Автор : "Leo Baf"
Название книги: Глупыш (СИ)
Читать на сайте: https://mir-knigi.org/author/leo-baf/glupysh-si

========== эпизод 1 ==========

— Ну, несчастье моё, что теперь будем делать? Это был твой последний шанс приобрести новую семью, горе ты моё, ну почему ты не можешь быть как все? Стоило просто промолчать, пока тебя не усыновят. Ну вот скажи, зачем ты её спросил, почему она такая необъятная? И как её муж смог её носить на руках, ведь именно так принц должен поступать?!

— Мама, я не знаю почему я спросил, но во всех книжках, что я читаю, принц всегда носит свою девушку на руках.

— Горе ты моё, и как только ты не поймёшь, что мы совсем в другом мире живём, не придуманном и не таком, как в твоих книжках.

Спросите почему «мама»? Да, именно так я называю нашу воспитательницу в детском доме, да и не только я, обычно все малыши так называют своих воспитателей. И лишь становясь взрослее, начинают обращаться по имени и отчеству. Ну, а я так и не смог иначе назвать нашу Анну Степановну. Ведь по правде сказать, она заменила мне мою мать. Я сам до сих пор не понимаю почему, но наверное так было нужно сложиться моей судьбе. Сначала мама отдала меня в интернат, ввиду того, что ей было тяжело меня растить одной и учиться. Поначалу меня даже брали на выходные домой, проводил праздники в семье, но со временем это происходило всё реже. И впоследствии меня определили в детский дом окончательно, лишь от старших я узнал, что от меня отказались. Что моя мама вышла замуж, а новому папе я оказался не нужен. И, чтобы остаться с новым мужем, мама решила оставить меня в детском доме. Хорошо быть маленьким, ты не можешь всё проанализировать как того требует время. Только с возрастом я начал понимать, что я один на белом свете и никому не нужен. Да и в свой адрес я это слышал не раз, поэтому я не мог ни на секунду расстаться со своими книжками. В них я находил своё утешение, мечтал вместе с главными героями, совершал свои подвиги. Вот меня и прозвали: глупыш, мечтатель и стихоплёт. Я не понимал, что же в этом плохого, если человек мечтает, неужели я один такой на свете? Разве это плохо — мечтать? Строить свои планы и немного приукрасить их? Но видимо так и было, не находя поддержки среди сверстников, я совсем замкнулся в себе. Порой я уходил в парк и там читал, предавался своим мечтам и, возвращаясь домой в детский дом, я опять получал нагоняй от мамы. Та ругала меня, что со мной может что-то случится, что нельзя покидать территорию детского дома и уходить одному.Но самое ужасное вовсе не это, ведь никто не знал моих тайн, моей мечты. Почему-то читая очередную сказку или роман про любовь, я находился словно в реальности вместе со своими героями. Переживал вместе с ними боль, и каждый раз радовался, когда принц освобождал принцессу, но я немного переделывал книжку по — своему, и так мне казалось совсем правильным. Принц освобождал меня, почему-то я не мог представить на этом месте девушку, хотя все легенды и сказания заканчиваются именно так. Всё это я держал в себе, да и не смог я рассказать никому, такого человека просто не было рядом. С этими мечтами я рос, и наступило то время, когда мне уже предстояло жить самостоятельно.

— Глупыш, ну почему я так переживаю за тебя? Ты же не сможешь выжить в этом мире один. Кто будет заботиться о тебе?

— Анна Степановна, мама, я смогу, я хоть и щуплый, но очень сильный, вот увидишь, я всё смогу в этой жизни.

Анна Степановна лишь прижала меня к себе, её руки гладили мои волосы, и она наклонилась, и тут же поцеловала мою голову. Мне казалось, что это и есть моя мама, но по какой-то причине она не может быть со мной в этой жизни. И всё это лишь испытание для меня, смогу ли я выжить в этом мире, где всё не так, как в моих мечтах.

— Глупыш, я тут кое-что для тебя постаралась сделать, завтра пойдёшь на завод «Новые технологии», там встретишься с директором, я уже с ним обговорила о тебе. Он лично хочет с тобой побеседовать. Если всё сложится удачно, то у тебя будет и работа, и жильё. Хоть это и общежитие, но зато свой угол.

Я поднял свою голову и посмотрел Анне Степановне в глаза, та, как ни старалась, но спрятать свои слёзы не смогла. Я лишь протянул свои пальцы и тут же убрал её слезу.

— Мама, ну зачем ты так, я смогу, обещаю тебе. Вот увидишь, я буду иногда тебя навещать, и ты даже будешь мной гордиться.

— Глупыш ты мой, глупыш, я и так тобой горжусь, но ты такой неподготовленный. Ну ладно, не будем друг друга расстраивать, да?

— Конечно, всё будет хорошо. А я смогу забрать свои книги с собой?

— Сможешь, я попрошу сама об этом нашего библиотекаря, чтобы разрешила взять твои любимые книги. А если что, то можешь всегда приходить и читать в нашей библиотеке.

Наверное и мне было страшно в душе, как оно будет в новой жизни? Смогу ли я научиться всему тому, что нужно в ней?

========== эпизод 2 ==========

Не всё так легко было, как я думал, лишь настал новый день, и я вошёл, так сказать, в новую жизнь, где я сам буду хозяином своей судьбы. Утром, как и обещал Анне Степановне, отправился на завод, я прошёл проходную и удивился тому, как огромен завод, на котором в скором времени я и буду работать. На проходной меня остановил вахтёр, мужчина, немного расспросив, что да как, позвонил по телефону. Окинув меня взглядом, словно оценивая с ног до головы, немного ещё слушал, видимо на том конце провода были кое-какие указания насчёт меня. Спросив мою фамилию, что-то тут же писал в журнал, затем выдал мне временный пропуск и показал, где находится дирекция завода. Я поднялся на второй этаж конторы, чисто и как-то по-домашнему всё здесь, множество цветов, что лишь располагает к приятному визиту. Секретарша тут же смерила меня своим взглядом, и, узнав подробности, велела подождать немного. Я уселся на диван, немного полистал журналы, которых здесь было великое множество, скорее всего как рекламные проспекты с изделиями завода.

— Вы не могли бы мне отдать ваши документы? Я должна предоставить их директору, для ознакомления.

— Да, конечно.

Я достал всё, что мне выдали в детском доме, и протянул конверт. Секретарша тут же вынула документы и стала рассматривать их, перелистывая.

— А вы… Марк Соколов из детского дома?

— Да, а что?

— Всё хорошо, я вас позову, если что.

Я так и остался сидеть в приёмной, разглядывая стены, шкафы, которых было здесь великое множество. Наверно я и сам нервничал, тут же встал и немного прошёлся по кабинету. Кулер булькнув, издал противный звук, и я тут же почувствовал, что мне ужасно хочется пить, даже губы пересохли. Стою со стаканчиком, как идиот, не могу решиться, какую воду мне пить, горячую или всё-таки холодную.

— Вас ожидают, проходите.

Я немного стушевался, затем всё-таки набрал немного холодной воды и одним махом осушил стакан. За столом сидел мужчина лет этак за 50, что-то изучал, рассматривая мои документы. Лишь когда я кашлянул, он поднял голову и окинул меня своим взглядом.

— Итак, вы и есть тот Соколов?

— Соколов Марк Алексеевич.

— Так, та… так, вы знаете, что за вас просила Анна Степановна?

— Да , мы вчера говорили об этом.

— Так ладно, характеристика вроде неплохая, зайдите в отдел кадров, там вас оформят и выпишут ордер на вселение в общежитие и ознакомят, что да как дальше делать. И ещё, не подведите Анну Степановну, мы давно знакомы и не хочу , чтобы вы марали её имя недостойным поведением или чего ещё хуже. Ну да ладно, я думаю мы друг друга поняли, не подведите её, одним словом.

Тут-то и началось, куча бумажек, телефонных звонков. Медосмотр, кабинеты врачей, психолога. Когда я всё это успею, ума не приложу. Через пару часов я вышел с проходной, отправился домой на крыльях, держа в руках ордер на вселение в общежитие. Вещей набралось всего пару сумок, если не считать сумку с моими любимыми книжками. Я ещё раз попрощался со всеми и потащил свою ношу, до вечера нужно было всё успеть, иначе после пяти часов я могу остаться с носом. На автобусе доехал до нужной мне остановки и, глядя на свои часы, сам понял, что я могу и не успеть. За всё это время я понял, что сумка с книгами не такая уж и лёгкая, и что мне теперь всё чаще нужно останавливаться, чтобы передохнуть. Глубоко вздохнув , я взял сумки и поспешил на ту сторону дороги, только, как всегда, я такой рассеянный, что даже не посмотрел по сторонам. То ли от тяжести, то ли от старости , лямки сумки лопнули, и мои книги тут же разлетелись по дороге. Только теперь я посмотрел по сторонам, на меня неслась на большой скорости машина, её тормоза заскрипели и издали протяжный скрежет. Бросить книги я не смог, да я успею, не впервой так. Я бросился обратно и старался собрать всё то, что лежало на асфальте, но, видимо, у машины скорость была намного выше, чем я себе представил. Я только и смог, что поднять голову, посмотреть ещё раз на машину и стоял, крепко зажмурив глаза, словно это может спасти меня от удара. В какое-то мгновение вся жизнь пролетела перед глазами, словно это действительно фильм. Даже сам себя назвал глупым, так и есть : ” ” Какой ты глупыш, Марк ! ” Очнулся я, когда парень бегал вокруг меня, нервно крича и всё спрашивая, всё ли со мной в порядке. После он шлёпнул меня своей ладонью по лицу и я словно вернулся на землю. Глянул на машину, что стояла от меня в каких-то тридцати сантиметрах, потом поднял голову и увидел его. Я смотрел на него: не может быть?! Принц, которого я часто видел в своих рассказах. Да , именно он, теперь он держал меня за плечи и тряс, словно куклу .

— С тобой всё хорошо? Встать и идти сможешь? Да что с тобой?

Я сглотнул комок, который до сих пор мне мешал дышать, и лишь потом совсем тихо сказал свои первые слова :

— Мне больно.

— Где? Скажи , где?

— Ты меня больно ударил по щеке.

— Оу, прости, но тебя иначе нельзя было привести в чувства, наверное шок.

— Всё хорошо, вот только пакет порвался и мне теперь не успеть в общежитие.

— Что?

— Пакет говорю порвался.

— Ты о чём сейчас говоришь? Какой пакет? Тут радоваться надо, что жив остался.

За всё это время я ни разу не отвёл от парня взгляда, да, именно его я всегда видел, хотелось коснуться его и убедиться, не сон ли это. Но как всегда бывает, в это время начал собираться народ, кто-то советовал вызвать полицию и скорую, и что эти богатенькие совсем страх потеряли, носятся словно угорелые.

========== эпизод 3 ==========

(Глеб)*

Как всегда, в самый неподходящий момент зазвонил телефон, глянув на дисплей и лишь немного подумав, решил ответить. Мама и так всегда обижается, что я не сразу беру трубку и отвечаю ей, не хотелось лишней нервотрёпки. Мы немного поговорили и, когда я бросил телефон на панель, увидел это чудо на дороге. А как иначе можно назвать парня, который видит, что навстречу ему мчится машина, и возвращается, чтобы собрать свои книжки. Не иначе, как чокнутый, повёрнутый на всю голову. Хорошо, что у него хоть очков нет, иначе сразу бы подумал, что очередной ботаник.

Ногой так упёрся в педаль, что потом даже чашечка коленная болела. Машину вело юзом и, слава богу, она остановилась совсем недалеко от этого чудика. Парень же, увидев такую картину, тут же шлёпнулся на свою пятую точку, прямо посреди дороги, широко раскрыв глаза. Страх, что я убил человека, пронзил сердце. Было ужасно подумать, что это произошло именно со мной. Ну вот и всё, Глебушка, сидеть тебе в тюрьме и будет у тебя большой успех, там таких, как я, очень даже любят. Скорее всего, твоя попа будет пользоваться большим спросом, от этого даже начался зуд в заднице. Что попало пронеслось у меня в голове, можно подумать, что сейчас больше не о чём было переживать. Я выскочил и хотел закричать сначала, но когда увидел парня, стало даже немного смешно. Хотя наверное у меня тоже был шок, я подскочил к нему, что-то кричал, а парень даже не реагировал на меня. Лишь пару раз ударив его по щекам, увидел реакцию, тот словно пришёл в себя, немного поморщился и произнёс пару слов. Блин, с меня словно гнёт сняли, сердце, правда, сильно стучало, но парень невредим, и это уже хорошо. Думал, сейчас начнётся истерика, как обычно такое бывает, но нет, парень лишь сильно расстроился, что у него порвался пакет, и ему не успеть в общежитие. Хотелось тут же рассмеяться, но нет, конечно, наверное для парня это действительно очень важно.

— Давай я тебя в больницу отвезу, пройдёшь обследование, а то потом затаскаешь меня по судам.

— Не надо мне никуда, со мной всё хорошо. Если можешь помочь, то дай мне какой-нибудь пакет для моих книг.

Парень тут же посмотрел на разбросанные книги, и видно было, как слезы наворачиваются на его глаза. Ему бы о себе подумать, а он о каких-то книгах переживает. Мы тут же их собрали, я уложил пакет в мою машину, на заднее сиденье, а глупыша сгрёб в охапку и усадил на переднее. Вовсе не хотелось, чтобы толпа зевак вызвала полицию, и тогда мне не успеть на встречу со своими друзьями.

— Тебе удобно?

Парень ничего не отвечал, он лишь сидел с широко раскрытыми глазами и продолжал смотреть на меня.

— Эй, алё, гараж, ты меня слышишь?

Я даже пару раз щёлкнул перед его лицом пальцами, стараясь привести его в реальность.

Никакой реакции, он лишь пальцами дотронулся до моего лица, легко провёл по щекам. Так странно было чувствовать его пальцы на своей коже, так нежно, и такое приятное тепло прошло сквозь меня. Я не ожидал такого и словно застыл на месте.

— Наверное я опять вижу сон, и ты опять со мной.

— Глупыш, мышонок, как тебя ещё назвать? Это не сон, и у тебя просто шок, скорее всего. Лучше пристегни ремень и скажи, куда тебя отвезти.

Парень немного поморгал своими длинными ресницами, которые обрамляли его большие чёрные глаза и тут же словно весь сжался. Он ещё сильней прижал к себе книгу, которую он так и держал при себе, и опустил свой взгляд в пол.

— Тут недалеко, всего лишь нужно парк пройти, я сам смогу, останови где-нибудь и выпусти меня.

