Автор : "Earrach"
Название книги: Имитация любви (СИ)
Читать на сайте: https://mir-knigi.org/author/earrach/imitaciya-lyubvi-si

========== Часть 1. ==========

Звук будильника портит всю магию утра, сообщая, что сегодня первое сентября. Лучи солнца проникали сквозь не до конца прикрытые шторы и мягко ложились на моё лицо. Я бы ещё с удовольствием понежилась в кровати, но мать стояла за дверью, бормотала о немедленном подъеме и мне пришлось сдаться. Единственное, что я себе позволила - это хорошенько потянуться.

Несмотря на первый день осени, все ещё была теплая погода. По комнате гулял приятный ветерок. Бодрил он намного лучше кофе и прочей чепухи, о которой вещает телевизор. Чтобы утром долго не возиться, с гардеробом я, предусмотрительно, повозилась вчера. На стуле покоились чёрные узкие джинсы, белая блузка с рукавами в три четверти и собранная сумка. Все, что мне осталось, это выполнить утренний женский ритуал. То есть умыться и накраситься.

Я расправила складки на блузке, поправила помаду на губах и спустилась вниз. Мама с отцом, увлечённые некой беседой, не особо меня замечали, так что я схватила со стола кусочек шоколадки и вышла из дома. На часах было половина восьмого, и я ускорила шаг. Подруга наверняка ждёт у входа и будет скоро названивать, а меня это раздражало. Лишь бы не выслушивать выпады насчёт моего очередного опоздания, даже не успевала насладиться всей красотой, ведь пришлось переходить на медленный бег.

На горизонте показалась крыша школы, к которой тянулись ученики, как муравьи в муравейник. С небольшой горы было немного смешно на это смотреть. Я уже вижу толпу во дворе, все такие нарядные и радостные. Лично для меня единственный повод радоваться — это встреча с друзьями, все остальное - лишь недоразумение, которое осталось терпеть всего год.

Моя проницательность меня не подвела, сквозь толпу я протискивалась к главному входу, где стояла Яна. С первого класса за одной партой и по жизни, в случае чего Армагеддон тоже вместе переживать будем. Но, надеюсь, обойдется все только жизненными тяготами, типа неразделенная любовь и родители не отпустили на дискотеку.

— Посмотрите, какие люди и без охраны, — мы обнялись, впервые за два месяца отсутствия в городе. — Не ложилась, наверное, чтобы меня порадовать своим появлением? — пунктуальность не мой конек, однако, повод для шуток и подколов, которые терплю уже, кажется, вечность.

— Все лето тренировалась, — скорчила самое дебильное выражение лица и потянула ее ближе к расписанию.

Кучка парней, бессмысленно глазеющих на доску с бумажками, в миг расступилась и провела нас милыми взглядами. Мне всегда льстило внимание парней, чего уж тут скрывать, уродкой-то я не была. Длинные русые волосы, миниатюрная фигура, даже немного худовата для роста метр шестьдесят пять сантиметров, попа, по мере хождения в спортзал тоже появилась. Так что да, я часто ловила на себе заинтересованные взгляды, как старшеклассников, так и парней с улицы. Но что касалось отношений, тут у меня был самый жесткий отбор, именно поэтому за все свои семнадцать в копилке всего один парень. Да и тот подвёл.

Яна быстро отыскала наш класс и зачитала расписание, которое я так же быстро записала на бумажку. Первым уроком стояла химия, куда мы и направились. Если вовремя не прийти, Альбертовна не то что в кабинет не пустит, сразу к директору отведет, а там уже разбор полетов такой начнется. Химия — единственный урок, куда боялся опаздывать каждый. Порой не всякий учитель мог позволить себе прервать урок каким-нибудь объявлением.

В кабинете была уже почти половина класса, все в пол голоса переговаривались и делились впечатлениями о проведенном лете. На удивление Альбертовны не было за столом, хотя она всегда заходила в класс ровно за десять минут до начала урока и оценивала входящих, не забывая указать все недостатки внешнего вида, хоть классным руководителем она у нас не была.

— Странно все это, может ее одолела хворь? — мы сели за свою излюбленную парту номер три на среднем ряду.

— Очень на это надеюсь, а то выбросила все водолазки под горло, — я достала все принадлежности и сидела сложа руки на груди.

— Кстати, ты не передумала в свой мед поступать? — Яна бросила исподлобья взгляд жалкого котенка.

Моя детская мечта, прошедшая всю школьную жизнь, стать врачом. В идеале конечно хирургом, но там как пойдет. Яна уже не первый год трепала мне нервы, умоляя поступить с ней на юридический, который не прельщал меня ни в какой форме. Она же, владея такой информацией, пыталась разубедить, что выходило крайне провально.

— Мы уже это оговаривали миллион раз. Нет, не передумала. Закроем тему, — мои глаза закатились до невозможности глубоко назад, грустный вздох подруги вернул их обратно.

— Ладно, хорошо. Тогда скажи, репетитора нашла себе? Вроде же нехилый уровень химии и биологии нужен, — она повертела в руках учебник и с грохотом кинула на парту, заставляя всех обернуться на нас.

— Я нет, а вот мать похоже да. По-моему, что-то говорила по этому поводу, но ты же знаешь, как много она разговаривает, так что слушаю ее вполуха. В итоге мой ответ: не знаю, — мы обе рассмеялись как раз под трель звонка.

Звонок был, а вот учителя все нет. Тут два варианта, либо Альбертовна тронулась головой окончательно, либо и правда заболела. Никто не понимал, что, зачем и как так-то. По классу то и дело летали перешептывания на этот счет, и Миша подначивал всех уйти. В таких случаях, сколько бы времени не прошло, он всегда голосовал за правило пятнадцати минут.

— Так, предлагаю свалить. Нет училки — нет урока.

Только и успел, что схватить рюкзак и сделать два шага, в кабинет вошел молодой парень. Увиденная картина заставила его показать зубки, ну, то есть улыбнуться. Все устремили на него взор и притихли. В два шага он дошел до стола на небольшом подъеме и опустился на стул, закинув ногу на ногу.

— Я знаю о священном для учащихся правиле пятнадцати минут, — он вскинул рукой и посмотрел на часы, хотя таковые имелись на стене ровно над дверью. — Но вот о семи, впервые слышу. Так что отматывай свои действия назад и начнем урок, — Миша от неожиданности послушно повторил сказанные ему слова, присев на стул все же задал интересующий всех вопрос.

— А вы кто и где Альбертовна? — парень резко вскинул голову, и Миша сразу осекся и перезадал вопрос. — Извините, Инесса Альбертовна где?

— Химичка ваша здесь больше не работает, по каким причинам я не знаю, мне такую информацию не доложили, не дорос еще, — по классу пронеслись сдавленные смешки, но он не обращал внимания и продолжал. — А я ваш новый химик. Лавров Дмитрий Николаевич. Любить не обязательно, а вот жаловать попросил бы.

Про «любить» это он зря. С мужчинами в нашем классе полнейшая беда, а в преподавательском составе так и подавно катастрофа. Ну разве что один симпатичный физрук на всех, но, боюсь, не потянет он наших дам за сорок. К слову, учитель то был не абы какой. Молодой парень, явно нет тридцати, темные, почти черные густые волосы, стоящие торчком, что было очень к лицу ему, хотя такая прическа никогда мне не нравилась, ко всему этому прилагались мужественные черты лица. Одет он был совершенно просто, но я оценила, всегда любила мужчин в рубашках, а на нем то и была всего-навсего белая рубашка, расстегнутая с верху и черные джинсы с кедами. Одним словом, перед нами сидел мальчик-красавчик. Скоро о нем прознает вся школа и вот тогда начнется женский гормональный бум. Так что его «любить не обязательно» явно пролетело куда-то в гущу неизвестности. Любить тебя будут, да еще как.

Заполнив журнал он встал и написал на доске тему урока. Что крайне необычно для учителя мужского пола, почерк был каллиграфический. Ну вот прошло буквально пять минут и пара девчонок дала сбой, ахнули в унисон.

— Надеюсь с чтением у всех все в порядке, но на всякий случай тема урока «Химический элемент. Изотопы», — метко забросил мел в коробку и вышел вперёд стола. Облокотился и начал объяснять, что к чему.

Никаких схем, таблиц, видео, аудио, экспериментов. Самый обычный сухой урок, на котором учитель главный. За все время он ни разу никуда не посмотрел. Неужели он и впрямь так хорош в химии?

— У-у, время то из овер. Остановимся на формах атомных орбиталей, которые скорее всего я объяснять не буду, — его губы впервые за весь урок разошлись в улыбке от облегчённых вздохов учеников. — На дом вопросы и три задания после параграфа номер один. Свободны.

Класс зашуршал сумками и тетрадями. Видела, как лица девочек краснели от переполняющих их чувств. Многим не терпелось обсудить новый экземпляр. Так что они в хаотичном порядке сложили принадлежности, ну чтобы скорее уединиться где-нибудь в углу коридора и трепаться до мозолей на языках. Мы с Яной фактически одни остались в кабинете, не считая учителя, который был занят заполнением каких-то бумаг.

Мы уже дошли до двери как та со свистом открылась и на нас налетел физрук. Ещё один молодой преподаватель, к которому, скорее всего, интерес поостыл.

— Опа, Никифорова, Астахова. — он стал между нами, приобнял за плечи и повёл к учительскому столу. Химик поднял на нас голову и откинулся на спинку сложив руки на груди. — Надеюсь вы завтра придёте в волейбол поиграть? — он смотрел то на меня, то на подругу и мы лишь вяло кивнули. — Димка, первый учебный день, а ты мне губишь таких девчонок. — он поцокал языком и снова обратился к нам. — Может и на футбол заявитесь, ну так чисто посмотреть?

— Я не смогу, Игорь Петрович. Дела. — понуро опустила голову не желая встречаться с ним глазами. Он быстро перевёл взгляд на Яну и кивнул ей.

— Я тоже пас. Не люблю потных мужиков. — физрук наиграно спародировал инфаркт. — Ну уж сорри. — Яна развела руками.

— Пошли вон тогда. — надул щеки как щенок обиженный.

Учителя проводили нас взглядами и стали о чём-то шептаться, а мы пошли на оставшиеся три урока. Каждый год в первый учебный день у нас было такое снисхождение. И, как обычно, они проходили невероятно быстро. Вот он первый урок, тянущийся словно один большой кошмар и вот ты уже идёшь по аллее домой.

С Яной мы жили в разных сторонах, прощались всегда на крыльце школы и расходились. Сейчас же я спокойно шла, а не бежала как спортсмен, наслаждалась последним теплом, которое так нежно касается кожи, словно лаская тело и душу.

Десять минут до дома умудрилась растянуть в пол часа. Я открыла дверь ключом и надеялась, что дома никого не будет, но мечты остаются мечтами. Мама выглянула с ванной комнаты и махнула рукой. Пока я копалась на кухне она кричала напутствия.

— Мы с папой идём на встречу, будем поздно. Делай уроки и ложись спать, — она тихо сматерилась, видать обожглась о плойку.

Я поднялась в свою комнату и, не переодеваясь, засела за ноутбук. Как современный ребёнок, естественно, имела социальные сети, которые не переживут, если их регулярно не проверять. Но ничего необычного не заметила. Снова куча сообщений о том, как я превосходно выглядела от девочек яро мечтающих быть похожими на меня и самовлюблённых кретинов, желающих пополнить свою коллекцию мной.

Легкая музыка заполняла комнату, и я стянула блузку в надежде все же одеться поудобнее. Но опять увы и ах. Мама подала командный голос, наспех надела первую попавшуюся майку и спустилась к ней.

— Даша, познакомься, твой репетитор по химии. Помнишь мы договаривались, раз уж ты так хочешь в медицинский университет. — я кивнула и повернулась в сторону репетитора.

Передо мной стоял мой учитель, только сейчас он больше походил на мальчика бунтаря. Дерзко красная майка, выгодно подчёркивающая его накаченные руки, темно синие джинсы и кроссовки. В руках он держал небольшую книгу, по которой собрался меня учить, наверное.

— Это… — мама хотела назвать его инициалы, но я сделала это по инерции, сама того не осознавая.

— Дмитрий Николаевич, — ком в горле рос с каждой секундой.

Не то чтобы я была против, просто как-то все неожиданно что ли. Вот ты сидела у него на уроке, а сейчас он стоит на пороге твоего дома и будет тратить на твои прихоти и замашки своё свободное время.

— Так вы знакомы? — вопросительный взгляд, адресованный нам обоим.

— Да, он мой учитель по химии вместо Инессы Альбертовны, — он явно не собирался давать пояснения нашего знакомства, ну типа, сама спалилась, сама и выкручивайся.

— Это же прекрасно. Ну ладно, иди занимайся, а я побежала, папа ждёт внизу, — прощальный поцелуй в щеку, и она ушла.

— Проходите, — я указала наверх. — Чаю не желаете? — гость как-никак, надо и предложить.

— От кофе не откажусь.

Улыбка озарила его лицо. Она у него какая-то необыкновенно привлекательная. Я поспешила отвести взгляд и ушла за оглашённым напитком. В комнате появилась спустя минут пять. Учитель сидел в моем кресле, с которого не стала его сгонять.

— Вам настолько нечего делать после работы? — поставила перед ним чашку и села на стул, напротив.

— Я бы с удовольствием поделал своё любимое ничего, но мне нужны деньги, — все такой же сдержанный, как и на уроке. — Сильно грузить сегодня не буду. Сделай мне вот этот тест, — он придвинул книгу и ткнул пальцем в тест номер шесть. — Узнаю, где твои слабые места и над ними будем работать.

Я кивнула и навалилась на столешницу. Открыла первый ящик, достала лист и карандаш. Ещё раз бросила взгляд на тест и принялась решать.

В комнате стояла тишина, если не считать открытого окна, которое с самой ночи не закрывалось. Я полностью погрузилась в решении задач и вопросов, учитель же предпочёл скоротать время в телефоне. Краем глаза уловила строгие черты лица, наверное, что-то серьёзное пишет. Мысли блуждали совсем не в той степи, и я одернула себя возвращаясь к тесту.

Заданий было всего десять, из которых одно осталось нетронутое. Я подтолкнула лист ближе к нему, но вышло очень неуклюже, и он слетел на пол. Учитель кажись ничего и не заметил. Я быстро подскочила и опустилась на четвереньки в поисках листка, который лежал ровно у его ног. Именно в этот момент ему нужно было отвлечься от гаджета и найти меня в таком положении. Мы просто смотрели друг на друга. Не знаю, что испытывал Дмитрий Николаевич в этот момент, я же готова была сгореть со стыда. Вот что может быть хуже? Ты знаешь человека ровно полдня, к тому же он твой учитель и репетитор, а ты уже у его ног.

Я поспешила избавить нас от недопонимания и протянула работу. Но он, вместо того чтобы забрать её, протянул мне руку, за которую невольно ухватилась.

— Неловко вышло, извините. Держите, здесь только девять из десяти. Последнее задание сложное для меня, — все же забрал лист и уткнулся в него. Хорошо, что не последовало этих пошлых взглядов, двусмысленных улыбок и прочего присущего такому молодому парню.

— Что ж, в принципе знания отличные. Поработаем над химическими связями, дальше видно будет, вдруг что ещё всплывёт.

Я неуверенно кивнула и направилась за ним. Его уход красноречиво дал понять, что на сегодня все. Пока он надевал обувь, я облокотилась на стенку и наблюдала.

— До завтра, Дарья, — взъерошил и без того торчащие волосы.

— Но завтра химии нет, — я вспомнила расписание, но потом дошло, что мама могла попросить заниматься со мной каждый день, чего очень бы не хотелось. — Только не говорите, что репетиторство будет каждый день, — закрыла лицо руками, а в ответ получила лёгкий смех.

— Нет, только вторник и суббота, — тогда о каком завтра идёт речь? Моё лицо видно говорило само за себя и его пояснения ждать не заставили. — Я завтра приду играть в футбол там и увидимся, — вскинул рукой и характерно для опаздывающего человека охнул. — Мне пора, не обессудь.

И он ушёл, хлопнув дверью так, что я сморщила лицо. По коридору теперь витал аромат сладкого парфюма. Я ещё с пару минут втягивала его носом, как и любая нормальная девушка я просто балдела от этого. Это дело нехитрое иногда и до сумасшествия доводит. Звонок телефона прервал мои мысли, и я сразу позабыла о новом учителе и что он вообще здесь был и больше не вспоминала до того самого «завтра».

========== Часть 2. ==========

Новый день не предвещал ничего хорошего с самого утра. И с каждой минутой надежды на исцеление было все меньше и меньше. То стрелка на колготках, из-за которой пришлось снова идти в джинсах, то закончились чистые тетради, то тональник протек прямо в новую косметичку. Этот марафон неудач можно продолжать вечно. Даже рассказать было некому о своем дурном настроении, потому что урок математики я просидела в гордом одиночестве. Яна любезно не брала трубку, четко давая понять, сон — главное для школьника.

По традиции все уроки начинались с повторения. Что только на руку, учителя не особо трогали учеников и брали все в свои руки понимая, за лето вряд ли кому-то пришло в голову сидеть за учебниками и книгами. Мне не особо хотелось вникать в тригонометрические функции, от слова совсем, так что просто пялилась в доску и выводила в тетради каракули. Звонок спасения раздался прямо возле кабинета, отчего многие одноклассники передернулись. Не самая приятная мелодия в девять утра, хоть и означала уход на заслуженный отдых.

Я лениво запихала вещи в сумку и вышла из класса. Направлялась в холл второго этажа, где согласно смс, меня будет ждать Яна. Мимо проскакивали малыши, задевая боком и даже не извинялись, но как-то все равно, откроешь на них рот настроение вообще упадет ниже плинтуса, а так хотя бы на плаву держится.

Как и обещала, подруга стояла на месте и пялилась на группу девочек, стоящих в плотном кругу издавая восторженные охи. Сначала пыталась понять, что там такого произошло, но быстро плюнула на это дело.

— Как математика, сильно орала? — математичка не любила, когда прогуливали её уроки, но порой все же делала снисхождения, как например сегодня.

— Простила вам этот грех. Не парься, — я вяло улыбнулась и все же спросила про этот клуб по интересам. — А что там происходит?

— Оооо, встреча года, — подруга взяла меня под локоть, и мы пошли на третий этаж. — Там короче Игнатова прикупилась, ну кофточку новую, так теперь глазеют все, кому не лень.

Таня Игнатова — гроза старшей школы. Везде, где можно было отличиться она отличилась. Везде, где можно показать себя — показала. Считает меня своим врагом номер один, что не мудрено. Борьба за статус первой леди школы началась с того момента, когда к ней стало подходить больше чем ноль парней. Её мозг настолько занят составлением планов мести и прочего членовредительства, что до неё ещё долго будет доходить, что я не по своей воле нравлюсь всем как пресловутый червонец.

— Волейбол в пролёте сегодня, как я понимаю. Все будем оценивать покупку, — мы еле слышно рассмеялись и вошли в кабинет истории.

До самого начала урока не разговаривали. Подруга копалась в телефоне, а у меня не хватило духу перебить такое увлекательное занятие. А ведь было что рассказать. Например, о моем репетиторе. Я все гоняла в голове эту мысль, сказать или нет, но Яна избавила меня от дилеммы. Как только историк начал тему урока в свойственной ему манере «ничего не вижу, ничего не слышу», она задала вопрос.

— Что у тебя с репетитором, нашла? — подперла голову руками и смотрела вперёд, чтобы не особо привлекать к нам внимание.

— Да уж, нашла не то слово, спасибо маме, — я потёрла лоб рукой и немного шумно выдохнула. — Дмитрия Николаевича мне втюхали в помощники.

Подруга, так поражённая исходом событий, издала непонятный вопль. В последствии за него поплатилась, то есть пошла к доске помогать историку разбираться в послевоенном времени.

День тянулся ужасно долго и даже не побоюсь этого слова мучительно. Мы с подругой брели после шести уроков по длинному тёмному коридору первого этажа и почему бы нам не наткнуться на Дениса из параллельного класса. Поди уже третий год будет, как он сохнет по мне.

— Даша, привет, — он в два шага дошёл до нас сжимая что-то за спиной. — И тебе, Яна, привет, — подруга вежливо улыбнулась и отошла чтобы не мешать. — Это тебе. Хотел ещё вчера подарить, но ты быстро ушла.

На руки мне легла роза невероятного цвета. А точнее синяя. Таких я точно ещё никогда не получала. Жаль, что не могу ответить ему взаимностью, парень то неплохой. Только вот не берет за душу, как бы не стелился передо мной. И жалко, и приятно.

— Спасибо, она очень красивая, — я все время смотрела в пол и глупо улыбалась. — Прости мне пора идти, обещала физруку прийти на волейбол.

Рукой дотронулась до его плеча. Такой невинный жест, который он явно расценил как нечто большее или того хуже, как зелёный свет. Как обычно, до меня это не сразу дошло, так что руку я не стремилась убрать.

— Ну тогда там и увидимся, я на футболе буду, — несмело придвинулся и коснулся щеки обветренными губами.

Этого я точно не могла предвидеть, и чтобы не показывать своего шокового состояния удрала с низкого старта по пути подцепив Яну. Пока силой тащила её на выход, она что-то бормотала в след. Мы вышли из школы и примостились на ближайшей лавочке в тени деревьев. Только села и сразу запустила руки в волосы.

— Ты чего? — подруга положила руку на плечо и легонько сжала.

— Я такая дура. Он же теперь невесть что возомнит. Не отделаемся и всем классом, — глаз так и не подняла, а только причитала и раскачивалась взад-вперед.

— А если нормально все рассказать. Я так-то ничего не видела. С физруком заболталась.

— Да блин, всучил эту розу, я, как обычно, дотронулась до предплечья, а у него в голове уже, наверное, наша свадьба пронеслась.

Только сейчас подруга заметила эту самую розу и крутила в руках.

— Скажи ему прямо, что ничего не выйдет и все, — как же на словах все просто. — Пошли по домам, потом что-нибудь придумаем, — она помогла мне подняться. — Можно забрать себе? — подняла розу и улыбнулась, знает же, что со мной она до ближайшей мусорки доживет.

— Забирай, — махнула рукой и пошла в свою сторону.

Спасибо, что дома никого не оказалось. Я устало поднялась в свою комнату раздеваясь на ходу. Будучи в одном только нижнем белье навзничь упала на кровать и пялилась в окно. Не очень-то теперь хотелось идти на волейбол. Слишком много встреч мне там предстоит. Денис, химик, Игнатовна. Теперь даже не знаю где лучше. Сидеть как сомнамбула дома или терпеть нападки школьной звезды и косые взгляды недоухажера. В запасе у меня было два часа, один из которых я провела все в той же позе на кровати. Зная характер Яны, все же на втором сдалась и побрела в душ.

К назначенному времени с рюкзаком на перевес подходила к школе. На пороге стояла подруга и трепалась по телефону. Отвлекать смысла не было, так что под её гулкий смех пошли в раздевалку. Запах, конечно, стоял еще тот. Ночью, наверное, стадо бизонов запускают, ну не могут же девочки на столько потеть. Хорошо, что нам не нужно было переодеваться, просто забросили сумки и пошли в зал.

В спортзале еще играли в футбол парни одиннадцатых и десятых классов, среди них я заметила физрука и химика. Мы быстро пробежали до скамейки и ждали окончания. Игорь Петрович махнул нам рукой и выкрикнул, что осталось пять минут. Только кивнули и продолжали смотреть.

Игра была ну уж слишком любительской. Половина парней, бегали без футболок, выставляя на показ свой накаченный торс. Со стороны это выглядело немного нелепо, словно дети мерились у кого круче. Дмитрий Николаевич предпочел составить им компанию и тоже бегал в одних свободных черных шортах по колено. Таить смысла нет, я залипла на его стройное тело. Глаза как прикованные бегали за ним. Он в право и они вправо, он влево и они влево. К слову, смотреть там было на что, каждый из четырех кубиков четко выделялся, подтянутая грудь, умеренные бицепсы. Думаю, любая не отказалась бы просто подышать с ним одним воздухом. А как он пот со лба стер, в общем, держите меня семеро. Едва я не зашлась кашлем от удушья, Игнатова пришла на помощь. От ее появления как-то сразу мозг начинает работать адекватно.

— Астахова, выбираешь кого еще в себя влюбить? Не много ли? — Таня со своей неизменной свитой прошла на соседнюю лавочку и грациозно села закинув ногу на ногу обращая на себя внимание парней, которые уже закончили играть и обменивались рукопожатиями.

Я же решила оставить ее риторические вопросы без внимания. Физрук выпроводил всех и направлялся к нам улыбаясь во все тридцать два ровных зуба.

— Я прошу прощения у всех леди, которые почтили нас присутствием, но сегодня мне нужна только команда по волейболу. Скоро намечается игра с сорок седьмой школой, — многие девочки грустно загудели, а он только развел руками, но как альтернативу предложил малый зал начальной школы и большинство согласилось, кроме меня.

— А ты чего не идешь? — Яна придвинулась ближе и надевала свои наколенники. Капитан команды как-никак.

— Ты же знаешь моё отношение к этому виду спорта. Лучше посижу тут, подожду тебя, — улыбнулась, принимая в руки ее мастерку.

— Ладно, как знаешь, — после этих слов она ушла на свою зону давать наставления команде.

Все на местах, разогретые, огонь в глазах и физрук дает первый свисток. Игра началась. Скучнее дела и быть не могло, но выбора у меня не много, придется терпеть. Долго одной сидеть не представилось возможности, химик и Денис решили почтить меня своим присутствием. Они сели с двух сторон от меня. Денис потирал шею полотенцем, а химик елозил рукой по влажным волосам. Спасибо, что хоть одеты оказались прилично.

— Даш, может сходим куда-нибудь в субботу? — ну вот, все, как и говорила. А потом жди предложения.

— У меня репетитор в четыре, — впервые я так рада была этому событию.

Химик немного рассмеялся, напоминая о своём присутствии, что мне стало как-то неловко обсуждать эти любовные дела.

— В воскресенье? — господи, вот зналось тебе это свидание.

— Хорошо, воскресенье в пять у моего дома, — может до этого дня Х наберусь смелости отшить его.

— Отлично, буду ждать, — он улыбнулся улыбкой голливудского актера, за которую Игнатова готова продать душу дьяволу, и оставил легкий поцелуй на щеке.

Денис шёл на выход все оглядываясь на меня. Только дверь за ним закрылась я уронила голову на колени и стёрла нежеланный поцелуй.

— Чем же он так тебе не мил? — химик снова напомнил о себе, и я посмотрела на его смеющееся лицо.

— Знаете, бывает так, что не лежит к человеку душа, хоть он и из трусов выпрыгивает ради вас. Здесь примерно то же самое, — я выпрямилась и откинулась на спинку. — Кстати, красиво играли, занимались? — не хотелось обсуждать с учителем своих парней, так что смена темы очень кстати вписалась.

— Спасибо. Да было дело, правда не долго, травма ноги и запретили, — усмехнулся, своим воспоминаниям, наверное. — А ты почему не играешь, пришла же на волейбол, как мне помнится, — оба следили за игрой, интереса с его стороны как-то не прибавлялось.

— Хожу сюда ради Яны. Какой мне вообще волейбол, посмотрите на меня. Один удар и руку можно сломать, — его карие глаза пробежались по оголенным рукам, и голова утвердительно закивала.

И словно в подтверждении моих слов ровно в мою сторону, а точнее даже в лицо летел волейбольный мяч. Я так опешила, что не успела сориентироваться и уклониться от него. Все, что смогла, это зажмурить посильнее глаза, но удара не последовало. Открыв несмело один глаз, увидела, что передо мной была вытянута рука химика, в которой он сжимал мяч. Молниеносная реакция.

— Игнатова, заняться нечем? Руки чешутся? — физрук ненавидел такие выходки, так что устроил хорошую взбучку. Ее нелепые отговорки типа «я косо ударила по мячу» не прокатили, все знали, что у нее рука набита на прямое попадание. Схлопотала она по полной короче.

— Спасибо вам, — я бросила испуганный взгляд на химика, который продолжал смотреть вперед.

— Забей, все равно бы не отбила, слишком сильно подала ваша Игнатова, — он с минуту помолчал и задал вопрос, который я ждала. — За что она тебя так?

— За Семенова. Этот треугольник до хорошего не доведёт, — он снова засмеялся и покачал головой.

Больше мы не говорили. Через минут пятнадцать я поняла, что больше не могу сидеть, отложила мастерку подруги и быстрым шагом вышла из зала, даже не попрощавшись с учителем. Забрала из раздевалки сумку, развернулась к входной двери и уткнулась носом в мужскую грудь. Исподлобья увидела смеющиеся глаза химика.

— А я все думал, кто сорвется первый. Пойдем провожу, все равно в одну сторону идти, — ну раз в одну сторону, то какой еще может быть ответ кроме да?

Закинула рюкзак на плечо и вышла в холл первого этажа. Химик услужливо открыл дверь на улицу, где в лицо ударил свежий и немного сильный ветер. Пройдя всего ничего обхватила себя руками от пробирающего холода. Было очень непредусмотрительно выйти в одной майке. Учитель поцокал языком и накинул на плечи байку.

— И что же вас тянет показать себя всему миру? На улице давно не май.

— В спешке собиралась, вот и не взяла. И ничего я никому не стремлюсь показать, — мне стало немного обидно за такие его слова, пусть и сказанные в общем порядке.

— А все только этого и ждут. Уж извини, но про тебя на каждом углу говорят, — искоса смотрит на меня, желая, увидеть реакцию, которой уже давно нет на такие новости. Знаю, что они там говорят, но все равно спросила.

— И что же? — изогнула бровь в непонимании ситуации. Мол «ох, боже».

— С тобой мечтает встречаться добрая половина школы, а ты динамишь их. Чем же они так виноваты? — как быстро наш разговор перетек в более дружеское русло, нескромные вопросы на которые я почему-то отвечаю, хотя и не обязана.

— Какой с них спрос? Поиграются и выкинут, я для них не больше чем красивая кукла, новый трофей. А кому это льстит, кроме мужчин? Поэтому и нет парня.

— Сильные слова, странно слышать это от семнадцатилетней девчонки.

— Да, странно. Но увы, все меняется, и мода на любовь видимо тоже прошла, к сожалению.

Учитель наверно был слишком потрясен моими ответами, что оставшийся путь мы шли молча. Видела, как гнет пальцы на руках, нервничает, но от чего? Вроде и хочется узнать, да и как-то не этично лезть в душу человеку. Так что втянула ртом воздух и закрыла его. Мы медленно приближались к моему дому, вот уже и подъезд мой, а я все никак не могла сказать, что мы пришли.

Набравшись смелости повернулась к нему, но тут меня точно молнией ударило. В шею вцепились длинные ногти, сжимая до удушья. Я только хрипела и махала руками отгоняя это чудо-женщину. Химик обхватил ее за талию и оттащил на безопасное расстояние.

— Карина, хватит. Не устраивай истерик на людях, — девушка так и норовила вырваться и еще раз вцепиться в меня.

— Ни стыда, ни совести. Подцепил какую-то шваль, может и домой еще вел, ну так познакомить нас? — кажись я понемногу начинаю въезжать. Это его девушка.

Девушка была неимоверно зла. Глаза налились красным, на руках выступали вены и прожилки. И что же он такого вытворил, что она на людей бросается? Ее вид так и кричал «беги пока не поздно». Стоит ему ослабить хватку и от меня мокрого места не останется, сотрет с лица земли.

— Это моя ученица. Угомонись, — еще крепче прижал к себе не позволяя даже пошевелиться.

— Ну ни хрена себе ученицы пошли, — хорошо, что она еще не заметила, что на мне его байка иначе не сносить нам обоим головы.

— Я, пожалуй, пойду. До свидания, — я пятилась назад и попутно доставала ключи от дома.

— До свидания, Даша, — закинув девушку на плечо пошел дальше.

В след мне летели отборные выражения, которые он старался пресечь, но выходило не очень успешно. Сердце обливалось кровью, кажется я стану невольной причиной расставания этих двух людей. От этого становилось не по себе и ужасно стыдно перед учителем. Одними извинениями тут явно не отделаешься. Или лучше вообще не лезть?

========== Часть 3. ==========

На часах двенадцать, на улице вовсю светит солнце, и за окном на площадке резвятся дети. Прекрасный день, суббота. Приятно осознавать, что два дня ты спокойно можешь ничего не делать и предоставлен сам себе. Родители каждые выходные уезжают за город доверяя мне квартиру.

Со спокойной душой я нежилась в кровати, хоть и осознавала, что скоро придёт репетитор. С трудом дотянулась до телефона и увидела смс от мамы. Спасибо, что не стала будить звонком.

«Звонил Дмитрий Николаевич. Сегодня ты занимаешься у него дома. Целую.»

Чудно. Я в полном отчаянии уронила голову обратно на подушку. Только этого не хватало. Последствия после встречи с его «питбулем» еще не прошли. До конца недели пришлось носить ненавистные шарфики. Если не всматриваться, то люди могли бы подумать, что меня укусил вампир с очень широким ртом. Да и Дмитрий Николаевич никак не прокомментировал данную ситуацию. Мы увиделись только на уроке в пятницу, после которого его как ветром сдуло.

Стрелки мчались вперёд и уже нет времени лежать. Проклиная весь мир пошла на кухню перекусить чего-нибудь или хотя бы выпить чай. За завтраком все думала о прогуле занятия. Плохо стало или по пути ногу подвернула. Хотя он позвонит маме, а та в разнос пойдёт. Все, что бы я не придумывала было ни на что не годно. Надо идти.

Я выискала водолазку с высоким горлом, как раз чёрная, чтобы был очевиден траур по травмированному горлу. Узкие темно-синие джинсы облегали худощавые бёдра. Сумка на плече с парой тетрадок, пеналом и пакет с байкой, которую следовало бы вернуть владельцу. Вроде готова, посмотрела последний раз в зеркало. Вот черт, глаз смазался. Скинула сумку и пошла в ванну исправлять огрех.

Понимала, что опаздываю, но как нарочно делала все медленно. Когда добилась идеала на лице, вышла из дома и направилась в соседний. Не обманул, когда сказал, что нам по пути.

Перед самым подъездом замедлила шаг. Если пару часов назад отгоняла от себя мысли о неминуемой смерти, почему-то была уверена, что они живут вместе, то сейчас это было бесполезно. Они вихрем крутились в голове. На свой страх и риск набрала код, кнопка нужного этажа и вот она металлическая дверь, за которой неизвестность.

Инстинктивно положила руку на горло и коснулась звонка. За дверью раздалась птичья трель и звук приближающихся шагов. Замок щёлкнул и передо мной предстал химик в домашнем. Те самые чёрные шорты, серая мятая майка, спортивные низкие носки и заспанное лицо. Я как вкопанная стояла и смотрела, он видно соображает быстрее меня.

— Входи уже, — чуть ли не втянул за локоть. — Можешь убрать руку, я здесь один.

Опомнилась и одернула её. Разулась и прошла за ним на кухню. Он указал на стул возле окна, а сам ушёл в другую комнату. Пока он там что-то делал, я осмотрелась вокруг. Неплохая двушка, ремонт не из дешевых. Что-то не очень похоже, что квартира принадлежит человеку, которому нужны деньги. Я постаралась сразу отогнать эти мысли. Не моё дело, я сюда пришла химией заниматься, а не данные для налоговой собирать.

Через пару минут учитель вернулся с парой каких-то книг. Сел около меня и начал шарудить страницами учебника.

— Вот держи. Прочитай про химические реакции, их классификацию и, если останутся силы, про тепловой эффект, — придвинул ближе книгу и достал из кармана телефон. — Если что не ясно, сразу спроси, не тяни.

Я кивнула и уткнулась в книгу. Да уж, такой себе репетитор. Так я и сама могла подтянуть предмет. Но все же принялась карандашом помечать слабо доступные места. Только хотела спросить об этом, подняла на него глаза и встретилась с его изучающим взглядом. В открытую смотрел на моё лицо, слишком сосредоточенно и с некой важностью. Я тоже смотрела в упор, порой мне нравится смотреть ответно в глаза. Учитель видимо не мог оставить все просто так.

— Покажи шею, — сложил руки в замок перед собой, так что вены стали набухать и выкатываться наружу.

Не самое приятное занятие, но руки сами опустили горло водолазки открывая красные полумесяцы, расположенные дугой по обе стороны. Его пальцы коснулись шеи и меня бросило в дрожь. Нет, не от касания, а от холода. Пальцы были ужасно холодные. Химик с сожалением выдохнул и закрыл глаза.

— Прости, что так вышло. Она не со зла. А как бы это сказать… — он щелкал пальцами и пытался подобрать нужные слова. Я решила закончить за него, прекрасно понимая, что он имеет в виду.

— Просто ревнует к каждому столбу, — он неуверенно, но все же кивнул.

— Если я могу как-то загладить вину, только скажи, — пытается прикрыть ее, мужчина.

Мне ничего не нужно было ни от него и даже не от нее. Пусть делают с этим что хотят.

— А вы помирились, да? — слова сами вырвались, чего я совершенно не ожидала, какое мне вообще дело до этого.

— Да, все хорошо. Правда пришлось немного потратиться. Но это не так уж и страшно, — как же он спокойно отвечает на такие некорректные вопросы ученицы. По-хорошему надо бы меня осечь, а он как на ладони все выложил. Дурак что ли?

Посчитав, что тема в принципе себя исчерпала и мы друг друга поняли, он выхватил учебник и хотел приступить к объяснению. Мой телефон ужасно звонко завибрировал на столе, что я ударилась коленом о столешницу. Химик добродушно разрешил поднять трубку, а сам ушел открывать дверь, в которую кто-то неумолимо ломился. Как только он закрыл дверь, схватила телефон. На экране светилось имя «Денис».

— Даша, привет, занята? — нарочно что ли?

— Да, я сейчас у репетитора. Говори быстрее, — мне не терпелось положить трубку, за закрытой дверью дела обстояли куда интереснее этого «многообещающего» разговора.

— Просто хотел убедиться, что с тобой все хорошо и ты не передумала пойти со мной завтра.

— Нет, не передумала. Завтра в пять. Пока, — уже на расстоянии услышала тихое «пока» и нажала отключить.

Тем временем за дверью слышался мелодичный женский голос. Девушка что-то очень кокетливо предлагала химику, который с не меньшим энтузиазмом принимал все предложения. Я снова притянула учебник и продолжила читать про тепловой эффект, дабы не слушать эти через чур откровенные вздохи.

Когда я пошла читать параграф по второму кругу учитель вернулся на свое место и с его лица не сходила дебильно-радостная улыбка. Процесс «миримся» видно в самом разгаре. Я подняла на него глаза и придвинула учебник, еще больше исписанный карандашом. Он кажется и не удивился, сразу приступил к прерванному делу.

На третьем вопросе я мысленно забрала свои слова обратно, о том, что он нерадивый учитель. Крайне просто и доступно, множество примеров, которые он собственноручно записывал в мою тетрадь. Даже на словах рассказанный им опыт был ясен как белый день. Не отрываясь от дела поставил передо мной чашку насыщенного красного чая. Это был лучший чай в моей жизни. Хоть и никогда не любила таковой. Покончив с этими реакциями, он хлопнул учебником и сложил их в одну стопку, вручил мне тетрадь и снова уставился на меня.

— Скажи, а зачем ты согласилась пойти на свидание с Семеновым, заведомо зная, что Игнатова просто так это не оставит, да и в принципе шансов у него нет, — вот тебе и раз. Знает больше меня. Теперь он задает мне некорректные вопросы, типа зуб за зуб?

— Не знаю, может от вселенской скуки. А может он и не так уж и плох, — пожала плечами, пытаясь поверить в эти слова сама.

— В любом возрасте вы одинаковые, — он тихо рассмеялся, упираясь лбом о руки.

— Вам вообще не должно быть дела до моих похождений, — в один глоток допила чай и с грохотом поставила кружку на стол.

— А мне и нет дела, есть интерес.

Тему женщин мы мусолили еще очень долго, медленно переводя ее в совсем другое русло. На третьей чашке чая мы уже во всю смеялись над его нелепой жизненной историей и позабыли, о чем до этого горячо спорили. И все это несмотря на то, что в другой комнате сидела его девушка. Обиды за сказанные им слова улетучились в неизвестном направлении. Сейчас нам было весело и уютно. Он как хороший друг, о котором я знаю все и не знаю ничего.

Это вообще законно заводить дружбу с учителем? Хотя, какая разница, если с ним можно говорить обо всем и не бояться показаться глупой или нелепой. Он с удовольствием расставлял все по своим местам, объясняя мне все закавыки жизни. Ни разу не посмеялся над моей неопытностью в каком-либо аспекте жизни. И вроде бы темы, которые ты можешь обсудить только с лучшей подругой, не стали такими уже и запретными.

Он рассказал про свою девушку. Как они познакомились случайно, столкнувшись в магазине. Как ее зеленые глаза взяли его за самую суть. Вроде бы такая банальная, но по-своему красивая история. А он так спокойно рассказывал все, словно знал, что этот разговор состоится и именно я стану невольным слушателем. В одночасье все веселье испарилось.

— …четыре года жили душа в душу, пока у нее в мозгу что-то не стрельнуло. Примерно полгода назад решила, что я ей изменяю. Ходит и колотит всех, кого видит. Так уж вышло, что ты не первая пострадавшая. Если честно… — он перешел на шёпот. — … я перестаю ее понимать и чувствую, что скоро конец придет. Конец этим отношениям и моему терпению. Порой ее истерики за гранью понимания. А я устал от этого, — он замолчал, сверля глазами дыру в стене.

— Вы ее любите? — вроде бы такой простой вопрос, а пауза была слишком долгой. Не сложно догадаться, но он озвучил ответ.

— Нет.

На кухне воцарилось молчание. Я не знала, что в таких случаях говорят и делают. Учитель понимал, что я в замешательстве и не требовал каких-либо утешений или дежурных слов поддержки. За окном начало темнеть, и я обратила внимания на часы. Полвосьмого. Почти четыре часа вместо отведенных двух. Я спохватилась и засобиралась. В ногах стоял пакет, который я случайно пнула ногой, совсем позабыв отдать хозяину.

— Дмитрий Николаевич, держите. Ваша байка. Спасибо, — отдала пакет в который он не заглянул, а кивнул и отшвырнул в угол кухни.

— Могла бы себе оставить, — мило конечно, но это уже переходит все границы. Только вещи учителей я не коллекционировала.

Мы вышли в коридор, и я быстро натянула свои спортивные балетки. Мы смотрели друг на друга. Под напором его карих глаз, которые просто въедались в тебя, сложно было говорить нормально. Так что еле выдавила из себя «до свидания» и открыла дверь.

— Подожди, — он засуетился, бросился к тумбочке, достал ручку из ящика и на клочке бумаги что-то написал. — Это мой личный номер, позвони если нужно будет что-нибудь, — протянул листок на котором был как под линейку выведен номер и простая подпись Дима. Я робко приняла этот презент и улыбнулась. — Может от надоедливого ухажера отмазать, ну, например.

Я нажала кнопку вызова лифта и размышляла над его ответом «нет». Вопросов было много. Я робко оглянулась на дверь, но одернула себя и вошла в лифт. Пара секунд и сорвалась с места, палец коснулся звонка и дверь снова отворилась.

— Ты что-то забыла? Что-то случилось? — химик озабоченно кидался вопросами. Видимо моё озадаченное лицо говорило о многом.

— А можно вопрос личного характера? — слова не давались с трудом, возможно в ответе на мой вопрос кроется дальнейший поворот судьбы.

— Валяй.

— Зачем вы с ней встречаетесь и живете если не любите? — ни грамма удивления, тень улыбки на лице, глубокий вздох и долгожданный ответ.

— Привык видеть ее рядом. Знаешь, — оперся о дверной косяк и сложил руки на груди, не отрывая от меня глаз. — Приятно осознавать, что в конце рабочего дня тебя дома кто-то ждет. В какой-то степени тебе хочется жить и есть для кого. Что-то типа маленького смысла жизни. Есть кому выговориться, пусть и не всегда успешно. Есть тот, кто тебя поддержит. Чем это плохо. Пусть даже ты и не любишь больше.

Я опёрлась о стенку лифта и закрыла глаза. Необычный вечер выдался. Его монолог долго звучал в моей голове, прямо въедался в нее. До самого дома шла погружённая в свои мысли. Осознав полностью значение всех слов, поняла, что было бы неплохо извиниться перед Денисом за грубый разговор и наконец-то посмотреть на него как на парня. Может он то, что я так тщетно ищу.

Я обняла себя руками и продолжала идти вперед, напролом, задевала прохожих плечом и получала в ответ лишь «аккуратно же». Ветер обдувал со всех сторон напоминая, что скоро придет настоящая холодная и дождливая осень. Я бы шла так до самой квартиры, как на автопилоте, но у дверей столкнулась с парнем, который звонил в домофон по номеру сто.

— Простите, я из сотой, что-то хотели? — он обернулся, и я опешила от столь позднего визита. — Денис, что ты тут делаешь?

— Твой телефон, он выключен. Я думал, что-то случилось. Вот приехал, а тебя и дома ещё нет, — нащупал мою руку в темноте и немного сильно сжал в своей. — Но слава богу с тобой все хорошо.

— У репетитора задержалась, — двумя руками обхватила его руку, одновременно набираясь смелости извиниться, ну и погреться. — Прости меня за этот разговор, не знаю, что на меня нашло, — подняла на него глаза, но трудно было что-то увидеть темно уже стало.

С каждым моим словом расстояние между нами неумолимо сокращалось. Его губы нашли мои и еле коснулись. Денис отпрянул и смотрел мне в глаза, в которых полный бедлам из эмоций и желаний. Понял, что я не собираюсь убегать, колко отвечать или бить он поцеловал ещё раз, но уже с полным контролем над ситуацией. Рука мягко легла на мой затылок и перебирала волосы. Губы нежно терзали мои, даруя давно забытые ощущения легкости. Вторая рука спустилась на талию и сильнее впечатала в его тело. Тёплый. Я уперлась своими ручками ему в грудь и разорвала поцелуй.

— Что-то не так? — конечно он удивлён, сомневаюсь, что его каждый раз отталкивают. Но я сама не знала зачем это сделала. Мне понравилось.

— Ничего, — положила голову ему на грудь и прикрыла глаза стараясь хоть немного понять, что я чувствую.

Денис свёл свои руки на моей талии в замок. В его объятиях ещё столько места осталось. Я такая маленькая и хрупкая, одна его ладонь укрывала половину спины. Мои руки ещё покоились на его груди и плавно очерчивали в меру накаченную грудь сквозь тонкую ткань чёрной рубашки. Чёрный. Ему идёт. Придаёт важности и мужественности. Носом втянула аромат, исходивший от него и заполняющий собой воздух в районе ближайших пятнадцати метров. Послевкусие горького шоколада.

Эта минутная слабость дала мне в голову, как пробка от шампанского. Наверное, пора бы послать к черту прошлое и начать наконец жить. Я встала на носочки и почти невесомо коснулась его губ, которые он держал в одной натянутой линии. Рука дотронулась до острого подбородка и немного сжала, ослабляя его напряжение.

— Даша, все хорошо? — удивление, заинтересованность. Да, Даша никогда себе такого не позволяла. Первая красавица школы вела себя со всеми как ханжа. А тут такой резонанс.

— Более чем, — глаза прикрыты и блаженная улыбка на губах, которые сразу же закусила.

— Может провести тебя до квартиры, больно ты странная, — вложила ему в руку ключи и кивнула.

Господи, Денис проехал почти пол города только потому, что телефон выключен. Да мама обо мне даже так не пеклась. Разве этот банальный жест не заслуживает внимания? Может любовь ещё не вымерла, и я получу дозу положенного мне счастья.

Парень открыл входную дверь и посмотрел на меня. Я витала в облаках и не заметила, как все сильнее жалась к его руке. Он усмехнулся уголком губ и подхватил той самой рукой под колени. Мои руки обвили его шею чтобы не упасть.

— Поставь меня. Тебе же тяжело, — он только подкинул меня вверх и рассмеялся.

— Точно? — закрыл за нами дверь, уселся на стоящий в коридоре пуфик и поставил меня перед собой.

Я запустила пальцы в его темные волосы и массировала кожу голову. От удовольствия он прикрыл глаза и припал головой к моему животу одновременно поглаживая ноги. Для меня это что-то вроде переломного момента, когда я позволила любить себя и возможно влюбиться самой.

— Тебе пора, — двумя пальцами приподняла его лицо за подбородок, хочу, чтобы он смотрел мне в глаза.

— Пожалуй да, — поднялся с места и оказался на целую голову даже почти две выше меня.

Прежде чем уйти снова припал к губам в требовательном поцелуе. И мне это начинало нравиться. Нежно, мягко с нотками небольшой грубости в виде укусов. Я сжимала в кулачки низ его заправленной рубашки.

— Люблю тебя, — выдохнул в губы каждое слово. — До завтра.

— До завтра.

Дверь за ним захлопнулась, а я так и стояла к ней спиной втягивая носом аромат. Запечатляя в памяти его касания, взгляды и улыбки, тёплые губы. Стояла и улыбалась в пустоту. Привет новая я.

========== Часть 4. ==========

Родители вернулись домой раньше обычного и застали меня метающийся из комнаты в ванную и обратно. Папа решил не мешать и закрылся в своём кабинете, мама, наоборот, проявила не дюжий интерес к этой беготне.

— Ты куда-то собралась сегодня? — она не против вечерних походов, но как любая мать желает знать, где меня искать в случае чего.

— Помнишь Дениса из параллельного класса? — она на секунду замялась, пытаясь вспомнить всех Денисов доступных ее памяти. — Ты еще в классе восьмом пророчила ему головокружительную внешность и кучу девчонок в довесок, — тут она просто загорелась вся и одобрительно кивнула. — Радуйся, иду с ним на свидание.

Теперь ее энтузиазму не было предела. Она желала быть в курсе всего, вплоть до того какое белье я надену, что немного меня подбешивало. Я старалась улыбаться на каждый ее совет и не вызывать подозрений, что они до меня не доходят. Все так же спокойно продолжала накручивать волосы на плойку иногда шипя, когда очередной раз обжигала палец, наносить косметику на лицо, цокая при виде изъянов на веках или ресницах.

Когда мама окончательно выговорилась, стала позади меня и приобняла за плечи. Этот жест немного смутил, ведь такое проявление ее любви было крайне редким явлением. Практически приравнивалось к Снежному человеку. Все о нем знают, но его никто не видел. Одним только взглядом намекнула, что хотелось бы побыть одной. Так сказать, морально подготовиться. Мама закивала и со словами «конечно, конечно» ушла к отцу.

