Автор : Обабков Евгений
Название книги: Хантер. Тень цвета крови (СИ)
Читать на сайте: https://mir-knigi.org/author/obabkov-evgenii/xanter-ten-cveta-krovi-si

Хантер. Тень цвета крови

Глава 1 Вечная удача

Солнца не было… вообще не было! Ха! Да и какое солнце в мире из смеси крови и красной дымки? Бред!!!

Сняв с глаз инфравиды, Хантер медленно крался по укутанной в бетон улице, прислушиваясь к любому шороху. Глаза, уже давно привыкшие к окружающему бардовому сумраку, старались заметить малейшее движение в давно выбитых окнах и бездверных проемах старых, развороченных подъездов.

Город вокруг, казалось, спал, — спал вечным сном! Но это только на первый взгляд.

Вот где-то на крыше ближайшей пятиэтажки метнулась тень. Воздух огласил хриплый полустон-полурык.

Почти не целясь, на одних рефлексах, Хантер нажал на курок своего видавшего виды, но много раз спасавшего автомата АК-21 — особый вид оружия, производимый сохранившимся в Межгороде заводом. Редкость и отменные стрелковые качества, в купе с надежностью, делали АК-21 мечтой любого жителя этого никчемного, полумертвого мира.

Трасерные снаряды белыми мухами вспороли воздух и метнулись вперед, настигнув тварь прямо в прыжке. Недолетев до стрелка пары метров, хищник с отвратительным чмоканьем свалился на покрытый трещинами бетон и забился в конвульсиях.

Охотник сделал два шага и пригвоздил трепыхающийся кусок плоти контрольной очередью в голову. Тварь дернулась и замерла, уже навсегда.

Закрепленным на дуле глушителем, Хантер перевернул продырявленную и кровоточащую тушу и брезгливо произнес:

— Химера… демоны ночи!

Действительно, существо было химерой — одним из многих модификантов, расселившихся по Земле после катастрофы, навсегда изменившей жизнь на планеты.

Все произошло в декабре 20** года. Апокалипсис. Хм, ученые и Ацтеки ошиблись с расчетами лишь на несколько лет…

Однако причиной «конца света» стала не планета Нибиру, не метеорит, не даже вспышка на солнце. Все свершили своей темной волей… братья по разуму! Так что, если разобраться, то смерть Земли пришла все-таки из космоса.

Армады кораблей пришельцев появились на орбите планеты, будто по мановению волшебной палочки. На поверхность обрушился ураганный огонь из невиданных, но смертоносных орудий.

Киллероны, так назвали инопланетян сами люди, явно готовили блицкриг. Они рассчитывали на быструю, лишенную потерь с их стороны победу. Избегая спускаться с орбиты, они разрушали города прямо из космоса. Но Киллероны недооценили склонность людей к войне, натренированную долгими столетиями внутренней вражды и кровопролитий.

Несколько метко пущенных с Земли ядерных ракет, быстро сбили спесь с агрессоров. Когда пал их первый корабль, они опустили заслон. Выпуская десятки сотен снарядов, Киллероны надеялись сбить вторую волну, но тактические ракеты Землян расчищали путь ядерным монстрам. Оборона агрессора не выдержала массового удара. Зрелище в ночи было завораживающим. За пару часов люди смогли уничтожить треть от всего флота инопланетян.

Встревоженные неожиданным отпором со стороны «низкоразвитой цивилизации», Киллероны отвели оставшиеся на лету дредноуты за дальнюю орбиту Сатурна. А на смену летающим крепостям пришли юркие десантные катера. Пришельцы спускали на Землю свои живые силы, а вместе с ними десятки, сотни и тысячи боевых машин всевозможных размеров и конструкций. Война перешла в стадию традиционных битв и сражений, коих на Земле за всю историю было немало.

Однако агрессоры ошиблись и на этот раз. Быстро захватив несколько городов, они столкнулись с таким сопротивлением, как со стороны регулярных войск, так и со стороны ополченцев, что вскоре все их боевые отряды прекратили продвижение вперед, а после и вовсе были окружены и разгромлены. Так у Землян появилось трофейное оружие, невиданные доселе машины и несколько десятков кораблей, вполне пригодных для полетов в открытом космосе.

В штабе войск стал разрабатываться план использования трофейных челноков в качестве «Троянских коней». Это бы могло навсегда поставить точку в развязанной войне, однако случилось непредвиденное…

Никто точно не знает, что произошло. Возможно, Киллероны применили новое оружие, или Земные ученые произвели фатальный эксперимент. Но… утром… солнце просто не взошло, оно пропало! Земля резко содрогнулась под ногами и затихла, словно мертвое животное. Однако красноватый рассвет, казалось, не смирился с пропажей светила. Багровая тень расползлась по небу, превратив его в сплошное алое покрывало.

Разряд!!! Первая молния была ужасающей. Упав с небес, она расколола землю. От эпицентра удара пошли километровой глубины провалы. Землетрясения и хаос всколыхнули материки.

Разряд, еще разряд!!! Сам воздух будто бы стал энергией. Статические разряды прошивали все — и живое и мертвое. Красное небо налилось кровью еще сильнее, готовясь к последнему удару!

Разряд!!!! Мир погрузился в ад: пожары, извержения, взрывающийся воздух положили конец почти всему живому на земле…. А те, кто выжил, уже жалели об этом.

Ник, так звали Хантера до «конца света», помнил момент, когда очнулся. Покрытый синяками и ссадинами, он не без труда выбрался из-под завалов своего дома. Но то, что он увидел, повергло его контуженое сознание в еще больший ужас. Мир, который он знал, прекратил свое существование. Все то, чем теперь стала Земля, можно было назвать лишь аномальной зоной, парком смертельных аттракционов, где входным билетом была человеческая жизнь, а платой — годы отчаяния.

От шести миллиардов населения Земли, на уцелевшем пятачке не расколотого мира осталось чуть более ста тысяч жителей. Возможно дальше… за горами, непроходимыми энергозонами и бездонными пропастями были еще выжившие, но прохода туда, даже опасного, не находилось. Оставалось лишь жить и надеяться, что однажды все изменится к лучшему.

Рэдмир, как назвали свои земли выжившие, покрывал собой многие сотни квадратных километров, тянувшись от горы Ветров на западе, до змеиных рек на востоке. Окруженный естественными и аномальными барьерами со всех сторон, он словно пузырь в пространстве создавал для людей условия возможные для жизни, или точнее — выживания.

Отсутствие солнца, вечно красный сумрак, особая энергия в окружающем пространстве и тонкая грань между смертью и существованием — навсегда изменили облик когда-то цветущей Земли, или, точнее, всего того, что от нее осталось. Животные и растения мутировали, подстраиваясь под новые реалии. Насекомые исчезли, а птицы стали редки как вид, ибо летать в напряженном воздухе мог лишь ветер, все остальное сгорало в жестких полях излучений и непредсказуемых, зачастую покрывающих многие километры, аномалиях. Даже сам человек изменился в новом мире. Слабые гены, многих из них превратили в монстров, более опасных, живучих и жестоких чем люди. Химера… один из таких представителей нового, эволюционировавшего человека. Бледная, тонкая кожа, зачастую покрытая слизью, отсутствие глаз, вытянутые пальцы, более развитые челюсти и клыки, вот только часть описания существ, бывших когда-то людьми, а ставших опаснейшими хищниками, не знающих пощады и страха.

Однако не химера самый опасный монстр Рэдмира. Есть и более страшные чудовища: двуногие ящеры, обитатели пещер, стаи огромных волков, водные гарпии и прочие твари. Но даже они не сравнятся с истинным злом, проснувшимся во Вселенной после катастрофы. Никто не знает, как оно выглядит, ибо те, кто видел его, уже ничего не могут рассказать. Но ходят слухи, что это истинный дьявол, именно тот, кого описывают царем преисподней многие религии. И в это нетрудно поверить, ведь смотря на обновленную Землю, можно смело предположить, что она попала именно в Ад!!!

Но жизнь не прекратилась даже в кромешных сумерках вечно багрового заката. Люди, что смогли избежать мутаций и опасных монстров, собирались в группы. Так проще выжить. Прошло пару лет, и в местах Рэдмира, где красное небо было менее плотным, а свет, пусть и не солнца, но белый как день, пробивался меж туч, были отстроены два города — последние оплоты цивилизации. Южный и Северный Пределы (как называли цитадели, расположенные по разные края Рэдмира) вошли в государственный союз Триплекса, под предводительством единого главы и его правительства. Более семидесяти процентов выживших скрылись от опасного мира за стенами двух поселений. Внутри был порядок и безопасность, взамен которым принесли в жертву свободу.

И, тем не менее, было много несогласных с властным, подчас жестоким режимом нового государства. Таких недовольных изгоняли из Пределов, либо они уходили сами. Изгои кочевали в восточные земли, где было меньше аномалий и мутантов, но больше воды и пригодной для охоты живности. Там создавались заставы и свободные хутора. Было, конечно, несколько поселений и на дальнем западе, в черте весьма опасных пустошей. Но, то скорее были форпосты и перевалочные базы сталкеров — охотников за сокровищами прошлой жизни и артефактами будущей.

Хантер, как раз, был из стана людей, охочих до кладов предков и сверкающих аномальных образований нового мира. Он терпеть не мог строгие законы Триплекса, мирное море Южного Предела и надежные горы Северного. Опасность! Свобода! Своеволие! Вот три основные составляющие его счастливой жизни. Да, это было сложно… уцелеть без защиты могучих стен, но именно это и придавало существованию свой невероятно приятный вкус, — вкус к жизни!

Ник не принадлежал ни к одному клану, он был одиночка, вечно рыскающий по развалинам погибшей цивилизации, выискивая в них то, что можно было выгодно продать. Иногда в таких походах попадалось и нечто более ценное, чем барахло — артефакты! В «пику» расхожему мнению, артефакты не являлись прямыми порождениями аномалий: камнями, булыжниками, сферами. Нет! Это были вполне осязаемые, узнаваемые предметы, лишь по воле случая и особой энергии Рэдмира превращенные в уникальные, а иногда и просто ценные реликвии, обладающие рядом свойств, выпадающих за пределы знакомых законов физики. Взять хотя бы «Тряпку», одну из ее разновидностей, раньше она была портьерой в доме, скатертью или даже шапкой. Но после того как случайные поля на неделю поглотили дом, в котором эта утварь обитала, как из простой материи она превратилась в эластичную резину с просто потрясающими изоляционными свойствами. Цена килограмма такого артефакта, на черном рынке, иногда доходила до пяти унций золота!

Разумеется, были и бесполезные образования. К примеру «Пыль» — обычная грязь, прах в который превратился сапог, камень, да что угодно после воздействия временной радиации, вдруг возникшей посреди давно сгоревшей дотла деревни. Продать эту взвесь не представлялось возможным, даже собрав ее тоннами.

Свободная жизнь была весьма дорога, вот и бродили сталкеры по мертвой земле в поисках оставшихся ценностей. Но никто из них и не пытался клясть судьбу, ведь это был их собственный выбор.

Хантер как раз возвращался с очередного похода из дальних земель. Не без труда преодолев пустынный Полигон, он уже более суток крался по Вечному Городу — развалинам многоэтажек, кварталы из которых тянулись на несколько сотен километров вдоль Исчезающего моря.

Кругом не было ничего более раздражающего, чем килотонны бетона. Нежилые дома, небоскребы, магазинчики, гаражи и пустые парковки — все смешалось в этом проявлении урбанистического мегаполиса, более похожего на огромное кладбище человечества. Зато здесь было относительно безопасно. Ни дикие ветра, ни радиация, ни потусторонние излучения не могли пробиться сквозь толстые стены вечных домов. Опасаться стоило лишь модификантов, да случайных аномальных пятен, чье появление невозможно было предугадать даже с помощью специального оборудования. И все же, после пустыни, в городе было почти уютно. По крайней мере, есть где заночевать и приготовить ужин.

Минуя тушу только что убитой химеры, Ник снова нацепил на глаза визоры и скрылся с просматриваемой улицы в одном из пустующих двориков.

Обойдя стороной тощий куст и пару странных, квадратных ям, Хантер остановился возле пятиуровнего дома. Крыша строения была на удивление целой, а стало быть, укрывшись в одной из квартир верхних этажей, можно было переждать сильный дождь, что, судя по тяжелым багровым тучам, был уже не за горами.

Окружающий красный свет, в тон кровавому небу, стал еще насыщеннее, плотнее. Вокруг сгустился красный туман — предвестник ночи. В Рэдмире день был похож на вечер, а ночь — на темную комнату без окон и дверей. В это время даже бардовый вечный закат становился практически черным. Смена циклов была крайне хаотичной, как и само время. Иногда «день» мог длиться несколько суток, а иногда и период «ночи» повторялся многократно, с временными просветлениями лишь по паре часов. В общем… хаос!

Над единственным подъездом дома красовалась на половину ржавая, выцветшая и полустертая табличка «…ары свобо… № 7». Надпись была по-русски, хотя в Вечном городе встречались многие языки и стили строений. Мегаполис вообще, казалось, был собран из городских строений всевозможных размеров и конструкций. Бетонное ассорти, ни дать ни взять!

Тем не менее, принадлежность пятиэтажки к славянским корням мало волновало Хантера. Есть где укрыться — и ладно! Надежный и почти безопасный ночлег, редкость для бродяги.

Дверей на входе не оказалось. Странно, конечно, но не более чем и остальной окружающий мир.

Рефлекторно проверив позицию предохранителя на автомате, Ник зашел внутрь бетонного зева.

Инфравиды пришлось настроить на максимальную чувствительность, ведь в подъезде была кромешная тьма. Кроме сумрака здесь «обреталась» довольно крепкая, на вид, лестница, бытовка и пара человеческих трупов. Тела были истлевшими, мумифицированными, в лохмотьях гражданской одежды. Видимо, ранее это были жильцы дома не пережившие апокалипсис. Что ж, не всем везет на этом свете. Зато для Хантера наличие не сгрызенных, почти целых «мумий», смело говорило о том, что в доме нет гнезда опасного хищника, а это не могло не радовать. Хотя недавняя химера… не так уж и далеко это было.

С секунду подумав, Ник махнул мысленно рукой на свою паранойю и резонно посчитав, что лучшего ночлега все равно не найти, миновал фойе и быстро взобрался по лестнице на пятый этаж.

В доме не было даже крыс, вообще никакой флоры или фауны. А вот стены, потолки и пол были на удивление целыми. В нескольких осмотренных Ником квартирах даже присутствовал евроремонт не тронутый годами, сыростью и плесенью. В пору было задуматься и покинуть этот оазис порядка, навевающий жуть, но интуиция Хантера молчала, как и чутье на неприятности, а это с 90 процентной вероятностью означало, что здесь безопасно.

Наспех удостоверившись, что в нижних квартирах нет чего-то опасного, Ник приглядел для себя одну из комнат верхнего этажа. Небольшая гниль, осыпавшаяся штукатурка, выбитое окно… эх, как же уютно, будто ты дома. И главное — пыль и грязь!!! Это вам не чета чисто выметенным квартирам нижних этажей!!! Здесь чувство необычного полностью оставило Хантера, и он успокоился.

Подступ к лестничному пролету и окну были быстро заминированы, на всякий случай. На дверь была прикреплена граната направленного взрыва. Тонкая нить соединяла чеку и дверную ручку. На внешнюю сторону створки Хантер начертил охраняющий знак, защиту от потусторонних сил и нечисти. Сама дверь закрывалась изнутри внушительным засовом. Ну вот, обязательные предосторожности соблюдены! Теперь можно подумать и об ужине!

Вид из единственного окна открывался потрясающий. Темно-красный сумрак окутывал бесконечные дома и небоскребы. Воздух полнился запахом озона и влаги. Похоже, дождь уже захватил северные районы Вечного города, а значит капли воды, ветер и редкие молнии с громом, скоро прибудут и к приютившей Хантера пятиэтажке.

Но красота красотой, а лишнего облучения Нику не хотелось. Дожди, знаете ли, бывают и радиоактивные.

— Демоны ночи… — прокряхтел сталкер, приподнимая и подтаскивая к оконному проему старый сервант. Тот был тяжел, но недостаточно, чтобы Ник не смог его сдвинуть. Вскоре, собранный из волокнистых плит предмет меблировки был прижат к стене, полностью заслонив собой выбитое окно. В комнате окончательно потемнело, зато теперь Нику ничто не мешало зажечь фонарь.

Светодиодный светильник, коий был извлечен из рюкзака, Хантер повесил на один из стенных гвоздей. В квартире сразу стало светлее. Белый цвет холодного пламени казался непривычным, инстинктивно не хватало оттенков красного.

Оглядевшись, Ник отставил в сторону свой объемный баул, а затем плюхнулся в стоящее возле стены продавленное кресло. Последнее сильно хрустнуло под сталкером, но выдержало.

После двадцатиминутного неподвижного отдыха, бродяга протяжно выдохнул и поднялся. Рюкзак, извечный друг любого сталкера, вновь был подтянут к ногам. Немного покопавшись, Ник достал из него небольшую портативную горелку, банку самодельной тушенки и черствую буханку полукруглого хлеба. Во время манипуляций из сумы чуть было не выпал продолговатый, свинцовый пенал, но Хантер вовремя заметил его и аккуратно водрузил обратно, в почти бесконечные глубины матерчатого мешка.

Синий огонек примуса охотно разгорелся. Очистив пол от всякого мусора, обрывков газет и штукатурки, Ник водрузил миникостер на небольшую подставку. Банка тушенки была быстро вскрыта и поставлена на огонь.

В ожидании ужина, Хантер оставил возле вещей свой автомат и, вооружившись потертым пистолетом, отправился на экскурсию по приютившей его квартире.

Комнат оказалось всего две, плюс кухня. Окон больше нигде не было видно, хотя более свежая кладка проемов говорила о том, что они, несомненно, когда-то присутствовали. Однако на их месте теперь был белый кирпич. Возможно, здесь и раньше бывали сталкеры, иначе как объяснить сию конструкционную переделку?

Возвращаясь обратно в комнату с примусом, Хантер случайно заметил на стене ростовое зеркало с единственной трещиной, идущей по всему полотну от угла до угла.

Остановившись, Ник посмотрелся в зеркало. Оттуда на него дружелюбно пялился тридцатилетний мужчина обросший щетиной, слегка полноватый, среднего роста, коротко стриженый… Ничего необычного, если не считать бронзового, почти неестественного загара. Глаза Ника излучали уверенность и яркие искорки веселости. Даже уставший, Хантер никак не тянул на звание хмурого. Утомленный оптимист — вот подходящее для него определение.

— А мы с тобой еще ничего, — подмигнул отражению сталкер. — Живем… Не тужим… От проблем не бежим!

Ободренный собственной оценкой, Ник, тихо насвистывая какую-то мелодию, возвратился к своему ужину.

Тушеночка как раз поспела, почти закипев. Самодельным ножом сталкер отрезал ломоть хлебца и тут же подцепил им скворчащее мясо. Два раза подув на бутерброд, Ник с удовольствием откусил яство.

— М-м, — промычал он. — Демоны ночи! Вкуснотища!

Расправившись с ужином, Хантер раскатил в углу комнаты двухметровую пенку. Кровать получилась не слишком мягкой, но и такая сойдет, если последний раз спать тебе приходилось лишь пару суток назад.

Блаженно потянувшись на «перине», Ник последний раз оценил взглядом надежность двери. Та была… вполне весома. Металл створки был слегка ржав, но и такой он мог бы противостоять удару химеры, да и другой живности. Хотя… слепому ящеру не составит труда вскрыть ее как консервную банку…. Но откуда же ему здесь взяться, вдалеке от горных пещер?

Пистолет был положен под рюкзак, а рюкзак под голову. Автомат так и остался снят с предохранителя. Свой АК Ник нежно пригрел на груди, словно игрушку, — игрушку не раз спасавшую ему жизнь. Покопавшись в кармане, сталкер извлек продолговатый приборчик с экраном, больше похожий на мобильный телефон. Нажав на нем две кнопки, Хантер вгляделся в мониторчик, не обнаружил там чего-то удивительного и погасил устройство.

Фонарь был потушен. Сон медленно, но неотвратимо захватил сознание сталкера и, под шум разошедшегося на улице дождя, Ник уснул. Ему снился старый дом, солнце, голубое небо, дружелюбные химеры и вежливые военные.

Уже под утро, если это можно так назвать, стальная дверь квартиры тихо скрипнула и открылась. Не сработавшая растяжка откатилась в сторону. Внутрь прибежища бродяги проникла черная тень.

Незнакомец на секунду остановился, прислушавшись к мерному дыханию Ника. Удостоверившись, что тот спит, тень осторожно подкралась к лежаку…

Щелк!!!!

— Ой! — тихо пискнул незнакомец. Ощутив на себе дуло пистолета.

— Не двигайся! — грозно приказал тени Хантер. — Еще шаг и я выстрелю.

Одной рукой удерживая гостя на мушке пистолета, Ник второй нащупал стоявший рядом фонарь и зажег его. Комната осветилась ярким светом, к которому глаза привыкли не сразу.

Но прошло две секунды, и Ник, умерив силу светильника, уже с интересом разглядывал незнакомца, что решил нарушить его покой. Хотя, строго говоря, это была незнакомка, девушка лет двадцати пяти. Миниатюрная брюнетка со сверкающими глазами и двумя туго заплетенными косичками. Одета гостья была в черную куртку и такие же штаны. Армейские ботиночки не шли красавице, но туфли на каблуках не слишком удобная обувь для Рэдмира, особенно этой его части.

Осмотрев сие чудо с головы до ног, Ник только и смог выдавить:

— Да-а-а-а!

— Что «д-а-а-а»? — надув губки, спросила незнакомка. — Девушек не встречал?!

— Не в этом месте… Ты вообще кто? Что ты забыла в моей квартире? И почему подкрадываешься в темноте, как убийца?! А быть может ты дублер? Хотя тогда я был бы уже мертв. Так кто ты такая?!

Молчание.

— Отвечай, а то в тебе станет на несколько грамм больше свинца! НУ! Или ты того… тупая?!

Дамочка фыркнула и попросила:

— Может, сначала уберешь от меня пистолет?

— И не мечтай!

— Но…

— Говори, мое терпение на исходе!

— Хам!

Ник аж онемел от такой наглости. Честно говоря, он теперь даже не представлял, что нужно делать. Ситуация получилась какая-то странная. Будь это мужик, то он бы давно лежал на полу с простреленной башкой. Ник никогда не был слишком любопытным. Но это… существо женского пола. Как поступить с ним? Сталкер не знал.

Повесив автомат на шею, Ник удобно поместил его на груди. После этого он поднялся с лежака, стараясь не упускать из вида руки ночного пришельца. Отступив от гостьи на несколько шагов, при этом все еще держа ее на мушке, Хантер дернул стволом пистолета в сторону кресла, почти вежливо попросив:

— Садись.

Девушка снова фыркнула, но выполнила просьбу, вальяжно развалившись на кресле, закинув ногу на ногу.

— Начнем с малого, — продолжил Ник, дождавшись окончания мизансцены. — Как тебя зовут?

— Лина, — был короткий ответ.

— Лина? — задумчиво произнес Ник. — Знакомое имя…. А ты не та Лина, что выкрала весь золотой запас Предгорья в прошлом году?

— Моя слава идет впереди меня, — гордо кивнула девушка, надув губки.

— Авантюристка! — презрительно скривился Хантер. — Ты хоть знаешь, что сталкеры из-за тебя не могли приобрести там припасы несколько месяцев, а мирные жители голодали?

— Это не мои проблемы! — цинично отрезала дамочка. — Сами виноваты, нужно было лучше хранить свое золото. Дилетанты!

— Воровка!

— Хам!

— Авантюристка!

— Бомж!

— Так стоп!!! Демоны ночи! — Ник прервал эту перепалку. — Так мы ничего не добьемся. Отложим негатив в сторону и вернемся к началу. Так зачем ты здесь? Ты ведь не просто так прокралась ко мне, пока я спал. Ты хотела убить меня? Обокрасть?

— Фи, — ответила Лина. — У тебя нет ничего достаточно ценного для меня, чтобы я опустилась до банальной кражи.

— Тогда уж не наемной ли ты стала убийцей?! — Хантер пристально вгляделся в глаза девушки, при этом слегка нажав на спусковой крючок.

Девушка заметила движение, но, не прореагировав на него, лишь хмыкнула.

— Как видишь, к тебе я пришла без оружия. Все стреляющее, колющее, режущее я оставила в тайнике возле дома. Как знала, что ты будешь пытаться меня продырявить. Все вы мужики такие, только бы проткнуть….

— Не мели чепухи! — попросил Ник. — Так если не убить… зачем еще я тебе сдался?!

— Я хотела поговорить…

— Ночью? В темноте? Подкравшись?

— У каждого свои методы. Мне нравится работать тихо… это почти привычка.

Хантер осуждающе покачал головой.

— Ладно, — сказал он. — Опустим мелочи. Но как ты меня нашла? Рэдмир большой…

— П-ф-ф, у меня свои информаторы. А ты, к тому же, не такой и незаметный. Я бы даже сказала — неосторожный.

— Поясни?

— Твой детектор, — улыбнулась Лана. — Это же переносной маячок… даже маяк!!! Ты вчера активировал его, а я как раз была в зоне досягаемости его сигнала.

— Не ври, — усомнился Ник. — Детектор показывает живых существ в радиусе ста метров. И вчера на нем было чисто! Ты не могла…

— А кто сказал, что я была в ЭТОМ круге сканирования? Мониторинг биоактивности — это одно, а побочные сигналы — совсем другое! Когда включаешь столь специфичные приборы, надо быть готовым и к тому, что радиоволны генератора могут разноситься на километры.

— Черт! — выругался Ник. — Абрам, торговец, говорил, что эта модель экранирована. Мммать! Везде развод! Ну ладно, предположим ты могла меня засечь, на небольшом расстоянии… но Вечный Город, как ты прознала, что я здесь?

— Информаторы, — снова протянула Лана. — И не спрашивай кто они, все равно не отвечу.

— Захочу — ответишь! — заверил Ник свою гостью. — Так зачем я тебе понадобился? И говори покороче уже… не люблю я незваных гостей!

Девушка картинно захлопала в ладоши, радостно пробормоча:

— Ну, наконец-то, а я думала, мы уже никогда не перейдем к делу. Знаешь, на секунду я поверила, что ты меня пристрелишь!

— И это желание еще не улетучилось. Говори уже, от тебя голова начинает болеть, а ведь такое было хорошее настроение… с вечера.

Выпрямив спинку и сев на своем постаменте ровно, словно статуя, девушка спросила:

— Что ты знаешь про Источник?

Ник сощурился, еще пристальнее посмотрев на гостью, однако та не проявила и тени беспокойства. Наконец Хантер снизошел до ответа, постаравшись произнести каждое слово как можно более пресно.

— Говорят, — пробормотал сталкер, — Источник может воскресить даже мертвяка, а живым дарует бессмертие. Давняя сказка простаков. Всем хочется верить во что-то лучшее…

— Так сам ты не веришь в это чудо? — хитро улыбнулась Лина. — А ведь говорят, что…

— Что я давно ищу его! — закончил за нее Ник. — Да, ты меня раскусила. Мне нравится легенда об Источнике, и я не оставляю надежд когда-то найти его. У каждого свое хобби. И к слову, я думаю, что Источник это артефакт, предмет, а не место.

— А еще говорят, — не переставала хитро щурится авантюристка, — ты считаешь себя…

— Бессмертным, — снова закончил за девушку Ник, начиная злиться. — Мы сейчас будем всю мою подноготную перебирать?! Демоны ночи! Да! Быть может я того… сдвинут слегка. Но ведь не мы такие, жизнь такая.

— Тогда образуется несоответствие, — хохотнула Лина, даже не подозревая, что этим чуть не спровоцировала Хантера на выстрел. — Ты бессмертен, но ищешь источник бессмертия. Зачем?

— Твое какое дело?! — огрызнулся Ник. — Мое бессмертие — это моя удача. Лишь благодаря ей я жил, жив и буду жить. Но вечная жизнь и почти безграничная удача — все же разные вещи. Ведь бывают случаи, где фортуна бессильна.

— А-а-а, — протянула девушка. — Вот оно что. Понятно. Тогда все становится намного проще. Я хочу предложить тебе сделку.

— Чего?! — вылупился Ник.

— Сделку, дубина! — повторила Лана. — Я дам тебе точные координаты Источника, а ты проведешь меня туда и отдашь половину от найденного. Как тебе?!

Хантер на секунду замер, а потом истерически расхохотался.

— Сума что ли сошел от радости? — тихо пробормотала Лина, глядя на заливающегося сталкера.

Когда судороги прекратились, Ник убрал пистолет в кобуру, проговорив:

— Ну, ты загнула…. Даже сомневаюсь, кто из нас больше безумен. Ну ладно хоть безвредна… вроде бы. Координаты Источника, уморила! Демоны ночи. Ну, ты…

Бросив взгляд на гостью, Хантер вдруг осекся, девушка была хмура, взгляд жесткий и злой. И главное — она молчала, молчала красноречиво и убедительно, что не редкость у женщин.

Моментально лишившись вновь проявившегося хорошего настроения, Ник спросил:

— Ты не шутишь, что ли?

— Ни капли, — был ответ.

— Хм….

— Ты дурак?!

— Есть чутка, — согласился Хантер.

— Оно и видно, — заключила девушка. — Повторяю, у меня имеются четкие сведения о расположении Источника. Но одна я туда не доберусь. А другие сталкеры… они не готовы рисковать жизнью, ради призрачной сказки. Но ты… другое дело! Понимаешь?

— Теперь понимаю. Но понимать и верить — разные вещи.

— Что ты хочешь услышать?

— Ну… — протянул Ник. — Для начала: как ты нашла информацию, зачем тебе Источник, какие опасности ждут на пути? Не зная этого, я не сдвинусь с места и на метр! Сначала послушаю, а потом решу, есть ли в твоих словах хоть доля правды. Итак…

— Ладно, — согласилась Лина, вновь вольготно рассаживаясь на кресле. — Начнем по порядку. Информацию мне подкинули… старые друзья. Будь уверен — она точна как часы. Уж в этом они мастера. Большего про них рассказать не могу. Далее, Источник это великая, как ты говоришь, вещь. Уникальная! И чем бы она ни являлась — очень дорогая. Баснословно! В этом моя выгода. А что до местоположения…. Так ты согласен или нет на партнерство? Слово даешь?

— Будем считать, что согласен. Но это только до тех пор, пока ты не попытаешься меня надуть. В обратном случае, я положу тебя на месте как химеру. Так где, по твоему мнению, находится артефакт?

— Великий Обрыв, край мира, — на одном дыхании вымолвила Лина. — Точнее скажу только тогда, когда доберемся до него.

— Обрыв? — переспросил Ник и пожал плечами. — Ладно.

— Ладно?! И все??!!

— А что ты хотела услышать? — съехидничал Хантер, в уме уже прикидывая возможный маршрут. — Отсюда далеко, но не слишком, пара недель пути пешим ходом. Из опасного: пустыня, мутанты, аномалии, нестабильность дальних земель и сам Рэдмир. Все как всегда…

— Но лишь помноженное на десять! — вырвалось у Лины. — Не зря Обрыв — это конец пути всех и вся, это грань, добраться до которой слишком непросто. Обычные пустоши, болота и города — ничто, в сравнении с ним. Чем ближе к провалам, тем опаснее…. Такое я слышала от всех знакомых сталкеров.

— Это да, — не стал спорить Ник. — Но в конечном итоге, что мне грозит? Я ж удачлив как черт.

— И все же, — сомневалась девушка. — Ты так быстро согласился. Я думала, что уломать тебя будет сложнее. Вы сталкеры такие нытики, ужас!

— Легче! — пригрозил Хантер. — Можно и по губам получить, за такое. А что до Источника… у каждого свои мечты, на осуществление которых он рискнет положить всю свою жизнь. И ради этого он готов сыграть в рулетку со смертью. Даже если надежда призрачна. Ясно?!

— Не совсем, — ответила гостья. — Лично я готова оперировать только точными расчетами. И прибыль должна соответствовать риску.

— Каждому свое, — пожал плечами сталкер. — Но раз уж мы партнеры, — произнесено это было почти брезгливо, — то поступим так, как я скажу. Сначала выберемся из города и заглянем в Дальний Кордон, пополним запасы, да и дело у меня там. Потом двинемся к Пси полю, обогнем его и выйдем к пустошам. Далее прямой путь до Обрыва, но… я и сам не знаю, что там нас ждет. Карт тех мест нет ни у кого, а тех редких счастливчиков, коим посчастливилось увидеть бездонную пропасть, уж нет в живых. Придется импровизировать на месте. Таков, вкратце, наш план. Устраивает?

— Если все и на деле будет так же просто, как на словах… то да, устраивает, более чем!

— Демоны ночи, — покачал головой Ник. — Почему мне кажется, что из всех опасностей путешествия, ты будешь худшим из испытаний?

— Ты просто плохо меня знаешь, — улыбаясь, заверила его Лина. — Со мной все не так плохо.

— Ага, как же, — тихо пробурчал Ник.

Выйдя из приютившей его многоэтажки, Хантер глубоко вдохнул «утренний» воздух. Дождь уже закончился, красный сумрак слегка посветлел, замерев где-то на уровне раннего рассвета в том… давно потерянном мире. Пахло сыростью и травой. Где-то далеко на севере слышались частые автоматные очереди, чуть левее ревел двигатель какой-то техники. Не дать не взять, а в паре-тройке километров отсюда идет славный замес. Но вот выяснять, кто это и что это, не было и тени желания. Тем более что дорога сталкера и его обузы теперь лежала строго на запад, к последнему в тех лютых местах пристанищу людей — Дальнему Кордону, коротающему свое время в кромешной тьме адской ночи.

— Ну, где твое барахло? — спросил Лану, Ник.

— У кого барахло, — огрызнулась девушка, — а у кого — ВЕЩИ!

Подойдя к ржавому мусорному баку, стоящему напротив подъезда, авантюристка извлекла из него серый мусорный пакет, при этом в нем что-то мелодично, металлически звякнуло.

— Прикрой меня, пока переодеваюсь, — попросила Лана. — Да зверье глянь…

— Прикрыть — прикрою, но мутантов быть не должно. Да и не посмотришь теперь. Детектор то, сцука, как красная стрелка на карте. Только подписи не хватает: «Мы тут!!!». Эх, доберусь до Абрама, что продал мне этот хлам, второй раз обрезание ему сделаю!!!

— Ну-ну, — хмыкнула Лана, надевая разгрузку. — На словах то вы все мастаки по сусалам надавать. А как до дела дойдет, так язык в жо…

— Че?! — буркнул Ник, резко повернувшись к девушке. — Языкастая сильно?!

— Не-а, — помотала головой Лана. — Просто вы мужики… в общем не высокого я о вас мнении. Особенно сталкеры и военные. Оружием бряцаете, а у самих сердце в пятки уходит, как дело до дела дойдет…

— Тебя бортанул что ли кто? — спросил Ник, усмехнувшись. — Бросил у венца?

— Не твое дело! — огрызнулась девушка, но тут же взяла себя в руки. — Сволочи вы просто, вот и все.

— Поняяяятно, — протянул Ник. — Неразделенная любовь…

Девушка не ответила и Хантеру пришлось прекратить издевки. К тому же справа подул нехороший ветерок, запахло серой.

— Надо идти, — сказал он своей попутчице. — Препирания оставим на потом. Что-то неладное творится, жо… телом чую. Топаем в-о-о-о-н туда, эти улицы я знаю. Пройдем насквозь и выйдем к парку. Только ради бога не шуми. И рот на замок закрой. Ни звука!! Ступай прямо за мной. Ни шагу прочь с тропы. Хрен его знает, какая пакость кругом могла завестись после недавней бури. Я-то не во что не вляпаюсь… удача у меня… и тебя пронесет, если за мной идти будешь.

— Веди уже, чудо-компас, — толкнула его в спину девушка. — Или мне тебя стволом подгонять?

— Мужичка, — буркнул Ник. — Не твои косички да выпуклости разные — принял бы тебя за пацана. Ни утонченности… ни смирения… ни походки… ни манер. Эх… вырождаетесь вы, что ли?

Лина фыркнула.

— С вами побудешь принцеской. Как же! Каждый норовит надкусить и в кусты. Вот и приходится казаться как все. С волками жить…. А иногда так хочется побыть слабой, беззащитной и женственной. Хотя, чего об этом мечтать? Все равно не сбудется, — она вздохнула. — Так и обыдлею скоро… как этот… — она головой указала в сторону Ника.

Хантер презрительно скривился и промолчал, лишь махнул рукой, мол того… пошли уже.

Пару сотен метров удалось преодолеть без неприятностей. Слабый ветерок более не доносил адских запахов и Ник вошел в привычный, марафонский ритм — минимум мыслей, максимум рефлексов и скорости.

— Ты случаем не спортсмен… раньше был? — спросила, запыхавшись, девушка, когда они преодолевали, оглядываясь, очередную улицу. — Все бегом да бегом…. Загонял, изверг!

— Просил же молчать! — огрызнулся сталкер. — Тихо тут, район почти безжизненный, чистый… пока что. Потому и бежим. Как доберемся вон до того покосившегося небоскреба, то придется перейти на шаг, а то и ничком поползем. Опасно там, рядом логово химер, плюс разрослась дрянь какая-то, не вздумай касаться — обожжет как крапивой. Только эффект сильнее раз в пять. Неприятно… хотя и не смертельно. И одежда ей не помеха. А главное — семена! Липнут ко всему, а потом прорастают… прямо сквозь кожу носителя!

— Врешь! — ужаснулась девушка, с любовью осмотрев свою бархатную, ухоженную ручку. — Пугаешь ведь?

— Есть немного, — согласился Ник. — Но все равно, трогать ее не советую.

До двора, в котором высился пизанский небоскреб, оставалось совсем чуть-чуть, когда в стену, мимо которой как раз пробегала парочка, со свистом вгрызлась стальная пуля.

— Ложись! — рявкнул Хантер, тут же кинувшись ничком на землю.

Девушке не надо было повторять дважды. Презрев всю окружающую грязь, она уткнулась своей милой мордочкой прямо в кучу какого-то мусора под ногами. В это же мгновение в то место, где они стояли секундой раньше, вонзились еще с десяток пуль. Слева в переулках послышались крики и брань.

— Стоять! Это приказ! Руки за голову! Оружие отбросить! Выполняйте, если жить хотите!!! — раздался зычный, волевой голос.

Ник быстро пополз в сторону ближайшей двери какого-то ресторанчика, не преминув крикнуть в сторону агрессоров:

— Сами сдавайтесь! Нас много! Головы поотрываем! Здесь основной отряд группировки «Риск», я ее член. Агрессия ко мне, будет означать автоматическое объявление войны!

На секунду стрельба и крики со стороны нападающих прекратились, и это дало двум мишеням-целям благополучно ретироваться под укрытие стен кафешки.

— Не знала, что ты член… «Риска», — чуть дрожащим голоском произнесла Лана, прислонившись к надежной кирпичной стене.

— А я в ней и не состою, блеф это, — ответил Хантер, пытаясь сквозь разбитое окно рассмотреть нападающих. — Но помогло, они там думают…. Может нам даже удастся убежать, без лишних дырок в шкуре. О, черт!!!

— Что?!

— Блин!!! Демоны ночи!!! Это же военные Триплекса! Какого черта!!! Что им от нас нуж….

Ник осекся на полуслове, с яростью взглянув на девушку.

— Ты… случаем… ничего не хочешь мне…дорассказать?!

— Я…

— Ну!!!

Диалог прервала длинная очередь, чуть было не вынесшая сталкеру мозги. Видимо военные пришли в себя, после неожиданного блефа Хантера.

— Ладно! Потом поговорим! — прошипел он, резко присев. — Двигай за мной, но разговор не окончен!

Даже не оглянувшись, идет ли за ним Лана, Хантер бросился вглубь помещения, надеясь, что архитекторы предусмотрели «черный» выход.

— И где твоя хваленая удача? — пытаясь казаться спокойной, спросила девушка. — Того… тю-тю?

Ник буркнул что-то невразумительное и уже затем членораздельно произнес:

— Фортуна всегда при мне, но работать она начинает лишь совсем в критических ситуациях!

— А это, по-твоему, не критическая ситуация?!

— Хм… — Ник даже на мгновение остановился. — Ну… значит это ты приносишь мне несчастье. Как антиталисман. Может от тебя лучше сразу избавится? Пока моя подруга удача не отвернулась от меня навсегда? Это… заманчиво! Или хотя бы сдать тебя военным… сдается мне, что они ищут именно тебя!

— Ты ошибаешься, — ответила Лина. — Они ищут НАС.

— Вот как?! — удивился сталкер, наконец-то обнаружив в дальнем закутке ресторанной кухни дверь, ведущую на улицу. — С тебя рассказ об этом чудесном несоответствии, когда мы выберемся живыми из этой переделки.

Выбравшись с противоположенной стороны ресторанчика, Ник нацепил инфравиды и, водя мушкой взведенного автомата вслед за взглядом, оглядел улицу.

— Вроде никого, — шепнул он девушке.

Не дожидаясь пока солдафоны государства Трех Городов опомнятся и пойдут штурмом на кафешку, Хантер завел свою полную тайн обузу в череду мелких переулков, протащил по подземному переходу, чуть не вляпавшись в лужу черной жижи, а затем вывел в просторный двор окруженный пятиэтажками.

— Кажется, мы оторвались, — пролепетала Лина, пытаясь отдышатся. — Эх… сейчас бы в душ… я такая грязная… кошмар!

Ник не переставал выцеливать арку позади себя. Сталкер вслушивался в окружающие звуки.

Нагнувшись, Хантер приложил ладонь к растрескавшемуся асфальту, помедитировал с минуту и произнес:

— Они все еще идут за нами.

— Что? — удивилась девушка. — Они же не провидцы. Найти нас в городе — все равно, что обнаружить иголку в копне болотной осоки…

— Но ведь ты сказала, что они искали именно нас. И нашли! Вопрос — как?!

— Я… я…, - залепетала Лина. — Не знаю…

Сталкер покачал головой и сжалился над раскрасневшейся Линой. Все-таки иногда она была похожа не представительницу женского пола, пока не язвила и не строила из себя всезнайку.

— Ладно, — успокоил он девушку. — Быть может у военных несколько отрядов здесь, а не один. Прочесывая ими определенный, даже очень большой участок города, они могли случайно наткнуться на нас. Но для нас главное не это, нужно где-нибудь залечь, на время, пока им не надоест, и они не уберутся восвояси. Пошли!

— Поздно! — вскрикнула Лина, указав за спину сталкера.

Чувствуя себя мишенью, Ник обернулся. Там, возле арки, метрах в ста, уже мельтешили солдатские униформы, а мат можно было расслышать и глухому.

Схватив Лину за руку, Хантер ломанулся к последнему свободному выходу из двора.

Однако не успела парочка сделать и нескольких шагов, как из подворотни, сулившей спасение, раздался окрик:

— Стоять, сука!

Сталкер и девушка оказались взаперти!!! Сзади уже напирали преследователи, по бокам высились непреодолимые пятиэтажки, а вперед путь перекрывала то ли чья-то засада, то ли патруль. Впрочем, почему-то сталкер не сомневался, что и там были военные Триплекса. Демоны ночи! Похоже, Хантера взяли в окуенный оборот. Его ловили намеренно, подготовлено, жестко. И потратив на это не менее роты солдат и полкило золота. Так чем же насолил Ник военным? Или он был им для чего-то очень сильно нужен??! Хм… как же хотелось просто испариться из этого двора! Взять — и исчезнуть!!!

Время на раздумье больше не было. Приметив справа черный проем развороченного входа в подвал одного из домов, Ник потащил туда бледную Лину, при этом молясь удаче чтобы их не срезала шальная очередь, а на дороге не оказалось всякой нечисти и природных ловушек.

Почти ввалившись в темный проход, Хантер на ходу включил инфравиды на режим максимальной четкости, ибо в подвале было не просто темно… а жопа как сумрачно!

Несколько отворотов, комнат, туннелей, пахнущих плесенью и смертью. Сталкер надеялся спрятаться в этом хитросплетение проходов, чтобы получить хотя бы шанс уцелеть. Именно поэтому он не слишком заботился о своей попутчице, которая, не имея устройств ночного видения, тащилась за Ником как собачка, то и дело налетая на стены, трубы и прочие препятствия.

— Стой уже! — наконец не выдержала девушка. — Убьешь ведь! Ты хоть запомнил куда бежал? Тут словно лабиринт Минотавра, а нити то нет!

— Ты заблудиться больше боишься, или все же стальной пули? Выбирай! Хотя… дальше и правда углубляться не стоит, опасно. Теперь нужно думать, что делать теперь….

— А что теперь, — Лина сложила руки на груди и оперлась о стену. — Ждем пока им не надоест и они не уберутся, а затем тихонько ускользаем. Есть правда возможность поискать и другой выход… но это так, на всякий случай.

— Во как! — усмехнулся Ник, оглядывая унылое окружение. — А ты и думать умеешь. Оказывается. Минуту назад тебя почти трясло от страха. Я вообще удивился — как ты смогла добраться до Вечного города.

— Моя работа, — снова начала язвить Лина, — заключается в том, чтобы все сделать тихо, без шума. Я не привыкла бегать под пулями. Это удел таких питекантропов как ты!

— Пффф, — скривился Ник. — Ладно, неженка, беру войну на себя. А ты, как выберемся отсюда, расскажешь мне все, что знаешь про вояк Триплекса…. Стой!

— Что такое? — тут же насторожилась авантюристка.

— Молчи! — приказал Ник. — Слышу шорох…

— Военные?

— Да тихо ты! Нет, это спереди. Что-то живое.

Лина не могла видеть в темноте и потому просто инстинктивно прижалась к Хантеру. Тот же был нем и холоден, он словно оцепенел, и для этого была причина, ведь там, из дальней комнаты, на него смотрела… химера! И не одна!!!! Кажется, их тут было больше десятка!

— Гнездо, демоны ночи, — мертвецким голосом пробормотал Ник, тихонько начиная пятиться назад.

Девушка маленькими шажками последовала за сталкером, пока они оба не уперлись спинами в холодную бетонную переборку.

— Что там? — почти беззвучно спросила авантюристка.

— Модификанты, — так же тихо ответил Ник. — Стая химер. И, похоже, мы их разбудили.

И вправду, со стороны гнезда послышалось недружелюбное урчание. То там, то тут слышались шорохи. Если посмотреть глазами Хантера, то можно было увидеть, как бледные, безглазые существа, медленно, принюхиваясь к воздуху, выползали из своего логова.

На счастье скитальцев, химеры, до прибытия парочки, находились в спячке, и потому сейчас были несколько аморфны и медлительны. Они еще толком не понимали, что еда, которая им так была нужда после сна, уже сама пришла к обеденному столу.

— Не шевелись, — одними губами прошептал Ник. — Будто нас здесь нет.

Почти перестав дышать, сталкер и девушка вжались в стену. Ник, обретя под ногами прочную опору, тихонько начал поднимать автомат, целясь в голову особо крупной твари. Но вряд ли это поможет, когда остальные особи почувствуют угрозу.

Однако… как не зря говорит старая пословица: «Не было бы счастья, да несчастье помогло»! Со стороны коридоров, откуда прибежала наша горемычная парочка, послышалось топанье и крики. Похоже, военные Триплекса не собирались так просто упускать свою добычу.

Оказавшись меж двух огней, Хантер стоически произнес, уже не боясь голосом вспугнуть встрепенувшихся химер:

— Знаешь, мне уже становится действительно любопытно. Как? Ну как?! Как они постоянно нас находят? В этом подвале, что в метро — хрен разберешься, где тут что! Это же Вечный Город с его небоскребами и бесконечными подземельями. Но нет! Вояки идут прямо к нам, будто на нас…

Договорить Ник не успел. Не зная о химерах, отряд военных буквально влетел в комнату с гнездом. Мат, что раздался после того, как первый мутант бросился на появившийся авангард, сложно было пересказать. Тут же комнату наполнили какофония выстрелов и гневный рык монстров! Началась сущая куча-мала, где с одной стороны был взвод вояк, а с другой — взбешенные вторжением мутанты. И только Ник и Лина, постарались забиться в самый дальний угол, дабы не подать даже намека о своем существовании.

Противостояние длилось недолго. Как только дружина Триплекса поняла, с чем имеет дело, солдафоны тут же перегруппировались и отступили. Вся стая химер ринулась за ними вслед, посчитав взвод основной угрозой.

На месте стычки остались три убитых модификанта и один военный. К последнему уже подкрадывался какой-то смрадный комок плоти, в котором Ник узнал детеныша химеры. Малыш неспешно прополз к трупу и острыми, как иголки, зубами, впился в теплую еще плоть.

Хантер презрительно сморщился, достал из кобуры нож и прикончил химерыша, затем осторожно прошел и заглянул в комнату с гнездом. Там, кроме костей и черепов, были три кожаных мешка, прикрепленных к потолку — инкубатор мутантов.

Убедившись, что более взрослых особей там нет, сталкер достал из рюкзака гранату, установил таймер на десять минут и закрепил устройство на стене.

— Не люблю химер, — констатировал он. — Пора валить, мутанты или вояки могут вернуться. Нельзя упустить такой шанс слинять. Дуй за мной, да не вздумай зареветь.

Лина молча кивнула, она была бледна и на удивление бессловесна. Она не могла видеть все то, что и Хантер, но писк умирающего детеныша, смрад после пальбы и страх — ощущала. И это все ее немного шокировало, наверное именно поэтому вредность покинула ее, и она беспрекословно подчинилась требованиям сталкера.

Ник не врал, он действительно запомнил дорогу и уже через пять минут смог вывести девушку на «дневной» свет.

В освещенном красным сиянием неба дворе было пусто. Ни химер, ни вояк. Рычанье и тех и других, а также стрельба, слышались к северу и западу. Видать модификанты разделили военных на две группы, а быть может, на звук выстрелов собрались мутанты и из других стай. В общем, солдафонам приходилось не сладко, а значит некоторое время до парочки «туристов» им не будет дела.

Решив сменить маршрут, Ник повел девушку через парк, что находился севернее злополучного подвала с гнездом.

Вновь запахло серой. Этот запах Хантер уже чувствовал утром, еще в начале путешествия. Теперь смрад был несколько слабее, а потому повода для беспокойства вроде как не существовало.

Когда парочка отдалилась от места стычки на километр, сталкер окончательно расслабился и даже САМ, первый, заговорил с девушкой.

— Ну вот, а ты не верила в мою удачу, демоны ночи, — произнес он. — Кто бы еще смог избежать пули, плена и смерти от химер в самом их логове?! Я бесконечно удачлив, не так ли?

Лина поморщилась, она немного отошла от шока и потому не преминула случаем съехидничать.

— А как мы с этой твоей мифической фортуной вообще попали в такую переделку? — чуть улыбнувшись, спросила воровка. — По-моему ты наоборот — полный неудачник!

— Цыц! — пригрозил девушке Ник. — Я жив, а значит удача со мной. А вот вся эта история… м-да… я уверен, что причина в этом — ТЫ! Как магнит притягиваешь всякое гов… неприятности! И кстати! Пора, наверное, поговорить о военных Триплекса. Что им от нас было нужно?! Что ты вообще о них знаешь?! Говори, свет мой!

— Погоди…

— Чего годить, выкладывай давай, или я оставлю тебя здесь, дав в руки кусок мяса, чтобы все модификанты в округе знали, где искать обед!

— Да постой ты…

— Ты, блин…

Но сталкер вдруг и сам прекратил допрос и замер на месте, вслушавшись в окружение.

В воздухе повис какой-то низкий писк, можно сказать гул, тихий и утробный.

— Что это? — спросила Лина.

— Не знаю, демоны ночи. Будь мы на обычной Земле пятилетней давности, я бы сказал, что это…

Гул вдруг резко усилился, стал различим стрекот и вой.

Неожиданно над крышей дома, что стоял сотней метров левее, на границе парка, появился темный силуэт огромной махины.

— Быть не может, — вымолвил Ник. — Вертолет!

Машина заложила вираж над парком и повисла справа от беглецов. Развернувшись бортом, винтокрылый монстр «залип» в пяти метрах над землей.

Включив визоры, Хантер оценил красоту потертой, местами мятой, но гордой боевой машины.

Однако долго любоваться красотами не пришлось. Заметив на дном из бортов эмблему ВС Триплекса, а в глубине грузового отсека шевеление, Ник резко дернул свою обомлевшую спутницу в сторону и бросился бегом к границе парка.

Сделано это было весьма вовремя, ведь не успела парочка ринутся наутек, как в место, где они только что стояли, врезались стальными когтями несколько ловчих сетей.

— О! — на бегу заметил Ник. — Теперь они хотят нас поймать, а не убить! Прогресс! Либо мы им сильно нужны, либо они хотят взять нас живыми, чтобы потом пытать, растлить и убить, в отместку за устроенную нами сегодня бучу!

— Может сдадимся? — пролепетала Лина. — Тогда нас не убьют.

— Не факт, — запыхавшись, выкрикнул Хантер. — Нужно тикать, пока есть возможность. Прорвемся, не ссы!

Петляя по тропкам сквера со скоростью гепардов, Хантер и Лина словно ветер пронеслись по открытой местности и юркнули в густые заросли какого-то кустарника. Ник молился удаче, чтобы в этом лесу, посреди города, не оказалось липучек, ям и затаившихся хищников. Впрочем, самый опасный хищник, на бреющем полете уже буквально облизывал пятки, грозясь срезать их винтом по самую голову!

Еще пяток сетей ударило в самую гущу кустов. И весьма удачно! Благо ветви и копны сероватых, полусухих листьев, не дали крепко сомкнутся стальным тросам на тушках бегущих жертв.

— Пара царапин! — выдавил из себя Ник, осмотрев порванный рукав. — Ты цела?

— Почти, — пискнула девушка, по-пластунски ползя за сталкером. — Куда теперь?

— Ползем, ползем! — хрипел Ник. — Думаю, с вертолета они нас тут быстро потеряют, вот только бы не высадили пеший десант. Стоп!

— Что?

— Конец прикрытия, то бишь впереди улица, деревьев нет. Где вертолет? А! Слышу, ищет нас ста метрами позади. Успеем или нет?

— Нет! — отрезала испуганно девушка.

— А я думаю — успеем!

— Но…

— Вперед! Марш!

С низкого старта Хантер ломанулся из кустов на открытую улицу. Лине ничего не оставалось, как последовать за ним.

— Самоубийца, — лишь прошептала она. — Действительно, сумасшедший!

На одном вдохе пара спринтеров перемахнула улочку, норовя уединится меж высоток, там вертолету будет сложнее «расправить крылья».

Эх! Почти получилось! До спасения не хватило пяти метров — геликоптер буквально отрезал бегущих от темных переулков, чуть было не придавив их бронированным пузом. Теперь оставался один путь — налево. Впрочем, Ник никогда не был против сходить налево, но… на этот раз сие путешествие могло закончиться плохо, ибо там, в дворике какого-то детского сада, творилось что-то неладное!

Воздух парил, как на жаре. Изрытый трещинами асфальт буквально плавился. Сквозь щели бетона изредка прорывались снопы искр. А главное — запах, стойкая вонь серы и метана.

Аномалия! Вот она, прямо перед глазами! Именно она заставляла сталкера поворачивать вспять от проклятого места уже с самого утра. Но… судьба умеет шутить, и теперь, чтобы спастись, пройти нужно именно там, куда при обычных обстоятельствах сталкер не то чтобы не сунулся, а даже бы взгляд не бросил, так как там смерть, — смерть в особой консистенции, 100 процентной.

Пятно плавления захватило весь детский сад, двор и значительную часть прилегающей проезжей части. Обычно границы возмущений сложно было определить (особенно когда излучение охватывало, скажем, половину Вечного города или треть исчезающего моря), но сейчас аномалия была вполне осязаема, обоняема и видима. Впрочем, это не сильно удивило Хантера, за пять лет странствий он повидал немало.