Теперь наверное я поймал ступор, я смотрел на него в упор, изредка кидая взгляд на дорогу. Такие глаза, такой взгляд я никогда раньше не видел. Парень и вправду похож на мышонка с очень большими глазами. Я ничего не смог ответить, кое-как справился со своим дыханием и начал соображать, что мне делать дальше.

— Можешь здесь остановить, я сам дальше.

— Нет уж, я думаю с тебя сегодня хватит стрессов, не хочу себя винить, если с тобой что-то случится.

Я хорошо знаю эти места, этот парк и общежитие, что находится за парком. Я подвёз парня до самого крыльца.

— Это общежитие?

— Оно.

— Ладно, удачи тебе, и будь осторожен, когда переходишь дорогу.

Парнишка ничего не ответил, он продолжал стоять и смотреть, как я развернул машину и, проезжая мимо него, даже подмигнул ему. Кажется, в этот момент он улыбнулся мне, а может всего лишь показалось. Я глянул в зеркало заднего вида, он не сдвинулся ни на шаг, продолжая стоять и провожая меня взглядом. Чудной он какой-то этот парень, странный скорее всего.

****

(Марк)*

Я всё успел, мне дали комнату, хоть и небольшая, но очень уютная, и это самое важное. Главное то, что теперь я буду жить один в ней, всё самое необходимое есть. До работы рукой подать, так что не всё так плохо складывается. Получил бельё и только после этого сел на кровать, затем кинул подушку под голову и откинулся на неё. Я лежал и просто улыбался, я был рад, что я повстречал того парня, который мне снился по ночам и всегда был рядом со мной. Как жаль, что мы увидели друг друга при таких обстоятельствах и я, увы, не спросил его имени. Но я уверен, что найду его во что бы то ни стало, самое главное, что он есть на свете.

========== эпизод 4 ==========

Каждый мой день был похож на предыдущий, словно ничего не будет меняться в этой жизни. Утром уходил и лишь к вечеру возвращался к себе в комнату, я старался, как мог, пройти обучение и после начать работать самостоятельно. Я радовался, когда день заканчивался, наверное было непривычно войти в такой ритм работы, но иначе нельзя было. Самое прекрасное - это проснуться утром выходного дня, я подолгу лежал в кровати, слушая, как по коридору слонялись наши жильцы. Я не спешил, лежал , закрыв свои глаза, мечтая о том самом парне, вспоминая его улыбку, его взгляд. Могу много чего перечислить , но это совсем неважно в данный момент, главное я вспоминал его и думал о нём. Где он сейчас? Наверное, так же как и я, лежит сейчас в своей постели и нежится. А может и не один? Но это совсем неважно. Мне ужасно хотелось, хоть краем глаза, ещё раз увидеть его. Всё равно , станет ли он говорить со мной, самое главное — увидеть его взгляд, мне казалось, это сделает меня самым счастливым человеком на свете. Я не спеша вставал, принимал душ и лишь затем готовил себе завтрак. Хотя какой это к чёрту завтрак? Это выглядело порой очень жалко, но я нисколько не унывал, еда— это не главное для меня.

Прошёл месяц моей стажировки, и наконец-то я увидел первые свои заработанные деньги. Радости хоть отбавляй, вечером устроил себе праздник живота, мне казалось, что мои деньги никогда не закончатся, и я всё правильно спланировал. Но увы, наступал новый день, который быстро возвращал меня в реальность, и я стал понимать, что не могу так жить, что нужна какая-то система для выживания. Я шёл домой через парк, так намного быстрее и короче, задумавшись, что бы себе приготовить на ужин. Громкий смех раздавался из летнего кафе, которых здесь великое множество, и самое главное, везде одно и тоже. Поравнявшись с одним из этих кафешек, я увидел, что на импровизированной сцене был ОН. Да, именно тот парень, что подвёз меня на своей машине. Я даже остановился на мгновение и загляделся на него, он стоял с микрофоном в руке и пел в караоке. За столиком сидели такие же молодые парни и девушки, которые подпевали и просто смеялись. Скорее всего это его друзья, они вместе отдыхают сегодня. Я стоял и любовался им, пока меня не окликнул проходящий мимо парень.

— Ты либо заходи, либо иди дальше, стоишь на дороге, как истукан.

Я лишь извинился и ушёл прочь. Отойдя в сторону, укрылся под большим деревом, его кроны хорошо скрывали меня. Я стоял и продолжал любоваться парнем, смеясь вместе с ним и тихо подпевая знакомую песню. Я пересчитал свои деньги, как жаль, так хотелось зайти и сесть куда-нибудь, чтобы видеть его, но увы, я не могу себе позволить , даже этот чай. Мне этих денег хватит на целую пачку чая, ничего, следующую получку буду тратить с умом. Закончив работу, я шёл через парк, не спеша обходил все кафе, всматриваясь в лица прохожих, искал его взглядом и надеялся, что именно сегодня опять его увижу. Но шло время, и я понимал, что всё напрасно и не стоит больше сегодня ждать. Через два месяца я стал самостоятельно работать термистом, получил допуск к работе и, конечно, сейчас моя зарплата намного выше будет, чем ученические. Я радовался каждому своему успеху, порой маленькому, но мне было приятно, что это достиг я сам и это именно моё достижение.

Как бы мне трудно не приходилось, я не забывал навещать родные пенаты, свою воспитательницу Анну Степановну, мы подолгу с ней разговаривали, смеялись. Я рассказывал ей о своих успехах, Анна Степановна же рассказывала о своих новых ребятах, которые совсем недавно прибыли в детский дом.

— Марк, какой ты стал !

— Какой , Анна Степановна?

— Ты вытянулся, подрос и, мне кажется, стал красивым парнем, наверное от девок отбоя нет?

— От девок?

Я сам не ожидал, улыбаясь услышанному, что-что, а о девушках как-то даже и не задумывался до сих пор, наверное не моё ещё время.

— Неужели нет ни одной?

— Пока нет, Анна Степановна, да и не до девушек сейчас вовсе, я только недавно начал самостоятельно работать, защитился на термиста.

— Молодец, Марк, это надо срочно отметить.

— Так мы уже отмечаем, чаем конечно.

Мы смеялись нашим шуткам, я был рад, что немного развлёкся, хоть не думал о том парне. Порой я сам пугался, мне казалось, что сойду с ума от своих размышлений. Я был в цехе, когда телефон издал свой писк, извещая меня, что на карту поступили деньги. Ура, сегодня день аванса, пойду в магазин и куплю себе что-нибудь почитать. Я давно стал захаживать в один и тот же магазинчик, приобретая там очередную книгу. Мне он казался самым удачным по ценам и по расположению, да и продавцы уже хорошо меня знали. Будет чем заняться и хоть как-то отвлечься от моих дум.

========== эпизод 5 ==========

(Глеб)*

Вчера с ребятами отлично провели вечер, но сегодня это давало о себе знать. Моя голова никак не могла прийти в себя, лишь таблетка аспирина могла привести её в чувства. Вижу, что мой отец сегодня опять будет недоволен мною, и, как всегда, начнёт свою занудную песню. Мол, когда я уже стану серьёзным, да и вообще, тебе скоро фирма перейдёт и всё достанется тебе. Да, я бываю , порой , несерьёзным, но я молод, и хочу пока веселиться, а дома сидеть и погружаться в работу, я ещё успею.

Поднявшись , я выпил таблетку аспирина и поплёлся в душ. Всё как обычно, и лишь когда я стоял у зеркала, выбирая галстук, какой хотел надеть сегодня, я вспомнил, что не купил канцтовары, которые просил меня отец. Ну, да, так я и думал, что где-то всё равно накосячил. Засмеялся своим мыслям: «Ну, Глеб, не можешь ты без приключений на свою попу». Видать, я ещё не в том возрасте, и не чувствую всей ответственности своей работы. Постоял у барной стойки, выпил крепкого кофе, знаю, что это меня быстро приведёт в чувства.

Окинул взглядом свою квартиру, вроде всё в ней есть, но как-то пустынно в ней. Может отец прав, и мне уже пора завести хозяйку. Но для меня проблема не в этом, завести можно котёнка, щенка, а человека, прежде всего, нужно сильно любить, а я пока никого не нашёл. Так чтобы сильно захотелось видеть этого человека, просыпаться с ним утром и любоваться им одним. Сам было чуть не затянул аркан на своей шее, спас случай с Мышонком. Так я тогда прозвал парня, которого чуть не сбил на своей машине. Когда отвёз его к этому страшному бараку, и он, сидя в моей машине, смотрел мне в глаза, и потом, едва касаясь своими пальцами моего лица. Никогда не чувствовал ничего подобного, сколько девушек у меня было, наверное трудно вспомнить, и трогали они меня, и трахались мы. Но я ни разу не чувствовал того тепла, что излучали пальцы парня, его взгляд словно загипнотизировал меня.

Сделав последний глоток, поставил чашку в мойку, немного замешкался, ладно, вечером помою, не хочу, чтобы отец опять пилил меня. Фирма хоть и своя, но с первого дня моей работы отец установил золотое правило : есть график работы, он касается и меня, и опаздывать я не могу, если, конечно, нет уважительной причины.

Пока я ехал на своей машине, я всё размышлял о воспоминаниях, что утром нахлынули на меня. Почему я опять вспомнил этого Мышонка, с его большими глазами, которые так смотрели на меня. Странно это как-то, но мне всё равно хотелось бы его ещё раз увидеть. Кажется, что у этого парня не всё гладко в жизни, что он за короткое время много чего пережил. Ладно, что-то я совсем не то делаю. Поставил машину на парковку и уже поднимался по ступенькам, как увидел Катю.

Катерина, наша секретарша, в основном её работа готовить договора, оформлять документы для сделок, а иногда мне готовить кофе, отец, по большей части, пьёт чай. Умная, красивая и всегда вежливая, неважно кто к ней обращается. Я улыбнулся ей, поздоровался и сам подумал: может она будет той самой моей девушкой? Представил её в своём доме, вроде всё отлично, но когда представил спальню и её день за днем в моей кровати, меня аж передёрнуло: «Вау! Вот бред то мне сегодня в голову лезет, нет, надо срочно с друзьями погулять в выходные».

Отец был в кабинете, что-то рассматривал, листая какие-то бумаги.

— Пап, привет!

— Глеб, и тебе доброго утра!

— Пап, я знаю, что бываю несерьёзным, тут такое дело.

— Глеб, не юли, говори прямо, что натворил?

— Почему сразу натворил? Короче, я забыл выполнить твоё поручение вчера, только не ругайся, я сегодня же всё куплю после работы.

— Ну сегодня, так сегодня, только возьми всё то, что составила по списку Екатерина.

— Пап, я всё понял, и расходник потом предоставлю.

Хотелось в обед заскочить в магазин, но как-то не сложилось, куча звонков, как назло всем нужен был юрист сегодня, прорвало их что ли. Вот и пришлось всё отложить до вечера. Я сделал нужный мне звоночек, продиктовал список нужных мне товаров и обещал заехать к концу рабочего дня.

Я давно пользуюсь услугами одного небольшого книжного магазинчика. Нравится то, что мне не нужно бегать и искать по полкам всё необходимое, стоит лишь сделать заказ и потом, оплатив, его просто забрать. Так было бы и в этот раз, если не считать одно но. Я оплатил всё строго по счёту, мой товар уже ждал меня на прилавке. Мне выписали чек и, убрав его в коробку, я по неосторожности положил своё портмоне сверху, и пошёл к выходу. Я уже почти достиг цели, когда в меня вновь врезалось это чудо.

— Мышонок? Ты что , преследуешь меня?

От неожиданности я уронил коробку, парнишка тут же нагнулся, чтобы помочь мне, и мы неловко ударились лбами.

— Прости, прости, я такой неуклюжий.

Я рукой взялся за лоб , растирая место удара, он же сидел и словно онемел, широко раскрыл свои глаза и тихонько протянул руку к моему лбу. Так нежно коснулся, что мне казалось, даже мама не касается меня так. Я сидел и смотрел на него, в его удивительные глаза. А он просто дотронулся пальцами лба, затем нежно опуская их, провёл по моей щеке.

— Очень больно?

— Да нет, всё хорошо.

— Хочешь, помогу отнести тебе коробку?

— Не нужно, я сам, я на машине.

Я поднял свой заказ и вышел из магазина, спиной чувствовал, как парень провожает меня взглядом. Повернул ключ в зажигании, мотор взревел, и я уехал прочь. «Блин, блин, да что со мной творится!» — накрыло ощущение дежа вю. Я теряю контроль над собой, когда вижу этого парня, его руки словно гипнотизируют меня, и я, как кролик, сам лезу в пасть удаву.

========== эпизод 6 ==========

Было уже далеко за пять вечера, я всё ещё шатался по цеху, не спеша убирал рабочее место. Да и куда мне спешить, я знаю, что меня никто не ждёт, тем более дома. В душе уже никого не было, когда я, наконец-то, зашёл, немного ополоснулся и , одевшись, отправился в ближайший банкомат, чтобы снять хоть какую-то наличность. Такое ощущение, что именно сегодня все получили зарплату, я стоял и ждал своей очереди, сразу решил, что сниму всего лишь ту сумму, которая мне нужна будет, чтобы прожить неделю. Я стал рассчитывать свой бюджет, строго распределяя, что да как мне купить, чтобы хоть что-то осталось до новой зарплаты.

Когда шёл в сторону магазина, ещё раз пересчитал свои деньги и лишь потом зашёл вовнутрь. Классно, народу практически никого, девушка-продавец, увидев меня, тут же улыбнулась и поприветствовала. Я стоял и долго разглядывал книги, всё то, что считалось новинкой, читал и никак не мог выбрать именно то, что считал сейчас так необходимым мне. Наконец-то я нашёл то, что мне нужно, ещё раз прошёлся по краткому содержанию и отправился на кассу. Мне понравился сюжет, и я шёл не глядя, что там у меня впереди. Вывернул из книжного ряда и чуть не сбил его, да, именно тот парень, юноша из моих снов, парень-принц, которого я так часто видел ночами, засыпая в одиночестве. Всё получилось как в том фильме, он уронил коробку, я попытался ему помочь и мы стукнулись при этом лбами. Он опять меня назвал мышью, наверное я не стою никакого внимания, видимо так ужасен, что даже не удостоился даже пары слов. Всё так печально, даже от моей помощи отказался. Я стоял и провожал его взглядом, и лишь когда он скрылся из виду, увидел, что под полками лежит портмоне. Я поднял его, хотел было оставить на кассе, но я всё-таки открыл его и посмотрел на содержимое. Деньги, разные банковские карты, визитки и права. Я взглянул на них, да, это права парня, которого я чуть не сшиб. Аристов Глеб Владимирович, я было кинулся ему вслед, но в руках у меня была неоплаченная книга. Быстро рассчитался и выбежал на улицу, и увидел, как машина свернула по дороге и исчезла из вида. Я стоял, держа в руке портмоне, не зная что мне делать, и как быть. Лишь дома стал внимательно изучать содержимое, тут-то я и увидел визитку: Аристов Глеб Владимирович (юрист, бракоразводный процесс, иск в суд). Там ещё много чего значилось, но это совсем неважно, самое главное, что был телефон Глеба и адрес фирмы. Настало утро, я носился по комнате, примеряя всё то, что есть в моём скудном гардеробе, ничего не удовлетворяло меня. В конце концов психанув, я же не на смотрины иду, а просто вернуть его портмоне и всё. Надел свою светлую рубашку, синие джинсы, тут выбора нет, они всё равно у меня одни, и отправился на свой завод. Пока начальник пришёл, я уже вовсю трудился в своём цехе. Он даже удивился, что это со мной случилось, возможно, делать дома нечего.

