Вы правы, шанс маленький, но он есть. Если сможете купить экзоскелет, будет хорошо. Но он очень дорогой. Три с половиной миллиона. К тому же, легко нарваться на мошенников, которые подсунут подделку. Если решитесь на покупку, то мы заказываем для своих клиентов на фирме изготовителе, совершенно бесплатно. Вам нужно будет оплатить его рыночную стоимость и всё.

— Спасибо, Иван Юрьевич. Будут деньги, обратимся.

Я узнал то, что хотел. Действительно, нужен этот чёртов скелет. Вчера погуглив в интернете, я узнал и увидел, что это за штука. Но как стрясти с отчима деньги на него? Подозреваю, что он не даст. Вчера пытался связаться с ним, он только буркнул в ответ.

— Меня не интересуют подробности жизни Даниэля. Я его тебе сбагрил, вот и рули там сам, — дальше пошли короткие гудки.

Да уж, интересно, из-за чего они так круто поссорились. У меня создалось впечатление, что отчим ненавидит пасынка.

Вывез своего подопечного на улицу, а потом увидел небольшое кафе при клинике. Оттуда так вкусно пахло выпечкой.

— Может по пирожку. Что-то в животе заурчало, — сказал я.

— Согласен вообще тут пообедать, когда ещё домой приедем. К тому же хочу шезлонг с мягким матрасом, чтобы днём спать на улице. Мы же можем где-то купить? — сказал он почему-то шёпотом.

В итоге дома мы были только через четыре часа. Даниэлю ещё понадобились краски, холсты, и деревянные рамы. Пришлось заехать в большой специализированный магазин. А ещё дороги, временами убитые насмерть, растрясли его. Когда вернулись, Даниэль морщился от сильной боли. Я уложил его в кровать, а потом вернулся со шприцом.

— Вашу попку, барин, — ухмыльнулся я.

— Обойдешься, в руку коли, — выдавил он сквозь зубы.

✨ Даниэль

Я не верю в этот один процент. Что это такое, пшик, почти ноль. И когда мне говорят, что нужно не отчаиваться и бороться, впадаю в уныние. Вот и эта бесполезная поездка ничего не дала. Анализы хорошие. И без этого докторишки, я чувствую, что здоров. Саша меня только по ухабам растряс, а толку ноль. Ездить к ним на эти тренажёры, как сказал профессор, бесполезно. Вот же мой отчим гад, купил дом не в большом городе, а в какой-то глуши. С другой стороны, я сам виноват, не настоял на своём. Но в то же время мне было наплевать, где жить и, что делать. Лишь бы была эта крыша над головой, и имелись деньги на еду. Тогда, после предательства Лёхи, я завис в прострации. «Пофиг, что будет дальше», — думал я. Сейчас, по сути, также. Жизнь теплится только желанием мести, но нужный мне человек не написал. Неожиданно раздался писк телефона. Я дотянулся до него, а потом прочитал на экране, что пришло сообщение на почту. Открыл письмо и удивился. Писал незнакомый парень, что он и есть хакер. Наконец, я хотел уже снова Ромке с этим делом звонить.

Ответил на вопросы парня. Он тут же написал вновь.

«Как нужно убивать эту группу? Долго и мучительно, или быстро и безболезненно».

«Долго и со вкусом. Заменяй посты, начиная с раннего, весёлыми картинками и фразами, типа этой. «Сколько свинью в кафтан не ряди, она свиньёй и останется». Добавляй каждый час по картинке. Но сначала сделай копию всего, что там у него есть».

«Могу отзеркалить».

«Я в этом не разбираюсь. Делай, как знаешь. Сколько будет стоить?»

«Пятнадцать тысяч».

«Пиши номер карты, сейчас перешлю. Будет качественная работа, заплачу ещё десять. Начинай работу завтра».

Ну вот, дело сдвигается с мёртвой точки. Я даже засмеялся, перечисляя этому Игорю деньги на карту. Я не боялся, что деньги уйдут, а работы не будет. Всё же его нанял Ромка, а с ним шутки плохи.

✨ Александр

Остаток дня Даниэль провалялся в постели, читая в телефоне. Я решил его не беспокоить. Позвал только к ужину. Он нехотя оторвал взгляд от экрана и буркнул о надоедливых, как шило в заднице, медбратах. Хах, я бы мечтал побывать реальным шилом в его заднице. А вообще, даже не представляю, чтобы он сказал, если бы узнал, что я дрочу ночами на его светлый образ. Делать ему массаж становится всё труднее, потому что я неимоверным усилием воли сдерживаю себя, чтобы не начать откровенно ласкать его тело. Красивое, стройное, но такое нелогичное. Почему нелогичное? Просто его внешность никак не вязалась с образом жизни. Отчим сказал, что Даниэль разбился на байке. Где байк, и где он? Всегда думал, что байкеры этакие бруталы качки. Даниэль таким не был. У него было какое-то утончённое лицо. Аккуратный тонкий нос, чувственные губы, слегка выпирающие скулы. Но самым потрясающим в его внешности, были широко распахнутые зелёные глаза. Они были всегда грустные, казалось, что он вот-вот заплачет. Не как девочка с рыданиями и всхлипами, а молча, стараясь давить в себе слёзы. Его густая чёлка всегда развивалась на ветру и спутывалась, создавая образ небрежного человека. Он был похож на художника, который не заботиться о своей внешности, а думает только о творчестве. Но когда я раздевал его, то видел кубики пресса, и слегка выпирающие мышцы на руках. Было видно, что раньше он занимался каким-то спортом. Не тупо качался в качалке, а именно спорт. И теперь его спортивное телосложение не вязалось с внешностью художника. Но я любил его, такого странного. Обожал в нём каждую чёрточку. Часто любовался, как он кушает, словно аристократ в двадцатом, а-то и больше, поколении. Для меня он был недосягаемый, как луна или звёзды. Потому что он не замечал меня. Часто бросал взгляд мимо, или сквозь меня, как будто я не существую. А вспоминал обо мне лишь тогда, когда что-то было нужно.

— Золушка, ты прекратишь на меня пялиться когда-нибудь? — сказал он грубо.

— Прости, я не хотел, просто задумался, — потупился я краснея.

— Давай сегодня с твоим массажем пораньше. Что-то глаза слипаются. Посуду потом уберёшь, — он изящным жестом вытер губы полотенцем.

— Хорошо, — только и смог ответить я.

Уложил его на кровать и сначала сделал зарядку, как советовал доктор. Потом начал массировать спину, неспешно продвигаясь вниз. Когда дошёл до поясницы, Даниэль уже спал, подложив руки под голову. Я не выдержал, провел рукой по его лопаткам и позвоночнику. Совсем невесомо, так, чтобы он не проснулся. Член тут же отозвался болезненной пульсацией. Наклонился и поцеловал шрам на его позвоночнике. Чувствую себя маньяком каким-то, но так хочется, чтобы он был моим. Ещё раз поцеловал его в районе копчика.

— Лёша-а, — вдруг простонал он, не просыпаясь.

Блин, какой ещё Лёша?! Так не честно! Хотя может это просто сон. Ему сниться кто-то из друзей, а я себя накручиваю. Всё, хватит! Осторожно поднялся и поплелся к себе, стараясь вытравить из памяти этот стон, но ничего не выходило.

✨ Даниэль

Проснулся утром и удивился, мой «маленький мальчик» ожил. Здорово, блин! И что теперь делать?! Пришлось исполнять соло пятью пальцами. Хорошо хоть руки работают. Только начал заниматься этим, как вошёл Саша. Что за дурная привычка не стучать.

— Уже десять часов, между прочим, и…

— Сгинь! — рыкнул я.

— Чего это? — округлил он глаза, — Вставать пора.

— Ладно, можешь не уходить. Тогда раздевайся. Только медленно и чувственно, как в стриптиз в клубе, — ехидно улыбнулся я.

— Пф, вот ещё! Совсем что ли? С какого я должен ещё и стриптизёра изображать? Нужен буду, позовешь, — сказал он обиженно, и гордой походкой пошёл прочь.

Я рассмеялся ему в след. Надо же, какой скромный, так и не скажешь, что двадцать лет парню. Я в его возрасте уже ничего не стеснялся.

12

✨ Даниэль

В течение нескольких дней я наблюдал, как медленно убивается группа моего бывшего. Вместо так лелеемых Лёликом постов, были смешные картинки свинок и фразы. «Что за визг поросячий». «Было бы корыто, а свиньи найдутся». Когда, фразы о свинках исчерпались, посыпалось что-то вроде этого. «Хоть отруби ему копыта, хоть завяжи рога узлом, хоть накорми его досыта, козёл останется козлом». Лёша витая в своих радужных облаках, даже не замечал этого, пока не посыпались комментарии.

Красавчик: «Лёлька, почему такие странные посты. Решил пересмотреть что-то из раннего и тут, на тебе».

Жека: «Прикол! Про козла и рога, вообще улёт. Это ты про кого сказал?»

Витюша: «Бля, ребята, да тут почти вся группа загажена подобным. Лёля ты охерел? Или дальше своего носа не видишь?»

И ещё много подобных отзывов. Потом прочитал надпись истерички.

Лёлик: «Мальчики, это не моё-ё-! Что происхо-оди-ит?!!! Через пять минут раздался звонок телефона. О как предсказуемо. Звонит ещё, падла.

— Слушаю, — даже здороваться не стал.

— Это ты, гадина! Ты меня хакнул! — завопил он.

Подозреваю, что слюна забрызгала стены.

— Лёша, я экономист, а не хакер. К тому же ты мне больше не интересен. Мы расстались, а у меня появился новый мальчик. Не льсти себе, милый.

— Нет, я знаю, это сделал ты! Кого-то нанял! Четыре года работы пропало! Верни всё немедленно! Или я скажу Серёженьке, и он тебя уроет, вместе с бизнесом!

— У меня нет больше бизнеса. Всё забрал отчим. Но я не жалею. Надоело ходить под чужой пятой. Сейчас я живу далеко от Москвы, со своим малышом, а ты мне не интересен. Я же говорю, не льсти себе. А если ты про Сергея Звягинцева, то он человек благородный, инвалида не тронет. И потом, что это за четыре года работы? Пропаганды гомосексуализма? Это подсудное дело. Скажи спасибо, что на тебя не настучали куда следует. Адью, Лёша, — я сбросил вызов.

Он попытался дозвониться снова, но я тупо внёс его в чёрный список. Вот так, милый. Говоришь: «Прошла любовь завяли помидоры?» Пожалуй, соглашусь с тобой.

Во двор заехала машина. Санёк прикатил. Он вышел из автомобиля и потянулся.

— Прикинь, сегодня день очередей. На почте очередь, в паспортном тоже. Даже в магазине десять человек передо мной стояло.

— Стоп, ты же паспорта наши уже получил? — удивился я.

— Мама сказала, что если я вышлю справку о временной регистрации здесь, там мою долю за квартиру брать не будут, — он достал пакет с продуктами из салона.

— Йогурт купил?

— Нет. Я сделал проще. Купил кефир и блендер. Что такое питьевой йогурт из магазина? Кефир с красителями и ароматизаторами. У нас же фруктов полно. Какой хочешь, яблочный, сливовый?

— Черничный. У нас вроде есть один куст, — улыбнулся я.

А у парня голова варит. Действительно, зачем покупать магазинный суррогат, когда своих фруктов и ягод полно.

✨ Александр

Мы сидели и пили домашний йогурт. Даниэль довольно щурился. Мне было приятно, что он в хорошем расположении духа.

— Можно вопрос? Ты каким-то спортом занимался? — наконец, я осмелился спросить.

— Что заметно? Боевое самбо. Я всего два года ходил. Отчим заставил. Только тренер говорил, что я бесперспективный. Так, для самообороны можно приёмы учить, но не более. А я, что называется, волосы на жопе рвал. Отчим меня всегда за что-то недолюбливал, а я хотел доказать, что достоин его. Поэтому ходил в качалку месяцев шесть, руки и пресс качал. Дома приемы отрабатывал. На соревнования всё равно брали, только в качестве группы поддержки. На трибуне слоганы поорать. А потом на одной тренировке я сломал левую руку. Мама запретила заниматься, а отчим сказал, что я хрупкий как девчонка. Я обиделся, и после выздоровления, даже в качалку ходить стал раз в месяц, для поддержания так сказать. Тем более что тренер по фитнесу авторитетно заявил: «Тело качка и твоё аристократическое лицо, вещи несовместимые. Подтянул мышцы, нарастил их немного и хватит, а-то будешь, как горилла выглядеть». Не знаю, насколько он правду говорил, но я сопляк был, поэтому поверил.

БОЛЬШЕ КНИГ НА САЙТЕ - KNIGOED.NET

— Вау, как круто. А я вообще никуда не ходил. У родителей на секцию денег не было.

Я восхитился его рассказом. Представил мальчика, который упорно идёт к цели и пытается что-то доказать. Почему теперь он отчаялся? Именно сейчас нужно бороться за себя как никогда. Посмотрев на него, увидел мстительную улыбку на лице.

— Теперь откровение за откровение, Саша. Обещай, что ответишь.

— Обещаю, — сказал я, чувствуя подвох.

— Ты сказал, что у тебя не было девушки. Понимаю, может, не приглянулся никто, чтобы роман завести. Но секс-то у тебя был? Ведь не маленький уже.

Я поперхнулся йогуртом и промямлил, округлив глаза.

— Двадцать один год в октябре будет.

— Ты уходишь от ответа, Саша. Я тебя не про возраст спрашивал, — ехидная улыбка осветила его лицо, — Откровение за откровение, мальчик.

— Не было, — буркнул я, краснея, — А что, это проблема?

— Никаких проблем. Хочу тебя нарисовать. Раздевайся догола. Изобразишь писающего мальчика. Знаешь, статуя такая есть?

— А какающего мальчика не изобразить?! — взвился я, подскакивая с места.

— Ладно, я пошутил. Я не буду ставить тебя в вульгарную позу. Просто есть в живописи такой жанр, называется Ню. Это когда рисуют с обнажённой натуры. В основном рисуют женщин, но я хочу нарисовать тебя, — улыбнулся он.

— А-афигеть! Только этого ещё не хватало! Нет, и ещё раз, нет! — рыкнул я, скрестив руки на груди и чувствуя, как полыхают щёки.

— А-афигеть, — передразнил он меня, — Ты так покраснел, Золушка. Стесняешься раздеться перед мужчиной? Ничего, мы это исправим. А пока иди, ужином займись.

Эй, что он имел в виду, когда сказал, что мы это исправим? Я даже побоялся спросить об этом. Мало ли что у этого сумасшедшего художника на уме. Стиль ню ему потребовался! А почему обязательно в моём исполнении?! Ещё этот загадочный Лёша? Может он его тоже голым рисовал? А какая разница, что у него было до меня. Стоять! Раскатал губы! Спроси, будет ли у него вообще что-то с тобой?!

Вечером этот сатрап попросил отвезти его в душ. Как всегда помог ему снять брюки и трусы, стараясь не смотреть на его достоинство. Потом аккуратно пересадил из коляски в сидячую ванну.

— Теперь ты, — строго сказал он.

— Что я? — не понимая, искренне удивился я.

— Раздевайся, мыть меня будешь, — приказным тоном.

— Ну, хочешь, помою. Только с чего бы вдруг? Почти три недели сам мылся, — я взял в руки мочалку.

— Ты не понял меня. Раздевайся и вставай в ванную. Если шторку не задёрнуть, вода из душа на пол потечёт, — авторитетно заявил он.

— А, ну и пусть. Я потом уберу, — отмахнулся я.

— Саша, не беси меня. Тебе что трудно сделать как я прошу? — голос стал ледяным, — Плавки можешь не снимать, или, что ты там носишь.