Я зашла в приоткрытую дверь моего небольшого гардероба, сделанного отцом на прошлое день рождение, и открыла ящик невысокого комода из красного дерева. Пробежалась рукой по многочисленному женскому белью и достала черное тонкое кружево и лиф без бретелей. Оно отлично подойдет к тому трикотажному черному платью, которое я выбрала вчера перед сном, в надежде, что оголенные плечи окончательно его добьют. Хотя, куда уже больше.

Времени катастрофически не хватало. Быстро достала платье и еще раз прикинула на себя, так сказать убедиться в своем выборе. Определенно оно. Пара секунд и оно красовалось на мне, выгодно подчеркивая худую фигуру, облегая небольшую грудь и попу. Длина до колен, вырез до середины бедра, оголенные плечи и открытые ключицы. Волосы волнами спадали на правое плечо, ноги устойчиво стояли на умеренной шпильке замшевых туфель. Эффектно, и вряд ли мне дашь семнадцать.

Звонок телефона заставил посмотреть на часы и ужаснуться, пять минут шестого. Я ответила и услышала спокойный голос Дениса, который дал мне еще десять минут. Немного шумно выдохнула и оглядела себя в зеркало. По новой осмотрелась с ног до головы, но каждый раз боялась встретиться со своими же глазами. И без того знала, что в них страх. Страх снова облажаться и остаться ни с чем, быть обманутой и нелюбимой, отвергнутой и брошенной судьбе на растерзание. Вчерашний вечер, проведенный в разговоре с учителем еще больше убедил, что не умею любить и отчасти жить, пытаюсь показать, что сильная, но это не так и он раскусил меня в два счёта. Мне нужен человек гораздо сильнее меня. Может быть Денис и поможет в этом.

Я спускалась с лестницы и кричала на всю квартиру, что наверняка буду поздно. Лаконичное «хорошо» еле услышала, так как захлопывала за собой дверь. Стоя в лифте и теребя клатч поняла, что ничего не взяла накинуть поверх платья. В который раз уже. Клиникой попахивает, память лечить пора. Пару секунд помялась у дверей на улицу и всматривалась в небольшое окошко, через которое хорошо была видна машина и опиравшийся на нее парень. Одернула еще раз платье и нажала на кнопку двери.

Лицо парня озарила улыбка. Оттолкнувшись от крыла авто, он направился в мою сторону и едва дойдя протянул руку, в которую бездумно вложила свою. Денис притянул плотнее к себе и впился в губы, от неожиданности рефлекторно сжала его локоть. Тот самый поцелуй, который не давал мне уснуть полночи. Я так о нем мечтала и получила. Сладкий, томный, нежный. Влажный язык плавно прошелся по зубам и несмело проник внутрь, устраивая с моим самое настоящее танго. Я разорвала поцелуй, хоть и не хотела этого делать, но понимала такими темпами можно никуда и не уехать.

— Ты сводишь меня с ума, — притянул еще ближе, в глазах плясал демонический огонь и невероятной силы желание. — Это платье… — он глухо рыкнул и закопался носом в мои волосы.

— Мне очень идет, — закончила фразу и улыбнулась ему в грудь.

— Именно так. Поехали.

Я обогнула парня и направилась к авто. Денис открыл дверь не переставая пожирать глазами, которые еще немного и нальются кровью. Он сильно втянул свежий воздух в надежде, что он остудит пламя внутри, и сел с другой стороны от меня. Авто плавно тронулось с места и поехало по ночному проспекту мимо разноцветных огней, украшающих город. Я смотрела неотрывно в окно, даже тогда, когда рука парня легла мне на колено. Денис придвинулся ближе да так, что могла опереться на его широкую грудь спиной.

— Ты очень красивая, — шептал на ухо поглаживая свободной рукой мой живот. — Три года я любил только тебя. Ты даже не представляешь насколько я счастлив. Не знаешь, каково было смотреть на тебя с расстояния, видеть с другими парнями. Как хотелось ударить любого, кто посмеет сделать тебе больно. Сейчас ты со мной, ты моя и сделаю все, чтобы ты была счастливее всех, — поцелуй в щеку, такой невинный, что даже немного обиделась.

Я завела руку назад и положила ему на затылок притягивая к своим губам. Денис усмехнулся и со всей присущей изящностью подарил очередной умелый и желанный поцелуй.

Машина так же плавно остановилась на парковке прерывая нашу близость. Денис услужливо помог выйти и отпустил водителя сказав, что доберётся домой сам. Кафе, в которое он меня повёл, находилось на противоположной стороне дороги. Мы, как последние сумасшедшие, перебежали ее в неположенном месте, при этом громко смеясь и оглядываясь по сторонам, дабы не нарваться на полицию. Люди соответственно обращали свои взгляды на нас. Кто понимающе улыбался, кто с нотками укора.

Внутри кафе было тепло и уютно. Мягкие кресла, круглые небольшие столики, приглушённый свет и мягкий тон стен. Все намекало на расслабление и умиротворение. Наверняка здесь люди просиживают штаны часами. Народу, к слову, было тьма, но парень предусмотрительно заказал место на двоих. Девушка лет двадцати мило улыбнулась и показала на единственный свободный стол у стены смежной с окном.

Денис положил руку мне на талию и подпихнул вперёд, позволяя чувствовать себя главной. Проходя мимо столиков засматривалась на людей. Кто с подругой пришёл, кто с парнем, с мужем, любовником. Всем было что обсудить и одновременно хорошо провести вечер воскресенья. По кафе разносился запах свежезаваренного кофе и только что приготовленных пирожных.

Практически дойдя до нашего места я встретилась с до боли знакомыми глазами. На этот раз их взгляд был сквозь меня. Он смотрел на Дениса умело скрывая свои эмоции. Я затормозила у столика тем самым впечатала в себя парня, идущего позади.

— Дмитрий Николаевич, добрый вечер, — радостный голос заставил его отвлечься и посмотреть на меня.

Он сидел со своей нелюбимой спутницей жизни. Я поздоровалась и с ней, ясно давая понять, что ее опасения были ложными. Девушка раздражена таким ходом событий и весьма громко цокнула. Но всем было плевать. Никто кроме меня ее, кажись, и не замечал.

— Дарья, Денис, здравствуйте, — лицо в миг расслабилось, и он откинулся вальяжно на спинку стула.

Оценивающий взгляд, брови бесстыдно поползли вверх, полный рот воздуха и тяжелый выдох. Это не было похоже на те предыдущие разы, здесь явно интерес как к женщине нежели ученице. От пристального внимания собственного учителя начала ёжиться и переминаться с ноги на ногу, что выходило на шпильках неуклюже. Денис пришёл на помощь и подхватил одной рукой за талию вжимая в своё тело.

— Аккуратно, милая, — свободной рукой ухватился за локоть для большей уверенности, что не упаду, а химик только растянул губы в широченной улыбке. От чего стало не по себе.

— Ну что ж, приятно отдохнуть, молодёжь, — теперь его внимание было приковано к даме напротив, которая оживилась и продолжила прерванный рассказ.

Я хмыкнула и прошла дальше. К великому сожалению мы сидели за соседним столиком. Не сомневаюсь, что химику будет интереснее прислушиваться наших тем, чем выслушивать в какой кофточке пришла на встречу Ирка. И даже нет и тени сомнения, что он потребует подробности моего решения сойтись с Денисом. Все это время я делала вид, что увлечена меню, хотя не вглядывалась в него вообще.

— Что ты будешь? — кажется, он даже и не открывал его. Одним движением пальцев подозвал официанта и ждал только меня.

— Зелёный чай и тирамису, — захлопнула журнальчик и отдала официанту.

Рукой подперла подбородок и смотрела в окно, на котором сверху вниз свисали гирлянды синего и белого цветов. От них рябило в глазах, но меня ни капли не смущало. Ногтями беспорядочно стучала по столешнице в ожидании заказа. У Дениса с первого раза получилось унять это бесящее нас обоих занятие. Его вопрос заставил моё сердце взять выходной.

— Ответь мне на один вопрос, — перевела на него взгляд и кивнула, не ожидая ничего криминального, он так расслабленно сидел на стуле, что сложно было понять его мысли. — Три года я пытался всеми доступными мужскому мозгу способами добиться тебя, а тут один вечер, и ты чуть ли не повисла на моей шее. Кто тебе мозги вправил?

Я не знала, что ответить. В голове пронёсся разговор с учителем, о котором лучше никогда не упоминать. Робко встретилась с его смеющимися глазами, они не были ни злыми, ни подозрительными, даже того огня не было. В них было что-то пострашнее, к примеру азарт. Что-то вроде «сейчас нагуляюсь и можешь катиться к черту». Я вжалась в стул и опустила голову пытаясь скрыть слезы, застрявшие в уголках глаз. Семенова как всегда не проведёшь. Он оперся о стол и положил руку на щеку, немного надавил и поднял голову.

— Даша, если я сказал что-то не то, извини меня. Твой ответ не поменял бы мои чувства к тебе, — большим пальцем он аккуратно стёр слезинку и мягко поглаживал щеку, которой я ещё сильнее прильнула к руке.

— Нет, я отвечу, — мягко улыбнулась и посмотрела сквозь него на учителя, который сидел полубоком чтобы лучше слышать. — Один козел помог понять, чего я хочу, — Денис усмехнулся и не принял мои слова всерьёз посчитав их хорошей шуткой.

Звонок мобильного заставил прерваться. Парень бегло извинился и ушёл в сторону уборной. Официант так резко оказался около меня, что я испугалась. Он умело держал на одной руке поднос, второй все выставлял на стол, пожелал приятного аппетита и ушёл.

Я взяла в руки вилку и начала бездумно ковырять пирожное. Искоса поглядывала на учителя, но тот все ещё строил безграничную заинтересованность Иркой. Я чуть было не в слух смеялась, но каждый раз вовремя себя останавливала. Девушка в конце концов окончательно вышла из себя и предложила уйти. Химик только пожал плечами, расплатился и пошёл вслед за ней.

Минутой позже вернулся Денис с довольным лицом, видно новость не терпела отлагательств.

— Придёшь на футбол во вторник? Я очень хотел бы тебя видеть, — игрок основного состава наконец предстанет перед всеми с дамой сердца, вот так новость будет.

— Конечно. С радостью разделю с тобой момент победы, — теперь он точно готов будет пойти на все чтобы не облажаться в моих глазах, показать всего себя и добыть-таки победу для школы.

Оставшийся вечер мы провели в разговорах о нас. Парень все время забегал вперёд, но мне свято хотелось верить, что его слова сбудутся. На душе становилось тепло и даже расцветали надежды и мечты, которые стали запретным плодом. Мой чай давно остыл, пирожное так и осталось разломанным на кусочки. Мне правда не хотелось есть, хотелось слушать этот бас, он как музыка для ушей. Глаза выдавали меня с потрохами. Именно сейчас я счастлива. Об этом я узнала тогда, когда пропустила половину его рассказа и под самый конец поняла, что зависла ещё в самом начале. Там было что-то про лето, про футбол, друзей. А для меня это было просто мимика лица и всплеск рук.

Время давно перевалило за десять, пора возвращаться. Денис и сам понимал, что нам нужно расставаться, завтра все-таки в школу. Он расплатился по счёту, и мы вышли на оживлённую улицу. Погода была не такая уже и холодная по сравнению с прошлыми вечерами, но парень все равно накинул свой пиджак мне на плечи и терпеливо ловил такси.

Спустя минут пятнадцать мы сидели в тёплой машине. Она свободно мчалась по пустынной дороге, не тормозила на светофорах и с каждой секундой была ближе к моему дому. Я всем телом жалась к парню, а он податливо принимал моё необъяснимое рвение. Его счастья хватит на нас двоих, но так ведь быть не должно. За это глубоко в душе корила себя.

За поворотом видна крыша дома и я недовольно хмыкнула. Денис смеялся и даже не пытался скрывать этого.

— До завтра, — вышел вместе со мной из машины и утянул под козырек подъезда, укрывая нас от любопытных глаз водителя и возможных прохожих.

— Увидимся, — поцелуй в одну щеку, в другую, в шею, в подбородок. Меня было не остановить.

— Я буду ждать на углу школы, — руки с талии медленно сползали на попу, что меня ни капли не взволновало. Мозг давно опьянен желанием большего.

Парень будто знал это, знал и тянул. Наслаждался, как в нас растёт снежный ком. Ещё немного и сорвётся лавина, накрывая с головой. Рука уже забралась под подол платья и поднималась все выше и выше. Он провёл по белью и усмехнулся.

— Любишь кружева? — губы снова так близки, что начала задыхаться, промолвив невнятное «да» притянула к себе.

Не было больше нежности. Страсть, жгучая и невыносимая. Его желание внятно ощущала низом живота, но не делать же этого около подъезда. Все-таки обуздав себя одернула его руки и вернула платье в исходное положение. Денис все понял и не стал настаивать.

— Беги домой, поздно уже, — смазано чмокнул меня в щеку, и я скрылась во тьме подъезда.

Дверь тяжело хлопнула и из кухни показалась мамина голова. Вопросов не последовало, вряд ли я смогла бы утолить ее информационный голод, потому что удушье от счастья было сильнее меня. Скинув не аккуратно туфли поднялась к себе. От прилива давно забытых эмоций напрочь забыла и то, что завтра придётся столкнуться с так называемым «серьезным разговором».

========== Часть 5. ==========

Ровно без двадцати восемь Денис стоял на углу школы в компании своей неизменной свиты. Парни оживленно что-то обсуждали и громко смеялись, видно один из них рассказал до невозможности смешной пошлый анекдот. Я неторопливо спускалась с горы и придерживала блузку, которая так и норовила подняться до неприличия высоко из-за ветра. Глаза парня случайно встретились с моими. Он испуганно затушил сигарету и выкинул в мусорку при этом виновато опустив голову. Без стеснения я прошла мимо двух его лучших друзей и поцеловала парня.

— Курим значит? — не без издевки конечно же. — Держи, горе-курильщик, — вложила в руку целую пачку мятной жвачки.

— И тебе доброе утро, — приобняв за плечо, мы двинулись в школу, не без перешептываний сзади естественно. Мы только давились смешками, пока этот шепот не стал переходить в самый настоящий «громкий» разговор, который Денис решил пресечь. — А ну отвалили. Без ваших обсуждений будем живы.

Парни пожали плечами и попрощались со мной у подножья лестницы. Денис решил провести меня до самого кабинета, и что-то мне подсказывает, что еще много непонимающих взглядов мне предстоит встретить. Так оно и было, каждый второй чуть шею себе не сворачивал, все так и норовили тыкнуть пальцем. Кто откровенно умилялся, наконец-таки сошлась пара всея школы, кто-то сочувствовал Игнатовой, а кто-то мне. Этот испорченный телефон уже активировался, и не удивлюсь, если где-то на первом этаже в противоположном крыле кипит лицо Тани. Под грозными взглядами парня, который дарил их как букеты на восьмое марта, все мигом прятали свои глаза и боялись пикнуть. Все же мы добрались до кабинета литературы, и он рывком прижал к подоконнику оперевшись руками по обе стороны от меня.

— Даша, если хоть кто-нибудь тронет тебя, дай знать, — настроен был крайне зло, что влекло за собой необдуманные поступки и не менее тяжкие последствия.

— Хорошо, только давай без рук, — нехотя кивнул, но я-то поняла, что это не больше чем отговорка чтобы отстала. Он видите ли мужик и будет решать дела так как это полагается мужчине. Тьфу блин, детский сад.

Быстро коснулась его губ и вбежала в класс усаживаясь под изумленные взгляды рядом с Яной. Она уже закипала от интереса и не понимания в одном флаконе. Я не спешила с объяснениями, а спокойно готовилась к уроку. Раскрыла учебник и бегло водила глазами по тексту пытаясь выудить самую нужную информацию.

— Долго мне ждать? — подруга кхеркнула над самым ухом.

— Ничего криминального не случилось же, можешь подождать до конца урока? — не отрывалась от учебника, если подниму глаза, то наверняка встречусь со всеми любопытными одноклассниками. Впервые в классе стояла такая тишина. Кто бы не хотел услышать эту историю из первых уст.

Под напором ее голубых глаз я почти сдалась, но в этот момент в класс вошел химик и с довольной миной уселся на стул. Класс нехотя перевел взгляд с меня на него, отчего учителя чуть ли не разорвало на части от радости.

— Я понимаю, что Астахова у нас сегодня блистает, но химия сама себя не выучит, — вот услужил блин, и без тебя было ясно, что сегодня икаться мне будет целый день.

— Дмитрий Николаевич, а почему нет литературы? — сознательная староста Катя осмелилась перевести тему, что несомненно получилось.

— Ольга Арсеньевна заболела вроде или у нее какие-то личные проблемы, я не вникал. В общем поставили вам химию, — Катя пыталась призвать его к разуму, что никто не ожидал такого и не готов, но он сам все понял и прервал ее несостоявшийся монолог поднятой рукой. — Знаю, что я сейчас как снег на голову, так что просто начну новую тему.

Все сорок пять минут мы слушали про атомы, изотопы и прочее. Он выводил формулы на доске, которые переписывались на двойные листочки с обещанием, что они окажутся в рабочей тетради. Половину урока я смотрела в окно, а половину на доску. Как бы я не уговаривала себя, а встретиться с ним взглядом было хуже атомной войны. И с чего бы вдруг? То есть сидеть у него дома на кухне, пить ароматный чай и рассказывать про своих мужиков так это пожалуйста, а как на уроке посмотреть на учителя, то сразу увольте.

Звонок был как спасение, все зашарудили сумками и по несколько человек уходили на следующий урок. Я в компании подруги тоже собралась уйти, как бархатный голос попросил задержаться. Яна недоумевающе посмотрела на меня, но все же вышла дожидаться в коридоре. На пятках развернулась к учителю и подошла к столу, за которым он довольно вольно развалился. Как только захлопнулась дверь химик, не скрывая широкой улыбки потер ладони.

— Ну-с мадам, я хочу услышать все подробности первым, — наглость второе счастье, и вот пример этого выражения прямо передо мной. Знаю, что просто так не отпустит. Кинула сумку на первую парту и присела на край учительского стола всматриваясь в его карие глаза.

— Что именно вы хотите знать? — уж лучше отвечать на вопросы, чем выложить слишком много ненужного.

— Во-первых, какой такой «козел» вправил тебе мозг? Во-вторых, неужели тот ответ на вопрос про нелюбимую определил судьбу, и ты все же дала парню шанс? — раскусил по всем фронтам, чертов идиот. Я усмехнулась и опустила голову принимая поражение.

— Допустим «козел» это вы, и да, в некоторой степени определил. А что в этом такого? — вот теперь я и правда не поняла, самому жить с давно не привлекающей его дамой можно, а мне значит нет.

— А если бы я ответил по-другому? Что тогда? — в глазах блеснула издевка, что было некстати. — Даша, ты слишком много значения придаешь чужим словам, и от этого выходит полный отстой, — снова этот уверенный во всем взгляд. — Я все-таки любил ее когда-то, у меня привычка к ней, зависимость. А что у тебя к нему? Ты никогда ничего не чувствовала к нему, так с чего ты взяла, что сможешь почувствовать сейчас? Где твой здравый смысл?

Пытается вразумить что ли? Поздно сдавать назад. Я решила дать ему шанс, и он его получит. А лечить меня тут не нужно.

— Дмитрий Николаевич, может я как-нибудь сама разберусь. Ваш ответ я расценила по-своему и хотела бы остаться при своем, — вскочил на ноги и схватила сумку, этот разговор себя исчерпал. — И еще кое-что, не могли бы мы перенести наши занятия на сегодня после пятого урока?

Он так и остался сидеть с закинутой ногой на правое колено и вертел во рту карандаш. Улыбка не покидала лицо ни на минуту. Все-таки он удивительный человек. Заслышав моё предложение только развел руками.

— Ну разумеется, завтра же тебе захочется поддержать своего парня, — на последнем слове он сделал совсем ненужный акцент. Я только закатила глаза и вышла из кабинета, оставляя его наедине с собой.

Яна поглядывала на часы и нервно отстукивала ногой. Я подошла к ней и выдернула из мыслей. Держа подругу под руку, мы шли на урок. Я бездушно молчала и смотрела как она взрывается.

— Решила дать парню шанс, вдруг и правда что-то получится, — усмехнулась ее выражениям лица, которые менялись со скоростью света.

— Не ты ли кричала недавно, что его внимание в печенках сидит? — настолько увлеченная разговором, она и не собиралась его прекращать даже когда мы оказались в раздевалке с кучей одноклассниц.

— Ну кричала и что дальше? Прокричала и одумалась. С кем не бывает, порадовалась бы лучше, — наигранно надулась и стала переодеваться на физкультуру.

— Да радуюсь я, радуюсь. Просто пытаюсь понять ход твоих мыслей.

Самой понять не мешало бы. Гул парней за стеной дал понять, что урок начался. На ходу завязала хвост и прошла в зал, где уже строились в одну шеренгу. Игорь Петрович в свойственной ему манере танца зашел в зал и оглядел нас прищуренными глазами.

— Я тут подготовил вам сюрприз. Сморщили попки и принимайте гостей, — после этих слов, словно как в программе «жди меня» появился одиннадцатый «А».

Лучше и придумать нельзя. И снова я в центре внимания. Денис подошел и бегло поинтересовался все ли в порядке и ушел в самое начало шеренги, как самый высокий из класса. Игнатова чисто «случайно» задела плечом при этом шипя свои заученные проклятия.

— Делимся на две команды. Мальчики из «А» берут себе девочек из «В» и наоборот, — физрук бросил Денису мяч, а сам удалился в свою подсобку, в которую незаметно для всех, кроме меня, проскользнул химик.

Игра в вышибалы меня не сильно радовала. Куча синих отметин с фиолетовыми подтеками не входили в мои планы. Но так как мы предоставлены сами себе и физрук уповает на разум адекватных парней, то я села на скамейку и просто смотрела за происходящим. Рядом со мной сидела еще пара девочек, в частности те, которые боялись потерять очки в честном бою.

Я безотрывно смотрела на своего парня, который умело владел мячом и выбивал одного за другим. Команда напротив терпела безоговорочное поражение, но ровно до того момента пока мяч не попал в руки Игнатовой. Она ,как положено, завела его за голову держа двумя руками и уже хотела было отпустить в мою сторону, но зал разорвал пронзительный голос учителя. И голос принадлежал далеко не физруку.

— Игнатова, только попробуй и я запихаю тебе этот мяч куда подальше, ясно? Отдала его Евсееву и села на скамейку, — в зале воцарилась тишина, никто не понял такого энтузиазма от человека крайне далекого от физкультуры. Да и как он вообще тут оказался.

Таня покорно выполнила предписания и со злым лицом села к своим подругам ругая весь мир. Я перевела свой взгляд на Дениса, который смотрел в сторону подсобки и на лице играл звериный оскал. Вот только драки между учителем и учеником не хватало. Так и до отчисления намахаться можно. Во избежание этого вскочила с места и ухватилась за руку парня, который сразу расслабился и обнял меня на глазах у всех. Я посмотрела на химика взглядом мол «какого хрена?» и он только поднял обе руки в знак «а что я?»

Я вывела парня из зала и остановилась около ближайшего окна. Успокаивающие поглаживания не очень помогали. Он только втягивал носом воздух, пытаясь обуздать свою злость.

— Что случилось? — попытка разведать обстановку вышла не очень приятной.

— Она ещё и спрашивает. Лучше ты мне скажи, давно это у нас химик учениц защищает? — ревнует, господи, малое дитя. Я прикрыла глаза и помотала головой.

— Никто никого не защищает. Скорее всего он просто первый понял в чем дело и быстро среагировал. Ну не ждать же когда кто-нибудь созреет, — Денис удивленно вскинул брови и посмотрел на меня.

— Я созрел. И вполне способен защитить тебя и без этого мудака.

Если бы я только знала, что учитель все слышал и именно эти слова сыграли значимую для них двоих роль. Именно с них началась только им двоим понятная война. В конечном итоге я плюнула на парня и с не меньшим раздражением ушла обратно. В след слышала его просьбу не уходить, но слишком поздно.

Я вернулась в зал где никто уже не играл, а живо обсуждали произошедшее. Яну нашла стоящей около стены у самого входа.

— Что это с ним? — подруга кивнула в сторону вошедшего следом Дениса. Он только бросил на меня жалостливый взгляд и ушёл к друзьям.

— К химику ревнует. Видите ли, он испортил ему всю малину. Геракл не защитил свою Мегеру. В общем, он себя считает теперь униженным и оскорбленным, химик у нас продолжает занимать почетное место пожирателя женских сердец, а все претензии достались мне, — сложила руки на груди и грозно посмотрела на парня.

— Добро пожаловать в отношения, — подруга с ухмылкой пожала мне руку и пошли переодеваться.

Мы сделали это крайне предусмотрительно, потому что как только вышли из раздевалки на нас шел поток девочек. Бьюсь об заклад сейчас там происходит не самое лучшее зрелище. Игнатова растолкала всех в толпе и успела-таки ухватить меня за локоть довольно крепко сжимая его.

— Погоди-ка принцесса. Не много тебе защитников? Давно спим с учителями? — шантажистка в деле, когда же она успокоится уже.

— Игнатова, да кто тебе поверит то, кроме твоих недалеких подруг? — сложила руки на груди и оперлась о дверь, за нами как минимум наблюдали пара парней из ее класса и соответственно ее собачонки.

— Я из штанов вылезу, но мне поверят все, не сомневайся, — ее наманикюренный ноготь довольно больно впивался в мою немного костлявую грудную клетку, но стойко терпела эту нападку.

Оставшиеся уроки прошли по сравнению с утром вполне себе сносно. Странные разговоры и взгляды больше не отвлекали меня. Денис пытался объясниться, но выходило совсем уже никак. То друзья отвлекут, то задержат после урока, то мне было некогда. Все же после последнего урока ему удалось выловить меня и заставить послушать.

— У тебя есть время пока мы дойдем до кабинета химии, — после этих слов он снова напрягся. — Он мой репетитор, мама нашла, не нужно на меня так смотреть. Хотел извиняться так давай, — шла уверенно с гордо поднятой головой демонстрируя, что разговор будет коротким и безоговорочным.

Парень только сглотнул и разжал кулаки обхватывая мою талию и притягивая к себе. Вторая рука легла на затылок, не давая возможности увернуться или того хуже отказать ему. Этот чертов поцелуй делал свое дело. Слов, наверное, ему не хватило, и он решил использовать свой козырь. И ему с блеском это удалось. Мои руки потянулись к его плечам и несильно сжимали их. Денис улыбался сквозь поцелуй понимая, что выиграл.

— Ты… ты просто невыносим, это не честно, — пыталась все же противостоять, но дрожащий голос выдал меня.

— Ага, не честно, полностью с тобой согласен, — рука заскользила по моему подбородку и сжала его заставляя смотреть ему прямо в глаза. — Но тебе нравится и отрицать это глупо.

— Ладно, но имей в виду, больше этот фокус не пройдет, — я пригрозила пальцем тыча ему в грудь, он словил руку и приложил к своим губам соглашаясь с каждым словом.

На том мы и разошлись, он на тренировку, я на химию. Только что воцарившаяся идиллия немного умерила мой враждебный пыл, но и не отменяла разговора по поводу поведения учителя. Я так была занята продумыванием диалога у себя в голове, что наткнулась на Дмитрия Николаевича, который открывал дверь своего кабинета. Лбом уткнулась в широкую спину и непроизвольно втянула носом его аромат. Немного сладкий, но не менее привлекательный. И мне следовало бы сразу же отпрянуть, но по каким-то неведомым причинам я этого не сделала, только тяжело вздохнула и еще сильнее прижалась к нему.

— Дарья, твоё повышенное внимание к моей персоне может привести меня к больничной койке. А это не совсем предел моих мечтаний, — его слова привели меня в чувство, и я сразу отскочила, принося тысячи извинений за то, что переступила грань.

Учитель уселся на свое законное место, достал из ящика книгу и указал рукой на место, напротив. Я немного потупив бросила сумку на стол и подставила стул. Достала пару листков и внимательно следила за ним. Глаза сощурены, пальцы около алых губ, рубашка расстегнута сверху на пару пуговиц, показывая его сильную шею. Кажется, в этом кабинете сейчас будет самая высокая концентрация электричества.

— Кстати, вы помирились? — опять вместо химии у нас душевные посиделки?

— Ага, — бросила ручку на стол и подперла голову рукой. — Лучше вы мне скажите зачем заступались, тогда бы ничего не произошло, — глаза так и искрились, весело ему.

— А что я такого сделал? Всего-то попросил вести себя на уроке физкультуры адекватно. Я даже не знал, что ты там сидела, — врет, нагло и беспринципно.

— Ну конечно, так все и было. Вы специально это сделали, хотели посмотреть, что будет. Довольны? — откинулась на спинку стула и не переставала смотреть ему в глаза, которые по-прежнему скрывали все его эмоции за семью замками.

— Ладно, допустим. Я же не думал, что он у тебя настолько вспыльчивый, — я фыркнула и постучала ногтем по учебнику призывая все же поучиться немного.

Химик намек понял и не стал протестовать. Полистав книгу ткнул пальцем в тест и дал минут тридцать-сорок. Я бегло просмотрела задания и принялась решать первую задачу. Учитель решил оставить меня и испарился на неизвестное мне время. Голова медленно заполнялась формулами, вычислениями и воспоминаниями, что же объясняла Альбертовна. Задания оказались не такими и сложными, стоило только напрячься как следует. Я исписала листов пять за почти двадцать минут, а химик так и не появился. Ждать его я была не настроена, так что повернула листы к нему лицом и ушла.

На последок заглянула в спортзал, где тренировка шла полным ходом. Денис бегал без майки и раздавал какие-то указания игрокам. В воздухе витал запах пота вперемешку с дезодорантами и парфюмами, которые не выветрятся с тела мужчины ни при каких обстоятельствах. Парень руками показал перерыв в пять минут и прибежал ко мне. От объятий я деликатно отказалась, намекая на мокрое тело.

— Ну хоть поцелуй, недотрога, — уговорил-таки на это дело. Я притянула его за шею и впилась в искусанные губы. Томно сминала их и беспардонно проникала в его рот языком. Провела кончиками пальцев по рельефному прессу, заставляя его шипеть от накатившего кайфа.

— Так все, мне еще заниматься. Иди домой, отдыхай, — утвердительно кивнула и ушла по направлению к выходу.

Хорошо, что сейчас шли уроки и на крыльце никого не было. Без препятствий я двинулась в сторону дома обдумывая произошедшее сегодня. Голова шла уже кругом от событий, свалившихся на меня. Когда с тобой столько всего происходит, это совсем не круто. Так что попыталась выбросить все из головы и подумать об этом завтра, ну или хотя бы хорошенько отосплюсь.

========== Часть 6. ==========

Комментарий к Часть 6.

Ребята, если вам нравиться работа обозначте это как-нибудь. Хочется знать и плюсы и минусы, исправиться пока не поздно. Буду рада любым высказываниям❤️

Школьный день не прошёл мимо меня, как бы мне этого не хотелось. Пару раз наткнулась на Игнатовну, но Денис словно скала вырастал позади, и Таня сразу молча уходила. На уроках я витала в облаках, за что получала нагоняй от учителей. И только один химик решил оставить все как есть.

Сегодня рассказывал нам все секреты химических связей. Все своё внимание он уделял опытам, доске, мелу и таблицам. А я наоборот смотрела только на него. Где-то в глубине души закралась ужасная теория, что черта, которую не стоит переступать, будучи учителем и ученицей, понемногу стирается. Говорить с ним на эту тему уж точно не стоит, пусть мы и не таим друг от друга неких своих переживаний и секретов. Мы знакомы всего ничего, а он так блестяще втерся в доверие выуживая все, что ему хочется знать. Или же это просто природная харизма и она все делает за него?

Всеми силами пыталась отогнать эти мысли, они совсем ни к чему и очень не кстати. На деле же выходило все из ряда вон. Смотря на мускулистую спину, мысленно снимала его рубашку цвета красного вина. Поток пошлостей прервал голос секретаря из приемной директора. Её маленькая голова протиснулась в приоткрытую дверь кабинета, и тоненький голосок окликнул учителя.

— Дмитрий Николаевич, извините, пожалуйста, но вас и Астахову вызывает к себе директор, — химик бросил на меня резкий взгляд, от которого стало не по себе и кивнул женщине, сообщая, что мы уже в пути.

Меткий бросок и мел лежал в коробке, он легко сошел со своего пьедестала и поманил меня рукой. На ходу дал задание, быстрым шагом вышел из кабинета и направился в противоположное крыло третьего этажа. Как могла бежала следом, но ноги настолько стали ватными, что подкашивались почти на каждом шагу. Я не совсем понимала зачем вызывает директор, да еще и в дуэте с химиком. В тот момент как-то не очень думалось о вчерашней Таниной угрозе. Так что всем сердцем не понимала такого интереса. Учитель же предпочёл не замечать, как я плетусь следом, и шёл куда глаза глядят. Возле приемной он остановился и открыл дверь пропуская меня первую. Секретарь попросила зайти вначале меня одну, а потом уже пригласит учителя. Я сглотнула ком в горле и посмотрела на Дмитрия Николаевича, он уселся на стоящий около стола стул и не выражал ровным счетом ничего. А вот я тряслась как осенний лист в жуткий ветер.

Пара ударов в дверь и хриплый женский голос разрешил войти. Директор сидела за своим аккуратно убранным столом, она у нас еще та педантка. Я присела за прилегающий и ждала ее монолога. Она не спешила и оглядывала меня с ног до головы. Сложила руки в замок перед собой и мягко вздохнула.

— Даша, ты знаешь, как я к тебе отношусь. Ты у нас умница, столько медалей для школы в различных олимпиадах принесла. Жаль конечно, что сейчас забросила это дело, — я уже было выдохнула, думала попросит на очередную олимпиаду сходить или типа того, но дальше мои уши отказывались допускать до мозга услышанное. — Пойми, что я просто пытаюсь помочь. Ты очень красивая девочка, почти все мальчики в тебя влюблены, но почему ты выбрала именно учителя? Он же гораздо старше тебя.

Моё лицо сменило выражений десять не меньше, и это за такой короткий монолог. Вот тут озарение снизошло. Игнатова воплотила свою угрозу в жизнь. Я начала взрываться как бомба замедленного действия. Мне очень жаль, Наталья Олеговна, но на вас сейчас обрушится лавина правды.

— Простите, что прерываю, суть моего нахождения здесь я уловила и хочу обозначить ситуацию. Все, что наговорила вам Игнатова полная чушь. Я никого не выбирала, у меня еще есть здравый смысл. Дело в том, что я недавно начала встречаться с Семеновым и ее такое положение вещей не устраивает. Понимаете? Это что-то типа войны в ее понимании. И она сейчас пойдет на всё чтобы обратить на себя внимание и насолить мне, а какие за это будут последствия ее мало колышет, — директор все так же сидела и ни разу не шелохнулась, внимая каждому слову и только изредка коротко кивала.

— А как же то, что он провожал тебя домой. Вы сидели наедине у него в кабинете. Как ты объяснишь это? — с этого момента я перешла на крик, который явно слышен за дверью.

— Да вы серьезно? Дмитрий Николаевич живет по соседству со мной. Помимо школы он помогает мне подтягивать химию для поступления. На все ваши вопросы у меня самые простые и жизненные ответы. Ничего между нами нет и быть не может. У него есть девушка, у меня парень. Что еще вам нужно знать? Лучше вправили бы мозги Тане, а не меня дергали, — на этом я бестактно покинула кабинет и помчалась обратно в класс чуть ли, не краснея от переизбытка эмоций.

Химик настиг меня за поворотом, видимо их разговор оказался больше не актуальным. Схватил меня за локоть и впечатал в свою грудь успокаивающе гладя по волосам. Я дала себе волю и пустила-таки пару слезинок на его рубашку. Он крепко прижимал к себе пытаясь заглушить всхлипы и не давать слезам катиться дальше.

— Хочешь я поговорю с Таней? — оторвалась от него и посмотрела в оттаявшие глаза, которые теперь излучали доброту и тепло.

— Нет уж, предоставьте это Семенову, — снова прижалась лбом к нему и пальцем протерла глаза.

— А чего тогда ко мне жмешься? — сказать правду или солгать, дилемма года.

— И правда, простите, больше такого не повторится, — оттолкнула его и пыталась смело уйти, он шел сзади и самодовольно ухмылялся.

— Два раза повторила, почему не повторить третий? — резко затормозила, а удара не последовало, он предусмотрительно шел медленно, давая себе возможность обойти меня без эксцессов.

— Не много ли чести вам? — съехидничала, а он только улыбнулся и открыл дверь, жестом предлагая войти в класс, где стоял ужасный шум.

На перемене класс естественно раструбил, что любимого всеми учителя вызвали на ковер к директору, да еще и в паре с Астаховой. Реакция Дениса не заставила себя ждать и вот он уже летит с другого конца коридора расталкивая ни в чем неповинных учеников. Я приложила ладонь к его губам заставляя замолчать и дать возможность объясниться раньше, чем меня назовут шлюхой.

— Игнатова вчера запугала, что расскажет про мою якобы связь с химиком, — глаза его чуть на лоб не полезли. — Да-да, только потому, что я начала с тобой встречаться, а теперь делай с этим что хочешь, — убрала руку и тут его поток слов разом испарился, осталось только непонимание и недоумение.

— Я поговорю с ней, — приобнял меня за плечо, и мы вышли из школы.

Мы спустились с лестницы и на нас налетел химик. Он тяжело дышал от пробежки, видимо бежал от самого кабинета. В руках держал зеленую тетрадь в двенадцать листов чуть ли не сминая ее. Отдышавшись перевел взгляд на Дениса.

— Семенов, быстро в кабинет к остальным. Ваша контрольная оставляет желать лучшего, — применив свою силу он впихнул ему тетрадь прямо в грудь, выглядело это так, как будто через этот жест пихнул парня.

— А это не может подождать? У меня так-то игра скоро, — химик уже шел в обратном направлении запустив руки в карманы брюк.

— Вот перепишешь и пойдешь, — дверь за ним громко хлопнула, и мы остались стоять в недоумении что же это было.

— Урод, блять, — он открыл тетрадь, в которой красными чернилами стоял кол. — Заебись, — вырвала тетрадь из его рук и пробежалась глазами по задачам. Все задания кроме последнего были правильными, что меня не на шутку разозлило. Силой обуздала желание пойти и разобраться с ним. Свидетели мне ни к чему были, так что отдала тетрадь и наигранно расстроилась. — Ладно, пойду переписывать, увидимся на игре.

Его руки обхватили моё лицо и увлекли в нежный поцелуй, который не очень-то и хотелось заканчивать. Учитель видно давно наблюдает за нами в окно и довольно громко постучал в него, намекая, что Денису пора. Еще раз отборно покрыв Дмитрия Николаевича матом, он ушел в школу. Я же тихо побрела по знакомой аллее, усаженной с двух сторон кленами, которые уже начали скидывать свои листья. Они медленно отделялись от деревьев и ложились мне под ноги выстраивая ковровую дорожку до дома.

У самого подъезда быстро нашарила в сумке ключи и зашла внутрь. Всю дорогу не переставала злиться и перебирать варианты оправдывающие или отягощающие поведение учителя. Что толкнуло его на эту ложь?

Дома я закрылась в комнате и уселась за стол проверяя свои соц. сети. Ничего нового, никакого разнообразия даже здесь. А еще виртуальный мир называется, одно название от него. Хлопнула крышкой ноутбука и спустилась на кухню. Мама орудовала сковородками и острыми керамическими ножами, что выглядело довольно-таки устрашающе. Моё появление не заставило ее отвлечься, она просто поставила передо мной тарелку супа и продолжила манипуляции с морковкой. Все же озадаченный вид сделал свое дело, и она таки спросила про мои дела.

— Как свидание с Денисом, я так и не спросила, — оу, спасибо мам, могла бы еще недельку подождать.

— Хорошо, сегодня пойду на игру. Поддержать, — сухой ответ, что-то сейчас во мне не было радости от этого похода, возможно потому, что встречусь-таки с учителем и выскажу все, что думаю, тем самым испорчу настроение себе.

— Конечно сходи. Мужчины, им нравится, когда женщина всегда и везде стоит за их спиной. Как ему будет приятно увидеть тебя в первых рядах и поделиться радостью в случае победы, — ну все, у мамы архив из воспоминаний открылся, примерно так же она познакомилась с отцом, сидя на скамейке и наблюдая как парни в шутку играли в баскетбол.

Время близилось к скорому отбытию в школу. Лениво натянула подготовленные джинсы, майку и любимую байку с луной. Вложила в карман на животе телефон с ключами и спустилась вниз обуваться. Мама сидела в гостиной и переключала каналы, где-то там должно её шоу начаться. Я завязала шнурки и бросила в зеркало прощальный взгляд, рука легла на ручку и мама окликнула меня холодным тоном.

— Даша, стой, — обернулась и встретила леденящий душу взгляд. — Ты точно на игру идёшь?

— Я же сказала, да, — тревога росла в геометрической прогрессии.

— А не к Дмитрию Николаевичу? — я же совсем забыла сказать ей, что перенесла занятия и сегодня совершенно свободна. — Мы занимались вчера, прости, не сказала.

— Я не про занятия. Мне позвонила Наталья Олеговна и сообщила о твоей подозрительной связи с учителем, — вот тебе и раз, быстро же эта сволочь всех на уши поставила.

— Никакой связи нет. Я не намерена больше обсуждать эту тему. А твоей Наталье я высказала все, пусть делает с этим что угодно, — я уже стояла на лестничной клетке, как услышала тихое мамино «я была бы не против».

В миг сбежала по лестнице до первого этажа. Сама не знаю от чего так живо стартанула. От ее будничного холодного общения или такого позволительного жеста в отношении учителя? Черт, даже родная мать не видит ничего криминального будь у меня молодой человек с разницей в девять лет. Видимо в этом аморальном мире одна я пытаюсь держать лицо.

Возле школы уже толпился народ из семьдесят третьей. В основном это были парни и совсем немного девушек. Они то вряд ли пришли насладиться игрой, больше их интересует как парни обменяются футболками и с кем можно было бы уйти развлекаться после игры.

В толпе таких предсказуемых девчонок я заметила майку красного цвета со знаменитым на всю округу номером четыре. Денис свободно беседовал с ними вызывая улыбки, заливистый смех и хищные взгляды. Сейчас эти сучки увидят, что здесь им ничего не светит.

Я поднялась по лестнице дошла до парня и протиснулась в самый круг вставая перед ним и притянула к себе за шею. В этот поцелуй я вложила всю злобу и ревность, которая неожиданно во мне заиграла. Пару раз даже прикусила его нижнюю губу, зализывать раны и в мыслях не было, так сказать наказание. Парень забрался руками под байку и сжимал моё хрупкое тело. Ещё немного и его возбуждение будет ничем не скрыть. Я отпрянула от него позволяя обоим насытиться кислородом.

— Вот это напор. Это точно моя Даша? — усмехнулся, потирая раненую губу и притягивая меня ближе к себе.

— Давай-ка отойдём, столько вопросов к тебе, — ничего не говоря открыл дверь, и мы вошли в фойе.

Я толкнула парня на стул у окна и поставила колено между его ног. Злость так и бушевала во мне и в любой момент могла на него обрушиться.

— Потрудись объяснить это времяпровождение, — снова ухмылка, радуется, что смог вызвать ревность? Идиот.

— Эй, что за приступы? — ловкое движение рук и я у него на коленках. — Моя девочка ревнует? Брось, Даша. Я хочу только тебя, — эти слова были сказаны на ухо опаляя горячим дыханием.

Рука забралась под одежду, обогнула спину, нашла чашку лифчика и нежно замассировала грудь. Сквозь зубы втянула воздух стараясь не выдавать наслаждения. Денис ещё интенсивнее продолжал этот беспредел наслаждаясь моими мучениями.

— Порадуй меня своим сладким стоном, ну же, — как бы он не уговаривал я помотала головой. — Ну как хочешь, — прекратил всякие действия, подхватил на руки и понёс в зал.

В зале было очень шумно и душно. Физрук поручил высоким парням открыть окна, сам ухватил Дениса за воротник майки и галантно извинившись передо мной, утащил в раздевалку. Я прошла на полностью свободную лавочку и подперла руками лицо. До игры еще минут пять, которые с удовольствием скрасил химик.

— Сменили парфюм? — не поворачиваясь констатировала факт, только потом поняла, что ляпнула это не подумав.

— Уже по запаху узнаешь? Совсем в могилу решила загнать? — только фыркнула в ответ и продолжала смотреть себе под ноги. Оглядевшись вокруг поняла, что мы все еще одни на этой чертовой скамейке и решила завести разговор.

— Вы влюбились в меня? — вопрос не был для него ужасающим или что-то в этом роде, он широко улыбнулся и опустил голову.

— Вопросы в лоб, в этом вся ты. С чего взяла?

— У Дениса контрольная была на четыре, ради одного неправильного задания единицу не ставят жирными чернилами и после уроков не оставляют. Что вы от него хотели? — глаза в глаза, мы никого не видели кроме нас двоих и плевать, что подумают остальные. Ну, наверное, плевать, я еще не решила. Просто хотела добиться сносного ответа на сегодняшний перфоманс.

— Знаешь, — отвернулся в сторону поля, куда начали выходить команды. Строил невероятную заинтересованность игрой, но я-то знала, что сейчас он не может сдерживать эмоции внутри себя и скрыл их отводя взгляд. — Кажется, когда я с тобой, то химия в ее прямом понимании перестает для меня существовать, а приобретает совсем иное значение. А знаешь, что самое интересное, — резко повернул голову, да так, что оказался совсем близко ко мне, еще чуть-чуть и кончик его носа коснется моего. — Ты тоже это понимаешь и чувствуешь, но упорно отнекиваешься и прикрываешься какими-то отношениями, которые тебе нахрен сдались.

С этими словами он оставил меня и ушел. Громкий свисток не смог привести меня в чувство. Я смотрела в след давно ушедшему учителю и перематывала в голове его слова. Господи, в меня влюбился собственный учитель. Эта новость в каком-то смысле не была новой, но смогла поразить в самое сердце, именно он решился озвучить эти мысли вслух. Я бы возможно сорвалась сейчас с места, побежала за ним и потребовала гораздо более информативных объяснений. Но игра в самом разгаре, и вот первый гол, и Денис окруженный своей командой принимает поздравления с открытием счета. Хорошо, что он увлечен игрой и отвлекаться некогда, иначе и мне и учителю не сносить головы.

Все два тайма я скучающе смотрела в стену, напротив. А чем еще себя занять, футбол мне не интересен, и я в нем ничего не смыслю. Уйти не вариант, обещала парню. Вокруг сидели девчонки, которые то и дело подбадривали парней и строили им глазки. Наконец раздался финальный свисток, раздались победные крики. Я приподняла голову и посмотрела на счет, три один в пользу наших. Что ж, неплохо. Парни получили дозу поздравлений друг от друга и принимали теперь их от посторонних людей, одноклассников, партнерш, друзей. Денис соответственно был на расхват, но мужественно растолкал окружающих его дам и на зависть всем подошел ко мне. Я встала с места и хотела спуститься, но он ухватил за бедра и поднял, прижимая к себе. Для удобства я обхватила его торс ногами и улыбнулась.

— Устала? — спросил человек, который бегал полтора часа у человека, который отсидел полтора часа. Смешно.

— Есть немного. Ты был молодцом. — тыльной стороной вытерла пот со лба и поцеловала, слышала, как рядом раздавались раздражительные вздохи.

— Пойдешь с нами праздновать? — боюсь об этом не может быть и речи, сейчас мне нужен максимальный покой. Нужно разобраться в себе и навалившемся «счастье».

— Прости, но нет. Я хочу домой.

Я смотрела в его уставшие глаза и перебирала волосы на затылке. Он все продолжал держать меня, хоть руки тряслись уже не на шутку. Денис оглядел команду, она ещё не собиралась уходить, и он быстрым шагом, стараясь остаться незамеченным пошел в раздевалку со мной на руках. Поставив меня на ноги закрыл дверь на защелку и прижал к стене. Кончиком носа провел по шее, которая сразу покрылась мурашками. Ему хватило этого немого ответа на свои действия, и он продолжил. Свободной руку положил на шею и жадно впился в нее поцелуем. Мои глаза автоматически закрылись, по телу пробежала приятная дрожь и сразу же утихла, руки легли на его плечи. Страстные поцелуи туманили разум, и его майка слетела на пол. Он задрал до неприличия высоко байку и спустился к почти оголенной груди. С губ все же сорвался стон, о котором он так мечтал.

— Лучшая награда за победу. Не стесняйся, пусть все знают, — слова еле слышны, да особо и не хотелось их слушать. Как и этих действий, склоняющих нас к необдуманному сексу в грязной мужской раздевалке школы.

Стоило мне призвать себя к разуму и прекратить эти деяния, как в дверь громко постучали. Денис отпрянул, отборно выругался, поправил мою одежду и открыл дверь своей команде. Завидев его без майки и меня стоящую у стены парни все поняли и наигранно извинились за причиненные неудобства. Смущенная улыбка появилась на моем лице.

— Увидимся завтра, — чмокнулась раздражённого парня и ушла.

Выйдя за ворота школы, спокойно выдохнула. Спасибо парням за это вторжение. Мне совсем не хотелось настолько близких отношений с ним, а после признания учителя так и подавно пропал всякий интерес. Я шла домой со счастливым выражением лица и совсем не думала о том, чем закончится празднование победы.

========== Часть 7. ==========

Комментарий к Часть 7.

Omaha - Drown (Bring Me The Horizon Acoustic Cover)

Капли дождя громко стучали по металлическому отливу, в город пришла настоящая и противная осень. Я скучающе доедала завтрак и слушала краем уха новости, которые смотрел отец. Сегодня он вызвался меня подвезти до школы, жалко стало недавно купленные кожаные сапоги. Глупо отказываться от комфортного авто в такую погоду, так что не думая согласилась.

Папа взглянул на наручные часы и вскочил с места подгоняя меня. Я сразу отставила тарелку с недоеденным яблоком и ушла вслед за ним. В последнее время все чаще блистала на публике своим понурым видом. А все из-за того чертового и рокового похода на футбол месяц назад.

В общем, я накинула своё короткое чёрное пальто, аккуратно застегнула молнию на сапогах, схватила сумку со столика и вышла из квартиры. В машине было уже тепло и я свободно откинулась на спинку мягкого сиденья. Занятие мне нашлось сразу, смотрела на стекающие капли, на людей, бегающих по дорожкам скрючившись от капель, падающих им на лицо или за воротник куртки.