— Марк, ты чего, стахановцем стать хочешь что ли?

— Степан Александрович, я хотел бы сегодня отпроситься на час раньше, если это возможно, я отработаю без обеда. Если нет, то могу в другой раз остаться сверхурочно, но мне очень нужно сегодня.

— Марк, да я не против, можешь уйти, но перед этим меня найди и ещё раз напомни.

— Договорились, и спасибо вам большое.

— Да не за что, все мы люди и надо входить в положение.

Я был рад , что всё улажено, я сделал всё , что мне было положено и , увидев начальника, ещё раз спросил про свой уход. Он прошёлся по цеху, посмотрел на детали, снова пересчитал, и лишь потом пожелал мне удачи. Знаю, что от моего участка много зависит, и я сам не хочу, чтобы из-за меня какой-то участок встал, и не выполнил своё задание.

Найти фирму Глеба мне не составило большого труда, она располагалась в центре нашего города, в очень хорошем доме. Ещё издалека я увидел вывеску «Аристов & Г». Как только увидел, сразу замедлил свой шаг, сердце забилось ещё сильней, в голове вертелось что попало. Что я ему скажу? Привет, я мышонок, принёс твой кошель? Бред какой-то, хотелось развернуться и просто уйти, но я не могу и не хочу. Я должен вернуть ему его вещь, там права и карточки, они же нужны каждый день. Я стоял совсем недалеко от входа, следил за каждым человеком , который входил и выходил, Глеба же всё не было. Ноги уже устали стоять, я немного походил по двору, оборачиваюсь и вижу , как из офиса вышел сам Глеб. Он постоял немного у дороги, я всё не решался подойти, ноги совсем не слушались меня. Через пару минут подъехало такси, тут я сам не сдержался и окликнул Глеба по имени. Сначала он замер, всё не решаясь открыть дверь авто, затем оглянулся и удивлённо посмотрел на меня.

— Мышонок? Опять ты?

— Глеб, не называй меня так, пожалуйста.

— Я так и думал, что ты начнёшь меня искать, деньги потребовать решил за тот случай, что я чуть тебя не сбил.

— Вовсе нет.

— А что ещё ты хочешь от меня, если не деньги?

— Я просто хотел вернуть тебе то, что принадлежит тебе.

Я тут же протягиваю ему его портмоне, он берёт его в руки и долго смотрит на меня. Таксист начал сигналить, Глеб что-то сказал ему, и тот чуть-чуть отъехал и припарковался на стоянке. Он тут же открыл его, изучая содержимое портмоне, прошёлся по купюрам, по карточкам.

— Я не трогал твои деньги, если переживаешь, я даже их не пересчитывал.

— Наверное это мало тебе, для вознаграждения?

— Не всё меряется деньгами.

— Чего же ты хочешь, назови свою цену.

— Ничего, просто посчитал, что это важно для тебя и ты не такой, как все.

Я повернулся и быстрым шагом пошёл назад, почему-то сердце защемило от боли, почему он со мной так? Неужели я так и не смогу понять этот мир , его правила, так всё грубо и жестоко кругом.

========== эпизод 7 ==========

(Глеб)*

Всё было как обычно, ничего не предвещало беды, быстро собрался и уже ехал на работу, как увидел патруль на дороге. Ещё подумал : ” Надо же так рано, а наша полиция не спит.” Интересно, а я-то что радуюсь? Что-то меня тревожит, я тут же хватаюсь за свой карман и не нахожу своё портмоне, в бардачке его тоже нет, неужели дома оставил все документы ? Странно всё это, я себе такого никогда не позволял, хорошо хоть патруль не остановил, иначе штраф и куча проблем. Придётся вечером на такси домой возвращаться. Блин, это так неудобно! Как назло, народ шёл и шёл сегодня, его словно прорвало, каждому подай именно сегодня консультацию. Да уж, пришлось работать, лозунг фирмы :« Работаем до последнего клиента.» Лишь только последний клиент простился, я быстро схватил свои ключи и вышел на улицу. Приятно было дышать свежим воздухом, за целый день так ни разу и не выходил. Я стоял и ждал своё такси, которое уже успел заказать, как вдруг услышал знакомый мне голос, этот голос не спутать ни с чьим другим. Я обернулся и увидел своего мышонка. «Блин, всё-таки ему нужны деньги!» — это первое, что промелькнуло у меня в голове. Сейчас начнётся: угрозы, давить на жалость и всякая дрянь. Хотя парень стоял и немного даже покраснел сначала, говорит пару слов и он протягивает мне же моё портмоне. Но откуда оно у него?

— Как он у тебя оказался?

— Глеб, ты его выронил вчера в магазине, когда мы столкнулись.

Заглядываю внутрь портмоне , сам поразился, все деньги целы, мои права, карточки, всё на месте. От вознаграждения он отказывается, неужели я мало предложил? Он же обиделся, повернулся и просто стал уходить, мне даже показалось, что он побежал. Вот я чурбан, сам не понимаю, что на меня нашло, почему так поступаю.

— Мышонок, ну погоди ты хоть секунду. Поверь, я не хотел тебя обидеть.

Парень немного сбавил темп и затем остановился, он подождал, пока я его настиг и повернулся ко мне.

— Может сам что хочешь? Ты только скажи, я всё сделаю, я должен тебя отблагодарить за то, что вернул мне мои права, деньги не в счёт, важен документ.

Он немного помолчал, затем совсем тихо промолвил своё первое слово.

— Это правда? Не обманываешь?

— Обещаю тебе, всё что захочешь.

Парень смотрел на меня, он ни на миг не отводил от меня своих глаз, я не выдержал и сам опустил свой взгляд.

— Проведи со мной вечер, всего лишь три часа, большего мне ничего не нужно. Хоть раз хочется увидеть ночной город, посмотреть на его красоту, на пароходы, что идут по реке.

— И это всё?

— Это дерзко?

— Да вовсе нет, но такое странное желание.

— Обещаю тебе, что после этого дня ты меня больше никогда не увидишь в своей жизни. Хотя я и сам не понимаю, почему мы с тобой столкнулись, и не раз.

— Хорошо, прошу в мою машину.

Парень сел в неё, в этот раз сам пристегнулся ремнём и смотрел на меня, он нисколько не отворачивался, порой казалось, что он не может наглядеться.

— Мышонок, будешь так смотреть, дырка на мне появится.

— Я не хотел, прости. И хватит меня называть мышонком.

— О кей, тогда может скажешь своё имя?

— Марк, просто Марк.

— Очень приятно, просто Марк.

Я протянул руку Марку, тот посмотрел внимательно и тихо подал мне свою руку, как удивительно нежна у него кожа, и рука такая тёплая. Как я и обещал, мы катались по ночному городу, я смотрел на Марка, как он улыбался и просто радовался каждому мгновению, что он со мной. Удивительно порой бывает, такая малость, а человек так счастлив.

Я остановился на набережной, хотелось просто прогуляться и подышать свежим воздухом. Марк подошёл в перилам и смотрел на проплывающий теплоход, его глаза светились при ночных фонарях. Я же стоял в стороне и просто смотрел на него. Вроде и немного времени прошло с тех пор, но мне кажется, что он похорошел, стал уверенным в себе.

— Любишь смотреть на теплоходы?

— Очень, я же никогда этого не видел до сих пор.

— Ты что , в тюрьме сидел?

— Можно и так назвать.

Он повернул голову, смотря на меня, я весь напрягся, в голове пронеслась мысль: «Где же он мог успеть что натворить?»

— Детский дом, для меня это словно тюрьма.

— У тебя что, нет никого из родных?

— Почему же , есть, только я оказался ненужным. Я не хочу об этом говорить.

Парень стоял и смотрел на водную гладь, как волны накатывались на берег и с шумом плескались о песок. Глаза стали влажными, мне так хотелось его обнять в этот момент. Он лишь посмотрел на часы, затем на меня.

— Осталось 20 минут, подкинешь меня до парка?

— Да, конечно, время не важно для меня.

— Мы договаривались на три часа, моё время вышло.

— Ты мне напоминаешь сказку про Золушку.

Остаток дороги Марк не произнёс ни слова, он лишь смотрел на свои старенькие часы и наблюдал за временем. Как и обещал , я подвёз его до входа в парк и остановился.

— Ну вот и всё , Марк, я сделал всё, как обещал.

— Спасибо тебе , я никогда не забуду этот вечер.

Он совсем тихо отложил ремень, повернулся в мою сторону и видно было как он сглотнул комок, что стоял у него в горле. Его пальцы, такие тёплые коснулись моего лица, немного приподняли подбородок, и он тут же прикоснулся своими губами к моим губам . Яркий вкус ванили, я сразу почувствовал этот вкус, словно мы вот только что ели мороженое. Он не сказал ни слова, открыл дверь и побежал в тёмный парк. Я не мог сдвинуться с места, лишь своими пальцами коснулся губ, нежно провёл по ним, словно я хотел сохранить этот поцелуй в памяти.

========== эпизод 8 ==========

(Марк)*

Даже не мог представить, что Глеб согласится провести со мной вечер, наверное в глубине души я всё равно надеялся, что оно именно так и будет. Но мой риск был оправдан, когда он ответил, что согласен, я думал моё сердце разорвётся от радости. Я сел на переднее сиденье, видел, как Глеб посмотрел на меня, улыбнулся и мы поехали. Он уверенно вёл свою машину, словно мы не ехали, а медленно плыли по улицам нашего города. Выехали на на набережную, спустились вниз к Речному вокзалу, везде шёл народ, прогуливаясь и вдыхая прохладу вечера. Затем парк Победы, я никогда здесь не был, хотя и не раз видел его по телику, немного прошлись. Я ходил по аллеям, Глеб чуть-чуть позади меня, порой мне казалось, что он разглядывает меня, чему-то улыбается загадочно. Я же смотрел на свои часы и сам нервничал, не хотелось, чтобы этот вечер заканчивался. Я не хочу расставаться с ним. Для себя я уже решил, что всячески буду избегать встречи с Глебом, я просто могу не выдержать. Да и всё это лишь мои мечты и фантазии. Фантазии, в которых я обнимал парня похожего на Глеба, я уже давно был влюблён в него. Но, наверное, в жизни совсем всё иначе, нельзя смешивать одно с другим.

Город погрузился в ночь, фонари горели и освещали рекламные щиты, улицы, витрины. Всё ближе надвигался час расставания, последнее, что было — Глеб привёз меня на набережную. Он свернул в переулок и припарковался, я же отправился к реке и любовался вечером, смотрел как по водной глади шли баржи, везя разного рода груз, проходили теплоходы , все в огнях. Я стоял, положив свои ладони на перила и всматривался в даль, слушая, как волны бьются о берег и с шелестом откатываются назад.

— Марк!

Я оборачиваюсь назад и вижу, как в мою сторону идёт Глеб, сердце сжалось от боли. Боже, как он красив, я просто завидую ему, завидую всем девушкам на свете, которые могут не стесняться и подойти и просто сказать: «Привет!»

— Держи, наверное устал уже?

— Это мне?

Глеб держал мороженое, я же медлил, смотрел на него и любовался им каждую минуту, что мы вместе.

— Не стоило, я не очень-то люблю его.

— Этого быть не может, мороженое все любят.

Я сам не знаю, почему так ответил, скорее всего это было то, что пришло мне на ум. Глеб ел своё мороженое , иногда что-то рассказывал, а я, а что я? Я стоял и слушал его, мне хочется запомнить всё, что связано с этим парнем, запомнить его голос, его глаза. Я стоял и смотрел на свои часы, они тикают и приближают меня к одиночеству. Ещё пару минут, и я опять окунусь в свои проблемы, а ещё страшнее, в своё одиночество.

Глеб подвёз меня к парку, мои руки тряслись от напряжения, хотелось кинуться к нему , обнять и сказать: «Я погибну без тебя. Мне не выжить одному в этом мире, позволь хоть иногда смотреть на тебя издалека.» Единственное , на что хватило сил, это поцеловать его и бежать, бежать, как бежит трус. Я бежал по тёмным аллеям парка, мне не нужно было смотреть, что там впереди, дорогу я знал уже наизусть. Глаза застилают слёзы, они крупными каплями скатывались по моим щекам и падали, падали вниз. Не хотелось идти в свою комнату, знаю, как стены давят от одиночества, я сел на скамейку и закрыл лицо руками. Пальцами так сильно сжал голову, причиняя себе боль, чтобы хоть как-то прийти в себя. Да, можно делать что угодно, можно бить себя по лицу, резать вены, но нельзя вырезать то, что есть в сердце. Сам не знаю, сколько я так просидел, на душе было пусто, я не могу больше плакать, словно душа покинула меня . Я встал и, как старик, поплёлся к себе домой, да , именно домой, в мою маленькую комнату. Я скрывался в ней, словно улитка прячется в своей раковине. Хотелось уснуть и с наступлением нового дня ничего не помнить о сегодняшнем. Я вновь и вновь прокручивал в голове этот день, как я был счастлив, просто находиться рядом и видеть Глеба, но увы, всё хорошее заканчивается. Значит есть надежда, что и плохое закончится тоже, в природе должен быть баланс. Я огляделся в своей комнате, сначала хотелось есть, но потом просто упал, не раздеваясь, на свою постель, так и уснул. Наверное я так сильно был опустошён, что не смог больше думать, мой мозг сам отключился, сохраняя мне жизнь.