— Туда! — указал Ник на детский сад, увлекая за собой Лину.

— НЕТ! — уперлась ногами в землю девушка. — Сдурел?! Уж лучше военные, чем заживо сгореть!

— Верь мне! — выкрикнул сталкер, стараясь пересилить гул винтов. — Чутье говорит мне, что нам повезет!! Ну же!

Воровка быстро взглянула на вертолет, затем на аномалию, пропищала: — Бред! — и побежала следом за Хантером.

Военные будто играли с добычей. Зная, что деться беглецам больше некуда, они не спешили стрелять. Что ж, вояки явно не ожидали от Ника такого фортеля! Да и правда — кто осмелится сунуться в самый эпицентр извергающегося вулкана???!

Но Хантер бы уверен, безумен и везуч. А потому, когда вертолет понял, что добыча ускользает и, развернувшись, ринулся за ними вслед, парочка уже лавировала меж огромных трещин, посмотрев в которые, можно было увидеть, наверное, само ядро Земли, ну или Ад — кто во что верит!

— Осторожно! — неустанно повторял Ник. — За мной, след в след!

Ступая по краю оплавленного покрытия, Хантер с грацией бабочки перепрыгивал трещины и ямы, ведущие в огнедышащую пропасть. Раз оступившись, он чуть не сверзился в царство мертвых, но устоял, вновь возблагодарив свою невидимую фортуну.

Минута, две, три. Садик и улица остались позади, вертолет аккуратно нарезал круги по краю аномалии, не осмеливаясь влетать в ее поле. Сзади теперь слышались крики и уже привычный мат, видимо десант все же решили спустить с неба на землю. Вот только поздно, господа вояки, поздно!

Отделавшись подпаленными штанами и ресницами, да парой прожженных дырок на куртках, парочка путешественников перебралась на другой край разлома. Только чудом можно было объяснить целостность их тушек. Даже вороны, редкие твари в этом красном небе, не осмеливались пролетать над разломом и в километре над поверхностью. А тут… буквально прямой контакт….

— Ну вот! — вымолвил Ник, только они переступили последнюю трещинку. — А ты говорила! Удача! Демоны ночи! Она всегда со мной!

Лина покачала головой, вдруг подняла к небу руки и мертвецки произнесла:

— Ты это им скажи.

Хантер развернулся в сторону ее кивка, но не успел что-либо разглядеть. В голову резко ударило, словно в колокол. Мир вокруг потемнел и пропал. И только одна мысль, все еще кружилась в мозгу, но Ник уже не мог поймать ее за тонкий, ажурный хвост.

Глава 2 Долг государству

Очнуться было не проблемой. Проблемой было пересилить ту боль и шум, что царили сейчас в и так не слишком варящем котелке сталкера.

— Демоны ночи! Твою мать! — были первые слова Ника, как только он открыл глаза. — По голове будто кувалдой огрели….

— Ты недалек от истины, — послышался женский голос откуда-то справа.

— Лина? — спросил Ник, пытаясь понять, где он находится. — Что случилось?!

— Ну… если вкратце, — отвечала воровка, — нас ждали на той стороне аномалии, и только мы ступили за ее край, как меня схватили, а тебя вырубили. Как они сказали, от тебя намного меньше проблем, когда ты в нокауте. И знаешь… в этом я согласна с ними.

— С ними?

— Военными, дурачок. Видимо тебя сильно ударили…. Хотя как можно сотрясти пустоту?

— Триплекс? — вкуривал Ник. — Я думал мы ушли и от засады и от вертолета…

— Третий отряд.

— Мммать! Что ж мы сделали такого, что за нами гоняется чуть не вся армия трех городов??! И где мы сейчас?

— Межгород, — был ответ Лины.

— Чего?! — Ник аж сел. — Это ж в четырехстах километрах от Вечного города! Как?!

— Вертолет.

— Ах, черт, я почти и забыл! Блин, кто бы мне неделю назад сказал, что у Триплекса есть воздушная техника — я б не поверил! Ладно хоть самолетов нет… хотя… б@@ я уже и в этом не уверен!

— Следи за выражениями, — скривилась Лина. — Уши вянут!

— Е@@ть, с@@а, пи@@@ые б@@ди, пи@@@ц!!!! Так понятнее, что я думаю обо всем этом?

— Более чем, — покачала головой девушка.

— Вот и славно! Помоги лучше встать!

Вокруг была каменная коробка, три на четыре метра, с маленьким окном и дверью. И то и другое были закрыты мощной стальной решеткой. Под потолком висела тусклая лампочка «Ильича», на полу было брошено два грязных одеяла. Не хватало только параши в углу, но и без нее было понятно, что парочка находится в тюремной камере.

— Уютненько здесь, — поморщился от боли в голове Ник. — Кстати, что еще известно про наше положение, кроме того, что мы схвачены военными Триплекса?

— Пока ничего существенного, — уклончиво ушла Лина от ответа. — Но… я слышу шаги. Думаю, сейчас кое-что прояснится!

Действительно, только Хантер смог совладать с болью в голове, как возле решетки появилось довольное лицо вояки, на форме которого красовались погоны полковника ВС Трех Городов. Лет служивому было около сорока, его физиономия была гладко выбрита, редкие волосы зачесаны назад. Глаза офицера возбужденно блестели, выдавая азарт и скрытую агрессию. Материя маскировочного костюма, стандартного для офицерского состава, не скрывала мощные мышцы и небольшое брюшко, перетянутое кожаным ремнем с посеребренной бляхой.

— А! — воскликнул радостно, но в тоже время с оттенком садизма военный. — Вижу вы уже оба… в сознании. Тогда, пожалуй, настало время поговорить.

— Ну да, — согласился Ник. — Настало! И для начала объясните, какого черта военные Триплекса охотятся за честным, свободным человеком Рэдмира, не подпадающим под юрисдикцию трех городов?! Ну… и еще вон тем телом в углу, — сталкер указал на показавшую ему "фак" Лану. — Это прямое нарушение!

— Заткни пасть, — просто рявкнул полковник. — Здесь у тебя нет прав, будь ты хоть губернатором одного из пределов! Здесь Я закон?! Ясно?!

— Не совсем, полковник. И мне, честно говоря, насрать на вас, на Триплекс, политику и прочее. Выпустите меня сейчас же, или спровоцируете войну с группировкой сталкеров «Риск».

— Хм… — полковник улыбнулся. — Ты, наверное, меня неправильно понял…

Отдав команду двум солдатикам за своей спиной, вояка подмигнул Нику и отошел в сторону. Решетка двери была быстро открыта, рядовые прошли в камеру и… знатно отделали Ника. Когда же Хантер без сил повалился на пол, полковник сам прошел в комнату и присев над сталкером, проговорил:

— Мне плевать на «Риск», мне плевать на тебя, плевать даже на закон, мои полномочия дают право использовать любые военные и прочие силы Триплекса. И ты, тварь, жив еще только потому, что нужен мне. Понимаешь? И не советую тебе со мной шутить, я весьма… нетерпелив.

Полковник, встал и отошел к окну камеры.

— Ну как? — спросил он. — Ты уже готов к диалогу?

Ник сплюнул на пол кровавые слюни, пробормотав:

— Похоже на то. И что же, столь властительный военный как ВЫ, полковник…

— Риверс…

— Хм… полковник Риверс, хотите от столь незаметного человечка, как я? К чему вся эта кутерьма?

— Вот это другой разговор! — обрадовался военный. — Поднимите его.

Солдатики помогли Нику встать, даже дали ему полотенце, дабы утереть выступившую на губах кровь.

— Чтобы тебе все было понятно от начала и до конца, я начну с предыстории, — заговорил полковник, немного брезгливо осматривая сильно помятого бродягу. — Примерно с месяц назад, по Рэдмиру прошел слушок, о новом артефакте. В народе его окрестили «Шило». Впрочем, ничего особенного, просто слух, коих много произрастает из невежества аборигенов крайних поселений. НО, в данном случае, сказка имела под собой весьма реальное дно.

Риверс заложил руки за спину, и, начав бродить по камере туда-сюда, продолжил рассказ:

— В общем, Триплексу вдруг стало известно, что за артефактом в путь направился некий сталкер, точно знающий, где искать новое образование. Но не в информаторах дело, а в самом артефакте, ибо свойства его весьма своеобразны и…

— Применимы в военных целях, — закончил за него Ник.

— Верно! — воскликнул Риверс. — Ты схватываешь на лету, — он улыбнулся. — И именно поэтому мне, полковнику Вооруженных Сил Трех Городов, дали поручение — найти сталкера, изъять образец «Шила» и вежливо узнать дорогу до месторождения артефактов. Ведь их там немало, не так ли?

Хантер промолчал, и Риверс был вынужден продолжить монолог.

— Однако найти сталкера в Рэдмире — это обнаружить иголку в окружающем Межгород болоте. И потому мной было принято решение нанять некую особу, — полковник скосил глаза на Лину. — Которая, используя свои таланты, должна была вывести нас на бродягу. НО! Опять же это пресловутое "НО". Особа, к чьим услугам я прибег, кинула меня, сбежав с данной ей информацией, а также прихватив месячное жалование пары моих офицеров и примерно терабайт секретных данных из военной информационной сети Триплекса. И все бы ей, наверное, могло сойти с рук, если бы я, предвидев заранее подоплеку всего этого дела, не прикрепил к телу молодой особы маячок, работающий на особой частоте, не засекаемой обычным оборудованием. Вот, в сущности, вся моя… и ваша… маленькая история находок и потерь. Как вам обоим мой рассказ?

— Очень интересен, — кивнул Ник, пригвоздив взглядом Лину. — И многое проясняет. Но голова у меня плохо варит, полковник, разжуйте поподробней, что сейчас, конкретно, вы хотите от меня и девушки?

— От нее, — Риверс кивнул в сторону молчавшей и хмурой авантюристки, — ничего. Она понесет наказание за кражу, предательство и саботаж. А вот ты, сталкер, мне нужен. А точнее мне нужны точные координаты и подробный маршрут до места, где находятся вот эти штучки…

Достав из кармана продолговатый пенал (в котором Ник узнал контейнер из своего рюкзака), полковник извлек из него металлическую иглу, длиной сантиметров пятнадцати и полусантиметра в диаметре у основания.

— Я так понимаю, это и есть «Шило», — прокомментировал Риверс. — Весьма занятная штучка. Особенно вкупе с этим, — из отдельной секции пенала, был извлечен оранжевый кружок.

— Детонатор, — пояснил полковник. — Просто удивительно, как природа, пусть и настолько извращенная как наша, смогла сотворить такое чудо. Хм… впрочем, не будем вдаваться в лирику. Мое предложение таково, сталкер, ты даешь нам координаты и проводишь к месту россыпи этого чуда первую экспедицию, а потом — ты свободен. Я даже закрою глаза на все твои большие и маленькие преступления. И плюс к этому, ты получишь оплату в размере двадцати унций золота. Хорошая награда за такое дело. Я не тороплю тебя, свыкнись с этой мыслью, обдумай все. У тебя двадцать четыре часа, после этого я вернусь и хочу узнать ПРАВИЛЬНЫЙ ответ. Ты меня понимаешь?

— Более чем.

— Отлично! Хм… приятного отдыха! Да, кстати, если вздумаешь… воспользоваться вон той шлюшкой в углу — я не против. Это все равно меньшее, что ее ожидает. Удачной ночки.

Мерзко хмыкнув, полковник кивнул своим солдатикам, и вся процессия вышла из камеры.

Проходя мимо караулки, расположенной в смежной комнате, Риверс кинул пенал на стол и приказал:

— Отнести в хранилище, головой отвечаете.

После этого шаги «кавалерии» затихли в дали. В помещении остались только Лина и Ник, да пара караульных в дежурке.

Примерно через час заключенным принесли баланду. Вида она была мерзкого, но восстановить силы было просто необходимо, а потому сталкер хоть и с отвращением, но съел свою порцию. Лина от «яства» отказалась.

Еще через час, Ник почувствовал себя несколько лучше. По крайней мере, голова уже не кружилась, а в мышцах почувствовалась кое-какая сила.

С кряхтеньем поднявшись с пола, Хантер проковылял к Лине, та безучастно сидела в своем углу.

Пропустив все прелюдии и ласки, Хантер беззастенчиво начал лапать свою компаньонку, руками поглаживая в местах запретных и нет.

— Эй! — возопила девушка. — Ты чего творишь?!! — она безуспешно пыталась отбиться от Ника.

— Сама слышала, — как можно громче отвечал Хантер, чтобы его услышали в дежурке, — полковник разрешил тобой… воспользоваться!

— Но… но… эй… куда?!!!!

Тихо, — шепнул на ухо Лине Ник. — И дальше изображай оскорбленную невинность. Не нужна ты мне… маячок я ищу. Подыграй!

Девушка на секунду замолкла, а потом с новой силой возопила. Правда, теперь, с некоторой долей артистизма.

Некоторое время поелозив по бедрам, рукам и груди «жертвы» (честно говоря, бюст Ник проверил по собственному желанию, не ожидая именно там обнаружить маячок), сталкер остановился на правом плече девушки и, покачав головой, тихо спросил:

— Тебе военные делали укол… или еще чего?

— Было, — еще тише отвечала воровка. — Брали кровь на анализ. Говорили, что это стандартная процедура при приеме на… работу.

— Тоскливо, — констатировал сталкер, — «жучок» сдавший нас в Вечном городе, сейчас у тебя под кожей. Нужно что-то острое, чтобы извлечь, но это позже. Теперь дай мне пощечину и будь готова к ответной оплеухе.

Второй раз просить Лину не пришлось. Сильно размахнувшись, она отвесила Нику такую пощечину, что по сравнению с ней удар боксера — это щелчок по носу.

Выматерившись (вполне натурально), Хантер резко оттолкнул от себя девушку и, презрительно и громко проворчав: «Фригидная стерва!» — убрался в свой угол, ближе к решетке камерной двери.

Выжидать пришлось достаточно долго. Если брать в расчет времяисчисление Триплекса (стандартные 24 часа), по которому жили все жители пределов и Межгорода, то сейчас был уже третий час ночи. Как раз в эту темную «собачью вахту», одному из дежурных до потери сознания захотелось спать. Впрочем, Ник именно этого и ждал, а когда дежурный ушел в бытовку и оттуда послышался его мерный храп, Хантер обратился ко второму «вертухаю», что борясь со скукой и сонливостью вертел в руках вверенный ему до конца смены продолговатый пенал с артефактами.

— Интересная штучка, — как можно дружелюбнее, пробормотал сталкер. — И поверь мне, очень дорогая.

— Чему тут стоить? — лениво отозвался дежурный. — По весу — не более пяти сотен граммов.

— А ты сам глянь, какая красота внутри. За каждую такую иглу, дают пару унций золота!

— Да ну?! — всерьез удивился солдатик. — Не радиоактивный?

— Да нет, — отвечал Ник. — Иначе я б его носил в защищенном контейнере. «Шило», в данном плане, абсолютно безвредно.

— Ну, смотри мне, — скосил дежурный глаза на бродягу. — Если соврал, я тебя так уделаю… а потом скажу Реверсу, что ты пытался бежать.

— Заметано.

— Стоп! А чего это ты так меня подбиваешь открыть его? А?! Чего ты хочешь?

— Ха! — усмехнулся сталкер. — А тебя так просто не провести, да? Ладно, слушай. У «Шила» есть одна особенность. При небольшой манипуляции, артефакт дает реакцию деления и из одного образования получаются два, но немного меньшего размера. Если все сделать правильно, то можно получить на несколько «Шильев» больше, чем есть сейчас. Полковник разницы не заметит, а лишние штучки ты можешь взять себе и загнать втридорога. Я научу тебя КАК, взамен на одну услугу…

Дежурный снова покосился на Ника и отрезал:

— Устраивать побег тебе, я не буду. Мне тогда трибунал светит. Так что…

— Бежать не вариант. Мне меньшее нужно: пара сигарет да огниво. Курить хочу, сил нет!

— А! — просиял солдатик. — Это можно!

Достав из кармана пачку «Сальва», местного производства, дежурный подошел к решетке и протянул ее Нику, остановившись на полпути.

— Вот «цыгарки», а вот спички. НО! Сначала покажи, как делить артефакт! А потом кури хоть до потери пульса.

— Идет! Открой пенал и осторожно извлеки иглу и один из оранжевых кружков, похожих на монеты, что лежит в соседнем отсеке контейнера.

Дежурный произвел нужные манипуляции, в одной руке зажав «Шило», а в другой — детонатор.

— Теперь, — продолжал Ник, — осторожно поднеси оранжевую монету к основанию артефакта…

— Сопротивляется, — прошипел солдатик. — Как антимагнитны. Ты уверен, что это не опасно?!

— Конечно! Демоны ночи! — заверил Ник. — Иначе я бы так близко к тебе не стоял.

Видимо это обстоятельство полностью убедило военного и он, поднатужившись, таки сцепил меж собой две детали.

П-Ш-Ш-Ш-Ш-Ш-П-СЬ, раздалось по комнате, затем резкий хлопок, и… Ник едва успел закрыть глаза рукой. Яркий свет, запах озона и легкий гул в голове, вот что ощущал сейчас бродяга.

Сталкер только успел открыть глаза и сориентироваться, как с другой стороны решетки что-то глухо упало. Сквозь блики и мельтешение света, Ник смог разглядеть тело солдатика, распластавшееся на полу.

Не теряя более ни секунды, Хантер подтянул к себе бессознательного дежурного и извлек у него из кармана ключи, а с пояса — кобуру с пистолетом, как это было не странно, но на том имелся глушитель. Однако, о вкусах не спорят.

В этот же момент со стороны кладовой послышался шум и из дверей вывалился сонный, взволнованный друг алчного служаки.

Ловко выхватив пистолет, Ник два раза пальнул в растерянного дежурного. Глухие хлопки эхом отозвались в комнате и две пули намертво свалили охранника. Убрав в кобуру и прицепив на пояс тихую игрушку, сталкер отпер дверь в камеру и выбрался на свободу.

— Что это было?? — спросила девушка, семеня за бродягой. — До сих пор звон в голове… ты убил их???!

— Отвечаю по порядку. Первое: это сработало «Шило» — при детонации оно выстреливает активными частями в разные стороны, причем сила и проникающая способность снарядов буквально может пробить гору. А свет и шум — побочный эффект. Второе: первый дежурный без сознания, сам виноват, нечего трогать руками неизвестное и тем более нарушать устав, раз уж живешь по нему. А второй дежурный мертв… ну… мне пришлось, иначе бы он нас вальнул, да и тревогу поднял. Кстати о тревоге — нужно быстрее тикать отсюда, наш маленький концертик со спецэффектами могли услышать. А значит, прибудет подмога. Да и то, что мы находимся в самом центре вражеского улья — то же как-то не внушает оптимизма.

— Но ты убил его…

— Мне очень жаль, что я покорежил твою чувствительную психику, но я сталкер!!! И мне приходилось, приходиться и будет приходиться убивать тех, кто хочет убить меня. Это жизнь… и смерть. Все там будем. Ладно, мораль оставим на потом! А сейчас мне нужно найти свои вещи! Идем!

На улице было сумрачно, красно и тихо. Ни звуков сирены, не рыскающие лучи прожекторов, ни беготни.

— Бардак! — прошипел сталкер. — Они даже не услышали пальбы и активации. Расслабились, б@@! Впрочем, нам это на руку.

Рванув с места, Ник бегом устремился куда-то вглубь лагеря. За три шага догнав Хантера, Лина схватила его за рукав олимпийки, яростно прошипев:

— Ты куда?!! Надо уходить за стены, а не лететь в центр!!! Ты…

— Вещи! — коротко отрезал сталкер. — Мне нужны мои вещи. Без них я в Рэдмир не сунусь! Жди меня здесь, спрячься вон за тем баком. Если я не вернусь через полчаса — уходи. Но я вернусь, демоны ночи! Мне повезет!

Оставив девушку позади, сталкер перешел с бега на шаг и почти в развалку отправился через центр военной базы, будто ничего незаконного он и не делает вовсе.

— Больной, — прошептала ему вслед Лина. — Просто больной.

Лагерь представлял собой ровный квадрат сто на сто метров, окруженный высокой бетонной стеной, с намотанными на нее витками колючей проволоки. По четырем углам периметра стояли вышки с часовыми и пулеметными точками. Внутри стен располагались несколько бетонных коробок-зданий, видимо: арсенал, казармы, тюремный блок и склады. Сам Межгород находился немного к северу от базы, его огни были видны и отсюда. И если промышленное поселение было под властью официального Триплекса и считалось условно свободной зоной торговли для всех и каждого, то лагерь можно было назвать боевым центром властей в этом секторе Рэдмира. Закрытой территорией. Табу для всех, кроме самих солдафонов и их генералов. Сотни и сотни военных, десятки единиц боевой техники, оружие, боеприпасы, провизия — все это располагалось здесь. Здесь же планировались и разрабатывались планы военных в центральном регионе. В общем — вся сила военного кулака Межгорода располагалась именно тут! Наверное, поэтому правительству Триплекса и удавалось держать под собой две трети погибшего мира — они умели организовать и структурировать свои силы и ресурсы, в отличие от разрозненных группировок свободных кордонов и поселений запада и востока.

Оставшись без охраны, Лина нашла какой-то закуток и уже из него продолжала следить за безумствами сталкера. А там было на что посмотреть: Ник спокойно прошуровал мимо одной из караулок, бросил приветствие встретившемуся патрулю и беспрепятственно проник в складские помещение. Удивительно! Но никто даже глазом не повел в его сторону. Наверное, мало кому в голову могло прийти, что беглец может так запросто гулять по базе. Видимо Хантера приняли за пьяненького офицера, только такие могли безнаказанно и дерзко разгуливать по базе без солдатской одежды, в одной футболке и «трениках».

Спустя пять минут бродяга так же спокойно вырулил из склада, неся в обеих руках два увесистых свертка.

Достигнув места, где Ник оставил девушку, он остановился, оглядываясь по сторонам.

— Ах, вот ты где, демоны ночи! — пробормотал сталкер, увидев как Лина осторожно машет ему из своего укрытия.

— Ты безумец! — первое, что сказала воровка, когда Хантер подошел к ней. — Ты сумасшедший!

— Определенно, — согласился Ник. — Но зато безумец вернул свои вещи и принес твои!

Не выразив и тени благодарности, Лина вырвала из рук сталкера свои пожитки, хотя о безумии спутника больше не упоминала.

Несколько следующих минут прошли под девизом: «Шурши и одевай!». Когда же девушка снова забралась в свой элегантный (ни лишенный красоты) костюм, состоящий из куртки и штанов чернильного оттенка, а на плечи лег маленький, аккуратненький рюкзачок с женскими безделушками, настроение Лины явно улучшилось.

— Эх, еще бы душ принять и волосы уложить… — прошептала она.

— Ну, так почему бы и нет? — спросил сталкер. — Как пойдем через болота, так и искупнись. Только водяному на зуб не попадись, фифа! — сказано это было беззлобно, но иронично. Девушка поняла подкол, но смолчала.

— Что теперь? — спросила она. — Не пойдем же мы наружу через главный вход…

— Как так? — удивился Ник.

— Что «как так»?

— Я говорю — с чего ты решила, что мы не через основные ворота покинем сей уютный чертог?

Девушка молча посмотрела на Хантера, как на закоренелого дауна и затем категорично отрезала:

— Нет! Не-а! Даже не думай. Бродить по лагерю одно, пусть и это сумасшествие. Но попытаться выйти с базы через основные ворота — просто тупость! Там же КПП, проверяют пропуски и сверяют личности. Как мы там пройдем?

— А кто сказал что пройдем??! — Ник усмехнулся. — Мы там ПРОЕДЕМ! Не ссы, у меня есть план. К тому же выбора у тебя нет — как только складские тыловые крысы очнуться после моего визита, нас сразу же подвесят. Тебя за ноги, а меня… за что-нибудь другое. И заметь — я не танцор, мне оно не мешает!

— Вот этого-то я и боюсь… ПЛАНА, Ладно, веди, другого провожатого у меня все равно нет.

— Вот именно! — подтвердил Ник. — Чего мы теряем, демоны ночи, в крайнем случае, нас вернут в камеры, если поймают. ЕСЛИ! А вот не попытайся мы бежать с базы — нас найдут НАВЕРНЯКА! Так что выбор не велик. О! Кстати! Вот и наш счастливый случай подъехал!

— Хм… ты только что говорил, что нас подвесят, если поймают. И тут же говоришь что ничего страшного, максимум вернут в каталажку…. Двойные стандарты?

— Ну… — сталкер почесал в репе. — Я оптимист, всегда подставляю факты так, как мне удобнее…

— Ты не оптимист — ты дурак! — заключила девушка.

— Ладно, хватит, — успокоил ее Ник. — Наш шанс! Бежим, делай все тоже, что и я!

Как раз в этот момент в сторону КПП двинулся массивный тентованный грузовик. Проехав пару десятков метров, он остановился перед передней частью бетонного лабиринта из блоков, что присутствует на въездах любой военной базы или станции.

Начав медленно маневрировать меж бетонных плит, грузовик сильно (почти до нуля) сбавил скорость, именно этого и ждал Хантер.

Скрывшись от «глаз» прожектора в тени объемного кузова «десятитонника», сталкер быстро преодолел просматриваемую площадку, рыбкой нырнул под грузовик и зацепился за ближайшие тяги на его днище. Намного более неуклюже все это проделала и Лина, только в самом конце чуть не сорвавшись с подобранной опоры и не свалившись под колеса машины. НО, все окончилось более-менее удачно, и парочка каскадеров жуками-присосками продолжила свой путь как паразиты на брюхе у грузовика.

Еще несколько раз машина вильнула меж блоками, а затем подкатила к КПП. Воцарилась тишина. Видимо в это время водитель и дежурные сверяли все документы, после чего тяжеловоз резко сорвал с места, выехал в ворота базы, быстро припустив по серпантинной дороге ведущей мимо болот в сторону Межгорода.

Трясясь и болтаясь из стороны в сторону, как щепка на ветру, Лина прокричала Нику, стараясь пересилить вой двигателя и ветра:

— Долго еще??!!! Не могу… руки устали… очень!!!

— Терпи! — прокричал ей в ответ сталкер. — Он нас до поселения подбросит, там контроль Триплея менее явен, проверять его не будут, а нам нужны припася и отдых. Пару дней прокантуемся в Межгороде, а потом двинем… по нашим делам!

— Но долго ли еще???!!!

— Минут десять…

— Твою мать!!!!

— Ого, демоны ночи, а ты и выражаться умеешь?!

— Пошел ты, сволочь, всех вас ненавижу твари, чтобы вы подохли…

Внезапно грузовик резко остановился, и Лина прервала свой монолог на полуслове.

— Приехали! — улыбнулся ей сталкер. — Но мне понравилась твоя… тирада! Позже продолжим. На команду «ДАВАЙ!» отпускаемся и откатываемся в сторону, не тормози, иначе тебя расплющит.

— Быстрее… пожалуйста….

— ДАВАЙ!

Второй раз просить Лину не пришлось, как только сталкер крикнул заветное слово, она кулем повалилась на землю и шустрой змейкой убралась прочь от машины. Позавидовав ее ловкости, Ник тоже выбрался из-под грузовика.

Вокруг было по-прежнему темно. Видимо ночь по часам Триплея в кой-то веки совпала с ночью по времени Рэдмира. Такое бывало редко, но бывало.

Грузовик остановился у бетонного здания, похоже, какого-то ларька. Что ж, военные тоже люди и иногда купить сигарет или выпивки — не помешает. Впрочем, таких мест розничной торговли в Межгороде хватало, хотя были и оптовые торговые площадки, где кланы и даже целые поселения вели обмен провизии и припасов на оружие, обмундирование и кое-какую технику. Но больше всего третий город славился своими цехами и заводами, всех мастей и направленностей. Это было единственное место в Рэдмире, где сохранилась (а точнее, была частично восстановлена) промышленность. Также Межгород был пристанищем для различных технарей и кустарных дел мастеров, одиночек, что за умеренную плату могут собрать тебе самолет из запчастей для паровоза.

Не став далее испытывать судьбу, парочка беглецов укрылась в ближайшей подворотне. Они еще слышали, как их грузовик взвыл двигателем и умчался вглубь поселения. Впрочем, это их уже мало волновало.

Немного оглядевшись, Хантер прикинул свое примерное местоположение. И если его не обманывала память, то сейчас они были недалеко от южного периметра Межгорода, почти на самой его границе. К слову сказать, третий город не был военной зоной с КПП и прочим. Сюда пускали всех и каждого, не сверяясь с его паспортом или проступками. И, тем не менее, периметр, с высокими стенами и дежурными вышками, имел место быть. Но охраняли город от мутантов и прочей дряни, а не от людей.

— До сих пор не могу поверить, — шептала Нику Лина.

— Во что именно?

— Что мы смогли вот так просто улизнуть…

— Не беспокойся, демоны ночи, — тихо говорил в ответ сталкер, ведя спутницу по знакомым и безлюдным, пока что, улицам и закоулкам. — После этого случая их охрана удвоится. Они просто расслабились, а мы напомнили им, что не все слепо подчиняются Триплею и чтут, или, по крайней мере, боятся его законов. Они не ожидали от нас такой наглости, вот у нас и прокатило…

— Честно говоря, я и сама не ожидала от нас такой наглости!

— Вот видишь, — улыбнулся Ник. — Мы рискнули и выиграли. Удача, она всегда со мной! Стоп, кажется, пришли!

Остановившись у неказистого трехэтажного барака с выцветшей вывеской «Товары для дома», Ник без стука и спроса открыл массивные двери единственного подъезда, пройдя в фойе, если можно было так назвать прихожую этого клоповника.

Внутри было достаточно светло и даже чисто. Справа была видна лестница, ведущая на верхний этаж, слева — дверь, судя по тихой музыке и перебранке голосов, идущих из-за переборки, ведущая в бар этого пристанища сталкеров. Посередине же располагался небольшой огороженный закуток с полками и торговыми лавками, уставленными всякой ерундой. В самом же центре импровизированного магазина, восседал небольшого роста мужичек, чисто еврейской наружности, с непременной широкополой шляпой на голове.

Увидев вошедшего сталкера, торговец тут же радушно вскочил со своего насеста, елейно пропев:

— О! Дорогой друг Николай, рад тебя видеть. Проходи в сей чертог спокойствия и сытости!

— И тебе здорово, Абрам, — с улыбкой произнес Хантер, подходя к торговой стойке. — Все так же людей обманываешь?

— Почему обманываю? — искренне удивился Абрам. — Только честная торговля, ни капли лжи. Ты же меня знаешь, друг!

— Думал что знаю, — не убирая улыбку с лица, продолжил Ник. — Но объясни, что тогда это?!

Покопавшись в карманах, Хантер выложил на полку био-детектор.

— Ну…. - протянул еврей. — Сию машинку я продал тебе в прошлую встречу. Она исправно работала, я сам проверял. Все мои товары — прочны и надежны.

— И экранированы? Помнится, ты мне говорил, что ее невозможно засечь. Говорил?

— Ну, не совсем так. Ведь…

— Говорил? Или нет?

— Николай, все ошибаются. Возможно и я….

— Так ты знал! Абрам, ты знал и все-таки продал мне эту рухлядь.

Торговец, развел руками, быстро проговорив:

— Я всего лишь перекупщик, друг. Продаю то, что удается дешево купить у других. Разумеется, мне приходиться немного приукрашивать свойства моего товара, это обыденно и обычно не приводит к дурным последствиям…

Ник снова улыбнулся, он не мог сердиться на этого барыгу. Хотя стоило! Но он так смешно, с акцентом говорил… да и казалось действительно был расстроен, что клиент обижен на него….

— Ладно, — успокоил его Ник. — Проехали. Но! За тобой должок, Абрам! И по сему…. Моя комната еще свободна?

— Да, друг, конечно. Берегу ее именно для тебя!

— Тогда дай мне ключи и прикажи принести в номер два обеда, а также включить душевую на два часа. Если еда будет вкусной, а вода теплой — считай, что мы с тобой в расчете.

— Николай, друг, — обрадовался торговец, — все будет сделано в лучшем виде. Располагайся поудобней и жди, скоро все принесут!

— Надеюсь! — кивнул Ник, беря ключи и обращаясь к Лине: — Идем.

Комната была сера и обыденна, однако в ней пахло свежестью, а пол и стены были тщательно вымыты. Кроме двуспальной продавленной кровати, в углу стоял небольшой журнальный столик со светильником, другого освещения не было, а окно, сейчас, было черно-красным пятном на фоне выцветших стен.

Сбросив с плеч свой рюкзак, в котором кроме припасов и прочей мелочи был припрятан вернувшийся на свое место пенал с «Шильями», Ник блаженно рухнул на кровать.

— Ты первая, — пробормотал сталкер.

— Что первая? — удивилась Лина.

— Первая идешь в душ! — пояснил Хантер. — За дверью, налево, в конце коридора…. Как раз к твоему возвращению поспеет обед.

Лина не ответила ни слова, просто молча сбросила свою наплечную «сумочку», извлекла из нее пару флаконов, сменное белье, зубную щетку, пасту, мыло (и как все это там помещается?!), маленькое полотенце, безопасную бритву и еще какую-то дребедень, а затем шустрой ланью ускакала в сторону душевой.

— М-да, — протянул Ник. — Вот это прыткость. Если бы в Вечном городе она также убегала от погони…

Когда (через час) девушка возвратилась в комнату, она застала Ника за странным делом. Сталкер, подковыривая ножом один из плинтусов, второй рукой медленно извлекал из образовавшейся щели полиэтиленовый пакет.

— Что это? — спросила воровка, руками теребя и просушивая волосы.

— Наш золотой запас, — ответил сталкер, подняв вверх пакетик. Внутри лежали несколько маленьких, желтых прямоугольника. — Три десятинки (десятая часть унции, прим. автора), немного, но… пока не доберемся до западной заставы и не сбудем артефакт заказчику, большего все равно нет. А еда и патроны нам нужны. Абрам, конечно, курва, но свое дело знает. Он достанет все что нужно, под заказ и быстро. Кое-что из вещей у меня есть в хранилище…так, старое тряпье и хлам. Но быть может, я найду что-нибудь более подходящее для нового рейда, и более чистое…. — В дверь "номера" постучали, Ник спрятал в карман золото и произнес: — А вот и обед!

Следующий день Хантер провел за поисками всего нужного для нового похода. Лина тоже не сидела «дома», прошвырнувшись по Межгороду в улаживании своих личных дел. А когда и сталкер и девушка вновь вернулись к Абраму, то было решено, что путь к Источнику они начнут завтра… с утра. На том и порешили.

Глава 3 Стальной Лабиринт

Из Межгорода парочка выбралась без проблем. За периметром торгового поселения был легкий туман, багровый дневной сумрак, серпантинная дорога в никуда, и болота, с мерцающей гладью озера вдалеке, обрамленного зелеными зарослями непроходимого леса, единственного в Рэдмире.

На Нике был потертый, но добротный комбинезон цвета хамелеон, изменяющийся в зависимости от освещения. На Лине была все та же черная куртка и штаны, чисто выстиранные и приведенные в порядок с помощью старого утюга и щетки. Из оружия при Хантере был его любимый АК-21, который удалось отжать у складских крыс на военной базе. При воровке же был лишь небольшой «дамский» пистолет, больше похожий на игрушечный.

Закинув рюкзаки за спину, парочка сошла с дороги и углубилась в невысокие заросли кустарника, растущие на кромке болота. Конечно, проще и легче было бы идти по насыпи, но, зная, что тебя ищут военные, все же следует, даже полагаюсь на вечную удачу, быть более осторожными.

Прокладывая дорогу меж жухлых кустов, Ник все не переставал оглядываться назад, окидывая девушку любопытными взглядами.

— Что???! — наконец не выдержала воровка. — Что ты на меня пялишься???

— Ты красишься, — ответил Ник.

— И что? — недоуменно остановилась Лина, убрав помаду от губ и принявшись за тушь для ресниц.

Ник пожал плечами.

— Так, ничего. Мы в розыске. Мы в начале пути. Мы в опасных территориях. А ты… красишься??

— Девушка должна быть красива всегда, — отвечала авантюристка. — В независимости от ситуации.

— Хм…

— Что??? Я лишь слежу за собой! И вообще, тебя это не касается! Ясно?!

— Ага, понятно, — кивнул Ник. — Только аккуратнее. Если аллигаторы местных болот почувствуют запах твоих духов…. Это будут только твои проблемы…

— Ой, — пискнула Лина, моментально отпрыгнув от ближайшей лужи, по которой пошли круги.

— Да успокойся ты, демоны ночи, — проговорил сталкер, подходя к болотцу. — Там всего лишь обычная лягушка, крокодильчики живут дальше, ближе к озеру.

В подтверждении своих слов, Хантер опустил руку в воду и извлек на свет зеленое чудо, лакомство французов. Рэдмирово земноводное было несколько крупнее своих предшественников с обычной Земли. Ноги были вытянуты, голова сплющена, как у рыбы молота.

С отвращением глядя на дергающееся чудо, Лина не переставала почесывать свое плечо.

— Зудит? — спросил Ник.

— Ага, — кивнула девушка.

— Это маячок, — заверил ее сталкер.

— Ой! — снова пискнула Лина.

— Что?

— Это же маяк военных!!!

— И что?

— Я забыла о нем… как… почему нас еще не нашли???! Надо…. Нужно… Необходимо, — залепетала воровка, пытаясь разглядеть маленькое красное пятнышко на белоснежном плече. — Нас же поймают из-за него. Как нас еще не обнаружили??!!

— Да нас давно пасут, — заверил ее сталкер. — И в Межгороде, и здесь, на безопасном расстоянии, чтобы мы не заметили погони. Нас не будут ловить, они уверены, что я приведу их к месторождению «Шила».

— Но… мы ведь идем не туда?

— Но они-то этого не знают. И не узнают, подойди-ка.

Лина осторожно приблизилась к сталкеру.

Достав нож, Хантер приказал девушке:

— Не кричи! Будет немного больно!

Примерившись к расчесанному пятнышку, Ник без зазрения совести проткнул тонкую кожу девушки, поддел острием клинка небольшое утолщение и извлек на свет божий крошечное металлическое зерно, размером с рис.

Девушка мужественно перенесла операцию, лишь лицо ее покраснело, а на глазах выступили слезы.

— Вот и все, — ободрил воровку Ник. — А теперь — фокус.

Подняв с земли придавленную ногой (чтобы не сбежала) лягушку, сталкер сжал ее так, что та, пискнув, открыла беззубую пасть.

— Приятного аппетита, — пожелал Хантер земноводному и засунул ему в пасть маячок военных. Бедное животное судорожно сглотнуло, отправив устройство в неизученные глубины своего отвратительного организма

Метко примерившись, Ник запулил лягушку в большое водяное окно, метрах в десяти от себя.

— Все, — обратился он к девушке. — Местные лягвы очень активны и за день могут проделать по болоту не один километр. Пройдет немало времени пока вояки поймут, за кем они следят! Но… это уже их проблемы! Идем, нас ждет немалый путь.

Больше двух дней уже не происходило чего-либо значимого. Болото давно осталось позади, коптящие красное небо трубы Межгорода тоже скрылись из вида. Впереди теперь маячили смутные ажурные горы, а под ногами была плотная земля, почти лишенная даже полумертвой травы. Несмотря на то, что немного холмистая местность просматривалась на километры во все стороны, погони военных заметно не было. Видимо вояки Триплекса сейчас занимались дайвингом в болотах, силясь понять, как Лина смогла нырнуть на глубину пяти метров. Что ж, на некоторое время о них можно было забыть… приятного аппетита озерно-болотные крокодилы.

— Пить, — в который раз прошептала Лина, шмыгая носом.

— На, — протянул ей флягу Хантер. — Последняя. Вот ты водохлеб. Всего лишь второй день, а ты весь запас воды… употребила. Демоны ночи! Ладно, доберемся до свалки, там у меня есть тайничок.

— Жарко! — взмолилась Лина. — Может, передохнём?

— Это еще не жарко, — ответил Ник, взглянув на градусник часов. — Все го лишь 27 по Цельсию. Просто ветра нет, да и пыль зависла в воздухе. Но останавливаться нельзя. Кругом пустоши, мы как на ладони. И так сильно рискуем. Вот когда достигнем тех гор хлама, — сталкер указал на ажурные холмы, маячившие пятью километрами впереди, — тогда и отдохнем. А пока… ускорим шаг.

Томно вздохнув, Лина была вынуждена продолжать тащится за, казалось, ни капли не уставшим Ником.

До свалки оставалось чуть больше километра, когда справа и слева от парочки путешественников послышался дикий вой, прерываемый хриплым лаем, очень похожим на нытье Лины… только являющийся более приятным.

— Ой! — по обыкновению взвизгнули Лина, прижавшись к Нику.

Хантер аккуратно «оторвал» ее от себя, снял с плеча автомат и нацепил на глаза инфравиды.

— Ты что, раньше не бывала одна в пустошах? — просто спросил он, выцеливая что-то вдали.

— В нежилых квадратах — очень редко, — отвечала Лина. — А что?

— Очень бурно реагируешь на простых, пусть и диких, собак. Как ты вообще бродишь по Рэдмиру??!

— Обычно я это делаю на машине или с конвоем. Знаешь, сталкеры никогда не откажутся сопроводить до нужного места красивую девушку, если им по пути.

— Да уж, — согласился Ник. — Только это чревато… приставаниями.

— С этим я справлюсь, — заверила его девушка. — А вот с собаками… пусть разбираются другие!

— Угу, — хмыкнул Ник и поморщился. — Не успеем, наверное, эх… демоны ночи.

Передернув затвор автомата, Хантер проверил запасные рожки с патронами и, не останавливаясь, приказал Лине:

— Держись справа от меня, не отставай. Если сможешь, прикрой своей пулялкой фланг, — сталкер указал взглядом на крохотный пистолет девушки.

Лина быстро отстегнула с пояса свой мини «кольт», опасливо посмотрела направо, неуверенно проговорив:

— Ты же говорил, что там простые собаки? Насколько я знаю, они не слишком опасны для людей. Пара выстрелов может отогнать даже большую стаю…. Я читала о них… вроде…

— Это верно, — подтвердил ее слова Ник. — Вот только вожак у них странный. Демоны ночи! Ты что-нибудь слышала про волков приморья?

— Э… — протянула воровка. — Что-то слышала про предков Земных волков, которые в Рэдмире стали намного больше, злее, умнее. И их среда обитания, если я не ошибаюсь, это береговая линия водоемов и поймы рек…

— Вот именно, водоемов. Какого черта этого бродягу занесло в пустошь? Хм, видать это изгой из своей стаи. Он не смог прижиться там и потому нашел себе другую «семью», которую легко подчинить. М-да, похоже, парой выстрелов тут не отделаться….

В этот же момент, на дальнем земляном холме появилась массивная тень. Настроив инфравиды на большую четкость и приближение, Ник смог хорошо разглядеть своего будущего врага.

Волк был огромен (хоть и несколько меньше, чем его сородичи с приморья). Полтора метра в холке и два в длину. Шерсть серебристая, поражающая своей красотой и переливами. Длинная морда, белозубый оскал. Глаза цвета янтаря, казалось, светились изнутри. Прижатые уши выдавали собранность и злость. Огромные лапы были напряжены, будто перед прыжком.

Отрывистый рык — и справа от вожака появились четыре разномастные шавки, не слишком отличающиеся от собак бывшей Земли, разве чуть более мощной мускулатурой грудины и лап.

Неуловимое движение-команда волка и «подчиненные» ломанулись вниз с холма, наперерез Лине и Нику.

Сталкер только успел поднять вверх дуло автомата, когда с пригорка раздался протяжный вой вожака. Тут же позади парочки туристов, а также слева и справа раздался ответный визг, лай, храп.

— Окружают, — констатировал Хантер, затем прицелился и дважды нажал на курок, целясь в волка. Однако тот со скоростью молнии отпрыгнул в сторону и тенью метнулся куда-то вбок. — Шустрый черт, демоны ночи! Бежим! Да резвее, ты бы еще каблуки нацепила! Ну….

Так как укрыться вокруг было негде, то оставалось лишь два варианта развития событий. Либо взять круговую оборону и отстреливаться на месте, либо пытаться добежать до куч металлического хлама, что знаменуют о начале локации, именуемую сталкерами не иначе как стальной лабиринт. И так как огневой мощи для обороны было… мягко сказать… недостаточно, то Ник выбрал второй вариант.

— Если успеем добежать хотя бы до первой груды мусора, — пытаясь не запыхаться, на бегу прокричал Хантер, — то у нас появится преимущество. Заберемся под одну из металлических плит, и отбиваться станет намного проще…. Да и не полезут они на свалку, не любят они ее… излучение там особое, что ли…

— Поверю на слово! — прокричала в ответ Лина, то и дело озираясь по сторонам и немного цепенея от доносящихся ото всюду хриплых голосов бесчисленной своры. К всеобщей какофонии звуков теперь еще прибавился рвотный, мускусный запах. Что ж… собаки пустошей никогда не моются. Хотя их можно понять, откуда здесь взять достаточно воды?? Это ж почти пустыня…

До спасительного холма из старых автомобилей, арматуры и прочего непотребства оставалось чуть более сотни метров, когда собакам надоело преследовать добычу. А быть может просто настало время обеда… в общем Ник и Лина еле успели затормозить, когда на тропу перед ними выскочили сразу три внушительного размера шавки.

— Огонь, — скомандовал Ник и первым выстрелил из автомата. Однако попасть по собакам не удалось. Бестии ловко ушли в сторону от пуль, а затем снова бросились на добычу.

Уже в прыжке Нику все же удалось сбить одну из собак, а вторую отбросить от себя метким ударом ноги. Третья же ходячая шапка сбила с ног Лину и уже с яростью тянулась пастью к ее шее.

Носком ботинка откинув кровожадную тварь в сторону, Хантер прострелил ей башку и помог девушке встать.

— Спасибо, — пролепетала жертва, ее немного трясло от избытка в крови адреналина.

— Целься лучше, а то станешь шубой, — посоветовал ей сталкер и оглянулся назад. Там, в красном сумраке шевелились тени, которых выдавало рычание и нетерпеливое скуление.

— К… какой шубой?! — судорожно пискнула девушка.

— Ну, — быстро ответил Хантер, — обычно приморов убивают для того, чтобы выделать шкуру и пустить на меховой тулупчик. Думаю, они пришли отомстить и сделать с тобой тоже самое…

— Дурак, — выдохнула Лина, не оценив юмора.

Сталкер пожал плечами.

— Их вожак медлит, — проговорил он. — Если бы они напали все сразу, от нас бы не осталось и мокрого места. Так что, возможно это наш шанс, пошевеливаемся!

Еще с минуту парочка петляла по еле заметной тропе, пока она не вывела их к одному из входов в лабиринт. И тогда Ник понял, почему так медлил с атакой волк…

— Оп-па, вот это сюрприз, — вырвалось у Ника. — Нежданчик…. Демоны ночи!

Там, в десятке метров от первой кучи мусора, стояло сразу три приморских волка, окруженные целой сворой мелких (по сравнению с вожаками) собак. Позади «туристов» тоже уже слышался нарастающий лай и рычание, как и с боков.

— Засада, однако, — поморщился Ник. — И чего с ними творится, миграция у приморов что ли??? Черт, похоже все… того… тут даже удача не поможет. Ну… зато постреляем… напоследок. Готовься, я беру на себя волков, ты собак. Встань и прикрывай мне спину.

Лина беспрекословно исполнила пожелание сталкера, в душе очень сожалея, что не прихватила с собой станковый пулемет.

Хантер же, казалось, был абсолютно спокоен, даже весел. Переведя оружие в автоматический режим, он громко прокричал: — ТИИИИИИИИР!!!!! — и открыл ураганный огонь по красным теням впереди.

Все завертелось. Рык, вой, лай — смешались в один ужасающий шум.

Волки не спешили нападать, прячась меж складок холмов и просто ям, они ловко уходили от очередей Ника. А вот собаки, видимо спущенные с «цепи» вожаками, словно прибой хлынули на пятачок обороняемой земли.

С неудовольствием признав, что обезглавить гидру не удастся, сталкер умерил пыл и уже экономя снаряды, валил приближающихся шавок по одной.

— Три, четыре, — шептал Ник, отсекая очереди по два патрона. — Пять, шесть… Ты там как, жива еще? Лина?

— Почти, — пищала в ответ Лина, то и дело стреляя из своего мини пистолета. — У меня патроны кончаются…

— У меня тоже, — «успокоил» ее Ник. — Но еще парочку этих тварей, я с собой на тот свет захвачу! Демоны ночи!

Вокруг уже были практически горы собачьих трупов, когда автомат Ника издал предсмертный щелчок, и замер.

— Все, — цыкнул сталкер и достал с пояса нож. — Потанцуем?!

Видимо поняв, что смертоносных мух у обеда не осталось, трое волков, уже не скрываясь, взошли на дальний холм, решив лично понаблюдать за расправой над непокорной едой.

Рык! И оставшиеся в живых собаки, рекой метнулись к добыче.

Зажав покрепче в руке с вой тесак, сталкер приготовился к последней битве.

Выстрел! Еще и еще! Очередь, две, три! Двое волков трупами скатились с холма, третий же успел отскочить в сторону и растворился в красной тени. Тут же собаки, почуяв неладное и лишенные контроля со стороны вожаков, россыпью бросились в разные стороны. Скуление и визг затихли в дали уже через минуту.

Все еще стоя в боевой стойке, сталкер силился понять, что же все-таки произошло? Кто стрелял? Это помощь, или очередной враг?

— Эй, там! — раздалось со стороны Лабиринта. — Руки в гору и медленно идите к нам. Вы на мушке, если что, не советую дергаться!

— О как, — констатировал Ник. — Ну, хоть поживем подольше. Я же говорил, что везуч как черт!

Лина нервно хохотнула, но то было скорее эмоциональным срывом, нежели признаком веселости.

Перешагнув через тушки приморов, Хантер мысленно пожалел, что нет времени. Эх, какие шкурки можно было бы сделать. Ушли бы по унцию за штуку! Но… видимо не судьба!

За холмом парочку ждали четверо вооруженных людей. Однако понять, кто они такие, не представлялось возможности. Ни нашивок, ни формы разглядеть в красной дымке не получалось. Одно было ясно — это не военные Триплекса. Те не помогают бродягам, а скорее наоборот.

— Стоять! — скомандовал один из группы. — Кто такие? Рассказывайте. Ну!

— Николай Колосов я, — ответил Ник, посчитав, что честность сейчас залог успеха. — Но в Рэдмире меня больше знают, как сталкера Хантера. А это Лина мой наниматель. Я ее проводник.

— Хантер?? — усомнился спрашивающий. — Слыхал про такого. Но вот…

Второй из группы, стоящий по левую руку от командира, вдруг что-то прошептал своему шефу.

— Ты уверен? — переспросил его командир, паренек кивнул.

С секунду помедлив, глава отряда дал отмашку. Бродяги опустили оружие.

— Ну что же, Хантер. Твое счастье, знают тебя многие. Вот и Леха говорит, что это ты. Видел он тебя, пару недель назад. Ты еще помог ему…

— Леха? — удивился Ник. — Не помню…

— Ну и правильно, — кивнул командир. — Добрые дела нужно делать, а не помнить о них! Подходите, не бойтесь. Теперь вы среди своих… Вовремя мы подошли, слышали пальбу, да вот только не думали, что на целых трех приморов полюбоваться придется. Эх… весь Рэдмир с ума сошел в последние месяцы. Где ж это видано, чтобы волки в пустоши подавались. М-да!!

Отряд Васильевича (а только так своего наставника и именовали бродяги), состоял из трех молодых парней. Сам же наставник был уже в годах. Вряд ли ему «стукнуло» меньше пятидесяти, а то и шестидесяти лет. Принадлежали сталкеры к сынам Дальнего Кордона. А к Стальному Лабиринту Васильевич их привел, чтобы немного понатаскать в деле выживания в пустошах, потому как учить этому рядом с Кордоном было опасно. Те места не любили новичков и выживали последние редко. Только опытный сталкер мог обмануть смерть в столь темных краях.

— Ну ладно языком трепать, — сам себя одернул Васильевич. — Того гляди и еще волков дождемся. Нужно в Лабиринт углубиться, там безопасней. Зверья совсем нет, а вот природа… Ну да ты сталкер и сам воробей стреляный, знаешь все это. А молодежи своей я ужо рассказывал.

Хантер кивнул, улыбнувшись. Дедок ему нравился. Эдакий Рэдмиров бирюк. Кладезь мудрости и знаний. И, надо отметить, Васильевич даже глазом не повел в сторону бесхозных меховых шуб, лежащих вдали. Не за наживой был он тут, и это удивляло Хантера, но и внушало уважение. А потому и сам бродяга не стал возвращаться к тушкам. Да и куда девать шкуры? Тащить с собой до ближайшего поселения???! Бред!

Группа из, теперь уже, шести человек, быстро покинула пыльные холмы, затерявшись где-то среди куч металлического хлама, ржавых кузовов машин, и смятых опор ЛЭП. И в самое время!!! Позади уже слышался протяжный вой и рык своры, раздирающей трупы своих бывших соплеменников.

Никто не знает, как появился Стальной Лабиринт. Он просто был… всегда. Еще первые исследователи, выжившие после Апокалипсиса, в своих записках и картах упоминают об огромных грудах металлического мусора, собранных в одном месте под действием неизвестных магнитных сил. И вправду: каждый винтик, каждый кусок рельсы, каждый стальной трос словно притянут к остальному хламу энергетическим полем. Иногда, в алой дымке темных ночей, между красных опор и скомканных остовов грузовиков пробегают статические разряды. Синие, красные и желтые молнии прошивают миллиметровую жесть насквозь, а после тут же пропадают, чтобы затем возникнуть в другом месте. И вообще, если разобраться, то Лабиринт это одна большая аномалия: стабильная, нерушимая и относительно безопасная. Но, тем не менее, это была АНОМАЛИЯ, а это значит, что расслабляться в ее пределах было нельзя. Впрочем… как и по всему Рэдмиру.

— На привал встанем здесь! — скомандовал Васильевич, остановившись на достаточном для разведения костра пятачке. — Если наши гости…

— Да, — кивнул Ник. — Конечно, мы с радостью останемся на ваш пикничок. Денек выдался трудным, поэтому плотный перекус и пара часов сна — не помешают. А потом, думаю, мы двинемся в сторону Мертвых Камней, их еще Скалами Вечности называют.

— Трудный путь, — хмыкнул Васильевич. — Но вам виднее, куда его держать. Мы же еще на несколько дней останемся в местной округе. Мои желторотики слишком неопытны, чтобы уходить в более опасные места. Ну да ничего, это поправимо! Со временем они станут умнее и осторожнее. Кровь остынет. А сейчас… Леха, разожги костер. Семен, на тебе дозор. Смотри, чтобы нас никто не потревожил. А Максим пусть разогреет тушеное мясо. Ну а мы, — Васильевич подмигнул Хантеру, — пока согреемся беленькой!

— Ну а почему бы нет! Демоны ночи! — согласился Ник.

— Э… — скривился дед. — Не поминай демонов вдали от дома. К беде это.

— Понял, — легко согласился Хантер. — Дем… э… наливай, Васильевич, выпьем за знакомство.

Лина вдруг подергала Ника за рукав.

— Не налегай, — тихонько попросила она. — Мне нужен здравомыслящий провожатый.

— Не ссы, — не слишком вежливо успокоил ее сталкер. — Я меру знаю!