Мысленно я прокручивала в голове наизусть заученный распорядок дня. На входе меня будет ждать Яна и Денис, которому я отдам предпочтение. В противном случае меня ждёт полный разнос, а я старательно оберегаю голову от головной боли. Яна это прекрасно понимала и не предъявляла претензий. Сама стала зависать с другом Дениса Пашей. А дальше все по накатанной. Целый день я буду предоставлена сама себе. Парень изредка выловит меня в коридоре для быстрого, почти мимолетного поцелуя и убежит на урок или покурить. Так и не смог отказаться от пагубной привычки.

Однообразие мыслей в голове прервал папа. Он потрепал меня по руке возвращая в реальность. Перед нами школа, а значит пора выходить. Дождь ещё капал, и я настроилась бежать под козырёк школьного главного входа, но с моей стороны открылась дверь. Денис галантно протянул руку приглашая к себе под зонт. Вежливо поздоровался с отцом и покорно ждал. Мне ничего не осталось, как принять приглашение. Я ухватилась за локоть парня и сильно вжалась в него чтобы не намокнуть.

— Какие катаклизмы у тебя сегодня? — каждый день один и тот же вопрос и такой же ответ.

— Осень, — наглая ложь.

За время наших встреч моё отношение к нему от отметки «нравится» выше не переместилось. И это вгоняло в тоску и частые размышления о дальнейшем. О том, что может стоит разорвать эти отношения или сказать ему напрямую, что любовью и не пахнет. Миллион мыслей, а решения нет. С учителем дела обстояли не лучше. Мы так до сих пор и не поговорили. Да и когда, собственно. Он старался без повода меня не дёргать, после уроков сразу уходил, на дополнительных вёл себя отстранённо. Так что все свои мысли и силы направила на разрешение неясностей в отношениях с парнем.

Как и говорила на пороге стояла Яна и во всю позволяла Паше исследовать ее рот. От той картины маслом меня передернуло. Денис улыбнулся, притянул за талию и не упустил возможности подколоть новоиспечённую пару.

— Ты только посмотри наглядное пособие по размножению хомо сапиенс, — ребята оторвались друг от друга. Яна опустила глаза, будто ее родная мать застукала за курением. А вот Паша гордился этой «показухой». Хоть он и придурок от природы, но сильно уж влюбился в эту жгучую брюнетку. Даже завидно, что они могут вот так просто взять и влюбиться.

— Сам зажимаешь Дашку под каждой лестницей и ещё нас учить жизни будешь, — едва коснулся губами виска подруги, от чего она расцвела на глазах. — Пошлите, через пять минут урок.

Друзья шли позади нас постоянно притормаживая, пытались отделиться, так сказать. Я же опять всю дорогу молчала и держала его под руку. Денис только вздыхал, он давно бросил попытки пробудить во мне интерес к жизни и отношениям, спихивал это на женские заморочки и что скоро все будет как прежде. Я глупо улыбалась и никак не могла сказать, что скорее всего его предсказания не сбудутся. Мы подошли к кабинету математики, и он привычно прижал к подоконнику.

— Как обычно сегодня? — милая улыбочка и в ответ вялая моя. Не потому, что я хотела угодить ему, а потому что понимала, что к чему.

— Как обычно это как? Ты пригласишь меня в кафе, в которое мы так и не придём, а все потому, что химик задержит тебя после уроков?

Практически каждый день Дмитрий Николаевич придумывает несуществующие наказания или находит плохо написанные работы или настоятельно рекомендует исправить двойки. Хотя пару раз наказал этими дополнительными справедливо. Денис чуть было не затеял драку с парнем из параллельного, ему видите ли не понравилось, как тот среагировал на мою юбку. Так что после уроков они вдвоём решали задачи по химии. Но, насколько я помню, второму досталось куда сильнее. Дмитрий Николаевич в стороне не остался и тоже не оценил двоякий вздох.

С приходом таких занятий мой пыл стал остывать и нахождение в компании парня стало не таким уже и радужным или желанным. Поцелуи больше не были прекрасными и жгучими. Наравне с этим и к учителю пропадал интерес. Он стал жутко скрытный и неразговорчивый. Сам отдаляется от меня и Дениса не подпускает. И, наверное, нужно радоваться, в какой-то степени все становится как прежде, но почему-то все наоборот, внутри жуткая неразбериха и печаль, которая доводит до безумия.

— Даша, идём, — Яна как спасательный круг помогла избежать очередного нецензурного объяснения выходок учителя.

Паша по одному моему беглому взгляду понял, что Денису лучше уйти и увёл друга прочь от нас. Мы вошли в класс и сразу после наш вошла Анна Игоревна. Сегодня намечалась контрольная работа, все лихорадочно листали книги и тетради пытаясь что-то запомнить или же выучить. В принципе весь день прошел в каких-то самостоятельных, проверочных, тестах и тому подобное. Скоро намечается конец четверти, и тем самым нам выставляли оценки. Опросы по темам ничего хорошего не сулили и это был единственный способ выставить оценки сразу всему классу.

В конце учебного дня я стояла около кабинета химии и ждала учителя. Совсем недавно начала решать задачи из экзаменационного сборника, который он рекомендовал, и некоторые задачи вызвали трудности.

— Эй потеряшка, вы идете с нами? — ко мне подошли Паша и Яна, снова с какого-нибудь укромного угла вышли, я лишь улыбнулась и пожала плечами. Заглянув, случайно, за плечо Паши увидела идущего к нам Дениса с весьма однозначным лицом.

— Похоже, что не идем мы с вами, — кивнула на парня и как только они обернулись раздалось знаменитое, теперь уже, выражение.

— Сука, — скинул портфель рядом со мной и положил голову на плечо прижимаясь всем телом к моему. — Когда ему надоест уже, что он прицепился.

— Ладно, мы пойдем, вы тут разбирайтесь сами, — я махнула рукой и поглаживала парня по спине, от чего он немного приходил в себя и даже заурчал.

— Что на это раз? — спросила совсем тихо, почти шепотом.

— Пререкался с ним на уроке, — усмехнулся и уперся в мой лоб. — Люблю тебя, хоть ты и изменилась за это время, — губы нашли мои и едва коснулись, я даже не успела закрыть глаза и прекрасно видела, как за спиной парня появился учитель, он даже не пытался скрывать гнев.

— Я, по-моему, сказал идти разбирать шкаф в кабинете, а не устраивать эротические шоу, — Денис оторвался, скривил губы в злой ухмылке и еще сильнее припал к моим губам, поцелуй вышел довольно-таки страстный и даже болезненный. Он так сминал их, закусывал и посасывал, что они мгновенно налились кровью и скорее всего немного набухли.

— Она моя девушка и я буду делать с ней то, что хочу, где хочу и когда, — парень поднял свой портфель, с победной ухмылкой ушел в кабинет и принялся за назначенное наказание.

Похоже он знает, что происходит и зачем его начали оставлять после уроков и почему именно химик. Денис тупо испытывает его на прочность и пытается довести до, так называемого, настоящего «мужского разговора». Но он не знает насколько это нереально, у Дмитрия Николаевича прекрасное чувство самоконтроля. Эти выходки в его сторону не больше чем очередная смешная история, которую можно рассказать в кругу друзей. Учитель закрыл дверь в кабинет и подошел ко мне, большим пальцем провел по нижней губе и облизал.

— Кровь была, чего пришла, — снова этот холодный тон.

— Не могу разобраться с задачами на химические связи, думала вы поможете, но, пожалуй, пойду. Как-нибудь потом разберусь, — вскинула сумку на плечо и почти ушла, но он схватил за запястье и притянул к себе.

— Почему он? — тихий бархатный голос, по которому я так скучала, черт.

— А почему бы и нет? Пустите меня, — пока не поздно надо бежать, что я и сделала и даже не обернулась. Его печальный вздох разлетелся по коридору, а потом хлопнула дверь.

До самого вечера я проспала. Мне не хотелось абсолютно ничего. Часам к шести набралась немного сил и решила пройтись по городу, а в частности по магазинам. Развеяться, успокоиться и, возможно, что-то изменится в моем настроении или отношениях. Я оделась поудобнее, собрала волосы в тугой хвост и заглянула к папе в кабинет.

— Папа, — он поднял палец вверх, прошла и села на маленький диванчик, он еще пару минут подписывал и читал какие-то бумаги и только потом обратил на меня внимание.

— Ты что-то хотела, дорогая? — на губах дрогнула тень улыбки, уставшие глаза с морщинками в уголках, на висках уже поблескивает седина, но он, как всегда, пытается держаться молодцом. В этом весь мой папа и только за одно стремление быть еще сильнее чем он есть на самом деле, его стоит любить.

— Хотела карточку взять, по магазинам прогуляться, отдохнуть, — услышав зародыш жизни во мне папа сразу открыл ящик стола и с радостью, озарившим его лицо, протянул мне одну из многочисленных банковских карт. — Спасибо, — он было хотел еще что-то сказать, но передумал по неизвестной мне причине.

На улице было довольно прохладно и пасмурно. Скоро опять будет дождь, а я забыла зонт, в прочем чему тут удивляться. Я запахнула воротник пальто и двинулась практически в центр города. Ветер задувал все сильнее заставляя щеки краснеть от холода. В принципе погода в полной мере отображала моё душевное состояние. На остановке толпился народ и всем как назло нужен был именно автобус под номером шестьдесят три. Я прибавила ходу и таки успела запрыгнуть на последнюю ступеньку. Давка была просто сумасшедшая, выходить приходилось почти на каждой остановке. Я даже подумывала плюнуть на все и пройтись пешком, но с каждым новым выходом влетала обратно.

С горем пополам и оттоптанными ногами я стояла на небольшой площади. Через дорогу стоял новоявленный торговый центр с кучей брендовых магазинов, кафе, развлечений и всего прочего. Внутри было тепло и я расстегнула пальто проходя в самую гущу событий. В первую очередь зашла в самый любимый магазин Zara к стойке с черными платьями, под стать своему настроению. Набрав штук пять зависла в примерочной примеряя каждое неизвестное количество раз. Обычно этот процесс занимал куда меньше времени. Нравится — брала, а сейчас я вглядывалась в каждую мелочь, словно с этим платьем мне и в огонь, и в воду. В итоге в фирменном пакете лежало два прекрасных платья чуть выше колен с закрытыми руками и маленькими поясочками. Каждое из них имело свою фишку вроде открытой спины или до безобразия открытого декольте.

Выйдя снова в освещенный белым светом коридор не могла решить куда же идти дальше. И вроде нога тянется в одну сторону, но я пошла в другую и сильно пожалела об этом. Чтобы попасть в другую часть торгового центра предстояло пройти пару кафе и небольшую кофейню, в которой я никак не ожидала увидеть Дениса.

Всегда же, когда проходишь мимо людных мест невольно заглядываешься на посетителей и со мной так же произошло. Я бросила беглый взгляд на окно в кофейню и замерла на месте. За одним из столиков сидел Денис в компании девиц, тех самых с игры и своими друзьями. Парень довольно развязно вел себя и позволял совсем непозволительные вещи, а тем более, когда ты находишься в отношениях. Он без малейшего угрызения совести гладил блондинку по ноге, наклонялся максимально близко к ее уху вызывая всем понятную реакцию полуприкрытых глаз и смазливой улыбочки. Но стоило ему притянуть ее к себе за талию, положить на колени ее ноги и утянуть в поцелуй, слезы медленно стали стекать по щекам. Пусть я не любила его, но привязалась сильнее чем думала, и данная картина была как нож в спину. Причем тупой нож, который еще повернут раза три чтобы в полной мере ощутила всю боль и беспомощность. От такого ступора даже не знала, что делать. Подойти и врезать на глазах у всех? Просто пойти и постоять там? Бред. Мои всхлипы становились все громче, что пришлось закрыть рот рукой.

Последние капли разума во мне кричали чтобы я немедленно уходила оттуда, иначе не избежать сожалеющих и непонятных взглядов, а еще хуже быть застуканной парнями с поличным. Собрав все силы рванула на выход попутно доставая телефон из сумки. На улице я села на первую лавочку и разблокировала аппарат. Семнадцать пропущенных от Дениса. Что ж, не смог дозвониться до девушки, воспользовался услугами шлюх? Гениально, Семенов. Пользуйся теперь ими без отрыва от производства. Я пролистывала записную книжку и никак не могла решить кому набрать. По логике вещей это должна быть лучшая подруга, но не сегодня. А все потому, что в этой же компании красовался Паша, и тогда вместо одной обиженной дамы будет две и кто вызовется лечить нас? Лучше как-нибудь потом ей расскажу заодно и пожалею на трезвую голову. Мне нужна скорая и незамедлительная помощь, а не всхлипывания по правую руку, мне и своих хватает. Именно сейчас я вспомнила про учителя и тот крохотный клочок бумаги. Порылась в сумке и все-таки нашла его. С минуту я взвешивала все против и за, но трясущаяся рука уже вводила эти запретные цифры. Поднесла телефон к уху и еще раз всхлипнула. Пара гудков и на том конце провода услышала спасительное:

— Да.

========== Часть 8. ==========

Комментарий к Часть 8.

James Arthur - Let me love the lonely

New Empire - One heart

Пара гудков и на том конце провода услышала спасительное:

— Да.

— З-здравствуйте, это Даша, — даже не успела произнести фамилию, чтобы в полной мере обозначить себя, он с тревогой в голосе перебил меня.

— Куда подъехать? — ну конечно же,й он все понял. Зачем мне еще звонить ему в слезах, когда я так яро отстаивала право решать мои проблемы Семенову.

— К новому ТЦ, который… — и опять не дал договорить, его голос был крайне серьезный, но в то же время дрогнул пару раз. Волнуется.

— Никуда не уходи, я скоро.

Раздались такие противные и ненужные гудки. Сейчас как никогда я хотела слышать его успокаивающий бархатный голос. Я нуждалась в тех случайных разговорах, той невидимой поддержке, в этих чертовых карих глазах.

Я продолжала сидеть на скамейке, плакать и утирать лицо уже влажными от дождя ладонями и наверняка размазывая макияж. Волосы от влаги немного завились и стали противными на ощупь. В руках ещё крутила телефон вдруг он позвонит, но, даже спустя минут двадцать, этого не произошло, и никто не приходил. Я уже успела пожалеть об этом звонке и собралась уходить.

— Далеко пойдёшь? — все-таки он пришёл. Не смог бросить свою любовь погибать у всех на глазах под скорым проливным дождем. — Идём.

Я обернулась и окинула его взглядом сквозь слезы. Мокрые кеды, чёрные джинсы, мятая серая футболка, домашняя, скорее всего, какая-то совсем легкая куртка и невообразимо прекрасное лицо. И он вот так вот пришёл сюда? Совсем баран что ли? Заболеть может. Я настолько залипла и не сразу поняла, что он взял меня за руку и повёл куда-то. Протерла красные глаза и увидела перед собой чёрное авто. Учитель открыл дверь и уже начинал злиться на мою супермедлительность.

— Даша, ты меня позвала вместе поболеть или что? — ох этот праведный гнев, а сразу и не скажешь, что злится. Голос то по-прежнему мягкий. Как-нибудь попрошу у него пару уроков по самоконтролю.

Я вздохнула и села на предоставленное пассажирское сидение. Химик хлопнул дверью и в срочном порядке уселся за руль. Не задавая никаких вопросов завёл мотор, и машина тронулась с места.

Мы ехали по знакомому проспекту, сейчас он отвезёт меня домой и уедет прочь. Вот и вся помощь. Но нет, вместо моего дома он завернул гораздо раньше и подъехал к тому самому подъезду в который я так боялась идти. Припарковавшись на отведённое место выключил мотор и уставился на меня.

— Не знала, что у вас машина, — уперлась лбом в стекло и смотрела в темноту позднего вечера, пытаясь скрыть подступившие заново слезы.

— Ты многое обо мне не знаешь, но сомневаюсь, что сидя на той лавочке плакала по этому поводу, — он прав и хочет слышать истинную причину, почему его оторвали от дел.

— Вы были бы не вы, если бы не зрили в самый корень, — говорю фактически его словами, и он этому несказанно рад. — Мне изменили, банально до ужаса, — глупо усмехнулась сквозь слезы, которые все-таки предательски полились. Ощущение, что я все еще там стою и смотрю на этот чистой воды абсурд.

— Не умеешь ты парней выбирать, — руки сложены на груди, взгляд устремлён себе под ноги. Кажется, его совершенно это не трогает и в какой-то мере рад таким печальным обстоятельствам. Теперь то можно в полной мере ухлестнуть за Астаховой.

— А вы умеете женщин выбирать? — развернулась к нему лицом, впрочем, как и он ко мне.

Резкий вопрос, не спорю. А у него только изучающий взгляд. Он бродит повсюду. Мокрые волосы, заплаканное лицо, искусанные губы, влажная от капель дождя шея, трясущееся тело. Я так и не застегнула пальто, а под ним только одна тоненькая кофточка. Так что я вся тряслась от холода и ждала ответа, который он не спешил выдавать. Ждал, пока я созрею для него. Мои жалостливые глаза, все еще извергающие соленые реки, умоляли прекратить молчание, и он сдался. Рука легла на щеку и нежно так гладила, стирая эти мокрые недоразумения, а я просто трогалась умом. Это же всего лишь рука на щеке, но чья и что она вытворяет. Сквозь это забвенье все же расслышала его ответ.

— Умею, наверное.

Губы невесомо накрыли мои, и я утонула в этом поцелуе. Какие они мягкие. От этого легкого прикосновения в легких резко перестало хватать воздуха. Я задыхалась от удовольствия, накатившего так не вовремя и совершенно не к месту. Но черт, это невероятно помогает забыться, а ведь это и нужно. Дмитрий Николаевич медленно обвел контур губ своим горячим языком, и я податливо приоткрыла рот, позволяя делать то, что он задумал. Он смело и умело углублял поцелуй, показывая на что способен и как умеет любить. Моё тело незамедлительно отвечало ему, жар растекался по венам и дрожь в теле прекратилась. Я настолько перестала соображать, что переползла к нему на коленки, обхватила лицо двумя руками и пристально заглянула в затуманенные, почти черные глаза, вроде как спрашивая разрешение на этот смелый шаг. Господи, его невероятной красоты ресницы подрагивали от переизбытка чувств и все, что он смог, это забраться под пальто и прижать меня к себе.

Теперь уже я взяла все под контроль и поцелуй вышел до ужаса страстный и нетерпеливый. Мне все больше начинало это нравиться. Сейчас бы все моралисты мира ахнули в унисон и назвали нас больными на голову. Мало того, что мы учитель и ученица, которые бессовестно стерли все грани разумного и субординацию послали к черту, так еще и узнала, что мой парень изменил мне. Буквально полчаса назад узнала, а я уже нежусь в руках другого мужчины. Но плевать, на все плевать. Он сводит меня с ума, его парфюм, заполняющий воздух в авто, и заодно мои легкие, только добавляет масла в огонь. Скоро тут будет дикий пожар из чувств, эмоций и гормонов, которые, как по щелчку, проснулись во мне. И вот, кажется, обратного пути нет, и мы оба получаем, что хотим. Но химик пришел в себя и оторвался от меня.

— Что мы делаем? — праведный голос наставника, но извините слишком поздно что-то менять или хотя бы дайте мне еще немного себя.

— Воплощаем в жизнь свои самые страшные мечты.

И больше ему не нужно было объяснений, он припал к моей шее оставляя там укусы и моментально успокаивая боль. Рука забралась под кофту и нащупала грудь сквозь тонкую ткань лифчика. Пара ласкательных движений и он остановился. Я испустила недовольный стон, а на его губах заиграла улыбка.

— Даже не проси, застегни пальто и пошли, — пересадил обратно на место, пригладил свои растрепавшиеся волосы и вышел на улицу.

Я покачала головой понимая, что он прав и, что пожалела бы обо всем завтра. Как и просил застегнулась и вышла. Он стоял, облокотившись на крыло авто и покорно ждал. Подошла к нему и устало положила голову на плечо. Воздух был холодный и ветер, кажись, северный, дуть он стал гораздо сильнее чем днем. Я вдыхала его полной грудью приводя свои мысли в порядок и выгоняя всякие наваждения из головы. Учитель делал то же самое, остужал свой пыл по отношению ко мне, но все не переставал улыбаться. На темно-синем небе появились первые звезды, они мерцали как стразы на дорогом платье и больше ничего. На ощупь химик отыскал мою руку и переплел наши пальцы. Со стороны может показаться, что мы милая парочка, сдвинутая на романтике. Все, что мне нужно было, так это его тепло, которое ни с чем не спутаешь и чувствуешь каждой своей клеткой. А в придачу еще безопасность и сильное мужское плечо прилагается. Именно мужское, а не мальчика беспросветно верующего в волшебство. Теперь то я понимаю, почему Карина его так ревнует. Боже, Карина, как я могла забыть о ней. Я попыталась выдернуть руку и пойти домой, но он упорно не хотел ее выпускать и все сильнее сжимал. Не отрываясь от созерцания ночного неба предложил то, чего я вообще ну никак не ожидала.

— Пойдем, расскажешь все, — я вопросительно на него посмотрела. Больной что ли, заставишь меня пережить это еще раз после того, что сейчас произошло? — Заодно и маме позвони, домой ты не придешь сегодня, — вот это порыв, да его понесло не на шутку.

— Это обязательно? — он бросил такой уничтожающий взгляд, но сразу расслабился.

— А разве тебе не становилось легче после наших разговоров?

Так, где у этого мужика подвох? Невозможно настолько все знать и умело этим пользоваться. Силой потащил к себе и возражать было просто бесполезно. В лифте под пристальным его взглядом вытащила телефон и набрала смс маме и Яне. Мама была рада, что меня хоть кто-то куда-то вытянул и не возражала против ночевки у подруги. А вот Яна была на сто процентов уверена, что я как раз-таки буду всю ночь напролет развлекаться с Денисом. От одного его имени меня передернуло, что естественно не ушло от учителя и он прижал меня снова к своему разгоряченному телу.

В квартире был ужасный беспорядок, за который он сразу извинился едва открыл дверь. Было как-то все равно, мне нужна поддержка, а не чистые полы в прихожей. Дмитрий Николаевич помог снять пальто и повесил его на вешалку. Раз на сегодня это моё пристанище, то не мешало бы принять душ.

— Проходи на кухню, сейчас чайник поставлю, — он направился в комнату, но я его остановила.

— Я, пожалуй, в душ бы сходила, отогреться не помешает, — он стукнул себя по лбу и скрылся в комнате, через минуту уже стоял около двери в ванную и держал в руках большое махровое полотенце.

— Рассчитываю, что ты как любая нормальная девушка проведешь там часа полтора, а я как раз успею прибраться немного.

Умеет поднять настроение. Приняла полотенце и скрылась за дверью. Включила воду в душе и уставилась на себя в зеркало. Слезы смыли всю красоту. Вместо милого личика, на которое клевал каждый второй, теперь была жалкая пародия. Тошное зрелище. Медленно начала стягивать с себя намокшую одежду и забралась в душевую кабинку. Теплые капли стекали по телу наполняя его некой энергией и силой. Вода была не просто теплая, а практически кипяток. Пар от него стоял такой, что любой нормальный человек уже давно бы потерял сознание, но только не я. Я наслаждалась этим. Руками оперлась о стену и думала, что же я все-таки делаю. Зачем я так просто сдалась и пришла сюда. Ради тупой мести? И кому я сделаю больно, себе, Денису, учителю или сразу всем? Порочный круг, не иначе. Да и стоит ли вообще мстить этому ублюдку? Хотя для мужиков, что бы ты не сделала, это месть и показуха.

Как и говорил химик, в душе я проторчала достаточно долго. Не то что сложить вещи можно, генеральную уборку успеешь сделать. Я вытерлась и поняла, что надеть мне нечего. Одежда мокрая, а в белье щеголять так вообще криминал. Закутавшись в полотенце вышла из ванной и пошла на звуки, доносившиеся из кухни. Учитель стоял ко мне спиной и готовил чай, по телевизору шел какой-то фильм, а на столе стояла ваза с печеньем.

— У вас не найдется какой-нибудь одежды, а то моя вся вымокла, — в подтверждение слов держала в одной руке вещи, а другой придерживала полотенце, которое как назло раскручивалось.

Дмитрий Николаевич обратил на меня внимание и сглотнул ком в горле. Еще бы, ведь его новая любовь стоит на пороге его кухни. На цыпочках, с босыми ногами, в полотенце, которое прикрывало только перед, с мокрыми волосами, с которых капала вода на плечи и пол. Он отставил банку с чаем и подошел ко мне. Выхватил вещи и прижал к стене. Снова поцелуй вскруживший мне голову и продолжающий это делать. Его рука легла на обнаженный участок талии и прошлась вдоль ребер вверх и обратно. Не ответить на такое было сложно. Тело моментально выгнулось под такими движениями, и он улыбнулся через поцелуй. Оторваться все же нам пришлось. Уперся мне в лоб и гладил по щеке, и я опять закрыла глаза.

— Моя подойдет? — отстранился и стянул свою серую майку обнажая превосходный спортивный торс. Я обязательно его потрогаю, но как-нибудь потом.

Робко забрала ее, присела на край стула и вывернула. Химик вышел развесить мокрые вещи, и я быстро натянула на себя этот порочный предмет. Она все еще пахнет им и такая теплая. Поднесла край ворота к носу и вдохнула как можно глубже. Отвратительно прекрасно.

На столе так и стоял не доделанный чай, который я решила все же закончить. Достала ложечку и взяла в руки банку. Только зачерпнула и на мои руки легли смуглые мужские. Он стоял на допустимом расстоянии и как ни в чем не бывало продолжил начатое.

— Я слушаю, Даша, — вспомнил блин, сначала помогает забыть, а потом со всей силы на больное. Чмо.

— Он давно хотел сходить куда-нибудь после школы, — снова плачу, пытаясь не понятным образом не дать каплям упасть. — Но вы, каждый день, вы не давали этому случиться. С каждым днем эти отношения себя исчерпывали. И вот семнадцать пропущенных на телефоне, и он в компании девчонок из соседней школы мило проводит время. А я просто стояла за этим чертовым стеклом и плакала. В очередной раз из меня сделали посмешище, бросили как ненужную вещь. И ведь унизительно должно быть именно ему, а я все списываю на себя. Я дура, да? — тихо хихикнула, рука дрогнула, и мы просыпали-таки чай на стол.

Я попыталась вырваться и немедленно убрать, но он отставил все и укутал в объятия. Моя голова повисла в воздухе закрывая мокрыми волосами лицо, его нос уперся в шею и губы коснулись затылка.

— Дура, — и без того понятная констатация факта. — Невероятно красивая дура, — ложь, на которую я больше не поведусь, не хочу.

— Я уже дважды поверила этим словам, а что в итоге получила?

— Хорошо, тогда ты немножко симпатичная дура, так лучше? — улыбка сквозь слезы. На сегодня она спонсор моего унылого поведения.

— Намного.

Все же он отпустил меня, и я убрала со стола. Быстро заварила чай и села на ближайший стул. Время давно перевалило за девять и неплохо было бы лечь спать. Сильно много пережила за сегодня, все это ужасно утомляет. Дмитрий Николаевич просто моментально считывал мои мысли, будто они транслировались бегущей строкой на лбу.

— Допивай и ложись в моей комнате, я как-нибудь на диване перекантуюсь, — утвердительно кивнула и в один глоток допила остатки чая.

В комнате была приготовлена двуспальная кровать. Я легла на самый край, с которого очень хорошо видна полная луна. Чувствовала, что он стоял в дверях, но не решалась заговорить или прогнать. Хотела попросить остаться со мной, но вовремя поняла, что это уж точно будет слишком. По отливу застучали противные громкие капли, под их стук я впадала в сон. Сквозь полусонное состояние почувствовала теплые губы на виске и как одеяло легло до самого подбородка. Он все еще здесь и пусть никуда не уходит.

========== Часть 9. ==========

Утром я встала раньше обычного и тихо вышла из комнаты. Пробралась к гостиной и облокотилась о косяк белоснежной арки. Учитель в весьма болезненной позе ещё спал на небольшом диване, с которого порядком свисали ноги. И смешно, и жалко. Времени до школы ещё много, и я решилась на так называемый, совсем не желанный, «побег». Не идти же непонятно в чем, как оборванец. Да и учебников никаких нет. Ещё раз пробежалась глазами по этому рыцарю на чёрном авто и ушла, оставив в качестве извинений, сваренный собственноручно, кофе.

Мой утренний приход домой мама оценила не сразу. Помурыжила за дверью и все же спустя пару минут открыла. Выражение ее лица было слегка удивленным, не считая бровей, которые взмыли на нереальную высоту.

— Я думала вы сразу в школу пойдёте, — я сбросила с себя верхнюю одежду и покрутилась перед ней.

— В этом я никуда не пойду, — подняла сумку с пакетом с пола и ушла к себе.

— Ну да, конечно-конечно, — тормознуто, но все же среагировала и ушла обратно спать.

В комнате я закрылась на замок и стянула мятую одежду. Она сразу отправиться в мусоропровод по пути в школу. Придя немного в себя после вчерашнего, решила блеснуть как никогда. С удовольствием надела бы одну из вчерашних покупок, но боюсь все, чем смогу блеснуть, так это замечанием в дневнике. В гардеробе все же нашла подходящее. Это было чёрное платье до середины бедра, с длинными рукавами и немного расклешенной юбкой. Божественно будет облегать талию и обращать все взгляды на меня.

С волосами проблем не возникло. После душа они немного завились, выглядело симпатично. Дело за макияжем, нужно скрыть следы истерики. Никто не должен знать, что Астахова внутри сломлена по полной. Хотя вчерашняя терапия дает результат.

Вышла я из дома в привычное время и тихо шла по дорожке, подбрасывая носком сапога мокрые листья. Сегодня погода была получше, солнце проглядывало сквозь серые тучи и не было ветра. Едва я завернула за угол школы наткнулась на раздражённого Дениса. За его спиной стоял Паша и Яна, которая закрыла рот рукой и едва ли не плакала.

— Скажи на милость, где ты вчера была? — да что вы, неужели сцена ревности мне предстоит. На лице возникла широкая улыбка, что его вывело из себя.

— Яна, успокойся, ну сказала и сказала, идём лучше на урок, — всем видом показывала, что меня нисколько не волнует его бешеное состояние. Спокойно обогнула совсем ничего не понимающего парня и с позволения Паши взяла подругу под руку.

Держалась на удивление неплохо, но вот внутри я испытывала страх. Самый натуральный страх. Он сейчас не сдерживает ни себя ни эмоции, так недолго и под горячую руку попасть. Во избежание трагедии ускорила шаг, но этот спортсмен в два шага дошел до нас.

— Блять, что это значит? Ты нормальная вообще, — ухватил-таки меня за локоть и развернул к себе. — На звонки не отвечаешь, теперь выясняется, что ночевала у меня, а я как-то и не заметил этого, — упрятала подальше страх и подняла на него свои глаза, холодные, как сталь, и он это не мог не заметить.

Передо мной не больше чем предатель. С каждой секундой его общество отравляло мою жизнь. В воздухе витало невероятной силы напряжение и стоит нам сойтись в словесном поединке, грянет гром невиданной силы. И лучше для всех если этого не произойдет. Собрав все силы, призвала свое самообладание. Выдохнула спуская пар, чтобы он не ушел отсюда без глаз. Я девушка и должна выйти достойно из этой ситуации и даже в некой степени остаться в победителях.

— Конечно не заметил, ты был очень занят, — на его лбу появилась некрасивая морщинка, пытаешься уловить, о чем это я, так лови гранату. — Ну, той блондинкой в кофейне. Помнишь? Как клал ее ножки на свои колени, — с каждым словом я подходила все ближе к нему. — Как притягивал к себе, как целовал. А, помнишь? — рука сама взмыла в воздух и оставила красный след на его щеке.

Мои слова произвели фурор на всех. Паша поджал губы и виновато опустил голову в надежде, что я не сдам его. Яна громко ахнула, а Денис так вообще отключился от мира. Я развернулась и без лишних слов увела Яну за собой.

Мы молча шли к кабинету математики, всю дорогу я ждала, когда подруга наконец проявит свой интерес, но она молчала и выглядела совсем не как та Яна, которую я знала все одиннадцать лет. В коридоре второго этажа нам суждено было столкнуться с химиком и его не очень хорошим взглядом. Я прекрасно поняла за какие заслуги он меня им наградил, но Яна никак не вписывалась в этот предстоящий разговор. Учитель деликатно попросил оставить нас, и она незамедлительно исполнила просьбу. Я обязательно должна с ней поделиться всем, но немного позже. Дмитрий Николаевич отвел меня в сторону и раскрыл учебник химии. Наверняка чтобы никто не понял, что мы тут делаем. Конспиратор хренов. Но мы то знаем, какой химией заниматься будем.

— Что с подругой? — оу, какая забота. Ладно, засчитано учитель.

— Встретила слегка бешеного Дениса. Он там разнос устроил на входе, — ухватилась за конец черного галстука и потянула на себя. — Вы же его накажете? Я краем уха слышала, трудовику нужны добровольцы, станки смазывать, — теперь мне нравились его наказания, и они определенно в кассу.

— Астахова, уймись, — огрел по рукам и вернул вещь на законное место. — Если ты меня хорошо попросишь, то накажу и сдам трудовику с потрохами. Да и вообще, с каких пор такая смелая стала? — ой боже, ваш огонь в глазах ничем не скрыть, вам нравится до одури.

— Настроение что-то больно хорошее, — я вру, и вы это знаете, потому и смеетесь. А смех то заразительный, привлекательный. Эх, сколько же девушек купилось на него?

— Мужиков не умеешь выбирать, так еще и врешь не очень, — захлопнул учебник и сложил руки на груди да так, что рубашка натянулась. — Много с тобой работы будет конечно, но ничего. И начнем, пожалуй, с этих коротких платьев. Завтра увижу — накажу, ясно? — и не шутит же зараза.

— Весьма интересно поэтому ничего не обещаю, — раздался звонок, и я обошла учителя получив на прощание учебником по заднице.

С игривой ухмылкой я села рядом с подругой, которая еще никак не могла отойти от пережитого. Расшибусь в лепешку, но должна исправить это. По моей все-таки вине ей так досталось. Но на удивление она начала нелепо оправдываться, чего никак не должна была делать.

— Даша, прости меня, ты так написала вчера, что я и подумала, что ты с ним будешь. Я… я просто спросила, а он налетел… хорошо, что Паша был рядом, — да она заикаться начала, что же он такого сделал то. Шарики за ролики заехали от неопределенности.

— Прекрати, ты подумала то, что должна была. Я совершенно на тебя не злюсь. Да и тем более у него рыльце в пушку оказалось. Брось свои псевдострадания. Все хорошо, — она выдавила улыбку, но все равно не могла на меня смотреть. Чувство вины не покидало это тельце.

Я уткнулась в тетрадь под диктовку записывая, что говорила математичка. Писала и ждала момент, когда можно будет начать операцию по возвращению маленькой бунтарки на землю. Стоило ей отвернуться и начать выводить заумные формулы, я потрепала подругу по руке и приступила.

— Знаю, что тебя взбодрит. Только про это никому ни слова, даже если пытать будут, — этот обдолбанный наверняка полезет к ней с расспросами где и с кем я была, и данная информация не под каким предлогом не должна к нему попасть. Подруга кивнула и косо смотрела на меня. — Я была с Дмитрием Николаевичем.

И тут случился сбой в ее программе. Так и знала, что перед такой новостью устоять невозможно. Хорошо, что шёл урок и она не смогла прокричать во все горло. Я смотрела и улыбалась, а она пыталась сматериться.

— Ты серьезно? Денис же порвёт его, — ртом хватала воздух создавая вакуум в районе ближайших парт.

— Если узнает, но я-то на тебя надеюсь. Да и сомневаюсь, что сил хватит, — она кинула на меня однозначный взгляд. — Нет, Яна, не было, — хотя самой хотелось узнать через сколько секунд или минут я буду кричать его имя и умолять о большем.

— Ой, ну и проблем же ты наживёшь. Он просто так не отстанет, наверное. Сегодня так точно.

Разговор вышел весьма увлеченный, что и не заметили, как прошел урок. Мы собрали все вещи в сумки и вышли из класса. Пройдя спокойно пару метров передо мной возник Денис. Его состояние оставляло желать лучшего. Гнев сменился отчаянием. Неужели сообразил, что влип по самое немогу. Я постаралась пройти мимо, но он не давал этого сделать. Мне было противно даже под ноги ему смотреть, не говоря уже о лице и глазах. Лживых и подлых. Теперь то я понимаю почему у него карие глаза, потому что он полное дерьмо.

— Дай объясниться, — боже, как банально и тухло.

— Я все не так поняла, да? Денис, брось этот детский сад и оставь меня в покое, — все-таки увернулась от него, но он поймал локоть и сильно сжал. Ещё один захват и у меня атрофируются мышцы. — Пусти, мне больно. Ты видимо кроме неё ничего не можешь мне дать.

— Не знаю зачем и почему это сделал. Да, я полное ничтожество, но все ещё люблю тебя одну, поверь мне, прошу, — ну давай, заплачь ещё тут, устрой драматический театр.

— Отпусти или закричу, — почему эта тупая фраза всегда срабатывает?

Покорно отпустил руку и проводил жалостливым взглядом. В нем так и читалось «дай шанс», но в след мне прилетело гнилое «не уходи». К сожалению свидетелей у данной разборки, было более чем предостаточно. В холле второго этажа уже толпился народ и обсуждал эту будоражащую кровь новость. Была бы в школе газета, первая полоса моя однозначно. Истинная причина, конечно же, никому не известна, а вот догадок хоть отбавляй. Сложно было среди этого сброда не заметить каштановую копну волос. Игнатова расталкивала всех локтями, спешит злорадствовать.

— Астахова, а что случилось? В дружной семье наступил разлад? — даже сыронизировать нормально не может.

— Долго думала и решила, что же у нас Таня вечно в отстающих. Делюсь самым сокровенным, забирай. Давно небось слюни пускаешь на него. Смотри какой шанс, бери пока тепленький. Пожалей сходи, смотришь и разглядит в тебе широкой души человека, — в холле воцарилось молчание, все затаили дыхание и ждали, чем же спарирует Игнатова.

Молчание как-то слишком затянулось. Я так и не дождалась ничего, и ушла под изумленные взгляды и тихие, почти неслышные перешептывания. Одноклассники тоже хотели быть по уши в событиях и довольно оживленно беседовали на эту тему. Стоило мне зайти в класс, разговоры умолкли. Странно, я бы тоже поучаствовала.

По неизвестным всем причинам последние два урока сократили, и мы освободились раньше положенного. Мы стояли на лестнице и ждали Пашу, очередной день они проведут счастливо вместе. Повезло Янке. Увидев его выходящим из класса, подруга загорелась изнутри и помахала ему рукой. Я мило улыбнулась парню и направилась в кабинет, из которого он только что вышел.

— Даша, постой, — окликнул парень и отвел немного в сторону, позволяя пройти ученикам. — Я хотел бы кое, о чем попросить, — кивнула и примерно поняла, о чем он говорит. — Можешь не говорить Янке, что я тоже там был. Она убьет меня. Взамен проси, что хочешь, — еще один страдалец, бог с тобой, сам разбирайся со своей подругой.

— Хорошо, не скажу. Взамен прошу держать Дениса подальше от меня, — радостно кивнул и ухватил за плечи загребая в объятия.

— Он больше к тебе не подойдет. Жаль, что так вышло. Я сам если честно не понял, зачем он так. Ну ладно, я пошел, — махнула рукой и развернулась к кабинету.

Внутри было пусто. Я тихо вошла и закрыла за собой дверь. Уселась за традиционное место, то есть напротив учителя и ждала, когда он соизволит прийти. Ожидание выдалось утомительным, я прикрыла глаза и откинулась на спинку стула. Пара минут релаксации, и теплые руки накрыли мои плечи.

— Бери учебник, страница семьдесят, тест девять, — открыла глаза, но передо мной чистый стол, никакого учебника там нет. Я вопросительно посмотрела на учителя, он только скривил губы в ухмылке. — Ты знаешь где он, не придумывай.

Громко цокнула и закатила глаза, но все же встала и обогнула стол. Самый последний ящик, к которому я так бездумно наклонилась и выдвинула. Тяжелый вздох сзади сразу все поставил на свои места. Все гениальное просто. Видимо это его девиз по жизни.

— Это последний раз, когда на тебе такое платье в школе, — хорошо, что моего лица не видно и я смогла зло усмехнуться не получив при этом.

— Это был последний раз, когда вы так смотрите на меня, — выпрямилась и была прижата к столу. Носом провел по волосам и выдохнул каждое слово прямо в ухо.

— Далеко не последний. Сама будешь этого хотеть, готов спорить на что угодно, — прикусил мочку уха срывая глухой стон. — Да даже спорить не нужно, и так ясно кто в проигрыше. Твой стон это доказал.

Пятой точкой отпихнула его от себя и с надутыми губами села на свой стул. Демонстративно открыла учебник и принялась решать задачи. Учитель сел напротив и достал какие-то документы. Каждый занимался своим делом. Иногда я отвлекала его, чтобы свериться правильно ли я сложила или перевела. Посреди нашего бурного спора о молях дверь открылась и на пороге нарисовался Денис. Я отвернулась и продолжила спор, но никто уже не слушал меня. Парень дошёл до меня, силой развернул стул к себе лицом и стал на колени.

— Прости меня, я идиот. Что мне нужно сделать? — цирк на дроте, господа.

— Пожалуй… отвалить от меня. А там уже Бог простит, — откинулась на спинку и нервно стучала карандашом по учебнику.

Парень видимо не собирался просто так уходить. Он привстал и начал приближаться к губам. Учитель не мог этого допустить, ведь я собственноручно дала ему надежду. Он схватил его за воротник рубашки и одернул на безопасное расстояние.

— К трудовику, живо. Там и спускай свой пар, — силой подтолкнул обратно к двери.

— А не отъебаться бы вам Дмитрий Николаевич? Я больше не буду выполнять ваши наказания. Пошли вы, — подобрал брошенный рюкзак и хлопнул дверью.

Химика вообще никак не тронул этот небрежный тон. Запустил руки в карманы брюк и тихо рассмеялся. Про меня он вспомнил только когда я тихо всхлипнула.

— Что случилось? — он присел на корточки и стирал большим пальцем слезы.

— Боюсь, его боюсь, — в порыве эмоций притянула учителя к себе и уткнулась в шею.

— Я с тобой, успокойся, — руками инстинктивно закопалась в вечно растрепаннные волосы и оставила короткий поцелуй за ухом. — Приму этот жест как за доверие ко мне. Собирайся и иди домой. Отдохни.

Я собрала все вещи, кроме тетради, которую протянула ему на проверку. Стоя почти у самых дверей он окликнул меня, и я бросила печальный взгляд через плечо.

— Подожди, я тебя провожу, — благородно, но не боится ли он, что это самый тонкий намёк на наши совсем не деловые отношения.

Процедила еле слышное «хорошо» и спустилась в гардероб за пальто. Учитель уже стоял у дверей и ждал моего феерически понурого и медлительного появления. Мы вместе вышли из школы и направились к все той же аллее. Только теперь она была не такая красивая как прежде. Позади себя я услышала отчетливое слово «сука». Эх, быть беде. Отойдя на приличное расстояние и убедившись, что поблизости никого нет, я дотянулась до его руки и переплела пальцы.

— Дмитрий Николаевич, а что, если… — перебил, короткий смешок и такой мужской ответ.

— Не если. Ничего он мне не сделает и тебе тоже, — отпустил руку и притянул за плечо, вжимая в свой бок. — И когда ты прекратишь на вы обращаться?

— Мне так нравится, — пожала плечами и подбросила очередной мокрый лист в воздух.

Мы стояли у моего подъезда и просто молчали. Я искала в его глазах правду, а он вдыхал свежий осенний воздух. Его немного смугловатая кожа переливалась на солнце и выглядела ещё более смуглой, будто он вечный турист. И угораздило меня поддаться на провокации окружающего мира и упасть прямо в руки этому мужчине. В самый разгар молчания я хриплым голосом спросила довольно-таки щепетильный вопрос.

— Кто я для вас? — оторвался от серого неба, с долей веселья и маленькими огоньками в глазах посмотрел на меня.

— Моя головная боль, — романтично, однако, но ответ более чем уклончивый. Видно сам не может определиться.

— А как же Карина? — одно только упоминание о ней исказило черты прекрасного лица. Теперь они были словно высечены из камня, грубо так и небрежно.

— Считай, что ее нет. Масса поводов разойтись. Пожалуйста, не загружай себе голову ерундой, — заботливый поцелуй в лоб. — Иди домой.

И он ушёл. Ушёл не оборачиваясь. Только края пальто развевались от быстрой ходьбы. Он скрылся за поворотом и ветер все-таки принёс мне прощальный аромат парфюма.

Комментарий к Часть 9.

Платье Даши - https://images.ua.prom.st/503315513_w0_h0_06cs1q7qfkg.jpg

========== Часть 10. ==========

К концу недели я была выжата как лимон. Так что, сидя на последнем уроке, практически наплевала на аккуратность и быстро начертила треугольник в контрольной по математике. Перенесла вычисления на чистый лист и поспешила сдать тетрадь. Анна Игоревна подгоняла всех и в этот момент зашла директриса. Женщина окинула глазами, замерший в ожидании какого-нибудь нагоняя, класс. Хоть и мало мальчиков, но шума они делают достаточно.

— Сообщаю, что завтра вечером в школе будет дискотека. У кого появится огромное желание, милости прошу. Организаторами выступает семьдесят третья школа, — во так радость, только этой малолетней богадельни не хватало для полного счастья.

Она наиграно улыбнулась и покинула помещение. По классу сразу прошлась одобрительная волна. Яна ткнула меня в бок при этом закусив нижнюю губу.

— Идём? — любит она такие мероприятия, да вот я как-то не очень.

— Ты знаешь моё отношение к этому, — щенячьи глаза, вот что ты будешь с этим делать. — Ладно, но, если ты соберёшься удрать с Пашей, дай мне знать.

— Понял, записал, — подруга быстро чмокнула меня в щеку. — Может придешь ко мне, соберёмся и вместе придём.

Давненько я не была у неё, с радостью приняла предложение, и мы разошлись кто куда. Я поспешила уйти домой, так как неохота было нарваться на какие-нибудь просьбы учителей, Дениса или ещё что-нибудь малоприятное. Возможно я бы пошла в кабинет химии, как делала это в последнее время, прикрываясь дополнительными, а сама сидела и ждала, когда он разберется с бумагами и мы пойдем домой. Когда он был рядом никто не смел подходить. Денис догадывался о чем-то, но не был до конца уверен в правильности своих мыслей и тоже боялся в его присутствии дернуться. Но сегодня учитель взял внеплановый выходной, о котором собирался отчитаться, как только освободиться.

За воротами школы меня ждал неприятный сюрприз в виде бывшего парня. Выловил гад. Свой пыл он умерил конечно и перестал бездумно хватать за руки, но напористости это не уменьшило. Всю неделю он пытается доказать, что та блонди это ошибка. Гормоны видите ли не в том месте заиграли. Как бы не стелился, сути было не поменять. Он меня предал и вся его любовь не больше чем фальшь. Да и я сама по всем фронтам к нему остыла. Все же дурацкая это идея давать шанс человеку, заведомо зная, что никогда его не полюбишь.

И вот сейчас это была очередная из многочисленных попыток. Он шёл рядом, не смея прикоснуться и лепетал заученные извинения. Скоро в Гугл полезет совета просить и тогда я точно чокнусь.

— Даш, я и так уже из кожи вон лезу. Тысячи извинений произнёс, что мне нужно сделать? Скажи? — одно и тоже каждый день, надоело. Даже Паша, как бы не старался, был не в силах удержать его на месте.

— Ничего не нужно. Я уже в твой юбилейный тысячный раз говорю. Ничего не будет как прежде, я не хочу ничего начинать заново. Никакие шансы раздавать тоже не буду. Оставь меня в покое, — прибавила шагу, но он плёлся за мной, спасибо, что не догоняешь хотя бы.

— У тебя кто-то есть? — я тормознулась, пытаясь понять, это просто вопрос или намёк, и в случае чего врать бесполезно. Развернулась к нему и посмотрела прямо в глаза.

— Какая разница? — старалась отвечать, как можно более безразлично.

— Просто интересно на кого ты меня променяла.

— Я? Да на кого ты меня променял. На эту блондинистую давалку. Да что вообще у вас парней в голове? — незаметно перешла на крик, смешанный со слезами. — И ты сейчас ещё будешь мою жизнь обсуждать. Собой займись, — попытался приблизиться и успокоить своим излюбленным способом. Я отступила на шаг и крикнула что есть силы. — Не подходи ко мне больше, никогда.

Хорошо, что до дома оставалось немного. Желание оставить его позади было огромное, и я перешла на легкий бег. Возле самого подъезда оглянулась, но на дорожке уже никого не было. Тыльной стороной ладони промокнула края глаз и ушла. Дома все было как всегда, мама мельтешила и готовилась к отъезду в загородный дом. Папа сидел на кухне и пил кофе, при этом читая свежую газету. Наверное, утром не успел этого сделать. Я подарила каждому родителю поцелуй и ушла к себе. Скинула сумку на пол около стола и упала на мягкую кровать.

В платье было не очень удобно, да и задралось к тому же, жопа то мерзнет, так что пришлось встать и переодеться во что-нибудь более удобное. Если до этой встречи мое настроение тянуло на отметку пять, то сейчас оно резко ушло в минус. Я забралась под одеяло и включила фильм. Если уж начала реветь, так почему не пореветь еще.

Начало фильма я благополучно пропустила. Мои мысли были заняты учителем, который до сих пор не давал о себе знать. С большим трудом поборола в себе желание позвонить, вдруг он очень занят. Незаметно для меня мама села на край кровати и погладила по голове.

— О чем задумалась? — тихий голос, что-то новенькое.

— Не о чем, вы уже уезжаете?

— Да, а ты перестань хандрить. Сходи развейся. Дмитрия Николаевича возьми с собой, — и вот тут сердце пропустило ударов пять, судорожно сглотнула и дрожащим голосом спросила.

— И давно ты в курсе? — мама только улыбнулась, странная реакция.

— Видела пару раз, как он провожает тебя до дома. Если это любовь, то какая разница сколько вам лет, — она быстро поцеловала в макушку и ушла, оставив меня в полном недоумении. Я, конечно, помню ее слова, но, чтобы настолько была вседозволенность, это как-то неправильно что ли.

За родителями хлопнула дверь, и я снова предоставлена сама себе. Фильм был больше не интересен и слова долетали как из тумана, я давно потеряла нить повествования. Мамины слова заставили всерьез задуматься. В данный момент любви к нему не было, но, если его не будет рядом я не смогу этого пережить. Пусть сейчас у меня к нему просто бешенная привязанность, одно знаю точно, мне нужны его глаза и это не лечится.