Лишь когда утром встал , я дал себе клятву, что никогда больше не буду думать о Глебе, это всего лишь моя фантазия. Что надо жить настоящим, двигаться дальше. Собрал все свои книги и упаковал их в коробку — не хочу читать, не хочу мечтать. «Всё настоящее» — это новый мой лозунг, с которым я решил идти по жизни. Всё было конечно не так, я продержался ровно неделю. После выходного дня, я бежал в сторону офиса Глеба, лелея надежду, хоть издалека увидеть его. Я часами стоял и ждал, когда он выйдет из офиса и я смогу любоваться им.

========== эпизод 9 ==========

Порою жизнь к нам несправедлива, но мы всё равно стараемся идти, идти вперёд, думая, что именно там, за следующим поворотом, всё будет хорошо. Вот и я, всячески старался держаться подальше от Глеба, порой это у меня получалось. Но начиналась ночь, и я опять вспоминал его образ. Лицо парня, в которого я имел глупость влюбиться с первого моего взгляда.

Наступила осень, с нею холода и первый снег. Всё было словно сейчас, я вышел с завода и опять пошёл увидеть его. Я так замёрз, ожидая, когда же он выйдет из офиса, руки совсем окоченели, и я никак не мог их согреть. Может это и неважно было сейчас, но я стоял и упорно ждал. Свет погас, сначала вышла красивая девушка, следом тут же появился Глеб. Они о чём-то говорили и смеялись, не было смешно лишь мне, я стоял, так и не сумев сделать и шагу. Глеб подошёл к своей машине, открыл дверцу, и дамочка села на переднее сиденье. А Глеб молодец, умеет ухаживать за своей девушкой, почему-то именно так я сейчас подумал.

Был Новый год, я гулял по большому городу, днём зашёл в свой детский дом, всех поздравил , потом ушел в общежитие , закрылся один в своей комнате, словно затворник.

С тех самых пор я старался не ходить и не подглядывать больше за Глебом. Лишь когда становилось совсем невмоготу, но мне всё равно было легче. За всё это время я даже умудрился познакомиться с парнем в нашем парке, почему-то он сразу подсел ко мне, и у нас завязался разговор. Через час он уже тащил меня в ближайший подъезд. Я не сопротивлялся вовсе, мне было абсолютно всё равно, я думал, что может так оно и лучше. Завяжется дружба, и я забуду свою боль. Парень оказался не промах, не долго думая, начал меня раздевать, чтобы тут же заняться со мной сексом. Меня словно кто-то кипятком ошпарил, в любой момент может выйти человек из квартиры, а мы, вот красавцы, заняты своим делом. На мою просьбу пойти ко мне или хотя бы туда, где есть нормальные условия, он лишь улыбнулся. Да и огорошил меня тут же, сказав, что зачем для единственного траха нужно куда-то далеко идти. Это всего лишь встреча на один раз, не более. Больше шагов я не предпринимал, для меня этого хватило. Праздники, каникулы, а там и первые капели, днём пригревало солнышко, появились первые проталины. Я гулял по набережной, смотрел, как движется лёд на реке. Это красиво, когда глыбы поднимаются вверх и с грохотом падают вниз, разбиваясь на сотни тысяч кристаллов. Так прошло наверное шесть месяцев, стало по-настоящему тепло, лето с его жарой, дождями и всеми прелестями. Я редко с кем-то общался, все уже привыкли видеть меня таким нелюдимым. Начальник участка попросил зайти после обеда к нему в нормировочную. Я и представить не мог для чего, но надо, так надо.

— Степан Александрович, вы просили меня зайти к вам.

— Верно, верно. Марк, тут с профкома выделили курсовку на Алтай, есть желание поехать?

— Я не знаю, наверное это дорого?

— Да нет, с тебя всего лишь 50%, это где-то около 6 тысяч. Уж больно за тебя кадровичка хлопотала, ты же у нас детдомовский. Да и отпуск у тебя уже подошёл, так что дуй его оформлять , всё в принципе уже обговорено.

Как и следовало, я оформил все документы, получил свою курсовку, немного изучил её. Вечером полазил по карте, изучая , где и что находится. Следующий день посвятил покупкам, нужно было приобрести хоть пару новых футболок, шорты и носочки. Я не сильно стал заморачиваться, да и ни к чему всё это, кто меня знает, да и кому это нужно. Такая скромная у меня была логика. Мне выдали мои отпускные, так что проблем никаких не возникло. Собрал сумку, и на следующий день в назначенное время подъехал к спорткомплексу им. Блинова, откуда и должен был отправиться мой автобус. Народу полный автобус, все 54 места заняты туристами, я сел на своё место. Надел наушники и, настроив нужную волну, отправился в своё первое путешествие по Алтаю. Мне предстоит семнадцать часов трястись в автобусе, с остановками, но это всё равно очень тяжело. Вечером в десять мы заехали в город Новосибирск, проехали Обское водохранилище, я даже и не думал, что оно такое огромное. Я смотрел вдаль, не видно и края, лишь водная гладь, множество катеров, яхт. Так красиво, солнце опускается за горизонт, на воде видны лишь его отблески и красные блики. Иногда я засыпал, но мне было так интересно, что я, по большей части, смотрел в окно, ожидая увидеть, когда моему взору откроются горы. С нами был сопровождающий, который оповещал о предстоящей остановке, деревне или городе. Наверное было уже три часа ночи, когда мы заехали то ли в посёлок, то ли в большую деревню со смешным названием Перуново. Остановка сорок минут, можно перекусить в кафе «Дилижанс». После него и начинается Горный Алтай, а там мне осталось ещё шесть часов езды до туркомплекса «Орлиное гнездо», почему-то смешное название. Представлялось сразу гнездо и орёл, странная ассоциация, ну да ладно, лишь бы было красиво и погодка позволяла.

========== эпизод 10 ==========

Приятно было размять ноги, омрачало лишь то, что в воздухе висела пыль. Рядом находились :придорожное кафе, стоянка многих машин, автобусов и просто туристов. Порой казалось, что жизнь здесь ни на секунду не замирает, одни уезжают, другие приезжают. Самое главное, все хотят поесть и отдохнуть.

Первым делом нашёл туалет, где хоть немного можно умыть лицо и руки, казалось, что я весь покрылся пылью и гарью. Глянув на очередь в столовой, решил, что не стану тратить своё время, просто взял пару пирожков и чашечку кофе. Конечно хотелось горячего, но я решил поступить по-другому, просто сэкономлю своё время и немного погуляю на свежем воздухе.

Ночь, практически нет звёзд на небе, прошёлся немного по территории. Вдруг на меня упали первые капельки дождя. Я немного расстроился, но у природы свои законы, самое главное — тепло. Через сорок минут мы тронулись дальше, то ли от дневной жары, то ли от выпавшего дождя на дороге показался лёгкий туман. Водитель даже снизил скорость автобуса, начались серпантины, спуски , подъёмы. Я всё смотрел и ждал , когда же я увижу горы, первые лучики солнца резанули мои глаза, пробиваясь через лёгкий туман.

Мы подъезжали к Бийску, когда вдали я увидел едва заметные очертания гор. Сразу подумалось: «Неужели они действительно такие низкие ?» Сам город почему-то находится как будто в котловане, крутой спуск и мы выезжаем на Чуйский тракт. Дорога такая ровная, что порой кажется, наш автобус не едет, а всего лишь тихо плывёт. Вот уже показались первые валуны возле дороги, большие сосны и в тумане величественные горы. Это потрясающе, видеть такое при утреннем рассвете, да ещё в лёгком тумане.

Наверное я сидел с открытым ртом, впитывая в себя всё то, что предстало перед моими глазами. Дорога, виляя по серпантинам, строго копировала реку Катунь, её воды бурно бились о скалы, валуны, обтачивая их своей силой. В скором времени показались и первые базы, что также располагались совсем недалеко от дороги, стали выходить первые отдыхающие. Меня тоже предупредили, что через полчаса будет моя остановка, чтобы я приготовился и ждал.

Свою базу я увидел издалека, стояла большая вывеска, странно , подумалось, что совсем не видно домов. Когда автобус остановился и я вышел, забрав свою сумку, то увидел, что база находится в сосновом бору. Тишина, воздух такой чистый, что я чуть не захлебнулся , жадно вдыхая лесной аромат. Солнце с утра уже припекало, в воздухе всё парило от выпавшего ночью дождя.

В администрации сверили мои документы и попросили немного подождать, мой домик был ещё занят. Оставил свою сумку и просто решил пройтись по базе, чисто, газон аккуратно подстрижен. Все четыре коттеджа из кедра, резные, словно я попал с сказку. Почему-то вспомнилась сказка про Машу, которая пришла в гости к медведям.

У крылец домов раскинулись большие гортензии, с такими крупными бутонами, что те под своей тяжестью просто лежали на земле. Около реки располагались летние домики, в одном из которых буду жить и я. Даже здесь, гуляя по дорожкам, я слышал шум реки, тут же спустился немного вниз. По Катуни тянулся лёгкий туман, вода текла своей дорогою, натыкаясь на огромные валуны, билась об них и затем, огибая, текла дальше. Я только приехал, а мне казалось, что я уже давно в этой сказке.

Через час меня провели в мой домик — это потрясно. Большая кровать, душевая кабина и даже детский диванчик с журнальным столиком. Я тут же упал на кровать, растянулся и сам не мог поверить в такую удачу. Вот это отдых, мечта, вот так бы мне хотелось жить. Природа просто супер, горы, река и чистый воздух. Пару дней я жил словно во сне, я до сих пор не мог поверить в это чудо. Было наверное уже около двенадцати, я сидел около администрации и ждал, когда группа поедет на экскурсию. На территорию заехала машина, очень похожая на машину Глеба, я даже подскочил от неожиданности, сердце забилось в бешеном темпе. Она тихо остановилась недалеко от администрации, сначала вышли две девушки, громко смеясь и тут же фоткаясь и делая свои селфи. Затем вышел и сам Глеб, он потянулся, немного попрыгал, разминая свои ноги, с ним ещё показались пара парней. Чёрт, чёрт, только этого мне и не хватало, от радости не осталось и следа. Неужели во всём Алтае не было места, что им нужно было приехать именно сюда и испортить мне отдых. Хорошо хоть наш экскурсовод позвала нас в микроавтобус и мы тут же собрались и уехали. Первое, что я увидел, это была экскурсия в «Долину духов», с его красивым водопадом, петроглифами на скалах и смотровой площадкой на самой горе. С его потрясающими легендами, которые нам рассказывала Катя, наш экскурсовод. По узкой тропке то и дело ползали змеи, некоторые вообще лежали на больших валунах и грелись в лучах солнца. Водопад, словно он сделан руками человека, большая глыба и с неё тихо спадала вода. Красоты хоть как-то отвлекали меня от воспоминаний, но стоило сесть в микроавтобус и отправится на базу, как я опять погрузился в свои воспоминания.

========== эпизод 11 ==========

(День четвёртый)*

Не смотря на час разницы во времени, я всё равно просыпался так же, как у себя в Омске, нравилось утром гулять по сосновому бору, дышать свежим воздухом, да просто любоваться рассветом. В это время жизнь на базе вновь закипала. Пожилой мужчина убирал траву, кое-где заново её подкашивая. Девушки-горничные спешили убрать номера, поменять постельное белье, готовить домики для новых постояльцев. В ресторане вовсю кипела работа, повара трудились над завтраком, чтобы нас утром вкусно накормить.

Завтрак был включён в путевку, и поэтому в 9:00 я заходил в зал и усаживался за свой столик, ожидая , когда официант принесёт мой завтрак. Кормили как на убой, отменный завтрак и обслуживание, девушки - официантки быстро носились вдоль столов, обслуживая клиентов. Сами мы брали лишь напитки, если есть желание, сладкое и разного вида джемы. Это утро не было исключением, я приготовил себе чашку кофе и просто сидел и разглядывал стены ресторана. Каменный пол, массивные столы и стулья, на стенах висели головы кабана, оленя, какие-то рога. Всё это производило неизгладимые впечатления. Мой завтрак, макароны с сыром, сосиска и салат из свежих овощей. Я чувствовал себя просто превосходно, пока не увидел его. Шумная компания и Глеб словно оживили весь ресторан, девушки с шумом начали занимать свои места, затем двое парней. Глеб же стоял и наливал кому чай, кому кофе. Когда увидел его, чуть не обронил свою вилку. Глеб был так красив, что я напрочь потерял аппетит. Одет с иголочки, белые легкие парусинки с такими же белыми низкими носочками. Белая футболка чётко облегала его красивую фигуру, шорты. Ну, блин, это вообще полный пипец! Всё подчёркивало его красоту. Он улыбался и что-то говорил, я, конечно, не слышал что, но девушки тут же смеялись, наверное чудно провели ночь. Я поднялся , чтобы тут же уйти, мне не хотелось , чтобы меня заметили, но было уже поздно. Глеб словно замер, он посмотрел на меня и тут же уронил чашку с напитком, та со звоном разбилась о каменный пол. Опустив голову я прошёл мимо его, хотелось избежать объяснений.

— Марк?!

Я быстрыми шагами удалялся прочь, лишь слышал за собой приближающиеся шаги.

— Марк, да погоди же ты, хоть минутку!

Я встал, как вкопанный, не решаясь повернуться и посмотреть ему в глаза.

— Привет! Ты как здесь оказался?

— Глеб , наши роли поменялись, теперь ты меня преследуешь. Неужели тебе не хватило места на целом Алтае, нет же, нужно было выбрать именно эту базу.

— Марк, Марк, ну не злись ты так!

— Глеб, наверное ты помнишь нашу последнюю встречу, я обещал, что никогда больше не появлюсь на твоём пути.

Не стал ждать ответа, лишь повернулся и ушёл прочь, я не хотел портить себе день, а Глебу тем более. Ушёл в свой домик, завалился на кровать и проклинал всё на свете, матерясь и обрушивая свой гнев на Глеба.

В полдень наша группа уехала на экскурсию в карстовые пещеры. Водитель микроавтобуса добросил нас до моста, а остальной путь мы прошли пешком. Почему-то все, что интересно, очень далеко расположено от дороги, порой приходится пройти большое расстояние, чтобы увидеть достопримечательность. Когда мы пришли в нужное место, то увидели большую очередь, набор группы и гид ведёт экскурсантов вверх, поднимаясь высоко на гору. Затем лишь лабиринты и осмотр пещер. Глеба я увидел сразу, да и он меня тоже, он смотрел на меня в упор, даже не пытаясь отвести своего взгляда. Девушки то и дело фотались, то возле пушки, то возле лучника, то на фоне вида горы. Сердце трепыхалось и всё порывалось покинуть моё тело, наша группа вот-вот пойдёт наверх, в те самые пещеры. Наш руководитель занял очередь и велел всем собраться, как назло тут же появился и Глеб со своими друзьями. Такое ощущение, что он специально ждал, когда подойдёт наша очередь, чтобы с нами подняться наверх.