Я разделся до боксёр. И вот зачем он это делает? Меня уже от одного его голого тела штырит. А что будет, если я к нему прикоснусь. Так, раз, два, три, четыре, пять, вышел зайчик погулять. А-а-а не помогает! Дважды два четыре, шестью шесть тридцать шесть. Восемь умножить на девять…. Непомню-ю!

— Ты что там, молитву про себя читаешь? Залезай уже, — усмехнулся он.

Я, присоединившись к нему, задернул шторку. Если бы человек умел краснеть до кончиков пальцев на руках и ногах, то я был бы сейчас похож на варёного лобстера.

— Голову мне помой сначала. Помассируй кожу только, болит что-то, — попросил он.

И вот зачем он это придумал? Поначалу вообще не хотел, чтобы я прикасался к его телу. Я смочил его голову водой, а потом полив шампуня, начал мыть массажными движениями. Даже такое невинное действие возбуждало, поэтому я продолжал вспоминать таблицу умножения в уме. Но она вдруг забылась, как будто я её вообще не учил. Опять же старался смотреть только на его макушку, и проворонил тот факт, когда он дёрнул мои боксёры, снимая их ниже колен.

— Ты чего?! — испугался я.

— Я же обещал научить тебя не стесняться. У тебя очень красивое тело, Саша. Я обязательно его нарисую, скажем, завтра, — улыбнулся он.

— Знаешь что, Даниэль?! А мойся ты сам, — сказал я злобно.

Натянув обратно трусы, я всучил ему в руки гель для душа и лейку. Потом вылез из ванны.

— Стоять, Золушка, я тебя не отпускал! — раздалось грозное за шторкой, — Ты должен закончить работу!

— А не пошёл бы ты в баню, барин?! Хотя ты итак уже там сидишь. Нужно будет, позовешь.

— Эй, разозлюсь и вместо хрена нарисую тебе морковку! Вернись!

— Подумаешь?! Я и не расстроюсь! И то, и другое, корнеплод!

Я подхватил свои вещи с крючка на стене, и громко хлопнул дверью, уходя. Мне в след раздался заразительный хохот. Пф, это что значит, я тогда зря на него целую тарелку супа перевёл?! Оказывается, чтобы рассмешить его, нужно было просто трусики снять, ха-ха-ха! Придурок! Я разозлился не на шутку, и даже когда он позвонил, пришёл не сразу.

— Золушка, уволю! Вытащи меня из этой чёртовой ванны! — заорал он на весь дом.

Как же, уволит. В прошлый раз вон как за ногу цеплялся.

13

✨ Даниэль

В течение нескольких дней я уговаривал Сашу на портрет. Упрямый Золушка, ни в какую не соглашался. Он всё время придумывал отговорки. То ему яблоки нужно на зиму заготовить. Он принимался их нарезать и сушить в духовке. То вдруг срочно понадобилось помыть полы, в и без того чистом доме. Короче, парень отмазывался, как мог, восклицая, что ему некогда сидеть на одном месте. За это время я успел побывать у моря. Нарисовал настоящую картину, чтобы вставить в раму. Познакомился с соседями, которые выходили купаться. Даже нарисовал им портреты на скорую руку, карандашом. Несколько раз разговаривал с мамой по телефону. В общем, что-то в жизни происходило, только Золушка от меня прятался, не считая совместной трапезы и ежевечернего массажа. Но вот сегодня была жуткая жара. Я решил к морю не ехать. Вместо этого, сел в тени деревьев и неожиданно увлёкся игрой на телефоне.

Подходило время обеда. Я решил поехать домой, чтобы посмотреть фильм в интернете. Саша в это время готовил на кухне. Никогда не видел, как он готовит, да меня вообще это мало заботило. А тут я просто встал в проёме кухни и не мог оторвать от него глаз. Парень что-то нарезал на разделочном столе. Он был в одних коротеньких шортах, слегка обтягивающих пятую точку. В его ушах были наушники, именно поэтому он не слышал, как я подъехал. Неожиданно он запел довольно приятным голосом, а потом начал зажигательно танцевать, двигаясь между столом и скворчащей на плите сковородой.

— Свечи, горели свечи. Ярким светом отражались озорные огоньки. Вечер, волшебный вечер, нас уносят незаметно к берегам нашей мечты. Звёзды, горели звёзды, мы с тобою оказались в заколдованной ночи. Небо, подскажет небо, потаённую дорогу, что ведёт в страну любви. Всё дорогое в этой жизни, для меня, это только ты. Для меня это только ты. Для меня это только ты. И красота всей этой жизни, для меня, это только ты, И любовь всей моей жизни ты. Ведь любовь всей моей жизни ты. Нежно, дотронусь нежно, я до краешка до сердца и до краешка души. Ветер обнимет плечи….

Я невольно залип на нём. Он двигался очень даже пластично и, как ни странно, сексуально. Эти его босые ноги, тонкие руки, что-то мешающие в сковороде в так песне. Без своей мешковатой одежды он выглядит совсем по-другому. Хочу его, прямо сейчас! Неожиданно он обернулся, не допев песню, и спросил испуганно.

— А-а ты давно тут?

Казалось, невозможно покраснеть ещё больше, чем это сделал он. Я ответил без тени ехидства.

— Достаточно, чтобы увидеть прекрасный танец босоногого мальчика.

— Ну, обед будет через пять минут, — снова смутился он.

Я подъехал к нему и, положив руку на его поясницу, погладил ладонью.

— Ты прекрасен Саша. Ну, почему ты не хочешь, чтобы я тебя нарисовал. Это всего лишь портрет.

— Дался тебе этот портрет, — огрызнулся он, выключая газ, — Всё, можешь ехать на веранду, ужин готов.

Я вернулся на улицу, и вдруг позвонила мама. После дежурных вопросов о делах, она поведала, что её нашёл один мой друг.

— Он сказал, что хочет навестить, но потерял телефон и всё контакты с ним. Я дала ему твой адрес. Красивый такой парень, Алексеем зовут. Ой, наверное, нужно было, сначала тебе позвонить. Вот я дура.

— Не переживай, мам. Лёша мой друг, — успокоил я родительницу, — Мам, Саша уже обед накрывает. Передаёт тебе привет.

— И ему от меня привет. Люблю тебя сынок.

— И я мам, очень.

Положил телефон на стол, и образно выражаясь, выпал в осадок. Это же надо быть таким наглым! Даже до мамы добрался. Явиться ещё в гости, с него станется.

Вечером я неожиданно для себя, предложил посмотреть фильм на ноутбуке. Саша не отказался, но заявил, что кроме комедии ничего смотреть не хочет. Предоставил ему выбирать. Мне по большому счету было плевать, что он там поставит. Просто надоело, что мы мало общаемся. Захотелось узнать его поближе. Какое кино он любит, какие книги читает. Вот, например песню, которую он пел, я совсем не знаю.

— Ты любишь петь, Саша?

— Да, но дома я это делал редко. Одна из сестёр говорила, что волк и-то краше воет, — улыбнулся смущённо.

— Ничего подобного. Для любителя у тебя очень красивый голос. Может, когда-то будешь мне колыбельные петь на ночь.

— Что-то размечтались вы, барин. То вам портреты в стиле ню подавай, то колыбельные. Какие запросы будут дальше? — буркнул он раздражённо.

— Я бы сказал, но боюсь, ты меня неправильно поймёшь. Вернее поймёшь правильно, но…. А впрочем, не важно, давай смотреть кино.

✨ Александр

Пф, и вот что он такого хотел этим сказать. Загадочный прямо такой стал. Ага, сама таинственность, пойму, не пойму. Завтра подумаю над этим. Сейчас, кино массаж и спать. Устал, что-то сегодня.

Фильм оказался прикольным. Даже Даниэль иногда смеялся. У него такой заразительный смех. Я невольно подсматривал за ним в такие моменты, и любовался. Но вот фильм закончился, нужно было делать массаж. Начал со стоп, затем продвинулся выше. Даниэль закрыл глаза, и казалось, ему было всё равно, как сильно я мну его ноги. Затем настала очередь спины, но он так и не открыл глаз. Опять уснул? Как он это делает? Я бы не смог уснуть во время того, как твоё тело мнут и давят. Остановился. И невольно засмотрелся на его голое тело. В последнее время он предпочитал спать без пижамы. А может, и раньше так спал, до больницы. Всё, больше не выдержал, провел кончиками пальцев по его бедрам. Потом поднялся выше, красивые ягодицы, спина. Обрисовал его позвоночник и лопатки. Так хотелось большего. Прильнуть к нему и поцеловать, эти ямочки на пояснице, и да, родинку на ягодице. Но я никогда на это не осмелюсь. Думая, что он спит, я лег рядом с ним, подперев голову одной рукой. Пальцами другой руки снова прикоснулся к нему, очень нежно, стараясь не разбудить. Тронул там, где были эти восхитительные ямочки. Потом снова провёл рукой по позвоночнику. Нужно было уходить, но меня как будто цепями к нему приковало. Неожиданно он начал как-то странно дышать, а потом вдруг раздался стон.

— М-м. Ты, что там делаешь, паршивец? — спросил он хриплым голосом.

— Эм, я? Как обычно, массаж, — заикнулся как дурак.

— Что-то не похоже это на обычный массаж. К тому же твой стояк упирается мне в бок.

А-а-а, мамочки, спалился! Вот ведь знал, что когда-то это произойдёт! Идиота кусок, нужно было уходить! Я подскочил с кровати, как будто бешеный петух клюнул.

— Прости, я ничего такого не думал. Правда, я…. Я пойду спать. Спокойной ночи, — выбежал из комнаты сломя голову.

Ой, блин, что теперь делать?!

✨ Даниэль

Спокойной ночи?! Серьёзно?! Сначала возбудил, а потом сматывает удочки. Хотя может он и сам не понял что произошло. Ну, хорошо, пусть придёт в себя, а завтра поговорим. Нужно расставить все точки. Я ещё пару раз замечал, что его массаж иногда переходит в ласку, но это было так мимолетно, что я думал, показалось. Но сегодня. Он же лёг рядом и откровенно ко мне прикасался. Неужели он тоже гей? Или просто неосознанно это делает, не зная о своей ориентации? Есть ещё вариант, что он боится своих желаний. А с другой стороны, как можно хотеть инвалида? Нет, если бы мой любимый человек стал инвалидом, я бы его не бросил. Продолжал бы любить и желать, даже такого. Но он, меня совсем не знает. Познакомился, когда я уже был такой. От этих мыслей возбуждение спало. Но я не переставал удивляться. Я же повёлся на его осторожные прикосновения. Ещё этот его почти эротический танец, босоногого мальчика. Вспомнил первые впечатления об этом парне. Тогда я сказал себе, что никогда не переспал бы с таким чмошником. Да уж, а парнишка оказывается с секретом. И никакой он не чмошник.

14

✨ Александр

Встал как обычно и пошёл готовить завтрак. Может, я даже в последний раз это делаю для него. Вот сейчас возьмёт и ка-ак уволит. Швырнёт деньги на дорогу, а потом велит убираться из его дома. А может и просто так выгонит. Он уже переслал мне на карту деньги за первые две недели работы. Блин, и надо же было мне так спалиться. Я же просто хотел быть рядом с любимым человеком, делать для него всё, что в моих силах. Я даже готовить ради него учился, выискивая в интернете пошаговые рецепты блюд. Но с каждым днём становилось всё труднее находиться рядом, чисто в физическом плане. Я просто не мог не любоваться им, не прикасаться к нему. Как вор крал эти мимолётные ласки, когда он спал. Я ещё никогда и никого так не хотел. Готов даже в нижней позе быть, лишь бы он не оттолкнул.

Решил порадовать его сегодня и приготовил блинчики. Теперь на весь дом разносился аромат блинов и свежего кофе. Вдруг раздалась трель на весь дом. Я поспешил к нему, не зная, куда деть смущение.

— Золушка, ты, что там без меня завтракаешь? Такой запах по дому витает, что я просто обалдел. Вынимай меня из кровати. А-то с тебя станется, ты, и кофе мой выпьешь, — улыбнулся он.

— Ну, уж нет, кофе пейте сами, — насупился я, помогая ему одевать боксёры и брюки.

— Саша, что случилось? — спросил он, когда я помогал ему садиться в инвалидное кресло.

— Ничего. Просто я хотел извиниться. Этого больше не повториться, Даниэль. Но если вам неприятно, что рядом находиться такой как я, то уеду. Вы даже вправе предъявить мне претензии и не платить остальные деньги, — промямлил я.

— Какой такой? И почему вдруг перешёл на «вы». Мне это не нравится, Саша. А претензии я предъявлю. Только сначала давай позавтракаем, а потом поговорим, — он коснулся рукой моей щеки.

Я пошёл вперёд, чтобы открыть ему дверь в ванную. Что он хочет этим сказать? К чему какие-то разговоры, если он о претензиях заговорил. Хотя я первый поднял эту тему.

Как всегда накрыл на веранде. Пока тепло, так приятно кушать на свежем воздухе. Даниэль молчал и думал о чём-то, временами кидая на меня пристальный взгляд. Когда допил свой кофе, то посмотрел мне прямо в глаза.

— А теперь скажи, Саша, что это вчера было? — спросил строго, — Ответь мне честно ты…

Он не договорил, помешал звонок в калитку.

— Пф, кто там ещё? К нам же вроде не ходят гости. Сходи, открой, — недовольно шикнул он.

Я тоже был недоволен, что кто-то заявился в гости. Причём человек настойчиво жал на звонок, не отпуская. Я открыл замок на калитке и увидел за ней потрясающе красивого парня. Высокий, стройный, с белыми волосами ниже плеч. Со своей женственной внешностью, он выглядел как модель мирового уровня.

— Здравствуйте, вам кого? — вежливо спросил я.

— Привет, — он смерил меня уничтожающим взглядом, — Я к Даниэлю приехал. Ну, что встал, недоразумение, прочь с дороги.

Он оттолкнул меня и, криво улыбнувшись, походкой от бедра прошёл во двор. Потом увидев Даниэля, ринулся к нему.

— Ну, здравствуй, Дан. Не ждал, правда?

— Ах да, я помню. Ты всегда припираешься сам. Даже когда тебя не звали, — скривился Даниэль.

— А ты, сука, не лез бы в мою жизнь, я бы и не приехал. Я знаю, это ты уничтожил мою группу. Но ты же, человек практичный, и наверняка сделал копию. Верни мне все, Дан.

— У меня нет никаких копий, Лёлик, ты ошибся. К тому же мы расстались. Ты меня бросил. Забыл? Нет, я не в претензии. Но нужно было расстаться по человечески, а не так как это сделал ты. Ещё и обосрал меня в своей группе. Что тебе не хватало, Лёша?! Моей Любви?!

— Любовь понятие эфемерное, дружочек, её в руках не подержишь. И да, ты был хорош в постели, но не более того.

Вот это да! Я стоял в стороне и расширившимися от удивления глазами, смотрел на это действо. Даниэль сидел всё так же за столом. А этот Лёша стоял рядом, буквально нависнув над ним. В своих белых дорогих одеждах, он был похож на прекрасного, но злобного лебедя. Так вот значит какая «девушка» его бросила. Он просто не хотел, чтобы я знал, что он гей, вот и сказал так. Сердце радостно застучало. Он такой же, как я! Тем временем Леша продолжал наезд на Даниэля из-за какой-то там группы.

— Если ты говоришь что любил меня, то верни всё назад! Что мне нужно для этого сделать?! В ногах поползать?! Встать на колени и отсосать?! — заорал он.

— Я не нуждаюсь в твоих ласках, Лёша! Мне даже противно от мысли, что такая алчная, лживая сучка, будет прикасаться ко мне! Ты сказал, что я жадный, скряга, или как там ещё! Да, я жадный, и ни хрена ты не получишь, убирайся!

— Ну, ты и гадина, Дан! Я к тебе мириться приехал, а ты! — он занёс над ним руку.

Тут я не выдержал. Подлетел к ним, защищая моего любимого, как коршун своё дитя.