Я вскочила с кровати, завязала волосы на макушке и полезла в ящик стола. Я когда-то ходила в художественную школу и неплохо так умею рисовать. Если он ко мне не приходит, я нарисую его сама. Из чулана приволокла старый, забрызганный красками мольберт и поставила у окна. Подставила стул, и разложила карандаши с листами.

Листы, один за другим, летели на пол. Одна неровность, неточность, не соответствие действительности и рисунку было суждено умереть. Я начинала каждый раз снова и снова. Рвала и метала, доставала новую бумагу, стачивала карандаши до нуля. Злость уже из ушей валила, но я упорно продолжала. Через проклятых часа три, а то и четыре, рисунок приобретал цвет. Я вошла в кураж и радовалась, что наконец добилась того, чего так хотела. Но мою радость бессовестно перебил звонок в дверь.

Нехотя оторвалась от работы и спустилась вниз. В глазок не очень люблю смотреть, так что по привычке открыла дверь сразу. На пороге, облокотившись о противоположную стенку, с бутылкой в руке стоял учитель, слизывая каплю с губ. Ну и разит же от него. Не первая поди. Я ухватилась за рукав куртки и затянула в квартиру, не давая возможности соседям лицезреть это безобразие. Усадила на пуфик и попыталась отобрать алкоголь. Силы прикладывать не пришлось, он покорно отдал ее и все не прекращал улыбаться. Я села на пол у его ног и смотрела, пытаясь понять за что он так.

— Да, я пьян. Не надо на меня так смотреть, — попытался отмахнуться от моего взгляда, ну и тупица.

— И по какому случаю? — по шкале от одного до десяти он пьян на пятнадцать, и надеюсь такому состоянию должно быть достойное объяснение.

— Я свободен. Ну, наверное, — прищурил глаза и посмотрел на меня, ну как Дон Джонсон из «Полиция в Майами». Этакий ловелас. — Я послал Карину куда подальше, а точнее к её боссу. Она уже давно трахается с ним ради повышения. Надеюсь скоро ее мечта сбудется. Отличный повод напиться, — рука потянулась за бутылкой, но я вовремя шлепнула по ней, и он обиженно убрал ее в карман. — Да и вообще, больше никаких препятствий между нами нет. Вот тебе еще один повод.

— Вообще-то есть, — он вскинул голову и старался сфокусироваться на мне, что было крайне трудно. — Ваш запах, пока он не исчезнет я к вам не подойду.

Запах дорогого алкоголя и перегара уже смешался с воздухом и просто так его будет не выгнать. Подбросил же этот черт работы. Я периодически отмахивалась от его дыхания, что не всегда выходило успешно.

— Брось, малышка, — почти в голос рассмеялась, из его уст услышать такое было очень смешно. Всегда сдержанный учитель использует такие словечки. Я покачала головой и смотрела в эти пьяные, но по-прежнему прекрасные глаза.

— Интересно, что вы на утро скажете, — уголок его губ дрогнул в ухмылке. — Эх вы, горе-пьяница, раздевайтесь, останетесь у меня.

Пьяный человек талантлив во всем, только если это не касается предметов одежды. До чего нелепо выглядит, как беспомощный малыш. Пытался стянуть куртку, но вечно что-то препятствовало этому, и он начинал злиться, бубнил себе под нос какие-то алкогольные заклинания.

Я ещё немного посмотрела на этот погорелый театр и поднялась помочь. Сняла куртку повесив на крючок позади и опустилась на колени, чтобы снять грязные, насквозь промокшие кеды. Исподлобья посмотрела на учителя, а он очередной раз шумно выдохнул прямо на меня. Да уж, от одного дыхания можно опьянеть и прямо тут уснуть. Я сморщила лицо и продолжила развязывать шнурки. Рука легла мне на подбородок и приподняла его, заставляя снова на него посмотреть. Сосредоточен, глаза прищурены. Большой палец лёг на нижнюю губу и медленно оттянул ее вниз. Я сразу перестала дышать. По телу пробежала приятная дрожь, веки потяжелели и сами начали закрываться. Он пьян, очень пьян, но этот жест до безумия сексуален и неповторим. Усмехается, нравится, любуется как его ученица трогается умом от прикосновений.

— Ты прекрасна. Особенно сейчас, у моих ног, стоя на коленях, — втягиваете воздух, пытаетесь обуздать себя, но вы не в том состоянии, чтобы сопротивляться желаниям.

Он все продолжает это безобразие. Водит и водит, губа налилась кровью и набухла, но это не предел. Я приоткрылась рот и коснулась кончиком языка его пальца. Самый натуральный ходячий афродизиак. Пелена в глазах проходит, и они чернеют. Вас охватило возбуждение. Пора бы это прекратить, иначе случиться непоправимое. Я отстранилась от него, оставляя в полном негодовании.

— Может хватит жить по правилам? Делай то, что хочется, — подбиваете, но я-то знаю, что завтра вы крупно пожалеете об этом.

— Я и так делаю, что хочу. И сейчас я хочу, чтобы вы проспались, — под неодобрительный хмык стянула быстро обувь и повела в гостиную.

Едва учитель принял горизонтальное положение, раздался храп. Ну и противный же он. В кресле лежала подушка, которую я кое-как запихала ему под голову и накрыла пледом. Сама тихо встала и ушла, прикрыв за собой дверь. Аромат в коридоре стоял такой, что мама дорогая. Незамедлительно кинулась открывать окно на кухне. Надеюсь за ночь выветрится.

Я выполнила все манипуляции по предотвращению признаков нетрезвого учителя у себя дома и поднялась в комнату. После такой картины пропало всякое желание продолжить начатый рисунок. Я махнула на него рукой и переоделась в пижаму. Лежа в своей мягкой кровати смотрела фильм, в который так и не вникла днем, иногда прислушиваясь все ли внизу в порядке. Он по-прежнему издавал противный храп. Не знаю, как у меня вышло, но каким-то неведомым способом все-таки уснула.

Комментарий к Часть 10.

Ждете небось ту самую горячую сцену?)

========== Часть 11. ==========

Комментарий к Часть 11.

Kavabanga, Depo, Kolibri - Затянись

sohn - red lines

Nick Jonas feat. Tove Lo - close

P.S. Рада любой критике. (если вы хотите какой-нибудь драббл с уже известными героями пишите <3)

Утром проснулась от чувства, что рядом кто-то есть и не ошиблась. Я потёрла сонные глаза и откинулась на спину. На краю кровати сидел учитель и вертел в руках недоделанный рисунок.

— Знаешь, здесь есть неточность, — я сразу забила на любое приветствие и сморщила лоб в непонимании. — Вот тут… — ткнул пальцем в зрачок у самого края, — у меня цвет темнее.

От такого заявления опешила и не знала, что сказать. Отрицать, что рисовала его глаза бессмысленно, этот гад слишком проницателен. Я опёрлась на руки и попыталась возмутиться, но он не дал и слова сказать.

— Поднимайся и марш завтракать, — легкий, почти невесомый поцелуй в лоб, и он ушёл.

Да он вообще помнит, как тут оказался? Наверное, стоит напомнить. Я вскочила с кровати и быстро переоделась в спортивные шорты и майку. Придя на кухню лицезрела следующую картину. Учитель сидел на маленьком диванчике, пил кофе и смотрел некую передачу по телевизору. На столе стояла тарелка с гренками и кружка чая, явно для меня.

— Может сядешь и поешь? Поговорим обо всем потом, — возмущению моему нет предела, я уже начинала закипать как чайник, но он опять пришёл на помощь. — Даша, не доводи до греха.

Бросил на меня разгневанный взгляд, что я сразу покорно села на стул и принялась за завтрак. Пока уплетала невероятно вкусные гренки, не сводила глаз с химика. Даже в самых порочных фантазиях не могла представить, что на моей кухне будет хозяйничать собственный учитель, да ещё и в полуобнаженном виде. С чёрных волос капала вода на подтянутую грудь и так соблазнительно стекала вниз, видно только недавно вышел из душа. Джинсы спокойно держались на одних тазовых костях, застегнулся бы что ли. Мне хоть и семнадцать, но тоже ведь живой человек.

Запах алкоголя благополучно исчез и сейчас в воздухе витал аромат моря или что-то вроде этого. И исходил он, конечно же, от учителя. Я громко поставила пустую кружку на стол, тем самым дала понять, что готова для разговора.

— Отлично, подойди сюда, — он расставил ноги и протянул руку. Испытывать судьбу не хотелось и снова выполнила просьбу.

Стоило подойти ближе, ухватился рукой за талию и усадил на колено. Мы смотрели друг на друга, только он прямо в глаза, а я на пересохшие губы. Так и зовут «поцелуй меня». И мне правда хотелось это сделать, но не суждено.

— Прости за вчерашнее. Повёл себя как идиот, не стоило показываться в таком виде. Я вообще редко пью, но вчера все пошло не по плану, так сказать, — притянул ближе к себе так, что уперлась руками ему в грудь. Мы настолько близко, что можно послать все объяснения к черту и отдаться желанию, но нет. — Спасибо, что не прогнала.

Да разве я могла прогнать его. Бросить это чудо одного с алкоголем. В некой степени я в ответе за это создание, которое успела приручить, или оно меня. Теперь точно катись все к черту. Он мой. Я обхватила руками его лицо и заглянула в глаза, в эти щенячьи, нашкодившие глаза.

— Вы были прощены, как только улыбнулись стоя на пороге квартиры.

Мои губы накрыли его. В объятьях мужчины я чувствовала себя немного неловко и боялась сделать что-то не так. Хотя целовалась много раз. Но с ним боялась и все выходило довольно робко. Он это чувствовал и сразу забирал инициативу. С его стороны все выходило уверенно и умело. Он мой учитель жизни. Открывает новые горизонты и неведомые до этого миры.

Прямо сейчас происходило то же самое. Он снова главный. Ему это доставляет удовольствие, и я готова позволять это делать. Язык переплетался с моим, что порой выходило за грани разумного и я постанывала ему рот. Руки блуждали по спине и талии заставляя выгибаться навстречу. Сквозь тонкую ткань майки отчетливо ощущала жар тела, что только усугубляло положение. Воздуха все меньше и меньше, нам нужно оторваться иначе этот поцелуй станет последним. Я оперлась о его лоб и заглянула в глаза. Они закрыты, только ресницы подрагивают.

— Это очень хорошо, что я прощен, — не скрываемая широкая улыбка, — Идёшь сегодня в школу?

Я тяжело вздохнула, вспомнив, что обещала подруге и пора бы уже пойти готовиться. Но все ещё не хочу покидать этих объятий. Уткнулась носом ему в шею и глухо угукнула. Его рука перебирала волосы, так нежно, что я тихонько урчала, вызывая его улыбку. Звонок телефона разрушил эту идиллию. Я наощупь нашарила телефон на столе. На экране светилось имя подруги.

— Во сколько ты будешь? — нетерпеливая какая.

— И тебе доброе утро, — я положила голову ему на плечо и легко коснулась его губами. — Боюсь, что не смогу к тебе прийти.

— Эййй, ты обещала же, — она так громко возмутилась, что даже учитель услышал и шепнул мне в ухо «даже не думай».

— Тут внеплановые изменения произошли. Какой-то алкаш вчера чуть не разгромил тут все, — да, преувеличила вчерашнее чп и знаю, что получу за это.

— Тогда как обычно? — голос был немного обиженный, но тем не менее не лишён энтузиазма на оставшийся день и вечер, и, возможно, ночь.

— Хорошо.

Я откинула телефон обратно на стол и ждала приказа этого извращенца. Каждый раз, когда ему что-то не нравилось, я оказывалась на его коленях и получала по хитрой вертлявой заднице. Именно так он всегда говорил. Милый парень, учитель, любитель все держать под контролем и ни при каких обстоятельствах не показывать на людях свои эмоции, оставаясь на едине со мной иногда позволял показать свои темные стороны. И вот одна из них — мои наказания. С каждым разом мне нравилось все больше и больше. Порой я специально его провоцировала чтобы получить желаемое.

— Даша, ты же знаешь, что надо делать, не заставляй ждать, — усмехнулась в плечо и выполнила просьбу.

Я на любимом месте и получаю по заднице. Удары не сильные, но он сразу их заглаживал. Спустя пару ударов он остановился и загладил последний. Там все ещё пекло, но я сама подписалась на это. С такими темпами он затянет меня в свою секту садомазо.

— Вы из меня так садомазохистку сделаете, — положил руку на горло и притянул вплотную к себе.

— То есть, ты считаешь меня извращенцем? — лукавый взгляд, рука тихо сжимает горло и ослабляет хватку, нереальные чувства.

— Знаете, я бы с удовольствием узнала, что вы ещё умеете, — выдохнула в ухо каждое чертово слово, намекая, что я готова.

— Я обязательно над этим подумаю в свободное время, — делаю ставку на то, что вы давно подумали и ответ в таком случае очевиден.

Я кое-как вырвалась из плена его рук и отправилась в ванную. Время все-таки не стоит на месте. Долго засиживаться не стала, он там небось заскучал. Обернувшись в полотенце вышла и застала его одевающимся в коридоре. Облокотилась на стену и наблюдала как он натягивает майку.

— И далеко пойдёте? — встрепенулся, не ожидал, что я так быстро выйду. — Сбегаете от меня?

— Ни в коем случае, — эх, снова прижата к стене могучим телом, носом водит по шее заставляя меня замычать. — Игорь просил прийти помочь. Позволишь? — впервые спросил разрешение.

— Вы что спросили у меня разрешение? Заболели что ли? — издевка не осталась без внимания, и я снова получила по заднице.

— Если моя девушка против, то я никуда не пойду, — ищите ответ в моих глазах, или просто хотите видеть моё лицо, когда я отвечу желанное «да»?

— Вы можете идти, а вот про вашу девушку я как-нибудь подумаю, — щёлкнула пальцем по кончику его носа и отпихнула одеваться дальше.

Он продолжил собираться искоса посматривая как я вытираю волосы. Учитель постоянно что-то там бубнил себе под нос, но я не обращала внимания. Когда полностью был готов удосужила-таки своим взглядом.

— Не могли бы вы не смотреть так пристально, — что-то меня пугает такой взгляд, опять стою и переминаюсь с ноги на ногу как в кафе.

— Да вот думаю, остаться и наконец сделать то, что давно хочу или же дождаться, когда сама попросишь, — вот тебе и романтика отношений со взрослым мужчиной. Никакой интриги. Хотя я уже выть готова от того, что хочу его.

— А вы наглец, — потянула за край майки и впилась в сладкие губы.

— Обожаю, когда ты смелеешь, — в кармане завибрировал телефон и он оторвался чтобы ответить. Но едва взглянул на экран не стал поднимать. — Мне пора, встретимся в школе. И без выкрутасов пожалуйста, — моё выражение лица его не смутило, только скривил губы. — Ты прекрасно знаешь, о чем я.

Да, знаю. О коротких платьях и юбках. Вечная тема для споров. Дверь за ним хлопнула, и я ушла собираться. Вот тебе и доброе утречко вышло.

К назначенным Яной пяти часам я шла по заученной дороге. Подруга стояла на своём месте в компании Паши и Дениса. Даже находясь на приличном от них расстоянии видела, как брюнетка жалась к своему парню. Все ещё боится. Парни о чем-то разговаривали, это не сложно было понять по активной жестикуляции. В самый разгар из дверей показалась та самая блондинка и подошла к Денису мило при этом приобняв. Хорош пацан. Если и после этого будет со своими извинениями носиться, то я точно выпаду в осадок.

Я взяла себя в руки и изящно поднялась по лестнице. Парень не грубо постарался оттолкнуть блондинку, но та просто мертвой хваткой вцепилась ему в руку. Я широко улыбнулась друзьям и окинула этих двоих оценивающим взглядом. Впрочем, как и они меня.

— Отлично выглядишь, Даша, — неудачная попытка, Семёнов. И без тебя ясно.

Оделась довольно просто. Белая блузка с v-образным вырезом и чёрная кожаная юбка до середины бедра. Для этого дебила, приди я хоть в халате, тоже выглядела бы отлично. Я решила пропустить его наблюдения мимо ушей и пошла в школу. Яна семенила сзади и пыталась догнать. Возле самого зала ей это удалось и схватив меня под руку утащила в другом направлении.

— Ну и куда мы идем? — теперь уже я нехотя плелась за ней слегка притормаживая каблуками.

— Выпить, куда же еще. Какая дискотека на трезвую голову? — она кинула на меня взгляд, будто я только что из леса вышла.

— Могла бы и просто сказать, а не тащить за руку как умалишенную, — подруга сразу отпустила, и мы впятером пошли в туалет на втором этаже.

Чую взбучки не избежать мне, но да ладно. Паша еще раз проверил, что в коридоре пусто, достал из рюкзака бутылку виски и открыл, делая немного жадный глоток. Бутылка начала свое путешествие по рукам. Стоило оказаться ей в моих, не раздумывая неплохо так приложилась, сделав глотков пять, а то и шесть. В нашем «клубе по интересам» возникла минутная пауза. Все смотрели на меня и хлопали глазами.

— Что? Позвали выпить, а теперь недовольные? — я протянула бутылку Денису и вытерла губы.

— Да как-то от тебя такого точно не ожидали, — Паша почесал затылок и упрятал почти опустевшую бутылку обратно.

Таким же гуськом, как и пришли, мы и ушли. С каждым шагом алкоголь разгонялся по крови и доходил до мозга. Я расслабилась и даже немного подергивала руками в такт музыке, которая уже хорошо была слышна. Коридор был темный и Денису удалось ухватить меня за локоть и оттянуть ближе к себе.

— Может поговорим? — умеет все портить же.

— Не о чем говорить, с блонди своей поговори лучше, — выдернула руку и быстрым шагом ушла вперед к Яне.

Спортзал, а ныне мини клуб уже заполнился до отказа. Возле стены в самом углу стояли пара учителей, которым скорее всего было плевать на это. В этой же компании, но немного дальше стоял физрук и химик. Много времени не понадобилось, чтобы встретиться с ним глазами. Ну вот три… два… один… жить Астаховой осталось недолго. Яна незаметно пшикнула духами на меня и скрылась из виду со всей компанией. Именно в этот момент нужно было недодиджею включить медленный танец. Учитель протянул мне руку, а за спиной раздались недовольные вздохи. Мы оба поняли к чему они приурочены. Я согласилась, и он утянул нас в гущу людей. Стоять с ним в паре было не похоже ни на что. Это был не тот детский танец на расстоянии вытянутых рук, не это подростковое невесть что, лишь бы на шее повиснуть. Одну руку держал на талии крепко прижимая к себе, вторую же сжимал в руке. Каблуки позволяли мне уткнуться носом в шею и тихо сходить с ума. Дома был, переоделся. На человека похож хоть.

— Подруга конечно у тебя сообразительная, но это не помогло, — я успела забыть, что сделала не так. — От тебя на три этажа несет, дорогуша. Ты сильно провинилась.

— Плевать, делайте что хотите, — алкоголь полностью попал в мозг, я перестала соображать, что говорю, скорее всего я крупно пожалею об этих словах.

— Учту твои пожелания, малыш, — весело хмыкнул на ухо, в его голове уже есть подробный план с моим наказанием. Этот прокол будет посильнее прочих.

Рука на талии прижала меня еще сильнее, что я могла спокойно оторвать ноги от пола и не упасть. Он спустился к шее и коснулся ее губами. Поцелуй за ухом полностью вывел меня из строя.

— Дмитри… Дима, — к черту формальности и этот официоз.

— Ну наконец-то, — он победил в этой борьбе.

Я схватила в кулак его рубашку и тихо застонала. Получив такое ясное разрешение, он продолжил свои действия. Продолжал покрывать шею поцелуями, горячими, властными, грубыми. Кусал ее, оставлял небольшие засосы. Ничего сейчас не боялся, а ведь мы среди учеников, которым растрепать об этом ничего не стоит. Но я мало думала про это, как и обо всем на свете. Я давно закрыла глаза и доверилась ему. Была бы моя воля давно бы сидела сверху. Единственное, чем я могла довольствоваться, это губы, которые замучили шею до смерти. Песня клонилась к концу, и он оторвался от меня.

— Это тебе извинения за будущие неудобства, — оперся о лоб и улыбнулся, широко так. Мой вид говорил сам за себя. Сложно, наверное, просто так смотреть, как ученица практически на глазах у двух школ чуть не получила оргазм.

— Мало мне таких извинений, — специально выделила слово «таких», чтобы до него скорее дошло.

— Не мало, ты просто пьяна, — наклонился к самому уху и дал более раскрытое объяснение. — Я же обещал, и как только ты будешь готова я это сделаю. А вон и твоя подружка летит, — он крутанул меня под рукой и развернул в сторону Яны, которая радостно бежала ко мне. — Забирай, — хотел предать меня ей, но та помахала руками в знак отказа.

— Помнишь ты мне говорила, что, если я захочу уйти… — я сразу закивала головой, не желая слушать продолжение. — Так вот говорю, — она посмотрела на учителя, который и не собирался уходить и улыбнулась ему. — Так что сами ее забирайте.

Спиной ощущала всю его радость. Я обняла подругу и развернулась к нему. Меня немного отпустило и уже стояла с более четким взглядом и осознанием произошедшего и сказанного. Виновато опустила голову и произнесла его слова.

— Мне собраться и идти домой? — покосилась на его смеющееся лицо.

— Моя ты догадливая, ну конечно да, — кивнул головой в сторону выхода, и я медленно пошла сквозь толпу. В спину мне прилетело «я скоро».

Выйдя из спортзала встала у окна и ждала учителя. Пальцем вырисовывала в это время что-то невнятное на окне, как сзади услышала тяжелое дыхание. Это он и нам пора. Покорно обогнула химика и пошла впереди, застегивая пальто. Не успели дойти до выхода, как его окликнули.

— Дмитрий Николаевич, подождите, — мы вдвоем обернулись, на нас шел Денис, с весьма понятными намерениями.

Не успел химик и рта открыть, как Семенов замахнулся. Я вскрикнула и зажала рот рукой. Учитель лишь усмехнулся и поймал его кулак сжимая в своей руке, да так, что тот начал корчится от боли. Денис уже на коленях стоял, а Дима даже и не пытался его отпустить.

— Еще раз увижу рядом, будет хуже, уяснил? — брезгливо откинул руку парня и развернулся ко мне уводя прочь.

Я успела оглянуться и увидеть, как он поднимается и отборно матерится, даже угрожает, если мне не послышалось.

На улице было холодно и темно. В конце аллеи горел один фонарь, только толку от него не много. С каждым шагом было не по себе, и я вцепилась в руку учителя. С ним то точно не пропаду. Ветер сменил своё направление и дул в лицо. Порой так сильно, что утыкалась в плечо химика, а он только довольно хмыкал. Возле дома я отцепилась и устроила поисковую операцию ключей. Учитель сложил руки на груди и с неподдельным интересом наблюдал за мной.

— Девочка моя, что ты делаешь? — даже по голосу могу определить, что он хмурит брови.

— Как что? Вы же сказали домой. Вот я и ищу ключи, — походу ступила я как никогда.

— Ты правда думала, что я просто так оставлю тебя после того, что ты натворила? — ну да, дети не засыпают без колыбельной, а я без годного наказания.

Ветер снова обдал лицо прохладой. Я затянулась свежим воздухом, освежая мозги, закрыла сумку и медленно побрела дальше по тротуару.

— Все же знает, а ведёт себя как не знаю кто, — очередное едкое замечание.

Всю дорогу я шла с опущенной головой и держала руки в карманах. Мне больше не хотелось наказаний, мне хотелось его ласки. Да на столько, что начала плакать. Учитель ещё долго не заметит этих слез, так как идёт позади меня и даже не думает поравняться.

========== Часть 12. ==========

Комментарий к Часть 12.

Bring Me The Horizon - Deathbeds

The XX - Next Love

nicebeatzprod. - поговори со мной

Kings Of Leon - Closer (!!!)

Вчера он так и не заметил моих слез или просто не подал виду. Посчитал, что меня лучше оставить в покое. Уложил, как и в первый раз в комнате, а сам ушел на неудобный диван. Я хотела попросить остаться, но видимо слишком долго собиралась. За это время он успел уйти и уснуть.

Встала я ближе к обеду. Может, проспала бы еще дольше, но вот лучи солнца, такие редкие в октябре, так не думали. Да и сам учитель не стеснялся греметь чем-то на кухне. Я откинула одеяло и поняла, что спала без одежды, даже не попросила майку. Глазами стала искать что-нибудь сносное, не в блузке же ходить. Первое что попалось — его рубашка, спокойно висевшая на спинке стула. Я неприхотливая, взяла и надела. Пахнет им, недавно носил значит. Один этот запах побудил меня к следующему шагу в наших отношениях. Застегивать пуговицы я не стала, а направилась прямо к учителю.

На кухне вкусно пахло цитрусовым чаем. Две кружки уже стояли на столе, из которых исходил пар. Две чистые тарелки, на которых скоро будет приготовленный завтрак. Я немного помялась у дверей, в последний раз обдумывая свое решение, и тихо подошла к полуобнаженному учителю. Свела руки на животе и уткнулась в широкую спину. Моя грудь прижалась вплотную, наверняка ощущал, что я без одежды. Химик напрягся и прекратил готовку. Так мы и стояли пару минут, пока он не решил повернуться ко мне лицом.

В глазах было сомнение, но едва он завидел меня в распахнутой рубашке, все испарилось. На ощупь выключил конфорку и никак не мог оторваться и в некой степени понять, что я задумала. Я не могла больше смотреть на него, боялась увидеть отказ. Он привычным движением поднял голову за подбородок и мягко приподнял уголки губ.

— Точно? — такой простой вопрос, последняя точка, когда можно отказаться и уйти, но я утвердительно кивнула, тем самым позволяя делать все, что он захочет.

Не прикладывая много усилий, провел кончиками пальцев по плечам, и рубашка съехала на пол, а руки вниз на ягодицы. Оторвал от пола и припал к губам, истосковавшимся по нему. Для удобства обхватила торс ногами и сильнее прижалась к мужчине. Влажный язык учителя очертил контур губ и ворвался в мой рот. Приятная грубость. Я жадно хватала его за волосы, в ответ получая рык, возможно от боли, а возможно от нахлынувшего возбуждения. С каждым новым поцелуем во мне бушевала агония.

Ты отрываешься от меня буквально на минуту, создаешь зрительный контакт. А меня так и лихорадит от почерневших глаз. Сжигают дотла, буквально проникают в меня. С каждой секундой дышать становится все труднее. На весу сводить меня с ума не самый лучший вариант, и ты это понимаешь, так что мы медленно переносим этот сумбур в спальню. Моё разгоряченное тело соприкасается с холодным постельным. От контраста температур начинаю терять голову, но это же не предел. Ты нависаешь надо мной, заполняя воздух между нами своим сногсшибательным парфюмом. Готова вечность вдыхать его. В последний раз проводишь тыльной стороной по моей щеке, доходишь до губ и снова этот невероятный жест. Оттягиваешь нижнюю губу вниз и проникаешь в рот большим пальцем. Черт, глаза вышли за орбиты, что же ты со мной делаешь? Стоило мне положить руки на твои могучие плечи, все ласки разом закончились. В ответ только хищная ухмылка. Ты тянешься к прикроватной тумбочке и достаешь черный галстук. Заводишь мои руки над головой и холодный шелк обвивает запястья, фиксируя их у изголовья кровати.

— Мой тебе подарок за смелость, — легкий поцелуй в лоб, его извинения, которые, скорее всего, были лишними, ведь я сама просила показать его настоящего.

Ты выпрямился и изучаешь. Зацикливаешься на каждом сантиметре моего тела. Тебя интересует все, и все бы хорошо, но натыкаешься на препятствие в виде тонкого черного кружева скрывающего самое ценное. Хмуришься, но тянешься к резинке и медленно снимаешь. Тебя ненадолго хватает, злишься, что так долго не касался меня. Пристраиваешься между моих ног и погружаешь в грубый поцелуй. Безжалостно сминаешь губы, оставляя привкус мяты. Я трусь бедрами о возбужденный член, который до сих пор скрыт одеждой и тебе хватает пары движений, чтобы послать все правила прелюдий к черту и стянуть с себя остатки ненужного. Подхватываешь мою ногу, и закидываешь себе на спину сжимая при этом моё бедро. Выгибаюсь навстречу и ты не медлишь, резким движением входишь до самого основания. Крик разрывает тишину квартиры и ты даешь мне возможность привыкнуть к внушительному размеру. Пара глубоких вдохов, я закрыла глаза и подалась навстречу еще раз. Твои движения резкие и быстрые, что не может оставаться не замеченным и не вознагражденным моими стонами. Наверняка соседи будут косо на тебя смотреть, они уже пару раз постучали в стену, а никто из нас даже не обратил на это внимание, только две счастливые улыбки проскользнули на губах.

Все давно отошло на второй план, сейчас тебя интересовала моя грудь, которая покачивалась в такт движениям. Ты так сладко к ней припал, втягиваешь затвердевшие соски по очереди и резко отпускаешь. Руки до боли сжимают талию насаживая меня на твердый и горячий член. Я дергаю руками, в попытке вырваться и наконец утонуть в объятиях. Но ты кусаешь мои ключицы и оставляешь там засосы, в наказание за неподчинение. Делаешь пару жестких толчков, я выгибаюсь в спине и обмякаю на влажной простыне. Прядь волос прилипла к щеке и ты нежно убираешь ее за ухо. Очередная хитрая улыбка и переворачиваешь на живот. Приятный материал галстука выкручивается и впивается в мою нежную кожу. Эту боль ты сразу перебиваешь, приподнимаешь за бедра и снова входишь. Пытаюсь выпрямиться, но ты кладешь руку мне на шею и придавливаешь к подушке. Нависаешь сверху, чтобы быть ближе к уху и шепчешь, так сладко, что я получаю инфаркт один за другим.

— Искушаешь лучше любого дьявола, — горячие дыхание опаляет кожу и просто слетаю с катушек.

С каждым движением мои стоны все громче и тебя это радует, продолжаешь усмехаться мне на ухо. На этот раз оргазм я получила быстрее, и ловила новую волну наслаждения в ожидании, когда и ты получишь свою дозу удовлетворения. Шумно выдохнув выходишь из меня и откидываешься рядом на кровать. Я без сил падаю на живот позабыв о всяких неудобствах в виде связанных рук, пока не освободишь их и они замертво не свалятся мне на голову. У тебя еще хватает сил, чтобы перевернуть меня на спину и уложить голову себе на грудь, которая, к слову, вполне себе спокойно вздымалась, в отличие от моей. Заботливо укрываешь одеялом и целуешь в макушку, гладишь по спине и растираешь запястья. Покраснения это не снимет, но боль унимает. Все же нахожу в себе силы подняться и посмотреть на тебя.

— Если это твой альтернативный метод наказания, то завтра же провинюсь еще раз, — улыбаешься, принимаешь это пари.

— В который раз убеждаюсь, невероятная, — губы соприкоснулись с моими, чувственно, нежно, успокаивающе. — Ты устала, поспи.

Снова укладываешь на себя и гладишь по спине. Я вожу рукой по влажной и гладкой груди, очерчивая каждый мускул, и тихо восхищаюсь твоим телом. Я правда очень устала и глаза сами закрывались утягивая меня в глубокий сон.

Проснулась я вечером, за окном уже темнело и зажигались фонари. Провела рукой по второй половине и не застала там никого. Вскочила с кровати и сразу об этом пожалела, между ног немного саднило, но вполне терпимо. На краю стола лежала чистая майка, явно для меня. Быстро накинула на себя и пошла на кухню, что-то есть захотелось, живот пару раз проурчал о необходимости закинуть в него хоть чего-нибудь. Чем ближе я была к кухне, тем отчетливее слышала, что он там и что-то печатает. Только я показалась в дверях крышка ноутбука хлопнула, и он расплылся в улыбке. Жестом пригласил присесть на колено, что я с удовольствием сделала. Обвила руками шею и утянула в недолгий поцелуй.

— Странно, что ты одетая, — издеваться теперь вздумал, я то тоже могу наказать.

— Накормил бы лучше, а поиздеваешься как-нибудь потом, — нехотя сползла на соседний стул и ждала свою порцию вкуснятины, запах которой разносился на всю квартиру.

Дима поставил передо мной тарелку с пиццей и уселся позади. Прижался всем телом и вдохнул полной грудью оставшийся после бурного обеда аромат. Голова покоилась на моем плече, отчего не совсем удобно было кушать, но сгонять его не хотелось. Помимо того, что выглядело это слишком мило, было еще и тепло. В эти идеальные минуты я не очень кстати вспомнила о вчерашнем инциденте с Денисом.

— Ты слышал, что вчера говорил Денис, когда мы уходили? — хмурится, не хочет говорить на эту тему, поэтому только недобро угукнул. — Думаешь и правда сделает это? — выпрямился и горько вздохнул.

— Даша, еще раз повторяю, ничего он не сделает, — встал и сел на свое место снова открывая ноутбук.

— Вчера же набрался смелости, почему ты решил, что он не сделает это снова? — может мой вопрос и тупой, но я правда не понимала что сложного здесь. Сделал раз сделает и второй.

— Да потому что вчера он выпил, оттуда и смелость. В школе он не подойдет, потому что сразу вылетит за нападение на учителя, я не дурак, чтобы при всех ему отвечать. А за пределами школы кишка тонка. С кем он на меня пойдет? С одноклассниками? — может он и прав и Денис просто блефует от злости. Я пожала плечами и продолжила уплетать свой ужин. — А вот за тобой глаз да глаз нужен.

Фыркнула на его слова и ушла мыть тарелку. Вот кого-кого, а меня он точно пальцем не тронет. Я подняла глаза на часы, время восемь и пора бы уже домой идти. Тяжелый вздох не прошел мимо Димы. Он пристроился сзади и снова припал к шее. Руки бродят под майкой, касаясь оголенной груди, зажимает сосок между двух пальцев и оттягивает, срывая хриплый стон. На большее я не способна, горло першит. Как бы он не уговаривал, дома нужно показаться, да и тем более завтра в школу.

— Я все равно уйду, — попыталась скинуть руки, но бесполезно.

— Знаю, поэтому наслаждаюсь как в последний раз, — доведет он меня до ручки, ей-богу.

Спустя полчаса все же стояла полностью готовая покинуть жилище мужчины. Он оперся о стену и смотрел своим лукавым взглядом.

— Что-то давно я тебя на уроке не вызывал, — приехали, такая себе угроза.

— Шантажируешь? Думаешь я сейчас все брошу и останусь только бы к доске не выходить? — рассмеялась ему в лицо, ну это и правда смешно.

— Как знаешь, — хитрая ухмылка, походу дело дрянь, но назад сдавать поздно.

Я поманила его к себе и утянула в страстный поцелуй. Нехотя оторвалась и ушла. Ушла не оборачиваясь. Это уже как негласное правило у нас. Что-то вроде традиции. На улице тем временем бушевал сильный ветер. Деревья чуть ли не ложились на землю. Я подняла ворот пальто и пошла к соседнему дому. Холодный ветер пришёлся очень кстати. Остудил мой пыл, привёл в чувство. Ясная голова при встрече с родителями не помешает. Темнота позднего вечера скрывала мою улыбку до ушей, ведь сейчас я правда рада тому что произошло. Рада этому крутому повороту в жизни. Даже авто Дениса, так нагло стоявшее на парковке, не смогло изменить мой настрой.

— От него идёшь? — не успела достать ключи, за спиной раздался знакомый бас.

— Какая разница? Я же не спрашивала, что ты делал после кафе с той особой, — выяснения отношений только не хватало, когда он поймёт, что это глупо и бесполезно.

— Ничего не делал, ушёл домой.

— Я же сказала, что не спрашивала, что ты прицепился со своими отчетами о прошлых делах, — резко повернулась к нему и уткнулась носом в грудь. Пытается обнять, не сегодня мальчик, отскакиваю к двери, а он подходит все ближе и опирается по обе стороны от меня.

— Спала с ним? — звонкая пощечина, завтра будешь блистать с красивой маленькой ладошкой на щеке.

— Катись к черту!

Этот треугольник сложно разорвать. Война между парнями за место под солнцем только усилилась. Денис полный злости все же ушел, но, как обычно, отборно матерясь и угрожая всему миру. А в частности Диме.

========== Часть 13. ==========

Комментарий к Часть 13.

Извиняюсь за долго отсутствие, но жизненные проблемы требовали моего внимания. Постараюсь больше не пропадать. Думаю, что смогу восстановить рабочую деятельность и главы будут выходить в своем режиме, через день - два).

Четверть близилась к концу, все начинали медленно сходить с ума. Каждый второй «отличник» бился в истерике и слезно умолял учителей натянуть оценку или же получить дополнительное задание на дом. Я же предпочитала просто приходить на уроки и просиживать штаны.

— Ну что ты ходишь горем убитая? Никто же не умер, — подруга налетела со спины и оптимизма в ее голосе было хоть отбавляй.

— Спасибо и на этом, — тяжёлый вздох и мы зашли в кабинет химии.

После разговора с Денисом и его угроз я была сама не своя. Паранойя стала моей подругой. В любой момент этот идиот мог натворить что угодно. Больше всего переживала за Диму, хоть и знаю, что он то точно за себя постоит, а на душе все равно кошки скребут. Не раз видела как они закрывались у него в кабинете и о чём-то долго беседовали. Все это больше чем просто странно, но заводить на эту тему разговор не стала. Вот и сегодня я с опаской шла по коридору, ничего не произошло, но ведь ещё и не конец дня.

Только и успели, что достать необходимое, прозвенел звонок и в класс вошёл учитель. Он сел за свой стол и обвёл глазами класс. Его многие любили и как мужчину, и как учителя, но все равно это самое большинство имело весьма низкий балл по предмету, и для них этот урок был последним шансом исправить положение. Такой расклад радовал его и он открыто насмехался над ними. Легким движением руки открыл журнал и прошёлся глазами по списку. Усмешка на губах и его недавний шантаж состоялся.

— Астахова, задача номер девять. Покажешь всем как надо решать подобные задачи и можешь быть свободна, — откинулся на спинку стула и заложил руки за голову. Ждёт, когда же я соизволю выйти.

Выходить я не торопилась по двум причинам. Во-первых, я пришла абсолютным нулём, ни книги ни тетради. Мне, в отличие от остальных, ничего исправлять не нужно. А во-вторых, я нарушила его приказ о коротких юбках. Едва я встану на его лице бегущей строкой пробежит «тебе хана, подруга». Выхода особого нет, и так слишком долго тяну, помолившись всем богам поднялась с места и прошлась вдоль ряда прямо к его столу. В наглую стащила учебник из-под носа учителя и пошла решать порученную задачу.

Старательно записывала условия задачи и приступила к решению, как сзади почувствовала тяжелое дыхание.

— Даша, ты глухая? — и это он явно не про химию, говорить исключительно мне на ухо. — Я ясно вроде выразился в прошлый раз. Если после этого урока на тебе не будет чего-нибудь более приличного, накажу.

Наказания, после того утра, стали более изощрённые, так что я была даже не против. Глупая улыбка и решила ответить ему, несмотря на то, что позади сидит класс в двадцать человек. Сомневаюсь, что они хоть что-то замечают, учитель просчитал все до мелочей, в плоть до того как поставить левую ногу.

— Простите, но я перестала носить запасную одежду вместе со сменкой ещё в классе пятом, — он продолжал стоять вплотную ко мне и параллельно помогал с задачей.

— Девочка моя, ты не поняла. Я сделаю это прямо здесь.

Я настолько была поглощена этим выпадом, что даже мел раскрошился, так сильно на него жала. Доволен черт, отошёл от меня, повернулся к классу и начал комментировать решение, словно ничего не произошло. В подтверждение своих слов ухватил меня за зад и что есть силы сжал. В свою очередь громко стукнула мелом по доске, поставила точку в решении и с каменным лицом ушла обратно на место.

Как и обещал с урока отпустил. Идти мне особо не куда было и я сидела на скамье за углом, читала книгу. Шёл урок и вряд ли кто-то бы шастал по коридору, но нет нашёлся умник. Мне было как-то все равно и особого внимания ему не уделила. Зато когда в коридоре послышался знакомый голос стало очень интересно.

— Сегодня вечером в заброшенном здании, — решительный голос Дениса ни с чем не спутать. Решил попытать судьбу?

— Семёнов, я не играю в твои подростковые игры. Налажал, будь добр прими это как мужик, — не удивлюсь если при этом он улыбался и выглядел умиротворённым.

— Если вы не хотите, чтобы с Дашей что-то случайно произошло, придёте.

Учитель только сильнее хлопнул дверью. Бешенство перло изо всех мест и я не смогла сдержаться.

— Ну и сука же ты, Семёнов, — парень затормозил на повороте и с улыбкой обернулся.

— О, привет, Даша. Тебе нечего бояться, мне просто нужно было затащить его туда. Я всего лишь хочу вернуть своё, — противно подмигнул и двинулся видимо на урок.

Сразу со звонком с урока зашла в лаборантскую учителя, хочу разъяснений. Я тут никогда не была. Все чисто и аккуратно, только стол у окна завален бумагами, тетрадками и рядом вешалка с курткой. Пока я осматривалась на талию легли его руки. Тепло растекается по телу и становиться по-особенному хорошо.

— Я все слышала, надеюсь у тебя хватит ума не идти у него на поводу, — слова давались с трудом, Дима предпочёл отложить разговоры на потом и приступить к наказанию.

— Жаль, что тебя не Варвара зовут, — возбуждённость мигом растаяла и я непонимающе обернулась. — Любишь соваться не в своё дело. Сказал же, сам разберусь.

Дима подхватил за талию и усадил на шершавую столешницу, как маленького ребёнка, наши взгляды встретились. В его глазах было все, вся его любовь ко мне, забота, непреодолимое желание овладеть мной прямо здесь и сейчас. В нем борятся две стороны, которые не каждому доступны, не каждый сможет докопаться до истины его. Видимо, я одна из немногих кому он доверился и без всяких предосторожностей показывает себя всего. Мне нравится открывать для себя его мир. Нравится чувствовать себя частью его. Может он научит меня любить, научит быть слабой, научит доверяться избранным. В уже почерневших глазах бьется море, море в котором я хочу утонуть, но каждый раз всплываю не позволяя себе испытать боль.

Зрительный контакт слишком затянулся и я сама притянула его ближе, настолько не терпелось прижаться к тёплому телу. Поцелуй все ещё выходил робко и неуверенно, но я должна это сделать, хочу показать, что он тоже часть моего мира. Человек, за которого можно пойти на многое. Пока я по-девчачьи доказывала что-то свое, в голове роились мысли о том, что он все же пойдет навстречу и кто-то, возможно, сильно огребет.

На следующий день все вымученные и выжатые, как морально так и физически, расходятся по кабинетам. В глазах каждого читается мольба о скорейшем освобождении от уз школы.

К великому разочарованию первый урок был совмещенный. Учитель физики решила убить сразу двух зайцев и смотаться пораньше с работы. Многие сейчас думали о ней примерно такое: «везучая сучка» и одновременно теснились по трое за партой. Только и успели, что сесть с Яной за парту к однокласснице, не самой дружелюбной, как в класс ввалились трое парней из параллельного «А». Их внешний вид оставлял желать лучшего. Кровяные подтеки под глазами, разбитые костяшки пальцев, губы, носы, синяки. Не за того я боялась похоже. Моё удивление Денис поймал сразу и только незаметно фыркнул, обогнул пару парт и сел с самого краю, потирая синяк на руке. Паша пожелал отделиться от разукрашенных друзей, хотя сам был не лучше, и опустил голову на плечо подруги, которая не знала куда себя деть. Причитала как бабка-ведунья и гладила его по голове, все приговаривая: «кто это с ним такое сотворил». Паша только слабо ткнул пальцем на меня и все сразу ясно, как белый день.

— Не смотри на меня так, я понимаю ровно столько же, сколько и ты, — отвернулась от пронизывающего взгляда подруги, полная решимости надрать зад учителю.

Физичка, как и обещала, отпустила нас пораньше. Я расталкивала всех локтями и стремилась выйти одной из первых. По коридору мчалась как фурия, еще немного и мой гнев может не дотерпеть. Пара больших шагов и я влетаю в уже известную мне лаборантскую. Учитель спокойно сидел за столом и перебирал бумаги, что-то выкидывал, что-то помечал и откладывал в папку. Вид более чем безмятежный, на нем нет и намека на поход в эту заброшенку. Я даже начала сомневаться, но во время вспомнила Пашу.

— Какого хрена ты сделал? — отрывает голову от писанины и приподнимает уголок губ, догадался.

— Неугомонная, — откидывается на спинку, что волосы попадают в свет солнца и отдают приятным блеском. — Что это ты так за него переживаешь? Я все утро тебя ждал, думал хотя бы смс кинешь, как я, что я. А тебя оказывается волнует состояние Семенова.

— Да блин, вижу, что с тобой все в порядке, а с ними явно нет. Может расскажешь наконец? — я продолжаю стоять в дверях и пыхтеть как бык.

— Не трогал я их, так пошерудил по связям, пара парней все уладили, не кипятись, милая, — боже, где прежний Дима, сейчас передо мной чувак сбежавший из СИЗО.

Атмосфера накалялась с каждым вопросом и ответом. Исходя из услышанного он там вообще не появлялся, а подослал каких-то амбалов. Что ж уладил, так уладил. Наверняка корни волос давно покрасились в красный цвет от переизбытка эмоций и он это прекрасно заметил. Улыбка становилась все шире. Указательный палец бессовестно водил по губам остужая мой пыл. Гнев медленно сменяется возбуждением. Плечи перестают активно подрагивать, кулаки разжимаются и сумка выпадает из рук.

— Твои перепады настроения меня пугают, — не заметила как он подошел ко мне и позади щелкнул замок.

Горячее дыхание обдало кожу на шее, и я закрыла глаза. Черт, я пришла надавать ему, а получается надают мне. Но сопротивляться ему бессмысленно, тело само рвется к нему, жаждет его прикосновений и бесподобных ласк, на которые способны его нежные руки. Уловив эту нотку, он проводит руками по бедрам задирая немного юбку. Короткий поцелуй на шее заставляет откинуть голову ему на грудь. Руки скользнули на спину и подталкивали к стулу, с которого он не так давно встал. Уселся поудобнее и наблюдал, как я все еще не могу прийти в себя.

Рывок и я на коленях. Руки забрались под кофту, мягкие поглаживания заставили выгибаться на встречу, мысленно умолять о большем. Но он не спешит, тешит свое самолюбие, свое эго. Я вцепилась ногтями в плечи, и, как мне казалось, больно сжимала их. Но для него это приятная боль от возбужденной им любимой девушки. Поцелуи в миг стали рваные, быстрые, грубые. Все происходит жадно и нетерпеливо. Отцепившись от белоснежной рубашки, спускаюсь к штанам и трясущимися руками пытаюсь справиться с ремнем. Не с первого раза, но все же расстегиваю его и вынимаю из петель, с шумом отправляя на пол. Диме нравится мой энтузиазм и он просто позволяет делать с собой это. Бедрами стараюсь ерзать в такт его движению языка, порой сбиваюсь, но сразу же восстанавливаю баланс.

— Твою мать, Даша, — рявкает учитель, перед тем как послать все к черту.

Руки под юбкой и на этот раз не мельтешат. Отодвигает край трусиков и проводить пальцами по влажной плоти, с губ слетает моментальный стон. Он начинает двигать пальцами внутри, но я прерываю его и хватаюсь за запястье. Открываю глаза и смотрю на него в упор. Оба на взводе, дыхание тяжелое. Особенно радует неизменный привкус мяты на губах. Дима усмехается и вопросительно поднимает брови.

— Не сегодня, умоляю, ты знаешь о чем я, — короткий кивок и я освобождаю его твердый член и ерзаю по нему, намекая, что нужна помощь.

Учитель сразу приходит на помощь. Одно ловкое движение и каморка наполняется стоном облегчения. Неумело, но все же начинаю двигаться вверх-вниз. Дима, поддерживает за талию, помогая ощутить более острые ощущения, насаживая до самого основания. Да так, что порой глаза на лоб лезут, но прерывать не хочется, начинаешь входить во вкус. Ему нравится как моё тело реагирует на него, нравится учить меня этому, нравится делать из меня плохую. Хотя я еще тот подарок. Грудная клетка ходит давно ходуном от бешеного темпа, заданного им. Поцелуев больше нет, он просто наблюдает, как мой рот каждый раз раскрывается в букве «о», и как я облизываю высохшие губы. Пара финальных минут и я с громким, может даже через чур громким стоном, обмякаю на его руках.

Оперлась одной рукой о его мощную грудь и отчетливо слышала как бьется сердце. Еще немного и его можно будет рукой сжать сквозь кожу. Дима мило гладит по волосам и утыкается в макушку.

— У тебя минута на приход в себя, — усаживает на стол и сам поправляет свою одежду. — Кстати, ставлю в известность, хочу провести с тобой пару дней наедине, — хоть я все еще туго соображала, но замешательство на моё лице было очевидно. — Это не обсуждается, если что.

Его слова словно в тумане. Напрягать слух мне не очень хотелось, так что я просто кивнула, мысленно соглашаясь на все. Как-нибудь потом разберусь, куда я пойду, на что подписалась и что там не обсуждалось. Дима, громко цокнул, я ведь так и ничерта не сделала, продолжала сидеть на столе. Он быстро поправил одежду на мне, всучил в руки сумку и едва коснулся лба горячими губами.

— Покатилась колбаской отсюда, — я слишком слаба, чтобы ответить ему подобающе, так что невольно вскидываю средний палец и выхожу за дверь, позади раздается знакомая ехидная ухмылка.

========== Часть 14. ==========

Я пыталась обдумать своё скоропостижное согласие. Мозг кричал, что прошло не так много времени, чтобы броситься в омут под названием «Дмитрий Николаевич» с головой. А вот сердце, как сумасшедшее, рвалось к нему, и, видимо, сделала бы это вне зависимости от того, пошла бы я туда или нет. Все же я сделала пару звонков с нелепыми отговорками, но учитель ничего не желал слышать и просто-напросто бросал трубки. Грубо, однако.

Мама немного мешала мне размышлять, и я каждый раз сбивалась в одном и том же месте. Осталось вытерпеть последние два часа и на целую неделю, а может и больше воцарится тишина в квартире. Хотя и с ними не особо то и громко тут бывает. Но все же, через эти несчастные два часа родители уедут отдыхать. Мама пыталась всеми доступными ей уговорами затащить меня с собой, но я была непреклонна. Дима еще вчера прислал смс по этому поводу, чтобы я даже не смела и думать об этом.