— Ну-ну, — хмыкнула девушка и ушла в дальнюю сторону от огня. Присев подальше от сизого дыма, несущего приятный запах копченого, Лина занялась привычным занятием: укладывала растрепавшиеся волосы, подправляла неброский макияж, пыталась привести в норму свою одежду. М-да, кокетка блин! Иногда Нику казалось, что испорченный внешний вид, для спутницы, хуже смерти. И даже получив пулю в грудь, она будет переживать не о возможной кончине, а о некрасивом шраме на белокурой коже. Женщины… что тут еще прибавить…

Налили по стопке. Выпили. Разговлялись спиртным только Ник и Васильевич. Желторотиков к яству не допустили, а Лина наотрез отказалась травиться непонятной сивухой.

Налили по второй. Как раз поспела самодельная тушенка. Подали мясо в жестяных банках, в коих они и были закатаны. Все ели с удовольствием, кроме Лехи. Парень сослался на нелады с желудком, а потому теперь отсиживался позади всех, то и дело бросая осторожные взгляды на Ника.

— Вкусная зараза, — хмыкал Хантер, проглатывая кусок мяса за куском.

— А то! — поддакивал Васильевич. — Кстати, Лехе спасибо скажи, это он раздобыл. Говорит — старые запасы из старой жизни. Он ведь недавно у нас на Дальнем Кордоне появился. Чудом, можно сказать, выжил. Нашли его на границе Вечного Города. Оборванный, истощенный, весь в ссадинах и синяках. Искал он, видите ли, лучшую жизнь. Оставил безопасный Южный Предел и подался в сталкеры. Дурень! Без навыков, без знаний. Как он добрался до Города… вообще загадка. Чудом выжил, чудом!

— Хм, — поддержал разговор Ник. — А ведь я, кажется, вспомнил его. Он тогда был более… упитанным. И волосы длиннее. А встретил я его как раз неподалеку от Лабиринта. Его еще парочка песчаных крыс трепала. Ну, отбить отбились вдвоем. Я его меж куч завел, подальше от зверья, да и по делам своим пошел дальше. Вот уже не думал, что понесет его в сторону Вечного города… Туда и я-то с опаской суюсь…

— Вот-вот! — кивал захмеливающий дедок. — Дурень и есть. Но удачливый… живучий.

— Прям как я, — улыбнулся Ник, его тоже чуть разморило.

— Не жить ему тогда, если как ты, — буркнула Лина из своего угла.

Хантер оставил без внимания сие непотребство в свою сторону, потому как был занят важным делом, он разливал из бутылки последние крохи.

Замахнули! Похорошело еще больше.

— Эх, — осклабился дед и помрачнел. — Все, что имеет начало, имеет и конец!

— Да…. - протянул Ник, с сожалением посмотрев на пустую бутыль. Однако через мгновение лик сталкера просветлел. — Хотя… — Ник хитро подмигнул Васильевичу. — Есть тут у меня недалеко в Лабиринте старая нычка! Я сейчас…

Оставив компанию позади, Хантер, захватив автомат и пару рожков с патронами (магазины он успел зарядить, пока готовилась тушенка, благо в рюкзаке всегда были в запасе несколько коробок с боеприпасами), бодро скрылся за ближайшим поворотом Лабиринта.

Немного расслабленный спиртным мозг работал хорошо, но медленно. Ник никак не мог отыскать то место, где он устроил тайник. Честно говоря, в далеком походе не стоило пить, а тем более пить много. Но в Стальном Лабиринте не было таких опасностей, которые требуют быстрой реакции. А если они и были, то Ник пока не знал о них. Да и хотел Хантер просто расслабиться. "Мы ведь всего лишь люди!", — думал он. "А люди — грешны!"

— Демоны ночи! — все яростнее шептал сталкер, глазами шаря меж одинаковых куч хлама. — Да где же схрон?!

Тайники, нычки, схроны. Со времен появления Рэдмира, бродяги создавали свои маленькие закрома везде, где только могли. Так, на всякий случай. Ведь никогда не знаешь, где и когда тебе понадобится банка тушенки, бутылка воды или рожок с патронами. Вот так на просторах нового мира и появились сотни и сотни тайничков, больших и маленьких. И не было в Рэдмире сталкера, у которого в заначке не числилось бы с десяток укромных кладов.

У Ника же потаенных хранилищ только в одном Лабиринте было пять — по числу входов и выходов из аномалии. Рядом с каждым проходом — свой тайничок. Уж больно место располагало к таким вещам. Со всех сторон свалка была окружена опасными территориями. И почти всегда, спасаясь от врагов, мутантов или самой природы, Хантер прятался меж железных холмов. И здесь же пополнял запасы.

— А! Вот! — воскликнул Ник, узнав небольшую царапину на металлической балке.

Проверив проволочкой, что чугунная плита, казалось, валявшаяся совершенно естественно на земле, не находится под напряжением статики, Хантер напряженно выдохнул и отодвинул ее. Под плоской крышкой открылась неглубокая яма, которая… была пуста!

— Вот же, мля! — выругался бродяга. — Крысы завелись…

Под «крысами» Ник подразумевал других сталкеров, что при случае могли обокрасть ближнего своего. Вот и теперь кто-то опустошил схрон Хантера. Причем не оставив абсолютно ничего. В яме не было ни тушенки, ни патронов, ни, что самое обидное, водки!

Почесав в затылке, Ник задвинул обратно плиту и вернулся к Васильевичу с пустыми руками. Тащиться к другому тайнику было лениво и окончательно безрассудно, тем более, что хмель уже начал потихоньку выходить.

— Ну, — вымолвил дед, увидев Ника. — Угощай!

Хантер виновато развел руками, разочаровано произнеся:

— Прости Васильевич. Пуст тайник. Тварь какая-то все вынесла. Под ноль!

— О, как! — крякнул дед. — Полна земля троглодитами ненасытными! Все тащат, а того не разумеют, что делами своими могут и смерть накликать. Ладно мы и сейчас. А если раненый придет к запасу своему?! А там все растащено! Ни бинтов, ни лекарств! И умрет человек. А кто виновен???! Эх…

— Да, — тоскливо протянул Ник. — Там кроме патронов и водочки еще и тушенка была. Ох, вкусная! Такая же, как и Леха сегодня подогнал…

Замолкнув на полуслове, Хантер бросил взгляд на пустую банку из-под тушенки. Подошел ближе. Поднял.

— Копия, — прошептал он. — Даже маркировка совпадает. И вмятина на дне… я тогда, помнится, упал на рюкзак с тушенкой, почти все погнул…

Повертев жестянку в руках, Ник скосился на Леху. Желторотик был бледен как смерть, глаза бегали, будто пытаясь спрятаться от взгляда Хантера.

— Ах, ты ж падла, — яростно прошептал Ник. — Я тебе тогда помог! А ты в отместку проследил, где я вещи прячу, и обворовал…

— Я… мне… ну… нуж… — вдруг начал всхлипывать Леха. — Я есть хотел… и… и… и оружие… не…не… не было… я… я…

Более не говоря ни слова, Хантер подошел к желторотику, за шкирку поднял его, и… со всего размаху въехал кулаком в глаз! Леха тут же потерял равновесие и плюхнулся пятой точкой на землю, не переставая при этом всхлипывать. Казалось, только чудо заставляет его не разреветься в голос.

Схватившись за моментально покрасневшую часть лица, юнец инстинктивно пополз назад, подальше от разъяренного сталкера. Ник было двинулся за ним, но на плечо осторожно легла морщинистая рука.

— Оставь его, — тихо сказал Васильевич. — Он свое получил. Будет ему уроком. Обещаю, такое более не повторится. Я прослежу.

Несколько раз сжав и разжав кулаки, Хантер тяжело вздохнул. Повернувшись спиной к «крысе», он быстро собрал свои вещи и буркнул Лине:

— Привал окончен.

— Как, уже??! — воскликнула девушка. Казалось, что мизансцену она и не заметила. Уж слишком была занята оттиранием пятна на рукаве. — А что…

— Идем! — настойчивее буркнул Ник, шагом двинувшись к повороту Лабиринта.

— Ну, ладно-ладно, — проворчала авантюристка. — Вот же вечно беда с тобой…

Уже за поворотом их догнал Васильевич. Пыхтя и пытаясь отдышаться от быстрой ходьбы, он остановил Ника.

— Вот, — дед протянул Хантеру сверток. — Тут несколько десятинок. Компенсация. За ученика моего… нерадивого. Прими!

Ник удивленно посмотрел на сверток, потом на деда.

— Васильевич… ты чего? — спросил сталкер. — Этот… этот… Леха… да… та еще мерзость. Но ты-то не виноват! И вообще это было еще до того как ты стал его наставником. НЕ ВОЗЬМУ!

— Но как же…

— Нет. Не надо ничего. А хотя… пообещай мне одно… сделай из него Человека. И тогда мы в расчете! В противном случае он недолго проживет. Если не я, так кто-нибудь другой…

Васильевич сощурился, ухмыльнулся и убрал сверток.

— Тяжелая будет работенка, — крякнул он хитро. — Как бы за такой калым тебе еще и доплатить мне не пришлось! Хе, да шучу я. Ну, коли так, то договор я принимаю. Верь мне, я выбью из него всю дурь!

— Верю, — кивнул Ник, пожал руку Васильевичу, развернулся и продолжил путь. А дед еще долго смотрел ему вслед, пока Лина и Хантер не скрылись меж ажурных баррикад.

Уже за сотню метров от злополучной полянки, Лина вдруг притормозила, спросив своего провожатого:

— А чем, собственно, ты недоволен?

Ник остановился.

— Что?

Лина ответила:

— Я говорю про того парня. Что тебя так разозлило?

Хантер фыркнул, вновь набрав крейсерскую скорость по лавированию меж нагромождений металла.

— А я уж думал, ты действительно ничего не замечаешь, кроме своего отражения в зеркале. И этих… как их… туши, кремов и прочего! — сталкер перешагнул через деревянный стул, неизвестно как оказавшийся в этом магнитном раю. — А злит меня, кроме твоей смазливой рожицы и высокомерия, еще и подлость, сидящая в глубине людей. Я помог ему, спас, можно сказать! А он… предал, обокрал… Эх! Не зря я вдарил по хлебалу, ох не зря!

— Я бы поступила также…

— Вот-вот, — кивнул Ник. — Демоны ночи! Мало я ему врезал, надо было…

— Нет, — хихикнула Лина. — Я имею в виду, что в той ситуации, я бы тоже тебя обокрала. Еще бы и нагадила в схрон, по-большому! Потому что ты заслужил!

Ник снова остановился.

— Даже не знаю, — начал он, — чему подивиться больше: твоей наглости, или манерам сапожника. «Нагадила»… как язык то повернулся. Девушка млин, называется. И чем же я, по-твоему, заслужил предательство?

Лине подмигнула Хантеру.

— Тем, что ты ЛОХ! — ответила она.

Сталкер окаменел, затем тяжело вздохнул.

— Была бы ты мужиком, я бы на тебя, сейчас, рожок патронов не пожалел. Но на твое счастье, между ног у тебя не висит обременение для танцора! Черт! В сотый раз проклинаю тот день, когда встретил тебя! Военные, аномалии, волки, предательства! Ты просто магнит для неудач! И что самое страшное, я, кажется, становлюсь таким же. Эх, моя фортуна, неужели ты оставишь меня, после стольких лет?!!! Только мысль об «Источнике» еще тешит меня. Иначе я бы принес тебя в жертву великой богине, и счастливо жил бы дальше. Ты ведь не дашь мне сведения о точном расположении артефакта прямо сейчас, ну… чтобы я мог избавить тебя от мучений путешествия, аккуратненько закопать в ямке и весело насвистывая пойти дальше?

— Не дождешься! — Лина показала Нику общеизвестную фигуру из нескольких пальцев. — А вообще, я о том, что именно ты виноват в своих бедах. Ты слишком наивен. И именно поэтому тебя имеют все, кто этого захочет.

— Демоны ночи, что ты плетешь?!

— А сам посуди. Вот каким надо быть раздолбаем, чтобы позволить какому-то желторотику выследить свой схрон? Как ты не заметил его? Как ты прятал свои вещи, практически у всех на виду? Как ты не поставил защиту… растяжку или еще что? Как? КАК?! КАК?!

Хантер онемел, не зная, что и сказать.

— Вот видишь! — хмыкнула Лина. — Ты — ЛОХ!

Сталкер сплюнул на землю, постоял с секунду, дико выругался и буркнул:

— Сука! Я действительно лох!

— Вот-вот, и я о том же. Ладно, идем дальше, пока осознание этого факта полностью не дошло до того места, где у обычных людей находится мозг, а у тебя — пустота!

Еще раз прошептав проклятие в сторону спутницы, Ник передвинул автомат поближе к руке, мысленно прицелился в Лину, и мысленно же пустил в нее не меньше сотни пуль. Сразу полегчало, хоть месть и была лишь порождением фантазии.

Курсировать между холмами было… неинтересно, однообразно, скучно. Спасало лишь одно — Ник поговаривал о скором выходе из Лабиринта. И пусть за пределами аномалии было намного опаснее (особенно по ее западной границе), но одинаковость металла вокруг сводила с ума. В голове уже сильно звенело, а на языке чувствовался привкус железа. Возможно, так на организм воздействовало электрическое поле аномалии. Теперь понятно, что отгоняет животных от этого места, ведь Хантеру и самому сейчас хотелось бежать без оглядки.

— Минут через пять, — после часового молчания, вдруг заговорил сталкер, — будем у выхода. Там еще один схрон. Надеюсь, что он цел. В тайнике есть старенький пистолет и несколько обойм к нему. Извини, но патронов к твоему мини кольту у меня нет.

— О! — ехидно проговорила авантюристка. — Ты заговорил со мной! Слава небесам. А я думала, будешь дуться до самого края мира.

— Иди ты, — огрызнулся Ник. — И так тяжело, демоны ночи! Ноги как свинцом налитые. Как выберемся из Лабиринта, нужно устроиться на ночлег и поспать пару часов…

— Постой, — промолвила девушка. — У меня точно такие же ощущения. И это не от усталости. Я, в отличие от некоторых, могу не спать несколько суток. Вот только это вредно для кожи… Но в любом случае сейчас дело не в усталости. Мне кажется, будто я набрала несколько лишних килограммов. Или это мой рюкзак стал таким тяжелым???!

Хантер сделал еще несколько шагов, утерев пот с лица.

— Ты права, я будто стал тяжелее…

Сняв с плеча автомат, бродяга взвесил его на руке.

— Ого, — прошептал он. — Мой АК весит килограммов семь…

Последовав его примеру, Лина вытащила свой пистолет, — Мой кольтик тоже потяжелел. Более полутора килограмм… вроде…

— Что ж за нафиг? — спросил сам себя Хантер. — Это…

Вдруг от нагромождений вокруг пошел мелодичный гул, словно от трансформатора. Звук все усиливался.

— Вот же… — Ника медленно, но неотвратимо потащило к ближайшей скомканной опоре ЛЭП. Автомат выдернуло из рук. Пролетев два метра до кучи хлама, оружие приклеилось к нему, словно приваренное.

— Металл, — крикнул Лине Хантер. — Это металл! Демоны ночи! Его притягивает к Лабиринту! И нас вместе с ним! Кажется, аномалия решила напомнить, что это все же не место для прогулок. Скорее! Скидывай все стальное!!!! Ну же!

Пытаясь сопротивляться все усиливающейся тяге, сталкер выбрасывал из карманов всяческий мусор, сбросил рюкзак, начал расстегивать пуговицы на одежде. Лина следовала его примеру.

Гул усилился! Теперь Ник четко ощущал, что к мусору тянет и его самого. Видимо, железо в крови тоже вступило в реакцию с Лабиринтом!

— Ну же, раздевайся, — орал сталкер, не вдаваясь в понимание того, как комично звучит его призыв. — Быстрее, я уже не могу…

— Я тоже! — кривилась Лина, готовая зубами вцепиться в неподдающиеся застежки. — А…

Несколько секунд судорожной борьбы с невидимой силой, попытка уцепиться обувью за малейший бугорок земли, неистовое пыхтение и… парочка все же была намертво приклеена к покореженной опоре, торчащей из общей кучи. Эх! Сказалось отсутствие сноровки. Не сброшенная вовремя одежда, теперь как жгут удерживала тела в связи с аномалией. М-да, кто же мог подумать, что металлические заклепки, пуговицы и молнии могут быть так опасны?!

— П-ф-ф, — фыркала Лина, изо всех сил стараясь вырваться из плена.

Ник же был вполне спокоен. Ну… быть может немного задумчив. Но это ни как не было связано с его неуверенность в фортуне… не-не-не… вообще никак… наверное…

— Береги силы, — бросил Хантер. — Шанс на быстрое спасение — утерян. Демоны ночи! Теперь будем просто ждать. Удача не подведет меня, я выживу. Всегда выживал.

— А я?!! — извиваясь, с надеждой спросила девушка.

— А ты, вероятно, погибнешь, так как в этой ситуации кому-то должно не повезти. Ну не мне же?!

— Ах ты! — Лина дернулась еще пару раз. — Ну, погоди, вот вылезу из этой переделки, все глаза тебе выцарапаю! Ууууу! — последний ее рывок был страшен, как сама женская злоба. Несколько швов на одежде авантюристки даже треснули, но это мало продвинуло ее в процессе освобождения. — П-ф-ф-ф! Фух, — еще конвульсия и… сил у нее более не осталось. Девушка прекратила бесцельные попытки. Теперь оба пленника лишь молча лежали, наслаждаясь окружающей природой и неутихающим гулом.

Прошло полчаса. Ничего не изменилось.

Нарушая игру в молчанку, Лина вдруг проговорила:

— Ты ведь не слишком высокого обо мне мнения? Да? — Голос девушки был слегка печальным. Уж неизвестно отчего это случилось — пребывания в смертельной аномалии или от осознания факта своей моральной непривлекательности.

— Чего? — Ник с трудом смог повернуть голову в сторону девушки.

— Ну… — протянула авантюристка. — Ты считаешь меня продажной стервой. Беспринципной, вороватой, жадной…

— Не без этого, — подтвердил Ник. — ОЧЕНЬ не без этого!

Лина тяжело вздохнула, странно, но она не ответила колкостью на колкость.

— А ведь может, я не так плоха, как хочу казаться! Быть может, это мир заставляет меня жить по волчьим законам. Ведь везде и всюду люди ищут лишь наживу, желают обогатиться или получить власть. Я лишь одна из всех! Я такая же, как и ВСЕ!

— Угу, как и все… — сталкер рассмеялся. — Ну-ну.

— Ну, я же серьезно, — надула губки Лина. — Если не показывать зубки, тебя загрызут свои же. Или думаешь мне в кайф быть кровожадной гарпией?!

— Думаю да! А вот насчет злобного и жадного мира — это ты зря. По-крайней мере не весь Рэдмир такой.

— Да ну?! — девушка фыркнула. — Жаждущий власти Триплекс, жадные сталкеры рыщущие в поисках добычи. Наемники, военные, фанатики. Да каждый человек вокруг лишь ждет случая, чтобы воткнуть тебе нож в спину и обобрать до нитки. Или история с тем парнем… Лехой… тебя ничему не научила?!

— Научила-научила, — скривился Ник. — Но по одному… э… индивидууму, нельзя судить обо всех. Вот даже Триплекс: властное правительство, жесткий контроль, всеобщее подчинение правилам и уставам. Но и, тем не менее, только такая власть смогла сохранить хоть какой-то порядок. Они восстановили часть промышленности, они собрали людей воедино и помогли выжить тем, кто умер бы в пустошах. И они до сих пор успешно поддерживают жизнь своей паствы, охраняют ее, кормят, согревают. Да, взамен они забрали свободу, но это меньшая плата, чем жизнь.

— Триплекс — добро! Вот это новость! — Лина недоверчиво хмыкнула.

— Да, добро, в какой-то мере, — подтвердил Ник. — Без трех городов мы не имели бы ни нового оружия, ни патронов, ни устройств. Все жили бы тем, что могли найти в старых развалинах, а этот запас не вечен! Но оставим Триплекс. Перейдем к кордонам и свободным поселениям. Где там нажива? Люди живут, работают, пытаются вырастить скот и овощи, а это трудно без солнца, в постоянной опасности, каждый миг ожидая, что случайное смещение полей, аномалии или модификанты сведут твою работу на нет. И все равно — загоны строятся, теплицы вырастают с нуля. Люди живут!!! Живут трудом своим. В них нет алчности и грязи, они почти святые для меня. Я бы так не смог!

— Ну, да. Куда уж тебе! Ты же охотник, сталкер. Твое дело артефакты и золото, да сокровища заброшенных домов. И если, по-твоему, весь мир не так уж и плох, то твое племя не лучше меня! Вы ищите наживу повсюду — и я тоже. Вы предаете за кусок хлеба — бывало и у меня такое. Вы убиваете всех, кто вам не по нраву — и я не чураюсь побочных смертей, если те выгодны! Просто каждый куш, должен соответствовать цене и усилиям, отданным за него. Вот и все. Простая математика.

— Ну и загнула, — Ник стал хмурее тучи. — Я никогда не убивал из-за выгоды. Лишь когда мне угрожают, я становлюсь злым и нервным. А так… я добрее овечки! Но ладно я, ладно другие сталкеры желающие лишь добычу и выгоду. Возможно мы такие же воры… только немного в другой плоскости, чем ты. Но ведь есть отряды охотников, чьей задачей является не обогащение, а выживание их семей и целых общин. Они не ищут артефакты и золото. Их интересует одежда и материя, старые инструменты, агрегаты способные помочь в хозяйстве. Они ищут все это в заброшенных туннелях, Вечном Городе, да и вообще повсюду. Они несут все это домой, чтобы их жены и дети смогли выжить, чтобы их поселения и кордоны смогли жить.

— Тебя послушай, — буркнула девушка, — так все вокруг святые. И только я — ЗЛО!

— Ну не все, и не святые, но в Рэдмире существует тонкий баланс. Триплекс контролирует более половины выживших людей, дает им жилье и пищу, воссоздает некоторое подобие инфраструктуры, запускает все новые заводы в Межгороде и этим обеспечивает ВСЕХ оружием, боеприпасами, утварью и прочим. А люди свободных кордонов выращивают овощи и скот, обменивая их в Межгороде на необходимые товары. А что они обменять не могут, то им поставляют отряды сталкеров-волонтеров. Так и живем… выживаем. Демоны ночи! Каждый делает свою работу. Каждый по-своему полезен. И да, навряд ли мир так уж коварен и пропитан предательством, как ты говоришь. Хотя и не без этого! И все же он способен удовлетворить всех: желающих свободы, желающих мирного неба над головой, желающих власти, желающих опасности. Даже не знаю, было ли лучше, когда Земля находилась под солнцем, а не в пучине аномального бреда.

— Прямо поэт, — скривилась Лина. — Ну и оставайся в своих радужных фантазиях. А я буду и дальше жить в реальности: злой, коварной, смертельной. И выживать я буду так, как сама того пожелаю.

— Угу, — буркнул Ник. — Каждому свое. Нам бы, главное, выбраться из переделки и найти «Источник», а там разбежимся кто куда. Эх, неужели придет тот день, когда я исполню свою мечту… Как же долго я гонялся за этим фантомом! Думал, что это лишь сказки. Эх, она будет счастлива!!! Демоны ночи, только бы все получилось!

— Она?! — последнее выражение сталкера, вывело девушку из задумчивого оцепенения и переосмысливания ценностей. — Кто она? У тебя есть девушка??!

Ник воздел глаза к небесам, проклиная себя за болтливость.

— Нет у меня девушки! — отрезал он. — И вообще, это не твое дело! Лучше…

Ситуация вокруг вдруг резко изменилась. Помимо гула и бешеной тяжести в конечностях, теперь появилась и новая проблема. Металл лабиринта стал потихоньку светиться, все больше набирая яркость. Кое-где теперь пробегали искорки статических разрядов. Шелест их был неприятен, но опасности, пока что, они не представляли.

— Думается мне, — задумчиво пробормотал Хантер, — что надо валить отсюда!

— Гений! — констатировала Лина. — А как это сделать, святой отец??!

— Пока не знаю, — сталкер изловчился и плюнул в сторону одного из наиболее ярких пятен. Плевок упал на стальной прут и его тут же пронзили сотни маленьких молний, оставив от слюны лишь облачко пара. — Однако стоит поспешить! Похоже, сварочный аппарат Лабиринта только и ждет момента, чтобы разрядится. Благо одежда пока изолирует электричество, но скоро ее может и пробить…

Гул стал просто невыносим! То здесь, то там, меж стальных конструкций стали проскакивать полуметровые разряды, треск которых холодил кровь в жилах. Сильно запахло озоном.

— Демоны ночи! — выругался Ник. — Помнишь, я говорил, что дергаться бессмысленно?

— Да, и что?

— Так вот, я был неправ! Извивайся что есть сил, или нам конец! Удача не всегда любит, чтобы все делала она сама. Порой ей необходимо и помочь. Иначе это будет не удача, а настоящее чудо. А в чудеса я не верю! Эх!!! Ну же…

Два ужа на сковородке стали бешено извиваться. От Ника были слышны многоэтажные маты, Лина же предпочитала тихонько повизгивать, пищать и стонать.

Уже не раз швы на одежде трещали, будто раскаленное масло. Казалось, еще чуть-чуть и можно будет выскользнуть из оков, но каждый раз не хватало самой малости, последнего усилия. Однажды Хантеру даже удалось оторвать одну из рук от металлического магнита! Правда, всего на пару сантиметров. Однако тут же проклятая застежка на манжете снова намертво прилипла к бамперу скомканного автомобиля.

Неизвестно, на какое количество времени хватило бы сил парочке распятых мух, но Лабиринт решил, что достаточно давал шансов на спасение. А посему…

Трансформаторный гул моментально стих. Повисла такая тишина, что даже в ушах зазвенело. Ник и Лина замерли на месте, девушка робко спросила:

— Это что… все?

Ник раскрыл было рот, чтобы ответить ей, но тут Лабиринт осветила бешеная вспышка ослепившая несчастных, а громовые раскаты, разорвавшие воздух, напрочь оглушили их.

Миллионы молний, как огромные швейные машины стали прошивать каждый метр металлических стен, плавя железо и пробивая насквозь сантиметровые пластины чугуна. Лишенные слуха и зрения, Лина и Ник сжались на своих постаментах как могли. Хантер, сейчас, отдал бы все на свете, чтобы превратиться в маленькую мышь, а еще лучше — в легкую птаху, чтобы улететь отсюда.

Казалось, какофония звуков и ослепляющий свет, царили уже целую вечность. На самом же деле прошла всего пара секунд. Молнии исчезли так же быстро, как и появились. И в тот же момент магнитная сила Лабиринта… иссякла. Две истерзанные тушки сползли на землю. Они не шевелились.

Глава 4 Выбор: сверху или снизу?

— Я ничего не вижу! — почти ныл женский голосок. — Я умерла? Кто-нибудь, ответьте, пожалуйста!

— Да успокойся ты, — отвечали ей. — Жива ты, да и зрение вернется. Демоны ночи! Это последствие от вспышки. Скоро пройдет.

Ник уже целый час сидел возле старого холодильника и приходил в себя. Потрепало его и Лину знатно, однако зрение возвратилось к сталкеру быстрее. Видимо, он все же успел зажмуриться.

Одежда была изорвана почти в клочья, ботинки слегка дымились. Лица обоих горемык были измазаны сажей. На груди у Хантера виднелся выжженный след от цепочки, само же украшение испарилось после удара одной из молний. Так же подверглись дезинтеграции все запонки и металлические пуговицы. Было крайне занятно то, что сами тела уцелели. Ну… не считая ожогов. Воистину, фортуна Ника была безгранична!

— Что же так колбасит? — прокряхтел сталкер, поднимаясь. Его сильно качнуло, в глазах потемнело. Однако вскоре симптомы пропали. А вот дрожь во всех членах — осталась.

— Жива ли ты, моя старушка? — пробормотал сталкер, пытаясь помочь Лине встать. Странно, но воровка легко поднялась на ноги. Хотя вид у нее был не лучше, чем у Ника.

— Ты хоть что-нибудь различаешь? — спросил Хантер.

— Белый свет, — скривилась Лина. — Хотя, вроде бы, начинаю видеть смутные черты… Вот ты, сейчас, для меня — большое пятно из дерьма. Это надо же было завести нас в такую ловушку. Удачник хренов! Если выйдем живые отсюда, то в этот долбанный Лабиринт я больше ногой не ступлю! И тебе харю расцарапаю! Будь уверен!!!

— Умолкни уже, — Хантер прислонил «фонящее» тело говоруньи к ближайшей опоре. — Выжили ведь. А это главное, как по мне. Да и кто вообще знал, что эта свалка способна на столь феерическое представление? Демоны ночи. Видать все это в преддверии Бури. Сам воздух насыщен энергией. Весь Рэдмир на взводе, вот чудеса из него и прут! Хорошо бы на это время засесть в укромном месте и переждать катаклизм. А уж после этого продолжить путь. Но… убежищ рядом нет. Да и кто знает, когда напряжение достигнет максимума. Быть может это будет через час, или неделю!

Слушая сталкера, Лина подняла руки к лицу, провела ладонями по волосам, щекам, глазам.

— Как я выгляжу? — вдруг спросила она.

Хантер покосился на нее, тяжело вздохнул.

— Хреново, конечно, — ответил он. — А как ты хотела?

— Но… но… — девушка сглотнула, — ничего страшного?!

— Сажа, разодранная одежда, несколько небольших ожогов…

— А лицо?!

— Да в норме лицо, успокойся уже. Помоешься и будешь как новенькая.

— Точно?!

— Да точно-точно! Демоны ночи! За что мне это! Волки, военные, взбесившийся Лабиринт… и нимфоманка до кучи, переживающая за маникюр, когда до этого чуть не лишилась головы! Эх, ладно, зрение то как?

— Почти вижу, но… бликов много… но вижу. ВИЖУ! Ой! Я же почти голая!

— Не ты одна, — Ник оглядел свои лохмотья. — Идем! Лучше оставить Лабиринт, пока еще сюрпризы не организовались. К тому же нам нужна одежда и патроны, черт!

Сделав два шага, Хантер поднял с земли свой автомат. Магазин был начисто оторван. Видимо, от одного из разрядов детонировали патроны. Сам же ствол уцелел, пришлось лишь вручную достать из досылателя пустую гильзу. Пистолет же Лины нигде не было видно. Да и черт с ним, бесполезная хрень, только место занимал! А вот оба рюкзака сохранились, хоть и исходили сейчас тонким сизоватым дымком. Скарб внутри тоже не поддался высокому напряжению и жару. Даже маленький примус оказался почти цел, не проявляя губительной страсти к самоподрыву. Хотя на ощупь он был весьма горячим. Чудеса…

Опасаясь новых неожиданностей, парочка проследовала к выходу из аномалии. На весь путь ушло чуть более часа. Еще полчаса было потрачено на поиск тайника Ника. К счастью схрон был нетронут. Это было очень кстати, ведь патронов не было вообще. Да и еда подходила к концу.

Кроме пищи телесной, Лине также достался старенький самодельный пистолет (подарок одного умельца из Межгорода). Патроны к нему были идентичны, что и к автомату Хантера. Однако сталкер сразу предупредил девушку — отдача у самострела убойная. Но воровка лишь ухмыльнулась и пристроила оружие в старую кобуру, тоже нашедшуюся в закромах бродяги. И только одну проблему решить так и не удалось. Как не прискорбно, но одежды в тайнике не было. А значит, Нику и Лине придется и дальше довольствоваться своими обносками.

— Можно будет заглянуть по дороге в Вечный Город, — решил успокоить девушку Хантер. — Там в домах много старого хлама. Это не защитный комбинезон, но пару курток и штанов подобрать можно.

— А до этого нам голышом рассекать? — Лина почесала обнаженное бедро.

— Я не против, — ухмыльнулся сталкер.

— Извращенец! — фыркнула авантюристка и, развернувшись, демонстративно прошла к куче мусора, а затем нагнулась, бесстыдно демонстрируя чудом уцелевшие трусики и бесподобную… пятую точку. Подняв гладко отполированную металлическую пластинку (после разряда связь между хламом лабиринта явно ослабла, некоторые куски вообще валялись отдельно), девушка кинула на Ника озорной взгляд, а затем принялась усердно оттирать сажу со своих прелестных щечек.

Почувствовав явно нарастающее напряжение в местах роста гордости мужской, Ник поскорее отвернулся, дабы эффект не стал слишком заметным. Небольшой конфуз усугубился еще и тем, что Лина тихонько рассмеялась. Она явно добилась того результата, к которому и стремилась.

Проклиная себя за мгновение слабости, Ник зарядил магазин и звучно прищелкнул его к автомату. Напряжение спало, но желание осталось. Что ж, у сталкера дано не было женщины, его можно было помять… о… э… то есть понять… да-да… понять.

Покинув территорию Лабиринта, Ник повел свою спутницу в сторону небольших холмов, маячивших у горизонта. Взобравшись на один из них, Хантер глубоко и свободно вздохнул. Улыбка появилась на его лице.

— Простор, — протянул бродяга. — Ветерок. Эх, демоны ночи. Хорошо… свобода. И никаких видимых опасностей, благодать.

— Чему тут улыбаться? — хмуро спросила Лина. — Все та же красная пустыня. Да и мы: ободранные, грязные и усталые. Я вообще держусь только за счет бодрого электрошока.

Ник хмыкнул, натянул на глаза уцелевшие инфравиды (и как их не расславило в машине Теслы) и осмотрел местность. Опасностей действительно не было видно. По-крайней мере явных.

— Ну, во-первых, — не стирая улыбки с лица, весело произнес Ник, — не красная и не пустыня. Тебе так кажется из-за света. На самом деле земля серая, как и полагается. А во-вторых: я уже начал забывать, что являюсь непревзойденным оптимистом. Хотя, ходячей хандре вроде тебя, этого не понять…

— Угу, — фыркнула девушка, — больному здорового не понять. Тебе бы у врача проверится. Улыбка без причины…

— Ну хватит, — взмолился Ник. — Не порть настроение! Впереди у нас многие часы совместного путешествия. Не лучше ли наладить контакт? И без этих твоих вечных подколов?

Воровка промолчала.

Пожав плечами, Ник еще раз вгляделся вдаль.

— Вот смотри, — через некоторое время проговорил он. — Слева от нас пустые земли. Справа располагаются заброшенные заводы. Темное местечко, не стоит туда соваться. Нам же нужно двигаться вперед, через Скалы Вечности. За ними располагается Исчезающее Море. Переплывем его и будем в Вечном Городе. А оттуда до Дальнего Кордона рукой подать. Но, решить нужно сейчас.

— Что решить? — спросила Лина, пытаясь произнести это как можно менее хмуро.

— Идти через верх, или через низ, — ответил сталкер.

— Как это? — не поняла девушка.

Хантер снял инфравиды и посмотрел на авантюристку.

— Отсюда к Вечному городу идет два пути. Поверху, через Скалы и Море. И под землей, по сети катакомб. Быстрее, конечно, пройти по туннелям. Если повезет, даже найдем там транспорт, благо рельсы имеются. Однако…

— Что?

— Катакомбы это пристанище химер и другой нечисти. Трижды охотники пытались очистить туннели. Все-таки стратегически важное направление. Но… никто так и не вернулся. Даже Кремень погиб там. А он был живуч…. Везение его любило больше чем меня. Вот, кто был поистине бессмертен! Демоны ночи!

— Тогда лучше пойдем поверху… — Лина посмотрела себе под ноги, представив, как в глубине шевелятся тени, только и ждущие случая, чтобы утащить ее во тьму. — Да, определенно будет лучше идти под небом, пусть и вечно багровым.

— Вот и я так думаю. Путь получится более длинным, зато шансов выжить значительно больше. Честно говоря, даже веря в свою удачу, я не за что бы ни спустился в те катакомбы. Раньше, еще может быть. Но когда погиб Кремень… это любого насторожит.

Лина поежилась.

— Вот-вот, — заметил это сталкер. — И меня дрожь пробивает. Эх, Кремень, как же так… выживал в таких переделках, сумел уйти от самого Архитектора, а туннели не осилил. Демоны ночи…

— Да не, — девушка еще раз поежилась. — Я не от страха. Холодно мне. В одном нижнем белье осталась. А тут еще ветер. Продует меня, а простуда вредна для кожи! И волосы с ногтями пострадают.

— Хе.

— Что «Хе»? Вон на тебе сколько утеплителя, — Лина указала на легкую полноту Ника. — Да и кожа, что слоновья. И откуда у тебя такой загар? В Рэдмире солнца нет, а солярии стоят кучу денег. Не думаю, что ты решил раскошелиться ради красоты.

— А ты пробеги сквозь аномальные пески, где каждая крупинка взрывается от малейшего сотрясения. И тогда тоже загоришь, как под кварцевой лампой. И вообще, не толстый я. Кость широкая… да и лишних то, всего пара килограмм.

— Ну-ну, — улыбнулась воровка. — Хотя я не к этому веду. Ты говорил, справа есть старые заводы. Может заглянуть туда? Какую-нибудь одежду найдем.

— Нет, — отрезал Хантер. — Туда нельзя.

— Ну, мне очень холодно, — просительно протянула Лина тоненьким голоском. — Или хочешь, чтобы я умерла от переохлаждения?

— Не умрешь, такие как ты не умирают, из вредности, — успокоил ее Ник. — Да и на привале костер разведем. А в старые заводы лучше не соваться. Там территория духов.

— Духов? — прыснула авантюристка. — Ты что, веришь в паранормальное? Еще привидения скажи. Или барабашки!

Ник скосился на Лину. Девушка тут же перестала смеяться.

— Ты что, серьезно? — спросила она. — Ты веришь в эту чушь?

— Верю? — переспросил бродяга. — Я не верю — я знаю! Сам видел… и не раз.

— Да ну? — хмыкнула девушка, но уже не так уверенно. — Э… ты что, точно не шутишь?

— Конечно нет, — пожал плечами Хантер, бросив взгляд в сторону темных силуэтов далеких труб и корпусов полуразрушенных заводов. — Рэдмир стал последним пристанищем не только живых, но и мертвых. Говорят, умершие здесь, уже не могут покинуть измененную Землю. Так мир и полнится неуспокоенными душами. Вечно холодными, потерянными, злыми.

— Это только слова и сказки простаков. Они в каждом шорохе видят демонов, а в каждом убитом мутантом — провидение и злые силы.

— Ты слышала про Порт?

— А… старая байка. Мол, каждый месяц в старый Порт у Постоянного Моря, на южной окраине, приходит корабль. Команда судна загружает трюмы припасами и снова уходит в море.

— Да, уходит, — подтвердил Ник. — Только не люди на этом корабле, а потерянные души. Я год назад сам видел погрузку. Нет, не живые то, мертвые. Они не видят вокруг ничего, кроме своей работы. Бескрайней цепочкой теней они сходят с трапа и возвращаются обратно. Да и сам корабль, то еще зрелище: насквозь ржавый, дырявый, гнилой. Такую посудину на плаву может держать только чудо…

— Бред, — покачала головой Лина. — Не поверю, пока сама не увижу. Да ты и сам говорил, что чудес не бывает.

— Это не волшебство ведь. Потусторонний мир существует. Даже ученые подтверждали это. И лишь тонкая грань разделяла наши миры. А теперь… все поменялось. И параллельные вселенные живут одновременно, наложенные друг на друга, вступив в тесную связь. Здесь все возможно. Быть может и сами мы уже давно мертвы. Как понять, где реальность, а где сон?

— Пф, философ блин, — воровка фыркнула. — Все это бредни сумасшедшего.

— Как хочешь, — пожал плечами Хантер. — Если не веришь, то можешь идти к заводам. Даю слово — модификантов там нет, только духи. А раз духов ты не боишься, то переживать не стоит. Иди, я провожу тебя до забора.

Лина снова фыркнула, кинула взгляд в сторону еле заметных в красной дымке очертаний могучих блоков бетонных коробок. Со стороны заводов послышался какой-то лязг, будто консервная банка упала со стола или полки. Звук эхом разнесся по воздуху, словно усиленный в десяток раз.

Девушка непроизвольно вздрогнула.

— Все равно это бред, — отрезала она. — Но одна не пойду. А вдруг там… аномалии. Да! Аномалии!

Хантер улыбнулся. Это взбесило воровку еще больше.

— Чего лыбишься?! — выкрикнула она. — Да я просто не хочу. Вот и все! И объяснять ничего не намеренна! Ты говорил про Скалы Вечности? Вот, идем. И это мое решение, хочу я так!

Ник молча кивнул, жестом приглашая спутницу продолжить путь.

Лабиринт и пристанище духов остались где-то позади. Спустившись с холмов, Ник провел Лину через выжженное пятно абсолютно голой земли. Видимо, когда-то тут была аномалия, перекочевавшая в другое место или просто исчезнувшая.

Метров через семьсот, обогнув грязевую лужу (в сезон дождей превращающуюся в небольшое озерцо), парочка вышла к старой железной дороге, идущей строго с юга на север. Рельсы были засыпаны песком. Вряд ли по ним кто-то ездил после конца света.

Преодолев насыпь, Хантер со своей спутницей выбрался на очередную пустошь, уже намного больше похожую на пустыню. В западных регионах Рэдмира реки редкость. Скудная растительность живет от дождя до дождя. И пусть влага с небес льет почти каждую неделю, но почва не может насытиться ей, высыхая уже на вторые сутки после грозы. Траву и редкие деревья можно встретить, в этой части света, лишь на берегу Моря, в Городе, да возле Дальнего Кордона, питающего свои немногочисленные поля ирригационными системами.

Кутаясь в свои лохмотья, путешественникам пришлось терпеть сильный ветер, гуляющей по открытому пространству. Потоки принесли с собой песок и тепло. Запасы воды стали уходить быстрее, чем хотелось сталкеру.

— Долго еще?! — взмолилась Лина. — Этот проклятый песок уже въедается в кожу!

— Останавливаться нельзя, — был непреклонен Ник. — Наше счастье, что не началась Буря. Укрыться здесь негде. Да и то неплохо, что зверья не видно. Мы уже в опасных территориях, чем ближе к западной оконечности Рэдмира, тем труднее становится выжить. Так что песок — наименьшая из бед. Терпи, скоро подойдем к Скалам Вечности. Там устроим привал.

— Пф, наименьшая из бед! Как же! На зубах скрипит, под одеждой колет…

— Неженка, — констатировал сталкер. — А вот представь что будет, если аномальные поля сместятся. И на ровном месте возникнет песчаный смерч. Или с небес пойдет радиоактивный дождь. А может из-под песка вылезут метровые клопы, та еще дрянь. Нет, судьба благосклонна к нам. Преодолеть эту пустынную полосу — наименьшее испытание. Не мы первые. Да и не мы последние. Смертность на дороге от Лабиринта до Скал не так уж и велика.

— Успокоил, — скривилась Лина, но ныть перестала.

Вскоре вдалеке замаячили высокие каменные наросты. И чем ближе путешественники подходили к ним, тем меньше становился ветер, а песок уже не свистел словно шрапнель. Не прошло и получаса, как над землей повис штиль, а огромные скалы выросли до неба, закрывая красноту облаков и отбрасывая километровые еле заметные тени.

— Скалы Вечности, — кивнул Ник на стометровые булыжники. — Добрались. Как раз вовремя! Видишь, с севера идут тучи. Будет сильная гроза!

— И где мы укроемся? — Лана осторожно поправила трусики и лифчик, песок под ними не давал ей покоя.

— Найдем небольшую пещеру, их тут много. Хотя, честно говоря, было бы неплохо преодолеть Скалы одним броском. Останавливаться здесь рискованно, — Хантер почесал в затылке.

— Нет уж! — отрезала воровка. — Я с ног валюсь! А идти без сна и отдыха под проливным дождем… в общем останемся здесь!

— Как хочешь, — пожал плечами сталкер. — Это место опасно не более и не менее чем остальные. Демоны ночи. Да в Рэдмире вообще мало спокойных уголков.

Выбоина в камне, достаточная для устройства «на ночь», нашлась достаточно быстро, не углубились путники в нагромождение каменных пик и на сотню метров. А вот с костром было сложнее. Ни сухих веток, ни деревьев, ни ящиков, на худой конец, рядом не было и в помине. Спасло одно — живучий примус в недрах потрепанного рюкзака завелся с полуоборота. Несмотря на слегка оплавленный бок (и как он не взорвался в Лабиринте), огонек горелки быстро «набрал обороты», даруя немного тепла и своеобразный уют.

Пока Хантер разогревал тушенку и нарезал хлеб, Лана провела полную ревизию своей наплечной сумочки-переноски и осталась довольной. Косметика и несколько тюбиков с кремами были нетронутыми. Так же обнаружилась разная мелочь. В том числе: маникюрные ножницы, пилочка для ногтей, нож, декоративного размера, расческа. Хотя были там и нужные вещи: аптечка, капсула с анестетиком, брикет сухого пайка. А вот все то, что было распихано по карманам куртки, пропало вместе с ней. А это: вся электроника, записная книжка и… самое обидное — влажные салфетки.

Накрыв на импровизированный стол, Ник тоже пересчитал все то, с чем он остался. Все приборы, дозиметры и карманные бинокли испарились вместе с разгрузкой. В рюкзаке остался контейнер с артефактами, кошелек с парой десятинок, упомянутый примус, запасной охотничий нож, непромокаемая накидка, которую теперь использовали как покрывало и одеяло одновременно. Так же к скарбу теперь прибавились вещи из тайника, что был на окраине Лабиринта. А это: пара пачек с патронами для АК и пистолета Ланы, автоматные магазины, несколько банок с тушенкой, черствая буханка хлеба, завернутая в полиэтилен, и две (уже почти пустые) фляги с водой. Вот и все имущество двух горемык, плюс чудом уцелевшие инфравиды. Не густо, но лучше чем ничего.

— Главное добраться до Дальнего Кордона, — пережевывая бутерброд из мяса и бетонного куска хлеба, произнес Ник. — Там купим все необходимое для путешествия к Обрыву.

— Угу, — хмыкнула Лана. — А деньги где возьмем? Того что у тебя осталось не хватит и на пачку патронов. Жизнь на Кордоне дорогая….

— С этим не спорю, — подтвердил Хантер. — Но благо контейнер с "Шильями" сохранился. Сбуду его заказчику, а на вырученные средства купим экипировку.

— Так твой заказчик живет на Кордоне? Это он дал тебе координаты артефактов? — нехотя спросила девушка. Поев и пригревшись у огонька, ее тянуло в сон от усталости.

— Типа того, — согласился сталкер, не видя смысла скрывать очевидную информацию. — Так что деньги будут…

Лана промолчала.

Посмотрев в ее сторону, Ник увидел маленького ангела. Свернувшись калачиком, воровка спала. Сейчас она выглядела мирно и безобидно. Почти нельзя было поверить в то, что она является неискоренимой занозой в заднице.

Привстав, Хантер извлек из под себя свою часть накидки, тихонько отряхнул ее от пыли и прикрыл тело девушки. Лана во сне чертыхнулась. Ник улыбнулся. Нет, воровка все та же стервочка-садистка, ибо даже в мире грез она посылает всех и вся на три буквы. А возможно и намного дальше…

Потихоньку расходился дождь. Несильно гремело. Лишь изредка молнии прорезали сгустившийся сумрак. В их свете Скалы были видны как на ладони. Молчаливые, грозные, нерушимые. Влага сочилась с них, словно капли крови: багровые, тягучие, мерзкие. Рэдмир, даже в столь тихие моменты, не переставал показывать свой… кровожадный нрав. Он будто говорил всем: «Не ждите ничего, кроме смерти и мучений».

Ник глубоко вздохнул. Неприятные мысли наполнили его разум.

Встряхнув головой, Хантер придвинулся ближе к примусу, пригрел на груди автомат и закрыл глаза. Сон пришел быстро, словно только и ждал этого мгновения.

Глава 5 Скалы и море

Вздрогнув, Ник проснулся. Не открывая глаз, он постарался оценить сложившуюся ситуацию и понять, что же его потревожило. Из звуков — только далекое тявканье собак, со стороны Лабиринта. Уж не Поморы ли со своей свитой снова вышли на охоту? Откуда-то слева тянуло сыростью, после недавнего дождя. Странно, ничего не предвещало неприятностей.

Приоткрыв веки, сталкер осмотрелся.

Примус все так же уютно шипел на положенном месте. Только огонек немного ослаб, видимо топливо подходило к концу. Накидка, скудный скарб и рюкзаки на месте…

Черт! Лана пропала! Ее… просто не было.

— Демоны ночи! — выругался Хантер, вскакивая. — И где теперь ее искать???!

В голове забегали нехорошие мыслишки. Пропала! Как? Зачем? Почему? Может ее утащили мутанты? Или она сама отбежала в туалет? А может аномалия? Блин!

Вдруг сзади на плечи опустилось что-то легкое, мягкое, теплое.

Инстинктивно отпрыгнув в сторону, Ник снял автомат с предохранителя. Быстрый разворот, палец на курке.

— Стой-стой! — просительно прозвучало со стороны «атакующего». — Это же я… чего ты?!

Позади, у входа в небольшую пещеру, ставшую приютом на ночь, стояла Лана. Девушка выглядела посвежевшей. Ее скудный наряд (нижнее белье и кое-какие лохмотья от куртки и штанов) лишь подчеркивал красоту хрупкой, маленькой нимфы. Глаза выражали испуг.

— Черт! Демоны ночи! — снова выругался Ник, опуская автомат. — Ты меня чуть до инфаркта не довела. Сначала пропала. Потом… руки на плечи. Ты где была? И чего такая довольная?

— Гуляла, — просто ответила девушка. — А настроение хорошее, потому как выспалась. И ночь была теплая, несмотря на дождь. А руки… ну хотела тебе приятное сделать, ты так напряжен…

— С чего это вдруг? — недоверчиво покосился на нее сталкер. — То все скотина, лузер, дурак. А тут… приятное сделать?

— Ну… а знаешь, если тебе не нравится, то иди в жопу!

— Вот, — вконец успокоился Ник. — Это уже больше на тебя похоже.

— Дурак!

— Так и есть. Ладно, демоны ночи, садись к примусу, позавтракаем. Хотя… до меня только дошло — как это ты гуляла? Одна? Ты с дуба рухнула, что ли? Это тебе не городской бордель…

— Да в туалет я ходила! — взъярилась Лана. — Что мне теперь, на тебя нужду справлять. Заткнись уже и ешь, все настроение испортил, бирюк чертов!

Ник пожал плечами. Теперь девушка казалась ему в своей тарелке. Сталкер даже немного пожалел, что в этой ее "прогулке", ни одна из тварей населяющей Рэдмир не догадалась полакомиться нежной и сочной плотью воровки.

Быстрый перекус прошел в полном молчании. Ник, все еще не до конца проснулся и зевал. Воровка же обиженно молчала.

В один из задумчивых моментов, на один из рюкзаков упал озорной луч света. Со стороны входа сильно посветлело, стали заметны легкие пылинки в воздухе.

Поперхнувшись, Ник наскоро проглотил последний кусок камнеподобного хлеба, а затем тихо вымолвил:

— Солнце…

Лана сначала посмотрела на косые лучи, потом на Ника.

— Как это, солнце??! — ошарашено спросила она. — Быть не…

Жестом попросив ее замолчать, Хантер, прихватив автомат, тихонько прокрался к выходу. Несмотря на его молчаливые возражения, девушка проследовала за ним.

Выглянув из своего убежища, Ник привычно пробормотал:

— Демоны ночи…

На улице стоял жаркий летний день. Кругом была густая трава и деревья. Скалы были еле заметны в ореоле растительности. Повсюду стрекотали насекомые. И главное — солнце!!! Оно ярко светило на абсолютно чистом, голубом небе.

— Мать моя Пульсияма, — воскликнула Лана, выбредя из пещеры вслед за Ником.

— Хреново… — в свою очередь изрек сталкер.

— Что хреново-то? — удивилась Лана. — Солнце вернулось! Вернулось!!!!

— Не оно, а мы, — хмуро прервал ее радостные реплики Ник.

— Что?

— Я говорю: не солнце вернулось, а мы…

— Не понимаю, — искренне произнесла Лана.

Хантер тяжело вздохнул, сощуриться, пытаясь вглядеться в густые заросли.

— Как ты думаешь, — наконец произнес он, — почему это место называется Скалами Вечности?

Лана пожала плечами, вдыхая ароматы благоухающих цветов.

— Не знаю…

— А потому, — Хантер отступил вглубь укрытия и потянул за собой воровку, — что аномальное поле здесь способно обращать время вспять и даже делать в нем разрывы.

— Хочешь сказать…

— Да! — Ник отступил еще на несколько шагов. — Нам снова не повезло, как с Лабиринтом. Скалы Вечности активизировались. Нас бросило в прошлое… или будущее. Причем на неопределенное время. Эх, фортуна моя, тебя больше нет рядом. Хотя, я, конечно, знал, что удача не вечна, но почему она отказала мне именно сейчас??? Ведь я так близко подобрался к Источнику… я могу спасти ее… могу!!! А тут… какого черта вообще весь мир перевернулся в одночасье?! Сто раз проходил через Скалы, и ни разу не довелось увидеть их в действии. Это немного напрягает, мать твою!

— Не перегибай с мелодрамой, — попросила презрительно Лана. — Возьми себя в руки.

Хантер зло глянул на девушку, но сдержался.

— Будем ждать здесь, — борясь с чувством потери и ярости, сказал Хантер. — Насколько я знаю, для работы Скал Вечности нужно много энергии. В конечном итоге накопленная мощность поля иссякнет и нас снова вынесет в родное измерение. Только уходить отсюда нельзя, иначе в момент возврата нас может вывернуть наизнанку, или вернуть внутри камня, или распятыми на острых шпилях.

— Ты сейчас пошутил? — с надеждой поинтересовалась Лана. Теперь хмурой была и она.

— Ни в коем разе, — огорчил ее Ник. — Эффект мне знаком лишь по рассказам. Из сталкеров преодолевших капкан времени я знавал только Кремня… И вообще, эффект появляется очень редко, — ОООЧЕНЬ! И вот именно сейчас… Плюс Лабиринт. Плюс военные. Плюс волки. Это наводит на тревожные мысли…

— Ой, да хватит, — скривилась Лана. — Всего лишь совпадения. Череда нелепых случайностей.

— Может и так, — легко согласился Ник. Однако в его взгляде светилась какая-то догадка. — Может и так.

Позитив полностью угас в Нике. Внутренняя тревога, зародившаяся еще пару дней назад, росла с каждой минутой. Хантер больше не верил в себя, не чувствовал защитника за спиной. Будто вечный ангел хранитель, частенько спасавший ему шкуру, пропал раз и навсегда. Это неприятно, вдруг стать беззащитным в таком темном мире.

Из груди Ника невольно вырвался вздох.

Прислонившись к стене своего укрытия, сталкер мельком глянул на девушку. Не сказать, чтобы она была напуганной. И это странно. Худенькая фигурка, извечные черные косички-хвостики, не менее темные глаза. Такая хрупкая… но неимоверно жадная, хищная, полная колкостей. И она имеет свою цель, как имеет ее и Хантер. Только он хочет найти Источник ради добра. Лана же одержима идеей «Большого Куша».

Что вообще общего в девушке и сталкере? Он оптимист (был им), немного пофигист, иногда не прочь выпить и покутить, общительный, честный (насколько это возможно). В общем, Человек, одним словом. И это не реклама, именно таким видят Хантера его немногочисленные друзья.

Лана же хрупкая с виду, но кислотная внутри. Ее едкость выражается и в поступках и в мыслях. Воровата, цинична, временами стервозна. За деньги и свои цели, она способна на многое, если не на все. И все же… есть в ней крупица "светлой стороны". Она глубоко и прочно запрятана под илом хамоватости. А иногда Нику кажется, что уж слишком глубоко. И все же… все же она нравилась ему. Быть может, это просто отсутствие выбора, а быть может и что-то большее. Но вот перерастет ли это чувство в привязанность…. Да и надо ли это вообще?

Сталкер покачал головой.

— Что? — тут же спросила воровка, посматривая то на Ника, то на вход в пещерку.