— А ну пошёл вон из этого дома, падаль! Только урод может ударить беззащитного человека! — я буквально спиной заслонил коляску Даниэля.

В ответ раздался оглушительно звонкий смех.

— Ха-ха-ха. Это с ним ты теперь спишь, а Дан? Я думал, ты нашёл кого-то под стать мне! А оказалось, ты от безысходности на уродцев кидаешься!

Я позеленел от злости, и уже хотел врезать этому подонку, но вдруг Даниэль умудрился объехать меня. Он толкнул его своей коляской, и тот чуть не упал.

— Не смей оскорблять невинного человека! Ты что свечку держал, чтобы так утверждать?! А ну вон отсюда, пока милицию не вызвал! — рявкнул Даниэль, — Саша, проводи его за порог!

— Я ещё вернусь, и не один! — скривился красавчик и пошёл проч.

Я двинулся следом за ним. Обернувшись уже у калитки, он снова зашипел, как ядовитая змея.

— Может, Дан и не видит дальше своего носа, но я-то понял, что ты один из нас. Не надейся, мальчик. Он всегда предпочитал таких красавчиков как я. Ты ему со своей серой мышиной шёрсткой не интересен. И даже если у него от недотраха встанет на такого как ты, то много он тебе за секс не отвалит. Такие как ты, копейку стоят в базарный день.

— Не всё измеряется деньгами. Существует ещё честь, совесть, взаимоуважение и любовь. Только такому дауну как ты, этого не понять, — я вытолкал его за калитку и закрыл её на замок.

Уф, надо же, приехать в такую даль, чтобы поскандалить. И не лень было. Я решил постоять немного у калитки, чтобы отойти от шока.

✨ Даниэль

Этот придурок действительно припёрся. Орал тут на всю улицу и ещё вернуться обещал, падаль. Не то чтобы я его боялся, просто хотелось, чтобы меня все оставили в покое. Что, Лёша, деньги любишь? Наверняка, подкопил на чёрный день, растрясая тугой кошелёк Звягинцева. А давай ка мы тебя лишим ещё одного, самого дорого. Вернее так, одно вернём, другое заберём. Я быстро открыл почту и послал письмо. «Привет, Игорь. Ещё раз спасибо за работу. Теперь я тебе даю все карты в руки. Продай этому козлу зеркало его группы. Цену запроси сам. Пятьдесят, сто тысяч, мне всё равно. Деньги полностью твои. Будет говорить, что в милицию сообщит, намекни о пропаганде гомосексуализма. Типа ты им все факты предоставишь. Он этого боится. Вот его почта….» Ну, что, Лёша, ты хотел, чтобы я вернул твою группу, получай. Отложил телефон на стол и нахмурился. Всё это так выбило из колеи. Ещё этот Саша полез меня защищать. Ах да, он, же так и не казал, гей он или нет. Хотя, теперь не важно. Ничего не важно. Я ведь только в сексе был хорош, а любить меня не за что. Да о чём я вообще говорю. Какая любовь может быть между геями. Это всё мираж в пустыне. По щеке поползла слеза. Правильно отчим говорит, я хрупкий как девочка, даже плачу как баба. Видел, как Саша стоял и пыхтел у калитки, а потом вдруг помчался ко мне. Он сел передо мной на корточки и неожиданно стал целовать руки.

— Даниэль, не расстраивайся. Мы всё преодолеем. Слышишь? Я люблю тебя, Даниэль. Ты такой, красивый, ранимый. Ты такой невероятный.

— Любишь?! Не смешно, Саша! Как можно любить такого как я?! Что ты любишь во мне, Саша?! Утром трусики надевать?! Таскать меня с унитаза и обратно?! Вот эту коляску чёртову любишь?! Эти ноги, которые сами ходить не могут?! — взвился, я, ударяя кулаками по своим ногам, которые ничего не чувствовали.

— А что, нельзя влюбиться в такого как ты?! — он подскочил и нервно заходил передо мной, — Почему ты не веришь, что можно влюбиться в инвалида!

— Это бред, Саша! Я когда здоровый был, всем нужно было от меня только бабло! А теперь и подавно! Сколько ты хочешь за секс со мной?! Сколько скажи?!

— Ты бредишь, Даниэль!

— Я брежу?! Может быть! Но что ты скажешь, если у меня нет денег?! Что если всё отплачивает мать и отчим?! Знаю, сбежишь, как и все!

Он встал передо мной на колени, а потом обхватил лицо ладонями.

— Я люблю тебя, Даниэль, правда.

Я не знаю, что на меня нашло. Как будто мозги оплавились. Никогда ничего обидного старался никому не говорить. А тут этот Лёша приперся. Потом этот мальчик со своей лживой любовью. Сначала пообвыкнется в моей постели, а потом тоже начнёт деньги требовать. И я, наклонившись к нему, тихо, но злобно рыкнул.

— Тогда снимай мне штаны и отсасывай, доказывай свою любовь.

Он отвесил мне пощёчину и встал.

— Я ничего не собираюсь доказывать. Переведи мне остатки зарплаты. Я уезжаю. Заберу картину с морем, на память. А ты сиди тут и тухни. Злобствуй на весь мир. Если тебя обманул один придурок, это не значит, что любви не существует. Хотя может быть Лёша прав. Ты никогда не посмотришь на такого как я. Тебе всегда нравились красавчики. А я кто? Серая мышь, уборщик и повар. Одним словом Золушка.

Высказав эту тихую, но гневную речь, он ушёл в дом. А вышел через пять минут с сумкой через плечо.

— Живи, как хочешь, Даниэль. Прощай.

— Эй, ты куда собрался? Я тебя не отпускал, — удивленно сказал я, но он ушёл, так и не обернувшись, — Ну и катись?! Катись, сука?! Как узнал, что у меня денег нет, так сразу не интересно стало! Я и без тебя проживу!

✨ Александр

Я захлопнул за собой калитку его дома. Уходить не хотелось, но и оставаться я не мог. Остаться, это значит унизиться перед ним. Вымаливать хоть крупицу любви. Как он сказал? Отсасывай, доказывай свою любовь. Я не хочу ничего доказывать, тем более так унизительно. Да, я из бедной многодетной семьи, но и у меня есть гордость. Увидел соседа выезжающего со двора. Он открыл дверь и спросил?

— Привет. Саша. Вижу с сумкой. Уезжаешь, что ли? Тебе куда? А-то я в Сочи еду, могу подвезти.

— Здравствуйте. Буду благодарен. Мне в аэропорт. Но хотя бы по дороге высадите, — я забрался в салон автомобиля.

— Поссорились, вижу? Но может, стоило остаться? Ты же любишь его. Видел, как ты руки ему целовал, там, на пляже, — спросил сосед, когда отъехали от дома.

— Призираете?

— Нет. Я не гомофоб. Но в следующий раз морду бить буду, если такие громкие разборки будут. Сейчас каникулы, и дети у бабушки гостят. Сам понимаешь, им такая информация не к чему.

— Простите, Иван, просто этот белобрысый припёрся и всё испортил. Только я тоже не намерен пресмыкаться, у меня гордость есть.

— А вот это правильно. Он ещё пожалеет, поверь мне. И вообще, думаю, он человек хороший, просто его болезнь так подкосила. Ты вот что, давай на всякий случай номерами обменяемся. Я позвоню, в крайнем случае. И ты звони в любое время.

Мы с Иваном обменялись номерами, и тут пискнула смс, сообщая, что Даниэль перевёл мне на карту пятнадцать тысяч. Итого тридцать. До дома добраться хватит.

В шестнадцать сорок я уже взлетал. Так что в двенадцатом часу ночи был в Нижневартовске, по местному времени. Пришлось пятнадцать тысяч за билеты отдать, а потом на такси до дома. Но у меня осталось ещё немного денег, которые я планировал отдать родителям. Завтра суббота. Вот и хорошо. Приду в себя за два дня и начну искать работу.

15

✨ Даниэль

Я прождал его час. Думал он посидит где-то на берегу моря, остынет и вернется. Но он не вернулся. Тогда я выехал за калитку и покатил к морю. Саши там не было. На обратном пути увидел соседку, идущую с пакетами из супермаркета.

— Валюша, Здравствуйте. Вы моего Сашу не видели?

— Здравствуйте, Даниэль. Иван в Сочи по делам уехал и забрал его с собой.

Значит действительно уехал. Бросил меня. Но ведь я сам виноват, обидел его. А всё этот Лёша. Так, хватит вину на других спирать. Ну, приехал он скандалить, но не заставлял, же этого мальчика оскорблять. Я сам его оттолкнул. На душе стало так пусто, как никогда, казалось, что я потерял не только его, но и себя. А может ещё вернётся вместе с Иваном? Я сел в саду и стал его ждать. Есть не хотелось. Без него вообще ничего не хотелось. Вечером услышал, как заезжает в соседний двор машина. Минута, две, три, пять, десять. Сердце замедлило свой ход, а время бежало. Нет, Саша так и не появился. Уехал. Теперь уже действительно уехал. Покатил домой, а потом кое-как втащил себя на кровать. Привык, что за мной ухаживают.

Ночью я спал урывками, нормально уснув только к утру. Из-за этого встал уже в одиннадцать часов. Попытался пересесть в коляску, но упал на пол. Вчера дурак на тормоза не поставил, вот она и поехала. Сволочь, сволочь, беспомощная! Что ты можешь один без него?! Молотил кулаками по ногам, только сейчас понимая, что люблю его. Вдруг вспомнилось всё, что до этого не помнил. Просто всё прошло мимоходом, но отложилось в памяти. Сейчас эти картинки выплывали из глубин сознания. Вот Саша на берегу моря целует мои руки, умоляя не уходить в себя. Здесь я сквозь дрёму чувствую, как он невесомо целует мой шрам на спине. В другой вечер, он нежно гладит меня. Так робко и осторожно, боясь, что я не пойму. А самое главное, это вчерашний день. Он стоял передо мной на коленях и признавался в любви. Он на коленях передо мной стоял! А я?! Я его так унизил! Теперь он меня не простит. Никогда не простит. Саша-а, вернись! Я не смогу ползать у тебя в ногах, вымаливая прощение, но я смогу валяться, вот так, как сейчас. Я с трудом поднялся и влез в эту чёртову каталку. В ванной только почистил зубы и сполоснул лицо. Бриться не хотелось. Для кого? Следующим шагом было добраться до кухни. Блин, я ещё и холодильник умудрился выбрать такой, где морозилка внизу. До верхних полок холодильника не дотянуться. Значит нужно ехать в магазин. Взял карточку и двинулся в путь.

Хорошо хоть в супермаркете удобный заезд и двери, которые распахивались сами. Положил на колени корзинку и поехал по проходам. Люди пялились на меня. Конечно, придурок инвалид купил: палку сырокопчёной колбасы, сыр, хлеб, кефир и целых пять бутылок водки. Позавтракал бутербродами и кефиром, а потом отправился на берег моря. Сидел там долго, но в голову лезли воспоминания, как он целовал мне здесь руки. Это было больно. Больно от того, что я дурак проворонил своё счастье. Променял его на боль одиночества. Приехал домой и напился. Так укушался, что не помнил, как оказался на полу веранды. Но утром проснулся именно там. Коляска валялась где-то в стороне и я, превозмогая боль, пополз к ней, подтягивая себя на руках. Потом кое-как умывшись, напился воды из-под крана. А к вечеру снова нажрался в зюзю, но всё же смог, доехать до кровати. На часах девятнадцать часов. Значит, у них в Нижневартовске уже двадцать один. Дрожащими пальцами набрал смс «Саша возвращайся, я люблю тебя». Ответ пришёл мгновенно. «Это его мама. Если любите, то не пишите ему больше. Мой сын не может быть геем. Он ещё молод, одумается. Жениться, и заведёт детей». Всё, это просто край. Вместо него ответила его мать. Значит, они его не отпустят ко мне. Я бы поехал к нему сам, но не знаю адреса.

На следующий день я валялся на кровати и тупо звонил в звонок. Са-аша-а, вернись! Душа кричала, а сердце обливалось кровью. Я пытался ему звонить, но электронный голос вещал: «Абонент временно недоступен или находиться вне зоны действия сети». Писал смс, но оно не доходило. Подозреваю, что меня по-тихому внесли в чёрный список, пока он не видит. Я же знаю, что на его телефоне не поставлена блокировка экрана.

Еле поднявшись, сел в коляску и дополз до магазина. В зеркальных дверях отразилось бледное, помятое чудовище. Повиг, хочу напиться и сдохнуть.

Следующие несколько дней прошли как в тумане. Помню только то, что пил водку прямо из горла и рисовал его портрет по памяти. А в один из вечеров, достал купленную новую симку и, вставив в телефон, позвонил ему.

✨ Александр.

Утром я сказал семье, что просто поссорился с работодателем. Отдал остатки денег и заявил, что буду искать работу. Мама сразу же позвонила однокласснице. Та, обрадовала тем, что в поликлинике через две недели медсестра в декрет уйдёт. Меня возьмут на её место. Обрадовала она маму, а вовсе не меня. Моя душа рвалась к Даниэлю. Я сотни раз корил себя за то, что уехал. Но денег на обратную дорогу нет. Даже тех, что осталось, не хватило бы. Сегодня воскресенье, оба родителя дома. Старшие братья и сестры убежали кто куда. Последние дни лета всё же. Малышня смотрела мультики, а я сидел на кровати и не отрывал взгляд от картины, которую нарисовал Даниэль. Вспомнил, как он сидел у этого моря, такой потерянный. Надо бы позвонить ему. А хотя если сам за вчерашний день не позвонил, значит, я ему не нужен.

— Сынок, ну что случилось? Ты уже час эту картину гипнотизируешь.

— Волнуюсь за него, мам. Как он там без меня?

— Волнуется он. Подумаешь. Папаша ему другую сиделку наймёт, — в дверях появился отец.

— Ты не понимаешь, пап, я его люблю, — неожиданно для себя ляпнул я.

— Ага, любит он! Он тебе кто, брат, сват?! Ты бы лучше о своих братьях подумал! — рыкнул отец.

Во мне вдруг перемкнуло, и я крикнул, не соображая, что говорю.

— Вам не понять! Вам никогда было меня не понять! Я люблю его! Как девушку люблю, ясно!

Отец подошёл и ответил мне звонкую оплеуху, хотя до этого, он меня никогда не бил.

— Заглохни, сосунок! В моей семье никогда не было и не будет голубятины! Ещё раз услышу, хрен с корнем вырву!

— Кирюша, не надо так. Между прочим, это ты виноват. Мальчик нуждался в мужском воспитании, а ты всё на меня свалил, — заступилась за меня мама.

— А что ты хотела, деньги зарабатывать кто-то должен на такую ораву!

— Не ссорьтесь из-за меня. Если я вам такой не нужен, я уеду, — промямлил я обиженно.

— Ещё чего, уедет он! Куда, к этому голубому художнику?! Я тебя никуда не отпущу! И денег на дорогу не дам! Мы твои родители и любим тебя! И вообще, хватит думать об этом пидарасе.

Отец выхватил картину и кинул в открытое окно. Я подскочил и ринулся к окну. Ночью был ливень, и картина упала прямо в лужу.

— Папа прав. Скоро эта блажь выветрится у тебя из головы. Главное, чтобы ничего не напоминало. Пойдешь работать, там медсестричек незамужних полно. Может, приглянется какая, — поддержала отца мама.

Я лег на кровать и отвернулся от них. Как они не понимают, геями не становятся, ими рождаются.

— Ладно, мать, иди обед готовь. А ты знай, я тебя больше от себя не отпущу. Хватит, рискнули один раз на свою голову.

Через пять минут на кухне загремели кастрюлями, а из комнаты родителей послышался звук телевизора. Шёл футбол, который я не смотрел. Я лежал и думал о картине. Краски, наверное, расплылись под действием воды. Да и вряд ли он позволил бы мне, сходить и подобрать её. Блин, картина то тут причём? Последняя память о Даниэле пропала.