Проверяя все ли она взяла, мама в своей привычной манере пересказывала наизусть выученные мной правила поведения в доме. Быстро сжав в своих объятиях, пробежалась по мне глазами и закрыла дверь с той стороны. Теперь то уж можно вздохнуть полной грудью. Я бесцельно шаталась по квартире в попытках найти себе какое-то занятие. Прямо сейчас рванула бы в соседний дом, но решила еще немного помучать парня. Обойдя всю квартиру так ничего и не придумала, кроме как убраться в комнате.

Из невысоких, но мощных колонок играл The Weeknd и одна из моих любимых песен Call out my name. Первым под раздачу попали ящики стола, чего здесь только нет, ядерную войну можно пережить с ними. Едва мужской голос принялся исполнять припев, я не задумываясь выкидывала все, что брала в руку. Каждое слово проходило сквозь меня. В моей голове проскальзывали картины того утра, когда я решилась на тот важный для меня шаг. Вспоминала, как он касался меня, как теплые губы скользили по коже, руки сжимали бедра. Я нервно облизала нижнюю губу и усмехнулась внезапным порывам. Определенно это было лучшее утро из всех, которые у меня были.

Из своего рода транса меня вывел звонок мобильного, который во всю вибрировал на темно коричневой столешнице и вот-вот готов был упасть. На экране светилось “Дима”. Нажав на паузу, мотнула головой, отгоняя немного непрошенные мысли и нажала на зеленую кнопку.

— Ты придешь? — за немногочисленные звонки, он еще ни разу не поздоровался, что сейчас меня вообще не удивило.

— Я немного устала и хотела бы побыть дома, — недовольный вздох был слишком уж громким. — Пообещала, значит приду, чего кипятиться то сразу?

— Не кипячусь я, просто, что тебе делать дома одной? — давит на отсутствие занятий, хотя знает, что для меня не проблема его найти. — Приди, пожалуйста.

Приказного тона больше нет. Все выходные он то и делал, что пользовался им. Голос больше чем просто милый, в нем кажется есть некая мольба. Да и его «пожалуйста» ввело меня в ступор. Я просто молчала в трубку, не зная, что сказать. Стоило ему еще раз повторить это маленькое предложение я одобрительно кивнула, совсем забыв, что он меня не видит.

— Хорошо, я приду, дай мне полчаса, — вздох облегчения на том конце, и он сбросил вызов.

В полной растерянности от его голоса поплелась в гардероб и достала небольшую сумку. Закинула в нее пару маек, чистое белье, запасную одежду и оделась сама. Перед выходом сгребла в кучу мусор на полу и запихала в большой пакет, выкину по дороге. Оглядела себя напоследок и обвела комнату глазами. Господи, я же вернусь сюда, я же тут живу в конце концов. Быстро накинула пальто и выбежала на улицу.

Шла я быстро, холодина стояла жуткая. Ветер так и норовил задуть во все труднодоступные места. Опустив голову как можно ниже перешла на легкий бег. Чувствовала, как краснеют уши и уже начинают покалывать. К счастью я уже близко. Несколько метров и я открыла дверь в теплый и светлый подъезд. Кнопка лифта, нужный этаж и до боли знакомая железная дверь. Я пару минут тушуюсь, как пятиклассница, которая принесла двойку и боится гнева родителей, но все же тянусь к звонку. За дверью раздается шарканье и на пороге с красным носом стоит учитель. Я прыскаю от увиденного себе в кулак, пытаясь замаскировать это под кашель, но не вышло.

— Если бы я хотел тебя рассмешить, сводил бы в цирк, — ну вот, милое приглашение всего лишь минутное помутнение. Да и вообще, тон общения ужасно изменился. Холодный какой-то стал, отстраненный.

— С тобой все в порядке? — прошла внутрь и поставила сумку у самого входа. Скептический взгляд на него все же сделал свое дело.

— Просто температура, не обращай внимание, — он запустил руку в волосы, чего раньше я за ним не замечала.

Возможно он всегда так делает, только я, как обычно, смотрю на него в общем плане и не замечаю каких-либо деталей, даже таких незначительных. Я всегда так делала, по-большому счету мне было все равно, я не сходила с ума, как многие девчонки от таких мужских мелочей. Ну, разве что парфюм, в виде исключения.

— И какого лешего ты ходишь по холодному кафелю без носков, — ткнула рукой вниз, и он закатил глаза. — Ты должен быть в кровати, — развернула за плечи и подпихнула в сторону спальни. — Вперед, я сама все сделаю, вали давай, — пнула ногой под зад, за что сразу получила ответ.

— Наказал бы я тебя сейчас, да сил нет, радуйся.

Он запустил руки в карманы шорт и с опущенной головой пошел в комнату. Мне было не до распаковывания вещей, я сразу пошла ставить чайник и по дороге вспоминала все целебные рецепты. Перерыла все ящики, и кроме единственной банки с малиной ничего не нашла. Вариантов нет, сделала обычный чай с малиной и пошла к больному.

Шторы плотно задернуты, в комнате ужасная темнота, учитывая еще тон стен. Дима услышал мои шаги и дернул за шнурок на прикроватной лампе. Он сидел на краю кровати и что-то печатал в телефоне. Я почти дошла до него, и он мгновенно заблокировал аппарат, пряча в карман шорт. Едва заметная улыбка коснулась его губ, и он взял чашку с подноса. Один глоток и ужасно закашлялся.

— Ты воду из адового котла взяла? Кипяток, — морщится, но продолжает отпивать понемногу.

— Я здесь именно потому, что ты заболел? — это было бы самое разумное объяснения.

— Нет, просто хочу побыть с тобой. Родители же уехали твои, — я села около него и вопросительно посмотрела.

— Откуда знаешь? — ведь я ничего ему не говорила и решила после его смс поговорить об этом, но увидев его состояние все вопросы улетучились.

— Как-нибудь потом расскажу.

Я не заметила, как он выпил весь чай и разделся. Спать собрался, ему не помешает это. А я так и осталась сидеть на кровати в полной растерянности от вечера. Явно не этого я ожидала. Не стоило приходить, наверное, единственное, что меня удерживает, это его температура.

Через пять минут он во всю похрапывал, нос заложен, наверное. Я дернула за шнурок лампы и вышла из комнаты. Немного посидев на кухне не пришла ни к какому выводу, кроме того, что завтра на ясную голову будет думаться лучше и тоже пошла спать.

Утро выдалось болезненное. Голова просто раскалывалась, я не могла уснуть пол ночи, прислушивалась к кашлю за стеной. Пару раз даже порывалась лечь с ним, но что-то меня останавливало. Возможно то, что я не знаю до конца, какие чувства мы испытываем друг к другу. Все попытки начать этот разговор пресекались на корню, едва я успевала произнести слово между. Шум на кухне только усиливал нежеланный эффект барабана в голове. Я нехотя поднялась с кровати и пошла проверить все ли в порядке.

Дима в самом бодром настроении стоял у плиты и готовил завтрак. Я оперлась плечом о дверной косяк и наблюдала как перекатываются мышцы на спине, когда он напрягается. Выглядит эффектно, даже через чур. В голове проскочила мысль, что возможно я была бы не против видеть эту картину каждый день. Что может быть лучше, когда с утра о тебе заботятся.

— Смотрю тебе уже лучше? — решилась прервать молчание, он кинул беглый взгляд на меня и остановился на голых ногах. Короткая усмешка и он снова весь в готовке.

— Да, чай определенно помог, ну и твой приход тоже, — быстро выложил содержимое сковородки на тарелки и поставил на стол. — Прости, за вчерашнее, я был немного не в настроении, — он встал вплотную ко мне и провел большим пальцем по щеке.

В его карих глазах пляшут огоньки, демонические огоньки, как он сам. И мне это безумно нравится. Рукой провел до выбившейся пряди волос и нежно заправил за ухо, не прекращая кривить рот в ухмылке. Самой красивой ухмылке на свете.

— Чем займемся сегодня? — голос отвлекает меня от мыслей, и я ляпнула первое, что пришло в голову.

— Химией, хотела порешать тесты, — капец я дура, какие блин еще тесты?

— Моя ты вечная ученица, — тяжелый, не без издевки вздох. — Тесты, так тесты. Но для начала поешь.

Да поесть не помешает. Все выглядит слишком аппетитно, да и запах раззадоривает еще больше. Обогнула учителя и уселась на свое место. Быстро расправившись с едой оставила на парня грязную посуду, а сама ушла в душ. Примерно через час мы сидели в гостиной. Я на полу около маленького журнального столика, и решала по своей дурости химию. Дима же демонстративно разложил диван, чем вызвал моё негодование. То есть эта штука имеет свойство раскладываться, а я всю ночь корчилась от боли в спине. Моё лицо пылало от раздражения, а он только повел плечами на это и тихо посмеялся, когда я отвернулась решать дальше. Он начал играть в какую-то игру на приставке, при этом иногда матерясь. Проигрывает, так ему и надо, карма за диван.

Я не редко хватала сборник и подсаживалась к нему, отвлекая от игры и задавая вопросы по решению. Дима забирал тетрадь и сам выводил решение, объяснял параллельно тему и что откуда берется. Заканчивая четвертый тест меня окончательно покинули силы. В полном ступоре от самого условия задачи я позвала его к себе в надежде на очередную помощь.

— Иди сюда, я кажись схожу с ума, — он не торопился остановить игру.

— Что на этот раз? — похоже он ожидал этого, тихо цокнув все же отложил джойстик и пристроился позади меня, обхватив руками за талию и вжимая в себя как можно теснее.

Эта близость ни к чему хорошему не приведет. Чувствую горячее дыхание на шее и не могу больше сфокусироваться на этой чертовой химии, будь она проклята. Найдя жалкое подобие сил в себе, ткнула пальцем в задачу.

— Не могу определить выход реакции, — он усмехнулся и выхватил ручку.

— Ты же хорошо всегда их решала. Тебе нужна разрядка мозга, девочка моя, — легкий поцелуй за ухом, и я отключилась от всего мира.

Пыталась слушать, но выходило не очень. Он по-прежнему говорил на самое ухо, не удосужился отодвинуться. Дима словно и не замечал, что я давно не здесь, продолжал бубнить про деление, составление уравнения реакции, какое-то умножение и бла, бла, бла.

— Ты слушаешь? — я помотала головой, но в тот же миг кивнула. Противоречивые действия расставили все на свои места.

— Двойку бы тебе влепить за такую невнимательность. Но твоя реакция на мой голос заставляет меня отложить это дело.

Тетрадь с шумом захлопнулась, с учебой в любом случае покончено. Руки Димы переместились в исходную точку, то есть талию. Я дернулась от такой смены положений, чем вызвала похотливый короткий смешок.

— Потрясающая реакция, а что будет если я сделаю так? — он провел носом от уха до позвонка, при этом откинув волосы на бок. Кожа мгновенно стала гусиной, — Здесь или в спальне?

И дураку понятно, о чем речь. Я кивнула на диван не желая медлить. Промедление обычно плохо на мне сказывается, могу перегореть, чего бы сейчас очень не хотелось. Он забрался руками под майку и задрал до неприличия высоко, оголяя живот и небольшую грудь, которая как влитая ложилась в его ладони. Дима покрывал шею поцелуями и массировал грудь, срывая тихие стоны полные мольбы о большем. Я сжимала его колени и впивалась в них ногтями, кажется я готова кончить только от одних прикосновений. Ухватившись за подол майки поспешил избавиться от этого предмета одежды. Резко подхватил под колени и переместил на диван. Моя грудь слишком быстро вздымалась, а ведь еще ничего не произошло. Дима навис сверху, радуясь своим победам надо мной.

— Что же ты со мной делаешь? — господи, знал бы он, что у меня такие же вопросы к нему.

— Тсс, — закрыла рот рукой и притянула к себе за шею.

Наши тела соприкоснулись, подогревая и без того шальной настрой. Поцелуй выходил жадный и нетерпеливый. Дима рычал и напрягался, глаза чуть ли не кровью наливались. Он сейчас очень сильно изменился, превратился в своего рода животное, чего я раньше никогда не замечала. И вроде бы надо спросить в чем дело, но это такое возбуждающее зрелище, что все вопросы покатились к чертям. Я дергала бедрами распаляя в нас еще большее желание.

— Твою мать, Даша, — все, что он мог сказать перед тем, как поддеть пальцем шорты и резинку трусов.

Одним рывком оставил меня без одежды и сбросил свою. Его тело становилось горячее с каждой минутой. Коленом он раздвинул ноги, выпрямился и болезненно стиснул талию. Без предупреждения он вошел до самого основания, что я прикрикнула и моментально выгнулась в спине. Такого я никак не могла предвидеть, но вышло ужасно круто. Он имел меня быстро и грубо, я даже ухватилась за спинку дивана, закатывая при этом глаза.

— Открой глаза и посмотри на меня, — черт, только не это.

Не то чтобы я стеснялась или еще что-то, просто это самая нереальная вещь, которую он просит. Заметив, что я не выполнила просьбу он остановился. Я непонимающе открыла глаза и встретилась с ним взглядом, доволен собой.

— Так-то лучше, — он возобновил свои умопомрачительные движения.

Гением быть не нужно, стоит мне закрыть глаза он будет останавливаться. Я всеми силами старалась смотреть на него и все больше гнулась в спине. Одно его слово «кончай» и меня два раза просить не стоило, на пике я выкрикнула его имя и обмякла. Он получил свою дозу следом и упал по правую руку от меня. Меня немного потряхивало от такого жесткого секса, первого в моей жизни. Дима укрыл нас одеялом, которое я оставила на подлокотнике утром и вскинул руку, чтобы я могла улечься ему на грудь и быть ближе.

Спустя пару минут моё дыхание стало ровным, и я приподнялась на локте, заглядывая в умиротворенное лицо парня. Глаза полуприкрыты, на лице улыбка. Кажись лучше момента и не придумаешь, пока я не завела старую пластинку.

— Что между нами происходит? — он снова запустил руку в волосы, как вчера и шумно выдохнул.

— Опять? — видимо он почувствовал, что разговор неизбежен или просто не было сил отбиваться от меня. — Тебе не кажется, что рано говорить о таком?

— А, по-моему, в самый раз, за все это время кроме вопроса «что ты со мной делаешь» я ничего не слышала. Так может пора ответить на этот вопрос? — я укуталась в одеяло и села на диване лицом к нему.

— В данный момент у меня нет ответа на него, — он сел на край и опустил голову, разговор его нервирует и это видно по напряженной спине.

— А он вообще планирует появиться в ближайшее время? Я просто не совсем догоняю на какой стадии отношений мы находимся и есть ли они вообще. Кто я для тебя? — старалась говорить, как можно спокойнее, но иногда вскрикивала, за что мысленно ругала себя.

Ссориться не входит в мои планы, но видимо если разговор и дальше пойдет в тупиковой форме, этого будет не избежать.

— В смысле кто, моя девушка. По-моему, это очевидно, — раздражение в нем росло. Никогда еще я не видела его в гневе или проявляющего какие-либо чувства. Только усмешки и умиротворение.

— Мне нет, — вру, это ясно как белый день.

— Серьезно? Если ты думала, что я пользуюсь тобой, только чтобы иметь регулярный секс, то ошибаешься. Я подобной хренью не занимаюсь и прекратим уже этот разговор.

Он вскочил и ушел в комнату. Через пару минут, долгих для меня минут, он появился полностью одетый и накидывал на себя легкую куртку. Моё шоковое состояние ничем было не скрыть. Я хотела остановить его, но рот безмолвно открывался и закрывался, словно я рыба на суше. Его движения слишком резкие, дерзкие. На мгновение мне показалось, что он в гневе.

— Почему ты не можешь просто взять и сказать, что чувствуешь ко мне? Денис, между прочим, никогда не молчал, — сама не знаю, как выпалила эти слова, осознав я сразу зажала рот рукой. Я не просто все испортила, я кажись себе вырыла могилу.

Дима в полном шоке развернулся ко мне и видимо еле удержался, чтобы не пробить стену. Он закипал, и так все это соперничество действует не лучшим образом, так еще и я добавила масла в огонь. Сейчас рванет.

— Я не из тех людей, которые будут без устали проявлять свои чувства и утопать в бесконечных разговорах о них, — одевшись, он обернулся на меня все еще сидящую на диване в одеяле. — И даже для тебя я не сделаю исключение, извини. Либо ты принимаешь меня таким, либо не принимай никаким. А можешь снова упасть в объятия пресловутого Семенова, решать тебе.

Из последних сил пытается не сорваться. С каждым его словом я теряла дар речи. Изо всех сил пыталась унять дрожь в теле и не разрыдаться у него на глазах. В данной ситуации — это будет более чем унизительно.

— Надеюсь к моему возвращению ты все обдумаешь и наконец выбьешь из головы этот проклятый вопрос о чувствах.

Дверь за ним хлопнула, и я дала себе волю. Ревела как белуга. Даже не спросила куда он пошел и зачем. Чувствовала себя брошеной, ненужной. Все то время, что мы общались, казалось не найти мужчину лучше. Такой внимательный, всегда знает, что мне нужно было. Но сейчас это была самая темная его сторона, о которой мне было бы лучше не знать. Как в любой женщине, во мне зародилось любопытство откуда в нем это, но понимаю, что после сегодняшней стычки этот голод никто не утолит. Дмитрий Николаевич еще та темная лошадка оказалась. И, кажись, не найти дня хуже, я рыдаю в чужой квартире сидя голой на диване. Но это просто не наступило завтра.

========== Часть 15. ==========

POV Дима

В очередной раз этот разговор ничем хорошим не заканчивается. Только сегодня он привел меня в бешенство. Я вылетел из квартиры весь на взводе, откуда у семнадцатилетней девчонки на уме такие вопросы? Хотя для ее возраста вполне нормально. Я не просто не готов на них ответить, я не хочу. Она столько всего не знает, что малейшая правда оттолкнет ее от меня. Какой бы сильной она не хотела себя показать, это не так. Для моей правды она не готова и вряд ли сможет ее принять.

Я довольно громко хлопнул дверцей своего горячо любимого авто и мысленно извинился. Повернул ключ в замке зажигания и просто рванул в места. Куда еду, зачем и когда смогу вернуться? Даже на эту элементарщину не способен ответить. В голове эхом отдает ее вопрос «Что между нами?». А что, в самом деле, между нами? Я же самолично заварил эту кашу, я сам заставил ее прийти ко мне в руки, а теперь не могу дать того, что она просит. Это ей следовало бы психануть и уйти. Перед глазами ее ошеломленное моим ответом лицо, ее хрупкое тело, завернутое в одеяло и подогнутые под себя ноги. Она готова расплакаться от моего колкого ответа, но мужественно терпит. Вероятно, сейчас прекрасные голубые глаза наполнились слезами. Вернусь я уже в пустую квартиру.

За всеми этими мыслями я и не заметил, как оказался на парковке одного из местных баров. Неоновая вывеска в свете дня не горела так ярко, но внутри уже слышался звон бокалов и пьяные разговоры «по душам». Чуть ли не пинком открыл дверь и вверху звякнул колокольчик. Но никому не было дела до меня, кроме барменши, которая прекратила протирать барную стойку и широко улыбнулась мне, приглашая занять стул напротив ее. Головой я сейчас мало думал и сел, куда она показала. Мне нужно остыть и забыться. Стереть из памяти этот вопрос и ее искаженное в ужасе лицо и тогда, наверняка, все станет хорошо.

— Какие люди, что на этот раз пришел заливать? — Марго коснулась моей руки и провела своими длинными ногтями, пытаясь вызвать хоть какие-то чувства, но пока безуспешно.

— Какая разница, двойной виски лучше принеси, — она и бровью не повела, знает, что, если спросить попозже, я с удовольствием расскажу.

Из дальнего угла ко мне прилетел стакан. Я покрутил его в руках и льдинки звонко забились о края стакана. Я пялился на темно-коричневую жидкость и думал, стоит ли начинать. То, что я не сорвался в прошлый раз не значит, что и в этот произойдет то же самое. Когда я узнал про Карину, то тоже оказался здесь и надрался как идиот, еще и к Даше завалился и проспал на ее диване до утра.

— Выпей уже, — голос Марго вывел меня из пучины мыслей, и я чуть ли не залпом осушил стакан, громко ставя его обратно. — Еще один? — я киваю и втягиваю сквозь плотно сжатые зубы воздух.

Она также отправляет очередной стакан, подходит ко мне и кладет руку на плечо. На самом деле Марго не так уж и плоха собой, из нее бы могла получиться неплохая подружка, да только любит она трахать все, что плохо лежит. И кажется, ей нравится так жить.

— Если ты ждешь, что я отведу тебя в твою тесную подсобку и прижму к стене, то не трать свое время, — сбросил руку с плеча и услышал недовольный стон.

Да, мы переспали один раз, в тот самый, когда я надрался из-за Карины. Она здорово помогла отвлечься, но не сегодня. Хоть я и повел себя как последний идиот, накричав на Дашу, но отыметь кого-то только потому что я зол, не хочется. Знаю, эта девочка готова признаться мне в том, что фактически любит меня. Я вижу это каждый раз, когда смотрю ей в глаза, но не могу ответить ей тем же. Этого вполне достаточно, чтобы испытывать ко мне неприязнь, но, если к этому еще и измену приклеить, её это убьет. То, что она застукала Семенова с другой, не идет ни в какое сравнение с тем, что могу сделать я, и тогда ее и без того шаткая вера в мужчин полетит ко всем чертям.

Время для меня словно остановилось, но нет, часы уже пробили семь. Я обернулся на очередной звон колокольчика и увидел пару пьяных мужиков, непроглядную тьму и тень от вывески на снегу. Следует вернуться домой и попросить прощение, но я едва могу двинуться. Она меня убьет, наверное. Хотя я ни разу не видел ее в гневе. Расстроенной видел, утирал слезы, но не гнев. Марго все чаще стала крутиться около меня, как коршун. Выжидает, когда мое состояние перевалит за отметку «неадекватен».

— Так что случилось? — нашла подходящий момент, сука.

— Был слишком груб с одной особой, сказал слова, которые не стоило, — уклончивый ответ, но ей недостаточно, слов не нужно, чтобы понять, что нужно говорить внятнее. — Я встречаюсь со своей ученицей, которой сказал утром, что не стану с ней говорить про отношения между нами и на все подобные темы.

Глаза Марго округлились, а затем раздался смех. Она меняет стакан в моей руке и вытирает слезы с глаз. И что же ее так рассмешило? Невольно я сам усмехнулся и опрокинул, бог знает, какой по счету стакан.

— Ты со школьницей? Решетка к твоим боевым заслугам еще не приписывалась, — хорошо меня знает, чтобы выдвигать подобное. Как-никак один двор, где каждый все знает лучше тебя.

— Она в возрасте согласия, так что не нужно мне мораль читать.

— Я и не собиралась, просто что, баб тебе мало, раз по школьницам пошел, — ее слова что-то взбудоражили внутри меня.

И правда, я мог выбрать абсолютно любую женщину, но на глаза попалась именно она. Ее образ возникал каждый раз перед сном, что сначала меня раздражало, а потом превратилось в некое наваждение. Она появилась в тот момент, когда я сумел наладить свою жизнь и стать, наконец, нормальным человеком. Надеюсь, она всегда думала, что именно таким я и был, и никогда не узнает, что именно прошлое нацепило на меня маску невозмутимости. Я научился самоконтролю, уверенности и непоколебимости, и все это безотказно работает.

— Ладно, лучше скажи, почему не хочешь поговорить с ней про отношения? Это же легко, тем более вам мужикам, наплел с три короба и готово. Женщины любят ушами, а твоя школьница поверит во всю ложь как нехер делать, — я поднял на нее пьяные, но удивленные глаза, какую еще ложь я должен там нести. — Ну ты и тормоз, я помню, что ты у нас не из тех, кто любит, ты не умеешь этого делать. Но если и правда хочешь удержать около себя неопытную особу, а я не сомневаюсь, что она именно такая, то наври ей, что любишь и она отвалит. Ну или скажи прямо, что не любишь, и она опять-таки отстанет.

Ее слова заставили меня серьезно задуматься. Я, правда, пытался обдумать каждое чертово слово, но все время сбивался в одном и том, же месте, начиная сначала. Хочу ли я удержать ее рядом, чего я вообще хочу от нее, нужна ли она мне? Мой мозг просто охреневал сейчас от количества, выпитого и этих безумных вопросов. Народу в баре заметно прибавилось. Возле стойки становилось жутко тесно и неудобно. Как муравьи все ползли за выпивкой, расплескивая ее на пол и саму стойку. Голоса гудели в голове и мешали сосредоточиться. Спустя пару минут я плюнул на это дело, бесполезное занятие, да и место не очень шикарное для такого.

Сам не заметил, как стал следить за Марго, которая металась за стойкой от одного клиента к другому. Ее черный фартук еле доходил до середины бедра и прикрывал и без того короткую юбку. Ноги, обтянутые черными колготками в крупную сетку, привлекали немало посетителей, которые специально терлись у стойки. Она украдкой бросала на меня взгляд хищницы, в нем так и читалось желание наконец-то немного взбодриться. Мой мозг во власти алкоголя, и я не смог отказать ей, велик соблазн. Слабый кивок на дверь позади нее, и она мигом отложила все разговоры и скрылась за ней в ожидании меня.

POV Даша

Время давно перевалило за полночь. Я лежала на диване, укутавшись в одеяло чуть ли не с головой, и ждала появления учителя. Видимо он не сильно торопиться, и по-хорошему надо было бы свалить. Именно так я и планировала сделать днем. Дала ему час проветриться и, если бы он не пришел уйти. Затем, от большого желания поговорить и уладить между нами ураган, накинула еще час. Потом еще и еще. В сотый раз я набираю знакомые цифры, ответ один и тот же «аппарат абонента выключен». Часов до восьми я слушала ненавистные, теперь уже, гудки, а потом голос робота. Если именно так он планировал провести время вместе, что ж у него с блеском получилось.

Все это время я не переставала плакать и корить себя за этот тупой и скоропостижный вопрос. Что-то я стала бежать впереди паровоза. Слишком мало времени прошло и понятно, что он не захочет обсуждать с малолеткой дела сердечные. Но такова уж природа женщин, любопытству быть! Пока я пыталась вычислить в каком настроении он придет и что нужно сказать, веки медленно закрывались, и я провалилась в сон.

Утро выдалось весьма болезненное. Мало того, что от вчерашней истерики болела голова, так еще и кто-то стучал в дверь, и кажись своей собственной головой. Иначе этот громкий стук и не объяснишь. Я дотянулась до телефона, девять утра и ни одного пропущенного или смс от Димы.

Дима. Я резко вскочила с дивана и, не заботясь о голове, побежала открывать дверь в надежде, что это он. Нетерпелось с ним объясниться и наладить отношения. От души распахнула дверь на всю, на губах улыбка, которая сразу сползла с моего лица. Озадаченность вот что я сейчас излучала. На пороге его квартиры стояла Карина в такой же растерянности, как и я. Но в отличие от меня продлилось это недолго. Отпихнула рукой и пошла, бродить по квартире.

— Его здесь нет, — дверь так и осталась на распашку, а я прислонилась к ближайшей стене и сложила руки на груди, ждала объяснений ее появлению.

— И где же он? — осмотрев спальню, вернулась в коридор и лукаво смотрела прямо в глаза.

— В магазин вышел, — лгу, меньше всего мне хочется посвящать ее в подробности нашей жизни.

— На машине? Ха, — черт, и правда, магазин под боком, а машины нет на стоянке. Она мне не верит и вот я уже планирую произнести очередную ложь, как она вскидывает руку. — Ой, да не покрывай его, плевать. Сама тогда передашь, то, что я скажу тебе.

Я напряглась, ее тон в корне изменился. Из ее рта вылетали не слова, а какая-то желчь. Теперь она казалась мне куда неприятнее, чем раньше. Даже, несмотря на то, что она пыталась разодрать мне глотку, в душе искала оправдания ей. Но не сейчас. Это внезапное появление, такой небрежно-зловещий тон ни к чему не приведут.

— В общем, я беременна, — моя челюсть так и отвисла до пола, а эта сука и рада такому неподдельному восторгу. — Да, деточка, да. Извини, что так скоро вашим отношениям настал конец, но Дима уж больно правильный мальчик. Он выберет семью. Пусть позвонит мне, как объявится, буду ждать. Чао, крошка.

На этом она и оставила меня подпирать стену. Я словно в посттравматическом шоке нахожусь. Вроде ничего не екает, но какой-то пиздец на душе остался. Вскоре, осознав значение каждого слова из ее мини-диалога, я сползла по стене вниз и снова давилась накатывающей истерикой. Как можно сильнее затыкала рот руками и просто безмолвно кричала. Она права, во всем. Он слишком правильный и, не раздумывая, выберет ее. Меня снова бросают, где я так нагрешила? В какой жизни? За что мне эти испытания, которые я не могу снести стойко. Третий мужчина, который ломает во мне стержень волевой девушки. Уничтожают меня изнутри, убивают все живое.

Я смотрела в темноту коридора и давилась слезами. Нельзя здесь оставаться больше. За последние двадцать четыре часа я пережила слишком многое. Нежелание говорить об отношениях, первая серьезная ссора, беременная бывшая. Я кое-как поднялась и на ватных ногах пошла за сумкой, пора сматываться. Больше ничего общего не хочу иметь ни с ним, ни с кем бы то нибыло. Довольно с меня.

Все, что я успела это стянуть байку, которая пропахла им насквозь и хоть как-то держала меня на плаву все это время. В коридоре брякнула связка ключей, и послышались неторопливые шаги. Наверное, он решил, что меня здесь нет. Из гостиной донесся скрип дивана, и я постаралась как можно тише улизнуть.

— Я думал ты ушла, — черт, он сидел на самом краю дивана, запустив руки в волосы.

Видок у него был, мягко говоря не ахти. Какой-то весь помятый, усталый и… пьяный? Я поставила сумку около себя, разговора не избежать, раньше начнем — раньше уйду. Но мы оба молчали. Мне не хватает сил рассказать о визите бывшей подружки, а ему не знаю, что мешает, может сухость во рту после выпивки. Сосчитав до десяти, все же набралась смелости и выпалила как скороговорку, которую учила всю неделю.

— Приходила Карина, она беременна, — почти шепотом говорю, он прекрасно расслышал, ибо его руки приросли к волосам и сильно натянули их у корней.

— Этого не может быть, — спустя пару минут он повторял эту фразу, — Она же со своим боссом кувыркается, причем тут я? Хотя…

— Что хотя? — такого продолжения слезной триаде я точно не ожидала, какое хотя?

— Я не знаю… все может быть, — слова поразили в самое сердце, значит, он был с ней не так давно, раз не отрицает.

По щекам потекли слезы. Теперь мне точно нечего здесь делать. Я подняла сумку и пошла прямиком на выход, только Дима не дал этого совершить. Силой дернул за руку и повернул к себе. Изо всех сил пыталась вырваться, била его и брыкалась. Только он видно ничего и не чувствовал, зато у меня в душе огромная дыра после этих суток.

— Пусти меня, я ухожу, — от ерзанья запястье раскраснелось, и боль только нарастала.

— Не надо, останься, — он что сбрендил? после всего этого, ну уж нет.

— Ты больной? Здесь даже воздух давит на меня. Ты оставил меня одну вчера на целый день, не отвечал на звонки, они уже за сотню перевалили. Я никому еще так не обрывала телефон, а тебе плевать, смылся от проблем и доволен. Я места себе не находила. С утра твоя подружка завалилась с прекрасными новостями, давая понять, что мне здесь больше не место. Ты, видите ли, слишком правильный в ее глазах, без всякого выберешь ее. А теперь еще и ты пришел, разит на весь этаж. И никто даже мать вашу не спросил, как я прожила эти чертовы часы, что сейчас со мной происходит. Я уйду, и не смей останавливать, с меня довольно.

Гнев кипел во мне, как лава в вулкане. Со всей злости содрала пальто с вешалки, да так, что петелька слетела. Со всей силы била в кнопку лифта, который словно издевался надо мной и останавливался на каждом этаже. Затылком чуяла, что он никуда не ушел, а стоит позади и подпирает дверной косяк в надежде, что я брошусь ему на шею и все будет окей. Но этого не случится, мне нужно, как минимум, переварить все, обдумать и прийти к какому-то решению.

— Ты потакала мне вчера Семеновым и тем, что он красиво тебе о любви пел, — вот так номер, и смелости же хватило.

— Ему в отличие от тебя об этом напоминать не нужно, — что-то я совсем разошлась и перестала следить за языком.

— Вот как. Так может к нему и вернешься? Зачем тратить время на неотесанного мужлана, который не способен выразить свои чувства и в принципе любить.

Двери лифта открылись, и я шмыгнула внутрь, не оборачиваясь. Слезы градом катились на пол, а в голове отбойным молотком стучало его признание «не способен любить». Для него все это не больше чем игра, закадрил девочку и развлекайся. Какая же я дура, думать тут больше нечего, все слишком очевидно.

Улица встретила меня метелью, прям как у меня внутри. Дрожащими руками я набирала номер подруги, спустя пару гудков, который уже осточертели мне за ночь, она сонным голосом ответила:

— Даша, на время смотри в следующий раз, — мне было не до ее нотаций.

— Собирайся поедем на дачу, — мой всхлип сразу поставил ее на ноги.

— Что случилось? С тобой все хорошо? — на том конце кроме ее переживаний четко услышала голос Паши, который умолял ее лечь обратно. Что ж, парень будет в кассу.

— Да… точнее не совсем, все при встрече. И это… Пашку захвати с собой.

========== Часть 16. ==========

В загородный дом мы приехали ближе к вечеру. Не так-то просто это сделать без машины, да еще и с кучей сумок на перевес. За время этой поездки я успела пожалеть о своем решении раз сто, но каждый раз успокаивала себя тем, что нахожусь на приличном расстоянии от учителя и связанных с ним проблем.

Наконец мы вошли внутрь и сразу же натянули снятые куртки обратно. В доме жутко холодно, так что я крутанула термостат на полную и даже не пожалела родительских денег за электричество и включила обогрев пола. Мы с Яной пошли на кухню разбирать сумки и приготовить чего-нибудь перекусить, а заодно и обговорить насущные проблемы. Она давно сгорает от нетерпения.

— Ну так что произошло, — она водрузила пакет с продуктами на стол и достала самое необходимое.

— В общем, я разругалась с Димой, — подруга хмыкнула, не веря, что из-за какой-то там ссоры я сбежала из города. — Прям конкретно, в пух и прах или как там еще можно это сделать?

— Из-за чего хоть сыр бор? — она облокотилась о столешницу и разлила вино по бокалам.

— Тебе все причины или самую любимую? — пытаюсь шутить, но выходит хуже некуда.

— По возрастающей попрошу.

И тут я начала перечислять все, что могла вспомнить. Как из-за упоминания Семенова он убежал и заканчивая им же, но убежала уже я. Яна с каждой новой причиной меняла выражение лица. Кажись ее не хило зацепило. Я настолько вошла в кураж, не жалела ругательств. Хоть и обкладывала парня матом, но только я знала, что бешусь на саму ситуацию, а не на него. На всех, кто сделал свое поганое дело и вышвырнул меня из его жизни. А ведь в его компании мне было как никогда хорошо и уютно, словно я дома. Но кажется так считала одна я. За этим душещипательным рассказом не заметила, как в дверях появился Паша.

— Так вы с ним все-таки вместе? — парень сделал подобие удивления на лице, но вышло как-то болезненно.

— Странно, что твой друг тебе не рассказал, — это и правда странно, они вдвоем не разлей вода всегда.

— Да не друг он мне больше, — мы с Яной прямо-таки подскочили на месте. — Ну… после того как мы пришли в синяках я больше и не общаюсь с ним. Он тогда толком ничего не сказал, мол на месте все объяснит. Мы пришли в ту заброшенку, что на окраине, а там два бугая накинулись. Заехали пару раз в нос, и я смылся.

Да уж, даже не удосужился посвятить друзей на что они идут. Хорош друг. Я тяжело вздохнула и не говоря ни слова села на барный стул. Паша отказался от ужина и увел с собой Яну, пожелав мне спокойной ночи они растворились во тьме гостиной. Я так и осталась сидеть один на один с бутылкой белого полусладкого. Телефон от вибрации каждый раз съезжал на самый край стола. Дима звонит, не переставая вот уже третий час. Входящие смс заполнили практически всю память сим-карты. Все они содержали в себе примерно одно и тоже, только слова менялись:

«Даша возьми трубку…»

«Пожалуйста прости, нам…»

«Дай мне возможность выска…»

«Я вел себя как идиот…»

«Куда ты пропала, я весь на нер…»

«Я выломаю сейчас дверь у…»

И это еще малая часть. Смс-ки обрывались на самом интересном, но желание не открывать их было гораздо сильнее. Так что теперь телефон еще и сообщал каждые пять минут, что батарея скоро сядет. В голове вертелись мысли, словно ураган. Я все пыталась понять, как докатилась до такой жизни. Каждый раз отгораживая себя от отношений и любви, зарекалась найти достойного меня, как появляется недурной собой мальчик, кидает к ногам весь мир, а потом сам его и топчет.

Бутылка незаметно опустела, и я уже собралась в постель. Ноги коснулись теплого пола, и я поплыла. Мне нужен свежий воздух. По пути к террасе схватила с подлокотника дивана плед и поплелась на выход. Морозно, но это даже хорошо, быстрее протрезвею. В углу террасы стояли два небольших плетеных кресла и такой же стол с стеклянной поверхностью. Мама всегда балдела от плетеной мебели, считала это шик иметь такое на дачном участке. А если еще и натуральная лоза, готова кипятком описаться. Сиденья были запорошены недавно выпавшим снегом. Недолго думая смела его голой рукой и уселась, накрываясь теплым пледом.

Не знаю сколько я так сидела и смотрела в темноту, глаза понемногу закрывались, а я даже не думала вставать. Видимо мне стало абсолютно плевать. Сквозь пелену сна почувствовала, что меня обхватили чьи-то руки и куда-то несут. Попытка открыть глаза не удалась, они были словно из свинца, ни в какую не поддавались, и я прекратила их мучать.

Голова невероятно гудит. Я так-то не пью, а если и выпивала, то куда меньше чем бутылка вина на одного. С характерным для человека с похмельем звуком откинулась на спину и открыла глаза по шире, чем у китайца. Я издавала непонятные звуки, отдаленно напоминающие стоны. Соображала я довольно туго и с радостью приняла протянутый мне стакан воды.

— Спасибо, Ян, — вернула стакан и в ответ услышала хриплый кашель. Не припомню, чтобы подруга так кашляла.

Я повернула голову и из последних сил сфокусировалась на человеке, сидевшем на моей кровати. Даже поморгала пару раз глазами, не веря в происходящее. Денис. Парень приглаживал рукой растрепанные волосы и пытался улыбнуться.

— Какого хрена? — мой голос походил на звук, когда ногтями скребут по пенопласту.

— Хотел поговорить, но ты задремала прямо на улице. Я решил, что в кровати будет удобнее, — светится как звезда на елке, с чего он решил, что от этого жеста доброй воли я позволю ему тут восседать?

— В… — я замялась, пытаясь вспомнить сколько было время, когда я решила проветриться, но все так же мычала.

— В одиннадцать вечера, — он усмехнулся моему далеко не естественному состоянию. — Да я приехал в одиннадцать, чтобы увидеть тебя.

— Посмотрел? Теперь можешь быть свободен, — указала рукой на дверь, но он даже не сдвинулся с места.

— Нет, я просто так не уйду. Одевайся, буду ждать внизу.

Да как он смеет заявляться сюда, когда ему вздумается, да еще и командовать мной. Я откинула одеяло, да так, что оно упало на пол с другой стороны. В самом быстром для похмелья темпе надела спортивные шорты с майкой и спустилась вниз. Денис сидел за обеденным столом и указал на место напротив. Я проигнорировала этот жест и ушла на кухню, что-то есть охота.

Два яйца томились на сковородке под крышкой, а я тем временем пила растворимую таблетку от головной боли. Парень совсем не стесняясь пристроился сзади и обвил талию руками. Вода чуть носом не пошла.

— Страх потерял? Какого черта? — царапала руки и пыталась высвободиться, но куда мне против сильного парня на голову выше меня.

— Со страхом все в порядке, ты моя и бояться я не намерен.

— Я ничья, отпусти, — приятно ошарашенный парень разомкнул руки и вздернул брови, жаждет рассказа.

— А как же всеми любимый Дмитрий Николаевич? Или наигрался вдоволь? — что-то этот дурацкий разговор никак не напоминает то, что он приехал вернуть былые отношения, больше на издевательство походит.

— Если ты пришел поиздеваться, то лучше тебе уйти. В принципе в любом случае тебе лучше уйти.

После такой перепалки, где я выложилась на все сто есть перехотелось. Схватила бутылку воды и пошла в гостиную, еще немного отлежаться. Денис как собачонка плелся следом. Уселся рядом и накрыл одеялом, заботливо, но жаль, что мне снова все равно. Хотя мне всегда так было.

— Я все равно люблю тебя.

На этих словах к нам спустились влюбленные, которые замерли на месте от увиденного. Яна попятилась назад и юркнула за спину парня, который не хило так напрягся, сжимая руки в кулаки. В голову мне пришла невероятно бредовая идея и я сразу поспешила ее озвучить.

— Яна, а ты позвонила своему брату? — она выглянула из-за плеча и непонимающе посмотрела на меня. — Помнишь он вроде хотел тусануть сегодня, так почему бы нам всем не отдохнуть, а? — я как могла подмигивала глазами, чтобы она наконец врубилась.

— А-а, ну да, да. Пойду перезвоню, уточню.

К вечеру я практически отошла и снова прикладывалась к вину, которые привез брат Яны с дружками. Дом наполнялся непонятным народом, люди сновали туда-сюда, позволяя отвлечься и все меньше видеться с Денисом. Его постоянно кто-нибудь отвлекал. Были и девушки опять-таки не знакомые мне, но было плевать. Я стояла отстранено от всех и думала о химике, который за сегодня не подавал признаков жизни. Может Денис был прав, наигрался и конец. Но он не мог так поступить со мной или мог? В голову лезли самые плохие мысли, из-за которых не грех расплакаться, но я не стала этого делать. Все время вертела в руках телефон и порывалась набрать его номер, но во время себя одергивала и блокировала экран.

Музыка гремела на всю улицу, голоса становились все громче, а мое состояние все более расслабленное. После бокала седьмого я подцепила на улице девчонку с которой тусила пол вечера и в конце концов засела играть в бутылочку. Эту затею поддержало большинство и в гостиной образовался довольно разнообразный круг людей.

Как только все уселись Тина крутанула бутылочку, и она указала на Дениса. Девчонка была под хорошим градусом и в довольно развратной позе подошла к парню. Она коснулась его щеки и утянула в пьяный поцелуй. Я влила в себя еще винишко и расплылась в улыбке, Денис не закрыл глаза и все смотрел на меня, наверное, думал я впаду в истерику, но нет. Брюнетка оказалась напористая, все никак не могла отпустить его. А никто против и не был, наоборот подогревали ситуацию. Денис деликатно оттолкнул ее и крутанул бутылку. Тина села на место около меня и облизала губы, не спуская глаз с парня, кажись она не прочь подняться с ним наверх в одну из комнат и закрыться там до утра. Я искоса наблюдала за ней и кривила губы в ухмылке. От части из-за ее развязных намерений, и от того, что ее план провальный. Он скорее задрочит себя до смерти, чем на моих глазах закроется с пьяной на ключ.

Пока я смотрела на девчонку ко мне приблизился Денис. Я выглянула из-за его плеча и сглотнула. Горлышко бутылки, с которого упала красная капля показывало ровно на меня. Я было приоткрыла рот возразить, но его рука мягко легла на затылок, как в наш первый раз, и он приблизился практически вплотную ко мне, провел языком по нижней губе и попытался проникнуть внутрь. Я прикусила его в попытке остановить, но это только раззадорило его, но в тот же момент я услышала знакомый голос, который как всегда был до невозможности невозмутим.

— Даша, прекрати.

========== Часть 17. ==========

— Даша, прекрати.

Все резко развернулись в сторону входной двери. В проеме стоял Дима привычно держа руки в карманах своих чёрных узких джинс. Как же они ему идут. Позади выглядывал физрук и некая рыженькая девушка, что удивляло не меньше, чем тот факт, как они здесь оказались. Минута ступора и я отпихнула от себя Дениса и попятилась назад. Поднялась на ноги, нащупала на столе бутылку вина. Все так и продолжали смотреть на нас. Ничего лучше, как сбежать я не придумала и через пару минут хлопнула дверью своей спальни. Внизу сразу стало шумно, как раньше. Никому не хотелось тратить своё время на такие мрачные моменты, ну я так надеюсь.

Я всегда любила свою комнату в этом доме. Главное преимущество которой — камин. Папа научил меня как разводить огонь, так что в очередной раз все прошло быстро и успешно. Я опёрлась о деревянную резную спинку кровати цвета спелой вишни и смотрела как разгорался огонь. Языки пламени отбрасывали тень на стену с обоями цвета персик, поленья потрескивали и искрились. В руке я все ещё сжимала горлышко бутылки и сделала жадный глоток, успокаивая нервы.

Увидеть Диму хотелось меньше всего. Но он здесь и разговор неизбежен. Хотя, увидев Семенова вряд ли ему захочется что-то обсуждать, наверняка ушёл уже. В тоже время сомневаюсь, на губах играла тень улыбки. Забавлялся увиденным, что не мудрено. Вдруг он подумал, что таким образом я хотела ему отомстить или что-то в этом роде. А в принципе какая мне разница, что он там подумает. Я вслух хмыкнула своим нетрезвым мыслям и снова отпила из полупустой бутылки.

— Ты же понимаешь, что не сможешь прятаться от меня вечно? — я даже не повернула голову, а опять хмыкнула, приподнимая уголки губ в улыбке.

— И давно ты там стоишь? — он старался как можно тише прикрыть дверь, но замок громко клацнул оповещая, что нам никто не помешает.

— Достаточно, довольно неплохо для выпившей со спичками обращаешься, — засчитана шутка. Он сел около меня и тоже уставился на огонь.

— Ты же пришёл не затем, чтобы поговорить как я умудрилась в таком состоянии не спалить дом?

Ещё один глоток белого вина, так приятно стекающего по горлу вниз. Дима даже не думал отбирать бутылку, но ведь именно так поступают парни в таких ситуациях. Он просто пялился на пламя, от которого стало жарковато в комнате или это только меня так развезло. Я стянула байку через голову и осталась в одном облегающем топе и шортах.

— И что ты делаешь? — искоса посмотрел на меня, ну почти на меня, выше груди подняться не смог.

— Жарко стало, а что? Проблемы? — пожала плечами и наконец посмотрела на него в упор.

Растрёпанные волосы, белая свободная майка и эти чертовы джинсы. Вены на руках вздулись сильнее чем когда-либо. Внизу живота завязался слишком тугой узел желания. И кажется перебороть я его не в силах. Дыхание ровное, рука водит по щетине, а я вся расплываюсь от этой будоражащие все во мне картины. Во рту пересохло, и я снова приложилась к бутылке. Один глоток, два… желание только усиливалось. Его молчание меня канало по полной. Хотел поговорить, а сам молчит, выжидает момент? Я вот, например, больше не могу ждать. Тепло от камина распространилось по всей комнате, тепло от вина распространилось по мне. Внутри меня градусов восемьдесят не меньше. Чувствую, как спина покрылась капельками пота. Голоса внизу становились громче и веселее. Отдыхают и славно. Никому больше нет до нас дела. Да, я все еще злюсь на него, за его колкие слова, за то, что позволил мне уйти, за то, что ушел сам. Бесспорно, это все более чем плохо. Но вино не позволяет думать сейчас об этом, тем более, когда он так близко ко мне. Когда я могу чувствовать то тепло исходящее только от него, его сладковатый аромат, дурманящий меня, могу дотронуться до накаченного тела, заглянуть в самые прекрасные на свете глаза. Черт, черт, тысячу раз черт!

Я отставила бутылку и забралась к нему на колени. Руками обхватила лицо и впилась в эти алые губы. Его ступор я ощутила сполна, как и мгновенную эрекцию. Несмело, но все же положил руки на мою талию и разорвал поцелуй. Вижу, как борется с желанием и в тоже время охота узнать, что случилось.

— Ты пьяна, пожалеешь же потом, — вразумить пытается, молодец.

— Ну так это будет потом, а сейчас я хочу тебя.

— Даша… — голос дрогнул, ведь я забралась под майку и провела ногтями по торсу попутно целуя в смуглую шею. — Может остановимся? — к черту твои правила.

— Ой, да заткнись ты уже.

Ну наконец-то раззадорила. Дима силой придвинул к себе и впился в губы. В такт движению языка водила бедрами по бугорку в штанах. Его приглушенный поцелуем стон просто великолепен. Парень оторвался от меня только для того, чтобы снять топ и уложить на пол. Он навис сверху и пару минут смотрел прямо в глаза, мои руки зарылись в его волосы и притянули к почти оголенной груди. Дима завел руку за спину и умело избавился еще от одной вещи. Пока он выводил круги вокруг затвердевших сосков я просто умирала от прикосновений. Только он способен унести меня подальше от всех проблем. Сейчас он мне просто необходим. Его рука медленно расстегнула пуговицу шорт и стянула их вниз. Я подрыгала ногами окончательно сбрасывая ненужное. Моя влажная плоть была готова принять его, но он дразнит меня пальцами, водит по кругу, заставляя выгибаться ему на встречу. Мучительно медленно входит пальцами и выходит.

— Скажи, что ты его не целовала, — шепчет мне на ухо невероятно сексуальным голосом, сам уже не в силах терпеть.

— Нет, — хриплый ответ вперемешку со стоном, который он поспешил заткнуть поцелуем.

— Ты же, только моя девочка, знаешь? — я кивнула, спорить сейчас не самый удачный момент, да и незачем в принципе, мы оба это знаем. Он пленил меня и это безоговорочная победа.

Конечно, пальцами он творит шикарные вещи, но мне нужно больше. Мне нужно слиться с ним воедино. Хочу чувствовать его, в себе и на себе. Всегда мне будет его мало. Все-таки я бросилась в его омут с головой. Я схватила его за запястье и остановила процесс, поднесла ко рту и облизала. Его губ коснулась пошлая улыбка. Видимо под градусом я способна на всякого рода развратные вещи, что ни капли не смущает.

— Может ты сама себя доведешь до оргазма? — стянул с себя майку, и я схватила инфаркт.

В свете огня он выглядел невероятно. Пламя играло на его рельефе, виднелись капельки пота, что очень отвлекало от его вопроса.

— Закончи начатое, а потом я подумаю.