— А? — Ник вынырнул из задумчивости, навеянной темпоральными полями. — Да ничего… просто задумался.

— Нашел время, — съязвила Лана. — Мыслитель.

Ник было открыл рот, но, подумав, решил отложить перебранку на будущее.

По пещере пошла легкая дрожь. Она то угасала, то становилась более явной.

— Что это? — испуганно спросила Лана.

Хантер лишь пожал плечами.

Дрожь усилилась. Перед входом в пещеру мелькнула массивная тень. Солнце на мгновение что-то заслонило, а затем оно и вовсе пропало. В пещере стало темно как ночью.

Стараясь не шуметь, Ник наставил автомат на выход. Сталкер отдал бы пять лет жизни за свои инфравиды, но… как назло в них сел аккумулятор, что уже не удивило сталкера.

Подтянув к себе примус, Хантер выкрутил ручку регулятора до упора. Огонек из последних сил взвился к потолку, кое-как осветив каменный саркофаг.

Многое Ник повидал в своей жизни, и он думал, что удивить его уже не сможет ничто. Но это!!!!

— Демоны ночи! — прошептал сталкер. — Что за…

Из провала выхода на них пялилось огромное око. Оно занимало собой весь проем, закрывая солнечный свет. Полутора метров в диаметре, «зыркало» было покрыто прозрачной пленкой, за которой виднелось желтое глазное яблоко с вертикальной прорезью зрачка.

Среагировав на свет, зрачок сузился, а затем резко сфокусировался на Хантере, отчего у последнего кровь застыла в жилах.

С секунду поиграв в гляделки, око исчезло. Зато снова пошла дрожь по пещере. И вдруг!!!!!

РУААААААААААААААААА!

От дикого рева заложило уши. Казалось, выли сотни и сотни сирен.

ХРЯСЬ! От резкого удара с потолка пещеры посыпалась пыль и мелкие камни.

ХРЯСЬ! Новый удар расколол свод скалы. Солнечные лучи проникли сквозь расширяющиеся трещины, а облака пыли заслали все пространство каменного пузыря.

— Бежим! — скомандовал Ник. — Пещера рушиться.

— Но ты говорил, что нельзя уходить отсюда!!

— У нас есть выбор??! Не тупи!

Похватав пожитки, парочка метнулась к выходу. Благо тот более не был закрыт огромным желтым оком.

Яркий свет резанул по глазам. Не останавливаясь, сладкая парочка на полных парах «шуганулась» в сторону, слепо налетела на огромный камень и кубарем покатилась куда-то под откос.

Припечатав к земле хрупкую Лану своим не слишком утонченным тельцем, Ник тихо спросил:

— Ты жива?

— Жива, — запыхтела девушка, стараясь столкнуть с себя тушу сталкера. — Ты ко всем девушкам так подкатываешь? Не оставляя им выбора?

— Прости, — тихо бросил Хантер, слезая с воровки.

Глаза немного привыкли к окружающей яркости. Вокруг была трава и высокие деревья, среди которых скалы смотрелись мифическими истуканами. Пахло илом, обилием цветов и фруктов. На дне оврага было сыро, даже грязно, отчего Лана и Хантер теперь были перемазаны глиной с головы до ног. Впрочем, слишком сильно об этом переживала только воровка. А вот сталкера больше волновали звуки, идущие со стороны их бывшего пристанища.

— Что там? — перестав счищать налет грязи с бедер, девушка осторожно выглянула из-за спины Ника. — Кто, или что это было?

— Кто ж его знает, — пожал плечами Хантер. Выяснять, кем является визитер, разрушивший пещеру, не было не сил ни желания. — Но лучше держаться от него подальше.

— Это Годзилла! — уверено заключила Лана. — Я видела в фильме… когда-то давно. Это точно он!

— Бред, — не слишком уверено покачал головой Ник. — Скалы кидают путников во времени, а не в параллельные вселенные. Поэтому у меня лишь два варианта. Либо мы в глубоком прошлом, в эпохе динозавров, либо далеко в будущем, где огромные ящеры вновь правят Землей.

— Так ты думаешь, это был… ну… тираннозавр какой-нибудь?

— Похоже на то. И судя по размеру его… глаза, лучше нам держаться от него подальше.

— А можно покинуть аномалию сейчас? — с надеждой спросила девушка. — Ну не ждать же нам тут, пока нами закусит следующее чудище… Быть может нам просто дойти до края и… выйти.

Ник задумался. Находиться в аномалии само по себе опасно. Еще опаснее передвигаться в ней. Но просто безумство попытаться выйти из активной зоны во время разряда. Что может случиться, лишь одному Богу известно. Но… оставаться на месте теперь — не вариант. «Годзила» уже мог понять, что добыча сбежала, и теперь начнет искать свой десерт. Так что…

— Ладно, идем, — тяжело вздохнул сталкер. — Только не знаю, что из этого выйдет. Демоны ночи! В конечном итоге, мы максимум — умрем. А это не так уж и страшно.

— Умеешь утешить, — фыркнула Лана, однако теперь она не отходила от Ника ни на шаг. — Ты прямо действительно оптимист.

— А-то, — кивнул Ник, инстинктивно выбрал направление для движения и углубился в заросли.

Звук падающих камней и рев монстра затихли вдали. Похоже, жертвам удалось улизнуть от не слишком умного ящера. Впрочем, радоваться было рано. Плато, на берегу Исчезающего моря, где и находятся Скалы Вечности, казалось бесконечным. Скорее всего, это было обманом восприятия, но ограниченный обзор из-за густейшей листвы, закладывал в мозгу ощущение безграничности «Райского Сада».

— Километров пять в ширину, — успокаивал Ник Лану. — Не более. Если двигаться прямо, то через полчаса выйдем к Морю… если оно там есть.

— Это невозможно! — ныла девушка, почесывая то бедро, то спину. — Тут столько насекомых… брррр! А эта грязь… у меня все тело зудит.

— Терпи, — хмуро кидал Хантер. — Скоро придем.

— Засунь себе в задницу свое терпение! — в очередной раз взрывалась девушка. — Чтоб тебя!

Сталкер более не отвечал на выпады воровки, но автомат свой поглаживал все чаще, а палец так и тянулся к курку. В конечном итоге дырка в ноге ведь не убьет ее, зато сколько это принесет удовлетворения Хантеру… м-м-мм…

Неизвестно, что кончилось бы раньше: терпение Ника или словарный запас ругательств Ланы, но плато, наконец, немного изогнулось в сторону Моря и оборвалось. Путники внезапно оказались над краем стометрового обрыва, под которым плескалось, накатывая на каменный берег, Исчезающее Море.

— Вот она, граница, — указал сталкер вперед.

Грань аномалии было сложно различить. Не было четкого предела. И только цвет мог рассказать о том, где кончаются активные Скалы Вечности и начинается привычный Рэдмир.

Краски, кровь, багровый сумрак. Алые воды Моря, будто кипели кровью, небо было сумрачным, покрытым не менее красными, чем вода, облаками. Все это резко дисгармонировало с солнцем внутри аномалии, с ее зеленой листвой, запахами свежести и пением не то насекомых, не то птиц.

— Похоже, аномалия заканчивается прямо за обрывом, — бросил Ник. — Значит, для того, чтобы выбраться, нам надо сигануть в Море…

— В сто метровый, по высоте, провал? — ужаснулась Лана. — Да нас просто расплющит об воду!!!

— Это может быть не худшая из бед. Ты не забывай, мы в темпоральном поле. Что будет когда мы перешагнем черту… Сама подумай, мы не просто спрыгнем с обрыва, мы еще моментально переместимся во времени на сотни лет в неизвестную сторону. Нас может просто порвать на части… или мы состаримся в один миг… или аномалия убьет нас другим способом… Так что разбиться о воду… не самое страшное. Но есть и позитивный момент.

— Какой к черту позитивный момент тут может быть? — всплеснула руками Лана.

— Такой прыжок тянет на книгу рекордов Гиннеса. Подумай — ты станешь знаменита… правда, вероятнее всего, посмертно!

— И что нам тогда делать? — девушка смотрела в сторону Моря уже совсем не уверено. Ей ни капли не хотелось стать подобной камбале, или фигурке болванчика, вечно кивающего головой на сломанной шее.

— Ждать, — пожал плечами Ник. — Демоны ночи, нам остается только ждать того, что Скалы Вечности сами снимут барьер, как только запас аномальной энергии иссякнет. Это рискованно, но при этом шансов намного больше, чем при других раскладах. А потому, располагайся вон на том камне. У нас вроде осталось немного еды… поужинаем. Пустой желудок всегда наводил на меня бОльшую тоску, чем все модификанты Рэдмира вместе взятые.

— По тебе заметно, — съязвила Лана, но к рюкзаку потянулась. Ведь, как и все принцессы, которые тоже какают, так и воровка хотела есть, время от времени.

Трапеза сразу не задалась. Мало того, что примус совсем издох, так еще и вода улетучилась практически полностью. Было такое ощущение, что она испарилась прямо из закрытых фляжек. Хотя, скорее всего, ее просто выпили, не обратив внимание на иссякающие запасы.

— Что будем делать, когда припасы закончатся? — с тоской спросила Лана, жуя холодный бутерброд с тушенкой.

Ник на секунду задумался.

— Думаю, нам хватит сил, чтобы преодолеть Море. А в Вечном Городе у меня есть схроны. Доберемся до них и о еде с водой, как проблеме, можно будет забыть. А там… Дальний Кордон… не пропадем…

— Что-то твои слова звучат не слишком уверенно.

Хантер пожал плечами.

— Я вообще уже не в чем полностью не уверен. Раньше, я бы точно знал, что все окончится благополучно. Но теперь… мне будто чего-то не хватает.

— Твоей пресловутой удачи?

— Да… и это давит на меня, заставляет смотреть на жизнь… более прагматично. И этот взгляд говорит мне, что все может сложиться печально. Десятки и сотни бродяг сгинули в этих местах. Так чем мы лучше? Без хранителя за спиной, я такое же мясо, как и все.

— Только не зареви, — скривилась Лана. — Тоже мне, мужик называется.

— Мля, да чего же ты такая… тварь-то, а?!!! Демоны ночи! — взорвался Ник. — Я с ней по душам захотел поговорить, а она туда плюнула. Вот что ты за человек???!!!

— Какой есть, — тихонько произнесла воровка и отвернулась. Боже мой, неужели Хантеру в кой-то веки удалось зацепить ее за живое? Мда…

Еще с минуту оба путника просто молчали, занятые своими мыслями. Однако дрожь под ногами вывела их из нирваны.

— Неужели опять? — ужаснулась девушка.

— Похоже на то, — тяжело вздохнул сталкер. Не хотелось даже двигаться, а не то чтобы воевать. Но… судьба не выбирает время.

Отступив как можно ближе к границе аномалии, прямо над обрывом, Хантер нацелил свой автомат в сторону, откуда доносился нарастающий шум. Лана тоже сняла свой самострел с предохранителя. Оба путника были в полной боевой готовности.

Вскоре, наряду с дрожью земли, вдалеке стали различимы звуки падающих деревьев и ломающихся кустов.

— Это… очень большое, — заключил Ник. — Похоже, наш старый друг «Годзилла» действительно решил не оставлять свой обед в покое. Наверное, мы вкусно пахнем.

— Сомневаюсь, — буркнула Лана. — Я уже несколько дней не была в душе. Если от меня и пахнет, то явно не зимней свежестью.

— Логично, — заключил сталкер. — Наверное, благодаря этому амбре, он нас и выследил.

Звуки приблизились настолько, что даже у увидавшего всякое Хантера перехватило дыхание. Два ближайших дерева повалились на землю, чуть не придавив Лану. На пятачке голой земли перед обрывом сразу стало несколько тесно.

АУУУУУУРГГГ! Раздалось у ближайшей скалы. Вырывая кусты и вспахивая землю, из джунглей неспешно выбралось ОНО.

Зверь был ужасен. Более не скрываясь в густой листве, лианах и кронах деревьев, ящер предстал пред испуганными путниками в полной красе.

Ник с секунду рассматривал зверя, а потом вдруг дико расхохотался.

— Вы серьезно?! — сквозь слезы смеха спросил сталкер небеса.

От такой наглости "Годзилла" на мгновение замер в нерешительности и даже сделал шаг назад, а Хантер все смеялся.

Действительно, вместо исполинского ящера, пред глазами парочки экстремалов оказалось… это. Зверь вовсе не был гигантом. В нем было максимум метр роста. Нет, в целом это был ящер, но настолько нескладный, что, несмотря на ситуацию, даже бывалый сталкер ржал над ним в голос. Мускулистые задние ноги поддерживали сосискообразное тело с достаточно длинными и мощными передними хваталками. Голова походила на футбольный мяч, имела вытянутые крокодильи челюсти с рядами желтых зубов, а также глаза… и это была отдельная тема для разговора. Если так можно выразиться — очи уродца, представляли собой огромные тарелки со зрачками, прикрепленные по бокам к голове невидимыми спайками. Причем окуляры чудища были просто несоразмерно велики по отношению к остальному туловищу. И даже полностью выпрямившись на своих ногах, ящер практически цеплялся нижним веком о траву и коренья. И зрелище это внушало не ужас, а истерических хохот, правда, немного разбавленный отвращением, которое было вызвано мускусным запахом, исходящим от этой твари. Немного выправляло картину обилие золотистой чешуи, покрывающей всего зверя, за исключением глаз, но все равно смотрелось оно ужасно, — ужасно смешно.

— Ох, нет, — наконец вымолвил Ник, когда судороги смеха оставили его в покое. — Ну и поржал же я, ох, давно такого не было. Смотри, Лан, и от этого мы бегали. Хотя вряд ли это было оно, такой… гном не смог бы разломать пещеру. Может это детеныш?

— Он… мерзок! — скривилась девушка, все еще прячась за спиной у Хантера. — Я, конечно, не помню всю биологию, что изучала в школе. Но там точно не упоминалось о таких глазастых монстрах-динозаврах.

— Я тоже, — кивнул Ник. — Наверное, мы все же в будущем. И судя по его… прожекторам, это ночное создание. Не знаю, что разбудило его. Главное, чтобы не явилась мамаша этого славного чудилы.

Хантер подобрал с земли камень и бросил в чудовище.

— Вали отсюда, — пригрозил сталкер. — Ну, кыш!

Монстр потряс головой, в которую угодил снаряд Ника, а затем вдруг истерически заголосил, изображая Тарзана с прищемленными утюгом яйцами в брачный период на скипидаровой горе.

— Да заткнись ты! — зашипел зло сталкер. — Всю округу сюда сманишь, тварюга!

Ящер перестал надрывать горло и шагнул вперед, после чего с легкостью вырвал из земли немаленькое деревце и запустил им в Ника.

Хантер успел оттолкнуть в сторону девушку и уклониться сам. Дерево просвистело мимо, вылетело за пределы аномалии и упало в море. Ник проследил его полет, присвистнул и передернул затвор автомата.

— Как ему это удалось? — в голосе девушки слышались нотки страха. — С корнем!

— Похоже, он сильнее, чем выглядит! — констатировал сталкер, готовясь к бою, ведь назойливый гость и не собирался уходить.

Тем временем монстр пару раз взрыл нижними конечностями землю, словно бык, а затем замер, как изваяние.

Вдруг глаза-тарелки ящера начали быстро уменьшаться, принимая вполне удовлетворительные размеры, при этом туловище и остальные члены чудовища начали расти и разбухать. Уже через пару секунд тварь превратилась в исполинское создание пятиметровой высоты.

— А вот это совсем скверно! — покачал головой Ник. — Если в будущем живут такие э… биологические трансформеры, то ну его нафиг, это будущее!

— Хватит болтать, — взмолилась девушка, ошарашенная увиденным. Сейчас она мертвой хваткой вцепилась в плечо Ника. — Что делать-то?!

— А у тебя есть варианты?!

— Кто из нас мужик?! — огрызнулась Лана, осторожно выглядывая на монстра из-за спины сталкера. — Делай же что-нибудь!!!

— Делаю-делаю, — тяжело вздохнул Хантер, прицелился и дал по чудовищу предупредительную очередь.

Монстр вздрогнул от неожиданности и свиста пуль рядом с собой, но через мгновение его испуг сменился на ярость. Чудовище шагнуло вперед и одной из верхних лап с могучими когтями пропорола воздух там, где только что стояли Лана и Ник. Сталкер успел отшатнуться назад, чем сбил стоявшую позади девушку с ног и они оба распластались на земле.

Не вставая, Ник дал по чудовищу еще одну короткую очередь, теперь уже на поражение. Пули срекашетили от золотистой чешуи, не причинив монстру абсолютно никакого вреда.

— Вот же уродище! Демоны ночи! — зло выдавил сталкер, прицелился и пальнул по глазам "Годзиллы".

Зверь ловко прикрыл лапой свое зыркало, после чего без труда вырвал еще одно дерево и запустил его в Ника. Только чудом ствол не размозжил собой тушки людей, отскочив от торчащего в земле камня и пролетев над головами парочки ошарашенных путешественников.

— Отходим к краю! — приказал Ник, вскакивая и поднимая Лану за шиворот. — Живее, коровяка!

— Я не толстая! — пискнула девушка. — Во мне всего пятьдесят килограмм!

— А по ощущениям — все триста! — ругнулся сталкер, почти волоком оттаскивая Лану в сторону обрыва.

— Не правда! — все еще пищала Лина. — Я лань…

— Ага — пушинка на ветру, ептить! Могу предложить тебе отрезать руку! — пыхтел Ник, уже почти подтащив девушку к обрыву. — Тогда ты станешь еще легче, а у нас появится то, чем можно отвлечь эту тварюгу. Хотя нет… голову, давай отрежем тебе голову! Это решит сразу множество проблем!

— Пошел ты! — не могла отдышаться Лана, перебирая ногами, чтобы хоть как-то помочь Нику. — Я тебе сама яйца отгрызу потом, а не голову! Тащи меня!!! Тащи же быстрее!!! Оно догоняет!!!

— Да некуда больше! — рявкнул сталкер, одним большим усилием поднимая девушку на ноги, но не переставая при этом следить за медленно приближающимся чудовищем. — Мы над обрывом!

Лина покосилась через свое плечо и ахнула от ужаса. Почти прямо под ее ногами покоилась стометровая бездна, на дне которой бушевало кровавое море, бессильно пытаясь разбить волнами отвесные скалы.

Тем временем ящер снова перешел в активное наступление. Он уже не боялся стреляющей палки Ника, и теперь намеревался забрать свой ужин… и не важно, что тот был категорически против.

— Что делать?! — снова взмолилась девушка. — Я… я… я жить хочу!

— Не истери! — проворчал сталкер, оценивая расстояние до монстра. — Есть у меня один план!

— Какой? — до странности смиренно спросила воровка.

— Этот, — буркнул Ник, и вдруг резко столкнул девушку с обрыва.

— Су-у-у-ка… — раздался протяжный крик девушки и затих далеко внизу.

Ник невольно усмехнулся, проследив за исчезнувшим в красном море телом девушки.

— А это было приятно, демоны ночи! Нужно почаще так делать… — проговорил сталкер, переводя взгляд на ошеломленное чудище.

Тварь явно не была готова к такому повороту событий, а потому встала на месте, не зная, что дальше ожидать от столь сумасшедшей добычи.

— Ну, чего замер, уродец?! — Ник показал ящеру средний палец. — Иди и возьми меня, гондольер гребаный!

Видимо голос Хантера привел ящера в чувство. Тварь утробно, но неуверенно рявкнула, будто говоря: "Да ты больной!", а затем быстро повернулась и проворно скрылась в лесу, попутно повалив с десяток исполинских деревьев.

— Эй, так не честно! — разочаровано крикнул ей в след сталкер. — Вернись, трусливая падла! Ну вот, блин!

Понять разочарование Хантера было несложно. Зверь, своей агрессией, должен был мотивировать его прыгнуть вниз со скалы. Теперь же придется делать это по своей воле, что было затруднительно, ведь сталкер боялся высоты. Хотя… можно дождаться, пока аномалия сама сбросит барьер и вернется в нормальное время, а после аккуратно спуститься вниз по одной из боковых троп. Но все же… там внизу теперь барахталась в соленой воде Лина (если уцелела), а Ник не хотел, чтобы она захлебнулась и утонула. По крайней мере — пока не хотел. Но еще пару шуточек в стиле воровки, и пристрелить негодницу не составит никакого морального труда.

— Да, именно, — сам для себя пробормотал в такт мыслям Хантер. — Сначала выпороть, а потом пристрелить! Решено!

С тоской посмотрев в бездонное лоно обрыва, Ник сжал покрепче зубы, обхватил автомат и шагнул в пустоту.

Холод моментально сковал все тело. Голая кожа ощутила резкие порывы влажного ветра. Желудок просился вывернуться на изнанку. В глазах потемнело.

Почти потеряв сознание, Ник почувствовал резкий удар об воду, сразу вернувший его из объятий беспамятства.

Судорожно гребя руками и ногами, Хантер вынырнул на поверхность, отплевался и пробормотал:

— Прыгун в воду из меня явно никакой. Демоны ночи, как же холодно!

Временно забив на боль в отшибленных пальцах ног, сталкер огляделся. Девушки нигде не было видно.

— Черт! — ругнулся Ник, стараясь не утонуть под тяжестью автомата и рюкзака. — Неужели она того…

Откуда-то сбоку накатила большая волна, чуть было не бросив тело сталкера на прибрежные скалы.

Ник отплевался от соленой воды и громко прокричал:

— Ли-и-и-на-а!

Никто не отозвался.

Накатила вторая волна. Хантера хорошенько приложило плечом о торчащий из воды камень. Нужно было срочно выбираться на берег, ведь утонуть в Исчезающем Море, что может быть позорней! Это одно из немногих мест, где опасность представляет лишь стихия, а не мутанты, аномалии или люди.

Подгоняемый волнами и диким холодом, от которого Ника не оставляло ощущение, что он плывет в жидком азоте, сталкер смог добраться до небольшой отмели, пройти по ней вдоль основания плато Скал Вечности, и блаженно плюхнуться на песок прибрежного пляжа из мелкой гальки вперемешку с песком.

Однако расслабляться было рано.

Тяжело вздохнув, Ник открыл глаза и поднялся на ноги. На теле появилась парочка новых синяков, лохмотья одежды теперь свисали как марлевые жгуты, а повидавшая виды обувка и вовсе была похожа на стоптанные сандалии с наполовину отвалившейся подошвой. Ко всему прочему, отбитые и замершие пальцы на ногах невероятно сильно зудели, буквально сводя с ума. В целом, сталкер был похож на опустившегося бомжа, попавшего под проливной радиоактивный дождь. Хорошо хоть автомат и непромокаемый рюкзак все еще были при Нике. Хотя они не слишком добавляли его виду солидности.

Покачав головой и скривившись от появившейся боли еще и в шее, Хантер оглядел взором пляж. На берегу тела Лины не обнаружилось. Впрочем, и на водной глади Моря не мелькала голова девушки или ее хладный труп.

— Может она не покинула аномалию? — прокряхтел Ник, почесывая правую ягодицу и представляя, как девушку выкинуло из временного отрезка Рэдмира… куда-нибудь в средневековье. — Ну а что, я всегда знал, что ей место на костре…

— Ах ты падла! Сука гребаная! — громко раздалось сзади.

Боковым зрением сталкер увидел приближающееся пятно и ловко уклонился вправо на одних рефлексах.

"Пятно", промахнувшись мимо цели, кулем повалилось вперед, пропахало носом прибрежную полосу и остановилось возле самой воды.

— С-у-у-ука! — уже с ревом возопило "пятно", оказавшееся ни кем иным как Линой. — Убью! Убью! Убью!

Девушка перевернулась на спину и громко заревела, держась за разбитый о камень нос.

Сообразивший что к чему, Ник истуканом стоял и смотрел на реву. Честно говоря, он даже представить не мог, как повести себя в такой ситуации. Будь это парень, он бы отвесил ему затрещину, приказав не реветь. Но что делать с этой…

— Сама виновата! — наконец проговорил со вздохом Хантер. — Нечего на людей со спины набрасываться! Поделом тебе! Демоны ночи!

— Ты меня скинул с обрыва, — вперемешку со всхлипами канючила Лина. — Я могла умереть! А сам… сам… сам только после этого прыгнул! Ты использовал меня как мясо для проверки!..

— Хватит реветь, — еще тяжелее вздохнул Ник. — Я знал, что с тобой ничего не случится. Эта тварь, похожая на ящера, выкинула целое дерево за пределы аномалии, и с ним ничего не произошло, пока оно летело, я видел. Даже листва не пожухла.

— Но я — не дерево! — всхлипнула девушка и запустила в Ника горсть песка, поднятого с пляжа.

Хантер отступил на шаг и потянулся к автомату, но вовремя одумался и с тихим проклятием убрал палец с курка. Нервишки уже пошаливали, а это говорило о том, что в ближайшем баре Ник будет куролесить не одни сутки, когда все закончится.

— Все, хорош дуться и реветь! Выбор у меня был невелик, но мы выжили, а это главное! Пойдем, найдем лодку, я спрятал ее меж больших камней. Там есть деревянные ящики, разожжем костер, а то я уже замерз, да и ты вся синяя. Заодно смажешь свои ссадины и умоешься. Вставай!

Глава 6 Ни химерой единой

Хранилище сталкера пришлось искать довольно долго. Мало того, что прибрежная полоса всюду была истыкана небольшими камнями и скальными образованиями, так еще и море нанесло столько пены, что иногда приходилось брести по самые колени в мерзко пахнущей серо-красной жиже.

Лина постоянно морщилась, но послушно тащилась за Хантером. Постоянно всхлипывая, она рукой утирала нос, который безбожно распух и все еще немного кровоточил.

— Да не реви ты, — с тоской и толикой жалости ворчал Ник. — Где-то тут лодка. Демоны ночи! Сколько говна с моря нанесло! Все валуны стали на одно "лицо". А, вот оно! Твою ж мать!

Сталкер еще дважды выругался, пнул облако пены, а после снова выматерился.

Каменный ансамбль из пяти двухметровых скал, меж которых Хантер спрятал и замаскировал свою небольшую лодку, был обломан у самого основания. Все это было похоже на работу пятибалльного шторма или одной огромной волны. В любом случае, зрелище было печальным. Раздробленные камни похоронили под собой остов лодки, пробив и покорежив правый борт и днище. К плаванию эта посудина более не годилась.

— Зато дров теперь в избытке, — наконец подмигнул Лине сталкер, не желая еще более испортить ей настроение. — И еда должна там остаться, нужно только разобрать немного завал… поможешь?

Девушка шмыгнула носом и кивнула. Сейчас она была на редкость смиренна, хоть изредка и сверкала обиженными глазищами.

Раскидав камни, рычагом старого весла отодвинув наиболее большой валун и выскребя с полтонны песка и гальки, туристы добрались до "сочных" останков лодки. Борта были разбиты в щепки, а старинный мотор погнут, представляя собой печальное зрелище.

Ник покачал головой. Но делать было нечего, необходимо развести костер и согреться.

Дров теперь было в избытке, а помимо них обнаружилось еще и два сундука, в которых были спрятаны увесистые кули, обмотанные полиэтиленом и липой лентой.

Внутри "найденышей" оказались банки с тушенкой, пресные галеты, самодельный нож, непромокаемые спички и бутыль с водой. Хантер был на редкость запасливым, что не раз спасало ему шкуру.

Отложив кули и покопавшись в обломках, сталкер наткнулся на небольшой закопченный котелок, пару алюминиевых кружек и две погнутые ложки. Ник не припоминал, что оставлял здесь такое, но не взялось же все это "богатство" из ниоткуда.

Вынеся ломаные доски подальше от накатывающих волн, парочка экстремалов развела костер. Немного поколдовав над старым веслом и длинными уключинами, сталкер соорудил таганок и водрузил на него котелок. После этого повар откупорил бутыль с водой, наполнил котелок по половины, вскрыл пару банок тушенки и вывалил содержимое в закипающую воду. По пляжу разошелся аппетитный аромат, который грозил созвать все зверье и модификантов в округе, зато настроение моментально поднялось. Тепло костра, предвкушение обеда и шум моря действовали успокаивающе.

Ожидая обеда, Лина подтащила к себе свой рюкзачок, чудом не спавший с нее во время полета со скалы, привычно воровато огляделась, а затем извлекла из него продолговатый пенал с салфетками, косметикой и кое-какими медикаментами. Ко времени, когда похлебка была уже готова, девушка выглядела сносно и уже не всхлипывала, а распухший нос больше не походил на картофелину, которой так не хватало к поданному супу.

Ник снял котелок с костра и поставил напротив девушки, вручил в руки ложку, а сам уселся рядом, распечатывая пачку галет. Автомат предусмотрительно был положен на колени.

Отказавшись от проспиртованной салфетки, которую ему протянула Лина, Ник указал на свои синяки:

— Это мне не поможет. А открытых ран, слава богу, я не получил, до свадьбы заживет. А ты черпай глубже, самое мясо снизу.

Пару минут у костра было слышно лишь чавканье, да потрескивание иссохших досок.

Когда котелок был пуст, Сталкер на секунду оцепенел, вслушиваясь в пустоту за пределами открытого пляжа, затем успокоился, показалось. Хоть красная дымка вокруг и потемнела, предвещая смену цикла дня и ночи, но видимость все еще была удовлетворительной.

— Что там? — тут же навострила уши Лина.

— Вон, смотри! — Ник указал пальцев в произвольную точку на песке.

— Где? — тонко взвизгнула девушка, вскакивая с места.

— Да вот же, ползет к твоей ноге, под песком!

— Где… где?!! Не вижу!!! — затопталась Лина на месте, словно строптивая кобыла.

— А вот где! — сталкер подобрал с земли тонкую щепку, уколол ею голую ягодицу девушки, а затем звучно расхохотался.

— Ай! — взвизгнула воровка, подскакивая на месте на добрых полтора метра вверх.

Секунда молчания, после чего осознание произошедшего дошло до мозга авантюристки. Она ругнулась, затем схватила руками уколотый зад и собралась разреветься. Затем вдруг сверкнула глазами, фыркнула и непроизвольно хихикнула. Затем еще раз. И еще. Смех был немного нервным, но искренним.

— Дурак! — беззлобно бросила она, снова присаживаясь на песок, однако зорко следя за тем, чтобы рядом с ней ничего не шевелилось. — Не делай так больше… это неприятно. Смешно, конечно, но неприятно.

— Хорошо, — просто пожал плечами Хантер. — Нужно было тебя расшевелить, а то твоя кислая физиономия наводила тоску. Не люблю твоих колкостей и издевок, перемешанных с сарказмом. О да! Демоны ночи! Терпеть их не могу! Но унылое молчание — и того хуже!

Снова воцарилась тишина, но ненадолго. Привычно шмыгнув носом, Лина тихо спросила:

— Там… внутри аномалии Скал Вечности. Ты ведь не знал, что с нами будет? Нам просто банально повезло, что мы выжили?

Ник пожал плечами, пошевелил головешки в костре.

— Да, — наконец ответил он тихо. — Честно говоря, я вообще не представлял, что делать. Понятия не имею, как мы выбрались живыми… удача.

— Удача, — одними губами прошептала Лина, машинально прижимая к себе свой рюкзачок.

Ник подмигнул ей, а затем подбросил несколько палок в костер.

— Вот видишь, моя фортуна все же работает. Мы были по горло в дерьме, конечно, но выжили. А ведь именно это самое важное, что от нее требовалось. Другие бы на нашем месте уже покоились в чреве того глазастого ящера, либо наши кости развеял бы ветер. Никто не возвращается из той аномалии. Все россказни о счастливчиках — банальные сказки. Но… мы теперь герои баллад. Люди, которые выжили! Забавно, мне никто не поверит! Хех!

— Зачем мы вообще пошли через Скалы? — Лина поежилась и придвинулась ближе к огню.

— Короткий путь, — пожал плечами Хантер, вдыхая аромат горящего дерева. — В том месте есть удобная тропка, ведущая на пляж к спрятанной лодке. Я там частенько бывал. Но последние несколько лет Скалы Вечности были тихим местом, даже во времена Бурь. А пещеры в камнях — отличное укрытие от дождя и ветра. Говорят, раньше, в самом начале, Скалы были постоянно активны. Но потом аномальной энергии в воздухе становилось все меньше и они уснули. Последний раз активация была три года назад, если верить слухам. Тогда не вернулся из вылазки целый отряд сталкеров…

— Так почему именно сейчас? — спросила Лина, заворожено глядя в огонь.

— Почему заработали Скалы? Не знаю… Но, судя по всему, скоро грядет Велика Буря, которая принесет из-за Обрыва колоссальные объемы аномальной энергии. Уже сейчас в воздухе ощущается напряженность. Аномалии мгновенно появляются и исчезают, активируются такие реликты как Лабиринт и Скалы. Животные мечутся по Рэдмиру будто шальные. Ох, демоны ночи, нехорошее мы выбрали время для такого похода. Но Источник… быть может, именно сейчас он набирает истинную силу? Возможно, все это не случайно?..

— Источник… — вздохнула Лина, украдкой бросив взгляд на Хантера. — Но что теперь? Лодки-то нет. Как нам перебраться через Море?

И вот тут уже Хантер вздохнул тяжело, протяжно. Покачал головой.

— Придется идти через туннели, под землей.

— Но ты говорил, что в туннелях лишь смерть! Я… я не пойду туда! Не люблю замкнутые пространства, а химер люблю еще меньше!!!

Ник кивнул.

— О, да! Демоны ночи! Самое химерье гнездо! Места там нехоженые, а мутанты не пуганные. Хотя постоянно суются туда жаждущие наживы и славы, но они не возвращаются, как и Кремень. Славный был сталкер! И чего его туда потащило…

— Вот! Может, есть другой путь?

— Разве что вплавь через Исчезающее Море. Всего-то километров сорок. В светлое время отсюда даже видать шпили Вечного Города на том берегу. Или можем вернуться, третьего не дано. Но знай! Ради Источника я пойду на все. Можешь отдать координаты, и возвращаться к Лабиринту.

Девушка снова сверкнула черными глазами, недоверчиво засопела

— Ага, отдай тебе информацию, а ты пойдешь один, бросишь меня. А если найдешь Источник — вся выгода твоя, да?!

— Опять она о выгоде, — усмехнулся сталкер. — Сразу видно, что отогрелась. Ну не хочешь делиться инфой… что ж… дело твое. Я в любом случае пойду туннелями к Вечному городу, а там — на Дальний Кордон. Удача со мной, выживу! А Источник, — Ник постарался говорить холодно и жестко, не выдавая дрожи в голосе, — все это выдумка, миф, мечта!

— А я?! — пропищала девушка, невольно дернувшись от очередной тени, брошенной пламенем костра. — Ты меня бросишь вот так, одну?

— Сама же говорила, что тебе Рэдмир нипочем. Нашла же ты меня как-то в Вечном Городе. И тут доберешься до Лабиринта. Дорога не самая опасная. Тем более мы там уже проходили. Только на плато у Скал не суйся. Пройдешь через хребет, что идет вдоль берега и пляжа, там временная аномалия почти не действует.

— Я… я… — проскулила девушка, с трудом выдавливая из себя признание. — Я одна никогда не бродила по Дикому Миру… всегда с провожатыми, либо в населенной части. Я… боюсь!

— Хех, — с улыбкой произнес Ник. — Значит слухи о бесстрашной авантюристке, грозе бакалейщиков и инкассаторов, лишь миф… как и Источник?!

Девушка не поддалась на попытку выудить информация. Воровка фыркнула, гордо приподняв подбородок.

— Все, что обо мне говорят — это правда. Немного приукрашенная, конечно. Я лично распускаю эти слухи. Так можно получить больше заказов и прибыльной работы. А что про Источник — то он существует. И когда я… мы найдем его, я смогу завязать с прошлым и начать новую жизнь!

— Тогда путь у нас один, через туннели. Так ты идешь со мной, или возвращаешься к Лабиринту?

Лина задышала часто-часто, а затем тихонько пискнула:

— Да.

— Что, не слышу? — Ник карикатурно приложил ладонь к уху.

— Идем, черт тебя дери! — громко крикнула воровка. — Но знай, если я погибну там, то я тебя убью!

Хантер растянул по лицу нахальную лыбу.

— Заметано, — ответил он, удобнее устраиваясь у огня. — Но сначала передохнем и немного поспим. Утро вечера…

— Ни капли не лучше! — буркнула Лина, сворачиваясь калачиком у костра. — Мы все равно покойники!

— Раньше ли, позже ли… — философски протянул Ник, но девушка уже не слышала его, она спала.

Как только красная дымка вокруг стала немного светлеть, сталкер разбудил девушку. Сам Ник лишь немного вздремнул, при этом чутко следя за обстановкой вокруг. Это была привычка. В длинных одиночных походах, Хантеру зачастую приходилось спать вполглаза. Крепкий сон и сытный завтрак — это удел гостиниц, таверн и надежных укрытий. Открытый песчаный пляж был явно из другой оперы.

— Сколько я спала, — спросила Лана, протирая глаза и зевая.

— Часа четыре, — пожал плечами Ник, при этом чувствуя, как сильно затекли мышцы.

— Так мало? — скривилась авантюристка, шмыгнула носом. — Дай еще пять минуточек полежу…

Сталкер по-доброму улыбнулся.

— Лежи-лежи, — тихо ответил он. — Я пока перекусить приготовлю…

Лина пробормотала что-то невнятное, а затем тут же размеренно засопела.

Через полчаса Хантеру не пришлось будить воровку. Ароматный запах из котелка, сделал всю работу за него.

— Ой, как кушать хочется, — протянула Лина, поднимаясь на локтях. Сейчас в ней не было абсолютно ничего от той алчной, злобной, саркастической мегеры, к которой так привык Ник. Хотя он и подозревал, что это — ненадолго.

Завтрак на скорую руку прошел в молчании. Ник, быстро съев свою порцию, занялся подготовкой к походу в туннели. Он вымыл и спрятал посуду обратно в тайник. Остатки консервов и хлебцев переложил в свой рюкзак. Проверил, плотно ли закрыт контейнер с артефактами, чудом не утерянный во время забегов средь Скал. Пересчитал патроны.

— Полтора рожка осталось, — покачал он головой. — Маловато. Ну, ничего. В туннелях было много погибших, найдем там оружие и одежду. А пока, для тебя у меня есть только нож. Надеюсь, ты не всадишь мне его в спину, при первой же возможности?

— Пф-ф! — фыркнула воровка, уже полностью проснувшись, а вместе с тем вернув себе дурной характер. — Если бы я хотела тебя убить, голубок, то уже сделала бы это! Но ты мне нужен! Поэтому не сцы!

— С разбитым носом ты вела себя вежливее, — усмехнулся Хантер, проверяя, не отсырели ли патроны. — Может, стоит повторить процедуру?

БОЛЬШЕ КНИГ НА САЙТЕ — KNIGOED.NET

Лина машинально схватилась за разбитый нос, сейчас от покраснения и опухлости не осталось и следа. Поразительная способность к восстановлению.

— В следующий раз, я тебе ночью глаза выдавлю, если допустишь, чтобы меня так покалечили. Обещаю!

— Значит, — мечтательно протянул Ник, — тебя нужно либо беречь, либо гарантировано прихлопнуть. Запомним!

— Юморист, — вдруг прыснула девушка, мило улыбнувшись. На долю секунды она стала сама собой. Но лишь на мгновение.

Засыпав костер песком, а также скрыв другие следы своего пребывания, парочка взобралась по песчаной косе. Ник указал на условный восток.

— Вон вторичный гребень Скал Вечности, он виден отсюда сквозь красный туман. Взберемся к нему по этому откосу, быстро минуем камни и выйдем на пустошь. Оттуда до туннеля всего километра полтора. Живности опасаться не стоит, химеры разогнали все живое на многие километры. Разве что нам попадутся песчаные клопы…

— Клопы?! — Лину аж передернуло. — Что за клопы?!

— О! Лютые твари, — покачал головой Ник, помогая девушке взобраться на откос. — Живут в песчаных ямах, ждут проходящую мимо добычу. Как только ступишь рядом с их гнездом, сразу же осыпается песок, затягивая тебя к центру воронки. А там уже ждет это кровососущее. Длинной они бывают до полутора метров. Мерзкие конечности с крючками. Безглазые головы. А вместо челюстей — огромный штырь с присоской. Клопы жевать не любят, они высасывают, насухо! Незавидная и долгая смерть.

— Но… но… ты же сможешь их обнаружить? — с надеждой спросила воровка, затем покраснела, устыдилась своих эмоций и сухо продолжила: — Сталкер ты, или хрен собачий?!

— Я-то смогу увидеть. А вот ты… смотри под ноги и следи за языком. А то ведь я могу одну из ямок и проглядеть, ну ты понимаешь.

Лина показала ему средний палец, но смолчала. Это устроило их обоих.

Вскоре пред ними предстали уже знакомые скальные образования. Вот только были они чуть меньше, чем на плато. Однако даже сейчас они навевали ауру страха, гипнотизировали и завораживали. Слегка видимые красные тени, придавали мрачной картине еще больше драматизма. Казалось, будто это не скалы возвышаются вдоль пляжа, а молчаливые часовые, слуги самого Архитектора.

Ник протянул руку вперед, почти коснувшись холодного камня одного из обелисков. По пальцам разлилась неестественная дрожь. Гранитные стенки явно пылали призрачной энергией.

— Дамы вперед, — с улыбкой процедил Ник, отдергивая руку. — Тут всего с десяток метров. Это не плато, тут временных аномалий нет, лишь отголоски.

— Дуру нашел, что ли? — фыркнула воровка, с опаской взирая на каменный частокол.

Ник снова улыбнулся краешком рта.

— Ой, что я там вижу, на той стороне… — мягко протянул он. — Там, кажется, стоит ванна с горячей водой, солярий и это, как его, СПА, что бы это не было… Беги скорее, пока не закрыли.

Лина наклонила голову на бок, и пальцем покрутила у виска.

— Уже бегу, — буркнула она. — Прямо возьму и сигану в эти адовы врата.

Сталкер снова оценивающе посмотрел на отделяющий их от пустоши хребет, сплюнул на землю, а затем кинул меж скалами камень. Булыжник, размером с кулак, беспрепятственно влетел в аномалию, а после свободно приземлился в песок по ту сторону хребта.

— Ну, была не была! — вздохнул сталкер и шагнул вперед, моментально пересекая невидимую черту возможного аномального фронта.

А потом… он вдруг оказался по ту сторону барьера. Моментально.

— Какого черта? — потряс головой Ник. — Как я так быстро смог десяток метров пройти. Ничего не помню. Лина?

Девушка стояла там, где он ее и оставил. Ее глаза были необычно расширены, а лицо покрывала бледность.

— Я туда не пойду! — твердо заверила она, сглотнув. Голос девушки был различим хорошо. Видимо аномальная стена не задерживала звук.

— Что с тобой? Демоны ночи! — пожал плечами Ник. — Я же в порядке. Вот только как-то все это быстро прошло…

— Быстро?! — опешила воровка. — Да ты пять минут плыл меж камней, словно призрак какой-то. Это… это не объяснить! Но я туда не войду! Ни за что!!!!!

— Как хочешь, — весело произнес Ник.

Развернувшись, он быстро пошел в сторону небольших барханов песка.

— Эй! Куда ты?! — взмолилась Лина. — Не оставляй меня!

— Ну, так иди за мной, — бросил через плечо сталкер. — Я же жив и здоров. А что случилось в аномалии, то осталось в аномалии. А я думал, что авантюристки, вроде тебя, любят риск.

— Риск должен быть оправдан большой выгодой, тупой ты утырок, — уже со слезами в голосе выкрикнула Лина.

— Я бы на твоем месте поторопился, — предостерег ее Ник. — С юго-запада идет большой грозовой фронт. Дождя, скорее всего, не будет, судя по цвету туч, но ветер будет сильный. Он может принести с собой ядовитую пыль с бетонного Полигона, что находиться по ту сторону Вечного Города. Ближайшее укрытие либо у Скал, на плато, либо под сводами туннеля. Решай быстрее. Слышишь, уже раскаты грома резонируют с камнями. Осталось не больше часа. Ну! Решайся!

По щекам девушки катились слезы, он видел их в отблесках далеких молний, освещающих все вокруг сине-белесым светом, что разгонял даже извечно красный туман. В моменты вспышек все казалось таким родным, далеким, почти забытым. Именно таким все было тогда, когда грозы были настоящими, а после них на землю светило яркое солнце.

Ник мотнул головой, отгоняя наваждение.

— Давай! Решайся! — повторил он с нажимом. — Демоны ночи! Быстрее!

Воровка колебалась, ломая руки и опасливо оглядываясь на тучи позади себя. Она боялась, — боялась того, что произошло минутой назад с Хантером.

И все же страх остаться одной, был сильнее страха перед аномалией. Лина решилась. Сделала шаг. И…

— Демоны ночи! — буркнул сталкер.

Тело девушки и правда плыло меж скал, словно в невесомости. Глаза Лины не выражали ничего, даже страха. В них не было разума, лишь пелена смерти.

Ник побледнел, зрелище и вправду было не из приятных. Но, то было лишь начало…

Не успела тушка девушки пролететь в аномалии и метра, как черты ее лица стали поразительно меняться. Кожу прочертили морщины, волосы стали серыми, затем седыми. Воровка старела на глазах. Это было ошарашивающее действо.

Сердце Хантера стало усиленно биться, дыхание перехватило. В отблесках приближающихся молний он видел, как тело Лины старее и умирает. Секунды для сталкера, были годами для авантюристки. Вся ее жизнь уместилась в пяток ударов сердца.

— Неужели я убил ее? — одними губами прошептал Хантер.

Но вот "призрак" преодолел середину аномалии. Время вдруг обернулось вспять. Выцветшие волосы снова стали набирать черный цвет. Кожа приобрела розоватый оттенок. Морщины пропали. И только глаза оставались безмерно пустыми, мертвыми.

А потом… Лина буквально выпала из аномалии, по эту ее сторону. Девушка глубоко вдохнула воздух и посмотрела на Ника. Ее глаза были ярко черного цвета.

— Я, уже? — недоуменно проговорил "призрак". — Ничего не помню. Шаг вперед, а потом я уже здесь. Ах!

Воровка посмотрела на сталкера. Он был бледен и молчалив.

— Ты видел это? Правда? — спросила она. — То же самое, что случилось и с тобой. Я видела, как поседели твои волосы, как дрябла кожа. Со мной было то же самое?!

Ник молча кивнул. Он не стал упоминать про глаза. Эти белесые бельма будут сниться ему по ночам. Ничего более неестественного он в жизни не видел. А ведь повидал он немало!

— Нужно двигать, — прохрипел сталкер вмиг пересохшим горлом. — Грозовой фронт уже близко. Чуешь, ни единого ветерка. Это затишье перед бурей.

— Бурей? — вздрогнула воровка, поспешно направляясь за удаляющимся Хантером.

— Не той Бурей, что перевернет Рэдмир, ее время еще не настало. Будет обычный ураган, но нам от этого не легче. Поспешим!

Углубившись в пески, сталкер повел свою обузу в сторону большого холма, что возвышался посреди пустыни. Редкие кусты и колючки, сухими трупами обрамляющие барханы, начали слегка колыхаться под порывами усиливающегося ветра. Время затишья истекло.

Спустя двадцать минут, Ник и Лина добрались до холма и смогли беспрепятственно его обогнуть. По пути им не встретилось ни единой ямы. Воровка начинала подозревать, что расскажи об ужасных песчаных клопах — всего лишь страшилки. Но проверять лично, разумеется, она не собиралась.

Вход в туннель был похож на зияющую пасть гигантского чудовища. Стены и потолок были выполнены из бетонных плит, местами потрескавшихся, с торчащей ржавой арматурой. Пол же был ровным дорожным полотном из черного асфальта, будто его только что перенесли сюда со скоростной магистрали. Не хватало только разметки из белой краски.

Ворот на входе не было, поэтому песок беспрепятственно попадал внутрь огромного зева, скапливаясь возле стен и в нишах бетонных плит. Однако уже в десяти метрах от выхода, песок уступал место пыли, плесени и светящемуся грибку.

— Теперь будем осторожнее, — прошептал Ник, снимая автомат с плеча и входя в сумрак подземелья. — Химеры могут быть где угодно. Это уже их территория. Без инфравидов я так же слеп, как и они, зато нюх и слух у них лучше моего в десяток раз. И следи за потолком! Эти твари любят нападать сверху.

Воровка не ответила, а только крепче сжала свой нож. Сократив дистанцию до Хантера, она почти наступала ему на пятки, бесполезно пытаясь разглядеть что-либо в окружающей тьме.

Через минуту глаза уже немного привыкли к сумраку. Зрачки стали активнее реагировать на зеленоватый свет грибных наростов на стенах. Лина смогла разглядеть длинные пучки кабелей, идущие вдоль плит, разбитые плафоны на высоком потолке и отвратительную склизкую плесень, растущую из каждой трещины.

Они удалились от входа уже на сотню шагов. Туннель немного искривлялся влево и вниз. Уклон был небольшим, но идти стало гораздо легче, тем паче что под ногами был твердый асфальт с миллиметровым слоем серой пыли. Пахло сыростью и тленом. Красный свет со стороны входа больше не дисгармонировал с призрачным зеленым сиянием грибка. Внешний Дикий Мир остался позади. Теперь вокруг царил мрак бетонного склепа.

Лина поежилась, чувствуя, как на нее давят стены. Клаустрофобия была не сильной, но нервирующей. Впрочем, Ник тоже чувствовал себя неуютно, будто был в западне.

Внезапно впереди послышались шлепающие звуки, будто кто-то босоногий бежал по каменному покрытию. Топот приближался.

— Прижмись к стене! — тихо скомандовал Ник, целясь в темноту.

Шлепанье стало еще громче, а вместе с этим впереди появилось яркое зеленое свечение. Настенные грибы явно реагировали на чье-то быстрое приближение, усиливая свой призрачный свет, в надежде привлечь к себе бегущее существо и плюнуть на него облаком спор.

Хантер положил палец на спусковой крючок, с минуты на минуту ожидая увидеть выводок химер. Но то, что он увидел, заставило его повременить с автоматными очередями.

Шлепая голыми ступнями по асфальтовому полу, на них выбежал абсолютно голый человек, кажущийся абсолютно серым в усиленном сиянии живых настенных светильников.

— Мать твою, — выругался сталкер, не опуская автомата. — Кремень, ты ли это?!

Бегущий нудист тоже заприметил Ника и Лану, но даже и не подумал сбросить скорость. Сверкнув полупопиями, он умчался дальше, в сторону выхода из туннеля, успев только крикнуть хрипловатым баритоном:

— Хант! Не сейчас! Не успею, черт его дери! Не успею! Нужно поднажать!

Шлепанье босых ног затихло вдали, а вместе с ним ушло и яркое свечение люминесцирующих грибов.

Ник целю минуту стоял на месте, все еще не опустив автомат.

— Что это было? — тихо спросила Лина, дрожа как лист.

— Так ты тоже это видела? — с облегчением произнес Ник. — А то я думал, что спятил!

— Видела, но ничего не поняла. Это что, тот самый Кремень? Сталкер, о котором ты мне рассказывал?! Но он ведь умер!

— Умер, — хмуро подтвердил Хантер. — Именно в этих туннелях. Ушел несколько месяцев назад на разведку. И не вернулся.

— Тогда что это было, минутой назад? Какого черта мертвецы шатаются по подземелью?!

Ник тяжело вздохнул, очень тяжело. Опустил автомат.

— Объяснений может быть два. Либо дух Кремня не обрел покой, став призраком. Либо это был дублер, что много хуже!

— Дублер? — переспросила девушка.

— Угу! — кивнул Ник. — Особая разновидность химер, мутировавшая человеческая особь, которая по-своему приспособилась к реалиям нового мира. И если простая химера — это обычный хищник, действующий по зову инстинктов, то дублер — тварь разумная. И пусть это уже не человек, но он обладает внешностью обычного "прохожего", умеет говорить, думать, анализировать. Но самое паскудное это то, что дублер может полностью копировать черты лица любого человека, которого хотя бы раз видел. На это ему требуется много времени, но после мимикрии ты уже не отличишь его от того, с кого оно сняло копию.

— Прелестно, — язвительно протянула воровка, вцепляясь в руку Хантера и прижимаясь к нему. — Мало мне обычных химер, так еще и это…

— Но опасность дублера не в его внешности. Это всего лишь инструмент. Дублеры — это ядро большого гнезда химер, их мозг. Модификанты чувствуют свое родство с мимиками, ощущают мощь их интеллекта, признают вожаками. Бывали случаи, когда дублеры, натянув маску человека, приводили в лапы к химерам целые группы сталкеров. Экий халявный обед получался. Именно поэтому, встретив в походе знакомого сталкера, лучше обойти его стороной. Велика вероятность того, что под личиной друга живет гнусный дублер, а в ближайшем подвале ждет его голодный выводок.

— И что теперь, никому не доверять?

— Доверять вообще никому не стоит, — заверил ее Хантер. — И ты это знаешь.

Лина промолчала.

— Ладно, двигаем дальше, нечего тут стоять, — подытожил Ник. — Теперь твоей задачей будет следить за тылами. Не хочу, чтобы дублер вцепился мне в затылок. Зубы у них что надо, не смотря на человеческий облик. О силе и ловкости вообще молчу. В рукопашную мимика не одолеть…

Стараясь не производить лишнего шума, парочка экстремалов тихонько двинулась дальше по бетонному рукаву. Скоро они уперлись в металлическую стену с открытой настежь стальной дверью внушительного размера. Из дверного проема лился желтоватый свет. Над верхней балкой красовалось яркое граффити, изображающее обезглавленного человека и надпись: "Покойтесь с миром!".

— Воодушевляющее послание, — тихо хмыкнул сталкер, осторожно заглядывая через проем.

За внушительной стеной оказалась просторная комната. На стенах из рифленых железных листов висели ламповые светильники. Большая часть лампочек давно перегорела, но три или четыре все еще работали от неизвестного источника энергии. На полу и по углам валялись железнодорожные катки, каретки, огромные пружины и прочие запчасти от вагонов и дрезин. Имелась и еще одна дверь, что вела в перпендикулярный тому туннелю коридор, по которому Лина и Ник добрались сюда.

— Видимо нам туда, — Хантер указал на вторую дверь. — Странно, что здесь работает электрооборудование. Хотя… чему удивляться в этом мире.

Во втором туннеле все было абсолютно не так, как в "прихожей" подземелья. На стенах виднелись короба вентиляции и толстые, горячие трубы. Пол был изрыт тоненькими канавками, словно источен ручейками. С потолка неприятно капало на голову и шею. Хантеру это навевало мысли о том, что над ними теперь находилась не только толща земли, но и подземные реки, а быть может и дно Исчезающего Моря.

Новый туннель спускался вниз под значительным углом. Хорошо, что ходьбе помогали пропитанные креозотом шпалы, выложенные стройными рядами меж ржавых рельс узкоколейки. Было видно, что деревянные поперечины надолго переживут коррозирующий металл железнодорожных путей, по которым уже долгие годы не ходила ни единая вагонетка.

Преодолев спуск, путешественники вновь оказали у ворот. На этот раз они были двустворчатыми, с огромными запорами в виде металлических засовов. Имелось и слуховое окошко, заглянув в которое, Ник увидел обширное помещение, в коем сходились с разных сторон рельсовые полотна, а в центре был установлен поворотный механизм, позволяющий поставить дрезину или платформу на нужный путь. Кроме того, тут имелась парочка работающих прожекторов, наставленных на правый выход, грохочущий генератор, ряд жестяных шкафов, костер с котелком, а также диван, с лежащим на нем голым, скучающим человеком.

— Входите уже, — без тени эмоции произнес нудист. — Я слышал, как вы подходите. Заходи, Хант, тут безопасно.

— Угу, безопасно, — пробубнил сталкер, узнав в голыше Кремня, неизвестно как оказавшегося не у них за спиной, а на диване этого маленького депо.