Вечером ушёл в душ. Хотелось, чтобы вода смысла все тревоги и печали. Но ничего не выходило. Я даже спал сегодня плохо. Снилось, что он трезвонит в звонок и зовёт меня.

Когда снова зашёл в комнату, застал маму с моим телефоном в руках.

— Чего это тебе в моём телефоне понадобилось, мам?

— Зашла время сверить. Что-то мой барахлить стал. Как бы на работу не проспать. Будильник на нём завожу, — оправдалась мама.

Странно, в доме у каждого мобильник, а она именно с моим время сверяет. На всякий случай проверил. Смс и пропущенных вызовов не было.

На следующий день я не выдержал, решив сам ему позвонить. Но контакта с именем Даниэль не было. Я проверил всё три раза. Значит стёрла. Вот же мама. А как позвонить, если на память я его не помню. Решил набрать Ивана, но он не ответил. Телефон вне зоны. Наверное, он занят, или мобила разрядилась. Позвоню позже. Нужно узнать, что с Даниэлем. Он не звонит, не пишет. Ведь он мне мог позвонить?

— Саса я кусать хосю, — маленький трёхлетний проказник дёргал меня за штанину.

Братишка приболел, а родители сбагрили его на меня. Зачем брать больничный, если я не работаю. Пришлось тащиться с ним в поликлинику. Потом в аптеку.

— Сейчас, солнце, я подогрею тебе каши.

В домашних спортивках не было карманов, поэтому я положил телефон на кухонном столе. Пока возился с кашей, не заметил, как Костик спёр мой телефон.

— Костя, ты где? Телефон мой верни. Это не игрушка для детей, — строго сказал я.

Услышал шум из туалета и пошёл на звук. Костя стоял у сливного бачка и нажимал на кнопку. Вода лилась беспрерывным фонтаном.

— Вот ты где? Не нужно воду спускать счётчик крутится, — наставительно сказал я, подходя к нему, — Мама! Мой телефон! Что ты натворил, паршивец?!

В унитазе валялся мой гаджет, причём не сверху, а что называется в «самом жерле вулкана». Когда выудил телефон из воды, тут же кинулся его протирать. Разобрал весь. Даже подсушил феном. Бесполезно, гаджет умер. А как же Даниэль? Мне нужно дозвониться!

Самое поганое, что позвонить никто не дал. Пришедшие брат и сестры, только фыркали и отворачивались. Но мама уже была дома, отпросилась пораньше. Она, наверное, подговорила всех. Мне вдруг стало обидно. Все против меня и моей любви. Но так не честно, они с отцом счастливы. Почему я не имею право. Зашёл к другу, благо живём в одном подъезде. У него был старенький, но рабочий смартфон в качестве запасного. Хотел попросить, хотя бы на время. Но Мишкина мама заявила, что его нет дома. Он в командировке и будет только послезавтра.

— Куплю я тебе телефон через неделю с получки. Пока, извини, лишних денег нет, — сказал отец, когда я вернулся назад.

— Но мне не нужно через неделю, мне сейчас нужно. Позвонить нужно, — парировал я.

Мама вышла из кухни с поварешкой в руках.

— Если ему, то не нужно. Я внесла его номер в чёрный список, а потом удалила. Ах да, написала смс от твоего имени, чтобы он больше тебя не беспокоил.

— Что ты наделала?! Он же там сейчас совсем с катушек слетит! — заорал я.

— Ну и что? У него есть богатый папочка, вылечит. Мне мой сын дороже, — заявила она.

Я понял, что родители продолжат вставлять мне палки в колеса, поэтому решил затихариться. Они же не знали, что я бегал к Мишке телефон выпрашивать. Поэтому когда друг приехал, поспешил к нему. Мы поболтали, а потом он подарил мне свой старый Самсунг. Выйдя от него, я решил домой не заходить. Направил стопы во двор. Сел на качели и вставил симку. Не успел найти номер, Ивана, как раздался звонок с неизвестного номера.

— Алло.

— Привет. Наконец я слышу ваш голос, Александр, — раздалось в трубке.

Голос был пьяный, но я узнал бы его из тысячи. Он что там, лопает?!

— Привет. Как ты?

— А ничего. Ем колбасу и пью водяру из горла. Я до тебя дозвониться не мог. Вот, даже симку сменить пришлось, — в конце он смачно икнул.

— У меня брат телефон в унитазе утопил, прости!

— А я себя в бутылке утопил. А знаешь почему? Потому что понял, что люблю тебя. Ик. А ты уехал, сука, вот и вся любовь. Ик. А я готов в ногах валятся. Возвращайся, Саша. Ну, хочешь, я тебе денег дам. Сколько ты хочешь, сто тысяч, двести, миллион. Я дам, у меня есть бабло. Ну, сколько?

Опять он про деньги. Вот же гадство. Это обидно. Люблю, и тут же покупает, как товар на рынке. Я разозлился и ляпнул.

— У тебя нет таких денег. Я хочу три с половиной миллиона.

— Серьёзно?!

— Нет, я пошутил, чтобы тебя позлить! Как ты до сих пор не понял, мне не нужны твои деньги! — крикнул я, скидывая вызов.

Не решился сразу идти домой, слезы навернулись на глаза. Соберись, тряпка, и позвони Ивану! Я повторял это как мантру, но не решался на звонок. Боялся услышать, что Даниэль без меня ушёл в запой. Это я виноват, не нужно было его бросать.

Через десять минут пискнула смс. Серьёзно?! Он мне три с половиной миллиона перевёл?! Вот же пьяная дурилка! Хотел вернуть их назад, но решил всё же, связаться с Иваном.

— Иван, здравствуйте. Как там Даниэль?

— Ох, Саша, не мог до вас дозвониться. Он пьет. Временами орет твоё имя на всю улицу. Я пытался его успокоить, но он пьяный неадекватный. Ему нельзя пить. Вчера рыдал на моём плече и говорил, что любит тебя, что просрал вашу любовь. А ещё он небритый, худой, и если честно похож на бомжа. Вернулся бы ты. Он без тебя совсем крышей поехал.

— Спасибо, Иван. Завтра буду.

Сердце заколотилось в бешеном ритме. Дурак, что же он творит. Ну, а мне как уехать? Позвонил в аэропорт. Оказалось, есть ночной рейс до Сочи. Даже места были. Я забронировал билет и пошёл домой.

Ночью, подсвечивая себе фонариком, достал сумку из-под кровати. Какое счастье, так и не удосужился её разобрать. Потом написал на кухне родителям записку, и на цыпочках вышел из квартиры. Держись, любимый, я к тебе уже лечу. И фиг ты от меня теперь отвяжешься. Я тебя ещё на ноги поставлю. Вот увидишь.

Первым делом после прилета заехал в клинику. Внёс задаток за экзоскелет. Мне сказали, что через неделю можно будет забрать, мне пришлют смс. Ну, вот, а теперь такси и домой. Да, домой. Ведь дом там, где живёт твоя любовь.

16

✨ Даниэль

Утром проснулся рано. Голова гудела как колокол. Я силился вспомнить вчерашний день, но он отложился в памяти урывками. Короче, тут помню, тут не помню. Тряхнул головой, прогоняя морок, а в мозгах зазвенело так, что я заорал.

— Черт, больше не буду пить! А то так скоро имя своё забуду. Так, я кажется, вчера дозвонился до Саши. А вот что говорил? А что я делал потом? Как вообще до кровати дополз?

Перекинул себя в ненавистное кресло и поехал умываться. Потом глянул с тоской на ванную. Нужно бы попросить Ивана, помочь залезь туда. Вчера утром пытался сам, но чуть не свалился. Да уж, нужно приходить в себя и учится быть самостоятельным. Кто-то кричал раньше, что и без помощи этого няньки справится. Даже отказаться от него хотел, в первый день. А на деле, что получается? Что я несостоятельный слабак, который сам себя обслужить не может. Конечно, привык с детства, что рядом слуги, которые с тебя пылинки сдувают. Даже когда самостоятельно жить стал, всё равно ничего по дому не делал. Нанятая уборщица стирала, убирала и гладила, приходя три раза в неделю. Обедал в основном в кафе. Дома только кофе-машина стояла, и валялись сыр и колбаса в холодильнике. Всё что я делал сам, это варил кофе, а ещё не забывал ухаживать за собой любимым. Теперь даже это стало лень. Мазнул рукой по щетине, нет, уже почти бороде. Да и пофиг, и так сойдет.

Уже на кухне открыв холодильник, я обрадовался. На нижней полке лежала бутылка кефира. В качестве опохмела самое то. И всё, баста, больше пить не буду. Нужно закончить Сашкин портрет. Когда выехал на улицу, то увидел, что мольберт стоит посреди сада. Идиот, даже не убрал холст домой. А если бы ночью дождь пошёл? Подъехал ближе, с портрета на меня смотрели такие любимые глаза. Ой, а когда это я его закончить успел? Нет, пить надо прекращать. А портрет получился. На нём Саша такой, какой есть, со смешинками во взгляде. Я невольно залюбовался им, впадая в подобие транса и, даже не услышал, как открылась калитка.

✨ Александр

Попросил водителя такси, завезти меня на птичий рынок. Хотелось привезти ему подарок прямо сегодня. Я вспомнил, как однажды в порыве откровения Даниэль рассказал, что всегда мечтал иметь собаку. Но отчим был против. Однажды Даниэль даже взял щенка у друга и принёс домой, но тот приказал охране выкинуть псину за ворота. Хорошо хоть охранник оказался добрым. Он пристроил пёсика своим родственникам в деревню. На рынке был большой выбор. Тут тебе и котята, и щенки, и рыбки, и даже куры и утки. Я прошёлся по ряду, где торговали щенками. Но в основном были большие породы собак. И тут я увидел его. Он выглядывал из коробки и смотрел таким взглядом, что моё сердце ёкнуло. Это был белый с рыжим щенок, с висячими ушками.

— Возьмите, последний остался. Мальчик. Английский тойтерьер. Собака дорогая, но тебе бесплатно отдам, — сказала миловидная женщина средних лет.

— А он у меня волкодавом не вырастет? — я в породах собак не разбирался.

— Что вы, он маленький. Не больше двадцати восьми сантиметров в холке будет. К тому же вес около трёх килограмм. Но знаете, эта собака прекрасно ладит с инвалидами. И если нападёт меланхолия, он постарается рассмешить. Недаром эту породу собакой утешителем зовут. Оставь мне звонкую монетку, чтобы щенок к дому прижился. И не забудь, он встанет на ноги, но только тогда, когда поверит в себя, — сказала женщина и тепло улыбнулась.

— А откуда вы? Вы что, экстрасенс? — удивился я.

— Не кричи, не хочу, чтобы люди знали. Сбегутся как мухи на мёд, на судьбу погадать. Я только тебе сказала, потому что у тебя душа чистая как горный родник.

Я поблагодарил добрую женщину и, оставив ей десять рублей, пошёл к машине. На моих руках доверчиво прижимаясь к груди, сидел щенок. Как удивительно складывается жизнь, вот даже породистого щенка подарили.

Когда уже ехал к дому Даниэля, пришло смс. Отец писал гневную отповедь, в которой половину слов можно выкинуть как нецензурную брань. Но через пять минут пришло ещё одно смс. «Всё равно мы с мамой тебя любим, сынок. Двери нашего дома всегда для тебя открыты». «Спасибо, пап», — написал я ответ. Фух, даже от сердца отлегло. Всё же мои родители очень хорошие.

Я расплатился с таксистом и вышел из автомобиля. Когда уехал отсюда, то забыл оставить ключи. Потому смог беспрепятственно зайти во двор, предварительно спрятав щенка под рубашку. О боже! Во что он наше уютное гнездышко превратил?! Кругом валились бутылки из-под водки. На веранде стол буквально загажен, остатки колбасы и сыра, недоеденная банка шпрот. Пролитая бутылка кефира. Убью, гадёныша! Сам гадёныш сидел в саду и втыкал в какую-то картину. Подошел ближе. Хах, это же мой портрет, лицо крупным планом. А вот когда посмотрел на Даниэля, смеяться перехотелось. Похудевший, в помятой не стираной одежде, волосы спутались, на лице пятидневная щетина. А взгляд такой пустой и потерянный. Он даже не заметил, что я приехал, так и гипнотизировал мой портрет. Я подбежал к нему и, упав на колени, стал целовать его руки.

— Что ты с собой сотворил? Зачем? Ты посмотри, на кого ты похож.

— Са-аша-а, — протянул он не отрывая взгляд от холста, а потом, увидев меня, крикнул, — Саша-а-а! Саша, ты вернулся?!

— Так, ну-ка прекратить истерику! Тебя на пару дней оставить нельзя! Ты во что дом превратил! — строго сказал я.

— Я не смог без тебя, понимаешь, — всхлипнул он, — Только когда ты уехал, я понял, как сильно люблю тебя. А тут ещё твоя мама написала, чтобы я от тебя отстал. Ты должен жениться и завести детей. Я подумал, может это и правильно. Я же для себя решил, что у меня никогда не будет детей. Это я сейчас должен в ногах у тебя валяться, за то, что ты приехал.

— Почему не будет детей? Будет. Вот тебе дитё. Имя придумаешь сам, — я достал из-за пазухи щенка.

Малыш оказался умным. Он сидел под моей рубашкой тихо, как будто знал, что так нужно. Положил его на колени Даниэля.

— Собака, моя собака. Она, правда, будет жить с нами? Ты не против? — счастливо улыбнулся он.

— Ага, я её с самого Сочи вёз, чтобы посмеяться над тобой. Глупости не говори.

— А я и есть глупый. А ещё никчёмный, ни к чему не приспособленный слабак. Я без тебя разнюнился, впал в депрессию. Я очень люблю тебя, Саша, правда.

— Не правда, просто ты очень ранимый. А художники они ведь такие. Только знаешь что, мой художник, поехали мыться.

✨ Даниэль

Он вернулся, ещё и щенка с собой приволок. Саша, мой невероятный мальчик. Я был счастлив, как никогда до этого. Казалось то, что было раньше, было наносное, неправильное. Экономический факультет, бизнес. Только красивые модельные мальчики. Но это не главное. Самое важное в жизни, чтобы рядом был человек, который сможет тебя согреть теплотой своего сердца. Чтобы был тот, кто останется с тобой и в радости и в горе. Сейчас Саша мыл меня мочалкой, растирая кожу до красноты. Он сказал, что сам я так тщательно не помоюсь. Потом мочалка уступила место бритве. Я говорил, что сделаю всё сам, но он и слушать ничего не захотел. Через полчаса, я уже сидел на веранде, а Саша ставил передо мной тарелку с яичницей.

— Знаешь, я не могу отдать тебе твои деньги. Я кое-что для тебя купил. Это сюрприз. Пока внёс задаток, но до полной суммы мне не хватает двадцать тысяч. Прости, на дорогу истратил, — неожиданно сказал он.

— Какие мои деньги? Я тебе ничего не давал, — удивился я.

— Как это?! Ты мне вчера три с половиной миллиона перечислил и не помнишь?! — округлил глаза он.

— Пьяный был. Помню, звонил, но даже что говорил, не знаю, — пожал плечами я и полез в смс на телефоне.

Точно, я умудрился ему такие деньжищи переслать. Поедая свою порцию яичницы, Саша поведал, как было дело с его родителями. Потом как я ему звонил.

— Между прочим, было обидно, словно корову на рынке покупаешь. Я не продаюсь, Даниэль. Одно из двух, либо люблю, либо нет. Но я купил тебе подарок на эти деньги. Через неделю доставят. Нужно будет в Сочи ехать, — закончил рассказывать он.

— И что можно купить на такие деньги? Нет, мне не жалко. В конечном итоге не в деньгах счастье. Но я дал деньги для тебя, а ты мне на них такой дорогой подарок покупаешь, — нахмурив брови, сказал я.