Высокий подъём, сначала по лестнице, затем узкими тропами. Я шёл впереди, Глеб же позади меня, я всем своим телом чувствовал его взгляд на себе, меня бросало то в жар, то в озноб. Гид что-то рассказывал, я же ничего не слышал, шёл, словно в тумане, лишь изредка ловя взгляд Глеба. Казалось, что он ни разу так и не оторвал своего взгляда от меня. Так красиво, огромная пещера в скалах, в углу даже копоть на скале — признак того, что здесь когда-то жили наши предки. По крайней мере —это рассказ нашего гида, затем пещера сужается, становится совсем низкой и лишь узкий проход в следующий зал, который ещё больше, чем первый. Капли падают с потолка и звонко разбиваются об пол, кое-где даже образовались сосульки (сталактиты и сталагмиты), которые росли друг к другу. Люди гуськом стали проходить это место, пригибаясь к полу, порой на четвереньках проползая этот участок. Глеб стоял и смотрел на меня, он вовсе не торопился, словно поджидал меня, все его друзья давно уже ушли, остались лишь мы вдвоём.

— Марк!

Я онемел от его голоса, не мог пошевелиться, он подошёл ко мне так тихо, что я слышал, как сильно бьётся его сердце. Его руки коснулись моего лица, глаза смотрели на меня, и, затем, он совсем не спеша приблизился и поцеловал меня. От таких чувств я чуть не задохнулся, я стоял и чувствовал, что вот-вот я могу упасть в обморок.

— Марк, мой мышонок, как я скучал по тебе. Я никогда бы не думал, что буду так рад видеть тебя.

Я старался что-то сказать, но это выглядело всего лишь как мычание. С той стороны уже звали нас, и ждали, когда мы догоним экскурсию.

— Глеб!

— Мышонок, не говори ничего, я знаю, что нам о многом нужно поговорить, просто позволь мне быть рядом. Ты не представляешь, как счастлив я.

Его руки тут же легли на мои талию, поцелуй такой крепкий, что в голове всё поплыло. Да я готов хоть весь день так простоять, лишь бы Глеб был рядом, и не выпускал меня из своих объятий.

========== эпизод 12 ==========

Именно с того самого последнего случая, когда я отвёз Марка до парка, когда он украдкой поцеловал меня, с того дня всё изменилось. Порой мне казалось, что то, как жил я раньше, было совсем не похоже на жизнь, она была какая-то пустая. Сам по себе я весёлый и отзывчивый парень, но всё это казалось таким ненастоящим, сам не могу найти объяснения. Моя жизнь, да, она была пуста, потому как я ни разу не испытывал такого, что пришлось испытать к Марку, я смотрел в его большие чёрные глаза, утопал в них, даже не стараясь спастись при этом. После я ещё долго искал Марка в толпе прохожих, медленно ехал на своей машине, что не раз злило других водителей, обгонявших меня и громко нажимавших на клаксон. Каждый раз, когда проезжал то место, где мы впервые встретились, где я чуть не лишил парня жизни, я вспоминал его, моего Марка. Да, именно так я его стал называть. Мои друзья сразу раскусили меня, что в моей жизни что-то произошло, но я не мог ни с кем поделиться. Тусовок я стал избегать, ссылаясь на недомогание или разного рода болезни. Даже мой отец заметил перемены, я не спешил больше домой, подолгу задерживался на работе, думая, что именно сегодня я выйду, и меня окликнет мой мышонок.

Наступило лето, наша компания, как всегда, собралась на отдых, девушки сразу предложили поехать на море, я же хотел в горы. Долго спорили, в конце концов решили, что это будет Алтай. Кто мог знать, что судьба опять нас столкнёт вместе с Марком. Когда я увидел его большие чёрные глаза, я на миг перестал дышать, даже чашка выпала из рук и со звоном разбилась об пол. Марк, а что Марк, он тут же попытался убежать от меня. Глупыш, он просто хочет сдержать данное мне слово. С этого момента я вообще потерял покой, каждую секунду я думал лишь о нём, о своём Марке. Боже, как мне хотелось, чтобы он опять нежно коснулся моего лица, смотря мне в глаза, и затем тихо коснулся моих губ. Всё тут же пронеслось у меня в голове, как будто это было сейчас, этот поцелуй, который изменил меня. Я знал , что нет времени на объяснения, что вряд ли Марк подпустит меня к себе. Подглядывал как вор, стараясь уловить каждый его взгляд, даже то, чем он собирается сегодня заняться.

Так получилось и сегодня, Марк сел в микроавтобус и уехал, я пулей залетел в администрацию, чтобы хоть что-то узнать. Нет никакого труда при большом желании, друзья смотрели на меня и не могли взять в толк, почему наши планы так резко поменялись. Обгоняя микроавтобус мы приехали к карстовым пещерам, я стоял и ждал Марка, его появления. Да его невозможно не увидеть, ещё издалека я увидел его силуэт, сердце радостно возликовало. Даже не обмолвились и словом, но каждый из нас чувствовал ту тоску и грусть, которую мы так тщетно пытались спрятать. Там , высоко в горах, в пещере, я уже не смог сдержаться. Мы остались последние, чтобы пройти тот маленький проход, что соединяет с другой, более большой пещерой. Именно сейчас я решил, что поцелую его, я не могу больше так. Словно Марк мог дать мне ту энергию для жизни, что так необходима мне теперь. Так оно и получилось, лишь коснувшись его губ, внутри меня всё ожило, хотелось кричать от нахлынувшего счастья , делиться с каждым встречным, чтобы весь мир знал, как же хорошо мне было. Ничего больше не нужно, не хотелось продолжить экскурсию, но на той стороне мои друзья стали, как всегда, беспокоиться обо мне. Звать , грозя тем, что сейчас кто-то вернётся обратно. Марк пошёл первым, я смотрел на него и любовался им, пусть я рассматривал его сзади, но все-таки знал, что это именно мой Марк. Стоило лишь выйти, как мои друзья тут же набросились с расспросами, что да как.

— Глеб, ты что это так растолстел, что не смог с первого раза пролезть через лаз?

— Ага.

Я стоял и тупо улыбался как дурак, наверное и друзья решили, что мне сегодня явно не по себе. Переглянулись с друг другом и пошли дальше. Марк разглядывал стены, его большие глаза иногда поглядывали на меня украдкой. Я же ловил каждый его взгляд, тут же делал свои кадры, оценивая всё вокруг. Старался так, чтобы Марк даже и не заметил, вот он опять стоит у самого края обрыва. Тут же навожу объектив и вот он кадр, самый красивый парень на свете. Парень, которого я был готов сейчас носить на руках. Начали не спеша спускаться, кое-где ступеньки были скользкие от утренней росы. Мне приходилось смотреть под ноги, чтобы не упасть и не получить травму. Так жаль, не хотелось упускать момента, чтобы продолжать любоваться Марком. Внизу группа Марка собралась и ушла. Друзья носились с нашими девчонками, разглядывая сувениры, разного рода поделки из камня, кедра и кожи. Мне же хотелось быстрее уехать вслед за Марком, чтобы уже на базе найти возможность быть хотя бы немного вместе. Три часа пролетели словно на одном дыхании, а я, как назло, не могу ехать на базу. Мы вернулись гораздо позже, вдоволь нагулявшись, друзьям захотелось попробовать местную кухню, копченую оленину и конечно знаменитый хариус. Алтайцы даже поговаривают, что тот кто не пробовал хариуса, не может говорить о том, что был на Алтае.

========== эпизод 13 ==========

(Марк)*

Наверное , я до сих пор не мог успокоиться, сидел в микроавтобусе, и мне казалось, что мои ноги до сих пор трясутся, по коже бегают мурашки, а мир словно замер. Не слышу ничего, что окружает меня, даже странно как-то, я вижу людей, как они разговаривают, но не слышу их.

— Марк, с вами всё хорошо?

Да и на это я не сразу ответил, лишь пока Катя пару раз не переспросила.

— Всё хорошо, жара наверное сказывается просто.

— Может вам водички выпить?

Поблагодарил Екатерину за заботу, она же проверила нашу группу и мы поехали обратно на базу. Всю дорогу я не переставал думать о Глебе, словно в тумане, я до сих пор чувствую его губы, его поцелуй, его руки на своей талии. На улице и вправду было очень душно, я даже не стал записываться на следующий день на экскурсию. Бегом побежал в свой домик, решив принять душ и хоть немного освежиться. Стоял под струями практически холодной воды, а мне всё равно не хватало воздуха.

Почему-то даже подумал искупаться в реке, несмотря на то, что она очень холодная и с быстрым течением. Время всего шесть часов, на улице пекло просто, немного прошёлся босиком по краю реки, нет уж , это невозможно. Вода до того холодная, что даже чувствую, как ломит косточки, готовых рассыпаться как хрусталь от малейшего удара. От бассейна шёл смех, тихо играла музыка в баре, а что я теряю? Времени вагон и маленькая тележка, я тут же снял обувь у входа, и разложился на одном из лежаков. Вода за целый день хорошо прогрелась, дети то и дело прыгали в воду, окатывая брызгами. Я тоже пару раз искупался. Немного постоял у бортика, разглядывая красоту высоких сосен. Даже попытался увидеть самый верх, но это невозможно, голова закружилась. Солнце палит мою кожу, я оборачиваюсь и решаюсь опять прыгнуть в воду.

Опа-на, Глеб со своей свитой. Девушки тут же с шумом кинулись купаться, его друзья сели в бар, заказывая себе напитки. Глеб уверенно шёл ко мне, я сжал кулаки, сам не понимаю почему. Мне казалось, что я даже словно молился : ” Глеб , прошу тебя , пройди мимо меня, я не смогу выдержать.” Всё слишком открыто, даже некуда скрыться, я и так натерпелся сегодня боли и стыда. После того, как мы поцеловались, мой член никак не хотел униматься, он немного увядал и стоило мне вспомнить и задуматься о Глебе, как он тут же принимал стойку, причиняя мне боль. Хорошо что я хоть был в джинсах, если бы я был как Глеб в шортах, конфуза не избежать. А теперь я был лишь в плавках, я знаю себя, знаю, стоит лишь Глебу дотронуться до меня, и мне придётся до вечера сидеть в бассейне. Дожидаться , пока народ не разойдётся по своим номерам. Глеб уверенно шёл ко мне, в красивых плавках, на шее тоненькая золотая цепочка, которая поблескивала на солнышке. Сам слегка загорелый, весь такой красиво сложенный. Я тут же оглядел себя, жалкое подобие поганки, бледный, словно никогда и не видел солнца в Омске.

— Жарко сегодня.

Я стоял как истукан, не могу ничего сказать, я лишь смотрю на него и восторгаюсь каждым его движением. Словно в фильме, замедленные действия и вот он сам , Глеб, его улыбка и плавная походка.

— Искупаемся?

Не дожидаясь, Глеб взял мою руку и потянул в бассейн, прохлада, и я прихожу в себя.

— Глеб, наверное это не хорошо, там твои друзья, а ты со мной.

— Это неважно, я слишком долго искал тебя, я рад , наконец-то, что мы опять вместе, мне столько нужно тебе рассказать.

Раза два проплыли бассейн, затем повисли у бортика. Да и не смог бы я больше плавать, рука Глеба давно уже ласкала мою грудь. Меня штормило, я готов был тут же кончить при всех, и мне было уже плевать. Так хорошо мне ещё никогда не было. Глеб пользовался моментом, было видно, что он сам не хочет больше терять ни минуты даром.

— Глеб, Глеб прошу тебя, остановись.

— Марк, я не могу, это сильнее меня. Ты наверное не веришь мне, но знаешь сколько раз я прокручивал это у себя в мозгу ? Порой я просто грезил тобой, в каждом прохожем видел тебя. Твой поцелуй, он перевернул всё, я потерял покой.

— Значит во всех бедах я виноват?

— Да нет же, разве это беда? Я наконец-то понял, чего мне всю жизнь не хватало. Может выпьем чего-нибудь в баре?

— Ты иди, мне что-то не хочется.

— Марк, я прошу тебя, не отказывай мне, нам столько надо друг другу рассказать.

— Глеб, но я реально не могу выйти из воды.

Глеб смотрел на меня удивлённо, по моему телу скользнули его руки и дотронулись до моего члена. Он улыбнулся, глаза блестели, словно он сейчас поймал удачу за хвост.

— Ты как-нибудь доберись до лежака, я нам что-нибудь принесу попить.

Как умно сказано, как-нибудь смоги, ага, сам бы попробовал это сделать? На полусогнутых я добрался до места, сел и согнулся, хорошо хоть народ просто отдыхал. Кто-то загорал, кто-то читал, а некоторые уже успели принять хорошую дозу алкоголя в баре. Глеб стоял и разговаривал со своими друзьями, одна радость — член успокоился, и я откинулся на лежак и закрыл глаза. Вот это сон, не отдых, а мечта, так не хочется, чтобы это закончилось.

========== эпизод 14 ==========

Солнце клонилось к закату, я слегка откинулся на свой лежак и закрыл глаза, так тихо и так приятно на душе. Наверное я опять мечтал, немного осёкся, когда услышал, как приближаются чьи-то шаги. Глеб шёл в мою сторону, сейчас он не выглядел таким уж и радостным. Его друзья стояли у бара и смотрели на нас, в один миг всё пробежало в моей голове, что я и есть основа всех проблем.

— Это тебе.

Глеб протянул мне стаканчик мороженого и бутылку фанты. Его взгляд такой мрачный и по лицу видно, что не всё хорошо, скорее всего был серьёзный разговор, о котором я конечно знать не мог.

— Зачем такие траты, я сам смог бы себе купить.

— Да какие траты, это просто чтобы освежиться.

— У тебя какие-то проблемы?

— Да так, есть немного.

— Почему-то я так и думал, это из-за меня?

— Ты тут как бы ни при чём. Я всё сам решу, тебя это беспокоить не должно.

Через пару минут подошла одна из девиц, окинула меня взглядом, словно оценивая. Так паршиво стало как-то на душе, словно я не их сословия и мне как бы здесь делать нечего.

— Глеб, ну мы же ждём тебя все.

Немного постояла, пока Глеб не отправил её, сказав что через пару минут он придёт, и чтобы они пока приготовились и оделись.

— Глеб, иди, тебя ждут.

— Блин, ну почему всё так коряво получается, как малые дети, ей-богу. Они понять не могут, что у меня могут быть тоже свои личные дела, а им приспичило именно вот сейчас .