— Может, назад пойдем? — тихонько пискнула Лина. — Все это… странно!

— Это еще мягко сказано, — утвердительно кинул Ник. — Но нам нужно продолжать двигаться по туннелям. Не вижу смысла в обратном направлении. Мы знали, что в туннелях может твориться всякое. Хотя именно такого я и не ожидал!

— Чего вы там шушукаетесь? — устало спросил Кремень, присаживаясь на своем "троне". При этом он абсолютно не стесняясь наготы. Да и нечего было стесняться. Крепкое мужское тело было сложено что надо. Несмотря на возраст, а было Кремню лет под сорок, выглядел он как молодой атлет. Хантер, не смотря на свой тридцатник, не мог похвастаться такими мышцами и полным отсутствием пивного брюшка.

Ник ногой толкнул ворота и вошел внутрь, держа Кремня на мушке. Лина пряталась за широкой спиной Хантера, при этом откровенно глазея на раздетого покойника.

— Добро пожаловать в мой дом, — Кремень развел руками, указывая на окружающее его депо. — Скоро похлебка поспеет, вы как раз к обеду. Гости у меня не часто бывают, а если и заглядывают, то только химеры, загрызи их комар!

Ник внимательно смотрел на своего старого друга, пытаясь найти несоответствия. Однако, если не брать в расчет некоторую серость лица и усталый взгляд, то это был все тот же Кремень. Даже татуировка дракона на плече была именно такой, какой ее запомнил сталкер, когда покойничек хвалился ею в баре Межгорода. Да и пулевое ранение, пробившее правое легкое, зияло неаккуратным красным рубцом на груди "атлета" ровно там, где и должно.

— Кто ты? — наконец спросил Ник.

Кремень почесал затылок, перекинул ногу на ногу, а затем произнес:

— Знаю, дружище, тебе сложно поверить. Но это я — Кремень. Живой и здоровый!

— Быть того не может, демоны ночи! Ты не объявлялся ни в одном из поселений уже несколько месяцев. Я наводил справки! А ты и сам знаешь, что если сталкер не возвращается из похода в течение двух недель…

— То его смело можно считать покойником, — закончил за Хантера Кремень. — Это так. Но тут случай особый. Будешь смеяться, когда я расскажу…

— Угу, — Ник качнул стволом автомата. — Начинай уже, а то палец на курке устал. Как бы случайно не выстрелить.

Кремень без всякого осуждения посмотрел Хантеру в глаза, тяжело вздохнул и откинулся на спинку дивана. Скрестил руки на груди.

— Рассказ будет долгим. А началось все с того, что я решил разведать туннели. Мне обещали неплохо заплатить за карту этих подземелий. И я согласился.

— Дурацкая идея! — неприветливо буркнул Ник.

— Именно, Хант! Но, я тогда решился. Набрал провизии, оборудования.

— Аж на две унции золота! — вставил Хантер. — Я помню эти дни.

— Верно, — подтвердил Кремень, вдруг глянув на настенные часы. — А после этого я покинул Межгород, обошел стороной Болота и Лабиринт, заглянул на мгновение к Скалам, был у меня там калым, а после уже прямиком двинул к туннелю.

— Стандартный маршрут, — кивком подтвердил Ник. — Что дальше?

— А дальше, — дальше я углубился по коридорам, нашел первую подсобку, а затем и это депо. Даже как-то странно, но я не встретил ни одной химеры. Хотя несколько человеческих костей и обрывки одежды находились в изобилии. Быть может, что эти твари были в спячке. Но суть не в этом…

— Не в этом… не тяни уже, Кремень! Переходи к сути!

Покойничек усмехнулся, снова посмотрел на настенные, покрытые пылью часы.

— Минуту, сейчас…

Договорить он не успел. Кремень на мгновение стал прозрачным, а потом вдруг исчез, будто его и не было. А после этого он вдруг заново появился, но уже слева от Ника и Лины, возле какого-то объемного рюкзака.

— Мать твою! — выругался Хантер, уже почти готовый нажать на спуск. — Что еще за фокусы! Руки в гору! Живо! Выходи на свет! Богом клянусь, я тебя продырявлю! На пулях гравировка с изгоняющей пиктограммой. Будь ты хоть призраком, хоть духом, но тебе не поздоровиться!

Кремень рассмеялся, спокойно прошествовал к костру и помешал похлебку в котелке.

— За привидение меня принял?! — снова усмехнулся покойник. — Ты не прав. Я живой, из плоти и крови.

— Дублер?

— Нет. Видел, что со мной сейчас было? Вжух, и телепортировался на добрый десяток метров. Мимики так умеют?

— А хрен их знает! Демоны ночи! Кремень, объяснись, а то я уже нервничаю! — Ник начал усиленно потеть, больше от напряжения, нежели от окружающей жары, идущей от труб и костра.

— Ладно-ладно! — Кремень хлебнул из котла и удовлетворенно закивал. — Вкусно выйдет. А что до моей истории, так конец ее близок. Как только я обнаружил депо, так тут это первый раз и случилось. Меня будто наизнанку вывернуло, а потом вдруг кинуло к той стене, у которой сейчас рюкзак стоит. Я сначала не понял, что произошло. Я был цел и невредим. Ну, всякое бывает, вдруг это был обычный подземный толчок? Осмотрел я тогда депо, занес его в карту, а сам двинулся дальше. Но далеко не ушел…

— Дай догадаюсь, тебя снова переместило к этой стене с рюкзаком?.. — полюбопытствовал Ник, смахивая пот со лба.

— Ага, — легко согласился Кремень, вновь возвращаясь к дивану. — Семь минут и двадцать секунд. Всегда одно и то же время. Вот увидите, пройдут эти минуты, и меня вновь кинет к стене, где бы я ни находился. Уж поверьте! Не знаю, что со мной случилось, но из этой петли я не могу выбраться уже три месяца. Я обшарил все ближайшие закоулки, пытался вернуться к выходу на поверхность, даже просто валялся на диване. Но всегда, ровно через семь минут и двадцать секунд, меня снова переносит к треклятой стене. Эх!

— И чем же ты занимался все это время? — Ник смотрел на Кремня недоверчиво. История была слишком фантастичной, чтобы быть правдой. Но и не достаточно гладкой, чтобы быть ложью.

— А тем и занимался, что успевал за семь минут. Сначала пытался выбраться из петли, перепробовал сотню способов. А потом просто стал обживать это депо. Нашел вон генератор и топливо, собрал все оружие и припасы, что остались от менее удачливых сталкеров, занес в карту ближайшие коридоры. Пару раз наведывался к химерам, а после этого уже они ходят ко мне в гости. Вон из того ответвления прут, на которое направлены прожекторы. Я смог починить ворота, там петли заржавели, закрыл им доступ к депо. А по вентиляции они добраться не смогут — узко там. Другие же ходы безопасны, они заканчиваются тупиками и обвалами. В общем, живу тут почти как дома. Еды в избытке, топлива и боеприпасов навалом. Скучно только. Гостей-то тут днем с огнем не сыщешь. Да и надоедает каждые семь минут к стене отлетать, спать приходиться вполглаза. Эх! Как же я истосковался по свежему ветерку на поверхности. А красных облаков не хватает сильнее, чем пьяной компании в кабаке Межгорода!

Кремень тоскливо уставился в точку на стене, но потом тряхнул головой.

— Вот такая лабуда, Хант.

В это же мгновение покойник снова стал полупрозрачным, а затем исчез, чтобы через мгновение появиться у треклятой стены.

Уже ничего не объясняя, Кремень прошлепал босыми ногами к костру, снял казан с огня.

— Обедать будете? — просто спросил он. — Вон в том ящике полно всякой посуды. Присаживайтесь.

— Не так быстро, — покачал головой Ник, не убирая автомата. — История твоя интересна, Кремень. Но смахивает на сказку. Я все еще не уверен, что ты тот, кого я знал, с которым ходил в рейды и травил байки в кабаках.

— И что мне сделать? — грустно усмехнулся нудист. — Поклясться на благополучии своих детей? Так нет их у меня, ты же знаешь.

— Знаю, — подтвердил Хантер. — Давай для начала определим, живое ли ты существо.

Ник полукругом обошел Кремня, взял с пола попавшийся уголек, а затем нарисовал на земле пятиконечную звезду, украшенную дивными символами и рунами.

— Ловушка Сатаны, — одобряюще кивнул Кремень. — Ты всегда был мастером защиты против духов. Хоть эти эфемерные сущности и были наименьшей из бед для сталкера.

— Кому как, — цыкнул Хантер. — А лично я не люблю, когда рядом ошивается всякая потусторонняя нечисть. Так, я закончил. Ступай в центр пентаграммы. Если ты действительно живой, то тебе ничего не будет.

— Хорошо, — кивнул Кремень с ухмылкой. Было видно, что все эти ритуалы казались ему детской игрой. — Никогда не понимал твоей страсти к экзорцизму, а также всему, что с этим связано. Откуда ты вообще берешь все эти знаки?

— Книг пришлось много перечитать, — признался Ник, следя за идущим к пентаграмме Кремнем. — Большинство из написанного в фолиантах — просто хлам. Но кое-что подтвердилось в ходе опытов, а затем было принято на вооружение. Плюсом Вещунья многое показала… мудрая баба.

— Ах, да. Вещунья! Это та, что живет на болотах одна?! Я думал, что она просто спятила.

— Так и есть, спятила, — подтвердил Ник. — А после этого начала прорицать и делиться высшими знаниями об этом мире. Но никто ее не слушает, а стоило бы!

Кремень пожал плечами, а затем ступил в центр рисунка. Ничего не произошло.

— Ну вот, видишь? — развел он руками. — Я живой.

Ник удовлетворенно кивнул.

— С этим покончено, — облегченно выдавил он. — Осталось узнать, являешься ли ты дублером.

— Ну, это несложно, — отмахнулся Кремень. — Просто спроси меня о том, что знаю только я. Мимики перенимают внешность, но не память.

— В точку! — Хантер вытер пот со лба. — Ну и жарко тут у тебя…

— Костер тепло дает, — ответил Кремень. — Да еще и трубы по периметру. Даже не знаю, откуда в них берется кипяток, но духота от этого страшная. Я вот даже забил на приличия и теперь щеголяю в неглиже, так легче перенести жару. А стесняться особо некого было, до этого времени. Впрочем, мне и сейчас начхать на стеснение…

— Это заметно, — тихо подала голос Лина, впервые с начала разговора.

— Мадмуазель, — картинно раскланялся Кремень, вовсе не заботясь о болтающейся в разные стороны мужской висюльке. — Прошу великодушно простить.

Лина слегка покраснела, что было замечено, но проигнорировано Ником. Его сейчас волновало другое.

— Всего один вопрос, Кремень, — нахмурился Ник. — Либо ответ, либо пуля.

— Выкладывай, Хант. И, пожалуйста, быстрее, — произнес со вздохом голозадый, почесав ляжку. — А то меня скоро снова провернет на острие петли.

Хантер кивнул, слегка пошевелив пальцем на курке, чтобы тот окончательно не затек.

— Помнишь, полгода назад мы кутили на Дальнем Кордоне, обмывая твой поход? Тогда ты умудрился утащить из-под носа наемников полтора килограмма аномального полотна, которое позже загнал перекупщикам за две унции золота.

Кремень покачал головой.

— Помню дело. Но не "Тряпку" я тогда стащил, а лист "Нержавейки". И от наемников пришлось бежать аж до самого Кордона. Упились мы после этого — в хлам. Ох, и рвало же меня потом! Знатное было времечко!

Ник рассмеялся. Опустил автомат.

— В точку говоришь! Кремень, братуха! Так это и правда ты?! Демоны ночи! А уж думал, что ты погиб. Смертью храброй, но глупой, как всегда и мечтал.

— Хех, не время еще, Хант. Не время!

Друзья подошли и крепко обнялись, затем пожали друг другу руки.

— А что, если бы я не ответил, пустил бы мне пулю в лоб? — хитро прищурясь, спросил Кремень.

— А как же, — Ник пожал плечами. — Сам знаешь. Встретил дублера — стреляй.

— Это да, — Кремень знаком пригласил Лину и Хантера присесть на диван. — Хорошо, что у меня память как у молодого. Ну, голодны наверно? Как раз к обеду. Беритесь за ложки, а то я смотрю, видок у вас не важнецкий. Грязные, оборванные. Похоже, Хант, у тебя тоже есть, что рассказать?

— Угу, — кивнул Ник, озабоченно посмотрев на то, как Кремень сверкнул и исчез, а после опять подсел на диван.

— Не обращай внимания, — отмахнулся нудист. — Я уже привык к этим петлям. Что-нибудь придумаю. А вы кушайте. А после этого можете душ принять, я его соорудил вон в той кабинке. Горячей воды — в избытке. И одежду себе подберите. В шкафах полно одежонки, оружия и прочей сталкерской утвари. После того и поговорим, оно не горит.

Гости не возражали. Ник активно насел на вкуснейшую похлебку, сваренную из рыбьих консервов. А вот Лина больше поглядывала на душевую кабинку, при этом рефлекторно почесываясь.

— Ты первая на помывку, — не выдержал этих взглядов Ник. — Беги уже.

Девушка беззлобно фыркнула, но тут же поднялась с дивана, ланью метнулась к шкафчикам с одеждой, выбрала себе что-то по размеру, а после тенью скрылась в самодельной будке.

Мылась воровка долго, но когда вышла на свет божий, ее было уже не узнать. Костюм цвета "хаки" смотрелся на ней слегка мешковато, меньшего размера она просто не нашла. И все же было в этом что-то стильное. Простецкая куртка, с множеством карманов и пряжек, узкие штаны, со шнуровкой снизу, непокрытая голова, а также два черных хвостика вместо косички. Ни дать не взять — настоящая сталкерша. Вот только берцы, серые от пыли, ей не мешало бы почистить..

— Ну, как я выгляжу? — спросила раскрасневшаяся авантюристка.

— Прекрасно, мадмуазель! — похвалил ее Кремень. — Вещи покойников на вас смотрятся изумительно.

— По… покойников? — неуверенно сглотнула Лина.

— Угу, — ответил вместо Кремня Ник. — А ты не думала, откуда у него столько одежды? Он собрал ее с трупов неудачливых бродяг, тела которых не успели растащить химеры.

— Это так, — вздохнул Кремень, не сводя глаз с авантюристки. — До меня здесь побывало немало страждущих, мир их праху. Но часть одежды уже была в шкафчиках. Даже не знаю, откуда она там взялась.

Лина скуксилась, просительно взглянув на Ника. Тот пожалел ее, неуверенно произнеся:

— Уверен, что именно твой костюм взят не с трупа. — После этого Хантер ткнул Кремня локтем в бок.

Нудист охнул, но сразу сообразил, что к чему.

— Да! Точно! — сказал он, выуживая очередную рыбку из похлебки. — Помню его, он валялся тут на батареях еще до моего прихода, я его почистил и постирал. Теперь он как новенький.

Лина неуверенно осмотрела свой наряд, затем перевела взгляд на Кремня.

— То есть, он не с покойника?

— Нет! — твердо ответил Кремень, решивший стоять на своем… образно выражаясь. — Смело носи — дарю!

— Спасибо, — произнесла Лина и улыбнулась. А вот Хантер нахмурился. С Кремнем воровка вела себя более мило, чем с ним. Это нервировало. А мысли о том, что это может быть ревность — бесили сталкера вдвойне.

Настал черед ревнивца идти в душ. Хантер мылся неспешно, но уложился в привычные пятнадцать минут. Что тут могла намывать Лина, аж целый час, оставалось загадкой.

Отличным подспорьем оказалась опасная бритва, острая как сарказмы воровки. Хантер не без удовольствия выбрил свою щетину. С расколотого куска зеркала, прибитого на гвоздь к дверке кабинки, на сталкера посмотрел утомленный, с кругами под глазами, но улыбающийся мужик.

— И чего ты лыбишься? — спросил свое отражение Ник. — Горячая вода, обед и бритва. Как же мало тебе нужно для счастья! Демоны ночи!

Скинув все свое тряпье в мусорный бак, стоящий прямо возле душа, Хантер облачился в плотную черную водолазку, такие же черные штаны, а также высокие кожаные ботинки. От одежды немного пахло тленом, но это было следствием сырости и плохой вентиляции.

— О, бог ты мой! — взмолился Кремень, когда увидел переодетого Ника. — Ты что нацепил?! Прямо Черный Ангел Смерти. Сплошное антрацитовое пятно. Да тебя ж за километр будет видно!

— Нормуль! — успокоил его Хантер. — Перед уходом нацеплю бежевую куртку и зеленую разгрузку. С трех метров затеряюсь даже в песках!

— Ну, тебе виднее, — пожал плечами Кремень. — Только не шуми сильно. Твоя мадмуазель спит. Хорошую деваху ты себе отгрохал, Хант. Мне б такую…

— Она не моя. Она — партнер. Мы с ней в походе, будем двигаться к Дальнему Кордону.

Кремень повеселел.

— Так, значит, можно к ней подкатить? Разумеется, если она будет не против…

Ник непроизвольно, но очень злобно бросил взгляд на Кремня. Нудист уловил "молнию", тут же произнеся:

— Упс! Понятно. У вас все сложно! Я к подругам своих друзей не лезу, даже потенциальным. Ты ж знаешь — у меня свои правила и кодекс.

— Да не вместе мы, — неубедительно буркнул Ник.

— Ясно-ясно, — закивал Кремень, быстро меняя тему: — Сам-то поспать не желаешь? Путь у вас был не близкий, видать.

— Не, — отмахнулся Хантер. — Пока не тянет.

— Ну, так может, потешишь меня историей? — спросил Кремень, мигнул, исчез и вернулся снова. — Каким ветром вас занесло в Туннели? Помниться мне, что ты три раза зарекался ходить сюда…

— Нужда, Кремень. Путь мы начали с Межгорода. Добрались до Скал Вечности, хотели через Море на лодке переплыть. Да лодку камнями побило. К тому моменту мы уже были оборванными и почти без оружия. Не поверишь, но Лабиринт и Скалы сейчас активны!

— Да ты гонишь! — глаза Кремня расширились. — Такого не бывало со времен Великой Бури!

— То-то и оно! — со вздохом согласился Ник. — Видать грядет очередная перетряска Рэдмира. И угораздила меня попасть в этот самый момент в эпицентр!

— Очуметь! И ты в обе аномалии влез? Вот ты дурак, Хант!

— Слышу это от человека, застрявшего в пространственной петле, — беззлобно парировал Ник.

— Один-один, — хмыкнул Кремень. Улыбка на его лице была похожа на страшную гримасу, но была искренней. — Надо было вернуться в Межгород. В такое время походы не организуют. Надоть засесть в бетонном подвале бара и попивать сивуху. Пока Буря не утихнет.

— Времени нет, — покачал головой Хантер. — Нужно на Дальний Кордон. Сложно все это. Но теперь единственный путь — через Туннели на ту сторону Моря.

— Дурак и есть! — заверил его Кремень. — Но за храбрость уважаю тебя. Кто не рискует…

— Так есть шанс пробраться в Вечный Город отсюда?

— Есть, — серьезно ответил Кремень и указал на двери по его левую руку. — За этими воротами — прямой проход, ведущий, скорее всего, к выходу по ту сторону Исчезающего Моря. Там даже рельсы есть. Да и дрезину могу предоставить — нашел ее в прошлой вылазке. Но…

— Что "Но"?

— Я исследовал пути только метров на четыреста вперед, время не позволяет ходить дальше. И, теоретически, добраться до выхода в Вечном Городе можно. Но только теоретически. Кто ж его знает! Вдруг этот туннель где-нибудь обвалился, либо ведет в тупик. Но если верить сведениям, а также соотнести начало путей на нашей стороне и выход из-под земли в Вечном Городе, то получиться абсолютно прямая линия. А это значит, что туннель таки сообщает нашу сторону Моря и противоположенную.

— В нашей профессии всегда существует неопределенность, — заверил старого друга Ник. — Но если есть шанс…

— То удача материализует его в возможность, — докончил Кремень. — Помню эту твою аксиому. И веру в фортуну помню. И часто это правило срабатывало?

— В девяносто процентах из ста! — уверенно ответил Хантер. — Так почему бы не рискнуть?!

— Дело твое. Но учитывай еще и то, что я наткнулся на большое количество химер в том проходе. Где-то рядом у них гнездо! А то, что они действуют сообща, наводит меня на мысль, что твои опасения по поводу дублера не лишены оснований. Твоя чуйка на такие вещи уже вошла в легенды.

— Значит, все-таки дублер? — стал хмурым Ник. — Не зря эти мысли мне в голову полезли. И много химер у него?

— Я видел штук двадцать. Четверых прикончил. Но, сдается мне, это не вся его армия. Но у тебя будет преимущество — дрезина. Укрепим ее, навесим оружия. Глядишь, на большой скорости и проскочишь опасное место, если рельсы целы. Я бы пошел с тобой, но не могу. Петля отбросит меня обратно, будь она не ладна.

— Разберемся, — Ник похлопал друга по плечу. — Уже есть план, а это не мало. Но оставим мои дела и поговорим о твоих. Неужели нет способов замкнуть твою петлю? И отчего она вообще появилась тут? И что самое интересное — почему она привязалась именно к тебе?

— Э… — Кремень картинно сплюнул на пол. — Просто не повезло! Замерял я прибором в том месте, где сейчас рюкзак мой стоит, так там аномальное пятно. Оттуда и энергия черпается, которая меня по кругу гоняет.

— Аномалия? Это объясняет вопрос Силы. Но она не может привязывать к петле просто так. Нужно что-то еще. Нечто, что связало тебя и аномалию. Ты до этого артефакт находил какой-нибудь? Или еще что-либо произошло, что могло поставить на тебя метку?

Кремень на секунду задумался, а затем отрицательно покачал головой.

— Ничего необычного в рейде не было. Да и артефактов нет. Мы можем еще раз оглядеть мои вещи. Как видишь, сейчас на мне ничего нет…

— Вижу, — Ник состроил кислую гримасу. — Ты б приоделся, а?

— Не, — отказался Кремень. — Жарко тут. А если тебя беспокоят голые мужики…

— Шутник хренов, — буркнул Хант. — Показывай свои вещи уже. Нужно искать корень проблемы. Голозадый ловелас…

— Проследуйте за мной, — голосом экскурсовода предложил нудист. — Посмотрите, пожалуйста, направо. Вы видите стену, причину бед и лишений. А ниже располагается набитый бурдюк — хранилище всех моих вещей, что я принес в эту светлую обитель извне.

— А что будет, если во время завершения петли ты будешь стоять прямо в точке выброски?

Кремень посмотрел на настенные часы.

— Сейчас и узнаем, — проговорил он, вставая в нужную точку.

Не прошло и пяти секунд, как петля завершилась и началась заново. Кремень пару раз мигнул, но остался на месте.

— Что и требовалось доказать, — развел он руками. — Пространственная аномалия просто перезапустила петлю, а раз я был уже в точке начала — то в ней и остался. Все банально и предсказуемо. Загрызи ее комар!

— Вываливай все из рюкзака…

Кремень послушно расшнуровал свою суму, а затем вывалил все содержимое на пол. Рядом же положил свой старенький АК, еще Советского производства. Металлические поверхности блестели, а от движущихся частей пахло машинным маслом. Кремень явно следил за своим старичком.

— Все еще не изменил своему Калашникову? — с умилением спросил Ник. — Похвальная забота об оружии.

Кремень кивнул, ласково взглянув на оружие.

— Он мне сотню раз жизнь спасал, безотказная машинка. Умели раньше делать…

— И сейчас умеют, — Ник взглядом указал на свой самопальный, собранный в Межгороде АК-21.

— Дело вкуса, — поморщился Кремень.

Ник пропустил мимо ушей саркастическое замечание, ногой ковыряясь в куче вываленного на пол хлама.

— Одежда, консервы, патроны, пустой пенал для артефактов. Стоп! А что это за тряпичный сверток?

Кремень поднял комок серой ткани, развернул ее. Внутри оказался коричневый камень.

— Обычный булыжник, — пожал плечами нудист.

Ник протянул к камню руку, по пальцам растеклось знакомое покалывание.

— Дай угадаю, — помрачнел Хант. — Ты отколол его от одной из Скал Вечности?

— В точку, — удивленно согласился Кремень. — Заказ у меня был, принести из похода сувенир. Обещали три десятинки золота. Это уже не первая подобная подработка. Легкие деньги…

— И кто из нас дурак? — флегматично спросил Ник, недвусмысленно показывая пальцем на друга. — Сам-то не чуешь? От камня так и тянет энергией. Ты меня верно плохо слушал? Я ж тебе сказал — грядет Великая Буря. Скалы пробудились, творят хрен пойми что с пространством и временем! А ты тащишь с собой кусок аномального дерьма, при этом, даже, не положив его в экранированный контейнер?!

— Это же не артефакт, — почесал затылок Кремень, смотря на камень в руке. — Пустышка, обычный сувенир.

— Этот сувенир тебя в петлю и сунул. На манипуляции со временем ему энергии от аномального пятна не хватает, но с пространством работать проще.

Кремень тяжело вздохнул.

— Не знал я до этого про Скалы, что они в разряде сейчас. Столько лет тишина была. Неужели и вправду этот булыжник виноват? И что теперь делать?…

Теперь задумался уже Хантер.

— Ну… — протянул он, — просто уйти от него, либо тащить с собой — не поможет. Уже доказано. Тебя припечатало в петлю. А это значит, что далеко уйти от аномального пятна она тебе не даст. Нужно разрушить замкнутый круг, А сделать это можно, только если уничтожить первопричину. И так как с энергетической дырой у стены нам не совладать, то остается только уничтожить сам камень.

— В пыль? — переспросил Кремень.

Ник пожал плечами.

— А кто ж его знает. Будем пробовать. Тащи молот или что-то похожее. Придется немного пошуметь!

Кремень удалился в ближайший угол, покопался в металлоломе, а затем притащил огромный стальной болт. Края металла даже и не думала тронуть коррозия, цвет у изделия был насыщенно синим с переливами.

— Сгодится, — кивнул Ник, принимая в руки импровизированную кувалду. — Ну-ка, отойди!

Хантер с большого размаха саданул по камню на полу. Послышался лязг, в разные стороны полетели искры. Молот чуть было не вырвался из рук "кузнеца", в запястьях сильно хрустнуло.

— М-м-м-ать! — выругался Хант, отбрасывая в сторону орудие труда.

Как не прискорбно, но булыжник, оставленный на бетонном полу, оказался цел и невредим.

Кремень печально покачал головой.

— Ты по нему хоть попал? — спросил он.

— А-то! — насупился Ник. — Так саданул, что чуть суставы не повылезали. Это ж не обычный камень! Меня словно разряд тока прошиб, а этому каменюке хоть бы хны!

— Дай-ка я попробую, — Кремень плюнул на ладони, поднимая огромный болт, который он с радостью бы положил на всю эту ситуацию.

В воздухе снова просвистело. Кувалда с грохотом опустилась на кусок Скалы. Снова посыпались искры, Кремня отбросило ударной волной в сторону дивана, а сам адский булыжник пулей метнулся в противоположенную сторону.

— Что за… — пробурчал нудист, поднимаясь с бетонного пола и потирая ссадину на заднице. — Эдак меня приложило, аж в ушах звенит.

— А камень цел, — констатировал Хантер, взглядом обнаружив причину всех бед в дальнем углу. — Вон валяется, даже не поцарапали.

— Но отдача от него мама не горюй, — Кремень откашлялся. — Первый раз пожалел, что я без одежды. Чуть всю кожу со спины не содрал!

— Чего вы шумите?! — сонно спросила Лина, поднимаясь с дивана и потирая глаза.

— В крикет играем, — цикнул зубом Ник. — Вот этим болтом пытаемся камень в лунку загнать…

— Делать вам больше нечего, что ли? — зевнула девушка.

— Мадмуазель, — вступил в разговор Кремень. — Неотесанный Хант пытается сказать, что в наших действиях есть глубокий смысл. Нам нужно разбить во-о-о-он тот камень, что в углу притаился.

— Дался он вам? — глубоко вздохнула воровка, все еще не проснувшись. — Но если вам уж так не терпится уничтожить его, так используйте воду…

— Воду? — в один голос изумленно спросили Ник и Кремень.

— Ага, воду, — просто подтвердила авантюристка, снова заваливаясь на диван. — Старый фокус, я его еще со школы помню. Нагрейте хорошенько этот камень в огне, а потом окатите холодной водой. Если сам не лопнет, то пойдет трещинами. После этого его разбить проще…

После этого Лина снова зевнула и замолчала, видимо уснув.

Хантер и Кремень переглянулись. Ник пожал плечами.

— Хуже не будет, — констатировал он.

— Это да, — кивнул нудист, направляясь к костру. — Сейчас найду кружку под воду, а ты пока щипцами булыжник возьми и кинь в огонь…

— Какими щипцами?

— Любыми! — покачал головой Кремень. — Говорил тебе — поспи. Ничего не соображаешь. Вон у стены стоят. Возьми их и тащи свою задницу к костру, и камень прихвати.

Ник хотел было возразить, но ограничился невнятным бурчанием.

Вскоре все ингредиенты для "ритуала" были собраны в одном месте. Булыжник уже долго томился в огне и покраснел как металл, запахло серой и каленым железом.

— Доставай, — распорядился Кремень.

Ник послушно пошерудил щипцами в углях, а затем извлек кусок Скалы и положил его на бетонный пол.

— Отойди, — голос Кремня был немного напряжен. — Неизвестно как он отреагирует на воду. Помнишь, как меня швырнуло прошлый раз…

Хантер не пререкался. Да и желания находиться рядом с аномальным куском камня не возникало в принципе.

Кремень перекрестился, хотя и не верил в бога, а затем опрокинул кружку с водой на дымящийся булыжник. Последний сильно зашипел, к потолку взметнулся клуб пара, запах серы усилился в десяток раз. А затем послышался легкий щелчок.

Кремень и Ник с надеждой наклонились над камнем, но их чаяниям не суждено было сбыться. Кусок Скалы был цел и невредим.

— Черт! — грубо выругался нудист, добавив еще несколько нелицеприятных эпитетов в сторону камня. — Вот же гребаный монолит!

Ник носком ботинка слегка ткнул булыжник, и тот неожиданно развалился на две равные части.

— Все-таки лопнул, — заключил Хант. — А Лина, это неприятно осознавать, но была права…

Кремень почесал в затылке, тупо таращась теперь уже на два куска Скалы.

— И что теперь? Это… сработает?

— Скоро узнаем, — Ник указал взглядом на часы. — Сколько осталось до завершения петли?

— Семь секунд. — Кремень сглотнул.

Удары сердца отбивали растянувшиеся мгновения. Все ждали… ну, кроме Лины, конечно. Воровка просто сладко посапывала, свернувшись калачиком на диване. Сейчас ей снились горы злата и слава. Так думал Ник.

— Сейчас, — прошипел Кремень, сильнее напрягая мышцы спины и рук.

Даже Хантер задержал дыхание.

Стрелка настенных часов описала полукруг и помчалась дальше. Нудист же так и остался стоять на том месте, где его должна была застать замкнувшаяся петля. Однако в этот раз телепортации не произошло.

Кремень моргнул, а затем косо посмотрел на выцветший циферблат.

— Похоже… пронесло, — неуверенно выдавил он. — Хант, ты видишь? Я тут!

— Вижу, — сталкер улыбнулся, обошел разбитый камень по широкой дуге, и похлопал друга по могучему плечу. — Похоже, что это сработало, старина!

— Воистину, — разулыбался Кремень. — Неужели я свободен… ах, чертов булыжник. И чего я раньше не догадался растереть его в пыль. Столько месяцев впустую ушло…

— Погодь распинаться, — немного сдержал его Хантер. — Нужно будет понаблюдать некоторое время. Вдруг просто время петли сместилось… или еще чего.

— Ты прав! — кивнул нудист. — Но это не значит, что это время мы должны провести скучно. Бери стулья и присаживайся к огню, есть у меня тут заначка… как раз на такой случай!

Ник не возражал, нашел в куче хлама две складных табуретки и небольшой столик, бывший ранее бобиной для толстого кабеля. Все это было подтащено к уютному очагу и расставлено в нужной последовательности.

Хантер не успел еще как следует протереть импровизированный стол, как уже вернулся Кремень, волоча несколько тарелок и солидную двухлитровую бутыль, наполненную зеленой жижей.

— Тут колбаска, тут шпик, — нудист взглядом указал на тарелки. — Хлебушек. А вот это… напиток богов!

— Что за мерзкая зелень, — поморщился Ник. — Похоже на настоявшуюся тину…

— Дурень, — беззлобно ответил Кремень. — Это "Нефрит" из Межгорода, снял эту бутыль с тела одного из бедолаг, что почил в этих туннелях. Наверное, вез контрабандой на Дальний Кордон, а затем решил срезать… через эти подземелья.

Ник судорожно сглотнул подкатившую к горлу слюну.

— Тот самый "Нефрит"? — тихо переспросил он. — Быть не может. Эта бутыль, на рынке, стоит не менее пяти унций золота. Такое могут себе позволить только богачи, за стенами Пределов! Ты уверен… может лучше будет ее продать?

— Может и лучше, — кивнул Кремень. — Но буду я таскаться с экой тяжестью. К тому же неизвестно, что с нами завтра будет. Нужно жить сегодняшним днем! Да и повод есть! Честно говоря, я уж и не надеялся из петли этой выбраться. Обязан я тебе…

— Погоди дифирамбы петь, — немного осадил его Ник, не спуская глаз с бутыли. — Еще неизвестно ничего.

— Да чего тут знать? Уже час прошел, а я все еще здесь. Чертов камень меня больше не тянет. Да и хватит об этом. Готовь стаканы, начнем, пожалуй!

Хантер кивнул, больше не спорил. Он знал Кремня. И если тот чего решит, то его уже ничто не сможет переубедить.

— Слушай, — вдруг произнес Ник, услышав шорохи со стороны правых ворот, ведущих в основной туннель под Исчезающим Морем. — А к нам гости не заявятся?

— Забей, — Кремень слегка усмехнулся. — С той стороны только химеры могут придти, но створки ворот массивные, пока с этой стороны их не откроешь — никто не войдет и не выйдет. А со стороны входа в подземелья, кроме вас двоих, гостей у меня не было с самого моего путешествия в это проклятое урочище. Но, на всякий случай, я те двери тоже запер. Так что расслабься и наливай! Мы тут как в бункере, даже ядерную войну пережили бы!

Ник вожделенно притянул бутыль к себе, откупорил ее и разлил нектар по стаканам. В воздухе запахло смолой, можжевельником и дубовой корой. Потрясающая смесь ароматов.

Хантер сглотнул тягучую слюну и поднял "бокал".

— Тост будет? — спросил он Кремня.

— А как же! — подтвердил нудист, поднимая граненный. — Выпьем за дружбу! Пусть нас последнее время пораскидало по Рэдмиру, однако именно ты снова спас мою задницу, Хант! Поэтому пьем за тебя, дружище!

— Не протестую! — Ник слегка усмехнулся, чувствуя, что краснеет. Как восьмиклассница, честное слово.

Выпили. Закусили.

Первая порция пошла не так гладко, как планировалось. В горле у Ника обожгло словно огнем, из глаз брызнули слезы. Пожалуй, если бы не все прогоняющее мятное послевкусие, то Ханта могло бы и вывернуть. Однако обошлось.

— Ох, демоны ночи! — крякнул он, едва переведя дух. — Ну и крепка, зараза!

— А ты думал! — икнул Кремень, держась за вмиг раскрасневшиеся уши. — Аж волосы в носу дыбом встали. Что в ней намешано, черт ее дери?!

— Наверно на серной кислоте настаивали! — Ник старался не заплакать, но все же с трудом вымолвил: — Может по второй?!

— Давай! — Кремень мотнул головой так, что хрустнули позвонки в шее. — Мужики мы или молокососы. Наливай Хант! По полной!

Снова выпили. По комнате полетели сдавленные матюги и проклятия. Лина на диване тоже тихонько ругнулась, призывая к тишине.

Однако прошла минута, и лица приятелей вдруг прояснились, на губах заиграла улыбка.

— Похоже, меня начинает вставлять, демоны ночи, — неуверенно вымолвил Ник. — Чувствую потребность в продолжении!

Кремень покосился на него озорным глазом.

— Видать не зря про "Нефрит" баллады складывают. Сначала показалось, будто в ад попал к чертям на сковородку, — проговорил он. — А теперь нормуль так стало.

Ник, без последующих умозаключений, потянулся к бутыли и разлил содержимое по стаканам. Молча выпили. Стало вообще хорошо! Румянец на щеках друзей уже был более чем явным, а взгляд слегка затуманился. Зато жесты стали раскованными, а голоса все громче.

— Музыки бы сейчас, — мечтательно протянул Ник, потягивая пойло мелкими глотками. Жжения в горле больше не чувствовалось, лишь терпкий вкус и легкое вяжущее ощущение дубовой вытяжки.

— Это можно! — пробубнил Кремень, пережевывая колбасную нарезку. — У меня тут как в Греции — все есть!

Нудист нетрезвым шагам сходил к одному из стенных шкафов, а затем, так же пошатываясь, вернулся. В руках у Кремня была замызганная, но вполне исправная шестиструнная гитара.

— Вспомним былое, Хант, — Кремень провел рукой по металлическим нитям. — Давай наливай, а я пока настрою инструмент.

Ник наполнил граненые емкости, подал одну из них Кремню, а вторую пригубил сам.

Вскоре от куска древесины, бывшего некогда гитарой, стали доносится вполне мелодичные и приятные звуки.

Кремень набрал несколько аккордов и взглянул на Ника.

— Помнишь эту песню? — спросил он.

— Пф, демоны ночи, конечно, помню! — фыркнул Хантер. — Как там оно… И только красный закат, извечный как сама смерть…

— Не сможет нам помешать, и эту песню допеть, — подхватил Кремень, старательно подбирая мелодию под темп и слегка заплетающийся язык. — В походе дальнем уснуть, уж я совсем не могу…

— Вдали трещит автомат, отпор давая врагу! — фальшиво, но с искренним надрывом подпел Ник.

Следующие несколько часов были посвящены распитию "Нефрита", песням, а также старым байкам и воспоминаниям. Удивительный нонсенс, но Ник небезосновательно считал, что это был лучший вечер за последние годы.

Глава 7 Экспресс отправляется

Утро, а это было именно оно, если верить настенным часам, выдалось на удивление приятным.

Ник поднял голову со стола и мутноватым взглядом осмотрел депо. Во рту все еще вязало от дубовой коры, однако голова совсем не болела, а тошнота доставляла лишь небольшое неудобство.

— От хорошего пойла — и похмелья не бывает, — промямлил Хантер, потягиваясь. А выпили они вчера с Кремнем знатно. Хант так и уснул там, где вчера сидел, только лицом не в салате, а в тарелке с нарезкой.

Сняв со щеки прилепившийся кусок колбасы, Ник еще раз обвел взглядом просторную комнату. В центре весело потрескивал костерок, дым от которого уходил в вентиляцию. На своеобразной треноге, над огнем бурлил котелок, источая приятный аромат свежей похлебки.

Кремень копался с какой-то железной конструкцией в углу, попеременно стуча молотком и кувалдой. Лины нигде не было видно.

Хантер тяжело поднялся и подошел к работающему другу.

— Утро доброе, — не отрываясь от дел, произнес Кремень. — Как здоровье?

— Сносно, — сказал правду Ник. — Ну и покутили мы вчера с тобой. До сих пор горло болит после песен. А куда Лина пропала?

— Да в душе она, — отмахнулся нудист, так и не собираясь прикрыть даже свои причиндалы. — Чистюля она у тебя, второй раз за сегодня уже намывается.

— Ясно, — окончательно успокоился Хантер. — А ты чем занят? Что за агрегат ваяешь?

Кремень отложил в сторону молот, а затем потянул за край матерчатого тента, стягивая его со своего творения. Пред взглядом Ника предстала дрезина: местами погнутая, местами переваренная, но рабочая на вид.

— Вот, латаю наш транспорт, — пояснил Кремень. — Приварил сегодня петлю, поставим в нее группу из трех автоматов, крепления для них я тоже уже собрал и вывел все на один спусковой крючок. А вместо магазинов поставил длинные ленты с подпружиниванием. Забавно получилось, но убойная сила будет что надо! Сам понимаешь, заниматься тут особо нечем было, вот я и изобрел всякого…

Ник на секунду задумался, с трудом шевеля похмельными извилинами, а потом переспросил:

— Что значит "НАШ" транспорт?

— А то и значит, — Кремень посмотрел ему в глаза. — Я с вами иду через туннель под Исчезающим Морем. Помогу вам пробраться. Вдвоем вы сгинете в этих подземельях. Уж поверь. А у меня перед вами должок, а долги я возвращаю, ты ж знаешь! Пройдем вместе через туннель, а дальше вы отправитесь своей дорогой, а я своей. Даст бог — свидимся позже в Межгороде. Хотя загадывать еще рано, возможно все трое поляжем от лап химер…

— Ты уверен, — насупился Ник. — В том смысле, что хочешь пойти с нами. Я бы на твоем месте прямо отсюда двинулся в Межгород. Не так это и далеко, да и путь не сильно опасный…

— На моем месте ты бы поступил так же. И тоже решил бы вернуть должок. Будешь спорить?

Хантер долго всматривался в морщинистое лицо, но затем отвел глаза.

— Не буду, — ответил он. — Когда выдвигаемся?

— Вот как только поедим, так сразу и поедем. Дрезина уже готова, осталось собрать припасы и навесить оружие.

— Хорошо, — Ник кивнул. — Тогда пойду прибарахлюсь, а потом подсяду к костру.

Когда Хантер выбрал для себя удобную разгрузку, переложил весь свой скудный скарб в новый рюкзак, запасся патронами для АК-21 и вернулся к костру, Лина уже сидела на диване, блаженно потягивая горячую похлебку из керамической кружки. А вот Кремень все еще возился с дрезиной в дальнем углу.

— Действительно доброе утро, — почти пропела девушка, нежась в тепле костерка. — Давно так хорошо мне не было. Даже не хочется говорить, насколько ужасный цвет ты подобрал для своего костюма. Поразительная безвкусица!

Ник пропустил мимо ушей издевку и присел рядом.

— Кремень пойдет с нами, — произнес он, наливая себе супчику.

— Не пойдет! — тут же почти взвизгнула авантюристка, но быстро убавила голос до шепота. — Это только наше "дело", я не буду делиться с ним выгодой от "Источника"!

— И не придется, — успокоил ее Хант. — Он проводит нас до выхода из туннелей на той стороне, а дальше мы пойдем сами.

Авантюристка на мгновение замолкла, а потом произнесла:

— Хорошо, пусть так. Так значит, он избавился от… петли?

— Угу, твой совет с камнем помог. И все же, не советую подходить к стене, — Хант указал на месторасположение рюкзака Кремня. — Аномальное пятно все еще там.

— Аномалия? — поежилась Лина. — Так близко? А это не опасно?!

Ник покачал головой, смакуя вкуснейший суп.

— Теоретически — не опасно. Это всего лишь пятно, а еще не сама аномалия.

Девушка с опаской посмотрела на указанную стену.

— А в чем разница? — спросила она.

— В корне, — ответил Ник. — Пятно — это своего рода прокол в пространстве, откуда сочится аномальная энергия. Впоследствии пятно может стать аномалией, а может и не стать. А вот "рабочая" аномалии… вообще их бывает три вида. Первый — это стационарные реликты, вроде Лабиринта и Скал Вечности. Они всегда на одном месте, практически не изменяются, и имеют узнаваемые… свойства. Второй — это аномалии, развившиеся непосредственно из аномального пятна, питаемые им. Такие зарождаются произвольно: под землей, в воздухе, внутри бетонной плиты. Изначально они имеют форму все время расширяющейся сферы, но под воздействием различных факторов, могут изменять форму. К примеру — растекаться по поверхностям, вступая в контакт с материей. Или закручиваться в спирали, порождая смерчи и вихри. Могут даже делиться на короткое время. Но как только иссякает энергия прокола, как вся аномалия в один миг исчезает.

— А есть третий вид? — заворожено спросила Лина, будто слушая отменную историю или сказку.

— Есть, — подтвердил Хантер, откусывая большой кусок от ломтя хлеба. — В принципе, это тот же самые энергетические поля, что порождены аномальными пятнами, однако их источник энергии не статичен, а может передвигаться, вызывая передвижение и самой аномалии. Это весьма непредсказуемая и мерзопакостная форма, надо отметить. Благо, что встречаются они крайне редко.

Лина на секунду задумалась, а затем "стрельнула" взглядом в сторону нудиста.

— А этот… Кремень, — девушка шмыгнула носом, отпивая из кружки бульон. — Он такой же, как и ты?

— В смысле? — удивился Ник. — Имеешь в виду, что он искатель и сталкер — знаток путей в Рэдмире?

— Нет, — авантюристка приглушила голос. — Он… тоже бессмертен, в том плане, что удачлив очень? Как ты?

Хантер украдкой улыбнулся.

— А я думал, что ты не веришь в эти "сказки" про вечную удачу.

Лина фыркнула, вновь надевая саркастическую личину.

— А я и не верю. Просто спросила, чтобы знать — такой же он сумасшедший, как ты, или нет.

Ник снова улыбнулся, чем вверг воровку в состояние бешенства.

— И все же отвечу на твой вопрос, — быстро произнес он, не дожидаясь язвительных выпадов девушки. — Кремень не обладает той благосклонность фортуны, что я. Демоны ночи, да он вообще не знает, что такое удача! Он вечно попадает во всевозможные переплеты, его частенько обманывают заказчики, нападают мутанты, калечат аномалии и залетные бандюганы. Видишь, на его спине, чуть ниже лопатки, зияет огромный круглый шрам? Это его пронзила пуля крупнокалиберного пулемета. Дело было возле Дальнего Кордона. Кремня случайно приняли за химеру патрульные, уж больно он грязный возвращался из ходки в Вечный Город, ну и саданули по нему очередью, попали. Пуля прошла навылет, а после нее осталась двухсантиметровая дыра. В тот момент, рассказывали, сквозь отверстие было видно, что твориться с другой стороны. Но он выжил, быстро поправился. Заживают на нем болячки — как на собаке. Даже быстрее.

— Быть не может, — отрицательно помотала головой Лина. — После такого не выживают.

— А вот он, — Ник указал на Кремня возле дрезины, — выжил. В этом он весь. Он не знает, что такое удача, но упорством своим, силой духа и стойкостью берет от жизни то, что захочет. Недаром он — легенда Рэдмира. Мало осталось тех людей, за стенами Пределов, что не слышали про Кремня, как, впрочем, и о его норове.

Лина вопросительно приподняла брови, и Хантер пояснил:

— Жизнь его сильно побила, вот и стал Кремень твердым, как камень. Спорить с ним бесполезно. Если решит чего, то проще согласиться. Демоны Ночи, сколько было ругани у меня с ним! Но, ни разу мне не удалось его переубедить. Порой хочется сказать, что он упертый, как баран! И все же, я безмерно уважаю его. И рад я так же безмерно, что он жив, а ведь думали…

Лина тихо хихикнула.

— Что? — насупился Ник.

— Да так, — пожала изящным плечиком девушка. — Вы действительно очень разные. Он такой брутальный, всего добивается упорством, даже упрямством. И ты: эмоциональный, ранимый, способный сочувствовать, переживать, злиться и впадать в ярость. В спокойной, привычной ситуации ты расслаблен и позитивен, но стоит чему-то пойти не так, как ты сразу оказываешься в плену эмоций.

— Прикуси язычок, — хмуро посоветовал ей Хант.

— А разве не так? — обольстительно улыбнулась Лина, обворожительно затрепетав ресницами. — Сам к себе прислушайся. Твои эмоции очень сильные, хоть с виду ты обычный мужик. Но внутри ты добрый котенок, переживающий за всех и вся. Либо наоборот — заводящийся с полуоборота, не способный стойко перенести предательство и фальш. Прислушайся к себе и поймешь, что я права. Вот он, Кремень, будто выточен из скалы. И ты, такой мягкий и пушистый, впитывающий в себя все: любовь, злость, огорчение, позитив и негатив. Вы очень разные! Не знаю, как вы смогли подружиться.

Ник зло сощурился. Он хотел было возразить нахальной девчонке, но в этот момент нудист закончил ремонт дрезины и уже подходил к скворчащему на костре котелку.

— И чего вы тут шушукаетесь? — по-простецки спросил Кремень, разминая спину и присаживаясь к огню.

— Да так, — насупился Ник. — Лина просто назвала меня…

— Эмоциональным котиком! — тут же вставила авантюристка, звонко рассмеявшись.

Хантер пробубнил себе под нос грязное ругательство.

Кремень на секунду замер, приподнял брови, а затем произнес:

— Она права.

Ник аж побледнел, но сдержался от мата.

— Вы сговорились, что ли? — обиженно произнес он.

Кремень пожал плечами, навалился на обед.

— А сам посуди, Хант, — дуя на суп, проговорил он. — Ты даже муху пожалеешь убить, если она не будет пытаться тебя покалечить. Нет, я ни в коем случае не принижаю твоего мужества. В бою ты зверь. Мы друг другу частенько прикрывали спину. Но факт есть факт — ты слишком сильно реагируешь на все происходящее. Ты пожалеешь раненую собаку, пройдешь мимо тихого мутанта, а если тебе придется убивать, то ты после этого долго приходишь в себя, сожалея о случившемся. Нет, это не плохо. Это просто факт.

— Психологи хреновы, — выдавил Ник, стараясь беззаботно развалиться на спинке дивана. — Развели тут философию.

— Сам видишь, — не отрываясь от еды, произнес Кремень. — Ты обиделся, а это подтверждает нашу правоту. И вообще забей на это, каждый человек уникален. У каждого свои… заскоки.

И Ник действительно постарался "забить", вот только ехидный взгляд воровки, и ее не менее ехидная улыбка, буквально выводили Хантера из себя. Однако спорить было уже поздно. После драки кулаками не машут.

Послеобеденный променад продлился недолго. Кремень и Ник одновременно поднялись с дивана и собрались "отчаливать".

— Пора в путь, — проговорил Хантер, надевая бежевую куртку и зеленую разгрузку. Все необходимое уже было распихано по карманам.

Кремень тоже был во всеоружии. Он грустно осматривал блеклые стены, будто прощаясь с чем-то родным.

Лина накинула свой рюкзачок на спину, но оружием пренебрегла, на что ей и указал Ник.

— Возьми пистолет из хранилища, — настойчиво потребовал он. — Дальше дорога станет только опасней. Оружие тебе пригодиться, уж поверь.

— Не люблю я это, — заворчала девушка, но удивительно послушно исполнила просьбу, цепляя на пояс кобуру с небольшим пистолетом и парой запасных обойм.

Кремень недовольно покачал головой.

— Как можно не любить то, что спасает тебе жизнь? — удивленно спросил нудист. Впрочем, теперь он был уже одет в легкий комбинезон. На голове присутствовала бежевая бандана, за плечами увесистый рюкзак, а в руках старый АК.

— Она не сталкер, — пояснил Ник Кремню, который был весьма возмущен пренебрежением к оружию. — Лина фифа городская, только жажда наживы выгнала ее за стены Пределов. Поэтому бессмысленно требовать от нее соблюдать наши обычаи.

— Тогда понятно, — удовлетворенно кивнул Кремень. — Ну, в путь. Хант, открывай ворота, да следи за химерами. Они могут притаиться в туннеле на стенах. А я и Лина выкатим дрезину на основной путь.

Ник кивком указал на то, что понял задачу. Осторожно приблизившись к воротам, он отпер все задвижки и слегка потянул правую створку ворот на себя. Обваренный дополнительными пластинами металл поддался не сразу. Однако уже через мгновение меж створками появилась щель, из которой потянуло сыростью и холодным ветерком усиленной вентиляции.

Хант прислушался к звукам сквозь узкую щель, не рискуя пока что открывать ворота шире. Ничего необычного слышно в туннеле не было, лишь легкие завывания ветерка, столь удивительного на такой глубине под землей, да капли воды, капающей со сводов.

К сожалению, освещение за воротами отсутствовало, поэтому в сыром туннеле царила тьма. Нику так и не удалось разглядеть стены.

— Возьми вот это, — посоветовал Кремень, протягивая работающую светящуюся палочку.

Ник кивнул, принял "дар", а затем кинул его в щель между массивными створками.

Через некоторое время мутный зеленый свет немного осветил пространство за воротами. Тут же проявили себя и люминесцентные грибы на влажных стенах, реагируя на движение и свет. Все это вкупе дало достаточно яркости, дабы Ник в подробностях рассмотрел то, что находилось по ту сторону уютного депо.

От ворот вели ржавые рельсы, уходящие на десяток метров вперед. Дальше же путь заворачивал влево, сливаясь с основным направлением и основным же туннелем. Так далеко Ник видеть уже не мог, но каменные стены, покрытые грибами и плесенью, легкий сквознячок и сырость давали понять, что теплому комфорту предыдущих суток предстоит остаться позади.

— Химер не видно, — заверил остальных Хантер. — Приготовьтесь, на всякий случай, сейчас полностью раскрою ворота.

— Мы готовы, — утвердительно кивнул Кремень.

Не опуская ствол автомата, нацеленного в щель, Ник потащил на себя массивные створки, которые подались с зубодробительным скрипом и скрежетом.

Не доверяя глазам своим, Хантер нацепил на голову инфравиды, немного запоздало вспомнив про их наличие. Это была достаточно старая модель, Ник нашел их в закромах Кремня, однако устройство работало, а массивный аккумулятор, стандартный для данного агрегата, хоть и весил более половины килограмма, но зато давал автономность в несколько суток непрерывного использования.

С инфравидами все стало намного проще, что очень подняло настроение Хантера. Он будто снова стал собой, а все произошедшие перипетии последних дней, теперь остались далеко позади.

Оглядев улучшенным зрением стены и даже заглянув во тьму основного туннеля, Ник махнул рукой, призывая выкатывать дрезину. Пока что ничего не предвещало беды. Затишье…

Хантер слегка посторонился, пропуская мимо себя железного гиганта, что был построен Кремнем. Машина ужасала, в прямом смысле. Кроме стандартной каретки с колесами и рамы, от нее не осталось абсолютно ничего старого. Борта были сварены из толстенных стальных швеллеров, что могли обеспечить защита не только от пуль, но и от РПГ, наверное. Высотой они были более полуметра. Спереди же дрезины крепился самодельный бульдозерный нож, для избавления от возможного мусора на путях. По центру агрегата крепился дизельный двигатель, неизвестно откуда притащенный и установленный Кремнем для того, чтобы дрезина стала самоходной. Однако главной изюминкой были блоки вооружения. Спереди и сзади крепились несколько установок из строенных меж собой автоматов, у которых магазины были заменены на длинные ленты с патронами, а курки были выведены на единый механизм, дающий возможность стрелять сразу из всех калибров. Не обошел конструктор и возможность освещения. Так как Кремень терпеть не мог инфравиды, то на дрезине, по всему ее периметру, крепились разномастные фонари и прожектора, запитанные от аккумулятора и генератора дизельного движка.

— Залезай, — скомандовал Кремень, запуская двигатель. — Лина пусть светит нам вперед, а ты, Хант, встань за передние орудия. А я пока настрою обороты и выведу нас на основной путь.

Кремень вдруг тяжело вздохнул, снова с тоской осматривая депо.

— Эх, — выдавил он. — Мне будет не хватать этой комнаты, она стала мне домом. Жаль ее оставлять. Зато, теперь у нас есть еще одно укрытие, в которое можно будет вернуться и пересидеть Бурю, если та застанет нас неподалеку от входа в туннель.