— Вот именно, ты их мне дал. А значит, деньги мои со вчерашнего дня. Так?

— Так.

— Ага, вот раз это мои деньги, то как хочу, так и распоряжаюсь. Всё вопрос закрыт обсуждению не подлежит, — строго сказал он. — И кстати, я весь этот срачь один убирать не собираюсь. Возьмешь пакет и будешь ездить за мной. Я буду в него мусор складывать. А потом, этот стол тряпкой выдраишь. Больше я тебе не Золушка.

— Согласен, буду помогать, чем смогу. Только больше не уезжай, — улыбнулся я.

— Конечно, будешь, куда ты денешься с подводной лодки.

Саша сбегал в магазин, накупил продуктов и корм с мисками для нашего Джаника. Потом мы общими усилиями прибрались. От меня был маленький толк, но я старался, как мог. Вечером поужинали, смотря фильм на ноутбуке. Саша рассказал, что видел Ивана с женой в магазине. Они поздравили нас с примирением.

Всё было хорошо. Я витал в облаках. Саша помог мне раздеться как всегда, и уложил в постель. А потом он ушел, не сказав ни слова. Его не было долго, и я подумал, что он лёг спать в той комнате, в которой спал до этого. Стало вдруг так обидно. Он ведь говорил что любит. И я хотел предложить ему спать вместе, но он так быстро вышел из комнаты, что я не успел.

Неожиданно он снова возник в дверях.

— Ну чего ты? Что ты опять себе напридумывал? Я просто в душе был, — сказал он.

Саша действительно был в одних трусах. Влажные волосы блестели в свете ночника. Он лег рядом. Потом обнял, прижимаясь ко мне грудью, и запел.

— Спит моя любимая, в ласковых объятьях снов. Утро безмятежное тихо постучит в окно. О тебе поёт ветер. Для тебя горят звёзды. О тебе болит сердце, и живёт душа моя. О тебе грустит небо. Для тебя любви грёзы. Лишь тобою мир полон, и живёт душа моя. Ты моя любимая, небесами данная, нежная, ранимая, самая желанная. Для тебя горят звезды. О тебе болит сердце, и живёт душа моя.

— Что это? — изумился я, когда он закончил.

— Колыбельная для тебя. Ты же мечтал. Эта песня о тебе, Даниель. Дабир Абаев её женщине поёт, а я тебе.

Я повернулся к нему и обнял.

— Всё правильно, Саша. Мы данные небесами друг другу. И если ты захочешь уйти, я прикую тебя цепями к себе. Теперь не отпущу, не надейся.

— Я скажу больше, теперь ты меня отсюда ни за что не выгонишь.

Я погладил его по щеке, а потом спросил.

— Можно я тебя поцелую?

— Можно. Только давай на этом сегодня ограничимся. Я очень устал. А потом ты меня всему научишь, — он покраснел от смущения.

✨ Александр

Он такой странный. Я пришёл к нему в постель, а он спрашивает разрешение на поцелуй. Конечно же, я согласился. Но на большее пока был не готов. Во-первых — устал, после перелета так и не отдохнул толком. А во-вторых — боялся, как бы глупо это не звучало. Даниэль тем временем прикоснулся к моим губам, а потом шепнул прямо в них: «Расслабься. Ты боишься что ли?»

— Да я боюсь, а ещё я никогда ни с кем не целовался, — смущаясь, ляпнул я.

— Что мне больше всего нравится в тебе, это то, что ты не боишься говорить правду. Приоткрой рот и повторяй за мной.

И он меня поцеловал. Сначала нежно, а потом так властно, что я задохнулся от нахлынувших эмоций. Я никогда не думал, что чужой язык во рту это вовсе не противно, а наоборот так невероятно возбуждает. А ещё я понял, что раньше, он был не такой как сейчас. Просто с этой травмой надломился его внутренний стержень. Ничего, я буду тебе опорой, пока ты снова его не обретешь.

_Малыш Джаник._

17

✨ Александр

Я проснулся в объятиях мужчины. Это было здорово. Я и раньше спал на своей узкой кровати не один. Приснилось кому-то из младших братьев страшное, и он прибегал ко мне под бочок. Но сейчас было совсем другое ощущение, как будто паришь в облаках. Рука Даниеля обняла меня и прижала к себе. Он как будто даже во сне боялся меня отпустить. Осторожно попытался выползти из-под него, но Даниэль проснулся.

— Ты куда? — встрепенулся он.

— Пф, завтрак готовить. Уже девять утра, между прочим, — фыркнул я.

— Э нет, пока не поцелуешь, никуда не пойдешь, — он схватил меня и ловко втащил на своё тело.

Сила в руках у него осталась. Недаром он предпочитал крутить колеса коляски, а не ездить на моторчике.

— Даниэль я…

Запнулся и не договорил, почему-то стало неловко.

— Что я? Как будто мы вчера не целовались. Что ты как маленький, Саша. Иди сюда.

Он надавил ладонью на мой затылок и сам начал меня целовать. Я почувствовал, что начинаю возбуждаться. И ещё где-то внизу в меня уперся такой же стояк Даниэля.

— Может, ну его, завтрак. Успеем ещё, а сейчас продолжим то, что начали. Я тебя хочу, Саша, — прошептал он ласково.

— Ну, сначала нужно поговорить, всё выяснить, — чувствую, что покраснел.

— Тебе скоро двадцать один год, мальчик мой. Какие ещё разговоры?

— Ну, это, я же не знаю кто ты, верхний или нижний. А я вообще не знаю, кто я, — промямлил я.

— Ах, ты об этом. Я универсал. Но всё время в нижней позиции не буду, можешь даже не мечтать об этом, — заявил он.

— Ну, и ладушки, а теперь я пойду готовить, — я попытался сползти с него.

— Готовить оладушки? — засмеялся он, — Куда пополз, стоять, бояться, — он схватил меня под мышками и снова дернул на себя.

Потом он впился в мои губы, а руками начал стягивать боксёры с задницы. Я, было, испуганно дернулся, но он шикнул прямо в губы.

— Тихо, чего ты дёрганый такой. Я не обижаю невинных мальчиков.

Наконец спустив на мне трусы, он схватил меня за член и начал ласкать. Я каким-то образом сообразил, что он хочет. Слегка приподнялся и прикоснулся к его органу. Кончили мы почти одновременно, под его утробное рычание и мой тихий стон. Потом я уткнулся лицом в его грудь, тяжело дыша.

— Ну, что, страшно было? В первый раз вижу такого скромника в твоём возрасте. Ничего, мы это исправим, — улыбнулся он.

Потом мы услышали громкий лай, и в комнату ворвался Джаник.

— Про сынулю забыли, он наверное, голодный, — я подскочил как ужаленный.

Мы привели себя в порядок, а потом я покормил щенка и приготовил завтрак. За столом сидел и как дурак втыкал в тарелку взглядом.

— Саша, посмотри на меня. Я что-то сделал не так? — Спросил Даниэль.

— Нет, так, просто всё это неожиданно. Я привык считать тебя недосягаемым идолом, а тут вдруг ты ко мне сам пристаёшь. И если честно, я не знаю, как теперь быть. Если я твой любовник, то значит, не работаю на тебя, и деньги ты мне платить не должен. А если я на тебя работаю, то мы не можем быть любовниками. Я бы мог устроиться на работу, но боюсь оставлять тебя одного на целый день. А работа мне нужна. Я приехал с теми же вещами. Уже через три дня первое сентября. Да, тут ещё долго будет тепло, но мне всё равно нужна курточка и теплая обувь.

— Ты, что думаешь, я тебя обеспечить не смогу? Купишь всё, что нужно. Я дам денег.

— Чего?! Вот уж нет! — взвился я, — Я не альфонс, Даниэль, и никогда им не буду! Это стыдно жить зачёт другого человека! Меня так воспитали!

— Успокойся, Саша. Никто не говорит, что ты альфонс. Ты всё делаешь по дому. Убираешь, готовишь, стираешь, — он подъехал ко мне и погладил по щеке.

— Ха, моя мама тоже, готовит, стирает и убирает, но ещё и на работу ходит, между прочим. Она почему-то не говорит отцу: «Давай содержи меня. Мне надоело, приходить в десять вечера с работы, ещё и борщи тебе варить», — насупился я.

— Это ты себя сейчас с женой сравнил что ли? — захохотал он.

— Если мы с тобой будем спать друг с другом, то получается, я как бы твоя жена, — сказал тихо, опустив голову.

✨ Даниэль

Ну, вот за какие заслуги мне такое чудо досталось. Он такое говорит, что мне хочется сложиться пополам от смеха.

— Чудо моё, и откуда ты такой взялся? Здравствуйте, я Лунтик, и я родился. Ангел мой, ну хочешь работать, будет тебе работа. Подай объявление через интернет, что делаешь массаж на дому. Хотя нет, к тебе ещё бабы приставать начнут. Я что-то придумаю, дай мне время. Не зря же я на экономическом учился. А пока я перечислю тебе сорок тысяч. Добавишь до подарка, а на остальные купишь осеннюю одежду. Пусть это будет премией за хорошую работу в прошлом месяце.

— Даниэль а…

— Не спорь, а-то обижусь. Я же не предлагаю тебе, одеваться в дорогие вещи, потому что знаю, ты откажешься. А в нашем маленьком торговом центре есть недорогая одежда. Ну, всё, прекращай дуться.

Он поднял голову и улыбнулся.

— Ладно, но только если премия. А знаешь, батя твою картину с пятого этажа в лужу кинул. Так жалко.

— Нашёл о чём жалеть. Я тебе сто таких нарисую. Иди сюда и поцелуй меня.

Мы долго целовались, а потом Саша вывез меня с мольбертом и красками к морю. Он поставил всё как надо, а потом ушёл делать домашние дела. Рядом крутился пёс. Он, тихо повизгивая, бегал вокруг коляски. Достал из кармана его игрушку и кинул на песок.

— Поиграй, только не убегай далеко, а-то потеряешься, — сказал я ему.

Щенок лег на песок и принялся трепать зубами игрушку, я же начал рисовать этюд. Хорошо, что купил холсты уже натянутые на подрамник и загрунтованные. На написание этюда ушло чуть больше двух часов. Мне не мешали люди, пришедшие на пляж и визг резвившихся в воде детей. Я просто ушёл в творчество. В самое любимое с детства дело. Мама говорила, что я уже в старшей группе садика умел хорошо рисовать. В общем, я так увлёкся работой, что не заметил, как сзади встал мужчина.

— Здравствуйте, молодой человек. У вас есть талант. И не просто талант, а огромный потенциал. Где-то учились?

— Здравствуйте. Нет, я просто любитель.

— Позвольте представиться. Игнатов Аркадий Павлович. Я преподаю в Питере. Учу молодых и талантливых живописцев. Здесь в отпуске. Ночью у нас самолёт. Вот, решили с семьёй в последний раз взглянуть на море.

— Меня зовут Даниэль. Вы, правда, считаете, что это чего-то стоит?

— Определенно. Вы можете смело продавать свои картины. А знаете, хочу увезти кусочек моря и солнце домой. Если вы не против, я хотел бы купить у вас этот шедевр. Только внизу поставьте свои инициалы.

Я написал в правом нижнем углу три маленьких красивых буквы «Д. В. Л.»

— Только у меня рамы нет.

— Ничего я подберу её сам, когда буду дома. И подумайте всерьёз над продажей своих картин, — он протянул мне две новеньких купюры по двести рублей.

— Спасибо, что оценили, моё скромное творчество.

— Удачи, Даниэль, — он взял холст и пошёл к семье.

Вот это да, меня оценили, и никто ни будь, а сам Игнатов. Когда-то я мечтал у него учиться. Позвонил Саше и сказал, что может меня забирать. Хотя и сам мог бы доехать, но громоздкий мольберт мешал бы. Он пришёл через пять минут, и тут я заметил, что собаки нет.

— Ой, а Джаник где?! — заволновался я.

— Джаник где? Джаник где? — скривился он. Я пришёл через полчаса, проверить как ты, а тут народу набежало. Собака бегает вокруг коляски, а ты в астрал ушёл. Я смотрю, с ним дети играют. Ну, думаю, сопрут, вот и унёс домой. Больше с тобой не отпущу. Эх ты, папаша, — он потрепал меня по голове, — Ещё и так задумался, что картину украли.

— Зачем, я её продал, — показал деньги, — Хочу обмыть это дело.

— Чего?! А по шее ты не хочешь! — шикнул он.

— Я не про вино. Я про чай и торт.

Потом мы обедали и пили чай с тортом. Я рассказал, как у меня картину купили. Саша улыбался, облизывая ложку с кремом, а я чувствовал, как в паху начинает тяжелеть.

— Что? — осёкся он.

— Ничего, — улыбнулся я, — Вот думаю, надо, наверное, этюдник купить. Займись этим. Должны же быть тут специальные магазины.

— Ещё чего?! Что мне больше заняться нечем? Интернет в руки и ищи сам эти магазины. Я так и быть, потом туда заеду, — строго сказал Саша.

Эх, вот любит он мной покомандовать. Но мне, как, ни странно это нравиться.

18

✨ Александр

Я перевернул его на спину и начал массировать ноги спереди. Даниэль заложив руки за голову, с лукавой улыбкой на лице смотрел на меня.

— Саш, ты купил в аптеке то, что я тебя просил?

— Купил, — буркнул я.

— И опять покраснел. Мне даже нравиться, эта твоя особенность так смущаться.

— А знаешь, как было стыдно, когда я попросил крем с лидокаином и презервативы. Эта тётка так ехидно улыбалась, когда продавала всё это, — Вот скажи мне, Даниэль, у меня на лбу написано, что я гей?

— Вовсе нет. Но такой набор можно и для девушки купить.

— А им зачем? — не понял я.

— За тем же, зачем и нам. Ты что порнухи ни разу не видел.

— Откуда. У нас в семье один ноутбук и батя поставил на нём функцию «родительский контроль». Я бы мог, конечно, в телефоне глянуть, дома роутер. Но в комнате я сплю не один. Со мной еще три брата. Да и не интересно мне было на голых баб пялиться.

Я закончил массаж и начал делать ему зарядку, сгибая ноги.

— Получается, ты взрослого мужика голым, только в моём лице увидел? — улыбнулся он.

— Почему? Вовсе нет. Папа меня с собой в ванную брал лет до семи. А потом я уже сам мылся.

— Ну, всё, хорош меня мучить, иди лучше ко мне. Я тебя хочу, — он поманил меня рукой.

— Погоди, я нужные вещи в ящик тумбочки положил.

Полез за презервативами и смазкой, а у самого руки дрожат. Кинул всё это на кровать рядом с ним, а потом лёг с другой стороны. Он умудрился перевернуться на бок и, обняв меня, притянул к себе.

— Чего ты весь дрожишь, всё будет хорошо. Саша-а, — выдохнул он мне прямо в губы.

Потом кончик его языка очертил контуры моих губ, дразня. Почему-то стало щекотно, и я чуть не засмеялся, приоткрывая губы. Даниэль тут же воспользовался этим и принялся целовать меня. Я ответил на поцелуй со всем пылом, на который был способен. Мы долго целовались, не забывая ласкать друг друга руками. А потом Даниэль попросил меня подняться выше, и впился губами в мой сосок. Он, то посасывал его, то ласкал кончиком языка, превращая его в твёрдую горошину. Затем принялся за другой сосок, не забывая рукой ласкать мой член. Я робко стонал от наслаждения, стараясь тоже подарить ему ласку. Потом перевернул его на спину и стал сам ласкать его тело губами. Добрался до сосков и повторил его действия. О, как давно я об этом мечтал.

Мои поцелуи продвигались вниз, а он стонал в голос, нисколько не робея. Он был гораздо опытнее меня, но не подсказывал, предоставляя мне свободу действия. Я был благодарен ему за это. Наверное, убежал бы, если бы он стал командовать мной. Наконец, я добрался до его пупка. Провёл языком вокруг и двинулся ниже.