Потянулась к пуговице на джинсах, молния и вот они вместе с трусами летят черт знает куда. Дима подхватил меня за спину и уложил на себя. Я оперлась руками о его грудь и посмотрела в глаза. Черные-черные, влажный язык скользит по пересохшим губам. Руки легли на талию и помогли насадиться на твердый член. Я мгновенно выпрямилась, откинула голову назад и стала ерзать вверх-вниз. Стоны заполняли комнату, колени болели от трения по ковру, ногтями впивалась ему в живот и выкрикивала его имя. Перед глазами все плыло, были только я и он. Каждый новый толчок его бедер навстречу приближал нас к пику наслаждения. Темп ускоряется, и я с его именем на устах падаю ему на грудь.

Мы лежали и дышали в унисон. Он поглаживал спину и перебирал взмокшие волосы. Сердце гулко стучало в груди, каждый удар отдавался в моей голове, я словно записывала его на пленку. Старалась запомнить каждый стук. Придя в себя скатилась рядом и уставилась в потолок.

— Хочу повторить это как-нибудь еще, здесь же, — подложил мне под голову руку и притянул к себе, целуя в макушку.

— Ну… у нас завтра будет еще день, если ты захочешь остаться, — приподнялась на локте и водила пальцем по его влажной груди.

— Если только ты попросишь, — оба расплылись в счастливых улыбках.

Сегодня не особо хотелось что-то выяснять. Мы мысленно договорились отложить это на завтра. Дима стянул свободной рукой одеяло с кровати и укрыл нас, хотя и без него было довольно неплохо. Мы лежали на полу и нежились в объятьях друг друга, голые и счастливые. Голоса внизу стихли, наверное, расходиться собрались. В последнее время в самый неподходящий момент лезут совершенно поганые мысли, например, такие как Денис. Странно, что он не влетел сюда и не устроил погром или драку. Что он собирается делать, останется или уйдет домой? Понял ли он хоть что-нибудь? Знал бы Дима, о чем я сейчас думаю. Наверное, это довольно-таки противно будет. Его тихое сопение четко дает понять, что он утомился и пора спать. Так оно и было, я дотянулась до его джинс и достала телефон. На часах было почти два часа ночи, а на заставке, на которую я обратила внимание после была я, и когда он только успел. Положила аппарат обратно в карман и посмотрела на парня. Длинные густые ресницы подрагивали, рот приоткрыт, просто чудо какое-то. Я снова улеглась на его грудь и тихо поцеловала, мысленно пожелав спокойной ночи.

Еще одно болезненное утро. Голова просто раскалывалась. Я протерла глаза и застонала пока перекатывалась на спину. Все затекло и ломило. Еще бы всю ночь проспать на полу. Рядом со мной никого не оказалось, а я сама лежала на кровати. Пока я пыталась сесть в комнату зашел Дима со стаканом воды и таблетками. Улыбка играла на губах, и он сел около меня.

— Держи начинающий алкоголик, — приняла спасительные таблетки и сразу выпила, откидываясь обратно на подушку.

— Как я здесь оказалась? — рукой потирала лоб как это обычно делают во всех фильмах.

— Я посчитал, что здесь удобнее чем на холодном полу, — стянул с себя одежду и лег по левую сторону от меня. — Полагаю тебе захочется поговорить о том, что произошло? — проницательный черт, я только кивнула и стала собираться с мыслями, но он начал без всяких вопросов.

— Я не знаю зачем ляпнул тогда все эти слова, что не умею любить и про Семенова. Был слишком зол, на себя, на тебя, на ситуацию и мало что контролировал, вспышка гнева ослепила меня. Обещаю, что больше такого не повторится. Я места себе не находил, звонил, писал. Ты меня игнорировала, я почти с катушек слетел, пытался найти тебя. Я много глупостей сделал в порыве гнева. Оставил тебя одну, напился, пришел утром и снова продолжил глупости. Мне очень жаль, я хотел вчера объясниться с тобой, попросить прощение, но что-то пошло не так, — мы оба усмехнулись вспоминая, как я накинулась на него, словно голодная тигрица. — Я скучал по тебе, правда. Прости меня. Дай мне просто время, и я обязательно поговорю с тобой на тему отношений. Я действительно не такой, чтобы целыми днями сидеть и осыпать тебя признаниями, я не люблю это. Вижу, что для тебя это важно и поверь я пытаюсь побороть себя и как только я буду готов я все тебе скажу. Но можешь быть уверенна, ты мне не безразлична, а это уже многое.

— Как ты меня нашел? — я простила его, простила, но никак не могла понять, как ему удается знать вещи, о которых я не говорю никому.

— Яна, надеюсь ты не свернешь ей шею, — прижал меня плотнее к себе в надежде, что я не сорвусь с места и не побегу душить ее подушкой.

— Да черт с вами, голубки.

Мы провалялись в кровати еще очень долго, щелкали по каналам на телеке пока подруга не постучала в дверь и чуть ли в не приказном порядке сказала спускаться вниз. Нехотя оделись и с заспанными лицами, а в моем случае еще и с похмельем спустились к остальным в гостиную. На глаза мне сразу попался Денис, а рядом с ним та самая Тина, которая прильнула к нему и дремала на плече. Я улыбнулась ему и села с другой стороны стола, ближе к физруку. Дима сел около меня и властно положил руку на бедро. Все заметили, что у нас наладились отношения и понимающе улыбнулись, ну кроме этого ворчливого мудака. Физрук молча поднялся с места и жестом показал парням, что девчонок надо оставить одних.

Они ушли на задний двор, я налила себе кружку зеленого чая, где-то прочитала, что он спасает от похмелья. Яна и рыжеволосая девушка окинули взглядом полуголую девицу, которая так и не проснулась и придвинулись ближе ко мне.

— Привет, я Влада, девушка Игоря, мы вчера подбросили сюда Димку. Рвался к тебе как моряк дальнего плаванья, — она мило захихикала, приятная она очень. Милая на вид, приятный голос, неплохо одевается. Недурной вкус у Игоря Петровича на женщин.

— А ты милая, повезло Игорю Петровичу, — она еще больше зашлась хохотом, но быстро замолчала и оглянулась на спящую.

— Игорь Петрович, боже, не называй его так при мне, сразу хочется норматив сдать, — я кивнула и улыбнулась, отпивая из кружки. — Смотрю вы помирились? Чудесно, извини конечно, но он нам все эти дни всю плешь проел. Даша то, Даша се. Я уже думала неотложку ему вызвать, совсем на тебе свихнулся, — я уставилась на нее непонимающим взглядом. — Я в хорошем смысле, давно его так никто не интересовал. А если точным быть, то никогда.

Вот тебе и поворот. А как же Карина, четыре года вместе. Любил ее. Я хотела у нее спросить, но язык не поворачивался. Все же я хочу узнать все от него лично, а не через седьмое колено, так что пока я прикусила язык и снова мило улыбнулась.

— Ладно, хватит об этом несносном мальчишке. Лучше скажи мне, кто это такой, — она указала на место, которое занимал Денис.

— Мы пытались встречаться с ним, но потом он решил, что сидеть с девками в кафе и вылизывать им рот лучше, — она сразу переменилась в лице и состроила лицо будто ее тошнит. — А что такое?

— Да этот малыш вчера чуть не разнес тут все, когда Дима поднялся к тебе и больше не вернулся. Швырялся бутылками, пытался взяться за мебель и вазы, но Игорь его утихомирил с парой других парней. А потом он подцепил вот эту, — она кивнула в сторону Тины и опять скривила лицо, — и ушел с ней в одну из комнат. Было через чур громковато, но боюсь вам было не до них, — она подмигнула и закусила губу. Не такая она и невинная как может показаться на первый взгляд.

— Да, мы там вели э-э… переговоры о примирении, — мы втроем рассмеялись и в комнату ввалились парни.

Дима приподнял меня и усадил себе на колени, выхватил из рук чашку и допил до дна. Он был весь холодный, я положила руки ему на лицо и пыталась растереть щеки.

— Тебе бы побриться, — и правда не помешало бы, ему не очень-то и идет, да и руки чешутся после щетины.

— Как пожелаешь, — едва он коснулся моих губ нас одернул физрук.

Кажется никого здесь не смущал тот факт, что мы ученица и учитель. Это не могло не радовать. До самого вечера мы просидели за столом в невероятно дружеской атмосфере, не считая угрюмого лица Дениса, который просверлил в нас дыру. Сейчас именно тот момент, когда я снова счастлива. Сильные руки моего мужчины сомкнулись в замок на талии, порой на ухо он говорил неприличные вещи. Но это то, что мне так было нужно.

========== Часть 18. ==========

Все шло теперь своим чередом. Я не давила на него со своими вопросами, ждала, когда он сам решиться на это. Но шли дни и этого не происходило. В моей голове звучали слова Влады, о том, что его никто никогда не интересовал. И кажется больше не могу молчать об этом. Так что после всех уроков направилась в его кабинет с весьма решительными намерениями.

Как обычно он сидел за столом, только перед ним был один единственный журнал. Он старательно выводил что-то в нем и заметил меня, когда я только глухо прокашлялась. Дима оторвался от писанины и жестом пригласил на свое колено. Я помедлила немного, но все же уселась и обвила шею парня руками. Легкий аромат яблока исходил от его кожи. Кончиком носа приблизилась к шее и вдохнула поглубже. Короткий поцелуй под ухом, его чувствительное место, я запомнила. Быстро оторвалась от него, иначе просто не смогу заговорить о намеченном, а мне важно услышать от него что-нибудь по этому поводу.

— Когда были за городом мне Влада кое-что сказала, — Дима весь напрягся и с лица исчезла улыбка.

— И что же? — явно он не хочет обсуждать это, но и не узнать тоже не может.

— Что тебя никогда никто не интересовал, до меня.

Пауза немного затянулась. Он приподнял меня и усадил на стул, а сам схватил журнал и ушел в подсобку. Я даже не знала, что и думать. Все это странно, может ему есть, что скрывать или я опять поторопилась с вопросами. Сидела и пыталась винить себя, больше не хочу с ним ссориться, это утомительно и мучительно. Пока я занималась самобичеванием он стал позади меня и положил руки на плечи. Знакомое тепло.

— Не слушай ее, за ангельской внешностью кроется настоящая сука, — он стиснул плечи, разговор окончен. — Может сходим прогуляемся, я закончил работу.

— Да, конечно. Пойдем.

Прозвучало это довольно расстроенно. Дима заметил, но оставил без внимания. Я молча вышла из кабинета, сказав, что жду внизу. В принципе такого уклончивого ответа стоило ожидать, но все равно ранило не хуже любого ножа. На улице морозно и я переминалась с ноги на ногу, ожидая учителя и куда он решил меня отвести.

— Пошли, — более спокойный голос, тёплая рука сжала мою и мы завернули за угол школы.

Я живу в этом районе всю жизнь, но никогда не заходила дальше дома Яны, а это практически сразу за школой. Мы уже прошли ее дом и двигались дальше по скользкому тротуару. Я даже несколько раз поскользнулась и Диме пришлось прижать меня к себе во избежание травм. Он завёл меня в самый конец домов, где раскинулось небольшое озеро, скорее всего вырытое силами жильцов. Пара заледенелых лавочек, на которых не посидишь и не понаблюдаешь за утками. Они, к слову, наглые оказались. Подходят прямо к твоим ногам и выпрашивают еду. Тут то я и поняла, что и сама бы не отказалась.

— Здесь нет кафе по близости? — жалостливо посмотрела на химика и тот кивнул.

— Есть одно.

Он указал в самый конец дорожки. Там стоял бревенчатый домик, обсаженный деревьями со всех сторон. Выглядит красиво. Мы продолжили идти и все так же молчали. Меня не интересовало больше ничего кроме слов, сказанных Владой, а почему молчит он я не знаю. Из мыслей меня выдернул какой-то проходимец. Сальные длинные волосы, поношенная одежда, кое-где с дырками даже, рванная обувь. Любому бомжу составит не плохую конкуренцию.

— Димон, здорова, — Дима явно удивился, но сразу же сменил выражение лица на невозмутимое, доля секунды, вряд ли этот заметил такое изменение.

— Вы ошиблись, наверное, — попытался отделаться от парня, от которого изрядно попахивало алкоголем. Но тот оказался настойчив.

— Не-а, не ошибся. Лавр, я тебя из тысячи узнаю, — все-таки они знакомы, почему он тогда так отнекивается от него. Хотя с таким-то видоном я бы тоже послала куда подальше таких друзей.

POV Дима

Даша неплохо заставила меня понервничать своим вопросом. В тот же момент я бросил смс-ку Владе, попытался вправить ей мозг. Но это не так-то просто сделать, если эта машина завелась ее будет не остановить. Она слишком много про меня знает, и вряд ли Даше понравиться узнать правду от другого человека, да и вообще ей не нужно ничего знать. Я предпринял попытку развеять нас обоих. Мне нужно остыть от внутреннего гнева, который я всеми силами старался не выпускать, а её просто отвлечь от дурных мыслей.

Я привёл ее на пруд на окраине района. Часто сюда хожу отдохнуть от города, учеников и просто проветрить голову, разобраться в себе. И все было бы ничего, но нам на встречу шёл никто иной как Лёша. Его перегар в другом городе можно ощутить. Все так же пьёт и курит всякую дрянь. Выглядит ещё хуже, чем при нашей последней встрече, а прошло уже полгода. Я опустил голову, наивно полагая, что он пройдёт мимо, но увы. Только он заговорил и дал понять, что мы все же знакомы я выпустил руку Даши из своей.

— Да уж, прости Леха, не сразу узнал, — его и правда уже не узнать.

— А это ещё что за королева? — Леха как любопытный лис стал обхаживать Дашу со всех сторон.

Она бедная вся съёжилась, не сомневаюсь, что ей неприятно. Он так близко к ней, что одежда рискует впитать в себя запах гнили исходивший от его видавшей виды куртки. Даша заинтересовала его не хуже косяка из самой чистой травки. Я привычно держал руки в карманах пальто и сжимал их в кулаки. Это сейчас я стою и подавляю в себе гнев, раньше просто вмазал бы и все. Как бы не было ее жалко, я просто стоял в стороне не в силах повлиять на ситуацию. Нужно дать ему сделать то, что он всегда делает. Осмотреть ее с ног до головы, но естественно в пределах разумного. Если не дам, ждут меня проблемы, которых не хотелось бы. Спустя пару минут он огласил вердикт.

— Хороша, чертовка. Где нашёл такую? — прищурил один глаз и смотрит с издевкой. Катился бы ты куда подальше.

— Она моя ученица. Я всего лишь помогаю ей с поступлением, — я сказал то, что должен был, и возмущённое лицо Даши не сможет ничего изменить.

Да, она определённо разозлилась и может даже врежет мне. Но перед этим «другом» я не собираюсь выкладывать все чем в последнее время занимаюсь и дышу.

— А я смотрю ты в люди выбился, а как же то наше дело, которым мы все так…

Я не дал ему договорить, ухватил за локоть и оттащил на безопасное расстояние. Так чтобы она ничего не услышала. Даша смотрела на нас в упор и отворачиваться явно не собиралась. Я переметнул взгляд на Леху и цедил слова сквозь плотно сжатые зубы.

— Какого хрена ты здесь таскаешься? Забыл, как тебе здорово на нарах было? — Леха взбодрился немного и притих. Из моей прошлой компании он был самым спокойным, но в последнее время сильно разошёлся.

— Тебя искал, сообщить, что скоро жди гостей. Ты же не думал, что просто так уйдёшь и все, — он оскалился и сплюнул. — Твоя роскошная жизнь — это наша заслуга. Не забывай кто за этим стоит.

— Проваливай.

Я ослабил хватку и Леха не сразу, но все же пошёл дальше. Руки взмокли от этой встречи, сердце готово было упасть в пятки. В голове билась одна мысль «убереги Дашу». Если они прознают про неё, не как про ученицу, не отвертеться будет. Я сломаю ей жизнь. Да теперь в любом случае сломаю ей жизнь. Глубокий вдох и я подошёл к ней, но она отступила на шаг, сложила руки на груди. Защитная реакция, пожалуйста будь всегда такой. Моя волевая девочка. Она сильнее всех женщин, которых мне довелось повстречать.

Я постарался заглянуть ей в глаза, там страх. Она боится меня. На ровне с ее вольностью стоит и невинность. Она даже не представляет, как ошибалась во мне. Я далеко не принц из ее снов. Я могу только забирать, но не отдавать. Ее жизнь только начинается, но скоро может закончится если не отпущу ее. Я должен это сделать ради неё, но не сегодня. У меня есть ещё немного времени. Этот чёрный день должен был наступить, и я это знал. Но не думал, что в этот день со мной окажется кто-то достойный жизни больше чем я сам. Была бы это Карина ни на секунду бы не задумался о ее безопасности. Дашу же хотелось оградить от этих проблем, которые не имеют к ней никакого отношения. И откуда взялось это рвение защитить её я не мог объяснить.

POV Даша

Я покорно ждала объяснений. Кто этот человек и о каких делах идёт речь. Дима похоже не собирался говорить об этом, как и многом другом. Сама скрытность. Если бы сегодня выдавали премию по молчанию он бы ее первый получил. Я нервно постукивала пальцами по руке и пару раз прокашлялась. Не намерена отпускать ситуацию.

— Да, он мой знакомый. Но я больше не имею с ним никаких дел, — он пошёл вперёд не оборачиваясь. — Ты же хотела есть, чего стоишь столбом?

— Мне мало этого ответа. Может объяснишь все наконец? — есть и правду хотелось все сильнее, выхода не было, и я пошла позади него.

— Нечего тут рассказывать. Он из неблагополучной семьи. Ничего в жизни не добился, кроме цирроза печени, если это считается за достижение. Я правда больше с ним не общаюсь и правда нет никаких дел.

Дима уже стоял в дверях кафе и ждал меня. Перед тем как зайти я бросила на него недоверчивый взгляд. Что-то он темнит, по-моему. Парень смело смотрел мне в глаза убеждая в своих словах. Я просто огорчённо вздохнула и прошла внутрь. Мы только помирились, а теперь опять что-то идёт не так. Это шушуканье за спиной никогда ничего хорошего не предвещает. А ведь он ещё и мою руку отпустил, даже можно сказать отшвырнул, в придачу ученицей обозвал.

Мы сели за самый дальний столик. Из кондиционера дул тёплый поток воздуха. Официант принял заказ и оставил нас. Народу было не очень много, так что фактически мы были в тишине. Дима пялился в окно с задумчивым видом, а я рвала салфетку на мелкие части. Его рука нервно подрагивала на столе и часы бренчали о столешницу, что немного раздражало. Я накрыла его руку своей, но он резко одернул ее, поставив меня в неловкое положение. Такое точно трудно было предугадать.

— Прости, я задумался, — пытается спасти и без того безнадежную ситуацию.

— Пожалуй не стоит, я пойду, — вскочила из-за стола и не дождавшись еды выбежала наружу.

Быстрым шагом с сумкой на перевес шла в обратном направлении, смахивая нежеланные слёзы. Дима настиг меня практически у того места, где мы столкнулись с тем парнем. Развернул одним движением и прижал к своей груди. От рубашки пахнет ополаскивателем. Не о том я сейчас думаю.

— Прекрати, не устраивай истерику на ровном месте, — это он так пошутил?

— На ровном месте? — я отпрянула и тыльной стороной ладони стёрла слезы. — То есть ты хочешь сказать, что я мнимая? Напридумывала причины чтобы полить слезы на морозе? Ты вообще в себе? Ты определённо что-то не договариваешь, такие как ты с такими как тот парень не якшаются. Ты бы никогда не одернул руку просто потому что задумался. А то, что ты назвал меня просто ученицей тебе не мешало бы влепить пощечину. Что происходит блин? Тебе вообще есть дело до наших отношений? Если нет, то нахрена мы тратим время друг друга?

Ответы мне были не нужны. Скорее я просто выговорилась и развернувшись на каблуках ушла прочь. Он не пытался догонять или останавливать меня. Я надеялась, что он просто даёт мне время прийти в себя, и совсем не означает окончательный разрыв между нами. Боюсь это будет больнее чем я думала. Если все-таки он уйдёт, с ним уйдёт и часть меня. Мое увлечение учителем переросло в самую настоящую влюблённость, которую я никогда прежде не испытывала.

========== Часть 19. ==========

Комментарий к Часть 19.

Спасибо всем ,кто следит за работой, кому она понравилась, кто каждый раз с нетерпением ждет продолжения. Мне приятно, и это невероятно вдохновляет.) Надеюсь ,что последние главы вышли неплохими, ибо у меня ощущение, что я сдаю позиции и все выходит немного скудно, чем в самом начале.

В школе был довольно лёгкий день. Меня это радовало, необходима была хоть какая-то разгрузка. Яна полдня мне рассказывала, как у неё дела с Пашей. Стоит ей назвать его имя она уже на седьмом небе. Очень за нее рада, хоть у кого-то все получается. Ей порой было неловко рассказывать, но я убеждала, что все в порядке, и она заслужила это счастье. Я слушала ее, а внутри все рвало на части, мне нечем хвастаться. Мои плечи ломит от навалившихся проблем и неполадок. К слову о неполадках. После того диалога у пруда мы виделись только в школе. Никаких тебе прогулок, звонков, смс. Да и даже в стенах школы не особо жаловал встречаться со мной.

После всех уроков я снова шла в его кабинет поговорить. Возможно, попросить прощение за вспыльчивость, хоть она и была обоснованная. Если честно застать его на месте было сложно, и я даже не надеялась, но сегодня видно мой день. Он стоял спиной к двери и складывал бумаги в папку. Я тихо подошла сзади и уткнулась в спину. Дима напрягся, даже вздрогнул.

— Сейчас не самое лучшее время, — тихий тон, затишье перед бурей?

— Почему?

И снова его слова задели меня. Я отступила на шаг и убрала руки со спины, но он сразу их перехватил. Дима сел на угол стола и притянул к себе, носом зарываясь в волосы. Быстрая смена настроения, я не успеваю за ним. Мне сейчас злиться или радоваться?

— Я так по тебе скучаю, моя девочка, — мягкие поцелуи покрывают мою шею.

Я так привыкла к этим словам «моя девочка», что просто не могу без них. Вообще клеить эти ярлыки не мое, но от него это звучит как-то по-особенному.

— Тогда почему избегаешь меня? — отстранилась, чтобы заглянуть в глаза. Сожаление, глубокое сожаление, но я снова готова простить.

— Я думал тебе нужно время все обдумать. Не хотел мешать. Тут ещё и работа одна подвернулась. Навряд ли сможем видеться в ближайшее время, — от этих слов внутри что-то оборвалось, словно меня в очередной раз бросают. Дима уловил мой поникший вид и поспешил исправиться. — Я не бросаю тебя, нет-нет, просто буду занят по вечерам. Обещаю звонить и писать. А теперь иди сюда.

Он протянул руку и придвинул к себе накрывая мои губы своими. Кончики пальцев касались щеки и скул. Поцелуй вышел чувственный и очень нежный. Я еле могла уловить его губы своими, словно это все во сне происходит. Его свободная рука спустилась до юбки и забралась внутрь, поглаживая бедро со всех сторон.

— Ты когда-нибудь начнёшь меня слушать? — хочет казаться серьезным, но в то же время усмехается.

— Тебе же нравится, — рискнула парировать в этом вопросе.

— И не мне одному, в этом вся проблема. Ты только моя, помнишь?

Я сбивчиво кивнула, а все от дрожи, которая пробежала по мне, как только он отодвинул край трусиков и провёл рукой между ног. Я положила руки на его плечи и прижалась всем телом, чтобы не упасть. Дразнит меня, а я кусаю его плечо через ткань новой рубашки. Ноги подкашиваются, и это сводит с ума. Дима снова едва касается губ. Пальцами в это время вытворял такое, что можно было просто умереть.

— Кончай, — приказ, обожаю этот тон.

Я кивнула головой и обмякла в его объятиях. Дима поправил одежду и усадил меня на своё место. Он смотрел в мои глаза и гладил рукой по щеке. Его лицо озаряют лучи солнца, глаза блестят и это потрясающее зрелище. Все это больше чем идеально, но ведь продолжаться долго не может.

— Когда мы переспали ты не была девственница, да? — твою мать. Меньше всего я хочу говорить на эту тему. Я опустила голову и покачала головой.

— Не хочу говорить об этом, — слеза скатилась по щеке и впиталась в подол чёрной юбки.

— Не плачь, все позади.

Что? Позади? Он, что все знает? Откуда? Я напряглась и сжала руки в кулаки. Никто об этом не знает и не должен. Это моя проблема и мне с ней жить. Жалеть меня не нужно. Я привыкла бороться с этим сама.

— Ты ведь ничего не знаешь, — прошептала ему в ответ.

— Обычно выражение «не хочу об этом говорить» несет в себе мало приятного, так что это чисто логическая догадка, — даже сейчас не смог упустить возможность продемонстрировать свой ум.

Я спрыгнула со стола и отошла к окну, скорее для драматичности предстоящего рассказа, ну и по возможности избежать зрительный контакт. Не хочу видеть сожаление. Я смотрела в окно на падающие хлопья снега и обхватила себя руками, как бы защищаясь от мира. Дима близко подходить не стал, а снова сел на край стола и сложил руки в замок перед собой. Бросила мимолетный взгляд на него и набрала в лёгкие воздуха.

— Это случилось два года назад. Я была в малознакомой компании, вроде чье-то день рождение. Больше это походило на сборище людей, которым просто нужно выпить, есть повод или его нет неважно. В общем, в основном там были парни старше меня. Они курили, много пили, ругались и т.д. Не знаю, зачем я согласилась туда пойти, может, хотела узнать, какого это. Не удачный вышел эксперимент. Ближе к полуночи мне позвонила Яна, и я вышла в другую комнату, поговорить без шума и лишних ушей. Пока разговаривала, не заметила, как в комнату вошёл один из парней.

Я замолчала, вся та ночь снова перед глазами. Все, до самых мелочей. Большим пальцем смахнула слезы и снова глубоко вдохнул. Дима подходить не собирался, покорно сидел и слушал.

— Долго он не церемонился, влепил пощечину, когда я его оттолкнула и попыталась выйти. За крик получила вторую. Он был слишком не в себе и не понимал, что делает. Потом он грубо швырнул на кровать, я даже головой ударилась о спинку. А потом думаю понятно, что он сделал. Мне казалось, это длилось вечность. Я плакала, вырывалась, но куда мне против парня, который в разы сильнее меня. Ему было все равно, что будет потом. Он удовлетворил себя, а какой ценой плевать. Потом он угрожал. Я не должна была никому про это рассказывать. Даже своему на тот момент парню, на сколько помню, они были друзьями. Именно он меня туда привёз, возможно, он все знал. Пока он веселился, я заходилась от крика и боли. Когда я вышла из этой злополучной комнаты, то наткнулась на Дениса, и больше не могла на него смотреть. Все стало противным после такого. Как только видела его сразу та ночь перед глазами. Он как живое напоминание. Поэтому я так старательно его избегала. Твои слова меня вывели из равновесия, и я подумала, что пришло время отпустить и дать шанс, по идее он ни в чем не виноват даже. Но не смогла. То, что я увидела в кафе просто хороший повод порвать с ним, не называя истинной причины. Я, правда, пыталась забыть все, но не смогла. Каждую ночь, все эти годы я мучилась от кошмаров. Пока не встретила тебя. Тот поцелуй в машине, ты словно забрал мою боль, облегчил жизнь. Я перестала просыпаться среди ночи в поту, перестала видеть в лице Дениса ту ночь. Я просто вижу парня, сгорающего от ревности. Ты как чертов подорожник. Секс приносит удовольствие, а не отвращение об одном упоминании. Ты перевернул жизнь с ног на голову. Все ты.

Я закончила свой наверняка утомительно долгий рассказ и просто плакала. Вот такая печальная история школьницы, которую все так боготворят. А по сути, не за что. Дима стал за моей спиной и положил руки на талию. Слишком аккуратно, словно я могу сломаться и оставил поцелуй на макушке.

— Я знал, что ты сильная. Если я для тебя что-то вроде спасательного круга, то я им буду, — говорит тихо, но уверенно. — Если тебе было так тяжело, зачем рассказывала?

— Наверное, пришло время высказаться, и ты не самый худший вариант, — и это чистая, правда.

— Ладно. Пойду домой, хватит на сегодня разоблачений.

— Вместе пойдем.

Дима схватил наши вещи, и мы вышли из школы. После моих откровений настроение резко упало, но на душе стало спокойно, как никогда еще не было. Дорога до дома заняла привычных десять минут. Все время мы молчали, да и к чему слова. В его компании даже молчать хорошо. На прощанье он утянул меня в милый, чуть ли не до боли в жопе романтический поцелуй. Надеюсь, не история на него так повлияла. Пока мы, как последние отморозки целовались под метелью, позади Димы раздался хриплый мужской голос.

— Какие люди, да и в какой очаровательной компании, — Дима отпрянул от меня и загородил собой.

Голос принадлежал мужчине ненамного старше Димы. Он был неплохо одет, да в принципе производил впечатление довольно-таки успешного человека. Дима неохотно пожал протянутую ему руку и кивнул на приветствие.

— Прохлаждаешься, значит, а работать когда будем? Мне нужно все сегодня вечером, — что за хрень? Я правда, ничего не понимала.

— Иди домой, — не сразу поняла, что он со мной говорит, так как залипла на этого мужика, который с каждой минутой переставал мне нравится.

Он довольно откровенно на меня пялился, и я ёжилась под его взглядом. Не удивлюсь, если в его постели перележали сотни женщин, которых на утро просто выставляли за дверь. Дима был прав, внешность это ещё не все, за ней может крыться все что угодно. Руками я вцепилась ему в куртку и сильно сжала, слышала даже, как треснул шов.

— Тебе пора, ау, — он силой дернул руки и привёл меня в чувство, глазами стрельнул на дом и мысленно молил меня убраться куда подальше. Не сразу, но все же пошла домой.

Я пыталась подслушать из-за двери, но это бессмысленно оказалось. Ничего не осталось, как оставить их и уйти домой. Мама сидела на диване и смотрела телевизор. Сегодня она взяла себе выходной, слишком тяжелая выдалась неделя. Я быстро разделась и попыталась уйти незамеченной, но не вышло.

— Даша, подойди сюда, — она не оторвала взгляд от телевизора.

Я присела на край дивана и ждала. Мама не особо то и торопилась, шла ее любимая передача. Не представляю, как долго я смогла бы сидеть и слушать, что сейчас в моде, но реклама словно услышала мои мольбы.

— Я хотела поговорить с тобой о поступлении. Помнишь, я предлагала тебе уехать за границу? — я неуверенно кивнула, не оттого что не помню, а потому что не уверена, хочу ли я так же сильно, как раньше.

Мама предложила мне уехать год назад, вроде там какой-то знакомый есть, который сможет разведать обстановку. Я загорелась этой идеей как никогда. Перспектива отучится на врача за границей открывала для меня еще больше горизонтов. На тот момент в родном городе меня ничего не держало, и я была полна решимости, но потом эта тема как-то свернулась и до сегодняшнего дня я ничего про это не слышала. Теперь меня терзают сомнения, в жизни появился Дима. И все стало не так просто как хотелось бы.

— Так вот, если ты не передумала, то у тебя есть два месяца чтобы подать документы. Все, что тебе необходимо сделать я записала на листок, он у тебя в комнате.

— Да, хорошо. Я обдумаю все еще раз. Спасибо.

Она ничего не ответила, шоу началось. Я в полной растерянности поплелась к себе в комнату. Из кармана сумки достала телефон, чтобы поговорить с Димой об этом и возможно уговорить поехать со мной. Экран телефона загорелся от пришедшего смс, которое выбило меня из колеи.

«Нам надо прекратить отношения. Извини.»

Да в смысле блин? Я перечитала это короткое смс раз десять и никак не могла въехать.

«Может объяснишь все? Мы решим все проблемы.»

«Прости, но нет. Не решим ничего. Оставь меня.»

Я завалилась на кровать и рыдала в подушку как белуга. Да мы не идеальная пара, и никогда ей не были и не будем. Самое худшее, что могло случиться случилось. Он соврал. Я ему открылась, а он просто бросил, без всяких причин. Я верила в него, в нас. Опять мои надежды оказались пустые. Да он даже не позвонил, а как последний трус отправил бездушные буквы. Прекрасно зная кем он для меня стал, он со всей силы наступил на больное место. Я прям, чувствую, как внутри сжимается сердце, и разжиматься обратно не хочет. Чувствую, как теряю самообладание и остатки своей чертовой гордости. Хватаю телефон и набираю его номер. Вероятно, он не поднимет, но попытаться все, же стоит.

«Набранный вами номер не существует.»

Телефон выпал из рук. Кажется, весь мир замер и ждет, что я сделаю. Но я не делала ничего, только сидела и смотрела в окно, как по голубому небу пролетают птицы. Я больше не плакала. Я молча ненавидела.

========== Часть 20. ==========

Пара дней прошли в полной абстракции. Мама порывалась надрать зад человеку имя которого я упорно скрывала, но я смотрела сквозь неё и молча уходила из дома. Не сложно было догадаться, что у меня неполадки в жизни. В школе вела себя точно так же. Учителя спихивали это на своего рода подростковый стресс от предстоящих экзаменов или на крайний случай депрессию. Они услужливо оставили меня в покое, дали время оклематься.

Я брела по коридору, опиралась плечом о стену, чтобы не упасть. Весь день только и думала как уйти с химии, но по каким-то обстоятельствам ее отменили. Как все уроки химии за последние дни. Не хотела я видеть его лицо, его всего, видимо он был такого же мнения. Дима давно не появлялся в школе. Мысли о том, что могло такого произойти заполнили мою голову и я наткнулась на физрука.

— Все в порядке? — физрук присел чтобы посмотреть мне в глаза.

— Да… то есть нет, неважно, — я обогнула его и пошла дальше, но резко остановилась и окликнула Игоря Петровича. — А вы… вы не знаете, что с Дмитрием Николаевичем?

— Нет, не знаю, — покрывает наверное, я слабо кивнула и развернулась снова уйти. — Даш, он не стоит таких переживаний, — Игорь Петрович указал на мое лицо, которое благодаря тональному крему имеет вид лица. — Дима всегда был человеком, который не знает чего хочет и так до сих пор не изменился. Если вы и сойдётесь ещё раз, то это будет только для того, чтобы снова разойтись. Он не создан для отношений, он не знает, что с ними делать.

— А как же Карина? — не знаю зачем я все это слушаю, может потому, что мы говорим о моей любви? Прекрасной кареглазой любви.

— Карина и сама хороша была. Думаю лучше если он сам объяснит всю суть их отношений. Я не больно в них силён, — почесал затылок, так обычно делают, когда добавить нечего.

— Не дадите номер Влады? — сорвалось с языка. Не сразу осознала это, но физрук спрашивать не стал и просто всучил номер.

Немногословно поблагодарила и ушла. В руке скомкала непонятно зачем взявшийся номер и шла в направлении дома, хотя не особо хотелось туда идти. Слова в голове плясали кругом, как какие-то математические формулы. Ещё немного и все станет на свои места. Вспоминаю дачу, Владу, ее слова и разворачиваю листок, набираю номер и слушаю гудки.

— Да, — ответила девушка заспанным голосом. — Кто это?

— Привет, это Даша, — я присела на ближайшую лавочку и замолкла, набираясь сил и смелости, которая стала меня в последнее время подводить.

— О-о, привет, что хотела? — слышу какое-то шуршание, наверное она опять легла в кровать.

— Мы можем увидеться? Надо поговорить.

Девушка не очень то и разделяла мой энтузиазм. Ей сразу стало ясно о чем, а точнее о ком пойдёт речь. Кроме как о химике мне с ней говорить не о чем. После одной встречи подругами не становятся.

— Не думаю, что это хорошая идея.

— Мне очень нужно, пожалуйста, — все же она сдалась и назвала адрес кафе, где мы встретимся. Я сразу направилась туда.

Кафе оказалось очень неприметное. Даже вывески толком нет, обшарпанная дверь и отколотый бетонный уголок на верхней ступеньке. Клоповник какой-то, а не кафе. Я брезгливо отворила дверь и прошла за самый дальний столик. Внутри было немного народа. Две пожилые дамы в пальто с огромными меховыми воротниками и один мужик, который собрал на своём столе фактически все бокалы что были в этом заведении. Ко мне подошла девушка лет двадцати вся в татуировках, глаза еле видны из-за чёрной подводки и ресниц густо намазанных тушью с комочками. Одежда у неё была вызывающая и слишком лёгкая для зимы. Да и в самом помещении не так уж и тепло. Пока я листала меню, в котором страницы две от силы, она нервно надувала шарики из жвачки. Это занятие действует на нервы и я ткнула в первое попавшееся. Девушка закатила глаза и ушла.

Спустя минут пятнадцать принесли мой заказ и в дверях появилась Влада. Как оказалось я заказала чай в чайничке, но больше он походил на суп из листьев. Вряд ли я к нему притронусь. Влада присела напротив меня и раскрутила свой огромный шарф, сложив его перед собой.

— Так о чем ты хотела спросить, только быстро. Я ещё за прошлый раз отдуваюсь, — я не очень поняла про прошлый раз, но спрашивать не стала, а перешла к делу.

— Что с Димой происходит? То он на шею вешается, то бросает и номер меняет? — тяжело вздохнула и потёрла лоб.

— Он сменил номер? Когда? — похоже она тоже удивлена не меньше меня.

— Да где-то дня три назад. После того, как мы встретили какого-то мужика у моего дома, точнее он нас. А через минут десять — двадцать он присылает смс, что нам надо расстаться, — Влада не смотрела на меня, а что-то печатала в телефоне. Как только я умолкла она сразу придвинулась ближе ко мне.

— Какой ещё мужик вас встретил?

— В костюме был, чёрные волосы, борода небольшая, они примерно одного возраста. Ещё у него тату было на руке, вот здесь, — я показала на тыльную сторону руки. Девушка округлила глаза и сглотнула ком в горле.

— Я может и много лишнего болтаю, но на этот раз думаю Дима спасибо скажет. Ты бы меньше лезла теперь к нему, оставь в покое. Он взрослый мальчик, если сказал надо значит и правда надо. Живи своей жизнью, уверенна она будет у тебя счастливой. Забудь его и чем скорее тем лучше.

Не говоря больше ни слова она ушла. Я продолжала осознавать сказанное ей. Почему все так яро скрывают от меня что происходит? Я не могу оставить его. Я видела как дрожали ее руки, когда упомянула того мужика. Может с Димой не все в порядке? Если так, то я должна помочь ему. Не смогу жить если с ним что-то произойдёт, а я ничего не сделала. Ко мне снова подошла та отвратительная официантка с чеком в руках. Я дала ей больше чем нужно и выбежала наружу.

Я направилась прямиком к нему домой. Села на первый пришедший автобус, он остановится буквально в паре домов от нас. Все лучше чем бежать по снегу, который сыплет целый день. Беги я в такую погоду заработала бы себе ангину или что-то вроде этого. Начерпать полные сапоги снега ничего не стоит. В автобусе я перебирала все варианты развития событий. Что ему сказать, что сделать. Голова шла кругом и я прислонилась лбом к холодному стеклу, но тут объявили мою остановку. Так торопилась на выход, что зацепилась колготкой о сумку какой-то женщины. Обращать на это внимания у меня не было времени.

Стоя возле входной двери я собиралась с мыслями. Эти пару минут мне казались вечностью. Я металась между лифтом и дверью, туда-сюда, как ополоумевшая. Остатки разума кричали, что я должна знать в чем дело или хотя бы просто увидеть его. Глубокий вдох и палец коснулся звонка. Рукой я прикрыла глазок, не знаю смотрит он в него или нет, но все же. Замок щелкнул и дверь открылась настежь, чуть не сбив меня с ног.

Улыбка красовавшаяся на его лице исчезла. Мы стояли и смотрели друг на друга, если он закроет дверь я хотя бы знаю, что с ним все в порядке. Но она не закрывалась, зато из кухни доносились пьяные голоса. Я несмело переступила через порог и заглянула туда. За столом сидели три человека, один из которых тот самый парень с улицы. Вроде Леша. На столе стояла начатая бутылка водки, причем самая дешевая, как мне кажется. Под столом таких штуки четыре не меньше. Квартира пропахла перегаром и сигаретным дымом. Сомневаюсь, что они проветривали. Дима очнулся от моего феерического появления и захлопнул дверь на кухню, схватил за локоть и утащил в спальню.

— Какого черта, Даша? — шипит сквозь зубы, от него тоже так неплохо несет.

— Я хотела убедиться, что с тобой все хорошо. Ты не поя… — он перебил меня и отошел к окну.

— Со мной все в порядке. Все хорошо. Уходи, — он стал ко мне спиной и запустил руку в волосы.

— А если я скажу, что виделась с Владой? — он напрягся и удостоил таки взглядом, не самым лучшим конечно, но даже этого мне хватило.

— И что она тебе сказала?

— В том то и дело, что ничего. Как и ты. Никто не хочет мне объяснить в чем дело, — по щеке покатилась слеза, которую он не стер как обычно это делал. Тут то я и поняла, что дело дрянь. — Назови мне причину по которой бросил? Кто все эти люди? Сколько дней ты не выходил отсюда? Посмотри на себя, на кого ты стал похож.

Он будто не слышит меня. Дима снова стоял ко мне спиной. Я села на край кровати и закрыла лицо руками, подавляя свои всхлипы. Слышала, как он шипит и матерится.

— Нет никакой причины, я просто захотел тебя бросить вот и все. Все остальное тебя не касается. Прошу уходи, — слова резали меня изнутри. Боль пронзала каждую клетку. Он словно вдалбливал эти слова под кору мозга. Я закрыла уши руками не желая слышать это.

— Ты же не думаешь так. Не думаешь же, — я встала и дотронулась до спины, но он увернулся и ушел в другой угол комнаты. — Пойдем со мной. Все будет как раньше. Вспомни, что ты мне говорил.

— Думаю. Именно так я и думаю, — он сменил резкий тон на тихий, весьма тихий, от которого только хуже. — Тебе правда лучше уйти, оставь меня одного.

Нет, нет и нет. Я не могу. Не сейчас. Я вскочила с кровати, подобрала сумку и практически вышла из комнаты, но не смогла не попрощаться с ним так, как умеем только мы. В этом прощании ты не откажешь мне, вижу это в глазах, ты тоже этого хочешь. Накрыла его алые губы своими, вздрогнул, но покорно ответил. Поцелуй смешался со слезами, но это не помешало мне делать это чувственно. Языки переплелись и устроили свою вечеринку. Я сминала его губы, кусала, ласкала. Все как он любит. Дима постанывал мне в рот, впрочем как и я. Его рука легла на мой затылок не давая отстраниться, но слишком поздно. Он сам оборвал ту тонкую нить связывающую нас. Последние секунды позволяю себе насытиться им, чтобы еще немного продержаться в этом мире. Я оттолкнула его от себя и отошла сама.

— Прощай.

Последние мои слова ему. Я вышла и закрыла за собой дверь. Слышу как разбилось что-то о стену и его пронзающий душу крик. Больно? Может теперь ты ощутить хоть немного каково мне.

На улице я замедлила шаг, чтобы успеть привести себя в порядок. Ветер осушил дорожки от слез, дома нужно будет сразу нанести крем, а то потрескается кожа. Возможно мои мысли эгоистичны, но он заслужил это. Он выкинул меня из своей жизни, как ненужную вещь. Так почему я должна думать о нем? Почему? О этих глазах, которые приходят мне во сне, о этих сильных руках, которые обнимали меня, о этих рубашках, так великолепно облегающие его стройное тело. Как же на деле все сложно. Почему иногда нельзя обойтись одними только словами?

Дома меня никто не встретил, хотя я отчетливо слышала голоса на кухне. Я просунула голову в дверь, только чтобы поздороваться с мамой, но там оказались еще две женщины. Подруги наверное. Мама была немного под градусом и весело махнула рукой. Я поманила ее к себе, не хочу при всех обсуждать свои дела.

— Что случилось? — пытается снова быть твердой и непреклонной, могла бы уже и не выпендриваться, бутылка ее хорошо приклонила.

— Хочу сказать, что я согласна уехать в Германию. Завтра же отправлю все документы.

Я развернулась и ушла к себе, не дожидаясь ее ответа. Взяла в руки листок и еще раз прошлась глазами по списку необходимых документов. Телефон глухо завибрировал в сумке и я на ощупь полезла за ним. Входящее смс от неизвестного номера, но содержание сразу дало понять от кого оно.

«Ты моя.»

Такое короткое и такое противное. Смелости еще хватило. Мне правда хотелось в это верить, но я не смогла. Одно движение и не открытое смс удалилось из этого телефона навсегда.

========== Часть 21. ==========

Комментарий к Часть 21.

Радую очередной главой. Возможно последняя в этом году, но это не точно, я такая неопределенная.

Наслаждайтесь.

X Ambassadors - Unsteady

The XX - Next Love

Мое эмоциональное состояние с каждым днём клонилось к отметке «крайне нестабильное». Даже несмотря на то, что снег потихоньку таял и в город приходила весна. Я пресекла все попытки вправить Диме мозги. Дав обещание больше к нему не подходить, каждый раз нарушала его и порывалась увидеться, поговорить или помочь. В тот день он довольно четко дал понять, что я никто и звать меня никак и продолжал следовать сказанным словам, отталкивая раз за разом. На ровне с этим жестким правилом пытался доказать обратное, что било по самому больному месту. Нам не быть вместе, оба это знаем, но продолжаем мучать друг друга. Мне нужна чертова стабильность, а не метание туда-сюда. И я свой выбор сделала, уеду и все начну сначала. Да, сердце разрывается на части, когда я думаю о нем, и это происходит довольно часто. Каждый раз во мне затухает огонь жизни, я сама затухаю и боюсь это необратимый эффект.

Дни летели за днями и постепенно его образ стирался из памяти. Мы давно не пересекались, ни в школе, ни возле дома. Я как обычно шла по школьному коридору на урок химии, который вот уже месяц как превратился в урок устной физкультуры. Игорь Петрович каждый раз отыскивал меня взглядом и с сожалением отворачивался. Он утешал как мог, но понимал не хуже меня, что смысла в этом нет. На людях старалась держаться из последних сил, но близкие видели с каким трудом мне это даётся и мысленно жалели меня.

— Даша, нам сюда, — подруга поспешила схватить за локоть, чтобы я в очередной раз не прошла мимо.

— Что-то ей все хуже и хуже становится, — заметил в полголоса Паша и обнял нас двоих за плечи. Все-таки он хороший.

Я попыталась отстраниться, но он не дал. Опустила голову в пол, что-то больно он красивый, целый месяц любуюсь. Около нас остановилась ещё одна пара ног, но я не подняла глаз.

— Привет, ребята, — Паша пожал руку, а Яна видимо кивнула, потому что ответа от неё не поступило. Голос я сразу узнала, Денис. Давно он не крутился возле нас.

— Привет, Денис, — я оторвалась от созерцания серо-красного бетона и посмотрела на него. — Прическу сменил? Тебе идёт.

Это самое длинное предложение за все время. Ребята смотрели на меня как на с дуба рухнувшую. Да я, да говорю, да с Денисом? Денис пригладил волосы рукой и криво улыбнулся, обнажив ряд ровных белых зубов.

— Можем поговорить? — я снова уставилась в пол, не отвечая.

— Ладно, мы пойдём, жду в кабинете, — друзья оставили нас одних посреди темного коридора.

Я молчу, он молчит. Только иногда громко выдыхает. Ему необходимо собраться с мыслями, я же ещё ни разу не дала ему заговорить со мной, после того случая в кафе. А сейчас капитулировала и стою с ним один на один. Наверное, я здесь с ним только от того, что мне уже все равно, что будет происходить дальше. Моя жизнь разрушена и собирать ее заново не хочу. Так проще, ничего нет и терять тогда тоже нечего.

— Я тут много думал, и решился пригласить тебя в кино. Сегодня после уроков, ты как? — неуверенно, ещё бы, с моим то состоянием звать куда-то.

— Хорошо, — ответила машинально, мне без разницы, где сидеть с поникшим видом, дома за столом или в темном кинотеатре.

— Эм… отлично. Буду ждать на выходе.

Прозвенел звонок на урок, и я не прощаясь ушла. Яна отложила свою новую игрушку в виде последнего айфона и помогла мне усесться. Все вполголоса переговаривались и ждали физрука, любителя опаздывать. Вместе этого через пять минут после звонка дверь громко хлопнула и перед нами предстал никто иной как Дима. Уложенные волосы, гладко выбритое лицо, чистая одежда, прекрасный парфюм. Словно не было того человека, пропахшего водкой из ближайшего ларька. Каждый из присутствующих был удивлён, но не больше меня уж точно. Я вцепилась в край парты, да так что сломала пару ногтей.

Дима обвёл глазами класс и встретился со мной. Мое лицо налилось кровью. Только я начала забывать и вот пожалуйста, получите и распишитесь. Я должна на него злиться, он все испортил. Но он так сексуален, кровь внутри закипает. Кажется, я вижу выступающую накаченную грудь. Воспоминания о нашем времени вместе проносятся перед глазами. Как он касался меня, как прижимался ко мне, как подушечки пальцев мягко ложились на мои губы. От этих воспоминаний злюсь ещё больше. Мы так долго не виделись, я практически могла дышать без него. Но вот он стоит передо мной и в легких опять не хватает воздуха. Теперь не я его головная боль, а он моя. Зрительный контакт не может продолжаться вечно. Иначе от меня на стуле останется кучка пепла. Эти карие глаза способны сжигать дотла все на своём пути. Этот чертов экстрасенс прочитал мои мысли и отвёл взгляд.

— Тема урока, «Общие способы получения металлов. Электролиз.» — он записал тему на доске, своим обычным до одури фантастическим почерком. Бросил мел в коробку, сел за стол и открыл журнал, пробегая ручкой по списку.

— Дмитрий Николаевич, но мы не знали, что вы при… — староста предприняла попытку уговорить обойтись без урока, но зря.

— Мне плевать, чего вы там не знали и не думали. Нашли листы и записали тему, — грубая фраза, но голос по-прежнему ничем не сломить, мягкость, да и только.

Все без исключения достали какие-то тетради и покорно записали тему, но только не я. Я пыталась не смотреть на него, искала любые занятия, вплоть до того, что считала сколько почек на ветке дерева, которое растёт сразу возле окна. Дима же решил, что лучше, чем решать задачи по химии дела быть не может. И нашёл человека, который идеально для этого подходит.

— Дарья, задача номер три, — как он меня назвал, Дарья?