— Это если его не обживут химеры, — недоверчиво покосился за плечо Ник. — И не забывай про аномальное пятно, что гоняло тебя по петле несколько месяцев. Ты знаешь, что когда придет Буря…

— То пятно переродиться в полноценную аномалию, — закончил за него Кремень, насупившись. — Ты прав, это всего лишь комната, коих в Рэдмире навалом. Не знаю, что на меня нашло. Наверно твоя чувственность, Хант, передалась и мне.

— Очень смешно, демоны ночи, — скривился Ник, стараясь не выдать раздражение от шутки друга. — Теперь будешь вечно поддевать меня этой вашей теорией про мою эмоциональность?

— Не исключено, — подтвердил Кремень. — Согласись, что это забавно, но во всем нужно знать меру, иначе даже отличная шутка перерастет в бородатый анекдот. Ладно, поехали!

Двигатель тарантаса гудел размеренно и спокойно, будто и не являлся прародителем современных тракторных громыхаев. Дрезина слегка дернулась пару раз, а затем медленно покатилась вперед, сдирая колесами ржавую стружку с рельсов.

Прожектора справлялись с задачей хорошо, Ник даже полностью отключил инфравиды, ибо нужды в них больше не было. Свет фонарей отлично осветил и сам путь, и то, что находилось много дальше.

Прогрохотав на очередном стыке, железный мутант сделал пологий поворот, следуя за изгибом путей, а после выбрался в основной туннель, что был пристанищем химер, неуспокоенных душ и разномастных костей, больше человеческих.

Здесь было просторно. Очень просторно. Своды уходили далеко вверх, оканчиваясь металлическими перемычками, поддерживающими стены и потолок. Позади дрезины теперь были огромные завалы из рухнувших камней и кусков железобетонных плит, однако вперед дорога была свободна. И тут был уже выбор, ибо хоть направление было только одно — вперед — однако самих железных путей было аж пять штук, и с помощью специальных стрелок можно было направить дрезину на любой из них. Кремень выбрал третий путь с краю, аргументировал это тем, что уже бывал в туннеле, хоть далеко и не забирался. К тому же эти рельсы казались ему более прочными.

Похолодало еще сильнее. В туннеле гулял сильный ветер, который уже нельзя было объяснить простой вентиляцией, хотя Ник и подозревал, что движение воздуха может быть вызвано какой-нибудь аномалией. Вкупе же с большой влажностью, сквозняк представлял серьезный дискомфорт. Одежда моментально пропилась водой, после чего озноб не заставил себя долго ждать. Начавшие было заживать синяки и ссадины снова зудели, выводя из себя.

— Чертова сырость, — пробурчал Хантер.

Кремень и Лина не ответили, но их лица говорили о полной солидарности со сталкером.

Дрезина, тихонько вибрируя, продолжила свой путь. Вскоре ответвление, ведущее в депо, уже не было видно, а задние фонари транспорта высвечивали лишь рыжие рельсы, усыпанные каплями влаги стены, да высокие своды, в которых постоянно мерещились тени и скрытые монстры.

— Мрачновато тут, — натянуто улыбнулся Ник. — Замкнутые помещения вызывают у меня стойкое чувство тревоги, а также желания прижать спину к стене и стрелять в темноту.

— Не у тебя одного, дружище, — подтвердил Кремень, варьируя обороты двигателя так, чтобы тот не заглох, но и не слишком сильно шумел.

— А я думала я одна тут такая трусиха, — не преминула съязвить Лина, хотя Хантер отчетливо видел ее расширенные от страха зрачки. — Мужики называются!

— Шершавая она у тебя, — заметил Кремень, кивнув в сторону девушки. — Как наждачка.

— Она не моя, — уже в который раз поправил его Хант. — Мы деловые партнеры!

— Ага-ага, — подмигнул Кремень.

Ник закусил губу и решил сменить тему.

— Как далеко ты смог пройти по этим туннелям? — спросил он.

Кремень на секунду замолчал, а потом пожал плечами.

— Метров триста, наверное, — наконец ответил он. — Вначале я просто обирал попадавшиеся трупы. Странно, что до этого их не утащили химеры, сожрав где-нибудь в своем гнезде. В основном бедолаги, что преставились в этом туннеле, изначально погибли естественным путем.

— В смысле? — переспросил Ник.

— Ну, — пожал плечами бывший нудист, — одного придавила плита, сорвавшаяся со свода. Другой умер прислонившись к стене, его фонари были полностью разряжены, скорее всего он заблудился в темноте. Третьего я нашел в луже его же блевотины. Видимо он тронулся умом и пытался жрать местные грибы. Все три тела не были тронуты мутантами, и были относительно свежими. А вот дальше от входа я уже находил только разорванные тряпки, брошенные рюкзаки, оружие и кости. Но все это провалялось там не менее года.

— Забавно до жути, — буркнул Ник. Лина же слушала, широко раскрыв глаза и бледнея, как смерть.

— Угу, — подтвердил мародер. — Химеры появились позже. Возможно, до этого их гнездо было в спячке, а своим появлением я разбудил их, сообщив об обеде. Ну а то, что они действовали сообща, пытаясь запутать меня, отвлечь и напасть со спины, сказало мне о том, что гнездовье находиться под управлением дублера. Ну не могут эти твари так грамотно охотиться в естественных условиях. Нет, ими определенно командовал вожак. Один раз они меня чуть не прикончили, благо сработала петля, вернув меня в депо. После этого я забаррикадировал ворота, ведущие сюда, и уже больше носа не совал в столь паскудное место. Химеры еще неделю скреблись по ту сторону моих укреплений, но так и не смогли попасть ко мне. После этого я два месяца о них не слышал. Поэтому, если нам повезет, то сейчас мутанты снова в спячке. Если это так, то преодолеть дорогу нам удастся без боя. А если и нет, то теперь нас трое, а учитывая общее вооружение и дрезину — шансов на счастливое будущее у нас достаточно много!

— Да, — усмехнулся Ник. — Если сможем попасть в Вечный Город, то станем легендами. Первые сталкеры, что преодолели Исчезающее Море под землей. В Межгороде нам будут ставить выпивку, как только услышат наши имена. А бабы…

Хантер осекся, вспомнив о присутствии Лины. Однако девушка не обратила внимания на его сексисткое изречение, она была слишком увлечена тем, что видела впереди.

— Там! — испуганно взвизгнула воровка. — Там что-то шевелиться впереди!

— Тебе показалось, — не слишком уверенно отвечал Кремень, однако он оставил в покое двигатель и взялся за оружие.

— Да нет же! — испуганным голосом пискнула авантюристка. — Я видела, сбоку, на стене, вон, смотрите!

Хантер и Кремень тут же вперились взглядом в указанную точку. То, что они увидели, им не понравилось.

— Они не в спячке, демоны ночи! — ругнулся Хантер. — Это химера, мать ее. А вон еще одна и еще!

— За оружие! — без тени эмоции скомандовал Кремень. — Лина, ты должна высвечивать тварей, они не терпят яркого света, хоть и безглазы. А ты, Хант, срезай их короткими очередями. Я же буду следить, чтобы они не обошли нас сзади. Разомнем старые кости, камрады.

Химеры не спешили нападать, они прятались по углам, закоулкам, сливались с влажной штукатуркой стен. Ник тоже не спешил открывать огонь, патроны нужно было беречь. Однако теперь сталкер был полностью согласен с Кремнем. Несомненно, химерами управлял дублер, иначе они бы уже атаковали. Мутанты не имеют терпения, если они видят добычу, то сразу вцепляются в горло длинными когтями.

Лина ойкнула, быстро направив прожектор вверх. Прямо над дрезиной зависла одна из тварей, уронив тягучую слюну девушке за шиворот. Если бы это не обратило на себя внимания, то воровку ждала бы смерть. Однако резкий поток света дезориентировал химеру, мерзкая безглазая туша, даже отдаленно не походившая на человека, спряталась за балку и протяжно завыла, разочарованная тем, что дрезина теперь была в нее ее зоны нападения.

— Они нас окружают! — заявил Ник. — Сзади, спереди, даже сверху. Мы как на ладони, их слишком много. Если они нападут разом — мы покойники. Нужно увеличить скорость, немедленно!

— Рельсы могут не выдержать! — отвечал Кремень. — Тут все проржавело, мы просто сойдем с путей и увязнем в крошеве бетона и лужах. А пешком у нас не будет шанса…

— У нас и сейчас нет шансов, нужно усложнить им задачу! Демоны ночи! — ругнулся Ник, провожая прицелом очередную химеру, тянущую к ним свои лапы из темноты. — Прибавь ходу! Ну же…

— А, что б тебя! — Кремень бросил управление задними орудиями, рванул рычаг дросселя на двигателе.

Дизель взревел не хуже химеры. Колеса дрезины два раза буксонули по рельсам, выплевывая из под себя ржавую пыль, а затем намертво вцепились в металл. Махина начала резко набирать скорость, причем настолько резко, что Лина и Ник чуть было не сверзились через борт, на потеху модификантам.

И, тем не менее, удалось добиться определенного результата. Десяток химер, что ранее неспешно следовали за дрезиной, теперь остались позади. Мутанты не сразу сообразили, что их добыча оказалась шустрее, чем они думали. Однако уже спустя пару секунд модификанты с диким ревом бросились в погоню, резво нагоняя дрезину по путям, стенам и даже потолку.

— Пора предпринимать активные меры! — крикнул Хантер, стараясь перекричать вой двигателя, рев мутантов и вой ветра, что теперь походил на ураган.

Кремень молча кивнул, указал на орудия, Ник понял его без слов, встав за строенные автоматы.

В этот момент дрезину сильно тряхнуло. Туннель впереди немного поворачивал вправо, а на такой скорости устойчивость резко терялась. К тому же под одно из колес попала деревянная балка, валявшаяся тут еще со времен Катастрофы. Дерево моментально размололось в труху, создав удушливое облако, а транспорт вдруг накренился влево, встав на два колеса.

— Все на другой борт! Живо! — рявкнул Кремень.

Нудист и Ник бросились к боковым швеллерам, надеясь своим весом снова поставить дрезину на все четыре колеса. Лина же, мертвецки бледная, осталась на месте, намертво вцепившись в один из прожекторов, конденсированная влага стекала с металла держателя ей на голову и руки, но девушка просто не обращала на это внимания. Казалось, что она плачет.

Балансирование на двух катках длилось не дольше секунды, однако казалось, что прошла целая вечность. Но вот, наконец, закончился поворот, транспорт сотрясся и тяжело рухнул на второй рельс. Полетели искры, ржавчина, куски гнилых и мокрых шпал. Дрезина еще раз подпрыгнула, но осталась на путях.

В этот же момент одна из химер, видя что жертвы отвлеклись, в два прыжка преодолела по стене отделяющее ее от обеда расстояние, а после запрыгнула на дрезину, тут же вцепившись когтями в Кремня.

— Ах ты тварь! — рявкнул Ник, со всей дури вдарив кулаком по склизкой безглазой морде.

Химера презрительно фыркнула, но не выпустила из когтей Кремня, а Хантер никак не мог вытащить свой автомат, зажатый где-то под рукой. В дрезине как-то в один момент стало слишком тесно.

Кремень попытался коленом отпихнуть от себя модификанта, безрезультатно. Хантер оставил попытки освободить свой Ак-21, вытянул нож, тут же по самую рукоять вонзив его в мерзкий белесый череп твари. Химера издала булькающие звуки и рухнула на добычу, придавив её своим весом. Вокруг в это время творился сущий ад: верещал двигатель, завывал ветер, тихо пищала Лина, напуганная до мокрых труселей, выли и гоготали химеры. Ко всему плюсом туннель немного изменил свой наклон, и теперь дрезина неслась под гору с все нарастающей скоростью.

Ник помог Кремню скинуть мертвого мутанта за борт, после чего кинулся к задним орудиям. Нудист же вцепился в рычаг тормоза, потянув его так, что хрустнули суставы. Колеса дрезины сильно заскрежетали, но скорость начала падать. И очень вовремя, ведь вдали замаячил очередной достаточно крутой поворот.

Удерживая равновесие, Хантер нажал на спусковой крючок строенных автоматом. Пули сверчками метнулись в туннель позади, отбивая куски штукатурки, разрывая гнилое дерево и плоть попадавших под стальной ливень химер.

— Двух достал, — крикнул Ник. — Еще троих ранил. Но их слишком много! Я думал, что гнездо насчитывает не более пятнадцати особей. Но этих тварей, кажется, целый легион! Они лезут со всех щелей!

— Не у тебя одного проблемы! — сквозь зубы бросил Кремень, вставая за переднюю турель. — Спереди тоже прут, следите за потолком, они будут пытаться спрыгнуть на нас!

Лина уже не пыталась высвечивать тварей, она тихонько сползла вниз, схватившись руками за голову. Ее бледности лица позавидовали бы и химеры. Было ясно, что воровка не была готова к такой поездке сквозь нарастающие волны склизких тварей, которые уже практически бросались под колеса и шли на абордаж со сводов туннеля и боковых проходов.

— А дублер не скупиться на жертвы! — рявкнул Ник сквозь всеобщий шум. — Скольких его соплеменников мы уже покалечили?! Пора бы ему отступить! Вооруженная дрезина — это вам не группка мягких сталкеров, плутающая в темноте.

— Что ему до жертв!!! — яростно отвечал Кремень, стараясь уследить за движениями модификантов и срезая их короткими очередями. — Убитые сородичи — это тоже пища. А самки нарожают ему новых воинов! Эти твари поразительно плодовиты и живучи! Мать их раздери!!!

— Прямо как люди, — выдавил Ник злобно ощерившись. — Сразу видно родство!

Кремень не ответил, он был полностью поглощен охотой на химер. Дважды мутанты пытались запрыгнуть в дрезину на ходу, и дважды нудист срезал их уже в полете.

— Что там впереди? — вдруг крикнул Ник, пользуясь секундной передышкой. — Вижу свет в туннеле, хотя мне еще рановато умирать.

— Эта какая-то станция! — крикнул в ответ Кремень. — Туннель там расширяется. Я и вправду вижу там свет, это настенные лампы. Ох, черт, не нравиться мне это!

Ник добил выстрелом очередную химеру, с тоской осознавая, что даже подпружиненные длинные ленты с патронами, что заменили собой рожки автоматов, уже практически досылают последние снаряды.

— Демоны ночи, у меня боеприпасы на исходе! — сообщил Ник, перемешивая слова с вульгарными ругательствами.

— У меня тоже, — сообщил Кремень, а затем как-то с презрением добавил: — Но это уже не важно, химеры отходят.

— Как отходят?! — удивился Ник.

Однако своим глазам сталкер все же поверил. Мутанты и правда начали отставать, теперь они прятались в тени и отступали вглубь темных закоулков подсобных помещений, что десятками зияли в стенах туннеля.

— Неужели, дублер одумался? — слишком громко крикнул Ник, хотя вокруг больше неслышно было рева модификантов, а дрезина, и ее сердце, фырчали и скрежетали уже достаточно слабо, как бы из последних сил. Минутный спринт и скачки надломили обоим хребет. И только холодный влажный ветер все так же завывал среди каверн этого подземного мира.

— Не думаю, — покачал головой Кремень. — Рано расслабляться, мы подкатываем к самому их логову. Нужно выжать из нашей телеги все возможное, чтобы быстро проскочить это гиблое место!

— Откуда ты знаешь, что логово именно здесь? — спросил Ник, бросив на друга изумленный взгляд. — Я думал…

— Потом поговорим! — грубо оборвал его нудист. — Сейчас не время. Несмотря на передышку и затишье, мы подъезжаем к самой жопе нашего путешествия. Уж поверь!

Ник промолчал. Он доверял Кремню. А раз тот говорит, что не время болтать, значит, так оно и есть.

Кремень же, несмотря на собственное заявление о бренности слов, ругался все громче и изощреннее. Уже не обращая внимания ни на оружие, ни на спутников, он копался над дизельным движком, грубыми пинками и матами призывая его к нормальной работе.

И случилось чудо! Уже издыхающий движитель чихнул два раза, затем знатно икнул, а после этого начал набирать обороты: стремительно, неудержимо и неконтролируемо. Вслед за ним, а точнее повинуясь ему, дрезина тоже начала ускоряться, хотя погнутые оси и щербленные колеса явно намекали на то, что долго ходовая не протянет.

Ник не переставал удивляться нервности Кремня. Ни разу он не видел своего друга в таком состоянии. Никогда еще столь сильные эмоции не проступали на лице этого каменного, по натуре, человека.

Дрезина, казалось, превратилась в болид. Не обращая внимания на покореженные пути и печальное состояние своих осей, она стрелой помчалась в сторону освещенной станции, а после и вовсе пулей ворвалась под желтые пятна многочисленных длинных ламп, развешанных на стенах.

Станция походила на заброшенный грузовой склад, неизвестно как оказавшийся под землей. Тут имелись несколько платформ, расположенных по бокам от рельсов, на запасных путях стояли ржавые вагоны и цистерны. Освещение ламп было достаточным, чтобы увидеть несколько широких лестниц и подъемников, уходящих вправо и лево от платформ. А если Нику не показалось, то за одной из стеклянных стен дежурного помещения, размещенного в дальнем углу станции, был виден включенный экран пузатого телевизора, на котором двигались занятные картинки, возможно мультфильм.

Хантер хотел было высказать свои размышления вслух, но в этот момент Кремень выругался особенно яростно. Ник посмотрел в ту сторону, в которую указал его друг.

— Вот же дерьмо! Держитесь! — выкрикнул Хантер.

Уже почти в самом конце станции, на выходе в обычный туннель, копошилось несколько химер. Модификанты яростно пытались передвинуть заржавевшую стрелку путей. Попросту говоря, химеры, получив приказ от вожака, сейчас пытались перевести дрезину на путь, что вел к тупику. И им это удалось.

— Твою ж, мать, — Кремень сплюнул за борт, безрезультатно пытаясь задействовать тормоза. Однако набравшая сумасшедшую скорость дрезина проскочила стрелку, свернула в тупик, а после с треском налетела на отбойник.

Глава 8 В гостях хорошо…

Ник очнулся быстро, почти моментально. Дрезина находилась немного позади него, она почти смяла и вырвала из бетона опоры отбойника. Благодаря укрепленному спереди ножу, а также массивным швеллерам, корпус транспорта почти не претерпел изменений в ходе столкновения. А вот то, что было внутри, пострадало сильнее. Ника, например, просто вышвырнуло через верх, после чего он пролетел метров шесть. Но то, что приземлился Хант в достаточно глубокую лужу, заметно снизило урон от аварии. Сталкер надеялся, что остальным повезло не меньше.

Через силу поднявшись из мутной жижи, Ник, прихрамывая и отплевываясь, поковылял к дрезине, в которой остались его напарники, рюкзак и оружие. Боль сильно отдавалась в колене и нижней части спины, но переломов не было, иначе Хант давно бы свалился в мокрое крошево бетона и керамзита, что мягко пружинило под ногами.

Кремень обнаружился прямо рядом с отбойником. Его комбинезон был разодран с правой стороны, бандана на голове была пропитана кровью.

Ник перевернул друга, осмотрел раны. Ничего серьезного: длинная царапина на бедре, надрез за ухом, сломанный нос и шишак на лбу. Могло быть и хуже.

Хантер от души залепил Кремню пощечину, на более ласковое пробуждение просто не было времени. Нудист кашлянул, сплюнул кровь сквозь приоткрытые губы и с трудом разлепил глаза.

— Жив? — спросил Ник.

— В… вроде того, — прошипел Кремень, неестественно вращая глазами. — Но все двоиться. Это сотрясение.

— Переживешь, — сухо произнес Ник, оглядываясь в поисках Лины.

— Переживу, — согласился Кремень, пробуя подняться. С первого раза это не получилось.

Девушку Хантер нашел внутри дрезины. Воровку спасло то, что она забилась в угол рамы, где были свалены мешки с провизией и всяким мягким хламом. Это спасло ей жизнь, хотя она тоже была без сознания.

Хант хотел привести авантюристку в чувства, методы при этом были бы использованы уже проверенные, а именно — звучная пощечина, опробованная на Кремне. Однако сталкер не успел провести нужную процедуру, со стороны платформы быстрыми прыжками приближались несколько химер.

Недолго думая, Ник завалил Лину кучей старой, пропахшей солярки ветошью, а сам при этом потянулся к валяющемуся на дне дрезины автомату. И снова не успел.

Химеры смяли его быстро, даже молниеносно. Две из них прижали Ника к земле, а третья, щеря зубастую пасть на склизкой морде, нависла над ним, словно готовясь вонзить свои клыки в пульсирующие артерии на шее.

И все же он остался жив. Модификанты получили ментальный приказ, два раза взревели, словно буйволы, но добычу не тронули, лишь залили его слюной с ног до головы, а после этого жестко потащили в сторону платформ. Краем глаза Ник видел, что Кремня волочат за ним следом. А вот Лину мутанты оставили в покое. Возможно, пропитанная дизельным топливом ветошь, что Ник успел накинуть на воровку, отбила химерий нюх, заменяющий им отсутствие зрения. А быть может ее просто оставили на десерт.

Химеры волокли добычу поспешно. Ник и Кремень то и дело считали затылками ступеньки и прочие выпуклости ландшафта.

Вскоре станция и платформы скрылись из вида. Обед затащили в темные, неосвещенные коридоры, отведенные ранее под служебные помещения. Об этом также говорило еще и то, что время от времени Ник ощущал рукой горячие трубы, а голова, что неудивительно, передвигающаяся за увлекаемым в сумрак телом, то и дело натыкалась на черенки от метел, пустые жестяные ведра, пахнущие хлоркой, а также непосредственно половые тряпки, так и норовящие попасть в рот.

А потом была липкая, ужасающе вонючая комната, в которой Хантера и Кремня приковали к стене, облепив клейкой массой, из которой химеры обычно ваяют свои коконы для долгого сна.

Ник на всякий случай дернул рукой и ногой. Твердеющая масса пружинила, но абсолютно не поддавалась на разрыв. Скорее наоборот — чем больше сталкер брыкался, тем плотнее облегал его кокон. Теперь Ник был похож на огромную лабораторную лягушку, которую распяли на стене при помощи иголок.

В комнате была абсолютна тишина. Химеры явно убрались восвояси, хотя трупный запах остался. Честно говоря, сейчас сталкеры пахли уже не лучше химер. Поэтому грех было жаловаться.

— Ну и дела, — почти прошипел Ник, немного придя в себя после контузии и путешествию по темному коридору.

— Угу, — буркнул где-то рядом Кремень. Говорил он вполне спокойно, даже бесцветно. — Тебя тоже… приклеили к стене этой гадостью?

— Приклеили, — угрюмо согласился Хантер. — Хреновая ситуевина, демоны ночи!

— Бывало и хуже, — на удивление спокойно ответил Кремень.

— Бывало и хуже?! — в Нике закипало чувство безмерного удивления и толики сомнения. — А еще десяток минут назад, когда мы мчались мимо станции со скоростью ветра, ты, помнится, был более многословен.

Кремень не издал ни звука в ответ.

— Ты еще здесь? — спросил Хант. — Я жду ответа, гроза химер, воитель временных петель, убийца мутантов, человек, побеждавший не раз саму смерть! Что тебя напугало там, возле станции?! Что вообще способно тебя напугать?! А, дружище?! Ни разу я не видел такого выражения твоего лица, как там, на путях. Ты явно что-то не договариваешь, скрываешь. А я думал, что секретов меж нами нет.

— Секреты есть всегда, — веско заметил Кремень. — Ты тоже не рассказываешь мне о целях вашего путешествия с бледнокожей парией. Но это действительно не мое дело. Однако, знаешь ли, и у меня есть некоторые закоулки в душе, для которых другим нет допуска. А что до страха… то да, я тоже умею бояться. И то, чего я боялся, уже случилось. Потому теперь я спокоен, ибо нет смысла переживать за то, чего уже не удалось избежать.

Хантер слегка устыдился своим нападкам на друга, а потому примирительно буркнул:

— Ну, лады. Прав ты, как и всегда. И все же, можешь сказать, что тут происходит?

Кремень хотел ответить, но в этот момент скрипнула дверь комнаты. Внутрь что-то тихо зашло.

Зажегся яркий свет. Кто-то щелкнул выключателем, включившим три продолговатых, затянутых паутиной светильника под потолком. Бледные цилиндры ламп неприятно загудели, но затем прогрелись и утихли. Свет становился все ярче и белее.

Ник и Кремень непроизвольно зажмурились. После кромешной темноты свет резал глаза. Однако скоро зрачки привыкли, Хантер даже смог разглядеть комнату и гостя.

Стены тюрьмы изначально имели синий цвет, но теперь они полностью были покрыты пульсирующей бледной жижей, сквозь которую были видны вены, артерии и капилляры. Пол был покрыт толстой массой похожего вещества, но на нем также имелись еще и вздутия, сквозь которые были заметны человеческие кости и полупереваренные тушки крыс. Теперь становилось понятно, как и откуда идет столь приятный аромат.

И все же не химерье гнездо взбудоражило Ника больше всего, он частенько видал такое, уже привык. А вот гость, так любезно зажегший свет, явно не оставил сталкера равнодушным. Это был Кремень, собственной персоной, версия 2.0. Те же глаза, то же лицо, такое же строение тела. Вот только одет он был во все черное. Хантер сразу сообразил, что это дублер, нацепивший личину его друга. Но то, с какой филигранностью это было сделано, внушало уважение к "творцу". Пожалуй, если бы Хант лично не видел бы настоящего Кремня, прилепленного к стене рядом с ним, то дублер мог бы обмануть его своим видом. Боже, да даже мимику и бесцветную улыбку дублер копировал с оригинала безупречно. Ник пару раз был свидетелем нападений мимиков на отряды сталкеров, но сейчас в глубине подсознания зашевелился червь ужаса. Хантер не мог понять, из-за чего именно, но этот дублер заставлял испытывать нервную дрожь.

Возле ног дублера подобострастно копошились две небольшие химеры, явно самки, они протягивали к хозяину скорченные конечности, при этом тихонько скуля и облизывая его обувь. Ника даже передернуло от отвращения.

Мимик оглядел добычу вполне добродушным взглядом, а затем заговорил, мастерски подражая голосу Кремня:

— Кто бы мог подумать, — сухо усмехнулся мутант, обращаясь к кокону нкдиста. — Не думал я, брат, что ты снова вернешься. Но я рад этому, ведь ты кое-что украл у меня, пытался убить, хотел погубить мое дело. И все же ты смог сбежать, второго такого шанса я тебе не предоставлю.

— Брат?! — выдохнул Ник, повернув голову в сторону друга. — Что он несет?!

Настоящий Кремень насупился и промолчал, он был крайне хмур, но спокоен, как будто грозовая туча во время летнего зноя.

— Так, а кто у нас тут? — спросил дублер, переведя взгляд на Ника. В голове сталкера моментально зашумело, словно тысячи голосов проникли в мозг. — А, понимаю, еще один бродяга. Я вижу даже его цель, вижу для кого он это делает, похвально. А я уж было думал, что люди способны на поступки только ради себя любимых. Интересно. Но с вами был еще один человек, девушка, вы оставили ее в той нелепой дрезине…

Дублер наклонил голову в сторону одной из самок химер, дав ей ментальный приказ. Мутантка беззвучно выскользнула из комнаты.

— Сейчас приведут и вашу подругу, — тихо произнес дублер. — Это упущение моих слуг. Они будут наказаны. А вами я займусь чуть позже, у меня есть сейчас неотложные дела в моем улье. Но приятно было увидеться, брат. До скорой встречи… никуда не уходи.

Мимик криво усмехнулся собственной шутке, а затем вышел из комнаты. Оставшаяся самка громко зашипела в сторону Кремня, но затем послушно последовала за хозяином. Ник и Кремень снова остались одни.

После минуты тишины, Хантер спросил:

— Ничего не хочешь мне рассказать?

Кремень промолчал.

— Сдается мне, что ситуация намного хуже, чем казалось, — заметил очевидное Хантер.

Кремень молчал.

— И что значит "брат"?! — снова спросил Ник, не в состоянии молчать. — С каких пор дублеры именуют свой обед братьями?!

Кремень молчал.

— Дружище, ты же понимаешь, что скрывая от меня информацию, ты до нуля снижаешь наши шансы на выживание? — заметил Хант, вскипая. — Демоны ночи, сейчас не время играть в секретных агентов. Выкладывай начистоту все что знаешь! Ну!

— Он не убьет нас, — вдруг нарушил молчание Кремень.

— Откуда такая уверенность?! — спросил Ник. — Нет, я понимаю, что смогу выкрутиться из этой ситуации, хоть пока и не вижу как. Хотя с другой стороны моя удача и начала последнее время сбоить. И все равно я еще жив, несмотря ни на что. Но откуда у тебя такая убежденность, что он не скормит нас своим химерам?!

Кремень секунду хмуро молчал, а потом ответил:

— Потому что он действительно мой брат.

Настал черед Ника играть в молчанку. Однако долго он этого делать не мог. Вскоре стены комнаты сотряслись от его неуемного смеха.

— Серьезно?! — сквозь слезы и хохот переспросил он. — Брат? Названный? Приемный сын в семье? Демоны ночи, это похоже на слезливый сериал, что так любят крутить в кинотеатрах Пределов. Тут нужно прояснить… э… это он взял тебя в семью химер приемным братом, или это ты решил побрататься с дублером. Ух! Ну, насмешил! Дружище…

— Это правда, — холодно повторил Кремень.

Ник моментально перестал ржать, спросив:

— Ты серьезно?!

— Вполне, — тяжело вздохнул нудист. — Ты ведь в курсе, что после Катастрофы, забравшей у нас солнце, химеры не появились сами по себе. Излучение Рэдмира воздействовало на слабые гены выживших людей, сделав из них мутантов. Уже после этого модификанты научились воспроизводиться… естественным путем. Но изначально они были людьми, слабыми настолько, что не смогли остаться собой в меняющемся мире. Именно так же появились и дублеры. Измененные на генетическом уровне люди, они по-своему подстроились под новые реалии окружающего мира. И если мы, оставшись собой, меняем мир вокруг под себя, то они пошли по другому пути, изменяясь сами.

— Я знаю историю, дружище, — заверил его Ник, чувствуя внутри странную смесь из любопытства, недоверия и настороженности. — Но это было очень давно. Многих химер повыбили, как и дублеров. Я не думал, что остались еще те, изначальные, что были когда-то людьми.

— И ты ошибся, — буркнул Кремень, мрачнея все сильнее. — Мой старший брат был одним из первых людей, которые начали изменяться. Я видел это. Я понимал, что происходит! Я должен был уже тогда его убить! Но не смог!

Нику вдруг стало очень паршиво на душе, но он не прерывал друга.

— Сначала это было похоже на болезнь, — продолжал Кремень сухо, лишь в глазах его стояла непривычная тьма и отчаяние, навеянные воспоминаниями. — Но потом все ухудшилось. Руки и ноги брата покрылись волдырями, а разум его разрывался от видений и мыслей. А после он умер…

— Умер?! — недоверчиво переспросил Ник.

— Именно, — подтвердил Кремень. — Он просто перестал дышать. Но когда я, пьяный от скорби и алкоголя, собирался похоронить его рядом с отцом и матерью, которые сгинули еще в момент Катастрофы, он вдруг открыл глаза! Но в тех глазах больше не было моего брата. Это были глаза мутанта. Так мне казалось. А после этого он ушел, а я просто смотрел ему вслед не решившись выстрелить. Не мог я… просто не мог!

Ник промолчал, осознавая все то, что услышал. А Кремень, уже полностью погрузившись в омут памяти и потупив взор, рассказывал дальше:

— Не думал я, что снова увижусь с братом. Видит Бог — не вру. Но судьба свела нас тогда, спустя уже несколько лет. Я увидел его возле входа в туннели, там, неподалеку от Скал Вечности. Уж не знаю, что это было. Возможно Рок, провидение, обычная случайность. Но все же… он почти не изменился. Я сразу узнал его, а он узнал меня. Его глаза, светящиеся в темноте в утробе туннеля, я не забуду никогда. Брат улыбнулся мне, а после этого он просто пропал в мертвых глубинах этих коридоров. Он сбежал, но оставил мне жизнь, хотя мог убить меня одним взглядом. Знаю, что мог.

Кремень тяжело вздохнул. Ник не торопил его.

— После того случая я знал, где он таился и жил. Нет, Хант, я спустился в эти туннели не по глупости. Я хотел найти брата, хотел убить его, должен был! Но чертова петля привязала меня к одному месту. Я на целых три месяца оказался привязанным к тому депо! Черт! Так близко от брата! И в то же время так далеко!

Хантеру вдруг приспичило по-маленькому. Не слишком вовремя, тем более во время такой беседы. Однако Кремень уже полностью ушел в себя, не обращая внимания на гримасы друга.

— Тогда я использовал сотни способов, чтобы вырваться из петли, — повествовал Кремень, скорее больше для себя, нежели для Ханта. — Я просто убегал. Пытался оставлять все вещи, в надежде, что без них петля отпустит меня. Но все тщетно. Семь минут, а после я снова в депо. Но однажды я смог вырваться из петли. Мне помогла дрезина, та же, на которой мы добрались сюда. Думаю, что тогда мне на руку сыграла большая скорость, а может стены туннеля экранировали меня от аномального пятна, но я смог избежать возвращения в депо. После этого я далеко продвинулся вглубь туннеля и нашел эту станции. А потом я нашел тут брата. И тогда я понял, что зря проделал этот путь.

— Как так? — не удержался от вопроса Ник, забыв на минуту даже о нарастающем давлении в мочевом пузыре.

— Я уже тогда знал, что мой брат превратился в дублера. Горы трупов мутантов за спиной накладывают некоторый отпечаток опыта. Потом я узнал, что он был не один. Он основал свое собственное гнездо в этих подземельях, все как по учебнику для сталкеров. Однако есть одно большое "НО"! Те молодые дублеры, что мы изредка встречаем на просторах Рэдмира, и в подметке не годятся моему брату. Ведь он изначальный! Можно сказать — перворожденный мимик этого мира. В общем, мой брат оказался сильнее, чем я думал. Помимо способности изменять внешность и ментально отсылать свои приказы модификантам, брат владеет телепатией и ужасающей силой. И с каждым годом он становиться только сильнее, во всех смыслах.

— Так вот откуда этот шум в ушах, — догадался Ник.

— Именно, — подтвердил Кремень. — Урбан, так я называл его до Катастрофы, может читать мысли, он видит нас насквозь. Тогда он тоже прочитал меня, увидел желание убить его, но все равно пощадил. Он, как и я, не мог убить брата, несмотря на то, во что обратился. Но и отпускать меня он не спешил. Понимаешь, Хант, он решил снова соединить семью. Я должен был остаться с ним в этих тухлых коридорах, смотреть на то, как он управляет гнездом, ловит и убивает все живое, что сунется сюда. Возможно, он даже надеялся изменить меня, сделать похожим на него. Но я бы так не смог. И я убежал, воспользовавшись моментом. Дублерам, как и химерам, нужно время от времени спать. Это не обычный человеческий сон, а именно спячка. Раз в пару недель они укрываются в коконах и могут проторчать там многие месяцы. Так они избавляются от усталости, либо пережидают то время, когда пищи на всех не хватает.

— И ты смог убежать?

— Да! Смог. Брат в то время уже спал, но его приказ химерам действовал. Мутанты хищно смотрели на меня, но не трогали, хоть я и видел в их глазах дикий голод. В те дни почти все гнездо было в спячке. Сам понимаешь, новые сталкеры заявляются в туннель редко, а на крысах целую стаю не прокормить. Поэтому почти все гнездо погрузилось в сон, кроме нескольких стражей. Но с ними было просто…. Они не могли убить меня, поэтому я убил их. А после этого использовал несколько гранат, которые нашлись в моих старых вещах, и взорвал колонны на этой станции. Однако все пошло не так, как я рассчитывал. Сам свод устоял, взрыв был явно недостаточным, однако несколько плит, сорвавшихся со стен, завалили пути, ведущие в сторону Вечного Города. Я побоялся, что химеры и брат проснуться после такого представления, но двигаться в сторону Города уже не мог, оставаться тоже, пришлось вернуться в депо, где петля снова поймала меня в свои сети. Тогда я забаррикадировал выход в основной туннель, не решаясь снова сунуться туда! Я не мог больше видеть эти глаза брата, не мог слушать его голос в своем мозгу. Ну а дальше ты знаешь…

— Знаю, — подтвердил Ник. — Но когда мы проезжали станцию, я не видел завалов на рельсах. Колонны действительно были покорежены, но пути свободны.

— Наверное, брат приказал химерам расчистить путь, — пожал плечами Кремень, насколько это было возможно внутри кокона. — Это их дорога жизни. По этим рельсам к ним приходят забредшие мутанты и крысы. Этой же дорогой химеры выбираться в Вечный Город в поисках добычи. Я знаю об этом из молчаливых рассказов брата. Он гордиться своим детищем, своим гнездом. А я… думал, что втроем мы сможем откинуть те плиты, которые свалились со стен. А если и нет, то просто обойдем их по боковым коридорам. Я надеялся, что химеры спят. Или, по крайней мере, спит их хозяин. Тогда все было бы проще. В три ствола мы бы уложили не спящих стражей и прорвались бы к Вечному Городу. Возможно, нам удалось бы перебить всех химер, пока они без сознания. Я думал, что это придаст мне сил, что я смогу! Смогу убить его! Но теперь, когда я снова увидел его глаза! Я… я не смогу, Хант! И никогда бы не смог! Пусть он в насмешку взял мою личину, но эти глаза… даже он не в состоянии изменить этот взгляд. Именно таким я помню его. Именно таким он и был до Катастрофы!

Кремень вдруг резко замолчал, будто внутри него что-то оборвалось. Весь рассказ был произнесен неестественно сухо, и только изредка проскакивающие восклицания говорили о том, что творилось сейчас в душе Кремня. Ник понимал это, молчал, давая время другу придти в себя. Но и самому Хантеру нужно было время, чтобы переварить услышанное. Простая, казалось бы, ситуация, вдруг стала похожа на запутавшийся клубок шерсти, облитый клеем и вымаранный в грязи.

Молчание длилось всего минуту, после чего Кремень снова стал угрюмым и спокойным.

— Нам нужно бежать. Брат будет пытаться удерживать нас, но убивать не станет. По крайней мере, меня…

— Очень успокаивает, — невесело усмехнулся Ник.

— Думаю, что и тебя с девушкой он не тронет, — произнес Кремень, прислушиваясь к звукам за дверью. — Вами он будет шантажировать меня. В обмен на ваши жизни он попытается принудить брата остаться. Поэтому нам нужно бежать, как только представится возможность. Но сделать это будет крайне сложно, он читает все наши мысли. Видит нас насквозь.

— Задачка, — выдохнул Ник, все больше беспокоясь за целостность мочевого пузыря, который уже просто разрывался от скопившейся жидкости. Удивительно, как столь небольшая проблема смогла почти полностью затмить собой все остальное.

— Слушай, — кривясь произнес Ник. — А ты не в курсе, как во время спячки химеры ходят в туалет в этих коконах?

— Чего?! — Кремень позволил себе удивленно воззриться на друга.

— Да так, проехали, — снова вздохнул Ник, стыдясь мелочности своей проблемы. — Слышишь, кто-то идет?!

— Слышу, — еще сильнее нахмурился Кремень, хотя, казалось, дальше уже некуда. — И я слышу его голос в голове….

А потом в глазах у Ника моментально потемнело. Он почувствовал, что проваливается в беспамятство.

Очнулся Хантер от того, что его живот облизывала самка химеры. Делала она это нежно, словно "мыла" младенца. Ник даже заулыбался во сне. Ему казалось, что его ласкает полуобнаженная нимфа в баре Межгорода.

Когда же сталкер открыл глаза и увидел сидящую на нем верхом упыриху, вылизывающую ему грудь, первым желанием было застрелиться. Однако химера вдруг сама ловко спрыгнула с тела Ника, а потом и вовсе быстрыми прыжками скрылась за углом полутемной комнаты. Ник протер глаза, однако не похоже было на то, что все увиденное являлось лишь сном.

Хантер находился в помещении с низким потолком и зелеными стенами. Краска давно потрескалась и кусками торчала в разные стороны, словно струпья на коже больного. На холодном полу были расстелены три матраса, заняты только два — помимо Ника здесь был еще и Кремень. Последний все еще не пришел в себя, но при этом сильно постанывал во сне, будто ему снились кошмары.

Хант приподнялся на локте на своей лежанке, а затем вдруг осознал, что абсолютно гол. Одежда, правда, обнаружилась возле выхода из комнаты. Она была начисто выстирана и даже отглажена.

Уже устав удивляться, Ник быстро натянул на себя исподнее, а за ним и остальной костюм. При этом сталкер отметил, что его синяки, ссадины и раны волшебным образом исчезли. Это говорило о том, что либо он был без сознания слишком долго, либо химерий кокон способен быстро залечивать различные повреждения. Тем не менее, сейчас Хант был полон сил и энергии. Даже навязчивое давление в мочевом пузыре попросту исчезло. Ник не хотел и думать, каким образом могло испариться ощущение переполненности во внутренней емкости его тела, но вместе с тем сталкер ощущал в области произрастания мужской гордости странное чувство. Вспомнив оседлавшую его минутой назад самку химеры, горемыка на секунду замер на месте. Однако догадка была настолько неприятной, что Хантер отбросил ее, постаравшись переключить свое внимание на более позитивные вещи.

В этот же момент очнулся Кремень.

— Я что, голый? — были первыми его слова.

— Тебе е привыкать, демоны ночи, — хмыкнул Ник, но помог другу встать на ноги, при этом они оба чуть не задели головой низкий потолок.

— Где это мы? — спросил Кремень, надевая протянутую ему одежду, которую Хант нашел рядом со своей.

— А хрен его знает, — честно ответил Хант. — Но, думаю, мы все еще в логове химер. Одного из мутантов я только что видел… неподалеку. Хотя, надо признать, эта комнатка лучше предыдущей. Тут чисто, нет слизи на полу и стенах, мягкие лежаки. Кстати, заметь, наши синяки и раны пропали.

Кремень осмотрел локти, бока. Кровоподтеков действительно не наблюдалось. Да и чувствовал он себя словно после недельного сна.

— Странно все это, — недоверчиво пробубнил нудист. — Неужели мы провалялись без памяти несколько дней?

Ник пожал плечами.

— Возможно, — просто ответил он. — Во всяком случае, я дико проголодался.

— Я тоже, — признался Кремень. — Но что будем делать. Все это неспроста. Вряд ли нам дадут просто так уйти. Тем более Урбан…

Ник вспомнил про брата Кремня. Изначальный дублер, при упоминании о котором лицо нудиста превращалось в хмурую гравюру каменной горгульи.

— Да, твой брат, — протянул Ник. — Кремень, давай говорить начистоту…

Нудист косо посмотрел на Ника, но не произнес даже звука, а потому Хантер продолжил:

— Все эти рассказы о брате, о завале на рельсах, о побеге. Я понимаю, все это для тебя морально тяжело. Но давай все же не врать друг другу. Спускаясь с нами в этот туннель, ты ведь не надеялся проскочить мимо станции и улья химер. Ты знал, что нас остановят. Если бы это был не завал на рельсах, то сами мутанты. И пошел с нами ты не по доброте душевной, которую я не отрицаю. Но в этом случае ты просто хотел сотворить все моими руками. Серьезно, дружище, ты ведь надеялся, что это я убью дублера. Довершу то, что ты совершить был не в силах из-за родственных уз и прочей ностальгии. Я прав?

— Нет, — буркнул Кремень. — Ты не прав, Хант. Я не просто ХОТЕЛ, чтобы ты его убил, а все еще ХОЧУ этого.

Ник кивнул. Это все, что он хотел услышать. Впрочем, ничего против плана Кремня он не имел. Если представится возможность, то Хантер убьет дублера. Но Кремню об этом знать не полагалось, по крайней мере потому, что Ник хотел его немного проучить, дабы друг в дальнейшем не скрывал от него столь важные цели, способные поставить под удар жизни всей их маленькой группы. Однако в глубине души он осознавал, что Кремень ему ничем не обязан. Скорее наоборот, нудист с десяток раз вытаскивал Ника из всевозможных передряг. И все же, именно сейчас Хант хотел побыть немного врединой. Возможно, что это были последствия долгого сна и воздействия веществ в коконах химер. А быть может Ник и раньше был той еще вредной задницей, но хорошо скрывал это.

Сбитые с толку маленькой перепалкой и выяснением отношений, товарищи по несчастью бестолково оглядывались по сторонам. Мало-помалу, но головы полностью прояснились от беспамятства, а глаза стали примечать различные мелочи.

Пожалуй, парочка старых друзей уже начала было подумывать о попытке побега, однако в самый момент зарождения такой мысли, будто из ниоткуда появился Урбан. Он был снова одет во все черное, как и в первую их встречу. Дублер буквально материализовался возле выхода из комнаты, бесшумный как летучая мышь. Из коридора позади мимика лился призрачный белый свет, проникающий в комнату с лежаками. При этом яркость ламп и их расположение были таковы, чтобы это не мешало спящим на матрасах находиться в полутьме. Честно говоря, все светильники и прочие лампы были включены на станции только ради гостей, ибо ни химерам, ни дублеру для комфортной жизни свет был не нужен.

— Доброе утро, сони, — с улыбкой поприветствовал их Урбан. Сейчас его лицо было меньше похоже на физиономию Кремня, хотя родовое сходство все же имелось. Наверное, дублер принял свою старую форму и стал таким, каким был до изменения. Теперь он действительно походил на старшего брата Кремня, хотя на первый взгляд отличие в возрасте было незначительным.

Ник слегка прищурился, одарив мутанта холодным взглядом. Кремень же просто потупился, хмуро разглядывая носки своих ботинок.

— Ну, вы прямо как на похоронах, — снова улыбнулся Урбан, обнажая большие выступающие из-под губ клыки. — Я думал, что после отдыха ваше настроение улучшиться.

Ник приподнял в удивлении брови. Ему и раньше приходилось слышать о сладких речах дублеров, заманивающих сталкеров в свои сети. Но зачем мимику притворяться сейчас, ведь они полностью в его власти.

— Вряд ли можно улыбаться, находясь в логове мутантов, — наконец выдавил из себя Хант, пытаясь спрятать от модификанта свои мысли и эмоции.

— У-у-у, — протянул Урбан, не спуская с лица добродушной улыбки. — Вам здесь ничего не грозит, будьте уверены. Друзья моего брата — и мои друзья.

Ник был напрочь сбит с толку. Если дублер вел двойную игру, то Хантер понятия не имел для чего ему это. Однако то, что его не съели вчера, немного способствовало поднятию настроения. Действительно, если бы их хотели убить, то давно бы сделали это, шансов для этого им предоставлялось в избытке. А если намеревались сохранить подольше под видом консервы на будущее, то и сейчас бы они болтались в коконах, а не вели столь милые беседы.

— И что теперь? — спросил Ник, заглядывая в бездонные глаза дублера. — Оружия у нас нет, защищаться нечем. Тем более мы в самом центре твоего гнездовья. Не думаю, что мы с тобой друзья, однако ничего предпринять пока не могу. Так что теперь? Ведь наверняка у тебя есть на нас какие-то планы. Иначе, зачем мы здесь?

Урбан ухмыльнулся, почесал пальцем кончик носа.

— У меня бывает мало гостей, — медленно проговорил он, и с теплотой взглянул на потупившегося Кремня. — Всех предыдущих визитеров съели мои детишки, а с крысами особо не поболтаешь. Поэтому приглашаю вас обоих ко мне на ужин. В качестве гостей, разумеется, а не главного блюда.

Громко рассмеявшись собственной шутке, дублер развернулся и вышел в коридор. В головах Ника и Кремня прозвучала беззвучная просьба следовать за ним. Мимик одинаково хорошо владел как устной речью, так и ментальным общением.

Ник еще раз посмотрел на старого товарища, а затем пожал плечами.

— Делать нечего, — вздохнул он, хоть и не сильно расстроено. — Идем что ли за ним. Может, походу дела сможем что-нибудь придумать. Уверен, что если мы не пойдем добровольно, то нас притащат силой.

Кремень уже привычно промолчал, однако вышел вслед на Ником.

Дублер провел их по пыльному коридору, после чего они спустились по длинной лестнице на нижний уровень. Краем глаза Хантер заметил слева ответвление, ведущее непосредственно к платформам. Полной уверенности не было, но сталкеру показалось, что там он увидел знакомые покореженные колонны, оставшиеся таковыми после устроенного Кремнем взрыва. Теперь, по крайней мере, Хантер смог понять, где они находятся, и если вдруг представится шанс, то не придется блуждать по этим переходам вслепую. Вот только как убежать от того, кто может читать твои мысли? Да и химер вокруг полным-полно, в этом Ник ни минуты не сомневался. Поэтому для начала нужно найти оружие, а затем попытаться пришить дублера. Без главаря химеры наверняка взбесятся, однако иметь с ними дело несравненно приятнее, нежели с мимиком-телепатом.

Спустя еще три затхлых коридора и две ржавые лестницы, Урбан вывел гостей в просторный зал. Потолок тут был не менее девяти метров в высоту, его покрывали выцветшие фрески, хотя возможно это были разводы влаги и пятна ржи. Стены подпирали массивные металлические балки, увитые плесенью и грибами, а пол был выстлан обычными железобетонными плитами, метр в ширину и два в длину каждая. Несмотря на прохладу и откровенную сырость, пахло здесь вполне приятно, чем-то горячим и съедобным. Освещали зал три огромных стеклянных шара, подвешенные под потолком, в каждом из них было по три лампы.

Вскоре обнаружился и очаг аппетитного аромата. Ближе к дальней стене залы стоял накрытый огромный стол. Расположен он был неподалеку от металлической бочки, в которой уютно потрескивали куски деревянной мебели, обугливаясь под жаркими языками укрощенного пламени.

Ник сразу заметил сидящую за столом фигуру. Но только когда они приблизились достаточно, в неясном свете он смог разглядеть лицо еще одного гостя дублера. Это была Лина, и выглядела девушка вполне пристойно, хоть и была бледна как сама смерть. Что ж, видимо надежды на то, что воровке удалось избежать пленения — оказались беспочвенны. Зато теперь вся их маленькая группа была в сборе. И Хантер вдруг ощутил небольшой подъем духа. И дело было не только в том, что авантюристка жива, а вообще в целом. Он с Кремнем в гнезде химер, в месте, куда здравомыслящий сталкер не сунет и носу. Все это навевало воспоминания о том старом добром времени, когда жизнь была опасна и понятна. Это действительно поднимало настроение, вот только непонятно — было ли это следствием воспоминаний, или это дублер искусно использовал наваждение, дабы расслабить и лишить воли.

— Как видите, сегодня мне просто невероятно везет на гостей, — почти пропел Урбан, указывая Нику и Кремню на свободные стулья возле стола. — Присаживайтесь, обед долго ждать не будет, может и остыть.

Ник послушно занял свое место, Кремень примостился рядом, но с видом, будто его усадили на раскаленные угли, а не на обшитый мягкой материей стул.

— В какую задницу ты нас затащил?! — вдруг прошипела Лина. Несмотря на все произошедшее, язвительности в ней явно не убавилось. — Это была твоя идея прогулки по туннелю! Стоило просто вернуться в Межгород и переждать эту, как ее… Бурю! Но нет, тебе ж невтерпеж было!

— И тебе не хворать, — подмигнул ей Хант. — Мы все еще живы, так что завали хлебалушку и наслаждайся моментом. Возможно это наша последняя трапеза в этой жизни.

— Ах ты… — почти взорвалась воровка, но Урбан примирительно и властно поднял указательный палец.

— Не стоит ругаться, — твердо произнес он. — Только не здесь.

Ник готов был дать голову на отсечение, что из всех окружающих щелей и коридоров послышались встревоженные рыки невидимых химер. Хантер не был трусом, но при звуке этого гомона у него ком подошел к горлу, пришлось громко сглотнуть. Сейчас он отдал бы все на свете за свой автомат и пару рожков патронов. На худой конец подошел бы даже охотничий нож, те алюминиевые приборы на столе — не в счет, ими даже мышь не прибьешь, не говоря уже о химере.

Лина, видимо, тоже расслышала нетерпеливый скулеж модификантов, потому что тут же умолкла. Лицо ее немного потеряло бледность и налилось румянцем от сдерживаемого гнева.

— Приступим к трапезе, — попросил мимик. — Берите то, что считаете вкусным. Уверяю вас, здесь только человеческая пища. Я, знаете ли, так и не отказался от старой привычки к обычной еде. Уверен, наверху ходят легенды о кровожадных дублерах, что пьют человеческую кровь и высасывают мозги. Зачастую так оно и есть, но только не со мной. Я отдаю предпочтение колбасе и вкусной похлебке, благо готовить я умел и ранее. А человечинку, — Урбан по-доброму усмехнулся, обведя всех взглядом, — я не ел ровным счетом никогда, что не сказать о моих подопечных. Но что делать, это их природа, они такими рождены. Но и к слову сказать, если те люди не хотели быть разорванными химерами, то для чего они спустились в самое их логово?

Вопрос был риторическим, поэтому на него никто и не стал отвечать. Впрочем, этого и не потребовалось бы, Урбан наверняка видел насквозь каждую мысль любого из участников ужина. А потому, Ник лишь пожал плечами собственным выводам и притянул к себе ближайшее блюдо. В нем оказались горячие макароны, перемешанные с тушенкой. Лина презрительно следила, как он поедает яство, а затем не выдержала и последовала его примеру. Кремень же просто молча уткнулся взглядом в произвольную точку на дальней стене, старательно избегая встречаться взглядом с братом.

Вскоре Ник и воровка вдоволь набили животы, Кремень же так и не прикоснулся к еде. Урбан ел неторопливо, смакуя каждый кусок.

Наконец, дублер перестал медленно пережевывать последний кусок колбасы, и обратился к Хантеру:

— Ну, Николай, что ты обо всем этом думаешь?

Ник чуть было не подавился бутербродом, недоверчиво покосился на мимика, но ответил:

— Все очень вкусно, если ты об этом. Уж не знаю с чего ты такой добрый, но еда отменная!

Урбан одобряюще крякнул.

— Спасибо, все это я готовил сам. Руки моих последователей не годны к такой работе. Да и есть после них пищу, забрызганную слюнями и слизью, желания мало. Но в данном случае мой вопрос не об этом. Как тебе мой дом и ситуация в целом, что ты об этом думаешь? Вот о чем я хочу побеседовать. Моего брата об этом спрашивать бессмысленно, все видно по его лицу. Девушка же тоже смолчит, хотя внутри, я вижу, она проклинает все и вся, к тому же просто боится. Это ее защитный механизм — выпускать колючки в стрессовой ситуации. Ну а ты, Николай, совсем другой. Тебя сложно читать. Внутри твоей головы все обрывочно и хаотично, завязано на восприятии и эмоциях. К тому же я не настолько силен, как считает мой брат. Я вижу мысли, могу прочесть их, даже внушить собственные, если разум слаб. Но на большее я не способен. Уверен, что он уверял тебя, будто я могу убивать одним лишь взглядом…

Хантер на секунду прислушался к ощущением. Не было похоже, что на него воздействуют извне. К тому же сытный и вкусный ужин еще сильнее поднял настроение, даже не смотря на окружающую ауру опасности и полусотню химер, притаившихся в окружающих туннелях. Хант еще раз взвесил все "за" и "против", и пришел к выводу, что в данный момент обстановка далека от худшего момента его жизни. Это "прозрение" заставило его слегка улыбнуться.

— Ситуация странная до боли, — вымолвил он, стараясь не сильно тянуть лыбу. — С одной стороны мы в логове химер, да еще и без оружия. Над головами десятки метров земли и мусора, а где-то в глубине этого туннеля есть активная аномалия. С другой стороны мы сыты и в тепле, на нас чистая одежда, мы здоровы и не являемся прикованными к стене. К тому же нас не собираются убивать в ближайшее время, иначе давно бы уже сделали это. В общем, как я и говорил, ситуация странная.