— Если ты не хочешь этого делать, то не нужно, — ласково прохрипел он.

— Я хочу, — возбуждённо сказал я, а потом лизнул его головку.

— Саша-а-а, — простонал он в ответ.

Больше не было сказано ни слова. Я боялся, что он начнёт меня поучать и говорить, что я не так делаю минет, но он только ерошил мою макушку ладонью.

— Тс, хватит, сейчас кончу. Давай теперь ты. Вставай надо мной.

О, минет в его исполнении это нечто, мне до такого уровня далеко. К тому же он сам понял, когда я был на пределе и отстранился. Потом он сам растянул на мне презерватив и вручил смазку.

— Давай, будем лишать тебя невинности. Медленно, сначала один палец, потом два и три.

Это было великолепно, я лежал на его груди, и тяжело дышал. Мой первый настоящий секс с мужчиной. Даниэль гладил меня по голове, счастливо улыбаясь.

— Ты потрясающий, Саша. Скажу честно, у меня ещё никогда не было такого невероятного оргазма.

— Мне до тебя ещё далеко, — смутился я.

— Ничего, ты всему ещё научишься. Главное ты стал настоящим мужчиной. Моим мужчиной. В следующий раз сверху я, — ласково промолвил он.

— Согласен, но не прямо сейчас.

Я поднялся, обтёр нас влажными салфетками и снова лёг рядом. Обнял его за талию, прижимаясь всем телом.

— Я счастлив. Знаешь, как я долго об этом мечтал, но думал, что ты не поймёшь. Или ещё хуже прогонишь.

— А я думал, что это ты меня не поймёшь. Скажешь: «Мало я за ним ухаживаю, он ко мне ещё и пристаёт, гад». Мой отчим, сам того не ведая, оказал мне неоценимую услугу. Эй, пусть там тебе икнется, падла.

— А этот белобрысый, он больше не будет тебя доставать? — осмелился спросить я.

— Нет. Игорёк продал ему зеркало группы за пятьдесят тысяч. Тот сначала писал ему, что уроет меня. Но Игорь ответил, что никакого Даниэля не знает. А если тот покупать не хочет, то адью. Разумеется, Лёлик купил своё детище. И вообще, забудь о нём. Есть только я и ты.

✨ Даниэль.

Я летал как на крыльях, несмотря на то, что остался сидеть в коляске. Ночью у нас с Сашей был настоящий секс. Он такой потрясающий мальчик, нежный скромный. Его ласки дарили такое невообразимое возбуждение и тепло, возможно потому, что были искренними. Саша дарил мне свою нежность и любовь, как умел и, я чувствовал разницу. С другими было не так, они как будто отыгрывали свою роль, стараясь больше получить сами. Я тоже готов был отдать ему всего себя без остатка. Если бы только я смог двигаться, как раньше я бы ему показал всё, что я умею.

— Поедешь сегодня к морю? — отвлек он меня от мыслей, принеся свежий кофе.

— Спасибо, Саша. Твоё рагу было бесподобным. Останусь дома. Я вчера залез на сайт того магазина в Сочи, где мы были. Закажу кое-что, и ты заберешь, когда будешь там.

— Хорошо, — он принялся пить свой чай.

Откуда-то из сада прибежал Джаник со своим резиновым мячиком в зубах. Он положил его на пол и тявкнул.

— Хочешь поиграть? А ты умеешь? — я попытался достать до меча.

— Свалишься, Даниэль, — подскочил ко мне Саша, и подал мяч.

— Джаник, принеси! — скомандовал я, кидая игрушку.

Щенок с весёлым лаем помчался за своим мечом, а потом принёс его назад.

— Молодец, Джаник, умный пёс, — я снова нагнулся и погладил его кончиками пальцев.

Тот как будто всё понял. Он встал на задние лапы, а передние поставил на колесо. Таким образом, я смог забрать у него мячик.

— Надо же, он всё понимает, — улыбнулся я и снова кинул мяч.

Щенок вернулся, положил игрушку на пол, а потом запрыгнул ко мне на колени. Я с удовольствием погладил его. Как же всё-таки хорошо, что Саша его привёз.

19

✨Александр

В один из вечеров заглянул Иван. Мы усадили его пить с нами чай.

— Я к тебе по делу, Александр. Девки у жены на работе сквозняк в кабинете устроили, и ей шею надуло. Лежит, от боли корчится. Выписали у колы и сказали на массаж походить. Ну, уколы — это без проблем, а на массаж в поликлинике очередь на месяц вперёд. Я мог бы её в какой-нибудь салон отправить, но понимаешь, всё эти брутальные качки в массажных салонах. Даниэль говорил, что ты массажист по профессии. Я заплачу. Держу пару магазинов в городе, так что, денег хватает.

Я прекрасно понимал соседа. Его жена была красивая стройная шатенка. С такой внешностью только в кино сниматься, а она выбрала профессию бухгалтера.

— Вот тебе и первый клиент, Саша. Ты же мечтал о работе? — улыбнулся Даниэль.

— Так он же, вроде, на тебя работает, Даниэль, или нет? — не понял сосед.

— Ну, всё поменялось. Теперь мы пара. Только для других пусть всё остаётся по-прежнему. Я на него работаю. А массаж, конечно, сделаю. Кстати у меня ещё диплом медбрата. Уколы будут бонусом, — сказал я смущаясь.

— Спасибо. Когда сможешь прийти?

— Так, а чего тянуть. Сегодня уколы делали?

— Нет.

— Тогда тем более. Даниэль, поскучай без меня пол часика.

Я ушёл в дом соседа. Надо сказать, что жил он зажиточно, судя по дорогой мебели. Но я всё равно не стал драть с него цену. Сосед всё же. Зато получил двойную оплату. Иван захотел и себе массаж.

— Фух, как заново родился. Послушай, а давай курс для меня и жены. А потом я друзьям скажу, может кто-то ещё найдётся. У тебя руки волшебные.

— Ну, наговоришь тоже, волшебные, — отмахнулся я.

— Ещё какие волшебные. Вчера медсестра в больнице так иглу воткнула, как будто мечтала во мне дырку до кости проделать. А у тебя руки лёгкие.

Вот так я получил свои первые деньги. На следующий день решил сходить в магазин и купить, наконец, осеннюю одежду. Даниэль в приказном порядке заявил, что я могу купить всё что захочу, но не в сером цвете. Якобы он его ненавидит. Я пожал плечами, уступая своему любимому.

Прикупил себе синюю куртку и осенние ботинки. Ещё пару футболок и джинсы в обтяжку. Даниель в последнее время стонет, что из-за моей мешковатой одежды, не видно моей красивой попки. Теперь пусть любуется, мне не жалко. Пиликнула смс. Отлично, можно забирать подарок Даниэля. Вот завтра с утра и съезжу.

Вернулся домой. Даниэль играл в саду с Джаником. Я хотел незаметно проскользнуть в дом, но меня заметили.

— Чего это ты как мышка крадёшься? — спросил Даниэль.

— Хотел переодеться и показать тебе обновки, — улыбнулся я.

— А, тогда жду. Или нет, лучше поеду, и посмотрю, как ты переодеваешься, — он покатил коляску к дому.

Вот этого я и боюсь. Он, как только видит меня голым, сразу кричит: «В койку, я тебя хочу!»

— Опять приставать будешь? — буркнул я.

— Обещаю руки не распускать, — заверил он.

Пока я переодевался, Даниэль сидел и пристально наблюдал за мной. Крылья его носа трепетали, а дыхание становилось учащённым. Я старался, как можно быстрее надеть джинсы и футболку, потому что в его глазах явно читалось: «Хочу».

— Ну, как, нравиться? — спросил я.

— Вау, какая попка! — воскликнул он, потом подъехал ближе и провёл рукой по ширинке, — Ты такой сексуальный в этом.

— Ты обещал, что не будешь распускать руки, — возмутился я, скрестив руки на груди.

— Хорошо, тогда иди, готовь ужин, — ухмыльнулся он.

— Ты со мной. Будешь лучок нарезать, — я стянул с себя новую футболку.

— Я-а?! — удивился он, округляя глаза.

— Ты обещал мне помогать, так что, нечего прохлаждаться. Приготовим столько, чтобы на завтра на обед хватило. Я после завтрака уезжаю за твоим подарком, а заодно заберу заказ в магазине.

— Хорошо, поехали готовить, — согласился он.

✨ Даниэль

Я смотрел, как он переодеваться, а в теле поднималась волна возбуждения. Это странно, но я никак не могу насытиться им. Даже не смотря на то, что Саша несколько раз был в нижней позиции. Правда ему пришлось сидеть на мне и самому насаживаться на мой член, но это не меняет дела. Он очень быстро всему учился, не капризничал, только всё ещё смущался. Ничего, и это со временем пройдёт. Нарезая овощи, я невольно задумался о его подарке. Он сказал, что грузовик нанимать не надо, подарок поместится на заднем сидении моего автомобиля. Интересно, такой маленький подарок за такую цену. Иномарку можно за миллион купить, а он целых три с половиной отвалил.

На следующий день я не мог дождаться Сашу. Он уехал на полдня, а я уже безумно соскучился. Коротал время, сидя в контакте и переписываясь с друзьями. Лешу я из списка друзей вычеркнул и отписался от его группы. Да и вообще сделал свою страницу только для друзей. Роман писал, что кое-кто из старых друзей спрашивал обо мне. Хм, совесть проснулась, что ли? Парочка геев поздравляла с тем, что я снова нашёл свою любовь. Федя говорил, что если Саша меня обидит, он ему расквасит нос. «Без фанатизма, Фёдор. Ты же его с одного удара убьёшь», — ответил я. Да, Федюня у нас боксер. Когда темы для разговора были исчерпаны, я начал играть в игру на том же сайте. В общем, старался убить время как мог. Наконец открылись ворота, и во двор въехала машина.

Саша устало выбрался из салона, а я поспешил подъехать к нему. Он открыл багажник и водрузил мне на колени пару коробок, сам же, взял холсты, завёрнутые в бумагу. Мы отнесли всё это в дом, а потом Саша приказал мне ехать за подарком.

— Двадцать три килограмма коробочка весит, так что, вези её сам, — заявил он.

Коробка была длинной. Саша поставил её на подлокотники, приказав держать, и покатил коляску сам. «ExoAtlet», — прочитал я на упаковке. Было видно, что коробку вскрывали. Видимо проверяли товар.

— Ну, что это за хрень? Атлет какой-то, — буркнул я.

— Сейчас увидишь, погоди.

Он остановил коляску на веранде, а потом водрузил коробку на стол. Крышка открылась, и я увидел: два костыля, странную вещ с застёжками и длинными похожими на ноги штуками. На «ногах» даже что-то вроде ступней имелось и несколько застёжек. Ещё лежала коробка, на которой был нарисован планшет.

— Это что?! — удивился я.

— Экзоскелет российского производства. С ним ты сможешь ходить. Управление идёт от кнопки на костыле. С этой штукой можно: ходить по лестнице, сидеть на лавочке, стоять. Он даже по наклонной плоскости ходит, представляешь, — воодушевлённо рассказывал Саша.

— Это ты меня что, киборгом представил?! Я это не одену! — взвился я.

— Прекратить истерику! Глаза боятся, а руки делают! Не оденешь, секса неделю не будет! Нет, месяц! — рыкнул он.

— Так не честно, я художник, а не этот, робокоп, — насупился я.

— Хах, ну ты себя ещё с Дартом Вейдером сравни, — засмеялся он, — И нечего тут сидеть и пыхтеть. Доктор сказал, что с этой штукой ты потом сам ходить сможешь. Сегодня я устал, а завтра начнём работать. И не дай бог будешь выпендриваться, секса не будет полгода.

— Эй, ты сказал месяц! — возмутился я.

— А я передумал, чтобы у тебя был стимул, начать заниматься на нём. Всё, я хочу есть. А ты сиди и изучай инструкцию, — он достал бумаги, завёрнутые в целлофан, а потом сунул мне в руки.

Вот это подарок! Надо же было такое выдумать! Ещё и угрожает, сатрап!

— Эй, чего ты там бубнишь? Тебе это не поможет избежать завтрашней участи, — крикнул Саша с кухни.

Ой, а я даже не заметил, что вслух говорю.

Мужчина на экзоскелете.

Извините, но завтра главы не будет. Если ничего не изметится, то будет только 9 числа.

20

✨ Александр.

На следующий день сразу после завтрака я вытащил экзоскелет на улицу, а потом, придав ему сидячее положение, поставил на стул.

— Так, давай, держись за меня, а я помогу тебе сесть на стул, — сказал я.

— А ты уверен, что мне это поможет? — насупился он.

— Уверен, а вот почему ты в себя не веришь, я не понимаю, — подошёл сзади и, наклонившись, обнял его, — Даниэль, любимый, всё будет хорошо. Верь мне, любовь моя, у тебя всё получится. Только и ты должен в себя поверить.

— Знаешь, это звучит по-детски, но мне страшно, — он положил свою ладонь на мою.

— Мне тоже, но нам нужно бороться, понимаешь. Без борьбы нет жизни. Без борьбы человек превращается в одноклеточное животное, — заявил я.

— Мой философ, как же я тебя люблю, — ласково произнёс он.

— Всё, хватит сидеть и трястись! Давай, вставай! — скомандовал я.

Пересадив Даниэля в экзоскелет, я снял его сандалии. Потом вставил в них ступни скелета и надел, сандалии ему на ноги. Пару минут и я уже надежно закрепил все ремни на нём.

— Готово. Теперь нажимай на кнопку и поднимайся.

Когда экзоскелет поднял его, то Даниэль закачался.

— А-а-а, я сейчас упаду!

— Без паники. Я тебя держу.

— Не отпускай, а то я падаю. И вообще, сажусь назад, снимай с меня эту штуку, — закапризничал он.

— Я тебе сниму! Стой и держи равновесие. На костыли опирайся. Доктор сказал, что первое время нужно будет заново учиться держать равновесие. Это как учиться на байке ездить. Ты же байкер, Даниэль, вспоминай навыки! — прикинул я на него.

Это подействовало, и он уже не качался из стороны в сторону. Я отпустил его. Он стоял сам, но было видно, как напряжены его руки держащие костыли. Снова поддержав его, я приказал ему сесть.

— Пять минут отдыха, потом снова встаёшь. Так в течение получаса. Пять минут стоишь, пять сидишь. Вечером потренируемся ещё. Если вечером будешь сам без проблем стоять и сидеть, то на следующий день можно отрабатывать шаг.

— Изверг, я не выдержу, — буркнул он.

— Выдержишь, куда ты денешься с подводной лодки. И потом, хочешь ночью вкусняшку в постели, придётся постараться, — улыбнулся я.

— Эх, одни ультиматумы.

— Не ворчи. Вставай, пять минут прошли.

✨ Даниэль

Никогда не думал, что когда-нибудь буду стоять на таких «ходулях». Но, тем не менее, я стою и всё благодаря Саше. Он подбадривал меня, иногда даже покрикивая. Я вовсе не обижался. Наверное, так и надо, дать мне словесного пинка, чтобы растормошить. В последнее время я действительно разнюнился, стал жалеть себя. Только Саша не давал мне снова скатиться в депрессию.

Вечером я уже уверено стоял на этих «ходулях». Сам, без помощи посторонних, мог садиться и вставать. Заглянул в гости Иван. Увидев весь этот «цирк», взял с меня обещание, прийти к ним на чай в экзоскелете. Саша пересадил меня обратно в кресло и упорхнул делать массаж. Оказалось, что один друг Ивана тоже хочет курс массажа. Он сейчас в отпуске и гостит у семьи Фроловых. Ну вот, пусть у него будут свои деньги, раз он мои брать не хочет.