Я уже не стал дальше слушать объяснения Глеба, да и не хотелось, чтобы из-за меня у него были проблемы с друзьями. Собрал вещи и отправился в свой домик. Глеб наверное понял всё сам, он немного посидел и лишь потом тоже ушёл. От его прекрасного настроения ничего не осталось. После я уже принял душ, от меня разило хлоркой, словно я весь ею пропитался. Немного освежился, когда я вышел, солнце уже вовсю клонилось к закату.

На Алтае особо быстро темнеет, стоит лишь солнцу скрыться за горой, как на землю опускается темень. Ночи такие тёмные, которых я наверное никогда не видел за свою жизнь. Да, здесь всё по-особенному, звёзды и те светят как-то иначе. Так ярко, лучи касаются водной глади и блестят с переливами. У самой реки, лишь в одном месте был песок, приятно вот так ходить по нему босиком, дальше галька, которая становится всё больше. На качелях никого не было, я тут же сел, немного их раскачал и просто наслаждался вечером. Было грустно, что я здесь совсем один, хотелось чтобы рядом был он — принц моих фантазий, и парень, как мне казалось, большой любви.

Качели поскрипывали, словно мерно отсчитывая время. Так не хотелось обратно в домик, с Катуни резко потянуло прохладой. Из ресторана была слышна музыка, по дорожкам то и дело гуляли люди, тихо беседуя и смеясь очередной шутке. Наверное в это время я им по-настоящему завидовал, у людей как у людей, а я как волк-одиночка. Тоска начала меня грызть изнутри, словно червь въедаясь в мою плоть, поглощая мою кровь и мои остатки хорошего настроения. Жаль, что на завтра никуда не записался, я тут же пожалел, что не сделал это днём. Хоть бы не забыть утром забежать после завтрака, я боялся что наберётся группа и для меня не хватит места в микроавтобусе.

Мне больше ничего не оставалось, как уйти к себе в домик. Сел в прихожке, поставил стакан с водой , опустил в него кипятильник, по правилам турбазы это конечно запрещено, но кто здесь не нарушает? Так экономно получается, а то ведь если если питаться в ресторане, то можно и в трубу вылететь. Вода вскоре забурлила, возвращая меня из моих думок в реальность. Немного печенья, пара конфет — вот и весь мой нехитрый ужин, до утра вытерплю, а там вкусный завтрак. В домике нет телика — да уж, это всего лишь эконом — класс. Вроде и читать не хочется, всё равно в моей голове ничего не откладывается, читаю словно между строк, а суть рассказа так и не могу понять. Немного освежился перед сном, домик нагрелся за день, знаю, что он сейчас быстро остынет за ночь. Но всё равно, приятно лечь спать, когда такое ощущение свежести тела. Выключил воду, немного постоял у зеркала, разглядывая себя, и уже хотел лечь, как послышался тихий стук. Наверное мне это показалось, но стук повторился ещё раз. Быстро натягиваю свои плавки и иду открывать. Я оторопело стоял и не мог произнести ни слова.

— Пустишь?

Не дожидаясь ответа, Глеб сам немного отодвинул меня и зашёл в домик.

— Ты?!

— Не рад мне?

— Да я, да, а-а-а… Рад конечно, но у тебя не будет опять проблем из-за меня?

Но Глеб уже не слушал меня, его руки прижали меня к стенке, а губы тут же прижались к моим губам. Блаженство! Я теряю дар речи, его руки скользят по моему телу, огибая все изгибы, тихо спускаются к попе, слегка сжимая её. Дальше Глеб двигает меня в сторону кровати, всё так же не выпускает из своих рук. Он первым садится, своей рукой тянет меня за собой и укладывает на кровать. Он словно повис надо мной, всё смотрит в мои глаза, иногда опускается, целуя по очереди мои глаза, затем поцелуй приходится на носик, по отдельности щеки. Одну, затем вторую, словно благодарит, за всё то, что сейчас есть у него. Не могу пошевелиться, моё дыхание уже давно срывается и я издаю лишь стон.

— Глеб, не останавливайся, я готов так умереть, но только не останавливайся .

— Мышонок, сейчас-то зачем умирать, ведь у тебя есть я.

Только вот зачем он произнёс эти последние слова, как я могу у него быть? И кто я вообще для него?

========== эпизод 15 ==========

(Глеб)*

Как назло ничего не получается, я был рад, что увидел Марка. Его улыбка меня просто сбивает с толку, я перестаю думать, грежу им и лишь в своих мечтах сейчас с ним. Марк уехал со своей группой домой, моим же друзьям, как назло, захотелось сделать побольше фоток, затем посидеть в кафе, а после вообще попёрлись по магазинам. Словно мы не отдыхать приехали, а шататься за покупками. Я нервничал, друзья хоть и поняли это, но от своего плана отказаться не собирались.

Кое-как всё завершилось, и мы наконец-то спокойно можем отправиться домой, на базу. У администратора тут же узнал в котором домике проживает Марк, но его там не было. Территория хоть и большая, но я быстро сумел найти Марка. Лишь поднявшись на верх бассейна , я увидел его, своего мышонка. Странное чувство у меня, и я думаю не ошибаюсь в нём, Марк чувствует меня . Он стоял у бортика разглядывая что-то, стоило мне подняться, как он тут же обернулся, его глаза, да , именно они меня влекут к нему. Я шёл к Марку, и так рад, что я опять могу побыть с ним хоть какое-то время. Но не так-то легко оставить своих друзей, вся свора тут же прицепилась, как хвост, и тоже собралась в бассейн. Если с парнями ещё можно было совладать, то с девчонками какой-то ужас. Вот именно я им нужен был, то им скучно, то ещё что-то.

Мы немного поговорили, я видел, как Марк смотрит на меня, за всё время он даже не отвёл своего взгляда, я горел большим желанием быть с ним. Но тут это невозможно, хоть и вечер уже, но в воздухе чувствуется духота. Есть желание что-то выпить освежающее, я предлагаю Марку напиток, тот лишь смущается. Я могу представить себе, что он экономит на каждой мелочи, даже сейчас он вроде как отказался от предложения. В баре ко мне тут же начали приставать наши дамы. Вот приспичило им ехать именно сейчас в магазин, до завтра видите ли это подождать не может. На завтра запланировали большую 12-часовую экскурсию, я решил их сплавить на целый день, только так я смогу остаться с Марком наедине. Своим телом почувствовал боль, когда Марк смотрел на меня, как я спорил с ними в баре. Даже когда я вернулся обратно, та кроткая улыбка, что была на его губах, тут же исчезла, и вскоре он вообще ушёл. Мне ничего не оставалось , как отвезти всех в магазин, потратили часа два, выбирали что-то, хотя вроде собирались купить всего лишь мяса для шашлыка. Уже на базе я твёрдо объяснил им, дал понять, что я сегодня устал и чтобы меня никто до утра не беспокоил. Иначе буду сильно зол, а в гневе я ужасен.

Сам же тихо сбежал, я ушел с сторону домика Марка, я был уверен, что мой мышонок меня ждёт. Не знаю, но мне этого ужасно хотелось, и вот я стою перед дверьми Марка. Сердце бьётся, как у мальчишки, стук, ещё стук. Я слышу шаги Марка, идущего к двери. Он открывает дверь, я, конечно, спрашиваю разрешения зайти, увидев его в одних плавках, у меня словно разум помутился. Марк, как он сложен красиво, его белая кожа, словно никогда не видела солнца. Но он прекрасен, его мокрые волосы чуть-чуть нависали на его глаза, придавая загадочность взгляду. Мои руки касаются его лица, ногой тут же закрыл дверь. Я слышу, как сильно у Марка бьётся его мальчишеское сердце, мой мышонок, он такой нежный. Лишь коснувшись его, я теряю контроль над собой, да , именно этого я хотел. Я хотел познать, что такое любовь, Марк — тот человек который нужен мне, и вовсе неважно, что это парень. Я смотрю на него, в его большие словно изумруды глаза, такие жгучие, что тут же начинаю его целовать. Я тяну его в сторону кровати и укладываю его, сам же нависаю над ним. Хочу смотреть в его глаза, целовать их по очереди, вкусить этот запретный плод. Как сладок он, Марк лишь стонет от каждого моего прикосновения. Его тело покрывается мурашками, я же нежно касаюсь своими губами его губ, затем медленно опускаюсь поцелуями по его тонкой шее. Его пальцы касаются моего лица, я ловлю их и нежно беру в свой рот, лаская своим языком. Глаза Марка расширены, он любуется мной и сам тянется ко мне своими тёплыми губами. Мне кажется, что они до сих пор таят в себе вкус ванили нашего мороженого. Мой Марк, как сильно я желаю его, я ложусь на него всем своим телом, чувствую как сильно в мой живот упирается его член. Такой горячий, это чувствуется даже через его плавки. Рука скользит вниз, проникает под резинку и нежно обхватывает его всего. Мне нравится смотреть в это время в глаза Марка, он весь изогнулся, он стонет, пытается что-то сказать. Но ничего не получается, лишь стонет, поднимаясь и тут же падает обратно на свою подушку. Немного останавливаюсь, даю Марку время восстановиться, он тут же поднимается, помогая мне снять мою футболку. Шорты я уже снимаю сам, Марк смотрит на меня, нежно касается моего члена, проводит своей ладонью, я даже вижу, как он краснеет. Поднимает свою голову смотрит в мои глаза, затем медленно придвигается ко мне, касается своими губами моих боксов, покусывая зубами мой член. Меня это лишь заводит, как он это делает? Чувствую его горячее дыхание на своём члене, даже через ткань, оно явно чувствуется. Руками поднимаю его к своему лицу, даю понять , что я сильно скучаю по его губам. Снова и снова впиваюсь в него как вампир, словно мне хочется испить его кровь. Лёгкие укусы, целую с жадностью его ключицы, шею, его маленькие соски.

— Марк, как сильно я хочу тебя сейчас!

Марк смотрит в мои глаза, мне кажется , что я вижу в них страх, он такой невинный. Марк ничего не отвечает, сам снимает с себя свои плавки, тут же ложится на живот, широко раздвигая свои ноги. Мой мышонок, какой он аппетитный, я с силой проглатываю комок в горле. Мои боксы тут же летят на пол, ложусь на его горячее тело. Да он прекрасен, Марк слегка поднимает свою попку, немного потёрся об мой горячий член, немного поднял свою голову, поворачивая её в мою сторону. Ловлю каждый его взгляд, не хочу упустить ничего, что связано именно с ним. Мой мышонок, он лучший и самый желанный. Пальцы нежно касаются моего члена, проводит по нему, словно оценивает его всего. Рукой достаю до шорт, в кармане есть презик, зубами тут же отрываю край и рукой раскатываю его на своём члене. Мои губы касаются ягодиц Марка, от неожиданности он даже немного сжался, затем опять застонал. Я же целую их и нежно провожу своим языком по ним. Как плохо, что не предусмотрел смазку, как-то совсем вылетело из головы. Обильно смазываю слюной его дырочку, одна попытка за другой и всё неудачно. Мой член уже болит, я начинаю нервничать, Марк словно чувствует меня, своей рукой помогает мне. Член проходит узкое колечко, его сжало с такой силой, что я сам почувствовал боль . Марк руками сжал своё одеяло, приподнимает свою попу, словно сам насаживаясь на мой член. Крепко его обнимаю и член проскакивает до основания. Марк издал стон, поднял свою голову, вижу как сильно он закусил свои губы. Падает обратно, вдавливая своё лицо в подушку, его тело дрожит словно от озноба. Мои глаза закатываются куда-то вниз, я теряю контроль, я двигаюсь с такой силой, что через пару минут испытываю сильнейший оргазм. Мой стон заглушает даже дыхание Марка, я вжал его в постель, хочу чтобы я весь был в нём, до самого основания. Обессиленный падаю вниз, слышу как сильно бьётся сердце Марка. Целую его.

— Мой мышонок, я люблю тебя таким , какой ты есть.

Пальцами провожу по его волосам, вдыхаю его аромат, такой простой и такой приятный.

— Марк, это было супер, у меня ничего подобного не было.

Опять нежно целую его шею и ухожу в душ. Привёл себя в порядок, выхожу и вижу , что Марк сидит на кровати, поджав свои коленки, его глаза опущены вниз и влажные.

— Марк, что случилось?

— Всё хорошо , Глеб.

— Марк, ты что , плачешь?

Он пальцами пытается смахнуть слезу, как-то неумело пытается улыбнуться мне.

— Марк , что с тобой? Я не отстану, пока не скажешь.

Он немного мнётся, я вижу страх в его глазах, руки начали трястись и слезы опять покатились по его щекам.

— Я сделал тебе больно?

Он ничего не отвечает, лишь сильнее опускает свою голову, чтобы я не видел его глаза.

— Это твой первый раз? Я идиот, мог бы догадаться.

Тут же вскакиваю и нервно хожу по маленькой комнате, Марк испуганно смотрит на меня, сам весь растерялся, и не знает что сейчас делать.

========== эпизод 16 ==========

(Марк)*

Казалось, что нежности Глеба нет предела, он то и дело целовал меня, затем долго смотрел в мои глаза. Мне же безумно нравился тот огонёк, который я увидел в его глазах. Страсть и большая нежность ко мне, я никогда не чувствовал себя таким желанным, что мною дорожат и просто то, что я приятен. Пальцы Глеба нежно касались моего тела, вызывая трепет в моей душе, я лежал и сам порой не верил, что это происходит сейчас и со мной. Всё было нормально ровно до того момента, пока Глеб не снял с себя свои боксы, моему взгляду предстал его член внушительного размера. Хорошо, что Глеб не заметил того страха в моих глазах, в голове промелькнула мысль, что я могу всё испортить, обломать весь кайф Глебу. Нет , я смогу, я смогу выдержать всё, Глеб сильно дорог мне и я не хочу его терять, лишь из-за того, что я не смог доставить ему наслаждение. Лишь крепче стиснул свои зубы, кусая порой свои губы, пальцами сжимал одеяло, то подушку, теперь это уже неважно. Страшно было то, что с первого раза ничего не получилось, Глеб нервничал, это даже я почувствовал. Сам помог ему войти в меня. Боль настолько сильная, словно меня разрывают, в моё тело вонзился его член. От боли я ещё больше сжался, не мог расслабиться, сам себе причиняя страдания. Я выдержал и рад, что Глеб быстро кончил, он застонал, и в моём теле ещё долго чувствовалось, как его член пульсирует. После Глеб ушёл принять душ, я лежал и с ужасом ощупывал себя, проводил пальцем по дырочке и сам боялся смотреть теперь, боялся что там кровь. На пальце была красная слюна. Всё-таки есть кровь, дальше уже не стоило смотреть, слышно было, что сейчас вернётся Глеб. Я лишь сел на кровать, от боли побежали слёзы, как я не старался удержать их, Глеб всё равно их увидел. Он стоял рядом и буквально тряс меня, добиваясь правды. От услышанного он резко поднялся, устремив на меня испуганный взгляд. Таким испуганным я Глеба никогда не видел, даже тогда, когда он чуть не сбил меня на машине.