Лина фыркнула со своего стула, скорее по привычке, нежели от желания оспорить сказанное.

Урбан снова мило улыбнулся, при этом не сводя всепроницающего взгляда с Хантера.

— Николай все правильно говорит, — тихо и твердо произнес дублер. — Будьте уверены, вам здесь ничего не угрожает. Более того, у меня к вам предложение. Я хочу, чтобы вы остались здесь подольше, на месяц или два. А если потом вырешите уйти или остаться, то я приму любое ваше решение. Видите ли, как я уже говорил, я не смог избавиться от привычек человека. А потому мне необходимо общение и чувство плеча близкого человека, — чувство семьи!

На этот раз за столом повисла настоящая тишина, даже воровка удержалась от саркастического жеста. Хотя, судя по ее взгляду, ей было что сказать.

— Ну а что, — продолжал Урбан, не обращая внимания на гробовое молчание. — Здесь вы будете в абсолютной безопасности, это я гарантирую. У вас всегда будет еда, питье и здоровый сон. Даже другие физические потребности, так сказать, интимного характера, смогут решить мои подопечные. У меня много самок и не меньше самцов в стаде. Несмотря на их вид, они могут быть вполне нежными и ласковыми. Перед ужином Николай уже смог в этом убедиться…

Лина с изумлением посмотрела на Хантера, даже Кремень перестал пялиться в одну точку, взглянув на друга полными удивления глазами.

— Что, серьезно?! — спросила у Ника Лина. — Ты воспользовался химерой?!

Хантер густо покраснел.

— Я был без сознания! — попытался оправдаться Хант. — Когда очнулся, то она была уже на мне…

— Больной ублюдок! — прыснула воровка, не в силах сдержать смех. — Озабоченный упырь, под стать своей новой подружке!

— Ничего не было! — рыкнул бордовый как пион Ник. — Повторяю — я спал!

Лина осуждающе покачала головой.

— Вот все вы мужики одинаковые, — не унималась авантюристка. — Сначала затащил ее в кровать, а потом говорит, что ничего не было! Кобель! А она потом страдай, воспитывай химеренка одна…

Ник хотел было ответить, но потом осознал, что это бессмысленно. Это было то же самое, что подкармливать тролля.

Воспользовавшись секундной паузой в диалоге, Урбан напомнил о своем существовании.

— Вернемся к моему предложению, — произнес он. — Я предлагаю вам остаться на время, после чего у вас будет выбор. Вы сможете уйти, либо остаться.

Ник посмотрел на дублера, он явно не шутил.

— А что, если мы откажемся? — спросил сталкер.

— Тогда я буду удерживать вас силой, — просто ответил Урбан. — Вы сможете ходить по станции, но выйти за ее пределы вам не дадут.

— Выбора нет, как я погляжу, — произнес Хант, сдерживая вздох, хотя он и не надеялся на большее. Тем не менее, его настроение начало стремительно падать.

— Выбор есть всегда, — проговорил Урбан, поднимаясь из-за стола. — Вы либо выберете добровольное проживание, либо заставите меня насильно принудить вас к моей компании. В любом случае опасности для вас не будет никакой. Если, конечно, вы не решите сбежать. И что бы вам лучше думалось, я выдам вам оружие. Патронов в нем не хватит для побега, но вам будет спокойнее, ощущая его в кобуре на поясе, либо на ремне за плечом. Я знаю людей. Знаю их даже лучше, чем они сами.

Говоря это, Урбан достал из-под стола продолговатый ящик, открыл его и выложил перед Ником содержимое. Это были АК-21, Калашников Кремня и пистолет Лины.

Ник недоверчиво покосился на Урбана, а затем взял и проверил свой двадцать первый АК. Пристегнутый к автомату рожок был полон, затвор ходил плавно. Оружие было полностью исправным. Неужели дублер был настолько глуп, что…

Хантер неуловимым движением снял оружие с предохранителя и направил его на дублера. Палец уже дернулся, надавливая на курок, но что-то во взгляде мимика остановило сталкера. Нет, это не было внушением. Ник увидел в глазах Урбана усталость, решимость и желание смерти. Он хотел, чтобы его убили. Он надеялся на это.

Кремень вдруг дернулся в сторону Ника, но тут же сник. Создавалось ощущение, что в нудисте боролись внутренние демоны. Закрыв голову руками, брат мимика сел на место, молчаливый и потерянный.

— Что ты делаешь?! — тихо зашипела Лина, снова бледнея. — Если ты убьешь его, нас разорвут его питомцы!

Урбан зло посмотрел на нее, будто это она хотела его убить, а не Ник.

— Они вас не тронут, — выдавил дублер, слегка отекая, словно оплавленная свеча. Он постепенно терял свое очертание, что говорило о большом нервном напряжении, мешающем сконцентрироваться на поддержании формы. — Даю вам слово! Стреляй, Николай, и окажешь всем нам услугу. Моему брату, себе и девушке. Даже мне! Стреляй! И вы будете свободны! Ну же!

Ник плотно сжал губы и снова попытался нажать на курок, но не смог. После этого он еще пару секунд целился в мимика, а затем опустил автомат.

— Не могу, демоны ночи! — зло выкрикнул он, обращаясь ни к кому и ко всем одновременно. — Что б его! Не могу вот так! Если бы он угрожал нам, или велел нападать своим химерам. Но он просто стоит и ждет смерти! Черт, неправильно это, я не могу убивать вот просто так!

Лина молчала, наблюдая за происходящим с расширенными от ужаса глазами. Кремень перестал закрывать руками голову и с тоской изучал рисунок столешницы, будто все это его не касалось. А Урбан просто тяжело вздохнул и бессильно опустился на свой стул. Он снова обрел человеческую форму и теперь, так же как и брат, бездушно вперил взгляд в одну точку.

— Уходите, — бессильно и тихо произнес он. — Вы свободны… Свои вещи заберете на выходе к платформам. Мои химеры не будут вам мешать. Проход к Вечному Городу открыт. Как только доберетесь до конца рельс и упретесь в стену, поворачивайте в левый проход, он доведет вас до лестницы. По ней вы подниметесь на поверхность. И больше никогда не возвращайтесь сюда. Никогда!

Ника и Лину не пришлось просить дважды. Кремень тоже поднялся со своего стула, но не сразу двинулся к выходу из зала. Он медленно подошел к брату, остановившись в метре от него. Сняв с шеи стальную цепочку, на которой висел добротный резной ключ, Кремень положил ее рядом с Урбаном, а затем молча двинулся вслед за Ником и Линой, нетерпеливо ожидающим его возле двери в коридор.

В проходах было замогильно тихо и пусто. Дублер сдержал свое слово, химеры не мешали беглецам покинуть боковые катакомбы.

Ник по памяти провел группу по лестницам и переходам, нашел знакомый закуток, свернул в него и вывел Лину и Кремня на платформы станции. В дальнем тупике виднелась их дрезина, а прямо на путях валялись рюкзаки со всем их скудным скарбом.

Не желая задерживаться здесь более ни минуты, все трое молча нацепили рюкзаки за плечи и двинулись в сторону дрезины. Ник и Кремень надеялись реанимировать ее, ведь пеший путь по рельсам мог занять слишком много времени. А что если Урбан передумает и решить вернуть своих "гостей" и снова заключить их в дружеско-тюремные объятия? Нет, нужно было поторапливаться.

Как только маленькая группка беглецов спустилась на железные пути, как тут же их снова пронзил сильный, влажный и холодный ветер, напоминающий о том, что где-то впереди их может ждать аномалия. Не обращая на это особого внимания, Ник и Кремень, не сговариваясь, подобрали валяющиеся обломки труб. Пользуясь ими как рычагами, они смогли с трудом поставить на рельсы сошедшую с них дрезину. Видавшая виды телега пронзительно скрипнула, но встала на место. Ее оси были сильно погнуты, а колеса были скорее квадратными, нежели круглыми. Теперь колымага передвигалась по ржавым рельсам неравномерно, подпрыгивая и переваливаясь с одного бока на другой. Звук дикого скрипа умирающего механизма, скорее всего, был слышен даже на поверхности Рэдмира.

И, тем не менее, "это" двигалось. Ник и Кремень отбуксировали дрезину из тупика, а затем перевели стрелку и вывели ее на основной путь. Вскоре троица уже забралась внутрь транспорта. Кремень несколько раз дернул ручку завода двигателя, но дизель не подавал признаков жизни.

— Похоже, сдох! Демоны ночи, — хмуро ругнулся Ник, несильно пнув ногой борт дрезины.

Кремень молча кивнул, потянулся к корме, откинул брезент и извлек из-под него два длинных рычага. Немного покопавшись, он приделал их к приводу двигателя, получилось своего рода коромысло. Поочередно надавливая на петли устройства, можно было вручную заставить дрезину двигаться. Однако на это нужно было много сил, да и скорость была куда меньше, нежели при использования движителя. Однако деваться было некуда.

Лина пристроилась на переднем сидении дрезины и беспокойно рылась в своем рюкзаке, проверяя все ли на месте. Ник и Кремень тоже мельком глянули внутрь своих мешков, а затем ухватились за коромысло, начав медленно опускать и поднимать его концы. Дрезина жутко скрипела и дергалась всем корпусом, того и гляди рискуя развалиться, но все же медленно катилась вперед. Однако как не старались Кремень и Хант, но их колымага так и не смогла разогнаться быстрее десятка-полтора километров в час, да и то эту скорость приходилось поддерживать уж слишком большими физическими усилиями сталкеров.

Однако платформы и станция все же достаточно быстро скрылись из виду. Никто не преследовал беглецов. Это радовало. К тому же постоянная физическая нагрузка быстро согрела две лошадиные силы дрезины. На лбу обеих выступил обильный пот, зато холодный ветер больше не пронизывал их до костей. Лина же укуталась в брезент и молча взирала на работающих "коллег". Девушка, казалось, до сих пор не верила, что им удалось вырваться из лап дублера.

Не прошло и пяти минут, как настроение Ника начало подниматься, а спустя треть часа он даже заговорил с Кремнем, стараясь не сильно давить на его больную мозоль с братом.

— Прости, дружище. Я не смог! — как можно более виновато выдавил он. — Не могу убивать просто так… даже обычных мутантов. А Урбан так и вообще особенный. Первый раз видел дублера, который отпустил сталкеров с миром. Возможно, в нем действительно сохранилось много человеческого…

Хантер не думал, что Кремень ответит, но тот задумчиво проговорил:

— Я понимаю, Хант, — в голосе старого друга звучала печаль, но и что-то еще. Возможно, это была надежда. — Он действительно не похож на обычного мимика. Да и с нашей последней встречи он сильно изменился в лучшую сторону. В нем как будто снова ожила душа. Быть может, стоит дать ему шанс? Что если он и правда больше человек, чем мутант? По крайней мере, внутренне?

Ник пожал плечами.

— Возможно. Хотя все это очень странно. Но решать тебе! Я уж точно сюда больше не вернусь. С меня достаточно, демоны ночи! — Ник тяжело вздохнул, он начинал слегка задыхаться от тяжелой работы. Рычаг дрезины постоянно сопротивлялся, а квадратные колеса мало способствовали легкой езде.

Кремень снова замолчал, уйдя в себя, но Хантер вывел его из оцепенения, спросив:

— А что ты оставил ему перед уходом? — поинтересовался Хантер, безуспешно борясь с любопытством.

Кремень ответил незамедлительно, будто ожидал этого вопроса.

— Это был старый ключ от нашего дома, фух — тоже начинал задыхаться Кремень. — Его выковал еще наш прадед, вместе с замком. После этого ключ переходил из поколения в поколение. Он был скорее символом, нежели практичной вещью. Это наш талисман семьи. Когда-то давно отец передал его Урбану, как старшему сыну, а став дублером, брат унес его с собой в эти проклятые места. Когда мы встретились с ним в первый раз, я выкрал ключ и сбежал. Я считал, что мимик недостоин владеть реликвией нашей семьи! Но, возможно, я ошибался. Надеюсь, что ключ поможет брату сохранить себя.

— Ты поступил правильно, — кивнул Ник.

— Надеюсь, — не слишком уверенно ответил Кремень.

В этот момент оживилась Лина.

— Я вижу что-то впереди, — произнесла она, указывая ручным фонариком вглубь туннеля.

Дрезину остановили. Хантер внимательно вглядывался во тьму, но различать что-либо в свете слабеньких фонарей было сложно. К сожалению, могучие прожектора телеги были разбиты в дребезги.

Вспомнив про инфравиды, Ник заглянул в свой рюкзак и действительно обнаружил их среди прочего скарба. Химеры явно позаботились о том, чтобы ни одна из вещей "гостей" не потерялась.

Нацепив на глаза устройство, Ник вперил взгляд в темноту. Однако то, что он увидел, не слишком сильно ему понравилось.

Примерно в сотне метров от них в железнодорожных путях зияла огромная воронка, словно после попадания гаубичного снаряда. На дне пятиметровой ямы было небольшое озерцо, из центра которого к сводам туннеля взметался водяной смерч. Насыщенный водяной пылью столб крутился и извивался с немыслимой скоростью, создавая пронизывающий влажный ветер.

— Там впереди аномалия, — уведомил попутчиков Хантер. — Дело плохо! Демоны ночи. Мало того, что вихрь достаточно силен, чтобы затащить в себя любого из нас, так еще он расположен в большом кратере с водой, который нам не суметь обойти.

— Уверен, что смерч — только надземная часть "айсберга", — заметил Кремень. — Это всего лишь симптом. Наверняка аномальное поле простирается на весь периметр воронки. Что будем делать?

Ник пожал плечами.

— Если ты прав, — ответил он, стараясь перекричать вдруг усилившийся шум ветра и вихря, — то источник энергии аномалии как раз в центре ямы, под водой. Отсюда такая реакция с бурным выделением энергии.

Шум смерча стал утихать, сила ветра вдруг спала раза в четыре.

— Он цикличен, — заметил Кремень.

Ник снова многозначительно кивнул.

— Это хорошо, — произнес сталкер, задумавшись.

Вдруг голос подала Лина, до этого она лишь испуганно вглядывалась в темноту, ощущая на коже порывы сильного ветра, но не видя причины.

— О чем вы?! — почти взмолилась девушка, изможденная последними приключениями. — Что может быть хорошего в аномалии впереди?! Она же закрывает нам выход, я права? Неужели нам придется вернуться?!

— Э, нет! — покачал головой Ник, почесывая в затылке. — Назад я не пойду! Ну его! Мы рванем СВКВОЗЬ аномалию!

— Да ты спятил?! — ужаснулась девушка, чуть было не лишившись речи. Ее вдруг сильно затрясло, как при лихорадке. — Повезло же мне связаться с двинутым сталкером! Никто не прокладывает свой путь через аномалии, нормальные люди обходят их за пару километров!!!

— Хант прав! — вдруг подал голос Кремень. — Назад дороги нет, нужно прорываться сквозь вихрь.

— Еще один сумасшедший! — ужаснулась воровка. — Вот мне повезло! Откуда вас только берут таких…

Ник специально мило улыбнулся воровке, от этого ее аж передернуло. Авантюристка перестала ругаться, но еще долго бормотала себе под нос всякие непотребства. Она явно считала, что оба сталкера просто выжили из ума.

Видя ухмылку на лице Хантера, Кремень осуждающе покачал головой.

— Хант, не дело улыбаться, когда речь идет об аномалии. Понимаю, что нам придется преодолеть ее, но нельзя так легкомысленно к этому относиться. Рэдмир не любит, когда к нему относятся пренебрежительно…

— Да он просто больной! — снова взорвалась воровка. — Банальный маньяк! Он и до этого тащил меня через все аномалии, которые только мог встретить на пути! У него либо нет мозгов! Либо нет чувства самосохранения!

Кремень снова тоскливо покачал головой, при этом забирая из дрезины свой рюкзак и цепляя его на плечо.

— В этом весь Хант, — вздохнул он. — Он любит испытывать судьбу. Верит в свою удачу, и вечно сует нос в самые опасные уголки этого мира. Иногда мне кажется, что это доставляет ему удовольствие.

Ник снова улыбнулся краешком губ. Его настроение действительно порой было непредсказуемым. И зачастую чем опаснее предстояла затея, тем более сильный он чувствовал прилив сил. Такое происходило не всегда, но ситуация с аномалией, которую невозможно обойти, была одним из таких случаев. И это была не просто вера в вечную удачу, а скорее предчувствие позитивного исхода, дополненное адреналиновой эйфорией.

— Ну, вы как угрюмые старперы! — шутливо пожурил друзей Ник. — По-настоящему жизнь имеет смысл только в такие моменты. Ты ощущаешь, что живешь! Наслаждайтесь моментом!

Кремень снова осуждающе покачал головой, его подход к опасной жизни сталкера был несколько иным. Нудист считал, что нельзя пренебрежительно относиться к опасному окружающему миру, необходимо уважать его. И тогда он начнет уважать тебя в ответ.

Воровка презрительно фыркнула и на это. Она редко покидала безопасные поселения востока и северо-востока. Наверное поэтому, несмотря на внутренний стержень воровки, сейчас она испытывала усталость и страх. Однако в большей мерее ее терзало раздражение. Ее бесило практически все: Хантер, это подземелье, аномалии, сырость, темнота, химеры. Девушка уже почти сожалела о том, что затеяла этот поход. Никакой куш не мог окупить тех ужасов, что ей пришлось пережить. А сколько их еще впереди? Одно согревало авантюристку — она была уверена, что все это скоро закончится.

Вскоре все пожитки были сгружены с дрезины, группа была готова к пешему марш-броску.

— У нас есть план? — спокойно поинтересовался Кремень, жестом отказавшись примерить инфравиды Ника.

Хантер слегка кивнул, снова нацепив визор на глаза.

— Есть у меня одна идейка, — процедил он, отцепляя одну из сторон коромысла их телеги. — Но ее нужно проверить. Оставайтесь здесь и следите за тылом, на всякий случай. А я сейчас вернусь.

Положив железную трубу от коромысла на плечо, Хант отправился в сторону аномалии.

Ветер нарастал. Пульсирующие, насыщенные влагой потоки били в лицо и грудь, почти сбивая дыхание. Становилось все сложнее рассмотреть аномалию и воронку, водяная пыль мешала работе инфравидов. И все же сталкер вовремя заметил покореженные обрубки рельс впереди. Левые пути были вывернуты с корнем и загнуты на манер огромного кренделя, а правые под небольшим уклоном уходили на дно воронки, скрываясь в воде. Средним рельсам повезло больше, они хоть и были погнуты, однако не потеряли связи с противоположенной стороной ямы, проходя прямо через стержень вихря. Отполированный до блеска металл рельс светился синевой в окулярах инфравидов, отражая малейший отсвет от фонарей и редких флуоресцирующих грибов и плесени на стенах.

Остановившись в десяти шагах от края обрыва, Ник прислушался. Вихрь крутился неравномерно. Он то расширялся почти до диаметра воронки, засасывая почти всю воду, скопившуюся на дне, то становился узким, не более полуметра в обхвате. В такие моменты ветер почти стихал, но уже через десяток секунд аномалия снова поднимала в воздух тонны воды.

Дождавшись очередного затишья, сталкер поднял повыше заготовленную трубу наподобие копья, а затем метнул ее в вихрь.

Аномалия с диким хлюпаньем втянула в себя металл. Было видно, что коромысло медленно крутиться возле самого основания вихря. А затем водяной смерч буквально выстрелил копьем вверх, в сторону высокого свода.

Хантер удовлетворенно хмыкнул и вернулся к друзьям.

— Ну, что там? — тут же спросил Кремень. Сейчас он стоял, прислонившись спиной к дрезине.

Хантер обвел взглядом присутствующих, а затем изучающе осмотрел покореженную телегу.

— Аномалия действительно циклична, — проговорил он, отряхивая ладони от ржавчины. — В моменты затишья можно пробраться мимо вихря по дну воронки, но, возможно, придется преодолевать ее вплавь, если там глубоко.

— Опасен может быть не только смерч, — возразил Кремень. — Наверняка поле простирается на всю площадь ямы.

Ник отрицательно покачал головой и пояснил:

— Аномалия достаточно слабая, она с трудом поднимает воду в воздух. На это тратиться почти вся ее энергия. Однако тут есть другая проблема…

— Говори…

— Промежутки между циклами очень коротки. Мы должны преодолеть воронку за десять-двенадцать секунд.

Кремень слегка поморщился.

— Этого времени мало, — хмуро произнес он, скрестив руки на груди.

— Именно, — подтвердил Хантер. — Поэтому, для увеличения "окна", нам понадобится дрезина! В целом, если бы она была на полном ходу, то можно было просто разогнать ее и ходом преодолеть аномалию, благо центральные рельсы уцелели. Но, боюсь, сейчас эта колымага не разовьет и половины нужной скорости. Поэтому придется использовать ее иначе…

— Как именно? — поинтересовался Кремень, с тоской поглядывая на собранного своими руками железного монстра. Нудист подозревал, что Ник задумал уничтожить дрезину, и оказался прав.

— Мы отбуксируем телегу в самый центр вихря, — ответил Ник на вопрос друга. — Аномалия вполне предсказуемо среагирует на большое скопление железа. Если перекрыть телом дрезины водяной смерч, то аномальное поле бросит всю энергию на противодействие. А пока она будет бороться с преградой в виде телеги, мы сможем пробраться по дну воронки, почти не рискуя. Теоретически…

— Теоретически?! — почти взвизгнула Лина, бросая на Ника полный ненависти взгляд. — А вы меня вообще спросили, хочу ли я мокнуть в грязной луже, проверяя ваши "теоретические" измышления?!

— А ты хочешь мокнуть в грязной луже, проверяя наши "теоретические" измышления? — с улыбкой спросил ее Ник.

— Да пошел ты! — рыкнула девушка, поняв, что сталкер просто издевается над ней.

— Успокойтесь уже, голубки, — бесцветно, но по-доброму урезонил товарищей Кремень. — Ты, Ник, будь уже серьезнее. А ты, Лина, пойми — что мы все равно переправимся через аномалию. Но если захочешь, то сможешь остаться тут, одна, а после вернуться к моему брату. У каждого есть право выбора.

Лицо воровки отразило охвативший ее ужас. Уж что-что, а возвращаться в лапы к мимику и химерам она хотела меньше всего.

Более авантюристка не произнесла ни слова, но весь ее вид показывал, что она в гробу видела Дикие Территории и всех сталкеров с ним в придачу.

Согласно плану действовали сообща. Лина заранее встала на краю аномалии, но вне зоны ее поражения. Кремень и Ник толкали перед собой телегу. Как только дрезина войдет в эпицентр и перекроет поток вихря, аномалии потребуется вся энергия, чтобы поднять ее потоком воды к потолку. В этот момент у группы появится шанс пересечь яму беспрепятственно.

Телега громыхала по ржавым рельсам и никак не хотела разгоняться. Двух человеческих сил было маловато для многотонного стального монстра. Однако другого пути не было. А значит, нужно поднажать!

Ник уже собирался было окликнуть воровку, чтобы она помогла толкать стальное корыто, но дрезина вдруг пошла легче, а после так и вообще покатилась своим ходом в сторону бушующего вихря.

— Аномалия притягивает ее, — пояснил очевидное Хантер.

— Наверное, вокруг эпицентра присутствует сильное магнитное поле, — пожал плечами Кремень, недоуменно смотря на то, как дрезина медленно но верно "ковыляет" к обрыву.

— В любом случае нам это на руку! — Хантер перевесил на другое плечо рюкзак и поправил автомат за спиной. — Двигаем к воде, дальше это творение сварщика-самоучки укатится само!

Кремень косо взглянул на ухмыляющегося друга, но промолчал.

— Не обижайся, — уже на ходу произнес Ник. — Хоть ты сварил телегу из всякого хлама, но она славно послужила нам. И послужит еще разок!

Кремень согласно кивнул, но не удержался от легкого вздоха и последнего взгляда в сторону своего громыхающего детища, уходящего в последний путь.

Вскоре трое путешественников стояли на краю воронки в позе "НА СТАРТ". К этому моменту дрезина уже въехала на территорию аномалии.

И тут что-то пошло не так. Рельсы под телегой просели, а сама она со скрипом завалилась на бок, сошла с направляющих и, довольно булькая, ушла под воду. Все произошло быстро и не по плану, однако водяной столб смерча вдруг просел, а затем и вовсе пропал. Хоть творение нудиста и не добралось до цели, однако аномалии оказалось достаточно того, что оно оказалось внутри ее периметра влияния.

Кремень и Ник переглянулись.

— Это не совсем то, на что я надеялся, но… — протянул Хантер, испытующе вглядываясь в мутные воды на дне воронки.

Кремень быстро присел, аккуратно протянув ладонь в сторону воды. Обычно возле аномалии всегда присутствуют статические разряды, иногда способные создать даже достаточно сильную молнию, все зависит от уровня энергии самого пятна. Но сейчас нудист не ощущал возле воды абсолютно ничего. Даже редкие волоски на вытянутой руке не сообщали о наличии статики.

— Похоже, что это наш шанс! — заявил Кремень, поднимаясь и призывно махая рукой. — Двигаем. Неизвестно, сколько времени у нас есть!

Проговорив это, нудист первым прыгнул в серую муть, увязнув в ней по самое горло. Но прошла лишь секунда, как он уже плыл, активно загребая воду ногами. Автомат пловец старательно держал над головой, не давая ему намокнуть.

Ник почти последовал за ним, но увидев замершую в нерешительности Лину, остановился.

Честно говоря, у Хантера не было желания уговаривать воровку пойти на водные процедуры, а потому он просто толкнул ее в воду, а затем, чуть не поскользнувшись, сиганул за ней следом. Лина пронзительно пискнула, но поплыла за ним следом. Видимо, теперь она больше боялась темноты и одиночества, нежели грязевой ванны и аномалии.

Кремень уже ждал их на той стороне, когда девушка вдруг снова пронзительно взвизгнула, а затем панически забила всеми конечностями по поверхности воды.

— Что с тобой?! — отплевываясь от грязи крикнул Ник. — Давай быстрее, осталось всего два метра!

Воровка не прекращала бить руками по воде.

— Меня что-то схватило за ногу! — пропищала она. — По… помогите!

— Бред! — решительно отрезал Хант. — В этой луже не может никого быть. По крайней мере, никого живого! Может это просто судорога?!

— Нет, Хант, это не судорога, — медленно произнес Кремень, высвечивая фонариком центр ямы. — Вытаскивай ее быстрее. Кажется, аномалия справилась с заданной нами задачкой.

Тут же центр ямы забурлил, образовалась глубокая воронка в воде. Через мгновение над поверхностью появился кружащийся остов дрезины. Он медленно поднимался из воды с все нарастающей скоростью.

— Демоны ночи! — ругнулся Ник, поворачивая назад.

Он был в полуметре от девушки, когда ее вдруг быстро потащило к воронке. Сталкер попытался схватить ее за руку, но промахнулся. Лина два раза испуганно всхлипнула и скрылась под водой. Внутренности сталкера сковала судорога, желудок грозился вывернуться наизнанку. Аномальное поле вновь обрело полную силу, дезориентируя, подчиняя, заставляя страдать и тело и разум.

— Хант, уплывай! — крикнул Кремень. — Ей уже не помочь! Сейчас и тебя прихватит! Ну же!

Ник уже был готов нырнуть вслед за девушкой, но вдруг ощутил, что его самого уже затягивает в огромный водоворот под водяным смерчем. Сопротивляться было бессмысленно. Хантер успел набрать в легкие побольше воздуха, и его тут же затащила под воду непреодолимая сила течения.

В серой мути царили тьма и хаос. Ника дважды по лицу ударил проплывающий мимо камень, а кожу словно наждачной бумагой терли песчинки всевозможных размеров, крутящиеся в водовороте с космической скоростью.

Вдруг Ника кто-то судорожно схватил за руку. Это была Лина. Потеряв ориентацию в пространстве, задыхаясь, она вцепилась в спасителя железной хваткой утопающего. В ту же секунду Хантер почувствовал, что их поднимает куда-то вверх. Сквозь толщу воды пару раз сверкнул свет фонарика, а затем лица Лины и Ника вынырнули на мгновение из мутной жижи.

Сталкер успел сделать глубокий вдох. Девушка тоже судорожно глотала кислород, но ей это давалось с большим трудом. Похоже, что она уже сильно нахлебалась мутной жижи.

Мгновенная передышка оборвалась так же быстро, как и началась. Обоих бедолаг снова затянуло в пучину, однако Ник успел увидеть, что теперь их поднимает по водяному смерчу в сторону туннельного свода.

Хантер понимал, что долго он не протянет. О девушке и говорить не приходилось. Поэтому сталкер постарался высвободить руки, жестко обхваченные судорожно цепляющейся воровкой. И в какой-то момент ему это удалось.

Сделав два мощных гребка, Хант снова смог пробиться во внешний слой водяного столба и даже на секунду вынырнуть из него. Помимо глотка воздуха, Ник смог расслышать пару слов кричащего Кремня, однако дикая скорость вращения, забитые грязью уши и общая дезориентация почти не давали шанса понять друга.

-..ви ве…ку!! Мать т. ю! — орал Кремень, но смысл его фраз плохо доходил до Ника.

Через секунду Ника снова засосало и утянуло за собой течение. Сталкер попытался вынырнуть еще раз, но безуспешно. Силы и воздух подходили к концу. В глазах потихоньку начинали пробегать светлые искорки — первый признак скорой потери сознания. В ушах зашумело. Лина уже безвольным кулем висела на Хантере, только судорогой сжатые пальцы не давали ей отцепиться.

По лицу Ханта что-то скользнуло. Это не могло быть мусором или другим хламом. Кожа лица ощущала нечто длинное, норовящее обернуться вокруг шеи.

"Веревка!" — вспыхнула мысль в мозгу Ника. Последним усилием он вцепился в матерчатую змею.

Тонкий канат трижды дернулся, будто проверяя, есть ли на том конце зацеп, а после сильно натянулся, буквально вырывая "утопленников" из водяного вихря.

Ник ощутил, как болезненно плюхнулся в грязь на дне ямы, однако веревки не выпустил. Воровка мертвым грузом висела на нем, словно куль с землей.

Матерчатый трос снова натянулся, медленно вытягивая "улов" ближе к берегу.

— Действительно! Ты везучий, как черт, Хант! — тяжело дыша, проговорил Кремень, устало присев рядом со спасенными. — С другой стороны, нормальный бы сталкер не полез в аномалию, вслед за обреченной девчонкой! Просто чудо, что выжили…

Ник тяжело дышал, лежа на сырой и влажной земле, положив голову на ржавый рельс. Он нахлебался воды, но в целом легко отделался. А вот воровка, хоть и дышала, но была в худшем состоянии. Девушку рвало мутной жижей, а кашель, казалось, мог разбудить и мертвого.

Примерно половина часа ушла на то, чтобы страдальцы пришли в норму. Сырая одежда прилипла к телу и грозила переохлаждением, поэтому нужно было двигаться дальше.

Кремень помог подняться на ноги Нику и Лине. Воровка перестала кашлять, но еле стояла на ногах. Однако выбирать не приходилось, вокруг не было ни единой деревяшки для костра, а только огонь мог сейчас согреть и высушить одежду.

Собрав пожитки, благо рюкзаки не были потеряны, группа двинулась к выходу из туннеля. Только оружие нудиста не подверглось влаге и теперь было в боевой готовности. А вот автомат Ника и пистолет Лины промокли насквозь. Придется разбирать их, чистить и смазывать на ближайшем привале.

Выход из подземелья был там, где и сказал Урбан. Наверх, сквозь толщу земли, вела отвесная лестница, идущая снизу вверх по узкому лазу. Ступени были покрыты застарелой краской, поэтому не проржавели насквозь. Однако не только краска покрывала скобы ступеней, повсюду была еще и слизь — явный признак того, что этим лазом пользовались химеры дублера.

Превозмогая усталость, холод и тошноту, группа поднялась по лестнице на поверхность. При этом Лине приходилось помогать переставлять ноги, девушка все еще была крайне слаба.

Но, наконец, все трое выбрались из колодца, устало плюхнувшись на сухую траву вокруг зияющего люка.

С непривычки пришлось зажмурить глаза. Разгоралось очередное кровавое "утро" Рэдмира. По красному небу плыли тяжелые облака, но в воздухе влаги не ощущалось. Дождя в Вечном Городе не было уже более суток.

Со стороны выхода из Города, на дороге к Дальнему Кордону, слышалась пальба и крики, там шла перестрелка. Где-то слева завывали собаки или волки. А прямо по курсу высились многоэтажки. Некоторые из них были настолько высокими, что создавалось впечатление, будто они задевали сами облака. Вид выбитых окон и дверей подъездов, освещенные извечно красным светом, навеял бы обычному человеку тоску и печаль, но оба сталкера облегченно вздохнули. Для них Вечный Город был пристанищем и перевалочным пунктом, лежащим между намного более опасными Дикими Территориями.

Глава 9 Сияние тьмы

После пятиминутного отдыха, Кремень многозначительно вздохнул.

— Нужно отойти дальше, — сухо произнес он. — Недалеко идет бой. Не хотелось бы словить шальную пулю. К Дальнему Кордону пойдем окольным путем. Есть у меня неподалеку одно местечко. Там мы обсохнем, поспим и согреемся.

Ник покачал головой.

— У меня есть одно дельце в Вечном Городе, — он пожал плечами, не смотря другу в глаза. — Придется здесь задержаться.

Кремень долго вглядывался в лицо Ника, но затем согласно кивнул.

— Тогда решено. Вы с Линой оставайтесь. Уверен, что не пропадете. Вечный Город богат на укромные места. Если обустроить одну из старых квартир, то к вам не заберется ни одна нечисть. А я рвану сразу к Кордону. Хочу завалиться там в бар и напиться до посинения. Заслужил!

— Значит, там и свидимся! — Ник протянул другу руку. Кремень крепко пожал ее и поднялся.

— Ну, бывай, сталкер! — краем губ улыбнулся нудист. — Дай бог, не последнее наше приключение. Хотя в этот раз оно было действительно сложным, больше для души.

Ник молча кивнул, теребя попавшуюся под руку соломинку. Он не слишком хотел отпускать друга, но сейчас их пути расходились. Так было нужно для дела. Тем более Хантеру действительно необходимо было заглянуть вглубь Города, в один из своих схронов.

Кремень поднял свой рюкзак, перевесил удобнее автомат и двинулся на северо-запад, намереваясь пройти по пригороду, а далее выбраться на проторенную тропу до дальнего Кордона. Вскоре силуэт бродяги скрылся в красноватой дымке, будто его никогда и не было.

Хантер помог воровке встать.

— Нужно идти, — вздохнул он, указывая на безглазые высотки. — Если я правильно помню, то мы сейчас находимся в полукилометре от одного магазинчика. Там я обустроил себе ночлежку в подвале. В таком укрытии можно пережить даже Бурю! Но, надеюсь, это не понадобится.

Лина согласно кивнула, отстранила руку сталкера, а потом со всей силы вмазала тому пощечину, метя ногтями в глаз. Скула Ника моментально покраснела, из длинных царапин выступила кровь.

— Какого лешего! Демоны ночи! — взмолился Хант, прикрывая лицо рукой, но второго удара не последовало. — Совсем озверела?!

Авантюристка вымученно улыбнулась, покачнувшись. Этот удар отнял у нее львиную долю сил.

— А я тебя предупреждала! Что если ты еще раз толкнешь меня в воду, то я тебе глаза выцарапаю. А обещания нужно выполнять… хотя бы иногда.

Ник растер покрасневшую щеку тыльной стороной ладони.

— Жду не дождусь, — пробурчал он, — когда наши пути-дорожки разойдутся…

— Веди уже в убежище, — снова устало улыбнулась Лина, скорчив демоническую рожицу. — Или все сталкеры такие нытики, что начинают плакать с одной пощечины?

Хантер обреченно махнул рукой, взглядом уже выбирая безопасный маршрут до ближайшего дома.

— Молчаливо-подавленной ты мне нравилась больше, — будто походя произнес он. — Может тебя снова спихнуть в этот колодец? Будешь химерам дерзить, они это любят. Инфа сотка!

— Пф-ф-ф!

— Ладно, давай тише уже. Я не уверен, что наше оружие может сейчас стрелять, поэтому лучшая защита — это тихое передвижение.

Лина послушно замолчала. Безопасность своей шкурки она ценила выше удовольствия от саркастических издевательств над спутником.

Вокруг воцарилась тишина. Стихла пальба и крики вдали. Даже собаки перестали подвывать в восточных кварталах Города. Небо над головами прояснилось настолько, что будь на небосводе солнце, то его было бы отлично видно. Легкий ветерок не приносил с собой тревожных запахов. Все вокруг будто затаилось.

Достигнув первых домов, Ник остановился всего два раза, чтобы вспомнить правильное направление и прислушаться к окружению.

Потрескавшийся асфальт и бетонные плиты удивляли своим однообразием. Одинокие погнутые урны "косились" на путников дырявыми боками, а покореженные бордюры, местами вывороченные с корнем, то и дело преграждали путь, будто специально цепляясь за носки ботинок.

— Вот дерьмо! — тихо выругался Ник.

— Что случилось? — насторожилась воровка, непроизвольно прижавшись к сталкеру.

Ник поморщился.

— Да в прямом смысле — дерьмо! — выпалил он, елозя ботинком по иссохшему асфальту. — Вляпался в собачье гуано! Ну и денек начинается! И по морде получил, и в говно влез! Чудеса, да и только!

Воровка успокоилась и позволила себе съязвить:

— Еще непонятно, кто в кого вляпался. Ты в кучу, или она в тебя. Во всяком случае, я больше сочувствую именно кучке! Эдакое слезливое тело на нее наступило, на бедняжку. Я бы…

— Пригнись! — вдруг зашипел Хантер, быстро прячась за урной. Лина тут же съежилась рядом с ним. — Там кто-то есть, впереди!

Примерно в сотне метров от них шел отряд. Это были сталкеры, такие же бродяги как и Ник. Вот только потрепаны они были намного сильнее, невзирая даже на мокрый, заляпанный грязью гардероб Хантера.

Всего их было семеро. Трое из них сильно хромали. Еще двое несли тяжелораненого. Впереди группы шел проводник, то и дело уходящий на десяток метров вперед разведывая дорогу.

Отряд миновал позицию Ника и Лины, двинувшись дальше по улице в сторону третьего квартала. Парочка осталась незамеченной. Да и вряд ли сейчас сталкерам было дело до них. Судя по всему, они бежали из неравного боя.

— Вот и жертвы перестрелки, что мы слышали вдали, — тихо произнес Хант, озираясь вокруг. — Наверное, они столкнулись с отрядом рейдеров или стаей мутантов. В любом случае нам лучше быстрее добраться до укрытия. За этими бедолагами может быть погоня.

На мгновение Ник замолчал. Ему показалось, что в окне ближайшего дома что-то сверкнуло. Что это было? Шальной статический разряд? Аномалия? А может засада? Да нет, бред. Если бы за ними охотились, то действовали бы менее скрытно. В конечном итоге справиться с одним мужиком и еле живой девчонкой не составляло труда. Похоже, что у Ника просто обострилась врожденная паранойя.

Оставив группу сталкеров позади, Ник вывел Лину в маленький дворик. В центре небольшой площадки, окруженной домами со всех сторон, стоял просторный павильон. Его вид внушил Хантеру спокойствие: остекление по кругу (местами даже сохранившееся), ряды пустых стеллажей внутри, висящие на одиноком шнуре наполовину оторванные лампы. Все было ровно так, как и запомнил сталкер. Даже поросший мхом пенек, невесть откуда взявшийся здесь, был знаком Ханту очень давно. А этот запах вечно невысохшей краски, что шел от стен магазинчика, наверное мог навести не только воспоминания, но и галлюцинации токсикомана.

Заглянув внутрь, Ник убедился, что после его ухода тут никого не было. Протянутая вдоль окон и дверей нитка осталась целой — верный признак отсутствия гостей.

Отблески красного утра, пробивающиеся через люк в потолке, озорными искринками отражались в осколках стекла на полу. Дополняли картину огромные зеркальные панели, коими были отделаны стены. Иногда это усиливало тревогу Ника, ведь проходя по павильону, всегда казалось, будто здесь десятки людей — так играли с разумом отражения зеркальных поверхностей и кусков стекла.

Поманив за собой Лину, Ник миновал вестибюль и вошел в складское помещение. Тут было чище, но все равно слой пыли покрывал многие поверхности, за исключением большого двустворчатого люка в полу. Еле заметная нитка-растяжка была цела и здесь.

Отцепив веревочный сигнализатор, Хантер с трудом поднял обе створки. За ними скрывалась бетонная лестница в подвал. Сами щиты подвальной двери с внутренней стороны были украшены разнообразными символами и пентаграммами. Цвет рисунков был ужасающе бордовым. Лине показалось, что все это было начертано кровью… или красной глиной.

— Защита от нечисти, — пояснил Ник, видя как воровка косится на пентаграмму. — В Вечном Городе много неуспокоенных душ и прочей паронормальщины, поэтому в каждом моем убежище я рисую такие знаки. Они помогают, будь уверена.

— Это ты от той сумасшедшей старухи узнал о закорючках?

— Угу, — пробубнил Ник, уловив в словах воровки издевку. — Но знай, что жить в Диких Территориях Рэдмира весьма непросто. Иногда лучше верить в то, что кажется сказкой. Зачастую это спасает жизнь. И вообще — сумасшествие не порок.

— Как скажешь, — хмыкнула девушка, но тут же сморщила носик от боли. Ушибы и синяки давали о себе знать.

Хантер спустился в подвал и включил настенную лампу. Огонек светильника замигал, но быстро разгорелся. Видимо аккумулятор у стены еще не полностью исчерпал свой ресурс.

Помогая Лине преодолеть лестницу, сталкер одновременно потянул правую створку люка, а затем и левую. После этого был задвинут мощный металлический засов. Теперь ничто не прорвется внутрь. Ну… почти ничто.

Внутри имелось три комнаты, разделенные тонкими перегородками. Первые две были заняты емкостями, ящиками и шкафами, а третья была отведена под личные покои Ника. Тут имелся свернутый матрас, столик со стулом и очередной светильник. На столешнице были расставлены две тарелки и перевернутая кружка.

— Чем тут так воняет?! — поморщившись, спросила Лина, пока Хантер зажигал лампу и разворачивал постель.

— Это блевотина крыс, — ответил сталкер, не моргнув и глазом. — Они тут всюду бегают: гадят, едят тухлятину, срыгиваю и дохнут. Вон, кстати, одна полудохлая сейчас спрыгнет на тебя с дверного проема.

Лина пронзительно взвизгнула и прыгнула прочь от стены, моментально забыв про боль и усталость. Однако сзади никакой крысы не было.

— Расслабься, — расхохотался Хант. — Тут нет никого живого. Это пахнет пропавшая еда из тарелок. Прошлый раз мне пришлось быстро покинуть убежище, вот и не успел прибраться.

— Дурак! — крикнула авантюристка, все еще быстро дыша. — Это было не смешно!

— А как по мне — очень даже смешно. К тому же я теперь знаю, что ты боишься крыс.

— Все нормальные люди их бояться. Они мерзкие переносчики болезней. А их хвост… бр-р-р-р! Не смей меня больше пугать ими!

— Ладно, — пообещал Ник. — Располагайся на матрасе пока, покорми клопов. А я организую огонь, горячую еду и выпивку…

Девушка покосилась на матрас, представляя себе полчища насекомых в нем проживающих. Однако теперь она не знала, шутит ли Ник, или сказал про клопов правду. А потому воровка ограничилась тем, что присела на краешек стула, подальше от синего в полоску пристанища кровопийц.

Ник вскоре вернулся, неся облупившийся примус, банки тушенки и галеты. Быстро убрав со стола дурно пахнущие остатки еды, сталкер поставил новые тарелки. Нашлось на столе место и чистой алюминиевой кружке, бутылке воды и двум маленьким котелкам из неизвестного металла.

— Где-то у меня есть еще пачка чая и сахар, — пробормотал Хант, вытаскивая из ящика стола пластиковые ложки. — Сейчас сварганим завтрак чемпионов.

Примус быстро разгорелся, даря тепло и уют. Горячие потоки воздуха быстро прогрели помещение.

Не стесняясь, воровка и бродяга разделись до нижнего белья, повесив одежду сушиться возле скворчащего огонька.

Затем настал черед еды. Ник вскрыл ножом две банки с тушенкой, вывалил их в первый котелок, долил воды и поставил на подставку над огнем. Второй котел был наполнен водой до краев и поставлен рядом, немного сбоку от примуса, но так, чтобы жар пламени подлизывал блестящий бок. Комната тут же наполнилась манящими ароматами еды и бодрящих напитков. Еще никогда девушка не была так рада простым мелочам жизни.

Воровку слегка разморило, она уже третий раз косилась на матрас, но не могла решиться.

Ник, разбирая и чистя оружие, успокоительно заметил:

— Спать хочешь? Можешь пока вздремнуть. И не бойся, демоны ночи, про клопов я пошутил. Насекомых в Рэдмире мало, почти нет. А вообще это странно. Ранее говорили, что в ядерной войне выживут лишь тараканы. А вот такого, — Хантер указал руками на потолок и стены, — они не перенесли. А вот людишки живехоньки! Хех!

Лина молчаливо кивнула, перебираясь на матрас и подкладывая под голову свой рюкзак. Ноги и руки ее были в синяках. Подтек имелся на правом боку. Но даже сейчас воровка выглядела просто сногсшибательно. У Ника даже засвербело от вида наполовину прикрытых прелестей авантюристки, но он откинул порочные мысли и вернулся к примусу.

Лина почти уснула, когда сталкер подал завтрак. На тарелках была дымящаяся каша-суп из тушенки воды и галет. Чай тоже был готов, распространяя терпкий аромат из алюминиевой тары.

Потягивая носом, словно дикий зверек, воровка открыла глаза. Недолго думая, она накинулась на еду, будто умирая с голоду. Сталкер же ел неспешно, отставив автомат к стене вместе с рюкзаком. В подвале не было окон, но лампы давали достаточно света, чтобы Хант мог разглядеть лицо девушки, аппетитно уминающую свою порцию. В такие моменты авантюристка была очень мила, и ее даже не хотелось убить.

Когда завтрак был окончен, парочку окончательно разморило. Все же усталость и стресс последних дней делал свое тело.

— А когда мы пойдем на Дальний Кордон? — спросила Лина, зевнув и развалившись на матрасе в откровенной позе.

Ник судорожно сглотнул, глядя на ее ноги.

— Язык проглотил, что ли? — прыснула девушка, положив ногу на ногу.

Хантер через силу отвернулся, проговорив:

— Эти сутки тут проведем. Отоспимся, отдохнем. А следующим утром уже двинемся. Здесь безопасно, а нам нужно восстановить силы.

— Понятно, — авантюристка зевнула еще шире. — А одеялко у тебя здесь найдется?

— Есть плед, — Ник сходил в соседнюю комнату и вернулся с шерстяным полотном. — Вот, держи.

Воровка приняла подарок, но не спешила укрыть под ним свои выпуклости и не менее возбуждающие впадинки.

— А сам чего? Стоя спать будешь? — прищурив глазки, хитро протянула она. — Да ладно, не смущайся, мы уже не пионеры. Ложись рядом.

У Хантера слегка пересохло в горле.

— Ну, это… — промямлил он, почесав в затылке. — Ты уверена, что… это… хочешь?

Лина снова прыснула от смеха.

— Размечтался, ковбой, — тихонько вздохнула она. — Просто ложись рядом. Так будет теплее и удобнее. Будем спать и только. А ты о чем подумал?!

Ник окончательно смутился. Однако усталость была сильнее румянца на щеках матерого самца, что так размяк от первого же гипнотического женского взгляда. Переложив автомат ближе к матрасу, он лег за спиной у воровки, стараясь не касаться ее тела. В противном случае сталкер не мог ручаться за целостность своих семейников.

Воровка тут же придвинулась к нему всем телом, будто нарочно тыча аппетитной пятой точкой в место произрастания мужской гордости. А после и вовсе повернулась к сталкеру лицом и поцеловала его. Ее влажные губы пульсировали в такт сердца. Казалось, что они не просто манили, а буквально приказывали подчиниться желаниям тела.

От неожиданности Ник онемел, но не сопротивлялся, уже просто не мог, мозг буквально залило гормонами, а кровь закипела от адреналина, мчась по венам и артериям со скоростью локомотива.

Лина слегка укусила сталкера за губу, что только распалило его страсть. Он больше не сдерживался, а она не сопротивлялась. Движения рук и ног, казавшиеся хаотичными, на самом деле были подчинены общей цели. Разум полностью уступил место инстинктам и желанию. Мир вокруг перестал существовать.

Спустя два часа страсть немного улеглась. Блаженно развалившись на матрасе, оба любовника смотрели в выцветший потолок. Нет ничего приятнее удовлетворения, оно даже лучше, нежели сам процесс.

— Скорострел, — протянула Лина, ехидно покосившись на сталкера. Он не отвечал ей, зная натуру воровки. После утоления телесной "жажды", она решила заглушить "голод" моральный. А проще говоря — поиздеваться над тем, кто имел несчастье оказаться в зоне ее поражения.

— Скорострел, — снова повторила девушка, немного разочарованная отсутствием реакции на издевку. — У меня было много мужчин. Мне есть с чем сравнивать. И ты отработал… на троечку, по с100-балльной системе!

Ник улыбнулся краешком губ.

— Странно это слышать… — медленно произнес он.

— Что именно? — Воровка приподнялась на локте, пальцем водя по свежим царапинам на щеке сталкера.

— Странно слышать от девушки, что у нее было много мужчин, — отвечал Ник. — Это говорит о том, что девушка, как бы это помягче выразится, шалашовка.

Лина фыркнула.

— Давно оплеух не получал? — прошипела она, игриво проведя ногтем по скуле Хантера. — Ну, хорошо. Будем считать, что ты попал в десятку лучших моих мужчин. Так лучше?

— Определенно! — согласился сталкер. — Но хотелось бы услышать, что я был у тебя первым.

Лина мелодично рассмеялась, положив голову на грудь Ханта.

— Размечтался, — буркнула девушка, вдруг ловко вцепившись зубками в сосок Ника.

— Легче! — запротестовал Хантер, отстраняясь от авантюристки. — Не женщина, а хищник! Демоны ночи!

— А что, — хохотнула Лина. — Химера в логове дублера обходилась с тобой нежнее?

Ник обреченно вздохнул.

— Ну и язвочка же ты, — беззлобно буркнул он, вставая с матраса. — И как тебя только не прикончила предыдущая сотня твоих мужиков?

Лина развалилась на подстилке, что теперь была полностью в ее распоряжении.

— Я умею… компенсировать неудобства, при помощи своих… достоинств. Разве не так?

Ник согласно кивнул.

— Что правда, то правда! Ну, ладно. Сейчас поспи, если хочешь, а я покараулю. Не думаю, что нас здесь потревожат, но все же не стоит забывать о безопасности.

Лина не протестовала, закуталась в плед и моментально уснула.

Хантер приглушил немного огонек в примусе и снял высохшую одежду со спинки стула. Через полминуты он уже был в полной боевой готовности — хоть сейчас в новый поход. Но, время еще не пришло.

Чтобы скоротать ожидание, Ник снова разобрал автомат и проверил все его узлы. Хорошенько почистив ствол и смазав подвижные части, сталкер повторил процедуру с пистолетом девушки. После настало время пересчитать имеющиеся патроны. А как только и эта процедура была закончена, вдруг стало невыразимо скучно. Хант все чаще поглядывал в сторону сопящей Лины, мечтая о матрасе и сне.

— Быть может, стоит вздремнуть? — еле слышно пробормотал сталкер. — В конечном итоге сон обязателен, я же человек. Да и сигнализаторы-растяжки дадут знать, если у нас будут гости…

Прокравшись к сопящей воровке, Ник пристроился позади ее. Девушка даже не проснулась.

Не прошло и минуты, как в комнате сипели и посвистывали уже два носа.

Свет ламп немного угас. Аккумулятор изживал свои последние часы, а это значило, что Хантер и воровка проспали как минимум пятую часть суток.

Лина проснулась оттого, что в подвале стало ужасно холодно. Несмотря на работающий примус, на стенах появились белесые пятна изморози. Это не могло быть естественным явлением.

— Проснись! — бесцеремонно толкнула девушка Ника.

Сталкер моментально открыл глаза, инстинктивно схватившись за автомат.

— Что случилось? — пробубнил он, быстро моргая. — Демоны ночи! Чего тут так холодно?!

— Ты тоже чувствуешь это? — Лина поежилась. — Посмотри на стены! Там лед! Может рядом аномалия? Бывают такие… морозные аномалии?

— Бывают, — быстро кивнул Ник. — Но, думаю, сейчас дело не в них!

Хантер встал на ноги, убрал автомат.

— Выходи, Лилит, — мягко, по-доброму пробасил сталкер в сторону дальнего угла. — Я знаю, что ты тут. Выходи, не бойся!

— Я не боюсь, — послышался из пустоты тонкий голосок. Звенящие нотки в нем леденили не хуже зимней вьюги. — Я просто не хотела будить вас, это было бы невежливо.

Воровка побледнела от ужаса, она не привыкла слышать голоса из ниоткуда. А вот Хантер был спокоен, даже доволен.

— Ну, — улыбнувшись, проговорил он, — мы уже не спим, Лилит. Выходи к нам.

В подвале похолодало еще сильнее. За столом, в углу, появилось туманное, искрящееся облако, оно проплыло к центру комнаты, остановившись в метре от сталкера.

— Смелее, — улыбнулся Ник, глядя в туман.

В центре облака сверкнули два огонька. Разгораясь, они материализовались в размытые зрачки, больше похожие на волчьи. Однако, как только они устремили свой взгляд на Ника, их выражение изменилось, потеплело. Огонь в них угас, а вместе с этим из облака материализовалось тело маленькой девочки. На вид ей было не более девяти лет. Одетая в поношенное серое платьице, Лилит излучала собою холод, тоску и одиночество. Взгляд колючих глаз был излишне осмысленным, будто перед тобой был не ребенок, а старик в теле младенца.

— Лилит, дочка, — Хант протянул к призраку руки. — Иди ко мне, маленькая моя.

— Папочка, — хныкнуло привидение, бросаясь в объятия Хантера. — Я так ждала тебя! Я не смогла придти в прошлый раз, Он не пускал меня!

От касания девочки, тело Ника будто окунули в прорубь. Из глаз Лилит лились слезы, на ходу превращаясь в маленькие льдинки на ее щеках. Сталкер тоже не смог сдержать свои чувства.

— Мне холодно, папа, — тонко пискнула Лилит. — Сегодня особенно морозно. Я смогла придти, потому что Он сейчас занят. И я примчалась так быстро, как только могла. Идет Буря, она уже рядом, я чувствую это, поэтому Он и не смог удержать меня. Он занят собственными проблемами. Ох, как же холодно!

Хантер погладил девочку по белесым волосам.

— У меня есть для тебя подарок, — с улыбкой проговорил он. — Сейчас…

Отстранившись от призрака, Ник порылся в своем рюкзаке, достал пенал с артефактами и открыл крайнюю его секцию. Там, в крохотном квадратном углублении, лежала маленькая металлическая спиралька, цвета каленого железа.

Сталкер осторожно извлек артефакт из контейнера и подал его девочке.

— Это Огонек, — мягко произнес он. — Он поможет тебе согреться.

— Папа… — растрогано пропищала Лилит, принимая подарок. — Спасибо, папочка!

Хантер отступил на шаг, вглядываясь в покрывающее туманом лицо малютки. От нее веяло холодом даже на расстоянии, но Нику было все равно. Он готов был умереть от переохлаждения, только бы увидеть улыбку на ее грустном лице.

Лилит зажала Огонек в тонких пальчиках. Металлическая спиралька моментально раскалилась добела, словно маленькое солнышко. Синяя туманная дымка призрака начала светлеть, приобретая тепловатый оттенок. На короткое мгновение девочка даже улыбнулась, наслаждаясь охватившим ее теплом.