Пока Саша отсутствовал, я достал аэратор и нарисовал маленькую картинку на листе. Это был наш дом. Получилось неплохо. Если я смогу стоять на экзоскелете по четыре часа в день, то можно заниматься отделкой интерьера. Например, на заказ расписывать стены картинами. Да, у меня есть деньги, я могу спокойно жить на проценты, но как-то не привык сидеть без дела. Спасибо отчиму, что не вырастил из меня мажора, прожигающего жизнь и родительские деньги. Только вот теперь, что делать в таком плачевном состоянии. Саша говорит, что я должен поверить в себя, только тогда что-то получится. Пока ещё не знаю, как можно уверовать в один процент из-за ста, но может со временем.

Я сидел и долго рассматривал рисунок. По идее нужно ещё кисточкой поправлять, но почему-то было лень. А идея росписи стен прочно засела в мозгу. А почему бы и нет? Можно собрать таких же, как и я, а потом создать фирму. Очень много художников, которые по тем или иным причинам не поступили в художественные училища и вузы. Решил при удобном случае посоветоваться с Иваном. Он всё же предприниматель, да и город знает лучше меня. Да, Ваня, пожалуй, я приду к тебе на чай, когда научусь передвигаться на этой штуковине. Мне очень повезло с соседями. Семья Фроловых оказались толерантными людьми. Просили только не афишировать свою ориентацию. В этом городе есть такие, которые избить могут, даже не смотря на то, что я инвалид. В таком состоянии мои знания боевого самбо не помогут, а Саша вообще драться не умеет. Подозреваю, что он тупо встанет передо мной, как тогда перед Лёшей, и будет прикрывать меня своим телом.

— О чём задумался, любимый, — сказал подошедший Саша.

Ой, даже не заметил, как он подошёл.

— Подумываю о бизнесе. Нужно как-нибудь с Иваном посоветоваться.

— Ладно, но я всё равно буду тебя ругать. Когда ты прекратишь выходить в астрал, Даниэль. Ты так задумываешься или уходишь в творчество, что совершенно не видишь, кто к тебе подходит. А если это был бы не я, а злой маньяк гомофоб.

— А бывают ещё и такие? Не знал, — улыбнулся я, — Прекрати меня опекать. Иногда мне кажется, что ты старше меня, а не наоборот.

— Мне тоже иногда так кажется. А ещё, кажется, что всё художники постоянно витают в облаках. Давай мыться и в коечку.

✨ Александр

Я посадил Даниэля в ванную, а он настоял, чтобы мы мылись вместе. Он любит ласкать меня мыльными руками, там, где достанет. Залез в ванную и полив на руки геля для душа стал мыть его, встав перед ним на колени. Даниэль тоже принялся меня мылить, лаская руками. Таким образом, наша помывка закончилась обоюдным минетом прямо в ванной. Я уже не стеснялся этого, разве что чуть-чуть. Мне было хорошо с ним рядом несмотря ни на что. Я окончательно перестал воспринимать его как парня в инвалидном кресле. Он был мой Даниэль. Самый любимый, и самый желанный художник на свете. Без него я уже не видел смысла своей жизни. Я растворился в нём как кусочек сахара в чае.

Позже мы засыпали в объятиях друг друга. Даниэль прижимал меня к своему телу, ласково гладя по голове.

— Знаешь, о чём я сейчас вспомнил? Что так и не написал твой портрет в стиле ню, — неожиданно сказал он.

— Ну, прямо жить ты без этого портрета не можешь, — фыркнул я, — Ладно, если завтра хорошо поработаешь на экзоскелете, то будет тебе стиль ню. Но у меня условие, член мы чем-то прикроем. Я тебе не порно актёр.

— Согласен, — счастливо улыбнулся он.

Да, видимо все художники слегка сумасшедшие. Для полного счастья ему не хватало только моей голой задницы на картине.

21

✨ Даниэль

Несмотря на середину сентября, была прекрасная погода. Двадцать три градуса тепла, но ведь это юг. Саша лежал на шезлонге в нашем саду. Он был абсолютно голый и лежал на животе, при этом голова была повёрнута в мою сторону. Я же стоял перед мольбертом и писал его портрет.

— Даниэль, я сейчас умру. Уже целый час валяюсь в таком положении. У меня, между прочим, шея затекла, — недовольно проворчал он.

— Санечка, солнышко, ещё немного потерпи. Минут десять не больше, — взмолился я.

— Через десять минут курица в духовке превратится в пепел. Выбирай, любимый, или обед, или моя пятая точка на картине, — нахмурился Саша.

— Я бы выбрал твою прелестную попку, но кушать, как назло хочется. Вставай, а то ещё скажешь, что позировать художнику это самая изощрённая пытка, — улыбнулся я.

Саша встал и, стянув простынь с шезлонга, завязал её на себе типа римской тоги. Проходя мимо, он чмокнул меня в щёку.

— Любому другому художнику я бы не доверил писать свой портрет, а тебе всё можно.

Я тут же воспользовался моментом, забравшись под простынь, приласкал его член.

— Ммм, Даниэль, там же курица, — простонал он.

— Знаешь, мне кажется, меня разделили на три эгоистичных Даниэльчика. Мозг говорит: «Хочу дописать картину». Член кричит: «Какая картина?! Хочу поскорее очутиться в этой прелестной попке!» А желудок буквально вопит: «Вы, придурки, я жрать хочу! Так что никаких картин и секса, пока меня не накормите!» — засмеялся я.

Александр подхватил мой смех и убежал на кухню. За стол, разумеется, он уже сел в шортах и футболке.

— Даниэль, я уже накрыл на стол. Иди, а-то остынет.

Я взял костыли, которые стояли у ближайшего дерева, и потихоньку пошёл к нему. Улыбнулся, увидев Джаника наяривающего из своей миски кусочки курицы.

— Видишь, ты уже уверенно ходишь на экзоскелете. Следующим этапом будет подъём по лестнице. У Ивана двухэтажный дом и он любезно разрешил нам потренироваться у него. Сегодня мы приглашены к ним на ужин. У их сына день рождение. Ему десять лет исполняется, — неожиданно заявил Александр.

— Что же ты раньше не сказал. Я бы купил подарок, — посетовал я. — Не люблю выбирать подарки впопыхах.

— Он увлекается моделизмом разных кораблей. Я вчера видел французский фрегат Ашерон в модельном магазине. Собрать такой сложно, но думаю, мальчик будет счастлив. Кстати, подготовься морально. Там будут и другие гости, — Саша повертел вилкой, а потом воткнул её в кусочек томата.

— Может, тогда не пойдём? Ну, извинимся, подарим подарок и всё, — потупился я.

— Ничего страшного. Нужно выбираться в люди иногда. К тому же семья Фроловых стала нам друзьями, не смотря на то, что знает о нас правду. Это дорогого стоит, поэтому не нужно их обижать. Хотя думаю, они бы поняли. У Ивана есть к тебе дело. Вернее даже не у него. Ваня настоятельно просил прийти. Правда, ему зачем-то мой портрет понадобился. Ну, тот, который ты пьяным нарисовал. Сам не знаю, что он там мутит, так что не смотри на меня умоляющими глазами.

А вот это уже новость. Зачем соседу портрет моего любимого? Я очень удивился этому обстоятельству, но, тем не менее, идти на праздник не хотелось. Если я приеду в кресле, или приду в скелете, люди всё равно будут сочувственно пялиться на меня.

— Ну, чего ты так переживаешь? Стол будет накрыт на улице, поэтому Иван сказал, что можно приехать на коляске. К тому же гостей будет всего десять человек. Ну, плюс мы с тобой, — заверил меня Саша.

Я был рад этому обстоятельству. Значит, не придётся изображать бесплатного клоуна, передвигаясь на этих «ходулях».

Вечером мы надели свою парадную одежду. Саша был в джинсах и белоснежной рубашке. Я надел бежевый костюм и чёрную рубашку. Странно, но за эти месяцы я даже как-то отвык от костюмов. Привык к просторным льняным брюкам и рубашкам. Но праздник есть праздник, туда в домашней одежде не пойдешь.

Саша подошёл ко мне и покатил мою коляску со двора, старательно изображая моего помощника в делах. Калитку соседнего дома открыл сам хозяин. Он с улыбкой поздоровался с нами и пропустил во двор. Потом он принялся знакомить нас с гостями. Здесь были бабушки и дедушки с обеих сторон. Брат Ивана с женой и маленькой дочерью. А так же крёстные именинника и его младшей сестры со своими семьями. Так что гостей набралось явно больше десяти человек. Но никто не смотрел на нас косо. Не было вопросов о моей болезни. Разговор шёл на нейтральные темы, только несколько человек напросились к Саше на сеанс массажа. Один из крёстных, узнав, что я в прошлом бизнесмен, заговорил со мной о бизнесе. Я расслабился, находиться в этом обществе было весьма приятно. В воздухе летал запах шашлыков, будоража аппетит. А еще, все было насыщенно ароматом цветов, которые любила выращивать хозяйка. У Фроловых тоже был фруктовый сад и несколько овощных грядок. Посередине двора накрыли большой длинный стол. Скорее всего, несколько придвинутых друг другу столов. Моя коляска стояла с краю стола, а Саша сел рядом. За столом стали шутить и рассказывать анекдоты. Я смеялся вместе со всеми, уже не жалея, что пришёл в этот дом. Но моя картина, которую я принёс с собой, осталась в доме, куда её занёс Иван. Я перестал переживать по этому поводу, подумав, что всё проясниться в своё время.

За столом продолжалось веселье, а я, наевшись, откинулся на спинку своего кресла. Выпивать не стал, чокаясь со всеми стаканом с соком. К удивлению, никто даже слова не сказал по этому поводу. Неожиданно ко мне подошёл брат Ивана, Олег.

— Даниэль, я хотел бы с вами серьёзно поговорить. Мы могли бы проехать в дом. Брат говорит, что оставил вашу картину в гостинной.

— Конечно, но в доме Ивана крыльцо, — развёл руками я.

Олег глянул на широкое крыльцо из пяти ступенек.

— Простите, не подумал. Саша, отвезите Даниэля в сад. Я возьму картину и приду, — понурив голову, сказал он.

— Ничего, я не обижаюсь. Поехали, Александр.

Мы встали в тени деревьев, а Олег вскоре вернулся с моей картиной. Он держал её в руках, а лучи заходящего солнца освещали её как-то по-особому.

— Это великолепная работа, Даниэль. Такое впечатление, что вы писали портрет этого мальчика с большой любовью. Брат прислал мне фото этого портрета и я заинтересовался. Простите его за самодеятельность, Даниэль. Дело в том, что я с семьёй живу в Сочи и держу картинную галерею. У меня есть благотворительная акция. Два раза в год мы выставляем на продажу картины никому не известных художников. Это известная акция, поэтому фото своих работ мне на почту присылают люди со всей страны. Будет всего десять участников, от каждого по четыре картины. Я бы хотел, чтобы ваши картины украсили мою галерею. Некоторые из моих подопечных теперь даже в Москве выставляются. Но как вы понимаете, кроме денег, гарантий я дать не могу.

Я задумался. Выставка, пусть и среди десятка таких же как я, о таком я и мечтать не мог. Кто возьмётся выставлять художника без соответствующего образования.

— Ну, чего думать, Даниэль, соглашайся. Это великолепный шанс показать твои работы людям, — подбодрил меня Саша, положив руку на моё плечо.

— Согласен, только этот портрет не для посторонних глаз, — заявил я.

Олег загадочно улыбнулся.

— Я слышал, вы неплохо пишите пейзажи. Успеете к новому году четыре законченные работы сдать?

— Да, разумеется. Я приложу все силы, — улыбнулся я.

— Буду ждать, — Олег протянул мне руку.

Я с удовольствием скрепил наши договорённости рукопожатием. Но портрет Саши не удалось утаить. Подошла жена Олега и защебетала, что мы прячем от всех шедевр. Таким образом, портрет увидели все гости. Саша смущался и краснел, я говорил категоричное "нет", на предложение его купить. Потом жена Ивана пообещала показать самые живописные места города и побережья, чтобы я мог выбрать пейзажи для будущих работ. Веселье продолжилось, но я уже отвык от такого шума и устал. Обменявшись телефонными номерами с Олегом, мы с Сашей попрощались со всеми, а затем поехали домой. Вернее поехал я, а он как обычно катил мою коляску. Саша тоже не выпил ни одной стопки за столом. Может быть, у него аллергия на спиртное? Я же не запретил ему пить. Решился спросить об этом.

— Я абсолютный сладкоежка, Даниэль. Ненавижу всё горькое. Если ты заметил, то я даже лук ем только жареным или в супе, а в салат не кладу. Есть чеснок сырым, для меня сродни пытки. А твой кофе без сахара и сливок, это вообще как пуля в висок. Я не знаю, почему так, но мама говорит, что я с детства такой.

— Мой сладкий мальчик, — ласково проворковал я, уже можно, ибо мы дома.

22

✨ Александр

Даниэль сидел у камина в гостиной и кутался в плед.

— Чего так холодно-то, Сань? — простонал он.

— Ты бы ещё больше вчера на ветру простоял? Дома бы эту картину закончил, так нет, попёрся на этот утёс. Давай сюда градусник, чудо моё художественное, — сказал я, вставая с соседнего кресла.

— Зато я картину, наконец, дописал, — шмыгнул носом он.

— Зато у тебя температура тридцать восемь и пять. Я вызываю врача на дом. Пусть лекарства выписывает. Через две недели выставка, нужно лечиться. Сейчас принесу аспирин, — буркнул я.

Наконец-то Даниэль написал эти четыре шедевра. Но какой ценой. Умудрился заболеть. А ещё, все нервы вымотал мне за эти месяцы. Сначала не мог выбрать место для пейзажей. Ему нравилось всё, что показала Валентина. Потом подолгу уходил в творчество, не слушая меня совсем. «Отстань, ты мне мешаешь. Саша, я не хочу есть. Саша, отвяжись со своим супом, принеси мне кофе», — говорил он. В общем, он с головой окунулся в творчество, а я снова стал для него Золушкой. Подай, принеси, сготовь. Иногда даже бывало так. Я приготовлю то, что он просил, а он говорит: «Отвяжись, я не хочу».

Только ночью Даниэль вспоминал, что любит меня. Что я не робот, предназначенный для уборки того хаоса, который он оставлял после своих творческих метаний. О, ещё как вспоминал. Эти ночи были такими жаркими, что я прощал ему всё.

Вернулся со стаканом воды и аспирином.

— Вот, пей. Врач будет в течение дня. Так, что давай в коечку, родной. У тебя должен быть постельный режим.

— Тогда и ты ложись со мной. Согреешь меня, — захныкал он.

— Я на почту поеду. Нужно посылки с мандаринами домой послать. Блин, ты же сам врача не встретишь. Окей, идем, согрею.

Я не боялся от него заразиться. В октябре по привычке сделал прививку от гриппа, а вот Даниэль категорически от неё отказался. Поэтому я лег рядом с ним в постель, а потом прижал к себе дрожащее тело.

Пожилая доктор пришла на удивление быстро. Уже через час после моего звонка, она слушала лёгкие Даниэля.

— Ну-с, молодые люди, ничего страшного. Обычная простуда. Выпишу вам рецепт. И ещё, в поликлинику ходить не нужно. Учитывая положение больного, забегу сама через три дня.

— Спасибо, огромное, — поблагодарил я.

После того как проводил врача, помчался за лекарством. Когда вернулся, Даниэль уже спал, открыв рот. Ну, и славно. Пойду куриного супчика сварганю. Самое то при простуде. А ещё я медку купил. Только сейчас у меня стойкое желание, съесть этот мёд в одну харю. Как тот Винни-Пух из старого советского мультика. Зашёл на кухню и стал выкладывать продукты из пакетов. Повертел в руках маленькую семьдесят граммовую баночку. Нет, это для любимого. Ну, от одной ложечки же не убудет, правда? Опомнился, когда от банки, осталась ровно половина.