— Марк, я сделал тебе больно, мне нет прощения.

— Глеб, всё хорошо уже, я стерплю, всё будет хорошо.

Глеб отошёл назад, с испугом смотрел в мои глаза, в его глазах показались слёзы. Я с ужасом смотрел на него, боясь, что всё испортил, не удивлюсь, если Глеб просто бросит меня, зачем ему такой парень, без опыта, даже не может заниматься сексом. Глеб подошёл, опустился на колени, голову положил на мои колени, крепко обняв.

— Марк , я всё испортил, ты имеешь полное право меня ненавидеть, я животное и насильник. Причинил боль человеку, который мне очень дорог, я даже не умею любить.

Глеб поднял голову и теперь смотрел своими заплаканными глазами в мои глаза.

— Марк, милый мой мышонок, я так сожалею, наверное никогда в жизни я не сожалел так сильно, как сейчас. Знаю, что ты мне этого никогда не простишь и будешь полностью прав.

Он тихо поднялся, опустил свои глаза, чтобы не смотреть теперь на меня, поднял с пола футболку и отправился к выходу.

— Глеб!

На мгновение он остановился, но не смотрел на меня. Я тихо поднялся и обнял его сзади , крепко прижимаясь к нему.

— Глеб, не бросай меня из-за этого, это я виноват, что даже не умею красиво заниматься сексом, это я урод, а не ты .

Глеб обернулся, сильно обнял меня, его руки сжали меня с такой силой, что я еле дышал.

— Глеб, я всё смогу стерпеть, я обещаю, что я буду терпеть, только не бросай меня так, я не смогу жить без тебя. Я всю жизнь буду себя ненавидеть за это.

— Терпеть? Ты хочешь терпеть, боль которую я тебе причиняю?

— Глеб, Глеб, я смогу, дай мне шанс.

Я повернул Глеба к себе, мои глаза смотрели в его глаза. Да, я молил его меня простить, а как иначе я могу удержать его. Знаю, что без Глеба мне не жить, я люблю его больше жизни, а всё остальное не имеет значения.

— Мышонок, как же мне теперь жить и смотреть тебе в глаза?

— Глеб, дай нам ещё один шанс, я уверен , у нас всё получится.

— Марк, это я должен молить тебя меня простить, поверь мне, я сделаю всё , чтобы ты никогда не вспомнил об этой боли.

— Глеб, значит мир?

— Мышонок, я жить не могу без тебя уже, твоя боль эхом отзывается в моей душе.

— Глеб, давай с тобою выпьем чаю и успокоимся, уверен , это нам поможет. Правда у меня такой чай, что ты, наверное, не пьёшь такого.

— Марк, из твоих рук я готов даже яд пить, лишь бы знать, что ты меня простишь.

— Тогда следи за кипятильником, я ополоснусь в душе.

Вода стекала по моему телу, пальцами дотронулся до ануса, немного чувствуется воспаление и боль. Гелем намылился, горячую воду почти выключил, холодная вода тонизирует и успокаивает тело. Через пару минут постучал Глеб, я отозвался, он тут же открыл дверь и заглянул ко мне.

— Марк, с тобой всё хорошо?

— Да , Глеб, всё хорошо.

Глеб взял полотенце и сам вытирал им меня, его губы целовали меня с такой нежностью. Сам же молил лишь об одном, он молил о прощении. Я сел на диванчик, Глеб сел на пол между моих ног, мы пили чай, вернее сказать я пил. Глеб просто положил свою голову на моё колено и крепко обнял его, целуя и нежно лаская его своими руками. Мои пальцы скользят по его волосам, даже не верится, что Глеб рядом со мной. Да, первый блин, как говорится, комом, этого я и боялся больше всего. Но всё равно я хочу быть с Глебом —парнем моей мечты.

========== эпизод 17 ==========

(Глеб)*

Мне нравилось вот так сидеть у ног Марка, его пальцы то и дело ласкали мои волосы, мне так хотелось остаться у него. Никак не хотелось возвращаться в свой номер и ложиться в холодную постель. Сидел и просто молчал, боясь сказать хоть слово, до сих пор так волнуюсь, что всё вышло очень грубо. Я никому никогда не причинял боли, а тут парню, который мне очень нравится. Через некоторое время Марк встал, его рука потянула меня к себе.

— Глеб, останься , прошу тебя.

— Но я, но…

— Не переживай, если что, я готов на всё ради того, чтобы быть с тобой этой ночью.

— Марк, никогда не говори мне это, это не должно больше повториться. Я обещаю, что никогда больше не сделаю тебе больно.

Марк лёг первым, откинул край одеяла, приглашая меня лечь с ним рядом. Его глаза чуть напуганы до сих пор, но я уверен, что смогу успокоить его и вымолить прощение. Я лёг тут же рядом. Марк повернулся и его голова легла на моё плечо, я тут же поцеловал его. Мне до сих пор не верится, парень со мной рядом в одной постели, разве раньше я мог о таком подумать. Но Марк —совсем другое, его кротость и красота, как магнитом, влекут меня к нему. От одного его прикосновения я весь трепетал, вдыхая его аромат, нежно касался языком его тела, чтобы вновь и вновь чувствовать его вкус. Руки Марка скользили по моему телу, я же был готов излиться, всего лишь касаясь его, так хорошо мне было. Марк чуть-чуть приподнялся, глядя в мои глаза, затем совсем тихо прошептал:

— Глеб , ты возбуждён до предела, я знаю, как это больно.

— Всё хорошо , мышонок, просто давай спать.

— Глеб, Глеб, я смогу , если ты только хочешь, я смогу, ты слышишь меня?

Я ничего не стал говорить, мне больно от того, что Марк ради меня готов терпеть боль, лишь бы я был рядом. Мне казалось, что он просто боится меня потерять, что не получив секса, я тут же уйду к себе. Немного отодвинулся и теперь сам попросил Марка лечь на спину, я же положил свою голову ему на плечо и был счастлив, что слышал, как сильно бьётся его сердце. Мои губы нежно коснулись его губ, я хотел показать, что мне и так хорошо рядом с ним, что всё у нас получится, ведь мы оба этого сильно хотим. Тут же нажал на кнопку настольной лампы, свет погас и лишь биение наших сердец было слышно в этой тишине.

Настало утро, я даже не открывая своих глаз, рукой провёл по тому месту, где спал Марк, но рядом его не было. В домике абсолютная тишина, вещей тоже нет, я глянул на часы, время всего лишь восемь часов. Мои вещи аккуратно сложенные лежат на диванчике, душевая тоже пустая. Тут же одеваюсь и выхожу на улицу, от домика Марка хорошо виден маленький пляж и стоящие там качели, они раскачиваются немного. Может Марк там? Совсем тихо подхожу, от сердца словно отлегло, Марк сидел на качелях, поджав под себя ноги и смотрел на шумную Катунь. Река, она такая же, как и много лет назад, течёт в своём русле, унося с собой тонны песка, переворачивая валуны и обтачивая водой камни.

— Доброе утро, мышонок!

— Глеб, доброе утро!

— Ты почему так ушёл? Совсем рано ещё.

— Я выспался, не хотел тебе мешать.

— Разве ты можешь мне помешать? Мне очень нравится быть вместе с тобой, тем более обнимать тебя, а ещё лучше, когда ты меня обнимаешь. Мне кажется, что я по-настоящему стал кому-то нужен.

— Иди ко мне.

Я присел рядом, Марк немного отодвинулся и тут же потянул меня к себе , показывая, чтобы я лёг на его ноги. Он немного раскачивал качели, я лежал и просто нежился, смотрел, как высоко поднимается солнце, кое-где лучики касались верхушек гор, затем тут же отражались в воде.

— Как красиво здесь, Глеб, я никогда не бывал ещё в таком месте. За всю жизнь я впервые выехал за пределы Омска.

— Хочешь , поедем вместе сегодня куда-нибудь?

— А твои друзья что скажут?

— Я их сегодня умудрился отправить на 12-часовую экскурсию по Чуйскому тракту, так что нам никто не помешает. Просто доверься мне, мы на машине можем уехать куда пожелаешь, просто насладиться красотами этого места. Я видел неподалёку пасеку, можем заехать попробовать свежий мёд и даже медовуху, если захочешь?

— Ты хочешь , чтобы я опьянел? Потом тебе придётся меня тащить на себе.

— Мышонок, я готов носить тебя на руках, неважно какой ты у меня.

— Глеб, ты такой…

Марк посмотрел на меня, он замолчал, а я просто ждал, что он скажет, он не мог подобрать нужные слова.

— Глеб, ты такой классный и от этого я ещё больше боюсь.

— Не бойся, я рядом и постараюсь всегда быть рядом. А теперь давай готовиться к завтраку, а мне ещё надо зайти к себе и тоже переодеться. Встретимся в ресторане за завтраком, только обязательно дождись меня.

========== эпизод 18 ==========

(Утро, 5 день)

(Марк)*

Глеб попросил, чтобы я его дождался, мне нравилось смотреть на него, он улыбался и по-моему был счастлив со мной. Я же просто наслаждался жизнью, наконец-то в моей судьбе есть хоть что-то приятное для меня. Душ, бритьё и вот я уже перебираю свой нехитрый гардероб. Глеб сказал, что пошёл переодеться, тут мне по-настоящему стало грустно, как я выгляжу. Знаю, что Глеб будет блистать, я же на его фоне точно буду смотреться как мышь. Злись не злись, а от этого у меня одёжки не прибавятся, разве что свежая футболка и всё те же шорты. Печалька, я словно большое недоразумение.

Когда я подошёл к ресторану, Глеб уже ожидал меня, стоя у входа. Так я и думал, он просто блистал своей красотой. Почему-то в этот момент хотелось развернуться и уйти обратно. Белые мокасины с белыми носочками подчёркивали его красивые загорелые ноги, рубашка чуть серого цвета и джинсовые шорты. Каждая деталь одежды имела свой лейбл, всё очень дорогое, это точно, и куплено явно не на китайском рынке. На левой руке красовался красивый тонкий золотой браслет, переливаясь всеми лучами света при утреннем солнце. Увидев меня , он тут же улыбнулся, и даже сделал пару шагов навстречу.

— Мышонок, потрясно выглядишь.

— Вот именно, как мышь.

— Марк, ну зачем ты так, ты и вправду очень классно смотришься, лучше пошли завтракать, а то мне кажется, что когда ты голодный, ты злой.

Он смотрел на меня и улыбался, я сел за столик, а Глеб уже заказал для нас чай и сладости. Через пару минут официант принёс и наш завтрак, блин, до чего же классно. Проснулся утром и пошёл на завтрак, не нужно думать, что тебе приготовить, когда в холодильнике, кроме яиц, ничего больше нет.

— Ну что, какие планы на сегодняшний день?

— Глеб , я не знаю, ты же у нас всё знаешь, вот и предлагай.

— Тогда поездка на остров Патмос, затем на Чемал и вечером обратно, как тебе мой вариант?

— Звучит очень красиво. А что за остров Патмос?

— На окраине села Чемал располагается каменный остров Патмос (Горный Алтай), который местное население называет Макарьевским. Украшение республики, по признанию отдыхающих, наполняет особой силой и мощной энергией. Тишина и умиротворение, царящие в удивительном местечке, проникают глубоко в сердце, задевая струны души. Здесь нет тревог и печалей, а все беды забываются. И самое главное , что к этому острову есть висячий мост, по которому разрешается проходить не более пяти человек в одну сторону. Сам увидишь всё это своими глазами, рядом же расположен монастырь. Дальше от него пойдём пешком по козьим тропам до самой Чемальской ГЭС. Да что я сейчас то рассказываю, давай завтракай и будем собираться в дорогу.

Я слушал Глеба, как он красиво рассказывал об этих местах, словно он раньше здесь уже бывал. Лишь когда я сел к нему в машину, увидел брошюрку «Самые интересные места Горного Алтая». Теперь всё встало на свои места : Глеб читал и знакомился с достопримечательностями Алтая. Даже сидя рядом с ним , я не переставал им любоваться, я подолгу смотрел на него, как красиво и уверенно он водит свою машину, затем смотрит на меня. Своей рукой берёт мою руку и подносит к своим губам, нежно целуя. Сердце сильно бьётся, неужели я что-то могу значить для такого красивого парня?

Кое-как удалось припарковать машину, столько народу , словно мы попали на какое-то паломничество. Целый час простояли в очереди, пока мы смогли переправиться на остров. Да , так оно и есть, удивительное место, даже рисунок есть на скале и высеченный из камня лик Богородицы, держащей маленького Иисуса. Идёшь по качающемуся мосту и словно зависаешь в воздушном пространстве, далеко внизу бурлит вода, Катунь гонит свои воды. Много команд, сплав на рафте, только успеваешь считать, это так заманчиво, дух захватывает, когда представляешь себя на их месте. Мы вернулись обратно, я ещё долго смотрел, как команды всё дальше и дальше удалялись от нас.

— Нравится?

— Глеб, это так круто, мне бы тоже очень хотелось также сплавиться по Катуни.

— Так в чём же дело? Тем более на нашей базе есть и инструктор и всё необходимое для этого.

— Не сейчас, просто не могу.

Как я могу сказать Глебу , что нет у меня лишних денег, что всё у меня очень скромно. Дальше мы пошли по горам, так сказать по козьим тропам, порой они проходили совсем у края горы, я смотрел вниз и дыхание замирало от увиденного. Внизу шумит река, обрыв такой ровный, что даже страшно, кровь закипает в жилах.

— Марк, можно я впереди буду идти, нет сил на тебя смотреть.

Я потупил свой взгляд, что он хочет этим сказать? Сразу в голове куча вариантов, страшила и урод и прочее, что на тебя даже смотреть не хотят.

— Марк, погоди минутку. Ты что опять грузишься?

— Глеб, я даже и не знаю, что мне думать.

— Мышонок, я просто не могу смотреть на тебя сзади, ты такой аппетитный, что я сильно хочу тебя и прямо сейчас.

Я так и стоял, что я вообще могу сделать для этого человека хорошего? Даже нормального страстного секса и то не могу дать.