Однако все это длилось лишь пару секунд. Огонек потух так же быстро, как и разгорелся. Аура Лилит была желто-розовой лишь на мгновение дольше, а после вокруг снова стало пронзительно холодно.

— Спасибо, папочка, — проговорил призрак. — Мне было так хорошо! — она вздохнула.

Лицо Хантера стало печальным, он не мог спокойно смотреть на замерзающего ребенка.

— Я принесу еще, потом, — как можно более уверенней выдавил он. — У тебя будет тепло, много тепла! А потом… я смогу тебя забрать! Обещаю!

Лилит грустно улыбнулась, вдруг очень злобно посмотрев в сторону опешившей воровки, которая с момента появления призрака неподвижно сидела на матрасе. Лицо авантюристки было белее полотна.

Девочка перевела взгляд на Ника. В ее глазах тут же исчезла злоба, зато появилась доброта, привязанность и любовь.

— Мне нужно кое-что рассказать тебе, папочка, — почти прошептала Лилит. — Подойди поближе…

Ник в удивлении приподнял брови, но послушно подошел к девочке, встал на одно колено.

Лилит осторожно прижалась губами к его левому уху, начав что-то быстро нашептывать. По мере новых фраз и предложений, услышанных сталкером от призрака, выражение лица Хантера становилось все мрачнее и мрачнее.

Когда шушуканье подошло к концу, Лилит снова бросила неприязненный взгляд на Лину.

— Мне пора, папочка, — печально возвестила девочка, крепко обняв Хантера.

— Так скоро? — расстроился Ник. — Это Он тебя зовет?

Лилит отрицательно покачала головой.

— Нет. И я скоро вернусь. Помни, что я сказала тебе, папа, и будь осторожен, прошу тебя!

— Обещаю! — заверил ее сталкер, не в силах отпустить призрачной руки. Но этого и не потребовалось. Лилит через силу улыбнулась ему, а после растаяла в дымке, будто ее и не было. Холод в комнате моментально улетучился, изморозь растаяла, оставив на стенах мокрые подтеки.

Хантер тяжело вздохнул, приложив ладонь ко лбу. Его мучила небольшая слабость — плата за общение с духом. Однако, сейчас, это была наименьшая из бед.

— Это… была твоя дочка? — тихо подала голос Лина, кутаясь в плед. — Она… она мертва? Это ведь был призрак?! Да?! Значит, твоя защита в виде пентаграмм не работает! Что вообще это было?!

— Как много вопросов, — грустно заметил Ник, присаживаясь на стул и подтягивая к ногам рюкзак и автомат. — Хочешь услышать ответы?

— Конечно! — ответила воровка, что-то в голосе сталкера пугало ее.

Хантер снова протяжно вздохнул, опустив глаза.

— Она не родная моя дочь, скорее приемная. Я встретил Лилит уже после ее… смерти, здесь в Вечном Городе. Она была неприкаянной душой, но доброй, насколько это возможно в ее положении. Много чего произошло тогда… Могу лишь сказать, что мы привязались друг к другу, стали практически семьей. К несчастью она приговорена к Городу и не может отсюда выбраться, а мне лишь остается навещать ее, изредка принося подарки. Этого мало! Крайне мало! Демоны ночи! Но пока я не могу сделать больше…

— Так вот зачем тебе Источник! — догадалась воровка. — С его помощью ты намерен вернуть ее к жизни?

— Возможно, — кивнул Хантер. — Или, по крайней мере, вырвать ее из Его лап!

Лина нетерпеливо заерзала на лежанке.

— А кто этот таинственный Он? Это сталкер, какой-нибудь чиновник или… — она украдкой усмехнулась, — некромант?

Хант наградил Лину испепеляющим взглядом.

— Он — Архитектор! Слышала о таком?!

Лина сглотнула, моментально потеряв желание насмехаться.

— Это все сказки! — уверенно заявила она. — Архитектор — выдумка!

— О, нет! — Ник покачал головой. — Эта тварь более чем реальна. Он — Существо, жившее в этом мире задолго до того, как волей судьбы кусок нашей планеты перенесло в Его владения. Возможно, что именно Он создал это измерение, отсюда и его прозвище — Архитектор. Никто из живых не видел Его во плоти, хотя многие слышали о Нем. Лилит рассказывала мне об этой Твари, однако даже она не видела Существо в материальном обличии.

Ник скривился, продолжая рассказ:

— Архитектор, если верить легендам, был создателем и властителем окружающей нас параллельной Вселенной. Однако появление людей и сращивание наших миров — крайне не понравилось этой Твари. Он обозлился, а возможно был таким всегда. Но теперь Он ненавидит людей, хоть и не может уничтожить нас всех. Но души… Он с легкостью ловит их после смерти материального тела, а затем истязает и использует в собственных целях. Лилит не единственная его игрушка, но только она дорога мне. И я сделаю все, чтобы вырвать ее из лап Существа!

— Ты веришь в этот бред?! — почти ужаснулась воровка. — Это похоже на чушь!

— Чушь?! — мертвецки бледнея, почти шепотом переспросил Ник. — Я своими глазами видел такое, что тебе и не снилась. По сравнению с бывалыми сталкерами, ты всего лишь изнеженная девчонка! Думаешь, что если пару раз выбралась за стены Пределов, так уже все повидала?! О, нет, демоны ночи! В Диких Территориях творится такое, отчего кровь стынет в жилах. И смерть — не худший исход! Но в этом проклятом мире нет успокоения даже после кончины! Духи, души, призраки, привидения, паранормальные места и явления. Даже Архитектор не единственная Тварь, что жила здесь до людей. Я не могу не верить в это! Я видел слишком много, чтобы сомневаться!

Лина немного опешила. Металл в голосе Хантера, его бледность и злость ввели ее в замешательство.

— Не смей на меня кричать, — не слишком уверенно проговорила она.

— Не сметь кричать? — почти рявкнул Ник. — А почему, собственно, нет?! Ты обманываешь меня, многое скрываешь! Я уверен, демоны ночи, что ты с легкостью пожертвовала бы мной ради солидной награды. Так почему я не должен кричать на тебя?!

— Что ты мелешь?! — пискнула девушка, чуя неладное. — Я не врала тебе!

— Серьезно?! — приподнял брови Хант, почесав подбородок. — А если я пороюсь в твоем рюкзаке, не найду ли я там шкатулку, в которой хранится один интересный камешек?

Настал черед воровки побледнеть как смерть.

— Откуда ты знаешь?! — в ужасе спросила она, подтягивая к себе свой рюкзак и прижимая его к груди.

— Лилит нашептала, — честно ответил Ник. — Она в курсе многих событий на просторах Рэдмира и Вечного Города в частности. Это одно из немногих преимуществ жизни после смерти и служения Архитектору. Ты не смотри на ее кажущуюся юность. Она повидала намного больше, чем мы с тобой вместе взятые. И она многое понимает. А то, что она рассказала мне… очень интересно! Ну, так как?! Сама все расскажешь?

— А зачем?! — выпалила Лина. — Зачем рассказывать, если ты и так все знаешь?!

— Хочу услышать это из твоих уст, а также прояснить некоторые нестыковки. Я уверен, ты предала меня, но пока не знаю ради чего именно. И сейчас только твоя искренность может спасти тебе шкуру!

— Ты угрожаешь мне? — вдруг всхлипнула воровка. — После всего, что у нас было?!

— А что у нас было?! Один перепихоньчик и твои извечные сарказмы?! Так что не испытывай иллюзий! — бескомпромиссно заверил ее Ник. — Или начинай говорить, или я за волосы выволоку тебя из подвала и оставлю на поверхности. Скоро разразится Буря, осталось менее часа, хочешь встретить ее там, наверху?!

Лина начинала тихонько плакать.

— Я не верю! Ты не сможешь так поступить со мной!

Хантер минуту всматривался в ее глаза, а потом тяжело вздохнул.

— Ты права — не смогу! Даже теперь, зная правду! И все же я хочу знать! Знать все! Я начну рассказ, а ты дополнишь. И найди в себе хоть толику добропорядочности, не ври мне!

Воровка хлюпала носом и лила слезы, закутавшись в плед и крепко прижимая к груди рюкзачок. Не было похоже, что она притворяется. Хотя от такой мегеры можно было ожидать чего угодно.

Наконец Лина взяла себя в руки, посмотрела Нику прямо в глаза и кивнула.

— Я согласна, — шмыгнув носом, прогнусавила она. — Отвечу на все твои вопросы. Я действительно устала лгать! Честно! Я считала, что смогу это осилить, но то, что произошло между нами… Я больше так не могу! Это не видно со стороны, но ты изменил меня, глубоко внутри! Это не прошло даром, черт! Я становлюсь тряпкой! Так нельзя! Но больше нет сил вести эту игру! Я хочу, чтобы это закончилось. Так или иначе!!!

Хантер испытующе воззрился на авантюристку.

— Значит, — сухо произнес он, — выложим все карты на стол. Я начну, а ты поправляй меня по ходу дела. Согласна?

Воровка опять кивнула, утерев слезы. Сталкер больше не доверял ей, но сейчас нужно было использовать моральный срыв воровки, чтобы докопаться до правды. А уже постфактум можно будет отсеять зерна от плевел.

— Итак, — тяжело вздохнув, начал сталкер. — Пересматривая все наши действия, в свете последних известий, могу выстроить цепочку лжи и подстав.

Ты изначально связалась с военными и полковником Риверсом, нашим старым другом. Он передал тебе некоторые данные и пустой камешек, что сейчас ты нежно прижимаешь к груди. Этот булыжник называется "Лютень". Уж не знаю, каким способом, но этот артефакт приносит несчастья, в прямом смысле. Все, кто находится рядом с ним, постоянно попадают в неприятности. Поэтому его еще частенько называют "Чертов Камень". Этот уникальный предмет как-то особым образом изменяет ауру окружения. Я не знаком с научным обоснованием такого феномена, но одно знаю точно — "Лютень" не приносит ничего хорошего.

Но вернемся к нашим баранам. Не знаю, какую информацию тебе дал Риверс, но ваша задача была доставить "Чертов Камень" к Обрыву — месту наибольшего скопления энергии Рэдмира. И вот тут вам понадобился я! Никто другой не согласился бы провести тебя на Край Мира. Дураки долго не живут, а умные ни за что бы не решились на такое мероприятие. Но я — другой случай. Полковник знал о моем маниакальном желании найти Источник, на этом вы и сыграли!

Военные доставили тебя в Вечный Город. Указали где меня найти. Постоянно подстраховывали из тени. Ха! А я-то все думал, как такая изнеженная фифа добралась в столь суровые края!

А позже началась настоящая Игра. Чтобы укрепить мою веру в беглянку, укравшую информацию у военных Триплекса, Риверс устроил настоящее представление. Он гонял нас по всему Городу, посадил в тюрьму возле Межгорода, плел про желания найти месторождение "Шила", обвинял тебя в предательстве и грозился повесить. Все это был фарс! Фарс, призванный уверить меня, что ты ренегат, что у тебя своя игра, цель которой найти Источник.

И ведь я купился! Черт! Я поверил! Теперь понятно, почему ты "забыла" про маячок в твоем плече. Ты не хотела его потерять, ведь тогда полковник потерял бы тебя из виду, а ты хотела иметь рядом прикрытие, чтобы в любой момент можно было взять меня за шкирку!

Но… мы все же сбежали! Не сразу военные упустили нас из виду, но я достаточно запутал след. Это было не по твоему плану, но ведь главное было дотащить "Лютень" до Обрыва! Верно?! И именно с того момента начались наши неприятности! Лабиринт, Скалы Вечности, мутанты! Весь поход мы продирались сквозь сложности, которые взвалил на наши плечи "Чертов Камень"! Мы чудом выжили! Надеюсь, что полковник заплатил тебе немалую сумму за такой риск, — и заплатил вперед. Поверь мне, таким людям, как он, не стоит доверять. Впрочем, как и тебе!

И в целом все у тебя, моя милая Лина, шло хорошо, относительно всех наших бед, конечно. И после Вечного Города мы прошли бы Кордон, закупились бы припасами и двинулись к Обрыву. Вот только вряд ли бы уцелели! В тех краях сложно выжить даже с моей удачей, а имея рядом "Лютень", мы гарантировано канули бы в небытие! На это я даю стопроцентную гарантию.

Однако лично мне повезло! Я хотел повидаться с дочкой, поэтому отпустил Кремня и спетлял к своему убежищу в Городе. А Лилит, моя малышка, сразу заметила возмущения от "Чертова Камня", не преминув поделилась знаниями со мной! Вот тут-то я и связал дважды два!

Ник чертыхнулся, отвернувшись к стене, но затем горько произнес:

— А знаешь, что еще про тебя сказала Лилит? — спросил он воровку.

Лина отрицательно помотала головой, потупив взгляд.

— Лилит, — продолжил Хантер, — сказала, что ты черна как ночь, проклята! В твоей жизни нет места добру и любви, только страсть к себе самой!

Авантюристка не ответила, но тихонько всхлипнула, зарывшись лицом в плед.

— Я закончил! — буркнул Хант. — Если тебе есть что добавить — говори.

Казалось, что воровка не произнесет ни слова, но она вдруг снова всхлипнула и с горечью произнесла:

— Ты прав почти во всем. Вот только "Чертов Камень" не нужно было нести к Обрыву.

— Поясни… — лицо Ника стало хмурее, хотя казалось, что такое уже невозможно.

— Я действительно получила заказ у военных. Им требовался заряженный артефакт, но если наполнить его простой энергией, будь то аномалия или энергетические поля Края Мира, то получится обычная батарейка, фактически не имеющая ценности. У Риверса же был другой план, и для его выполнения мне всего лишь нужно было держать камень поблизости от тебя, Ник. А все остальное путешествие было лишь перемещением по Рэдмиру в поисках экстремальных ситуаций, способных заставить "Лютень" впитывать энергию… твоей ауры, анимуса, души — называй как хочешь…

— Вот теперь ты несешь чушь! — почти зло буркнул Хантер, вставая со стула и шагая по комнате. — Неужели ты думаешь, что я поверю в это?!

— Я говорю правду! — воскликнула Лина, утирая слезы. — Мне и полковнику Риверсу нужен был не обычный проводник по Диким Территориям. Нам нужен был именно ты!

— Не понимаю…

— Конечно не понимаешь, тупоголовый ты обрубок! — вспылила воровка. — Ты до сих пор не сообразил, что твоя туша и есть Источник! Ты все время гонялся сам за собой!

— Бред…

— Нет не бред! — настаивала девушка, пылко выкрикивая каждое слово. — Ты думаешь, что твоя… удача — это просто приятные случайности, невероятное везение?! Нет! У всего на этом свете есть объяснение! И твоя Великая Фортуна всего лишь дикий переизбыток жизненной энергии, невесть как и откуда закаченный в твое тело. Я не знаю, где ты вляпался в хранилище дикого количества жизненной силы, но теперь она плещет из тебя через край. Именно отсюда вся твоя удача и способность выживать везде и всюду! И именно поэтому ты нужен Риверсу! С твоей помощью он хочет наполнить "Лютень" не простой энергией, а жизненной силой! Ты не представляешь какие чудеса может творить "Чертов Камень" заполненный анимусом! В мою же задачу входило таскать артефакт рядом с тобой. Для зарядки камня понадобилось уйма времени, но сейчас он выкачал из тебя почти весь избыток жизненной силы! У тебя больше нет вечной удачи, Ник, теперь есть лишь заряженный артефакт, стоящий целое состояние!

— Так значит, что весь наш поход был фикцией? — подытожил Хантер. — И этот гребаный камень высасывал из меня мою душу, пока я старался вытащить твой зад из каждой переделки, в которую мы попали?

— Не твою душу, дурак! — прокричала Лина, не в силах более сдерживать рев и эмоции. — Ты не обычный человек! В тебе хранился запас чужого анимуса, чужой жизненной силы, которую "Лютень" и смог впитать. Твоя же душа осталась нетронутой. Артефакт не может забрать то, что изначально принадлежало тебе. Именно поэтому Риверс и охотился на Хантера, самого везучего бродягу Рэдмира. В твоем теле присутствовала жизненная энергия, которая тебе не принадлежала. Именно она оказывала такой эффект невероятной удачи. Но теперь артефакт забрал ее, он полон! Мы можем дорого продать его в Пределах, мы поделим этот куш пополам! Мы сможем навсегда завязать с жизнью бродяг и воров. Мы сможем купить целый дом в Южном или Северном Пределе, будем жить в достатке, роскоши, шике!

— "Мы", "мы", "мы" — кругом только "мы"! — выдавил Ник, бросая на воровку яростный взгляд сквозь сощуренные глаза. — Нет никаких "нас"! Есть только обманутый сталкер, гнусная предательница, честолюбивый полковник и треклятый артефакт. О каком куше ты вообще говоришь?! Риверс заберет "Лютень", а нас просто пришьет, чтобы не было свидетелей. Неужели ты так наивна?!

— Он не сможет, — хмыкнула Лина, съежившись на матрасе. — Я давно перестала связываться с Риверсом. Я знала, что он захочет все и сразу. Полковник не любит конкурентов и свидетелей. Я не настолько дура, чтобы не понимать этого. У меня другой план! Я использовала военных, вытянула из них все, что было нужно, а после этого просто ушла с радаров. Они не смогут найти нас, пока мы не доберемся до Пределов. А там у меня уже есть высокопоставленный покупатель на "Лютень", он предоставит нам убежище и крупную сумму на счету местного банка. А полковник пусть хоть трижды лопнет, но с таким покровителем он ничего не сможет нам сделать!

— Это что-то новенькое, — вздохнул Ник, покачав головой. — Ты у нас, выходит, тройной агент и дважды предатель. Титулы твои не устают расти и удивлять. Хоть раз в жизни ты не предала кого-нибудь?!

— Тебя я не предам, Ник, поверь мне! Да, ты прав, с самого начала я лишь использовала тебя. Но теперь… мы ведь можем быть вместе! Мне нужен ты, Ник, очень нужен. Я… я почти люблю тебя!

— Не хилое заявление! — В удивлении Хант вскинул брови. — Хотя сдается мне, что ты опять врешь. Поешь, что не предавала меня?! Что кинула вояк?! Ложь! Ложь! И еще раз ложь!

— Это правда! — взмолилась воровка, протянув руки к Хантеру, но сталкер был холоден.

— Это легко проверить, — сухо произнес Ник, указывая в сторону лестницы и выхода из подвала. — Сейчас к павильону стягиваются с десяток военных, во главе с полковником! А раз они нашли нас, значит та часть твоего рассказа, где ты "ушла с радаров", — полнейшее вранье! И не строй удивленную мину! Лилит мне нашептала это, она заметила отряд и разведчика на крыше ближайшего дома. Солдаты Трех Городов уже окружают нас! Незаметно улизнуть в этот раз не выйдет! Но будь уверена, если они пойдут на штурм, то нам обоим не поздоровится! И все это несмотря на ваш пакт о ненападении в Риверсом!

— Но… но… — залепетала воровка, непроизвольно посмотрев на выход из комнаты. — Я действительно не связывалась с полковником уже давным-давно. Маячок мы выкинули еще возле Межгорода. Как он смог найти нас?! Я действительно надеялась оставить вояк не у дел… Что они сделают со мной, когда узнают о предательстве?

— Вот скоро и выясним! — рыкнул Ник, хватаясь за автомат и прислушиваясь к тому, что делалось наверху. — Если ты единственный раз сказала правду, то будем считать, что мир перевернулся с ног на голову! И тогда полковник выпотрошит тебя лично. А если ты соврала мне, то тебя прикончат тихо и безболезненно. Если, конечно, Риверс не отдаст тебя своим бойцам для нужд личного характера!

По выражению лица воровки было понятно, что ее не устраивают оба варианта.

— Дай мне пистолет! — попросила Лина, срывающимся голосом. — Я буду стрелять! Заберем их столько, сколько сможем!

— Ага, сейчас! Размечталась! — выпалил Ник, снимая автомат с предохранителя. — Я тебе дам оружие, а ты пальнешь мне в спину, после чего сдашься полковнику в надежде на его милосердие?! Демоны ночи! Ищи дураков в другом месте!

— Но…

— Замолкни уже! — крикнул Хант, отведя взгляд. — Я использую тебя как последний козырь! Возможно, именно мне удастся снискать расположение Риверса! Я-то его не предавал, в отличие от тебя. А если мне это не удастся, то я просто положу их, сколько смогу, прикончу тебя, а затем взорву пару гранат, похоронив этот подвал под тоннами бетона и земли! Твою ж мать, вот это денек задался с самого утра!

— Ты… ты не убьешь меня!

— Да вот уже хрен его знает, — пожал плечами сталкер. — Настроение у меня такое, знаешь ли, хочу всех поубивать к чертям собачьим! Поэтому сегодня нет ничего невозможного!

В этот момент в створки дверей, ведущих в подвал, увесисто постучали.

Ник осторожно вышел из комнаты, наставив автомат в сторону лестницы.

— Сталкер, мы знаем, что ты там, — раздался зычный голос, принадлежащий полковнику Риверсу.

— Дома нет никого! Зайдите позже, — прокричал в ответ Хантер.

Полковник басовито рассмеялся, проговорив:

— Забавный ты человек, Николай. Жаль, что судьба столкнула нас в такой ситуации. Однако у твоей парии, а я знаю, что она сейчас с тобой, есть одна моя вещица. Позволь мне забрать ее, а сам сможешь уйти отсюда живым.

— Кого "ее"? — притворился дурачком Ник.

Риверс снова рассмеялся. Однако в этот раз в его веселости было нечто неуловимое, похожее на скрываемую ярость.

— В данном случае, — продолжал вояка, маскируя злость под личиной почти отцовской доброты, — "Ее" — это значит обе… вещи. Мне нужна человеческая сука, а также то, что она носит с собой. Поверь мне, сталкер, для тебя так будет лучше. Видишь ли, я пришел не один. Со мной десяток вооруженных бойцов элитного отряда. Отдай мне то, что я хочу, и можешь дальше коптить это красное небо!

— А предложение заманчивое! — с напускным энтузиазмом проговорил Ник, кинув в сторону воровки презрительный взгляд.

— Так я сегодня щедрый, — Риверс на секунду замолк, будто выжидая театральную паузу, а на деле давая указание своим бойцам занять выгодную позицию для стрельбы. — Ну, так как? Решим все мирно?

Ника обдало волной холода, кончики пальцев закололо, будто от мороза.

— Решено! — громко произнес Ник, опуская автомат. — Я выдаю вам девушку со всем ее скарбом, а вы оставляете меня в покое.

— Нет! — воскликнула Лина, защищаясь пледом, словно он мог ее спасти. — Ты не можешь так поступить!

— О! — раздался за створками ворот гулкий голос полковника. — Я слышу голос этой шалавы?! Что, сучка, думала, будто сможешь кинуть меня, а после вильнуть хвостом и пропасть?! Не с тем связалась, тварь! Мои бойцы уже готовы поласкаться с тобой! Но, разумеется, после того, как я лично раздолблю твое гузно!

Лина, бледная как полотно, все еще прижимала к себе рюкзак. Девушка вот-вот готова была разреветься в голос. Вся шероховатость воровки вдруг сгладилась перед лицом ждущих ее неприятностей.

— Ник, ты не можешь меня ему отдать! — взмолилась авантюристка, готовая провалиться сквозь землю, только бы не достаться полковнику. — Он же зверь! Ты сам все слышал! Прошу тебя…

— А на что ты надеялась? — сухо спросил ее Хант. — Ты предавала всех, ведя собственную игру. Пришло время заплатить!

— В точку! Сталкер! — подтвердил Риверс, его голос звучал слегка приглушенно через створки ворот. — За все в этой жизни приходится платить!

— Именно, — кивнул Ник. — Уберите оружие, сейчас я открою дверь!

— Сделано! — слишком быстро ответил вояка. — Мы ждем, стрелять не будем, не бойся!

Хантер вернулся в комнату, бесцеремонно отобрал у воровки рюкзак, а саму ее схватил за руку и потащил к лестнице. Лина слабо сопротивлялась, но силы, казалось, уже покинули ее.

Ник предупредительно оставил свой автомат внизу, открыл запор на створках, а после этого медленно поднялся на первый этаж магазина.

Полковник не соврал, с ним действительно было около десяти бойцов. Сейчас четверо из них целились в сталкера дулами укороченных автоматов, закрепившись возле погнутых стеллажей и торговой стойки. Еще трое виднелись за разбитыми витринами, охраняя подступы к павильону. А остальные, сталкер в этом не сомневался, сейчас занимали снайперские позиции в ближайших многоэтажках.

Ник тяжело вздохнул. Сквозь выбитые проемы огромных окон лился яркий красный свет. Ощущался легкий ветерок, несущий запахи пыли и тлена. Знакомый аромат внушал спокойствие и толику тоски. Ничего не предвещало начала Бури.

Риверс был одет в полевую форму. На фоне поджарых подчиненных он казался великаном. Кожаный пояс и массивная бляха скрывали небольшое пивное брюшко. Лицо полковника светилось садисткой улыбкой, ствол его Беретты неустанно целился в грудь сталкера.

Риверс сделал один шаг в сторону добычи, разбитое стекло под подошвами его армейских ботинок пронзительно заскрипело, а силуэт отразился в зеркальных панелях стен чудовищно исковерканной фигурой.

— Правильный выбор! — не спуская с лица улыбку, произнес вояка. — А теперь толкни ее ко мне.

Ник выполнил просьбу, жестко пихнув Лину в спину. После этого сталкер бросил к ногам Риверса и рюкзак воровки.

— Отлично! — кивнул Риверс, поднимая матерчатый мешок. — Понимаешь, сталкер, а ведь я действительно не хочу тебя убивать. Но… ты ведь знаешь, что находится в рюкзаке?

Хантер промолчал.

— По лицу вижу, что знаешь, — картинно вздохнул Риверс. — Именно поэтому я не могу тебя отпустить. Чем меньше людей знает об "этом", — полковник взглядом указал на рюкзак, — тем большую выгоду я смогу извлечь. Ничего личного, сталкер, мужик ты и вправду нормальный. Жаль, что на твоем пути встретилась такая сука, как эта выдрочка желторотика! После нее остаются лишь трупы и разорение! Прощай, Николай. Встретимся в Аду!

Полковник чуть выше поднял свой пистолет, целясь Хантеру в голову, однако нажать на спусковой крючок он не успел.

В павильоне будто потемнело, хотя яркий красный свет все еще лился сквозь зияющие проемы. Стены и пол помещения заволокла легкая испарина, появились пятна изморози. Сам воздух вдруг стал холодным и колючим. У всех присутствующих при каждом выдохе явственно различался выходящий с воздухом пар, словно на улице моментально наступила зима.

— Не смей трогать папу! — ужасающе взвизгнула Лилит, материализовавшись рядом с Риверсом в виде туманного силуэта.

Вояка среагировал незамедлительно, быстро развернувшись к новой цели и выпустив в нее три пули. Однако призраку не было дела до свинцовых снарядов. Лилит по-звериному оскалилась, зашипела, а затем неуловимым движением кинулась на полковника.

Риверс вскрикнул от боли. Лилит вцепилась ему в грудь маленькими пальчиками, подняла над полом словно игрушку, а после швырнула об переборку с такой силой, что завибрировали стены. Некоторые зеркальные панели повалились вслед за полковником, похоронив его под грудой обломков.

Призрак девочки заслонил собой Хантера, яростно обведя взглядом оставшихся солдат. Сейчас она была похожа на комок ярости и злости. Дымчатая вуаль и истрепанное платьице, вкупе со сверкающими черными глазами без белков, наводили ужас на вояк. Страх уже читался на их лицах.

— Прочь! — зло зашипела девочка, выставив вперед покрытые инеем руки.

Но момент был уже упущен. Военные пришли в себя, открыв по призраку ураганный огонь. Пули десятками врезались в окружающую Лилит дымку, попросту исчезая в ней. Огнестрельное оружие не причиняло вреда мертвому дитя.

Девочка снова зашипела, сорвалась с места и бросилась к ближайшему военному. Тут же послышался крик боли, а после него хрип умирающего.

Холод вокруг становился все сильнее с каждой секундой. Ярость и страх окружающих питали Лилит энергией, от которой ее сила все возрастала. В какой-то момент начинало казаться, что кругом есть лишь холод и истошный крик.

Ник перекатом ушел с линии огня, подняв валявшуюся на полу Беретту полковника. После этого настал черед найти укрытие. Им стал поваленный у стены металлический шкаф. Тут же сталкеру представилась возможность — один из подручных Риверса выставил голову из-за укрытия, после чего сразу же упал сраженный пулей, попавшей в щель между шлемом и нагрудной броней. Ник был слишком раздражен, чтобы промазать с такого небольшого расстояния. Он бил наверняка, оставляя труп после каждого выстрела. Сейчас уже было не до морали. Теперь действовал закон — убей или умри.

Бой продолжался недолго. Ник успел снять троих солдафонов, а остальных прикончила Лилит. После нее на тела было страшно смотреть: синие, со следами глубокого обморожения, с вытаращенными глазами. Хантер был уверен, что ввязавшиеся в бой вояки, сторожившие до этого снаружи магазинчика, теперь мечтали вернуться в Межгород и забиться под кровать в казарме. Хотя… теперь они уже вообще ни о чем не могут мечтать.

Когда последний крик стих, Хант с тоской обозрел место побоища. Ничего кроме отвращения оно у него не вызывало, но это была не их с Лилит вина.

— Остались еще снайперы. Они наверняка выцеливают все входы и выходы, — угрюмо протянул Ник, поглаживая по голове присмиревшую девочку. Сейчас призрак перестал ужасать, огонь в ее глазах погас, а касание эфемерного тела больше не обжигало смертельным морозом. От фатальной ярости остался лишь холод, он был неприятен, но не мог навредить сталкеру.

Лилит шмыгнула несуществующим носом, прижалась сильнее к тому, кого считала отцом и кого так отвержено защищала всего минуту назад.

— Те люди, наверху, — медленно и печально произнесла девочка, содрогаясь от пронизывающего ее тела мороза, — они уже не смогут нам навредить.

— Почему? — спросил Ник, немножко отстранившись от дочери и заглянув ей в глаза. — Почему ты так решила, милая?

Лилит вздохнула.

— Потому что им недолго осталось. Он идет сюда, они уже мертвы. Хоть и не знают этого.

— Он?! — Хантер сглотнул, услышав за стенами протяжный вопль человека, которого раздирают на куски. — Ты имеешь в виду Архитектора?!

Лилит молча кивнула.

— Но как Он нашел нас?! — Казалось, что у Хантера волосы на теле стали дыбом. — Как?!

— Это я позвала его, — грустно ответила девочка.

— Ты?! — произнес в ужасе сталкер, его удивлению не было предела. — Но зачем, дочка?!

— Так было нужно, — промямлил призрак. — У тебя есть нечто такое, что нужно Ему. В обмен ты можешь потребовать то, что захочешь сам.

Хантер снова сглотнул. Ком в горле, казалось, становился все больше.

— Сделка с Существом, — упавшим голосом произнес он. — От одной только мысли мне становится дурно…

— Но так надо! Поверь мне, папочка, — тоненьким голоском протянула Лилит, беря сталкера за руку. — Это такой шанс. Его нельзя было упускать, пойми…

— Я понимаю! — Ник кивнул, отряхнулся и собрался с духом. — Раз так, то нужно приготовиться!

Хантер встал с колен и прошел к груде поваленных отделочных пластин. Погнутый металл теперь был мутным, холодным и покрытым каплями воды. Отражения больше не могли напугать, являясь лишь смутными тенями на потерявшем отражающую способность полотне.

Нагнувшись, сталкер откинул несколько кусков обшивки в сторону, а затем грязно выругался. Как оказалось, полковника не было под завалом. Рюкзак воровки тоже пропал.

— Они в подвале, оба, — пискнула Лилит, подплывая к хмурому отцу. — Я слышу их. Девушка без сознания, а тот второй человек пытается связаться по рации со своими бойцами. Но ему не удастся это. Буря уже почти началась, настало время молчания и потерь.

— Не для нас, милая, — прорычал Ник, хватая один из автоматов поверженных вояк и бросаясь к двери в подвал. — Не для нас!

Створки ворот оказались распахнутыми настежь. Это не удивило сталкера. Аккуратно ступая по ступеням, Ник спустился в подвал. Шаги Ханта приглушала накопившаяся возле края ступеней пыль.

— Демоны ночи, — чуть слышно ругнулся сталкер, заметив то, что его АК-21 пропал с того места, где он его оставил. Похоже, полковник разжился новым оружием взамен утерянного пистолета.

— Я слышу тебя, — громко прокричали из соседней комнаты. Голос явно принадлежал Риверсу. — Выходи, медленно. Помни, у меня на мушке вход в комнату, а в руке граната с выдернутой чекой. Попытаешься застрелить меня, и все мы отправимся к праотцам: ты, я, эта девка Лина! Ну, не заставляй меня ждать!

Хантер тяжело вздохнул, преодолел последние ступени, завернул за угол одной из переборок и вошел в комнату с окопавшимся полковником.

— Так и знал, что это ты, сталкер! — скупо улыбнулся военный, хотя его ухмылка больше походила на оскал. — Если бы в живых остались мои люди, я бы давно уже знал об этом. Но, выходит, что они мертвы. Ну и удивил же ты меня, сталкер! Что это было там, наверху? Что за существо напало на меня?! Говори?!

Хантер взглядом оценил обстановку. Лина все так же лежала на матрасе, но теперь ее поза была неестественной. Она явно была без сознания. По полосатому полотну подстилки растекалось алое пятно крови. Воровка была ранена. Тем временем полковник восседал на стуле в дальнем углу. В его руках был автомат Хантера, у ног лежал злополучный рюкзак авантюристки. В правой руке, помимо цевья автомата, Риверс держал небольшую ручную гранату без чеки.

— Так что, сталкер! — снова хрипло заговорил военный. — Что это было там?! Много лет брожу пор этому миру, но не разу не видел такого: девчонка, белая, холодная, сильная! Уж не причудилось ли мне это? Говорят, что порою люди сходят с ума в Вечном Городе. Если это так, то мы все тут не жильцы. Но, думается мне, у тебя есть объяснение всему случившемуся!

Хантер заговорил медленно и тяжело:

— В Диких Территориях много необъяснимого…

— Не пудри мне мозги, сталкер! — огрызнулся Риверс. — Твоя сучка ранена, но жива. Однако ей необходима помощь. Если не вынуть пулю, то эта падла, Лина, умрет! Так что не тяни время! Я знаю, что сейчас это "необъяснимое" стоит рядом. Я ощущаю холод. Пусть немедленно покажется, а то моя рука затекла, как бы ни выронить гранату.

Ник не успел произнести ни звука, как маленькая Лилит материализовалась рядом, взяла его за руку и тяжело вздохнула, смотря на полковника полными ненависти глазами.

— Так и знал! — хохотнул полковник. — Ручной призрак! Ну надо же…

— Не нужно было показываться, — одними губами шепнул Ник дочке. — Это был наш последний козырь…

— Это уже не имеет значения, — тонко произнесла Лилит, крепче сжав руку отца. — ОН уже здесь!

Полковник навострил уши.

— Кто это Он?! — удивленно спросил вояка, крепче сжав автомат. — Опять фокусы, сталкер?! Да я сейчас…

Договорить вояка не успел. Свет фонарей на стенах угас, почти потух. Комната заполнилась черным дымом, темным как смоль. Тела пронзила ноющая боль, будто волокна мышц разрываются изнутри невидимыми тисками. Только неведомая сила не позволила Хантеру потерять сознания.

Облако черного дыма быстро проплыло по комнате и окружило полковника. Риверс не смог издать ни звука, его голова моментально вмялась внутрь, ошметки мозгов брызнули на стену. Тело бравого вояки судорожно дернулось несколько раз, а после этого захрустели кости. Уже через мгновение от трупа Риверса остался лишь комок измятой ткани, упавшей на пол и закатившейся под стол. Ничего более не напоминало о былом присутствии человека.

Черное облако замерло на месте. Вокруг сгустка тьмы пол и стены теряли свое очертание, по ним проходили волны, словно фундамент бы сделан не из камня, а из жидкости. Свет фонарей заколебался и почти потух совсем, но затем горение выровнялось, вернувшись к норме.

Ник готов был поклясться, что черное облако смотрит на него, хотя оно было бесформенным, аморфным, лишенным глаз. В животе у сталкера закрутило. Пускаемые тьмой волны, идущие по полу и стенам, заставляли колебаться и внутренности Хантера. Казалось, будто тело тоже начинает размягчаться и отекать.

— Это тот, о ком ты мне говорила? — повис в воздухе хрип, только чудом можно было разобрать произносимые Существом слова. Голос его напоминал вой ветра, хрипы умирающих и стоны сотен потерянных душ.

— Да, хозяин, — тихо отвечала Лилит, отведя от облака взгляд. — У него есть камень.

— Хорошо, — прохрипела Тварь, черный дым слегка опал. — Я чувствую присутствие сгустка жизни, он привязан к человеку. Пусть человек отдаст мне его…

— Был уговор! — еще тише, но настойчивее проговорила Лилит. — Камень в обмен на желание. Папа… человек знает о нем! Энергетический концентрат имеет с ним связь, ты не можешь забрать его без разрешения. Но тебе нужен этот артефакт! Я знаю!

— Ш-ш-ш-ш, — словно змея зашипело облако, этот звук не предвещал ничего хорошего. — Что ты о себе возомнила, девчонка!? Я способен уничтожить твоего человека, даже не напрягаясь! А ты, — ты будешь наказана, ты пожалеешь о предательстве!

Черное облако начало расширяться. Вскоре его сателлиты коснулись стен и те исчезли, полностью испарившись. А темная мгла все ширилась, сжирая потолок, переборки, камень, стекло, металл. Боль в мышцах усилилась многократно, заставляя Ника упасть на колени и застонать.

Архитектор шипяще захохотал, отвратительно подражая смеху людей. Ему было чуждо веселье, он лишь хотел этим напугать сталкера еще больше, смять его волю, подчинить разум.

Когда размер Существа увеличился вдесятеро, черное облако поглотило весь павильон. Над головами присутствующих появилось красное небо. Магазинчика более не существовало, Архитектор поглотил его, разложил на атомы, уничтожил. Так он показывал человеку собственную мощь, способную уничтожать не только живых существ, но и саму материю и пространство.

Хантер застонал сильнее. Над головами алый небосвод наливался темными жилами, которые словно трещины разрывали небо на части. Воздух стал колючим и наэлектризованным, ветер больше не приносил прохлады, даруя лишь сухость и едкий запах серы. Все это говорило о том, что Буря началась! Еще немного и она зальет потоками аномальной энергии весь Рэдмир. И горе тому, кто в этот момент не скроется в глубокой норе. Буря не щадит никого, она выжигает и тело и разум, после нее умирает даже душа. Это полное и бесповоротное Ничто!

— Тебе страшно, человек?! — зловеще прохрипел Архитектор. — Ведь вы так боитесь за свою никчемную жизнь! А мне даже противно говорить на языке низших тварей. Советую тебе отдать мне камень, и тогда ты останешься жив! Смотри на небо, человек, скоро начнется Обновление! Мне даже не придется лично убивать тебя, мой мир сделает это за тебя! Ты здесь всего лишь гость, а я — Владыка! Отдай мне камень…

— Не слушай его! — прокричала Лилит, заслоняя Ника от красного неба и черного облака. — Он не может убить тебя, тогда камень ему не достанется!

Раздался грохот, это Архитектор в ярости снес половину ближайшей многоэтажки одним ударом невидимого кулака. Куски бетона и кирпичи посыпались вокруг словно дождь. Земля под ногами задрожала, принимая на себя удар падающих стен.

— Мерзкая предательница! — агонически прохрипело облако. — Я заставлю тебя страдать!

Лилит вскрикнула. Ее призрачное тело оторвалось от земли, взмыло в воздух, а затем с силой упало на землю. Девочка пронзительно закричала, содрогаясь от боли. Но эта боль была не физической, Архитектор мучил ее душу. Зрелище было ужасающим. Лилит судорожно цеплялась пальчиками за землю, ее туманная дымка мерцала. Казалось, что еще мгновение и девочка исчезнет навсегда.

— Хватит! — сквозь собственную боль прокричал Хантер. — Прекрати ее мучить! Клянусь тебе, если ты не перестанешь, то я отдам собственную жизнь, но "Лютень" ты не получишь!

— Хорошо, — еле слышно прошипело облако. Его хватка ослабла и Лилит перестала кричать. — Вижу, что тебя не так просто сломить, человек. Я выполню уговор. Одно желание взамен на камень. Говори! И побыстрее. Мое время ценней жизни сотен таких мерзких крыс, как ты.

Ник помотал головой, прогоняя туман перед глазами. С трудом, но сталкеру удалось подняться с колен. Однако головокружение чуть не вернуло его обратно. Тем не менее, Хантер поднял голову к небесам, воззрился на Тьму и громко произнес:

— Одно желание и камень твой! Я хочу, чтобы ты освободил Лилит, вернул ей тело и отпустил нас живыми. Такова моя цена!

Тьма расхохоталась.

— Это целых три желания, человек! — прорычал Архитектор. — В любом случае я понял тебя. Но я не могу отпустить девочку, у меня на нее особые планы! Она дитя двух миров — вашего и моего. Твой камень ценен для меня, но не настолько, чтобы я отдал за него целое сокровище!

— Но…

— Об этом не может быть и речи! — яростно громыхнул голос, а затем очередная многоэтажка рухнула, подкошенная невидимым ударом. — Не испытывай моего терпения, человек!

— Я не уйду без Лилит! — в бешенстве прокричал Ник, хватая булыжник и запуская его в облако. — Отдай мне дочь!

— Нет, — прохрипело в ответ Существо. — Если захочешь вернуть ее, то тебе придется заплатить бОльшую цену!

— Что ты хочешь?! — в исступлении спросил Ник, сжимая кулаки в бессильной злобе. — Мою жизнь? Мою душу? Я отдам все!

Темное облако снова расхохоталось.

— Ты для меня не ценнее бетона и железа, заполонивших мой мир после появления людей. И у тебя нет ничего, что сравнялось бы по цене с душой дитя двух миров. По крайней мере, пока нет. Но сейчас разговор не об этом. Мне нужен сгусток жизни, лежащий в матерчатом мешке, а в обмен я могу дать тебе свободу и гарантию безопасности. Прибавлю к этому жизнь той девушки, что лежит возле твоих ног. Как ее имя? Лина?! Что за бессмысленный набор букв?! Но я вижу, что она дорога тебе. Ты будешь огорчен услышать то, что она умирает. Пуля засела в ее брюхе, много красной жижи потеряно. Я могу спасти ее, вернуть к жизни! В обмен на камень, разумеется. В противном случае вы оба умрете, а я заберу ваши души. Я буду мучить их до скончания времен — это худшее из наказаний за неповиновение! Вы будете молить о настоящей смерти, о всепоглощающем забвении!

— Мне нужна Лилит! — прорычал Хантер. — ЛИЛИТ!!!!

Внезапно Ник ощутил холодное касание. Призрак ласково взял его за ладонь и заглянул в глаза.

— Все хорошо, папочка! — тихо и ласково пропела девочка. — Соглашайся, я потерплю еще немного. Уверена, что ты найдешь способ спасти меня, но не сейчас. Буря уже достигла Края Мира. У тебя больше нет времени. Соглашайся! И еще…

Притянув к себе отца, Лилит прошептала ему на ухо несколько фраз, после чего отпустила его руку, печально воззрившись на черные разрывы в алом небе.

Ник устало и грубо проклял всё и всех, сжал кулаки и бессильно потряс ими перед собой. Вскоре ярость в его глазах исчезла, оставив лишь разочарование и покорность.

— Хорошо! — голос сталкера срывался и дребезжал, а по щекам текли слезы. — Пусть будет так. Я отдаю тебе камень, но взамен ты вылечишь Лину и дашь нам уйти. А еще… ты поклянешься в том, что никогда и не при каких обстоятельствах не станешь вредить мне. Пусть моя удача и достанется тебе, но ты никогда не сможешь убить или покалечить меня самолично, а также с помощью своих слуг и рабов. К тому же я хочу, чтобы Лилит избежала наказания. Она останется у тебя, но ты больше не будешь ее мучить! Никогда, слышишь?!

Туман Архитектора резко вскинулся вверх, затем штормом рухнул вниз, обдав сталкера удушливой пылью. Хантер приготовился к смерти, однако порыв ветра так и остался лишь порывом. Ни боль, ни судороги не подкосили ноги Ника.

— Есть в тебе что-то, — прошипела Тварь, перетекая в разные формы и размеры, — что подкупает меня. Не много людей способны на самопожертвование. Они лишь куски мяса, питающие мой мир страхом и отчаяньем. Ты такой же… почти, и все же немного другой. Это странно и необъяснимо. Это интригует. Я желаю посмотреть, во что выльется твоя жизнь, человек! Поэтому я выполню твои просьбы! Теперь ты защищен от моего гнева, а Лилит избежит расплаты. Что до девушки, то ее костлявая тушка более не повреждена, вскоре сознание вернется к ней. А теперь творя часть уговора, отдай мне камень!

Хантер кинул взгляд в сторону Лилит. Девочка, молчаливо стоящая у основания черного облака, еле заметно кивнула. Сталкер протяжно вздохнул, поднял с земли рюкзак Лины и развязал его. На самом дне обнаружился стальной сундучок.

— Я чувствую, — прохрипел Архитектор, — камень находиться внутри. Дитя, забери его у человека, но не открывай. Заключенная в сгустке сила отзывается на зов Бури, она способна улетучиться под властью Обновления, а я не хочу ее потерять…

Лилит не ответила, но медленно подплыла к отцу, приняв из его рук сундучок. Ник отдал его не раздумывая, но он до последнего не мог отвести взгляд от дочери. Он видел, как она вернулась к черному туману, как начала исчезать вместе с хозяином, а потом и вовсе растворилась в воздухе, будто ее никогда и не существовало. Но в последний момент Ник готов был поклясться, что увидел замерзающую слезинку на её щеке. Это была всего одна капля, моментально превратившаяся в льдинку, но сколько боли она привнесла в сердце Хантера. Сталкер вдруг почувствовал, что проиграл этот бой. Лилит осталась в плену, а вместе с ней в рабстве было и отцовское сердце. Нет ничего больнее на свете, чем утрата последнего луча надежды, когда эта надежда связана с жизнью и смертью родного человека…

Еще долго Хантер всматривался в пустоту перед собой, не в силах отвести взгляд от того места, где минутой назад стояла его дочь. Иногда сталкеру казалось, что он слышит ее крик, эхом отдающийся в окружающих развалинах.

Сверкнувшая молния вернула Ника в сознание. Грома не было, но последовавший за вспышкой едкий запах не сулил ничего хорошего. Черные разрывы в красном небе набухли и искривились. Словно огромные шрамы, они были готовы разорваться и впустить в мир аномальную энергию. Буря началась! Если первая волна застанет Хантера и Лину под открытым небом, то выжить удастся только чудом. А после того, как сталкер потерял свою удачу, на чудеса надежды больше не было.

В паре метров от Ханта застонал сморщенный комок. Это была Лина, девушка пришла в себя и села. Расширившимися глазами воровка осматривала окружающие развалины.

— Что тут произошло?! — пересохшими губами спросила она.

— К нам наведался опасный зверь — пипец, — устало ответил Ник, помогая девушке встать. — Коротко о событиях: полковник и его люди мертвы, "Лютень" теперь у Архитектора, Лилит все еще в рабстве, а на город вот-вот обрушится Буря. Нужно выбраться из этой воронки, некогда бывшей подвалом магазина, теперь окружающий бардак не сможет защитить нас от аномальных шквалов.

— Ничего не понимаю, — бормотала Лина, послушно ковыляя за сталкером. — Помню, ты сдал меня полковнику. Была перестрелка наверху, Риверс спустился в подвал и подстрелил меня. Вот только не вижу на себе пулевых ранений… или это был сон?!

— Да какая разница, — отмахнулся Ник, цепляя свой рюкзак и автомат на плечо, взбираясь по выбоинам фундамента на первый этаж бывшего павильона и помогая проделать это воровке. — Главное то, что артефакт для нас потерян, а из угроз осталась только Буря. Нам представился шанс начать все с нуля, хоть это и дико меня бесит. Я был уже в шаге от спасения Лилит. Если бы не Существо, то возможно мне удалось бы использовать "Чертов Камень" для воскрешения дочки. Хотя вряд ли Архитектор позволил бы забрать ее. Он сказал, что Лилит важна для его планов. Каких? Что он хочет с ней сделать? Куча вопросов, вместо пары ответов. Эх! Что б его, демоны ночи, меня уже конкретно плющит! Голова трещит! Как бы Буря не поджарила нам мозг! Давай уже пошевеливаться!

Выбраться из оставленной Архитектором воронки было нелегко. Старый бетон фундамента крошился и осыпался, не давая закрепиться ногам. Дважды Ник чуть не свалился вниз, лишь благодаря крепкой хватке и матерному словцу удержав равновесие.

— Хреновый из меня скалолаз, демоны ночи! — в который раз бранился сталкер, выбирая место для опоры. — Еще немного осталось. Ты там как?

— Я за тобой, — отзывалась воровка. — Но вид твоей жирной задницы отбивает у меня всякое желание лезть выше!

— Поговори мне там, — огрызнулся Хант. — Глядишь, и упадет на твою ясную голову "случайный" кусок кирпича.

Превозмогая усталость, раздражение и боль, парочке все же удалось взобраться на верхний край бывшего подвала. Еще минута ушла на то, чтобы пробраться сквозь горы мусора и хлама, оставшегося от наземного павильона магазина.

— Мамочки! — воскликнула воровка, когда ее взгляд упал на окружающие воронку развалины. — Словно ядерная война случилась…

Ник молча кивнул. Вид действительно был ошеломляющим. Вокруг кренились заваленные Архитектором ближайшие высотные дома. Кучи бетонных плит и покореженных дверных проемов "глазели" отовсюду с безмолвным укором. Горы перемолотого в щебень кирпича и куски разномастной мебели, еще недавно пылившейся в заброшенных квартирах, сейчас словно курганы покоились возле развалин зданий. Но главное — небо. Черные шрамы-разрывы заполнили половину небосвода, набухая и сочась извращенной энергией. От этого вида трудно было оторвать взгляд, он пленил, гипнотизировал, путал мысли.

— И где тут можно спрятаться от Бури?! — повысила голос Лина. Вокруг нарастал тихий свист, от которого сводило зубы. — Здесь сплошные руины!

Хантер закусил губу, стараясь придумать план. От усиливающегося писка буквально зудело все тело.

— Архитектор покуролесил только в этом квартале, — сквозь зубы произнес Хантер. — Если выйдем из этого местечкового кладбища камней, то найдем целые дома, а под ними наверняка есть подвалы. Если нам немного повезет, что вряд ли, то под землей не окажется мутантов и другой мерзости, которая тоже не против схорониться от Бури. В любом случае нужно поторопиться. У нас остались минуты, если не секунды!

Не оглядываясь, Ник быстро побежал в сторону арки. Каменный свод чудом уцелел, лишь немного деформировавшись, что не мешало свободному проходу.

Улица за аркой выглядела так, словно по ней прошла танковая армия. Архитектор не врал, когда говорил о безмерной силе. Даже не пытаясь нанести разрушение, одним своим появлением Существо навсегда изменило облик Вечного Города. Асфальт улиц представлял собой скомканное полотно, кустарник и сухие деревца были выворочены с корнем, земля газонов изрыта глубокими рвами, земля на их дне запеклась, превратившись в подобие стекла. А вот сами дома и строения, за пределами разрушенного квартала, казались целыми. Оставалось преодолеть лишь двести метров, чтобы благополучно забраться в подъезд ближайшей целой трехэтажки.

— Бегом марш! — скомандовал Хантер, бросившись вперед по улице.

Спринт давался нелегко. Тела обоих бегунов горело от боли, а навязчивый писк проникал, казалось, даже в сами кости. Мало способствовали скорости глубокие выбоины и попросту исчезнувшие целые пролеты асфальтового полотна. На их месте была все та же оплавленная корка, дробившаяся под ногами в мелкое стекло, так и норовящее забиться в обувь и под одежду.

Спасительный вход в подъезд уже маячил перед глазами, когда Буря, страшнейшая из всех за последние годы, накрыла Вечный Город. Черные шрамы небосвода лопнули, пролив на землю дождь призрачного эфира.

Лина закричала, попавшие на нее капли буквально уничтожали одежду и живую плоть. Хантер бессильно опустился на колени. Кажется, они опоздали. Вот и конец.

Земля под ногами содрогнулась — это крайние кварталы Города приняли на себя удар первой волны аномальной энергии. Спустя пару секунд ударная волна доберется и сюда. Но Ник уже ничего не мог сделать, сознание и силы покидали его. Последнее, что почувствовал сталкер, был сильный холод и мимолетное объятие.

Эпилог

Очнулся Ник от легкого поцелуя в щеку. Прикосновение было легким и морозным.

Хантер открыл глаза, с трудом повернув голову, но видение уже исчезло, оставив на стенах лишь легкие следы изморози. Сомнений не было — здесь была Лилит.

Рядом с Хантом стонала, приходя в себя, авантюристка.

— Что произошло? — слабым голосом спросила она. — Я думала, что нам конец. Этот дождь, он прожигал меня… Ай! Одежда вся в дырах, а моя кожа… Боже! Останется с десяток ямок. Придется провернуть не одно дельце, чтобы накопить на операцию по пластике!

— Скажи спасибо, что выжили, — буркнул Ник. — Никому не удавалось выжить, попав под удар Бури! Я тоже считал, что мы покойники, но Лилит спасла нас. Уверен, что это она нас сюда перенесла… Это похоже на подвал. Здесь сыро и темно. Но дочка оставила нам включенный фонарь. А еще, стоит отметить, что несмотря ни на что она спасла и тебя! Будь я на ее месте, то ты бы сейчас пускала слюни, глядя в красные небеса, постепенно исчезая под призрачным дождем!

— Кто бы сомневался! — съязвила авантюристка, пытаясь размять ноги. — Ты же хотел сдать меня полковнику, так и сейчас бы бросил. Такой ты человек…

— Кто бы мычал, демоны ночи, — фыркнул Ник. — Ты воровка и трижды предательница. К тому же я хотел лишь потянуть время. Я не собирался отдать тебя Риверсу, но кому я это объясняю?!

Лина тихонько вздохнула, обхватив руками колени.

— И что теперь? — грустно спросила она. — Что будем делать?

Сталкер закусил губу, мрачно ответив:

— Как только Буря минует, мы пойдем на Дальний Кордон. А там… каждый пойдет своей дорогой.

— Но…

— Без всяких "НО", — отрезал Хантер. — Я многое могу простить. Но только не предательство. А ты предала меня, использовала. Нет! На этом наши отношения закончились. У меня нет желания не только делить с тобой постель, но и просто общаться. Мы слишком разные. Доберемся до Дальнего Кордона и разойдемся. Надеюсь, что больше не встречу тебя. Никогда!

— Но что ты будешь делать?

— Буду решать головоломку, — пробубнил себе под нос Хантер. — Архитектор сказал, что цена "Чертова Камня" недостаточна для выкупа Лилит. А это значит, что вопрос только в цене! Я обязательно найду то, что Архитектор ценит выше души моей дочки. А если нет, тогда придется придумать план "Б". В любом случае я не остановлюсь, пока Лилит не будет свободна.

Воцарилась тишина. Сталкер и воровка смотрели в пустоту, каждый думал о своем. Для них не существовало общего будущего, они понимали это. И все же эта мысль приносила лишь печаль и беспокойство.

БОЛЬШЕ КНИГ НА САЙТЕ — KNIGOED.NET

Читайте больше книг на сайте онлайн-библиотеки mir-knigi.org