— Саша, воды принеси! — раздался крик.

Я взял таблетки и стакан воды, а потом поспешил в спальню. Присев на край кровати, стал выдавливать лекарства из блистеров на ладонь.

— Что ты такое ел, у тебя губы блестят? — спросил Даниэль.

— Эм, мёд, — смутился я.

— Ага, я тут от жажды изнываю, а он там медком балуется. Мой маленький, сладенький, медвежонок. Хочу мёд с твоих губ, — улыбнулся он.

— Но-но, целоваться я с тобой не буду, товарищ больной. Я тебе мёд в банке оставил, — решительно заявил я.

— Тогда ладно. Давай сюда эти горькие пилюли. Я их съем, а потом буду запивать горе водой. Кстати, при простуде, говорят, водка с перцем помогает, — скривил он рожицу.

— Только если вместо клизмы применить. Могу устроить, — я сунул ему кулак под нос.

✨ Даниэль

Надо же было простудиться, но зато я закончил работы для выставки. Саша ворчал недовольно целый день. Но, тем не менее, бегал вокруг меня, как курица наседка. Вечером он дал мне отдохнуть и сказал, что пока не оклемаюсь, зарядки не будет. Но вместо этого будут горчичники. Ненавижу эту хрень с детства, но ещё больше ненавижу «банки». Ладно, хоть до них ещё не додумался. Поощрительным бонусом стали пару чайных ложек мёда. Я не такой сладкоежка, как Саша, но мёд всегда любил.

Через три дня я вовсю шёл на поправку, зато заболел Саша. Видимо заразился от меня. Мой любимый оказался слаб по части простуды. Она подкосила его так, что он с трудом доходил до уборной. Вовремя пришедшая ко мне доктор, выписала ему лекарства, но не такие, как у меня. Я влез в скелет и поковылял в аптеку. Хорошо, что Саша научил меня, самому надевать его и снимать. Дошёл до торгового центра и с трудом, но стойко преодолел лестницу на второй этаж. Вот теперь-то я в полной мере оценил подарок Александра. Не представляю, чтобы сейчас делал. Разве что Ивана с женой на помощь позвали бы. Фармацевт в аптеке, не скрываясь, пялилась на меня. Но я уже привык к любопытным взглядам людей. Сейчас для меня было самым главным дойти домой. Повесил маленький пакетик с лекарствами на ручку костыля, а затем снова подошёл к лестнице. Было довольно высоко и страшно. По такой лестнице я ходил впервые. Мы с Сашей тренировались, но на крыльце дома Фроловых, а там всего пять широких ступеней. Закрыл глаза и сказал себе мысленно: «Мне не страшно. Я спущусь. Я верю, что всё будет хорошо. Я должен верить в себя, и я верю. Вперёд, Даниэль, там тебя любимый ждёт». Медленно, но я спустился на первый этаж, и даже прикупил ещё баночку мёда в специализированном магазинчике. На душе так стало тепло. Я смог! Я преодолел такую большую лестницу. Сам, один, без чьей-то помощи.

Когда Саша узнал о моём подвиге, то верещал сиплым голосом.

— Даниэльчик, ты знаешь, как я тебя люблю?! Очень, очень!

Потом Саша стойко ел мою стряпню, нахваливая. Я знал, что это можно есть только с большой голодухи, но он ел и улыбался.

— Мне нельзя простужаться. Я потом три дня валяюсь, как мешок с картошкой. Даже голову поднять тяжело, — сказал он.

— Да уж, это точно. Тебя в этот раз даже хвалёная прививка не спасла, — хмыкнул я.

— Ага, а ты вообще как зараза, Даниэль. Пробрался ко мне в мозг, в сердце, вот теперь в кровь. Только нужно выздоравливать. Скоро твоя выставка. Пока тебя не было, звонил Олег. Завтра приедет за картинами, — улыбнулся он.

— Замечательно, — я забрал у него тарелку и, поставив её на тумбочку, залез к нему в кровать, — Хочу тебя до помутнения в мозгах.

— А ты не думаешь, что я не в том состоянии, — сказал он и закашлял.

— Думаю. Поэтому приставать не буду, — улыбнулся я, обнимая его.

23

✨ Александр

Уже завтра выставка, на которую я повезу Даниэля. А сегодня есть более насущные проблемы, нужно сделать ему зарядку и массаж. Перевернул его на спину и стал сгибать ноги, потом снова принялся массировать его ноги. Когда спустился чуть ниже колена, у него дёрнулась стопа.

— А-а-а, Даниэль! Ты это почувствовал?! У тебя стопа дернулась, сама! Сама, слышишь?! — я кинулся ему на шею, а потом принялся целовать.

— Тише ты, задушишь на радостях. Я ничего не почувствовал, но верю тебе, — счастливо улыбнулся он.

А как был счастлив я не передать словами. Неужели мои усилия не напрасны. Я так старался ради него. Потом я вспомнил, как он старался ради меня, шуруя в аптеку по высокой лестнице. Вот тогда он, наверное, поверил в себя.

Мой поцелуй плавно перетёк в прелюдию к сексу. Мы не уставали ласкать друг друга, прежде чем я позволил ему войти в себя.

Утром Даниэль долго выбирал костюм. В итоге остановился на чёрной классике и белой рубашке. Он даже откопал где-то галстук. Второй такой, бесполезный, по моему мнению, предмет одежды, Даниэль пытался всучить мне.

— Нет, и ещё раз нет. Хватит с меня и того, что ты заставил меня костюм купить. В этом я не медбрат, а личный секретарь олигарха, — возмутился я, одергивая полы светло-серого пиджака.

— Ха, ха, ха. Ты мой самый любимый мужчина на свете. И тебе очень идут костюмы. А галстук ты наденешь вечером на голое тело. Это будет так сексуально, — засмеялся он.

— Ты на меня ещё ошейник от Джаника нацепи, извращенец, — буркнул я, хватаясь, за ручки коляски, — Давай поторопимся, не хочется опаздывать.

Галерею Олега Фролова мы нашли без труда. Навигатор нам в помощь. Приехали даже чуть раньше. Я позвонил и нам открыли. Верхнюю одежду сняли в гардеробе, а потом поехали в зал. Такого великолепия разных стилей живописи я ещё не видел. Может потому, что не ходил на выставки. Тут было красиво. Стены, где висели картины, были белые. Пол устлан бежевым мрамором. Посередине зала стояли маленькие столики с закусками и шампанским. Сегодня открытие выставки. Будут только сливки общества по пригласительным билетам. Олег сказал, что приедет несколько человек из столицы и Питера. Я посмотрел на ценник на ближайшей картине. М-да, нехилая цена.

— Это не окончательный ценник. Такие выставки обычно проходят вместе с акцией благотворительности. На картины будет аукцион. Двадцать процентов от каждой картины отойдёт галерее в качестве процента. А брат перечислит потом всё в помощь больному ребёнку. Сегодня спасаем Мишу. Ему пять лет, требуется пересадка костного мозга. Вон там висит информация, — сказал подошедший к нам Иван.

Мы подошли к плакату, с которого смотрели грустные глаза маленького мальчика. Под плакатом стояла урна, для дополнительного пожертвования. Я достал из кармана тысячу рублей и кинул в урну.

— О, вот и первый благотворитель. Спасибо, Саша. Добрый вечер всем, — к нам спешил Олег.

— Олег, я хотел бы, чтобы всё вырученные мной деньги, ушли на операцию этому малышу, — вдруг сказал Даниэль.

— Ты уверен?

— Я не голодаю, Олег. А ему ещё жить и жить, — решительно ответил Даниэль.

— Твои деньги уйдут по назначению, не сомневайся. Моя жена курирует благотворительный фонд. Спасибо, Даниэль. Идём, я познакомлю с другими участниками выставки.

Нас проводили в просторный кабинет, где в ожидании открытия сидели девять человек разного возраста. Все были одеты так же строго, как и мы с Даниэлем. Так вот почему он заставил меня костюм напялить. Сегодня не просто открытие выставки, а благотворительный вечер. Даниэль, здороваясь за руку, познакомился со всеми. Парни и три девушки улыбались, но было видно, что заметно нервничают.

Через двадцать минут стали прибывать гости. Мужчины в дорогих костюмах, и их спутницы в шикарных платьях и сверкающих драгоценностях. Олег с небольшой трибуны объявил, что как обычно будет аукцион, а пока можно выбрать понравившуюся картину, за которую стоит побороться. Люди ходили по галерее с бокалом шампанского, мы тоже посмотрели всё работы. Даниэль распинался передо мной, это такая техника письма, а эта иная. Я ничего в этом не понимал, но мне было интересно слушать его. Наконец мы добрались до работ Даниэля. И к нам подошёл Олег с каким-то импозантным пожилым мужчиной.

— Знакомитесь, Матвей Вадимович, это и есть Даниэль Лазарев, — сказал он.

✨ Даниэль.

Все работы на выставке были великолепны. Мне даже казалось, что они лучше, чем мои. Разглядывая собственные картины, я погрустнел, но вдруг, Олег подвёл ко мне знакомиться некоего Матвея Вадимовича. Это оказался предприниматель из Питера, который имел там свою картинную галерею.

— Ваши работы великолепны, господин Лазарев. Я имел честь любоваться одной из них, у моего друга, профессора Игнатова Аркадия Павловича. Приехал в надежде увидеть вас тут и не ошибся. Вот эта картина, «Осенний листопад», нравиться мне больше всего. Пожалуй, поборюсь за неё. А вообще, хотелось обсудить с вами персональную выставку в Петербурге. Но не сегодня. Завтра вы могли бы со мной встретиться. Я приметил ещё пару талантов. Но ваши выставки будут в разное время.

Разумеется, я согласился. Это же Питер! Моя персональная выставка! Никому не известного художника самоучки Даниэля Лазарева! Только полный идиот не ухватился бы за такой шанс. Мы с Матвеем поговорили ещё немного, а потом начался аукцион. Сначала Олег нас представил всем, а потом позволил разойтись. Я отъехал к стене и затаил дыхание. Нервничал так, что даже руки вспотели. Саша протянул мне стакан сока.

— Не нервничай, всё хорошо, — шепнул он мне.

Олег, стоя на трибуне, называл фамилию художника, а потом по очереди продавал его картины.

— Наконец-то последние работы. Художники: Ирина Мраченко, Арам Гаспарян и Даниэль Лазарев. Спишите купить их шедевры. Уже на следующий год господин Волков организует их выставки в своей галерее в Петербурге. Как вы понимаете, такой цены на них никогда уже не будет. И ещё одно замечание. Сегодня картины могут забрать только гости нашего города. Остальные купленные шедевры, должны провисеть в галерее все новогодние каникулы. Итак, Ирина Мрачеко «Лебединая любовь».

Разумеется, я видел этих двух прекрасных лебедей, белого и чёрного. Это была работа наполненная любовью и светом. Я стал слушать Олега, вспоминая каждую картину, которую он предлагал сейчас купить.

В голове уже звенело от стука молоточка, когда начали продавать мои картины. Я удивился, но они ушли с молотка дороже всех. Матвей купил-таки мой «Осенний листопад», и со счастливой улыбкой подошёл к нам.

— Фух, наконец-то она моя. Не забудьте, Даниэль, завтра в пять в ресторане гостиницы.

— Я обязательно приеду, — заверил я его.

Потом обернулся и не увидел Сашу.

— Ищете помощника. Вон он, пытается отбиться от какой-то дамочки, — усмехнулся Матвей.

Это ещё что за новости?! В моих глазах потемнело. Дамочка напропалую флиртовала с ним, а он улыбался.

— Саша, я хочу припудрить носик! Вези меня быстрее! — тихо, но гневно сказал я, подъехав к ним, — Простите, мадам, я украду у вас моего медбрата, — ехидно улыбнулся я даме.

Саша завёз меня в отдельную просторную уборную, а потом закрыл дверь на задвижку.

— Ты что меня ревнуешь, Даниэль?! — удивился он.

— А ты как думаешь?! Стоит там и лыбится чужой тётке! — рявкнул я.

— Скажи спасибо, что не чужому дядьке! Ты не забыл кто я, любовь моя! И потом, я не знаю, как отшивать назойливых дамочек! — обиженно крикнул он.

— Так, всё, мы сейчас тут с тобой проблемы наорем. Хорошо, что музыка в зале играет. Давай, помоги мне сделать дела, а потом поедем домой. Поздно уже.

Домой в тот вечер мы так и не попали. Иван с семьёй оставался ночевать у брата, и они с Олегом пригласили нас. Дом был просторный, места хватило всем. Приглашение оказалось кстати. Я перенервничал и устал. Не знаю, как пережил бы обратный путь. А ещё сюда бы завтра тащиться пришлось. Ночью я лежал в объятиях моего любимого Золушки, размышляя. Ещё совсем недавно я думал, что моя жизнь рухнула, но благодаря ему, я как будто воскрес. Он вздохнул в меня жизнь и веру в себя. Я самый счастливый человек в мире рядом с ним и, надеюсь, он чувствует то же самое.

Вместо эпилога

Восемь месяцев спустя.

✨ Даниэль

Я ходил на экзоскелете по четыре часа в день. Тренировался ради моего мальчика и ради себя тоже. Не забывал, конечно же, писать картины для своей персональной выставки. Саша работал в одном из салонов красоты города, по четыре часа в день. К нему была запись за много дней вперёд. Сначала из ревности не хотелось его отпускать, но потом я смирился. У меня есть любимое дело, почему у него не может быть. К тому же он уже давно доказал, что не из-за денег со мной. Что любит, и никогда не придаст. Я задумался так, что не слышал, как раздражённо бурчит Саша у ног.

— Ну, давай, сгибай колени старайся, — сказал он строго и всплеснул руками, — Я тут мучаюсь, а он опять в астрал ушёл.

— Да стараюсь я, не ворчи, — согнул я колено и сам не понял, что сделал.

Саша тут же завопил от радости.

— Сам! У тебя получилось, любимый! Слышишь, ты сделал это сам! Давай вторую, попробуй.

Я представил, как сгибается нога, а затем медленно поставил стопу на кровать. Сердце гулко застучало. Неужели, правда?! Я смогу ходить! Смогу!

— А теперь дорогой мой, через месяц ты должен поехать в Питер на своих двоих, — улыбнулся Саша и полез целоваться.

✨ Александр

Я был счастлив. Даниэль сам начал ходить. Не сразу, по маленькому шажочку, я в течение недели ставил его на ноги. Сначала он опирался на костыли от экзоскелета, а потом на меня. А сегодня Даниэль подарил мне по-настоящему улётный секс. Ему уже ничего не мешало, и он, опираясь на одну руку, продвигался по моему телу поцелуями.

— Санечка мой, я никогда тебя не брошу. Ты мой ангел хранитель. Ты самый любимый мужчина в моей жизни, — шептал он между поцелуями.

Я плавился в его руках, и старался одарить его такой же лаской. Перевернулся и стал целовать его плечи, грудь, впадинку пупка. Его член качнулся мне на встречу, прося ласки, а я с удовольствием принялся доставлять ему наслаждение. Долго Даниэль не выдержал, он перевернул, мня на спину, а затем стал подготавливать меня для себя.

После мы лежали в объятиях друг друга. Даниэль целовал мои пальцы и ладони.

— Такие волшебные ручки. Они спасли мои ноги. Сладкие пальчики сладкоежки, — ворковал он.

— Твои руки тоже волшебные. Эти пальчики будущего знаменитого художника. Я верю в тебя, Даниэль. И ты верь, так и будет, — сказал я, поцеловав его ладонь.

— Я верю, Санечка, верю. Когда ты рядом, я готов поверить во всё, что ты скажешь, любовь моя, — улыбнулся Даниэль.

БОЛЬШЕ КНИГ НА САЙТЕ - KNIGOED.NET

Читайте больше книг на сайте онлайн-библиотеки mir-knigi.org