Яна пододвинула книгу и пихнула в бок, чтобы пошевеливалась, но я не торопилась и пыталась взять себя в руки. Призвав свое самообладание, которое конкретно дало сбой, неторопливо поплелась к доске, достала мел и поняла, что не могу писать. Руки дрожат до невозможного сильно, дыхание сперло и ноги стали ватные. Дима сидел на своём месте и выстукивал носком новых ботинок по деревянному полу. Собрав все силы воедино начала выводить буквы и цифры. От накатившего страха, что он может стать позади меня и все мои старания забыть его и моя ненависть улетучатся, сильно давила на мел, который крошился большими кусками падая мне под ноги. Но он не сделал этого. Задача оказалась несложной, мне потребовалось минуты четыре на нее. Поставив точку, я сразу побежала на место, перевести дух.

Химик встал и подошел к доске объясняя всему классу, что я там нарешала. Впервые на его уроке стояла гробовая тишина, никто даже вздохнуть не посмел. Звонок с урока прозвенел во время его рассказа об электролизе, в который мало кто въехал. Все, включая меня, сорвались с места и желали быстрее покинуть эту преисподнюю. Не успела я и до двери дойти, как он окликнул меня.

— Астахова, не учили дневник подавать на оценку? — дневник тебе мой нужен, ага, а как же.

Развернулась на пятках и подошла к столу. Как ни странно, Яна увязалась за мной, и хмуро окинула взглядом химика. Он усмехнулся ее напору и откинулся на спинку стула, закинув ногу на ногу.

— Никифорова, ты свободна. С твоей подругой ничего не случится, — рукой опёрлась о стол, слушать его голос выше моих сил.

— Уже случилось, не без вашего участия, — да их бы на баттл какой-нибудь отправить.

— Яна, все нормально, иди. Я все равно потом не домой, — она вскинула бровь, впрочем, как и химик, но через пару секунд вышла, четко дав понять, что, если что чтобы громче кричала.

Я вытащила дневник и кинула на стол. Дима посмотрел на меня словно я дохлую кошку притащила, зажгу свечи и начну обряд по вызову дьявола. Он обошёл рабочее место и стал позади меня. Обеими руками оперся о стол, чем прижал меня к нему. Возможности на побег нету. Ещё одно движение и все мои старания станут напрасными. Чувствую его дыхание на шее, вздрагиваю.

— Вы будете… — запнулась, его губы так близко, — ставить оценку или мне уходить? — последнее слово болью отдалось в груди, но мне и так больно. Это его неопределенность рвёт мне сердце на части. Я не желаю быть куклой в его руках.

— Вы? Мы опять вернулись к исходной точке? — издевается?

— Вы сами нас туда вернули, моей вины здесь нет. Так что там с оценкой, меня ждут.

Уходить не очень-то и хотелось, рядом с ним я могу дышать полной грудью. Только он может вдохнуть в меня жизнь, и он же меня губит. Но я должна… должна покончить с этим. Должна научиться жить без него. Я пыталась высвободиться, и ёрзала то в одну то в другую сторону. За этим занятием нас и застал Денис, он тихо вошёл и откашлялся в кулак, опираясь о косяк двери.

— Выйди, мы не закончили, — глаза химика отдавали недобрым блеском.

— Ой, простите. Вы, наверное, как раз рассказывали о той официантке из бара неподалёку и о той подсобке, да? — Денис победно сложил руки на груди и ждал, чем ответит учитель. Дима отошёл от меня, сунул руки в карманы джинс и неторопливо направился к парню.

— Какая ещё официантка? — встряла в этот немой диалог, дабы избежать травм. От Дениса подробностей ждать не стоит, так что ухватила химика за локоть и заставила оглянуться на меня. — Какой бар? О чем речь? — сердце колотиться как ненормальное, жар внутри меня становится все ощутимее.

— Дмитрию Николаевичу виднее. Кажется, она возле вас весь вечер терлась, — мышцы учителя напряглись до предела, я отчетливо ощутила. — И вот ещё что, это было, когда ты как обезумевшая текла по нему.

На этом он оставил нас, прекрасно понимая, что разговор предстоит не из легких и небыстрых. Я трепала Диму по плечу, в попытке обратить на себя внимание.

— О чем он говорит? — по щеке покатилась слеза. Дима продолжал молчать, только опустил голову и мотал ей из стороны в сторону. — Ты изменил мне, да?

Исходя из совокупности всех факторов, из того что это сказал именно Денис, сделать выводы было не так уж и сложно. Красноречивое молчание химика тоже говорило о многом. А в частности о том, что права. Я отступила на шаг и закрыла лицо руками. Какая же я наивная дура.

— Ты меня любишь? — слова смешались со всхлипами.

— Нет, — твердый и непоколебимый ответ. — Тебе правда лучше держаться от меня подальше, — его слова окатили меня, как холодной водой.

— Да уж, в этот раз тебе с блеском удалось убедить меня в этом, — большими пальцами подтерла под глазами и стала напротив него. — Ты просто жалок, и тебя никто и никогда не будет интересовать так сильно как ты сам.

Рука взмыла в воздух и оставила след на его щеке. Он бы мог перехватить её и не дать мне сделать это, но он стоял все в той же позе и не собирался ничего менять. Последний раз я посмотрела ему в глаза, пытаясь найти хоть толику сожаления, но там пустота.

Денис дожидался на коридоре и как только я вышла сразу бросился ко мне. Я не очень-то желала, чтобы меня жалел человек, который сам не лучше оказался, но другого варианта нет. Я слишком слаба, чтобы в одиночку вынести свалившийся на плечи груз. Учитель не просто вторгся в мою жизнь, он фурией влетел. Перевернул все с ног на голову и так же непонятно ушёл. Он прекрасный имитатор всего на свете. Даже за его внешностью кроется зло в чистом виде.

Парень подхватил меня за талию и повёл прочь от кабинета, где только что рухнула вся жизнь. Плакать не хотелось, но слезы так не считали. Одна за другой они скатывались и собирались на подбородке.

— Ты куда-нибудь хочешь? — ни о каких походах не может быть и речи. Мне нужна подушка и пара дней отгулов, чтобы прореветься.

— Я хочу домой, — он кивнул и пошёл рядом, держа за руку.

Денис аккуратно, словно я сплю, забрал сумку из обмякших рук. Он слишком обходителен. Все они такие, когда что-то нужно. Едва получают желанное, катимся мы потом ко всем чертям. Никакая красота, толстый кошелёк, даже твой богатый внутренний мир — ничего тебе не поможет. Когда ты влюблён, на тебя смотрят как на дебила. Так оно и есть. Ты перестаёшь замечать то, что для остальных очевидно. Один человек заменяет тебе мир. Ты тонешь в нем, отдаёшь всего себя, свято веришь, что получаешь не меньшую отдачу. Но один простой вопрос способен разбить твои иллюзии, твой идеально выстроенный мир. Он не мог меня любить, не мог. Плевать на разницу возрасте, на этот чертов социальный статус. Не в них дело, а в нас самих. И дело даже не в том, что он не умеет любить, как говорили мне неоднократно, а в том, что его никто не заботит кроме себя. И никто не сможет сломать идеально сложенную систему.

В своей голове я искала ему оправдания. Моя любовь к нему перешла ту самую точку невозврата. Я слишком жалкая и низко пала, но ничего не могу поделать. Я действительно верю, что все это от неумения заботиться о ком-то помимо себя самого. Пока я убеждала себя в этом, мы подошли к дому.

— Спасибо, что провёл, — забрала вещи и сделала глубокий вдох.

— Не стоит, это меньшее что я могу сделать для тебя. Знаю, что сам был ещё тем уродом, да и сегодня не лучше вышел, — пригладил волосы, подбирая нужные слова. Здорово, что он начал понимать. — Я правда был тогда в том баре и видел его. Так-то я вообще не собирался говорить тебе про это, видел, как ты смотришь на него и не хотел портить все. Ты так счастлива была, глаз горел рядом с ним, чего не было со мной. Но в последнее время ты сама не своя, не сложно как-то было уловить связь. В общем, еще и ревность эта, вот я и выпалил эту историю. Прости, — говорит искренне. Совсем неплохо.

— Тебе не нужно извиняться. Хорошо, что я узнала обо всем и даже больше, — сама не заметила, как повисла у него на шее. Осознав, сразу отскочила в сторону подъезда. — Извини, вырвалось.

— Долго мы будем извиняться? — оба усмехнулись, и правда сколько раз мы уже извинились? — А вообще было неплохо. Я же ещё люблю тебя.

— Мне пора, — махнула рукой и быстро ушла, хотелось поскорее избавиться от этого неловкого положения. Я не могу ответить ему тем же, да и стоять молча тоже не вариант.

Я оглянулась в окошко двери, он ещё стоял на тротуаре и закурил сигарету, набирая чей-то номер. Разговор был недолгий, он пару раз кивнул головой и ушел в направлении школы. Я тоже последовала его примеру и наконец пошла к лифту. Дома вкусно пахло едой, из ресторана естественно. Мама ни за что в жизни не потратила бы кучу времени на готовку. Есть мне не очень хочется, так что я сразу пошла к себе.

— Даша, тебе письмо пришло, — мама напугала меня. Она кивнула на тумбочку и снова скрылась за дверями с большими витражами.

На тумбочке около телефона лежал продолговатый конверт белого цвета. В верхнем углу стояла черная печать с большими красивыми вензелями. Письмо из Германии. Рывком схватила и ушла к себе. Устроилась поудобнее на кровати и открыла. Я ждала его с того момента, как отправила документы. И вот он у меня в руках, и я трясусь как первоклашка у доски. Внутри лежит лист А4 сложенный пополам и пахнет какими-то цитрусами. Да уж не занимать немцам пафоса в этих делах. Я пробежалась глазами по листку два раза. Губы растянулись в широченной улыбке, ведь там было самое главное предложение.

«Вы зачислены.»

========== Часть 22. ==========

Каждый день я нагружала себя всевозможными делами, даже такими за которые я никогда не бралась и не взялась бы. Что-то типа вышивания крестиком, где спокойно можно отыграться на ни в чем не повинном белом клочке ткани или иголке, которая впилась в палец. Все эти занятия отвлекали меня от главного — Димы. Так я спускала пар, и мне помогало. Все лучше, чем беспросветно реветь и размазывать сопли по лицу. Денис тоже немного помогал. Мы списывались практически каждый вечер. Он не хотел казаться навязчивым, так что мне приходилось самой начинать разговор. Достаточно было слова «привет», а там уже гуляй фантазия.

Вот и сейчас, лёжа на кровати, после очередного погрома, мы переписывались на счёт одной книги, которую я прочитала по его рекомендации. Денис, как выяснилось в ходе нашего общения, оказался довольно неплохо разбирается в литературе. Сейчас он перешёл от классической к более современной, что заинтересовало ещё больше. Я чуть ли не поэму написала на его вопрос «что же я думаю на счёт книги «На Игле»?», и в самый разгар мыслей завибрировал телефон.

— Алло, — ответила надломленным голосом. Не очень-то и удобно стучать по клавиатуре, держать телефон и все это лёжа на кровати опираясь на локти.

— Хандришь? — Яна начинала разговор именно с этого вопроса, что немного надоедало.

— Хандрю, два — три раза в день после еды, — подруга хмыкнула.

— Шутишь это хорошо. Раз тебе все остальное время бывает сносно, может придешь ко мне? — последние слова прозвучали довольно упрашивающе. Да мне и самой достало сидеть в четырех стенах.

— Буду через полчаса, — скорее всего подруга слишком сильно обрадовалась, потому что сбросить вызов предстояло мне.

Я конечно могла бы и за пять минут управилась, но разговор с Денисом остался незавершенным. Все же дописала свои мысли и нажала на отправить. На том конце с нетерпением ждали моего ответа, так как сообщение моментально стало прочитанным. Дениса удивило конечно, что мне понравился роман о «безнадежных девяностых», о людях познавших страшную справедливость девиза «нет будущего». Но в тоже время ему было приятно, что даже таким способом может поговорить со мной и в некоторой степени заполнить хоть на миг пустоту в душе. Я отослала ему последнее смс, что буду у Яны и захлопнула крышку ноутбука.

Я неторопливо вышагивала по пешеходной дорожке с рюкзаком на перевес, куда впихнула первые попавшиеся вещи на смену и сон. Практически около школы погода решила немного пошутить, пошел самый натуральный ливень. За долю секунды я промокла до нитки, так что прятаться под первое попавшееся укрытие не было никакого смысла. На пороге квартиры подруги я предстала как самая натуральная облезлая курица.

— Да, на улице идет дождь, Андрей.

Андрей — старший брат Яны и самый натуральный любить пошутить, порой даже не видит границ. Андрей из категории тех парней, который ни о чем не задумываются до тридцати лет. Приоритетом для него являются вечеринки, толпы девчонок и его любимые друзья, которые не прочь пропустить бокал другой в баре. Сейчас он тоже не упускал возможности не сообщить мне о том, на кого я похожа.

— Дашка, а тебе идет такая прическа, — я посмотрела в зеркало, дождь вперемешку с ветром сделали из меня практически лысую.

— Пятница, вечер, а ты дома. Неужели ты всех девок переводил сюда? — Андрей спародировал глубокое оскорбление моим словами и попытался возмутиться.

Я победно схватила рюкзак и пошла в комнату подруги, которая уже давно наблюдает за нами у двери. Не успеваю сделать и пары шагов, как дверь соседней комнаты открылась и вышла полуголая девушка, немного заспанная и направилась прямо в ванную. Я повернулась и увидела, как довольно расплываются губы Андрея в улыбке. И когда только успевает.

— По-моему у неё уже вторая ходка, — вставила свои пять копеек Яна, и все засмеялись.

В комнате я быстро переоделась в сухую одежду. От препирательств в коридоре, которые продлились дольше обычного, я совсем продрогла. Яна уже минут пять назад пообещала сделать нам чай, но все никак не могла распрощаться с Пашей. Лучшего варианта чем сделать все самой я не нашла, схватила вещи и тихо вышла, оставляя голубей дальше ворковать. Мокрые вещи закинула в ванну и прошла в пустую кухню. Только успела, что нажать на кнопку электрического чайника в проеме показался Андрей. Не зря девчонки на него вешаются. Красивой внешностью не обделён, с чувством юмора тоже все в порядке, да и перспективы на будущее обнадеживают. Повезёт какой-нибудь девушке, будет как сыр в масле кататься. Остаётся только этому мачо осознать, что он прожигает жизнь почем зря. Но до этого слишком далеко.

— Раз ты у нас за мать, то и мне чай, — я закатила глаза и достала ещё одну кружку из верхнего ящика, насыпала чай и обернулась к нему лицом. — Кстати, завтра намечается небольшая вечерина, ты как? — он кивнул головой намекая, что отказы здесь не принимаются.

— Что-то не очень хочется, — опустила голову, разглядывая свои ноги.

Здорово, что Денис поддерживает меня как может, и его компании мне хватает с головой. Я пока не готова снова вступить в ряды социально активных людей. Андрей в один шаг дошёл до меня и приобнял за плечо. Какие штучки он пустит в ход на этот раз?

— Дашка, ты же не инвалидка. Хватит сидеть в темноте, которую ты сама себе создаёшь и усугубляешь. На одном мужике свет клином не сходиться, тем более в твои годы, — я вопросительно посмотрела на него, не до конца понимая о том ли я думаю. — Да, я про вашего химика. Случайно услышал телефонный разговор мелкой, — он пожал плечами, пытаясь сказать, что сейчас не тот момент чтобы врать. — Может ты и влюбилась, как думаешь никогда больше не сможешь, но жизнь не стоит на месте. Встряхнись уже, сбрось с себя это. Ему должно быть стыдно, а не тебе, — он улыбнулся своей самой изящной и доброй улыбкой, которой не каждый достоин, по его мнению. — Бля, что-то меня понесло. Это первый и последний раз, когда я раздаю такие советы.

— Мне повезло короче? — я сощурила глаза и улыбалась в полный рот, умеет развеселить.

— Ты сорвала Джек пот.

Чайник закипел и вошла Яна, заставшая нас в недвусмысленной позе. Андрей по-прежнему держал меня за плечо и разливал кипяток по кружкам, при этом нашептывая мне всякие шуточки на ухо. Подруга громко и пафосно прокашлялась, и мы обратили на нее внимание.

— Это еще что такое за новости? — она обвела нас рукой и скорчила лицо.

— Да вот уламываю Дашку посмотреть порно, не в какую, — я ткнула его локтем в бок и взяла свою кружку.

— Пошли-ка мы лучше отсюда, — Яна поманила меня пальцем.

Мы закрылись в комнате подруги и включили телевизор на первом сносном канале. Я прервала молчание новостью о завтрашней вечеринке, на что она фыркнула, но высказалась фактически теми же словами, что и ее братец. Может они и правы и мне стоит подумать о том, чего хочу я, снова превратиться в эгоистку. Тем более в любой момент можно же уйти, на таких вечерах обычно не замечают пропажи. До поздней ночи мы болтали как в старые добрые, обсуждая парней, моду, школу и прочие женские темы. Яна начала клевать носом, так что я накрыла ее одеялом и отвернулась к окну, рассматривая звезды. Меня давно мучает бессонница, уснуть получилось только под утро.

Пробуждение мое выпало на прекрасное послеобеденное время. На часах было полчетвертого. Яна сидела за столом и снова переписывалась. Она была в наушниках, поэтому не удивительно, что не заметила, как я проснулась. Отвлекать ее не стала, а собралась и ушла в ванную. Скоро это пресловутая вечеринка, стоило бы подготовиться, хотя бы голову помыть.

Я тихо покинула комнату, держа в руках вещи. Из кухни доносились мужские голоса и громкий смех. Андрей со своими дружками уже вовсю распивали пиво и готовились. Это не сложно было понять по многочисленным пакетам в коридоре и нескольким упаковкам пива на полу кухни. Парни были слишком увлечены собой чтобы заметить меня, что очень на руку.

К моему приходу обратно в комнату Яна подбирала наряд, хотя вчера она сказала, что не намерена наряжаться. Делаю смелый вывод придет Паша.

— Я думала ты уже решила смыться пока никто не видит, — она бросила взгляд на меня через зеркало и скривила губы в улыбке.

— Фен дай лучше иначе точно смоюсь, как ты выразилась, — я терла волосы полотенцем и терпеливо ждала, пока она налюбуется своей бирюзовой майкой. — Господи, какая ему разница, что с тебя снимать. Фен дай.

Яна прорычала в ответ, но и не опровергла мои слова. Она порылась в ящике и вытащила необходимую вещицу. Слава богу я не слышала ее слов из-за шума фена и музыки, которая звучала из гостиной. Уверенна она меня очень хорошо обматерила, я только и делала что улыбалась чем еще больше её раздражала, в хорошем смысле.

Входная дверь ходила ходуном. То и дело слышались голоса парней. Прокуренные и грубые. И голоса многочисленных девиц, либо их сюда позвали, либо увязались за парнями, которые так и не смогли от них отвертеться. В комнату постучали и Яна подпрыгнула, да и я собственно тоже, все-таки стою посреди в одном лифчике и одеваться пока не собиралась. Подруга своего мена узнала сразу и ушла, оставив меня одну. Я надела свою единственную майку, которая оказалась жутко мятая после того, как я забросила ее в рюкзак и не доставала до сегодняшнего момента. Нанесла самый что ни на есть легкий макияж, что б уж совсем не казаться простушкой и все-таки вышла к остальным.

Я не ошиблась, народу было слишком много, да так, что половина тусила прямо на коридоре и всем было хорошо. Какой-то парень сунул мне в руку пластиковый стакан, по запаху там водка. Я пыталась найти место куда можно поставить его, но ничего не подворачивалось под руку. Тогда стоит чего-нибудь добавить, я никогда не пила одну водку, думаю не стоит и начинать. По мимо сока или колы я искала глазами Яну, но в такой-то толпе это бессмысленно. С таким же успехом можно на сеновале иголку поискать. В конечном итоге я прислонилась к стене на входе в гостиную и просто стояла, рассматривала честной народ.

Занятие весьма занимательное оказалось. Пара парней были уже в хлам, что никого ни капли не смутило. Были и девицы, которые нашли свою жертву на сегодняшнюю ночь. Утром никто из них даже не вспомнит имя своего партнера, если вообще его спросят. Для них одним именем больше одним меньше роли не играет. Данное мероприятие нисколько меня не вставляло. Я крутила этот несчастный стакан в руке, еще немного и водка в нем закипит, на столько долго держу его. По ушам бил бит, что тоже напрягало. И это после моих отсидок дома в полной тишине и изоляции от общества хомо сапиенсов.

Я уже почти отчаялась найти подругу, как кто-то подошел сзади и налил мне в стакан то, чего в нем так не хватало.

— Неожиданно. Я ожидал здесь увидеть, что угодно, но только не тебя, — приятный аромат окутал меня, перебивая запах сигарет и алкоголя. Повернула голову и увидела Дениса с таким же стаканчиком.

— Это все Никифоровы, они заставили, — он улыбнулся и поправил ворот майки, которая перекосилась и из-под нее виднелась тату. — А что ты тут делаешь? — примерный ответ мне известен, но должна же что-то спросить.

— С Пашей пришел, хотя зачем не знаю. Вон как ему весело, — он указал на друзей, которые находились буквально у меня под носом.

Возможно я их заметила раньше, но упорно не хотела признавать этот факт. Скорее тут играет роль то, что это хороший повод смыться отсюда поскорее. Я снова посмотрела на Дениса и поняла, что ему тоже здесь не комфортно. Его глаза блестят, выпил поди не мало, но на ногах еще стоит, пара стаканов точно будет. Я все же решилась сделать несколько глотков из своего стакана в надежде, что осмелею хоть немного. В итоге осушила его практически залпом. Сока там было предостаточно, чтобы перебить горьковатый вкус водки, которая в тому же отдавала елью.

— Пошли со мной, — Денис забрал стакан и выкинул в мешок около нас. Я мотнула головой с знак согласия и пошла за ним сквозь толпу.

Люди толкались, кричали, пытались затеять драку. В такой возне боялась потерять из виду парня, так что пока была возможность ухватила его за руку. Чувствую, как он сжал ее сильнее, будто тоже боялся меня упустить. Денис схватил с вешалки куртку, а мне в руки опять сунули стакан, но спасибо что в нем было все, что нужно. На площадке у лифта тоже был народ, но они уже скорее всего отгуляли свое и собирались по домам. Парень решительно дернул меня за руку и повел по лестнице вверх.

Такими темпами оказались на крыше дома. Мы вышли на открытый участок и сели на доски, которые видимо и лежат здесь для таких как мы. Небо было уже черное, звездное. Но они плохо видны, огни города всегда портят природную красоту, вот застать такое где-нибудь в лесу совсем другое дело. В воздухе чувствуется весна, но не настолько, чтобы сидеть на крыше двенадцатиэтажного дома в одной майке. Я сделала пару глотков из стакана и поежилась от ветра. Денис набросил на плечи ту самую куртку, и я поняла, что она моя.

— Моя куртка? — он сел рядом и закурил.

— Твоя, а что должна быть чужая? — в голосе слышится удивление.

— В таком-то месиве, я бы не то, что куртку, себя бы не разглядела, — он усмехнулся, выпуская сизую струйку дыма. Красиво.

— Даша, не забывай пожалуйста про три года.

Ну да, да. Те самые три года, как он любит меня. Вполне логично, что за такое время можно изучить от и до свой объект обожания. И куртка, я уверена, это малая часть. Дальше мы просто сидели молча. Я допивала свой адский коктейль из апельсина, ананаса и ели, а Денис докуривал сигарету. Каждый явно думал о чем-то своем смотря вдаль, где виднелись вершины сосен. Виднелся тот чертов пруд, навевая воспоминания, от которых я так хочу избавиться.

— О чем ты думаешь?

Я поставила стаканчик под ноги, но его сразу унесло ветром. Денис усмехнулся и опустил голову, глядя себе под ноги. Алкоголь на свежем воздухе разгоняется по крови быстрее обычного. Два стакана это немного, но мне хватило, чтобы немного окосеть и задавать подобные вопросы, не страшась предсказуемых ответов.

— О тебе, — я посмотрела на него и улыбнулась, чего не скажешь о нем. Слишком изучающий взгляд. — О том, какая ты красивая, какая ты сексуальная. О твоих губах, которые манят не хуже магнита. Даша, ты сама хоть понимаешь насколько притягательна?

Ответить я так и не успела, его губы накрыли мои и оторваться уже не смогла. Это не было похожа ни на один из наших прошлых поцелуев. Он не притягивал меня к себе, как раньше. Он словно пересмотрел свое отношение ко мне и нам. Я знаю, что все это неправильно. В очередной раз меня спасает мужик, от которого я бегу. Замкнутый круг. Есть пункт А и пункт Б, а между ними я. И пора бы определиться или послать обоих к черту. Но этот момент до омерзения прекрасен. Без понятия как, но я оказалась у него на коленях и обнимала за шею.

— Я люблю тебя, люблю, — я не ответила, а только положила голову ему на плечо, чувствуя некий укол предательства. — Знаю, что ты не можешь мне ответить тем же. Но мне достаточно того, что ты сейчас со мной здесь, а не с ним.

Все было точно в сказке, что читает мама в детстве перед сном. Есть злодей, а есть принц. Может Денис и помесь этих двоих, но он не отвернулся, он был рядом. Смог поддержать тот небольшой огонь внутри меня, и я так благодарна ему за это. Думаю, я смогу простить себе этот минутный порыв, мы поймем друг друга. И вот ты думаешь, что баланс в некоторой степени восстановлен, но в кармане завибрировал телефон. Я разблокировала его и все полетело к чертовой матери. А если быть точнее из огня да в полымя. Смс с неизвестного номера, но с вполне известным автором:

«Я знаю, что ты на крыше с ним. И это не самый лучший твой выбор. Уйди оттуда.»

========== Часть 23. ==========

Комментарий к Часть 23.

Reamon - super girl.

Димон или Денис? Вы за кого?)

Данное смс наверно должно было перекрыть мне кислород от радости, но вызвало только страх. Я сглотнула образовавшийся ком в горле. Денис продолжал свой рассказ о безграничной любви, но я уже его не слышала. Мне сейчас нужно побыть одной, наверное. Или все же с ним? А может уйти? Я перебирала всевозможные идеи, которые роились у меня в голове, но вместо этого сказала:

— Ты не мог бы принести чего-нибудь выпить? — Денис посмотрел недоверчивым взглядом, но я была непреклонна.

— Эм… конечно, — он медленно поплёлся к выходу, иногда оборачиваясь на меня.

Я не собиралась никуда убегать, мне просто нужно отвлечься, забыться. Учитель словно выжидает момент, когда мне станет лучше, чтобы снова разбередить в душе все нахрен. Заставить рану кровоточить снова. Пока я вдыхала прохладный воздух, пытаясь освежиться, позади меня раздался голос.

— Почему ты такая непослушная? — Дима сел около меня. Лица не рассмотреть, он натянул капюшон байки по самое немогу.

— Очень даже послушная. Делаю все, что ты говоришь. Например, держусь от тебя подальше. По крайней мере пытаюсь, а ты все портишь, — я пятилась назад и чуть было не слетела на холодный и мокрый бетон крыши. Дима вовремя ухватил меня за руку и посадил обратно.

— Да сядь ты, не укушу, — сама доброта.

— Ага, ты делаешь вещи похуже, — он усмехнулся. — Не думай, что после всего, что ты сделал, можешь заявиться сюда и мило поболтать со мной.

Он ничего не ответил. Я же права, к чему слова. Как бы я не противилась своим желаниям и не подавляла их, ничего не вышло. Несмело дотянулась до капюшона и стянула его. То, что я увидела никак не клеилось с тем образом учителя, который я всегда видела. Под левым глазом был кровоподтёк, рассечена губа и бровь, пара царапин на скуле. Дима на мгновение повернулся и натянул капюшон обратно.

— Не стоит вопросов, — стальной голос, как тогда, когда он выгнал меня из квартиры. Даже в дрожь бросило. — В общем, я здесь за тем, чтобы предупредить тебя. Поменьше проводи время с Семёновым, — я фактически в голос рассмеялась, он мне тут ещё будет мозги промывать?

— Тебе не должно быть никакого дела, до того, с кем я провожу время и как, — на последних словах он сжал руки в кулаки, но я не предала этому значение.

— Да, не должно, только если это будет кто-то другой, а не он. Не такой он тебе и друг. Послушай, для начала, а потом делай выводы.

Дима выдержал небольшую паузу, позволяя мне обдумать слова. Я тоже молчала. Ладно пусть говорит, только если после этого он смоется. Как только я кивнула, за дверью послышались шаги.

— А знаешь, уходи лучше. Не нужны мне советы, — сердце бешено стучало в груди от сказанных слов, да ещё и прозвучали они жёстче чем я ожидала. Но не сомневаюсь, что сделала все правильно. Я должна разорвать эти отношения, даже если это приносит нестерпимую боль.

— Хрен с тобой. Потом только не прибегай плакаться.

Он ушёл туда откуда по всей видимости и появился. Его слова заставили испытать настоящий шок. Что это значит вообще? С какой стати мне бегать к нему и плакаться? Засунув куда подальше эти мысли, приняла из рук Дениса стакан с той же смесью, что и в начале вечера. Жидкость сразу обожгла горло, я чуть было не выплюнула обратно. Заглянула в стакан, а там одна водка. Не произнося ни слова, только тихо хихикая, Денис налил сок и выпил сам.

Так мы и просидели на крыше. Почти с самым рассветом я стала клевать носом, и парень предложил наконец разойтись по домам. Сложно отказаться, рук практически не чувствую, хоть Денис и пытался их согреть своим тёплым дыханием.

***

Солнце ярко светило в окно школьного кабинета истории. Очередной учитель давал указания по поводу грядущих экзаменов, что всех порядком достало. Ничего нового никто из них не говорил, для всех предметов одна и та же процедура. Я давно пропускаю слова учителя мимо ушей и оживленно болтаю по смс с Денисом. Он тоже не в восторге от последних учебных дней и мечтает поскорее усесться на мягкий диван кафе, где все будут отмечать выпускной, и выпить.

— Какой следующий урок? — отвлеклась на пару минут, чтобы свериться с расписанием. Больно оно шаткое в последнее время.

— Химия, и я полагаю ты опять не пойдёшь? — подруга даже не посмотрела на меня, была увлечена не меньше меня переписками.

— Точно, не пойду.

С того самого вечера я избегаю учителя. На уроках его не была вот уже месяца полтора. Влетело мне за это от всех, от кого только можно получить. Даже от мамы, которая настоятельно рекомендовала отделять личную жизнь и школу. В стенах учебного заведения я должна вести себя до безобразия прилично и обращаться к нему на Вы, а вот уже вне школы, могу хоть разодрать ему глотку. Жаль, что наши мнения больше не совпадают. Я продолжаю не посещать уроки. И сегодня тоже не исключение. В смс Денису предложила уйти в тот самый лес, который я наблюдала с крыши дома подруги. И он не смог мне отказать.

Едва прозвенел звонок, я скинула вещи в сумку и пошла к выходу. Яна бежала за мной и одернула у самой лестницы.

— Может все-таки пойдёшь? Он не сможет прикрывать тебя вечно, — последние слова заставили меня удивиться и даже привели в замешательство.

— Прикрывать? — скорее повторила для себя. — Я его не просила об этом. Не нужно из себя строить даму благородных кровей. Плевать мне на то, что он делает. Я сама в состоянии отвечать за свои поступки.

Я так и оставила подругу стоять и отходить от моих слов. Внутри все закипало от гнева. Как он вообще смеет? Защитник блин. Лучше меня от себя защити. Вечно он найдёт тот неподходящий момент, чтобы влезть в мою жизнь, напомнить о себе, напомнить за что я так его люблю и как сильно нуждаюсь. И это ни хрена не круто. Он все портит, он отталкивает меня. Я не должна падать к его ногам и показывать свою слабость, которая так и рвётся наружу. Я даже не смогла избавилась от нашего совместного фото.

Я так сильно хотела покинуть школу, что не заметила, как налетела на Дениса. Он стоял за углом и курил в ожидании меня. Удар пришёлся ему прямо в грудь, да так сильно, что съехала шлейка моего практически летнего платья. Денис приподнял уголок губ, выпуская дым из лёгких. Его пальцы коснулись моей кожи и мягким движением заскользили вверх к плечу, возвращая шлейку на место. Вероятно, это был романтичный и милый момент. Если бы это был Дима… опять он. Он как третий лишний. Всегда присутствует в моей голове, насмехается надо мной, сводит с ума. Иногда кажется, что меня пора закрыть в комнате с мягкими стенами.

— Даша, ты тут? — Денис машет рукой перед глазами и треплет за плечо.

— Да… да, все хорошо, — но ему так не кажется, видно по глазам.

— Опять о нем думаешь? — парень попытался взять за руку, но я сделала вид, что не поняла намерений и убрала ее. — Понятно.

Похоже врун из меня не очень. Мы шли вдоль домов, но уже в полной тишине. Я смотрела себе под ноги и старалась не замечать косых взглядов парня. За нашу прогулку он успевает выкурить сигарет пять не меньше. А я изучила свои кожаные кеды от и до.

В самом лесу я намеревалась посидеть в беседке, которые стоят почти в самом начале, но Денис пошёл дальше.

— Пошли, покажу кое-что, — он махнул рукой и выкинул очередной окурок куда-то в траву.

Я неуверенно шла за ним. Не единожды споткнулась о невероятно длинный корень дерева, которое растёт тут ещё от рождества Христова не меньше. Наступала на многочисленные шишки, и чуть было не скатилась с горы, если бы Денис не пришёл на помощь. В довершении этой нелегкой для меня прогулки, я наткнулась на змею.

— Это всего лишь уж, чего ты так кричишь, — он практически на смех меня поднял, что было не очень-то и приятно. Дима никогда бы так не поступил. Опять…

— И что? Данный факт не отменяет того, что это змея, — я уже чуть ли не сознание теряла.

Денис прижимал к себе не давая упасть. Я же не могла сдвинуться с места, на что парень предпринял ещё более решительные действия. Он поднял меня на руки и пошёл дальше. Через пару минут мы оказались на небольшой поляне, окружённой деревьями со всех сторон. Ноги щекотала высокая трава, по периметру росли необычайно красивые цветы. Лучи солнца освещали этот круг, что придавало ещё более неописуемый вид. Денис опустил меня на ноги, но не отпустил от себя.

— Красиво правда? — его подбородок лёг мне на плечо и носом втянул аромат волос, спадающих на спину. А передо мной появился тот самый жёлтый цветок.

— Очень, — все, что могла сказать. Нет таких слов, которыми запросто опишешь всю красоту.

Пока я продолжала любоваться, парень достал из рюкзака куртку и постелил на траву. Он подергал меня за подол платья, предлагая сесть рядом с ним, что я и сделала. Я подогнула под себя ноги и вырывала маленькие пучки травы, одновременно любуясь цветком. Денис зажал между зубов большую травинку и щурился, смотря вверх на солнце. Выглядит очень даже мило. Со стороны мы небось милая парочка, которая сходит с ума друг по другу и старается как можно чаще уединиться. Но это далеко не так, и никогда правдой не станет.

— Почему он? Что ты в нем нашла? — парень прервал молчание совсем не нужными вопросами. И, по-моему, я где-то уже это слышала.

— Нам обязательно это обсуждать? — избегала взгляда его темных глаз.

— Просто интересно, что в нем такого сверхъестественного.

— Ничего. Он эгоистичный, самонадеянный, порой высокомерный, эмоционально холодный, полный мудак и кретин, — да именно так я о нем думаю. В тоже время он самый лучший на свете мужчина. Но об этом я решила умолчать.

— Нехилый букет косяков, — он усмехнулся. — То есть, чтобы ты меня полюбила мне нужно превратится в мудака? — тут даже я не выдержала и хихикнула.

— Не нужно. Ты прекрасный… друг, прости, — оба знаем, что никакой дружбы быть не может. Его поведение — это просто попытка исправиться.

— Друг… — он снова усмехнулся моим словам, но уже с ноткой горечи.

Он подсел криминально близко и заправил прядь волос за ухо, открывая часть лица. Денис тянется ко мне, чтобы в полной мере доказать, что слово друг здесь крайне неуместно. Звук мобильника нас прервал, и я бросилась рыться в сумке. Слышу, как он ругается и чиркает колесиком зажигалки. Все же отыскав аппарат увидела входящее смс, мысленно просила, чтобы химик не появился из-за какого-нибудь дерева со своими опасениями и советами. Видимо мои молитвы сработали это была Яна. Но вот содержание смс выбили всю почву из-под ног.

«Химик уволился и куда-то уезжает»

========== Часть 24. ==========

Комментарий к Часть 24.

Прошу извинить за долгое отсутствие.

В этой главе присутствует нехронологическое повествование(!!)

Надеюсь, что продолжение вы ждали с нетерпением❤️

Kristian Kostov - Beautiful Mess

Я сидела за своим столом и перебирала документы с оценками за экзамены. Вопреки всем домыслам сдала все на отлично. На бланке с пометкой «химия» задержалась дольше положенного. На нем в графе оценке тоже красовалось «отлично» с подписью совершенно другого учителя. До ужаса размашисто и коряво. Перфекционист внутри меня умер трижды. По щеке покатилась слеза.

— Даша, все хорошо? — на моем лице боль, боль от потери.

Я, ничего не отвечая, поднялась с земли и схватила сумку. Денис поднялся следом и загородил собой проход. Он все понял, наверное, хочет услышать это от меня. Или не понял ничего, и хочет знать в чем дело.

— Мне нужно бежать, прости, — теребила ручку сумки в надежде быстрее уйти.

Я слишком нервничаю и тороплюсь, чтобы объясняться. Телефон выскальзывает из рук. К моему сожалению, Денис быстрее меня его поднял. Выражение его лица четко даёт понять, что он все прочел. Глаза искрятся далеко недобрыми искрами.

— Сколько ещё ты будешь бегать за мужиком, который чуть ли не прямым текстом посылает тебя? Даша, очнись. Я тебя люблю. Чего тебе ещё нужно? Я готов дать тебе все, что пожелаешь. Я наплевал на свои принципы, стою здесь и пытаюсь отвлечь тебя от этого мудака. Одно смс от твоей доносчицы, и ты готова в лепёшку расшибиться, отказаться от всего на свете только для того, чтобы посмотреть на него из-за угла дома, — он схватил меня за плечи. — Даша, ты сейчас готова променять все на один взгляд на него? Ты просто больна.

Возможно, он прав. Нет, он точно прав. Я поступаю слишком опрометчиво. Бегу туда, где мне никогда не были рады. Туда, откуда гнали поганой метлой. По щекам потекли слезы. Сейчас я чувствовала себя разбитой, сломленной. Денис подошел ближе и заключил в объятья, поглаживая по голове и что-то бормотал.

Денис усадил нас обратно на траву, при этом не разжимая рук. То прижимал сильнее, то ослаблял хватку, утирал слезы с лица и повторял: «все будет хорошо». В тот день я так и не увиделась с Димой.

— Даша, пора собираться, — мама просунула голову в дверь и практически прошептала эти слова.

— Да-да, сейчас, — я стёрла слезинку тыльной стороной ладони и убрала бумажки в папку со всеми необходимыми мне документами.

Только мама скрылась, вслед за ней вошла молодая девушка с чемоданчиком. Мы давно с ней все обговорили, так что я просто поставила стул у зеркала и закрыла глаза.

Девушка то и дело часто цокала, утирая слезы, то с правого, то с левого глаза. Я каждый раз извинялась и пыталась держать себя в руках. Иногда я не могла себя контролировать, и девушка снова раздражалась.

Через два часа она закончила свою работу и вздохнула, кажется, с облегчением. Я открыла глаза и хотела их протереть. Стоило поднести руки к лицу - девушка громко шикнула. Представляю, чтобы с ней стало если бы я все-таки выполнила задуманное.

На моем лице красовался легкий вечерний макияж оттенка беж с добавлением чёрного. Волосы аккуратной волной спадали с левого плеча. Я не собиралась выглядеть вычурно или вызывающе, но знаю, что все равно буду в центре внимания. Которое, к слову, мне теперь претит.

Вдоволь насмотревшись на себя, кивнула девушке, что меня все устраивает и выпроводила ее из комнаты. Сама подошла обратно к шкафу и достала своё платье, которое купила в самый последний момент. Я не до конца была уверена, что хочу пойти на выпускной. Мой план вообще был другой. Забрать аттестат у директора, и наконец, улететь. Ну да, а ещё из-за Димы. Он обещал, что пойдёт со мной и наплевать, что будут говорить вокруг. Ведь мне уже восемнадцать, и мы больше не учитель и ученица. Но жизнь решила все за нас.

Я горько вздохнула, поправила нижнее белье и аккуратно надела платье цвета персик с бюстом расшитым небольшими камнями. Вместо своего любимого размера мини, выбрала платье в пол. Так сказать, сделала то, что он так долго старался мне привить. Усмехнулась своим мыслям, и расправила нежеланные складки на юбке.

Через час я вышагивала по подъездной дорожке прямо к крыльцу школы. В одной руке сжимала клатч, а в другой подол платья. На входе уже стояли Паша и Денис, на уговоры которого я поддалась, ну, или не совсем на уговоры и не совсем его.

— Можно тебя на минуту? — Денис коснулся моей руки, когда я выходила из кабинета литературы.

Мы отошли к стене, чтобы не мешать другим. Я сложила руки на груди и ждала, что он скажет. Денис двумя пальцами провёл по моей щеке и заправил прядь волос за ухо, а она даже не выбилась и совершенно мне не мешала.

— Я хочу, чтобы ты со мной пошла на выпускной.

— Мы не в девятнадцатом веке, — усмехнулась его предложению, а заодно констатировала факт, что не обязательно искать себе пару. — Если честно, я вообще не собиралась идти, — Денис вскинул бровь.

— Э-не. Ты не можешь так со мной поступить, — он мотал головой, не желая ничего слышать.

Я смотрела, как он корчил лицо от досады и пытается уговорить меня, как вдруг около нас закрутилась Игнатова. Что было крайне удивительно. Давно она о себе не давала знать, а сейчас глаз с нас не спускает. И я была права. Едва Денис закончил свой монолог о том, почему же мне стоит появится там, да ещё и в его компании, Игнатова нагло приблизилась к нам и взяла парня под руку. Она улыбалась во весь рот, желая лицезреть, как я буду с пеной у рта отбивать назад своего «ухажера». Но мое отношение к этой детской игре так и не поменялось. Я по-прежнему только усмехнулась. Денис попытался сбросить ее руку, но она точно прилипла к нему.

— Ну не хочет она идти, не надо, — она поправила ему волосы, хотя он давно подстригся и убирать там нечего.

— Таня, по-моему, мы все уже выяснили, что тебе ещё нужно? — Денис удостоил ее усталым взглядом. Видимо ее присутствие и длинный нос неплохо досаждали.

Мне было ровным счетом все равно, что они там выясняли вдвоём. С одной стороны, мне хотелось избавить его от общества этой стервы, больно жалкий у парня вид. А с другой, во мне проснулся азарт. Захотелось утереть ей нос, вспомнить былое.

— Во сколько ты говорил будешь меня ждать? — встряла в их «перепалку». Глаза парня сразу загорелись огнём.

— Я тебе позвоню.

Провела рукой по его гладкой щеке и улыбнулась. Напоследок бросила взгляд на Таню, которая закипала, как чайник, и покинула их.

Народу возле школы было предостаточно. Все красовались, как могли, на полную катушку. Платья всевозможных длин, расцветок, форм. Ощущала себя, как в ботаническом саду. Родители на каждом углу пели одну и туже песню, как повзрослели их дети, и прочее присущее такому мероприятию. Мои родители, например, решили, что работа важнее пусть не главного, но важного события из жизни дочери.

Парни были одеты с иголочки, как сказала бы моя мама. Чёрные костюмы идеального кроя, белые рубашки сидели как влитые, тонкие чёрные галстуки подчеркивали их и без того презентабельный вид. Они словно братья близнецы. Я приподняла платье и медленно поднялась по ступенькам, которые сейчас казались уже чем обычно.

— Привет, — я одарила натянутой улыбкой обоих парней. Сзади мне на плечо легла чья-то рука и я встрепенулась.

— Дарья, выглядишь, как всегда потрясно. У Дениса всегда был вкус на хороших девушек, — я обернулась и встретилась взглядом с его мамой.

Ирина, вроде бы так, в свои сорок выглядела, как молоденькая студентка. Сколько ее лицо перетерпело пластик, даже она сама не способна ответить. Денис всегда высмеивал такое хобби своей мамы, но ничего не мог поделать. Несмотря на такое пристрастие к трате денег своего далеко не бедного мужа, она была милой женщиной и отличной хозяйкой.

— Спасибо, — смущенно ответила и потупила взгляд.

— Ладно, развлекайтесь, а я пошла на своё место, — она подошла к сыну и отряхнула плечи пиджака. — И не смей его снимать.

Она смешно пригрозила ему пальцем, а парень только закатил глаза. Практически сразу после ее ухода на крыльце показалась классная «А» класса и попросила выпускников занять свои места. Мы ещё с минуту постояли во дворе школы в полном молчании. Яна опаздывала и просила ее не ждать. Паша не мог допустить, что его леди пойдёт одна и остался стоять на улице, а мы ушли внутрь. Денис предложил для поддержки локоть, все-таки он милый.

— После вручения ты вся моя, — мы оба усмехнулись, и я села на стул, подписанный моим именем.

Денис прошёл на первый ряд, как обладатель золотой медали. Все-таки администрация закрыла глаза на его выходки в отношении химика. Ходил ещё слух, что Дима сам попросил директора об этой услуге, ведь она в нем души не чаяла. Но мне не хотелось не во что из этого верить, я знаю, что Денис сам способен получить эту медаль и гордилась им.

Вручение тянулось, казалось, вечность. Все эти вступительные слова, слезы, грамоты, благодарности сидели у меня в печенках. Я закатывала глаза чуть ли не на каждом слове, что они даже заболели. Через мучительный час дошла очередь до простых учеников, желающих просто заиметь эту несчастную корочку. Наш классный руководитель, промокая платком влажные глаза зачитывала список. Прозвучала моя фамилия и я пошла между рядов. В зале довольно темно было, так что подножку от Игнатовной заметить сложно. Со шпилькой конечно на «ты», но не настолько. Я пошатнулась, но кто-то ухватил меня за локоть и поставил на ноги. Как бы я не вглядывалась во тьму не могла разглядеть лица. Одернула платье и медленно пошла дальше, все оборачиваясь назад, но безуспешно.

— Ты в порядке? — Яна с сожалением посмотрела на меня и взяла за руку.

— Да, все хорошо, — поспешила заверить ее, но сама понимала, что момент был очень странный.

— Идёшь потом в кафе? — подруга продолжала смотреть на сцену и тихо хлопать в ладоши, скорее для вида нежели для приличия и того, что она правда рада.

— Пойду, обещала же. Вы, чертовы заговорщики.

Подруга хихикнула и пожала плечами. Церемония вручения картонок подошла к концу и все разминая уставшие колени побрели на выход. Все передавали своим родителям аттестаты и рассаживались по заказанным такси. Мы остановились у дверей актового зала и ждали отличников. Денис с Пашей прорывались сквозь толпу, следом вышла и его мама, которая любезно предложила нас подвезти. Денис положил руку мне на талию, не знаю зачем, но обняла его в ответ.

Дорога до кафе не была нудной, какой она была в моем воображении. Ведь Денис сидел на пассажирском, болтая о чём-то с мамой, около меня сидели два голубя, то и дело не спуская друг с друга глаз. Я же нашла себе занятие. Смотрела в окно. В последний раз вижу огни родного города, и когда смогу снова их увидеть не знаю. Так что старалась запомнить, как можно больше. Этот город невероятно надоел, но все же здесь происходили такие вещи, которые я не хочу забывать.

— Даша, ты идёшь? — Я так задумалась, что не сразу поняла, где нахожусь.

Денис стоял у распахнутой двери с протянутой рукой. Мотнув головой, схватила клатч и вышла из авто, бросив вежливое «до свидания».

Мы шли в кафе, у входа которого уже толпился народ. В основном парни, надымили они не мало. Музыка была слышна на улице, но хорошо, что кафе за чертой города и народ сможет навеселиться вдоволь.

— О чем думала? — Снова вырвал меня из мыслей.

— О том, насколько скоро смогу приехать сюда обратно, — Денис остановился и дернул меня за руку, просто впечатывая рывком ему же в грудь.

— Какое вернуться? Ты, о чем?

Я же так никому и не рассказала, что уезжаю, кроме Яны конечно. В таком случае парня можно оправдать за эмоции. Но они настолько стали не контролируемые, что я не выдержала и тоже психанула.

— А такое вернуться. Я поступила в медицинский в Германии. Это мое личное решение и советчики в этом вопросе не нужны.

Я выдернула руку, на которой остался след от пальцев и ушла в кафе, расталкивая людей на входе. Большинство заняли свои места и ждали начала. Я подсела к подруге и громко положила клатч на стол, вилки задребезжали о края тарелки.

— Что случилось? — Яна поставила локти на белую скатерть, готовая к моему рассказу.

— Я видите ли не отчиталась за отъезд в Германию, — сложила руки на груди и откинулась на спинку стула.

Одноклассницы притихли и прислушивались к разговору, я шушукаться не стала и чуть ли не в открытую возмущалась.

— Да кому здесь есть дело до того, что случится с нами после этого вечера. Мы же больше никогда не увидимся. Все эти слёзы глупые и фальшивые, кто действительно захочет увидеться, просто позвонит и скажет об этом, — выпалила скороговоркой, оскорбив при этом добрую половину женского коллектива.

— Ты извини, но ему есть дело. И как бы я его не боялась, в прошлом, и какие бы он вещи не вытворял, в том же прошлом, он любит тебя. Я такого ещё не видела, — Яна ли это говорит, я вопросительно на неё посмотрела. Вдруг она сейчас засмеётся со словами «шутка», но увы она оставалась серьёзной.

— То есть ты на его стороне, и я виновата?

— От части да, прости.

— А как же Дима? — при упоминании его имени в сердце болезненно кольнуло. — Помниться, он тебя тоже устраивал, даже ещё больше чем Денис.

— Димы здесь нет, — она отвлеклась от созерцания ведущего. Да, прощальный вечер начался, а мы ещё спорили. — Вспомни, как он с тобой поступил, и кто всегда был рядом. И это несмотря на то, что ты лила слезы по другому мужику в его жилетку.

Демонстративно отвернулась от подруги. Ее слова меня задели, но в них была доля истины. Ведь правда, Денис был со мной несмотря ни на что. Сколько бы я не жаловалась, не плакала, не просила оставить меня.

Я сидела на своём месте пока все вокруг веселились, чувствовала себя отстойно. Яна минут двадцать назад принесла мне в пластиковом стакане немного коньяка, парни вроде с собой привезли. Долго на него смотрела и все же выпила, сморщив лицо от горьковатого привкуса во рту. Сразу же закинула в рот пару виноградин и вышла на задний двор.

Людей было немного, но я пошла на мостик. Там горели два тусклых фонаря, и плавали лебеди. Руками опёрлась о перила и вдыхала летний воздух. Было довольно тепло, небольшой ветер трепал мои волосы. Причёска уже давно опала, мне как-то плевать, я же не красуюсь перед всеми. Мое одиночество неожиданно скрасил своим присутствием Денис. Он стал позади меня и накрыл мои руки своими.

— Я думал ты уехала, — чувствую запах алкоголя, но он не пьян.

— Как раз думаю над этим, — смотрела на удаляющегося во тьму лебедя.

— Знаешь, прости ме…

Я развернулась и приложила руку к его губам, не давая возможности говорить. И дело даже не в том, что ему не нужно извиняться, это же я накосячила, а в том, что мне просто захотелось снова почувствовать, что значит быть кому-то нужной.

— Поцелуй меня, — смотрела ему в глаза. Губы расплылись в улыбке.

На минуту мне показалось, что он засмеётся и, что мои слова полная нелепость. Денис же схватил за талию, прижал к себе и накрыл мои губы своими. На губах ещё не высохли капли коньяка, так что в прямом смысле вышло горько. Я потянула руку и положила на его шею, иногда касаясь волос на затылке. Нежный поцелуй плавно переходил в самый что ни на есть страстный и дерзкий. Денис припечатал меня к перилам моста и сжимал бедро через вырез платья. Воздуха стало не хватать, и мы разорвали поцелуй. Оба пытались восстановить дыхание. Я уткнулась лбом ему в грудь, а Денис поглаживал спину, прижимая к себе.

— Скажи, что приедешь ко мне, — я была бы не против увидеть его снова.

— Обещаю.

У кафе раздались крики подпитой молодежи, а в воздухе разрывался салют. Мы продолжали скрываться от всех на этом мосту, иногда снова целовались и, кажется, каждый из нас был счастлив.

========== Часть 25. ==========

Комментарий к Часть 25.

Надеюсь Вы не похоронили Димона заживо)?

Я открываю глаза и вижу около себя спящего парня. Комната все ещё находится в полумраке, темные плотные шторы не пропускают лучи утреннего солнца. Я аккуратно приподнялась на локтях и смотрела на Дениса. Рот приоткрыт, ресницы подрагивают, полная безмятежность на лице. В комнате было немного жарковато, и парень укрылся лишь по пояс, выставляя на показ своё тело. Сейчас можно было получше его рассмотреть. Аккуратный рельеф, подтянутая грудь, на которой красовалась черная татуировка в виде черепа окутанного сигаретным дымом.

Пока я рассматривала парня, параллельно пыталась вспомнить, как тут очутилась. На всякий случай приподняла одеяло и убедилась, что на мне хоть что-нибудь есть. Слава богу, все оказалось в порядке. Майка с черепом немного успокоила меня и даже навела на мысль, что между нами ничего не было. Я ещё не готова прыгнуть кому-то в койку или же начать новые отношения, но, наверное, Денис все понял по-другому и нам стоит поговорить.

Я тихо откинула одеяло и села на край кровати. Взглядом обвела пол в поисках одежды, но нашла своё платье, висящее на спинке стула. Черт, выпускной. Вряд ли расхаживать по улице в таком наряде отличная идея. Может попросить папу забрать меня или такси вызвать? Я все пыталась придумать, как же все-таки очутиться дома, но меня уложили обратно в кровать.

— Я тебя подвезу, — Денис крепко прижал к себе, словно я могу раствориться в воздухе. — Голова болит? — Кажись, он помнит куда больше меня.

— Честно, да. И я мало что помню, — парень протер рукой глаза и широко улыбнулся.

— Не удивительно, — он приподнялся, уложив мою голову себе на живот. — Короче, слушай, — сделал глубокий вдох. — Ты здорово напилась. После салюта решила все же остаться, потянула меня за стол, стащила где-то коньяк и с Янкой на двоих распили. Паша до сих пор на тебя злиться, — Денис мягко перебирал волосы, которые больше на мочалку походили.

— А здесь мы как… — кивнул, понял вопрос.

— Тебя несло по полной, сама предложила, — я вскочила, все ещё неуверенная, что мы с ним не того. — Нет, ничего не было, к сожалению. Ты уснула раньше, чем мы приехали.

— Значит ты видел… — я кивнула головой на грудь, ведь под платьем лифчика не было, а разодеться сама я не могла.

— Хотелось бы. Даже очень. Но снова нет, мама тебя переодела.

Я облегченно выдохнула. Голова немного гудела, и шла кругом. Стараясь не подавать виду, что мне не хорошо, встала и пошла надевать платье. Мои вещи конечно уже собраны, но столько всего по мелочи осталось сделать. Самолет уже этим вечером, на который меньше всего хочу опоздать.

— Серьезно? В платье поедешь? — Я непонимающе обернулась. Парень заложил руки за голову и наблюдал за мной.

— А ты видишь ещё какие-то вещи? — Обвела рукой комнату.

— Ну… я мог бы кое-что одолжить у мамы, но и такую королеву тоже с радостью подвезу, — кривая ухмылка на губах. Чему он так радуется, идиот.

Я смущённо попросила раздобыть мне более удобный вариант одежды. Парень откинул одеяло и предстал передо мной в одних чёрных боксерах. Взъерошил рукой волосы и ушел. Пока Денис шарил в шкафу родителей, я осмотрела бегло комнату. Типичная мужская. На полу валяется одежда, в виде маек, шорт, носков. На столе бардак. Какие-то фантики, исписанные листы, пачка от чипсов, поломанные карандаши. Полка над столом ломилась от наград за футбол. Среди железяк была одна единственная фотография без рамки, он и его команда. За просмотром этого фото экран ноутбук загорелся, пришло смс. Невольно бросила взгляд, справа внизу в маленьком окошке высветилось имя «Паша».

«Ты только посмотри на них.»

Женское любопытство враг мой, ну не могу ничего с собой поделать. Навела курсор на сообщение, пара секунд и на экране появились наши с Яной фотографии. У меня конечно есть неудачные фотографии, но эти ни в какие рамки не шли. Я пролистывала одну за другой. Единственное фото, на которое хотя бы можно смотреть, то, где я и Денис стояли в ожидании такси под какими-то фонариками. На мне был его пиджак, и я устало склонила голову на его грудь. Остальные фото Паша видимо отослал в порядке возрастающего пиздеца.

Денис застал меня как раз, когда я стукнулась головой о стол и бормотала что-то не суразное. Он подошел сзади и пролистал фото с самого начала, посмеиваясь над каждой из них. Я ткнула его локтем в живот.

— Эй, может хватит? — Скорчила обиженное лицо.

— Не собираюсь я их хранить у себя, хотя одну все же оставлю, — я уже хотела врезать ему еще раз, но он остановился на той самой, где мы вдвоем. — В рамку не обещаю поставить конечно, но, когда совсем станет туго буду открывать.

— Ладно, только если одну, — вскинула палец вверх и была прижата к теплому телу парня.

Его губы нашли мои и едва заметно коснулись. Я затаила дыхание и боялась пошевелиться. Горячее дыхание, исходившее от него, обжигает кожу на щеке, еще немного и сорвемся. Не могу допустить такого, просто не могу. Парень расслаблен, и я этим пользуюсь, вырываюсь, хватаю одежду со спинки кровати и бегу в ванну. Замок щелкает, и я перевожу дыхание, сползая по резной белой двери вниз. Руками зарываюсь и в без того спутанные волосы, готовая сорваться на крик. Это будет крик отчаяния. Что со мной сделал этот учитель, почему я не могу подпустить к себе никого больше? Вопросы один за другим появляются в моей голове, и все это на фоне образа Димы.

Сегодня особенный для меня день, и я не могу вот так вот провести его в чужой ванной сидя на холодном кафеле. Душ принимала очень быстро, единственное задержалась на волосах. Одежда, которую принес Денис пришлась как раз в пору, не придется поддерживать джинсы и натягивать майку на плечо. Вытирая мокрые волосы, я вышла из ванной комнаты и застала Дениса полностью готового ехать. Он даже успел прибраться в комнате, если накинутое одеяло поверх постельного и открытые шторы считаются за уборку.

— Можем ехать? — он холодно кивнул, хлопнул крышкой ноутбука и подхватил мое платье, которое аккуратно завернули в чехол.

— Жду в машине.

Поток ветра после его ухода чуть не сбил меня с ног. Да, я не плохо так задеваю его чувства, он имеет права злиться. Глубоко в душе я ненавижу себя за это, хоть считаю, что моей вины здесь нет. Но я злюсь на себя, на учителя, за то, что он вот так просто взял меня под свой контроль, под свои чары, и отпускать не намерен. Я всех отталкиваю, надеясь, что он вернется. Время меня ничему не учит.

Придя в себя, взяла клатч и спустилась вниз к машине. Из водительского окна шел дым от сигареты, а из салона гремела музыка. По-моему, это Dayseeker — Jealous. Осторожно открыла дверь и уселась рядом с парнем, он бросил на меня посредственный взгляд и тронулся с места. Денис определенно был не в себе. Стрелка на спидометре иногда переваливала за сто, тогда я вжималась в кресло и пыталась прикрыть лицо руками. Он сбавлял скорость, но ненамного и ненадолго. Дома я оказалась быстрее нужного. Сердце колотилось в груди, будто я только что сошла с беговой дорожки, где заела высокая скорость. Я отстегнула ремень и трясущейся рукой попыталась открыть дверь. Одна попытка… вторая, ничего не выходит.

— Я заблокировал дверь, нам нужно поговорить, — он снова подкуривает сигарету с самым безразличным видом.

— Нужно… — я тоже это понимаю, но ответила, как можно тише, усаживаясь обратно.

— Зачем ты просишь меня приехать к тебе? В качестве кого? Друга? — Он усмехнулся с издёвкой, которая вызвала у меня слезы. — Как долго я буду находиться в этом замкнутом круге? Я жить хочу, хочу веселиться, хочу видеться с друзьями, хочу перестать забивать себе голову девчонкой, которая не может выйти из-под контроля этого мудака, да трахаться я хочу в конце концов.

Я сидела, опустив голову вниз и утирала слезы. Он прав, снова. Я держу его как собачку на коротком поводке, не давая насладиться жизнью и прочее чем занимаются восемнадцатилетние парни.

— То ты меня совсем не замечаешь, то ни с того ни с сего соглашаешься встречаться, то пихаешь меня в грудь и кричишь на всю улицу, чтобы я не смел к тебе подходить, то снова вешаешься на шею, просишь целовать и даже увести к себе домой, — он развернулся ко мне, глаза стеклянные и немного красные в уголках. — Что ты от меня хочешь? Прекрати меня мучать уже, хватит. Здесь и сейчас скажи, ты будешь со мной?

Он смотрел неотрывно на меня, в то время как я не могла и головы поднять. Я испытывала страх, стыд, сомнение, вину. Он столько всего для меня сделал, столько потратил времени. А я… я нахожусь в стальной клетке учителя. Да, прошло уже месяца три, не меньше, но мне все ещё нужно это чертово время. Я впервые влюбилась и это действительно больно.

— Я… я не могу, прости, — в горле пересохло и ответ вышел довольно вымученный.

— Прости… — повторил он и через секунду ударил руками по рулю, я даже вздрогнула. — Не может она, сука. Чем он, твою мать, лучше, чем? Что он такого сделал, что ты досталась ему? Что? Ответить, — он больше спрашивал самого себя нежели меня.

Он зол, расстроен, а мне хочется быстрее уйти, чтобы избежать вопросов, на которые ответов нет.

— Ты его любишь? — Я слабо кивнула, — Уходи. Желаю тебе хорошо долететь.

Денис достал с заднего сидения платье и бросил мне на колени. Замки щелкнули, и я могу спокойно покинуть авто. Последний раз я бросила на него взгляд. Мышцы напряжены до предела, на лице играют желваки, руки все крепче сжимают руль.

— Пока.

Открыла дверь авто и направилась к дому. Я ещё пару раз оглянулась, но машина все также стояла у тротуара, а Денис, кому-то звонил, протирая рукой глаза.

Первое прощание вышло довольно болезненное. Я потеряла ещё одного человека, которого считала пусть не лучшим, но хорошим и верным другом. Мне было хорошо с ним, но наши дороги должны были разойтись. Не сейчас, так потом. Наверное, это к лучшему, что мы все выяснили. Боль давно стала мне подругой, так что особо не печалилась ее приходу.

В полном разочаровании я зашла домой и скинула туфли. Ко мне сразу выбежала Яна, которая тянула за собой не выспавшегося парня.

— Ты в порядке? Что с глазами? — Лицо подруги сменилось с радостного на печальное.

— Мы поругались и разошлись навсегда, — выдавила улыбку и пошла в свою комнату.

— Но я думала, что вы… — я не дала ей договорить, эта тема больше не актуально и давить на больное не нужно.

— Давай не будем. Я сейчас сложу оставшиеся вещи. Мы с тобой поплачемся. Я обниму Пашу, скажу, чтобы он тебя не обижал. Сяду в такси и уеду.

Яна слушала и не верила своим ушам. Она села на край кровати и мотала головой, отгоняя от себя мои слова. Но это чистая правда. Именно так все и будет. Я устала сглаживать углы и представлять, что моя жизнь снова будет беззаботной и светлой. Я теперь один на один с собой.

Больше внимания на неё я не обращала. До самолета четыре часа, а дел куча. Помимо чемоданов, спокойно стоящих в углу, мне нужно найти паспорт и ещё кое-какие документы. Я перелопатила половину квартиры, но пока тщетно. Мама с папой сидели в гостиной украдкой посматривая на меня. Глубоко в душе меня задевало такое безразличие. Им интереснее посмотреть фильм, который можно в любой момент скачать с интернета, чем мельтешить над единственной дочерью. Я уезжаю за тридевять земель, а им хоть бы хны. Любая мать уже выплакала бы три ведра слез, а моя словно из камня сделана. Когда я в очередной раз забежала в гостиную и повторно капалась в ящиках, мама соизволила обратить на это внимание.

— Что ты ищешь?

— Паспорт, я же вроде сложила его ко всем документам, а теперь его нет в той папке, — зло задвинула ящик и упёрла руки в бока.

— Он в папином кабинете на столе, под сиреневой папкой.

Она издевается, да? Сейчас я бы могла спокойно пойти извиниться перед Яной, провести с ней еще немного времени, а вместо этого я как ненормальная перевернула квартиру, когда он спокойно себе отлеживался под папками?

— Какого черта? — Я кинула разгневанный взгляд на маму, но она не впечатлилась этим.

— Нужны были твои данные для заказа билета, забыли вернуть, — мама выбралась из папиных объятий и подошла ко мне. — Не реагируй так остро, ты просто на нервах из-за отъезда. Успокойся, все будет хорошо.

— На нервах из-за отъезда? Да я от всех вас на нервах. Вместо проводов с кучей слез и словами о том, как сильно меня будет здесь не хватать, меня бросил друг, а вы сидите с полным безучастием к происходящему, — словно плюнула ей в лицо слова и ушла, не дожидаясь ее ответа.

Время безжалостно мчалось вперед. В конец со всеми разругавшись я стояла возле подъезда с чемоданами и ждала такси. В последний раз взглянула на дом, на окна своей комнаты и горько вздохнула. Яна уткнулась парню в плечо и плакала. Я смотрела на них и умилялась. Когда-то эти двое на дух друг друга не переносили. Было дело, когда Паша вывернул на Янку тарелку супа в столовке, только потому, что она зашла туда. А теперь вот стоят в обнимку и души в друг друге не чают.

— Да хорош реветь, иди сюда, — я распахнула руки по шире, и подруга сразу подошла обняться.

Мы качались из стороны в сторону. Вспоминали наше детство и как будет не хватать этих дней. Такси подъехало так неожиданно, но мы все еще продолжали обниматься. Паша помог водителю загрузить чемоданы и стал подгонять нас.

— Все, хватит, — он силой оторвал подругу и обнял меня сам. — Береги себя там, а об этом недоразумении я сам подумаю, — мы посмотрели на раскрасневшуюся Яну и улыбнулись.

— Я буду скучать по вам.

— Надеюсь ты не сильно расстроилась из-за Дениса? — он должен был спросить, друг как никак. — Он вспыльчивый, но как успокоится даст о себе знать, не бери в голову.

— Хорошо.

Еще одно крепкое объятие и подошли родители. Они выглядели виновато, так что боялись что-либо предпринимать. Я несмело подошла и слегка приобняла маму, на прощание поцеловав в щеку, затем проделала тоже самое с отцом. Стоя около распахнутых дверей авто, бросила взгляд на соседний дом, а в частности парковку. Его место по-прежнему пустовало. В последний раз помахала в окно, и машина скрылась за поворотом.

В аэропорт мы прибыли вовремя. Даже есть немного времени прогуляться по магазинам. Водитель оказался слишком любезен и помог погрузить чемоданы на каталку. Неумело двинулась с этой штукой к доске с расписанием вылетов. Черт, нужно еще подождать регистрации. Я поволоклась к стульям и упала на свободный. Практически все они были свободны, только, где-то в конце сидело пара человек и напротив меня, какой-то парень. Я устало потерла глаза и протянула ноги. Только закрыла глаза, как услышала знакомый тембр голоса.

— Привет, Даша, — я открыла глаза и увидела Диму.

Он приподнял козырек кепки и снял темные очки, которые так хорошо скрывали его лицо. Моя душа упала в пятки, я перестала дышать. Все, что я могла, это махать руками не понимая ничего.

— Что ты тут делаешь? — Я даже не смогла возмутиться, настолько была в шоке.

— Хотел спросить почему не сказала, что уезжаешь, — закинул ногу на ногу и ждал ответа.

— Да ты… ты… Серьезно? — Его появление и вопрос вывел меня из себя. Сегодня день такой что ли? — Тебя не было со мной три месяца, ты кинул меня, как ненужную вещь. Ты просто исчез ничего не сказав, хотя зачем, это же меня не касается. Так какого черта я должна отчитываться за свои дела? Скажи мне.

Я срывалась на крик, но каждый раз вспоминала, что здесь людное место. Он терпеливо выслушивал мои нападки и изредка кивал головой. Иногда водил пальцем по нижней губе и тер переносицу.

— Как ты вообще смеешь появляться после всего? — Не знаю зачем, но ляпнула про выпускной. — Да и вообще, я снова сошлась с Денисом после выпускного.

— Ах… выпускной. Ты была как всегда неотразима, моя девочка, — последние слова отдались болью, что не сразу поняла смысл сказанного.

— Откуда тебе знать? — фыркнула в ответ и сложила руки на груди.

— Я был там, — мои глаза округлились. — Помнится я тебе обещал. Появиться в твоей компании я не мог, но не прийти туда не посмел. Ты даже представить не можешь, сколько усилий мне пришлось приложить чтобы моя ширинка не разлетелась нахрен, когда я до тебя дотронулся впервые за это время.

В памяти пронесся мой казус с подножкой. Чья-то рука хватает за локоть и помогает устоять. Это был он. Он был там, выполнил обещание, но так и не подошел и даже не намекнул на присутствие. Изверг.

— Тогда может пришло время рассказать все. Например, где ты пропадал все это время и почему меня бросил?

Дима только помотал головой в знак отказа. Я хотела снова встать на дыбы и начать упрекать его во всех смертных грехах, но милый женский голос объявил о регистрации на мой рейс, и я вскочила с места. Отвернувшись смахнула слезу со щеки и покатила тележку к стойке.

— Даша, — я затормозила, но не обернулась. Если я еще раз увижу его, то просто брошу все и останусь. — Ты обязательно все узнаешь, обещаю. Когда будешь готова к этому, сама найдешь ответы на все вопросы, — он стоял позади меня, опершись руками в ручку тележки. — Скажи мне одно, почему ты сейчас меня слушала?

— Потому что люблю тебя, — долго над ответом думать не пришлось, я давно должна была сказать ему эти слова.

— Хорошего полета, милая.

Когда я обернулась никого уже не было. Может я сошла с ума? Может это мое больное воображение? Сердце сжималось в груди, в воздухе еще был аромат мяты. Все же мне не почудилось. Я все всматривалась в сторону выхода, пока меня не поторопила пожилая пара. Я сбивчиво кивнула и направилась к стойке складывая свои чемоданы на ленту, отдавая девушке билет и рисуя в мыслях образ Димы.

========== Часть 26. ==========

Комментарий к Часть 26.

Bang Gang - Its alright.

P.S. Глава подучилась объемнее всех предыдущих. Попыталась по полной раскрыть нашего Димона, рассказать, где же он успел побывать, надеюсь у меня вышло.

P.S.S Сама перечитывала и продолжаю это делать, нереальное количество раз. И кажется она моя любимая. Буду надеяться, что вам она тоже пришлась по душе♥️

POV Дима

Я стою, облокотившись о ствол огромного дуба, ветки которого прекрасно защищают от солнца. Сейчас июнь и жара стоит невыносимая. Под ноги падает окурок шестой. Я снова взялся за старое. Сигарета немного заглушает ту боль, которую я сам себе причиняю, да и окружающим, наверное, тоже.

В паре метров от меня собрался весь алкогольный бомонд моего родного дома. Слышаться всхлипы, и как земля падает на деревянную крышку гроба. Три дня назад умерла мама. Она тяжело заболела месяц назад, мне пришлось все бросить и приехать. Отец вряд ли бы осилил навалившиеся проблемы.

Я паркуюсь возле небольшого дома на окраине города. Устало хватаю сумку с заднего сидения и бреду по лестнице на второй этаж. Я все это время провёл в больнице, но маму было уже не спасти. Возвращаться сюда мне совсем не хочется, но рука сама тянется к звонку. Сразу же одергиваю ее и вспоминаю, что в этой квартире никогда не было замков. Дверь всегда ходила ходуном, делая из дома приют для алкашей. Я тихо зашел и заглянул из-за угла в кухню, откуда доносился плач и несуразная речь отца. Мама всегда была для него больше чем просто жена. С кем еще можно было спокойно разделить бутылку водки, а потом ворваться ночью в мою комнату и устроить взбучку. Потеря такого ценного собутыльника можно приравнять к потере главаря криминальной банды.

Я больше не боялся ни отца, ни его дружков, которые сейчас все так же сидели на кухне. На столе стояла дешевая бутылка водки, в качестве закуски несменные огурцы и хлеб. Оставив сумку у входа, направился прямо к ним. Схватил обоих за ворот давно поношенных рубашек и вытолкал за дверь. Сам вернулся назад и уселся напротив отца, перед этим открыв окно. Здесь по-прежнему воняет перегаром, который въелся в стены, полы, мебель. Прямо как у меня дома в тот день, когда Даша так неожиданно появилась на пороге моей квартиры. Я смотрел на своего старика и видел только жалкое подобие человека. Старый, сморщенный, сгорбленный. Смотрю и понимаю, что чувствовала Даша. Почему она так бойко боролась за меня, почему хотела, чтобы я выгнал всех и ушел с ней. Но я не мог… тогда не мог. Он поднимает на меня свои заплаканные пожелтевшие глаза и наливает очередную рюмку.

Останавливать его сил нет, да и не хочется. Мне плевать. Да, я никогда не испытывал любви к родителям. Это ведь из-за них я стал именно тем человеком, о которых говорят «с ним нельзя дружить». И таких недружелюбных был целый подвал соседнего дома. Отец любил меня поколачивать, иногда это было и правда за дело, но чаще просто потому, что он мог это делать. Я был ребенок, а он здоровый пьяный мужик. Мама никогда не вступалась за меня, и сама была не прочь поучаствовать. Между пьянками она превращалась ненадолго в мать и заглядывала в мой дневник. Находила там довольно неплохие оценки для мальчика вечно скитающегося по улицам. Хвалила, обещала что-нибудь купить, но дальше винно-водочного не уходила. Так что все лавры доставались опять им. А я надевал свою потасканную куртку болотного цвета и шел в соседний подвал, где постигал азы химии. Там то я и подружился с такими же отбросами общества, как и я сам.

— Сын, подойди, попрощайся с мамой, — отец вырывает меня из воспоминаний о «счастливом» детстве.

— То, что я помог тебе с похоронами не дает тебе права звать меня сыном, — очередной окурок летит под ноги. — А с матерью я попрощался, когда уезжал, но вы даже не заметили этого, — я усмехнулся воспоминаниям о том дне, когда пытался донести до них, что уезжаю навсегда, а они только кивали, думая, что я скоро буду.

Мимо нас шли люди, которые выражали соболезнования, и отец с большой охотой их принимал, чего нельзя было сказать обо мне. Отец посмотрел на меня вымученным взглядом и пошел за остальными в машину. Когда все разошлись я оттолкнулся от ствола дерева и подошел ближе. На кресте из красного дерева висела черная табличка «Лаврова Агата Владимировна» и даты. Я поправил сбившуюся ленточку на ее фотографии и глубоко вздохнул, потирая переносицу. На этом фото мама была невероятно красивая, серо-голубые глаза, точеные черты лица и миловидная улыбка, но это уже никак не походило на то, что было в действительности. От водки она превратилась в столетнюю старуху.

Нет смысла стоять здесь дольше. Так что я пошел в машину, где ждал отец. Домой мы ехали молча. Я желал поскорее покинуть этот город, оказаться в своей квартире. Вру… сам себе вру. Я хотел бы оказаться сейчас там, где эта несносная девчонка. Дышать с ней одним воздухом и смотреть как она мило морщит носик, когда что-то не получается. Смотреть, как она собирает волосы в хвост и потирает шею, потому что она вспотела из-за пышных волос. Я никогда не любил блондинок, но любил таких горделивых и самоуверенных. Она всегда пыталась отстоять свою точку зрения, но стоило коснуться ее губами, и она таяла на глазах. Мне нравилось иметь над ней контроль. Но все вышло так, что девчонка заимела контроль надо мной. Я долго не признавался в этом, отталкивал ее, понимая, что со мной она пропадет. Я заведу ее в тупик. С такими как я действительно не дружат.

— Дима, ты меня слышишь? — Отец трясущейся рукой трепал меня по плечу, снова отвлекая от мыслей.

— Да, слышу, — помотал головой, прогоняя образ Даши, полностью сосредотачиваясь на дороге и отце.

— Я говорю, помоги мне, — машина плавно вошла в поворот к дому, я припарковался на прежнем месте и заглушил мотор.

— В чем, что тебе нужно? — Пусть я совсем не горю желанием ему помогать, но решил выслушать.

— Я хочу вылечиться, — мои глаза полезли на лоб. Я ожидал чего угодно. Одолжить на водку, например, или заплатить какие-то долги, но явно не то что услышал в действительности.

— А не поздновато? С чего ты вообще решил это? — Сложил руки на груди и всматривался в деревянную дверь подъезда.

— Не знаю… наверное, просто хочу пожить еще немного, — он говорил сбивчиво, заикаясь. Его слова — это просто нелепость.

— А мама — значит пожить не хотела?

— Сынок, не надо начинать, — я усмехнулся. — Ты поможешь? — Он выглядит до боли жалко, я глубоко вздыхаю и морщу лоб.

— Не знаю, подумаю.

Я хлопаю дверцей авто, продолжать разговор не хочу и ухожу в дом. Со своего потрепанного дивана хватаю так и не распакованную сумку. Только что майку сменил, да побрился. Единственное, что мама ненавидела во мне это щетина. Обвожу глазами комнату и выхожу, прикрывая за собой дверь. Вчера я все-таки починил ее, висела на одних болтах. Отец домой еще не поднялся, так что оставляю ему на комоде пару купюр, довольно крупных и ухожу.

Сегодня вечером выпускной, на который я должен был прийти в компании Даши, но появлюсь один. Я давлю на педаль газа и мчусь на всей скорости домой. Время у меня не так уж и много, да я в принципе рискую опоздать. Через почти три часа я влетаю в квартиру и быстро принимаю душ, надеваю белую рубашку, как же я ненавижу их, черные джинсы и бегло натягиваю кеды. Игорь уже скинул смс, что ждет меня в актовом зале и что Дашу еще не видел.

Запихиваю телефон в задний карман джинс и выбегаю из дома. На ходу застёгиваю металлический ремешок часов. Стрелка которых показывает на двадцать минут пятого. Я ускоряю шаг и уже вижу полную стоянку машин. Осталось совсем немного. Вот уже дверь актового зала, за которыми гремит музыка, и слышится голос директора. Я тихо открываю дверь и прохожу к месту, где сидел друг. Сразу около прохода, удобно.

— Чего так долго? — Мы пожали друг другу руки и наблюдали за происходящим. Ученики один за другим выходили и забирали из рук классных свои аттестаты.

— Как смог, так и приехал.

Он ещё немного расспросил про наш город и в частности, как прошли похороны. Я конечно не мог не рассказать ему, но вместе с тем боялся упустить ту еле уловимую возможность увидеть Дашу. Вот звучит ее фамилия и я замолкаю. С задних рядов слышен шорох. Я оборачиваюсь и вижу невероятной красоты мою девочку. Она выбрала платье в пол, что безусловно меня радовало, но недолго. Моя девочка ещё та штучка оказалась. Вырез во всю спину, ну конечно же, как я сразу не подумал об этом. Ее волосы аккуратно спадают с левого плеча, и я вспоминаю, как наматывал их на кулак и ей это нравилось. И вроде все хорошо, но доля секунды и она клониться в мою сторону. Подхватываю за локоть и помогаю устоять на ногах. Ее кожа по-прежнему бархатная, а мой член все также остро на неё реагирует. Она пытается разглядеть во тьме зала своего спасителя, но я вжимаюсь в кресло и прикрываю лицо рукой. Это ее день, и я не имею права портить его своим присутствием. Хоть с большим удовольствием посмотрел бы как она злиться на меня, как глаза бесстыдно бегают по мне, как она нервно будет закусывать губу изнутри понимая, что больше не может кричать. Она остановится на моих губах, а я просто усмехнусь своей кривой ухмылкой. Я просчитываю ее ходы наперёд, знаю, о чем она думает и чего хочет. Стоит мне появится, и я выбиваюсь в лидеры в списке ее желаний.

Нудная торжественная часть подходит к концу. Все идут к выходу и собираются уезжать в заказанное кафе. Я продолжаю прятаться в толпе, привычно засунув руки в карманы. Снова ловлю ее взглядом, стоит с подругой у входа. Мимо меня проходят два знакомых парня. Вижу, как Семёнов кладёт руку ей на талию, а она… она обнимает в ответ. Удаляются. Оставляет меня в бешенстве. Руки сжимаются в кулаки. Я так и не смог запретить ей видеться с ним. Вспоминаю разговор на крыше, как соврал ей. Ни черта я не знаю про Семенова. Наплел с три короба, она особа мнительная иногда, могло бы сработать, но нет.

— Не парься, завтра она улетит и все образумится, — друг похлопал по плечу, и мы пошли на выход.

Он тоже не собирался ехать в это кафе, обещал Владе появиться дома. А я… даже собаки нет, которой можно пообещать.

— Тебе бы в колл центре работать. Утешаешь от бога, — мы оба засмеялись, понимая, что он ляпнул херню, какую не каждый придумает.

— Ты получил смс от Карины? — Он усаживался в новоприобретенное авто и протер рукой приборную панель.

— Да, завтра с утра наведаюсь, — подкуриваю, не найдя занятия лучше.

— И что намерен делать? — Сочувственно посмотрел на меня.

— Да хрен его знает, — я пожал плечами, слишком много проблем навалилось. Я устал просчитывать все наперёд, и сейчас действовал в слепую.

Я докурил, и мы распрощались. Домой шёл долго, обдумывая, как мне быть с Кариной. Что ей сказать и чем помочь. Но никак не мог сосредоточиться, в голове стояла одна и та же картина. Даша и Семёнов. Что они делают в этом кафе? Вместе ли? Может стоит напрячь старого знакомого или мне не стоит ничего знать? Даше вряд ли понравится, что я следил за ней все это время. Да хотя, чего уже, перед своим отъездом я написал ей письмо, от руки, в котором вывернул свою душу наизнанку. Она однажды проболталась после пары бокалов вина, что мой почерк чертовски её заводит.

На часах половина одиннадцатого. Мы сидим в гостиной, на столе открытая бутылка вина, которую Даша так слезно просила купить ей. Бутылка виски, которую я достаю из бара довольно редко. Я потягивал из стакана тёмную жидкость и наблюдал искоса за девчонкой. Она изящно обвила бокал своими тонкими пальчиками и делала маленькие глотки. На фоне работал телевизор, который был интересен только Даше, я давно отвлёкся от него. А если точнее, когда она стянула с себя мою байку, оставаясь в одной майке. Она слишком плотно облегала ее тело, выставляя напоказ грудь. Лифчика на ней не было, что только усугубляло положение в моих шортах.

Даша в один большой глоток допивает остатки вина и наливает себе ещё. Я всегда запрещал ей пить, но сегодня был совсем не против. Я сам изрядно пьян, но виновник тому не алкоголь, а она. Блондинка словно и не замечала меня, она переключала каналы и ругалась себе под нос. Забавно. Все же ей удалось. Она отыскала какое-то дурацкое шоу и была невероятно рада этому. Даша победно откинулась на спинку дивана и пролила немного вина себе на ноги. Ахнув она встала. Я ухватил ее за руку и усадил на колени. Носом вдохнул аромат ее волос. Они всегда пахнут шоколадом. Она развернулась и устроилась поудобнее, обвивая мою шею руками, и перебирала волосы на затылке. С недавних пор мне это нравится. Она смотрела на меня в упор своими стеклянными глазами, а я смеялся. Про себя, но смеялся.

— Я может странная, — она подавила в себе ик, вызывая у меня смех. — Но меня заводит твой почерк. Как ты берешь этот чертов мел и выводишь свои тупые формулы. Ты даже не представляешь, как мучительно было, два раза в неделю смотреть на это.

Мне хватило этого неожиданного признания, чтобы закрыться с ней в комнате до утра.

Перед отъездом заехал к ней домой. Я знал, что она в лесу с Семеновым, так что не боялся столкнуться с ней, мне это было не к чему. Ее мама оказалась очень сговорчивая женщина и пообещала незаметно подложить конверт с письмом ей в чемодан. Я мог бы сам все ей рассказать, но не был до конца уверен, что все мои проблемы в прошлом. Я боялся за нее, и сейчас лучшее решение отпустить ее в эту Германию. Тогда у меня будет немного времени все уладить. Как только она прочтет письмо, она сделает выводы. Она должна меня понять, должна простить.

Утро следующего дня выдалось довольно болезненным. Я не смог удержаться и допил все-таки тот виски. После того вечера, когда Даша отвесила мне холоднокровное «прощай» я больше не притрагивался к выпивке. Так что после такого воздержания голова гудела не на шутку. Снова принимаю быстро душ и надеваю свою любимую серую футболку с потертыми джинсами, на ногах рваные кеды, но они до жути удобные, не могу выкинуть, жалко.

Руль мне противопоказан, но на свой страх и риск завожу мотор. Меньше всего хочу трястись в переполненном автобусе на другой конец города. Торможу возле небольшого кафе и заказываю двойной эспрессо. Кружка маленькая, так что выпиваю его на месте. Слышу, как сердце начинает бешено колотиться, но становится куда легче, чем час назад.

Через полчаса я стучу в дверь квартиры, в которую сам себя поклялся больше не ногой. С Кариной у меня всегда были только постельные отношения, а не те, о которых я наврал Даше в самом начале нашего общения. Блять… да я до хрена ей врал. В начале меня правда зацепили эти зеленые глаза, но потом я понял. Карина хорошая любовница, но хуевая подруга, так что решение пришло, само собой. Но в одном я не соврал, я правда никогда ее не любил. Да и в принципе никогда никого не любил, даже себя.

После небольшого ожидания дверь открывается и передо мной предстает Карина с уже внушительным животом, поддерживая его одной рукой. Я прохожу внутрь и скидываю небрежно обувь, иду в гостиную и сажусь на кресло, в котором провел не один день. Девушка садится на диван, подбирая под себя ноги. Я первый раз вижу ее за шесть месяцев. Материнство определенно красит любую девушку, и с ней произошло то же самое. Жаль, что только мозгов ей не придает это прекрасное положение. Как бы я не желал, чтобы она соврала насчет ребенка, он был мой и тут ничего не попишешь. Я каждый месяц давал ей деньги на необходимые витамины и прочие мелочи для себя и ребенка. Карина меня боялась и каждый раз отчитывалась за потраченные деньги. Я хорошо прочистил ей мозги, да была бы возможность надрал бы ей задницу за ее фокусы.

Когда мы вдвоем убедились, кто есть кто в сложившейся ситуации, я сразу определил ей рамки. Мое участие в воспитании ребенка безоговорочное, но с ней я не буду ни за что на свете. Она тогда только фыркнула и просила обеспечить на время беременности всем необходимым. Я не настолько бездушный, делал бы это и без ее просьбы. Тогда я отстегнул ей довольно неплохую сумму, которую, как выяснилось позже, она спустила на текилу и травку. Теперь она под контролем, я также знаю о каждом ее шаге, звонке и покупках, как и о Дашиных похождениях. Возможно у меня маниакальные наклонности проявляются.

— Зачем звала, я же вроде сказал, что не хочу видеться, — как обычно потирал нижнюю губу пальцем, дурацкая привычка, никак не могу понять откуда она у меня.

— Думала, что тебе все же будет интересно узнать как дела у сына, — говорила она тихо, еле дотянулась до столика, который я все же подвинул ногой ближе к ней и раскрыла какую-то папку, подвигая ближе ко мне.

— Сына? Значит мальчик, — я заглянул в папку. Там какие-то медицинские бумаги, кардиограммы, анализы. Я не медик, но немного шарю в этом. Полистал и понял, что они оба вполне здоровы.

— Да, мальчик. Ты не будешь против если я назову его Антон? — Я оторвался от снимка УЗИ и прикинул в уме имя и отчество. Звучит.

— Нет, не буду.

Впервые за нашу встречу она улыбнулась. Мне стало как-то не по себе, и я решил скоротать время до самолета в ее компании. Слушал рассказы о походе к врачам, назначениях, как ей нравится ходить на УЗИ и слушать биение его сердце. По ее рассказам, мальчик сильный и шустрый. Часто ворочается ночью, от чего она в последнее время не спит, толкается сильно, но в основном это происходит утром. Я решил проявить немного инициативы и приготовил ей ужин. Какой бы она не была сукой, она вынашивает ребенка, и не самого простого. Когда она с огромным аппетитом уплетала третью куриную ножку мне нужно было уезжать.

— А как у тебя с той ученицей? — Я тормознулся в коридоре и прекратил шнуровать кеды.

— Какая разница? — Она кинула свое фирменное «да похуй» и продолжила ужинать.

К сказанному Яной времени я был в аэропорту и сидел в зале ожидания высматривая свою блондинку. На эту девушку у меня чуйка, так что пропустить ее не смогу, даже если очень захочу. Я повторно обвожу глазами зал и вижу, как она еле катит свою тележку с двумя чемоданами и одной сумкой. Сама того, не подозревая она снова пришла в мои руки, садится ровно напротив и устало закрывает глаза.

— Привет, Даша, — снимаю свою конспирацию и еле-еле улыбаюсь ей. Ее шоковое состояние ничем не скрыть, даже за взмахами рук.

Вижу, как она выходит из себя, как краснеет ее лицо от крика. Мое появление одновременно и бесит ее, и она сдерживается чтобы не упасть в объятия. Неплохо себя контролирует.

— Как ты вообще смеешь появляться после всего? — Да и вообще, я снова сошлась с Денисом после выпускного, — ну да-да и поэтому сидишь здесь в гордом одиночестве. Он же прилипала, сомневаюсь, что оставил бы тебя одну.

Я совершаю второй нокаут, рассказав, что выполнил обещание и пришел на выпускной. Ее лицо меняет выражения одно за другим, но в конечном итоге смягчается, и она снова облокачивается на спинку железного сидения. Она тихо просит рассказать ей все, но я мотаю головой. Даша снова закипает, даже не подозревая, что я уже все ей рассказал и мое признание в одном из чемоданов. Надеюсь не сильно далеко, если ее мать все же соизволила его вообще положить. Женский голос объявляет регистрацию на ее рейс, и она словно «железная леди» встает и уходит, но я все равно замечаю слезу. Вот он знак. Я подрываюсь и в два шага дохожу до нее, опираюсь на ручку тележки и говорю:

— Даша, — она замирает. — Ты обязательно все узнаешь, обещаю. Когда будешь готова к этому, сама найдешь ответы на все вопросы. Скажи мне одно, почему ты сейчас меня слушала? — Я знаю ответ, но хочу услышать от нее.

— Потому что люблю тебя, — да!

Я победно улыбаюсь, она все еще любит меня, а значит есть все шансы вернуть ее. Сейчас я с меньшим грузом на сердце отпускаю ее. Даю время все обдумать, найти мое чертово письмо, прочесть, сделать выводы. Ей нужно время, и я ей его дам. Сам себе сейчас обещаю, что сделаю все, чтобы оставить жизнь, которой я жил до этого в прошлом и начать все заново и все это ради нее. Обещаю стать лучше для нее.

— Хорошего полета, милая.

Я отстраняюсь и теряюсь в толпе. В душе теплится тот огонек, который она во мне зажгла. Выгляжу я как дурак, который идет и улыбается сам себе в полный рот. Я сажусь в авто и завожу мотор. Еду к себе домой, мне нужно как можно скорее решить все проблемы. И начну я, пожалуй, с покупки новой квартиры.

========== Эпилог. ==========

Комментарий к Эпилог.

Mayday Parade - the memory.

Многие просят продолжение, но автор та еще с..а)

Данная работа подошла к своему, как мне кажется, логическому завершению. Спасибо всем кто читал, ждал, нервничал, оставлял отзывы, исправлял мои ошибки. Безумно приятно осознавать, что работа настолько сильно вами полюбилась. Еще раз всем огромное спасибо, целую вас в десна)

P.S Есть тут такие, которые не хотят прощаться с героями? Если да, дайте знать). Тут были желающие взглянуть на персонажей моими глазами, ловите:

https://vk.com/your_earrach

Я сижу у окна и пялюсь в иллюминатор. Не знаю, что я хочу в нем увидеть. В руках уже минут пять кручу телефон, так и не зная, что хочу сделать. Поставить в авиарежим и спрятать или найти его номер и написать смс? Эта встреча многое перевернуло во мне, дала второе дыхание, но в тоже время я ослабла еще больше. Он подорвал выстроенную мной стену между нами, и желает пробить ее до конца. Я так и не смогла уловить смысл его слов. Какие ответы я найду, какие вопросы, что все это значит и когда будет то самое время? А самый главный вопрос в том, хочу ли я знать всю правду?

Дима прекрасно играл свою роль. Он тот человек, которого я так опасалась всегда встретить. Именно он был тем, кто играл со мной, а потом насильно отталкивал, кричал каждый раз невыносимое «нет». Но сегодня в аэропорту внутри меня что-то кольнуло. И это было не чувство боязни быть брошенной снова. Скорее это… любовь? Если он и правда осознал значение и предназначение этого слова зачем вот так просто отпустил?

— Девушка, пристегните ремень, — миловидная стюардесса указала тощим пальцем на табло.

— Простите, конечно, — быстро выключаю телефон и пристегиваю ремень, затягивая его туже обычного.

Пилот желает всем хорошего полёта, стюардессы проводят инструктаж в случае катастрофы и самолёт плавно выезжает на взлётную полосу. Я все продолжаю смотреть в иллюминатор и думать о человеке, который сделал из меня живую куклу и дёргает за ниточки. А я позволяю это делать, потому что влюблённая дура. Перед тем, как немного поспать, задаюсь целью снова постараться его забыть. А все потому, что я не верю в отношения на расстоянии. Это полная бессмыслица, тем более с таким человеком, как Дима.

POV Автор

Самолёт медленно набирает высоту. Город скрывается под пушистыми облаками. Девушка от усталости быстро заснула. Она пропустила ужин, который разносили стюардессы. Не обращала внимание на соседа, который то и дело, что кашлял и утирал нос. Он вообще вёл себя очень беспокойно. Иногда даже переваливался через девушку, чтобы взглянуть в иллюминатор и ужаснуться. Но Дашу этот персонаж никак не трогал. Она даже не подозревает, что уже давно летит над Польшей и совсем скоро ее ноги коснуться чужой земли. Ее отвезут на комфортном авто до нового жилья, где она начнёт все с начала. В то место, где она отпустит все свои обиды и попытается вдохнуть в себя новую жизнь. Где ее будут ждать перемены.

Пока Даша летела навстречу своей мечте о счастливой жизни, Дима докуривает последнюю сигарету в приоткрытое окно спальни и мысленно матерится, что не подумал о завтрашнем дне. Он смотрит в звездное небо и корит себя за то, что она улетела. Если бы не его эгоизм, который правил над разумом вот уже почти семнадцать лет, все могло бы сложиться по-другому.

Окурок летит вниз на траву, окно со скрежетом закрывается. Дима потирает затылок и оглядывает пустую комнату. Он усердно готовится к переезду. Сам не знает куда и когда это будет, но готовится. Странный план. Парень опускается на край кровати, отлаживая остальные сборы на завтра. Сегодня он выжат как лимон. Да и вообще на него слишком много навалилось. Такой жуткой усталости от проблем он никогда не чувствовал. Его в принципе никогда не волновали проблемы, потому что их как таковых и не было. А если и появлялись он с удовольствием их решал. Он роется у себя в голове вспоминая основное.

Карина. Совсем скоро у него появится сын. Она вроде сегодня что-то просила купить для него, но он забыл. Не то чтобы забыл, не слушал, мысленно был с Дашей, а там не до детей. Он ставится целью снова наведаться к матери их ребенка.

Даша. Скорее это не проблема, а извечная теперь уже головная боль. От неё просто так не избавиться. Пока он паковал коробки, нашёл в столе фотографию, которую она отдала ему на одном из дополнительных занятий. Он помнит тот день, но даже если бы и забыл сзади была подпись: «Самый вкусный чай». Они вдвоём на его кухне пьют чай, который он готовил себе годами и не считал каким-то особенным или изысканным. Просто красный листовой чай, но для его любимой девушки он казался самым вкусным напитком на свете. Блондинка улыбалась ему с фотографии своей самой милой и искренней улыбкой, какую он только видел в своей жизни. Уже минут пятнадцать он неотрывно смотрит в ее глаза, вспоминает те редкие моменты, когда они вместе, те моменты, которые он не ценил. Он играл с ней и проиграл, но только сейчас понял, что впервые хочет остаться в проигравших. Добровольно сдаться.

Ее «люблю» еще долго будет эхом отдаваться в его голове и не давать уснуть. Почему он не сказал ей это слово в ответ, а просто растворился в толпе? Ответа он так и не нашел, но точно знал, что любит ее. Любит, всеми фибрами своей, как ему всегда казалось, черной, прогнившей насквозь души. Ее светлый образ появлялся каждый раз, когда, казалось, он погряз по уши в каком-нибудь очередном дерьме. Только ради нее он вставал с колен и шел дальше. Но как человек, испытавший впервые такое чувство, слишком долго не мог его принять, прогонял наваждение и снова утопал в проблемах.

Он с большой неохотой откладывает фото. Нужно отдохнуть от мыслей о ней. Даша заполняет его мысли двадцать четыре на семь и это немного давит на и без того шаткую психику парня. Он начинает искать в своей голове другие нерешенные проблемы.

Отец. Его желание вылечится это полный фарс и абсурд. Парень не мог воспринимать слова всерьез. Такие как его отец, безнадежные алкоголики, они неизлечимы. Водка загубила мать, так же загубит и отца. Лечение ничего не даст, что они выиграют с него, пару месяцев? Он считает это полным бредом. Он не любит и никогда не любил родителей и ему все равно, что с ними происходит. Но какая-то неведомая сила толкает его на поступок, который еще совсем недавно он бы ни за что на свете не сделал. Парень вынимает из кармана джинс телефон и набирает номер, полный неизвестно откуда взявшейся решимости все же оградить старика от очередной бутылки паленой водки.

Пока одни ищут покой в другой стране, одни меняют и перебарывают себя, другие ищут утешение на дне стакана и в девицах сомнительного происхождения. Денис был одним из тех подростков, которым было все дозволено. Проход в элитный ночной клуб, отцовские машины, девчонки, дорогие напитки. Ему едва стукнуло восемнадцать, но ощущение будто столько было всегда. Парень взлохмачивает свои немного отросшие волосы и обводит глазами клуб. Народу как никогда много. Сверху хорошо видно, как на танцполе все чуть ли не на головах друг у друга сидят. Он усмехается и допивает свой коньяк. На глаза ему попадается девчонка, так не смело протискивающаяся к барной стойке. Денис ставит стакан на стол, бросает небрежное «я сейчас» своим приятелям и спускается по винтовой лестнице вниз. Слишком быстро, боится упустить сегодняшнюю жертву.

Он всегда заполучал любую девчонку и эта тоже не станет для него проблемой. В его жизни была всего одна непокорная девушка, которую он до беспамятства любил. За эту непокорность и любил, кстати, а ее миловидная внешность просто приятный бонус. Он отправил ей три сообщения, которые до сих пор остаются в режиме отправки. Даша еще не долетела, и он это знает, но самообман никто не отменял. Парень внушил себе, что блондинка просто не желает с ним говорить, с такой отговоркой ему будет проще отвлечься, склеить эту девчонку и оторваться.

Наконец он настигает ее. Девушка заказала коктейль и неторопливо потягивает через трубочку. Он опускается на рядом стоящий стул и не сводит с нее немного пьяных глаз. Стоит ей посмотреть на него, и парень понимает, что победа близка. Денис пододвигается ближе, пара дежурных слов, девушка расцветает и уже готова на все. Он хватает ее за руку и ведет туда, куда заучил дорогу до дыр. Приватная комната освещается таким приевшимся ему синим цветом, он поворачивает ключ в замке и притягивает к себе брюнетку. Сейчас он снимет свое напряжение, выместит на ней злость, которую не смог выместить на самой виновнице его хренового состояния и оставит одну в этой чужой и холодной постели. Затем как ни в чем не бывало вернётся наверх к друзьям, снова станет у перил с полным стаканом, рассматривая пьяный народ, и предастся своим мыслям.

Каждый из них бежит от себя, пытается найти занятие способное отвлечь от главных проблем. Но это замкнутый круг, они все вернулись к исходной точке, в надежде все уладить. Гордыня и эгоизм сыграли с ними свою игру. Сегодня два парня будут до посинения мозгов думать о той, которая предпочла не думать ни об одном из них.

Читайте больше книг на сайте онлайн-библиотеки mir-knigi.org