— Марк, Марк, ну не нужно, это же просто комплимент, ну ты правда очень классный, и очень мне нравишься. И запомни, секс не главное сейчас, я прежде всего хочу, чтобы нам обоим было классно, понимаешь?

— Глеб, всё я понимаю, но, как всегда, боюсь что ты устанешь и тебе всё это надоест очень скоро.

Тут пошёл крутой спуск, Глеб спрыгнул и тут же подал мне свою руку, я смотрел прямо в его глаза, когда он меня словил в свои объятия, немного прижимая к себе. Его глаза тут же зажглись желанием, жалко, что кругом много народу. Уже слышен шум, падающей воды Чемальской ГЭС, вернее то, что от неё осталось после ужасного наводнения в 2014 году, когда бурная река снесла своими водами 70% мостов, затопило дома и сносила всё на своём пути. Кое-где до сих пор даже видны отметины, до какого уровня поднималась вода. Местные жители рассказывали, что подъём был такой стремительный, что уберечь что-то просто не хватило времени. Тут жизнь кипела : куча киосков, лотков с сувенирами, горячее питание, тарзанки и, конечно, рафтинг на моторных лодках на слиянии двух рек Чемал и Катунь, вода словно кипит в этом месте, переворачивая всё на своём пути.

========== эпизод 19 ==========

Наверное я до сих пор чувствовал иголки в своих ногах, ужасно боюсь высоты и, глянув вниз, в мои ноги словно вонзили тысячи иголок , в животе что-то противно ёкало, Глеб улыбался, глядя на меня. С лица скатывался пот, да уж, восхождение —дело не из лёгких. Ноги побаливали и тут же давали о себе знать, но это того стоило, впечатлений масса.

— Может перекусим чего-нибудь?

— Глеб , ты иди и покушай, я тебя снаружи подожду, мне пока не хочется.

— Марк, Марк, ну что ты такое говоришь, пойдём сейчас же, я угощаю.

Мы зашли в небольшое кафе, хозяйка радушно нас встретила, тут же положила нам на стол меню, а сама отправилась на кухню. Глеб глазами скользил по меню, я же, когда увидел прейскурант цен, сразу решил, что смогу себе позволить лишь салат из свежих овощей и стакан чая.

— Ну что, мальчики? Готовы сделать свой заказ?

— Мне пару мантов с майонезом, шашлык из свинины, кофе и салат из огурцов.

— Вам , молодой человек?

— Мне просто салат из овощей и чай.

Глеб окинул меня своим взглядом, тут же отдал хозяйке меню и просто велел всё принести в двойном экземпляре. Но на этом мои мытарства не закончились, принесли еду, столовые приборы и началось. Глеб осмотрел блюдо, облизываясь, я же продолжал наблюдать за Глебом. Нож, вилка - да мне ни за что не справиться с этикетом, не умею я пользоваться ножом. Немного покрутил свою тарелку, Глеб продолжал уплетать и так же с улыбкой смотрел на меня. Наступила очередь шашлыка, как ловко Глеб пользуется своим ножом, разрезая кусок мяса и тут же отправляя его в рот.

— Глеб, если хочешь возьми мою порцию, я даже не притронулся. Да и нет желания кушать что-то.

— Так , хватит болтать, пока не скушаешь , из-за стола не встанешь, времени у нас вагон, так что буду ждать тебя.

Пауза затянулась, я попытался тоже пользоваться ножом, но ничего не получалось, кусок мяса скользнул по тарелке и тут же слетел на пол.

— Так , смотри.

Глеб тут же положил свой нож и теперь просто пользовался вилкой.

— Мышонок, ну что опять за глупости, если я проголодался значит и ты кушать хочешь, это уж точно. Ешь давай и не смотри на меня, хочешь ешь руками, смотри как я это делаю.

Вот чудо-то, Глеб тут же берёт кусочек мяса рукой и отправляет его в свой рот. Если я буду с Глебом, мне много чему придётся научиться. Мне казалось, что я такой неумёха и руки у меня вовсе не оттуда растут. Мы немного посидели ещё, в кафе не так жарко как на улице, ветерок продувал помещение, неся нам свежий воздух.

— Как смотришь на то, чтобы на тарзанке прокатиться?

— Глеб, это не для меня.

— Почему это?

— Я ужасно боюсь высоты, моё сердце может не выдержать, я думаю , ты не захочешь с трупом возиться.

— Ладно , тогда я один, а ты сделай пару кадров, окей?

— Давай, я могу и больше.

Глеб поднялся на гору, о чем-то разговаривал с инструктором, затем надел пояс, ремень безопасности и готовился проехаться по тросу, от одной горы до другой. Я же наблюдал за всем этим, даже девушки носились по натянутому тросу с таким визгом, что чуть уши не закладывало. Наконец, Глеб пару раз качнулся и полетел, он также кричал как и до этого девушки, но больше для азарта, он широко, задорно улыбался. Мне же было завидно, я завидовал ему. Глеб —парень который никогда не унывает, во всем всегда находит позитив. На Чемале мы ещё провели около четырёх часов, день клонился к вечеру, когда мы наконец-то решили, что нам пора возвращаться на базу. Мы вернулись обратно к машине, она уже раскалилась от жары, чтобы хоть как-то охладить её, Глеб перегнал её в тенёк.

— Марк, смотри, магазин, пойдём пока прогуляемся, может, что купим.

«Мария-ра (аналог «Магнита», «Пятёрочки») только на Алтае это сеть называется «Мария-ра», ассортимент такой же что и во всех магазинах. Глеб сразу же отправился по рядам, я же остановился у аптечного киоска, сразу вспомнил о смазке, но как её купить - вот проблема. Не знаю как она называется, да и спросить совестно, хорошо что она стояла на витрине и я просто указал пальцем на неё. Глеб уже набрал фруктов и пару бутылок газ воды.

— Ты куда это потерялся? Я вон уже всё купил, может тебе что-то нужно, выбирай и мы поедем.

— Глеб, мне ничего не нужно. Просто поехали на базу.

Продукты в машине, через пару минут мы уже на трассе, ветерок приятно обдувает наши лица. Глеб что-то рассказывает, а я любуюсь им. Я думаю о нём, мне до боли хочется близости с ним, хочу чтобы Глеб был хоть чуточку счастлив со мной.

— Глеб, может прогуляемся немного вдоль берега, хочется пройтись босиком по воде.

— Как скажешь, командир.

Он свернул и поставил машину под высокими соснами, мы же спустились к реке, я тут же скинул свои кроссовки и теперь просто ходил по воде. Глеб шёл рядом, он улыбался, иногда брызгался водой. Чуть вглубь лежала сосна, я тут же прислонился к ней. Глеб подошёл и обнял меня, он целовал меня, его руки скользили по моей попе, крепко прижимая меня к себе. Мой Глеб, он так возбуждён, вот и дыхание такое частое. Я повернулся и прижал Глеба к стволу, развёл его руки и сам начал его ласкать. Мои губы, они сейчас касались его красивого тела, шеи. Тут же снимаю с него рубашку и начинаю целовать его соски, моя рука опускается вниз и проводит по его твёрдому члену. Глеб закрыл свои глаза, он стонет, голова чуть откинута назад. Опускаюсь на колени и начинаю прикасаться своим лицом к члену, вдыхаю его аромат. Аромат Глеба, меня это так возбуждает, да я хочу его, хочу ласкать и целовать до безумия. Чтобы он был только моим и никому больше не принадлежал, чтобы он никогда не захотел кого-то ещё.

========== эпизод 20 ==========

(Глеб)*

Целый день я не сводил свой взгляд с Марка, он был рядом, и я был благодарен судьбе за такой шикарный подарок. Этот парень сводил меня с ума, его взгляд, его безумно красивые глаза, я смотрел именно в них, и сам понимал, что я просто тону в них. Вот и сейчас мы сидим в этом кафе, мой мышонок , как загнанный в ловушку заяц лишь мечется, не зная как поступить с едой, да, именно так. Порой он так смешон, но мне это нравится, нравится смотреть на него, как он волнуется, глядя на меня, и не может дотронуться до еды. В этом парне загадка, которую я наверное никогда не смог раскрыть для себя. Парень из детского дома, моё представление: наглость и нет никаких комплексов. Но сама природа Марка говорила о другом : скромность и большая душа, словно ей нет границ. Наверное поэтому он мне так сильно нравится, я же вижу как он из кожи вон лезет, чтобы понравиться мне, одного он не знает, что он сам давно уже в моём сердце, и вырывать оттуда я его не собираюсь.

К вечеру было понятно, как сильно Марк устал, он улыбался, конечно, но в его улыбке читалась усталость, мой мышонок, как сильно хотелось его обнять в этот момент, заключить в свои объятия и больше не выпускать. Даже в магазине, он не такой как все, осторожным взглядом окинул всё, я же ушёл делать свои покупки. Мне это необходимо сделать, Марку не могу доверить это, он со своей скромностью может довести себя до чего угодно, даже в обморок упасть, но не попросить стакан воды. Стою и выбираю для нас фрукты, заметил Марка у аптечного киоска, он стоял и краснел, даже я это увидел. Его лицо наливалось ярким румянцем. Какой же он совсем ещё ребёнок, хотя по всем его шагам вовсе и не скажешь этого. Бросив пакеты на заднее сиденье, мы, наконец-то, тронулись в путь. Марк не отводил от меня своего взгляда, я лишь наблюдаю за ним, смотрю в его глаза и сам радуюсь, что мы сегодня целый день вместе. Особенно как он придвинулся ко мне поближе, затем взял мою руку, сначала поцеловал её, а потом провёл ею по своему лицу. Он закрыл свои большие глаза, я слышал, как он вдыхает тяжело воздух, словно вдыхая мой запах. Вот и сейчас , мы гуляем по берегу, Марк босыми ногами ходит по воде , загадочно улыбается, меня же это уже заводит. Боже, как сильно я его хочу сейчас, но я не могу быть таким, не хочу опять оплошать, как в первый раз. Пусть сам Марк решит , когда он захочет близости со мной. Его взгляд тянет меня следом за ним, вот уже я его целую, вернее это Марк целует меня. Разворачивает и прислоняет к стволу дерева, мои руки откинуты, чтобы я не смог сопротивляться. Да и как я смогу сопротивляться, от такой нежности голова лишь идёт кругом. Его нежные поцелуи один за другим ложатся на мои губы, он словно играет со мной, как кошка играет со своей жертвой. Затем медленно опускается к моей шее, руки снимают мою рубашку, каждый поцелуй предназначен лишь для меня. Я смотрю на него, в его глазах горит азарт, страсть и большая нежность, нежность, которую он отдаёт мне. Марк опускается на свои колени, всем лицом прижимается к моему паху, жадно вдыхает мой запах, немного покусывает твёрдый член. Он играет, я вижу какой он игривый, но мне так хорошо. Не хочу сопротивляться, да мне нравится быть во власти Марка. Руки касаются моих шорт, чувствую как он расстёгивает молнию и уже стягивает их с меня . Высвобождает мой член из боксов и нежно касается своим тёплым языком. Я чуть не теряю сознание, боже , как же мне хорошо-то, его губки обхватывают член и нежно посасывают его, порой это неумело, но Марк старается и это конечно сейчас вовсе неважно. Он это делает так невинно и нежно, что я даже не могу пошевелиться. Марк же лишь изредка поднимает свои глаза, словно немой вопрос : нравится ли мне? Да, мой мышонок, ты бесподобен просто, я так тебя хочу ! Немного останавливается, пальцами касается моих яичек, словно перекатывает их, целует, касается своим языком. Нежно проводя по ним и опять возвращается к члену. Он заглатывает его, потом немного кашляет, пытаясь взять мой член до самого основания и ещё и двигается. Когда руки легли на мои ягодицы, я чуть не вскрикнул от удовольствия, дикий азарт, и я сам начинаю немного двигаться. Марк поперхнулся, закашлял, я с испугом возвращаюсь в действительность. Тут же поднимаю Марка с колен и целую его.

— Мышонок, прости меня, я опять веду себя, как эгоист.

— Глеб!

Марк смотрит в мои глаза и опять опускается на колени, жадно берёт мой член, словно он готов его всего заглотить. Руками притягивает меня за мою попу, давая тем самым понять, чтобы я двигался. Руки ложатся на его голову, нежно лаская его волосы и прижимая к паху. Вот он опять остановился на мгновение, нажал немного на член, большая капля смазки свисает и уже готова упасть, своим языком снимает эту каплю и отправляет себе в рот. Из последних сил сдерживаю себя, вот-вот струя должна ударить в ротик Марку.

— Марк, мышонок, я сейчас кончу, если ты не остановишься.

Марк ничего не отвечает, лишь немного улыбнулся и опять с жадностью сосёт мой член, пытаюсь убрать его, но моя сперма вырывается и бьёт ему в рот. С какой жадностью он старается всё проглотить, но не справляется, последние капли попадают ему на его личико и на футболку. Голова кружится, руками держусь за ствол дерева , чтобы не упасть, чтобы остаться стоять на ногах. Темп Марка замедляется, он нежно касается опять яичек, проводит своим языком по моим бёдрам, нежно целует их, поднимается выше. Слизывает каждую капельку пота с моего тела, поднимает свой взгляд и смотрит на меня. Я ничего не могу даже делать, мои руки ласкают его волосы и совсем неумело, стараюсь его поднять, поднять к своим губам и поцеловать.

— Глеб, спермы было так много, что я едва справился с натиском.

— Мышонок, твоё личико в моей сперме.

— Да? Вот я неряха.

Тут же притягиваю его к себе и начинаю слизывать свою сперму с его губ, мне нравится целовать Марка, и неважно, что его губы испачканы. Я вдыхаю его аромат и мне просто голову сейчас сносит. Это было что-то, так хорошо мне ещё никогда не было. Даже не одевшись, мы стоим и целуемся.

— Марк, хочешь я тебе так же сделаю.

— Не сегодня, мне нужно время , чтобы восстановиться.

— А время для чего? Я что-то не понимаю?

Марк немного краснеет и опускает свой взгляд.

— Глеб, понимаешь, я, я… Я кончил вместе с тобой, у меня теперь всё мокро там.

— Можно мне хотя бы попробовать вкус твоей спермы?

И на что я надеялся, Марк тут же весь сжался и мои попытки ничем не увенчались. Он просто прижался ко мне, его руки всё так же ласкали меня, я же слышал как сильно бьётся его сердце, оно тут же отзывалось эхом в моей груди.

========== эпизод 21 ==========

(Марк)*

Всю свою жизнь я изводил себя тем, что я наказан, за что? Да я сам не знаю, наверное в той жизни я совершил великий грех, что даже сейчас я не могу расплатиться сполна. Сейчас же всё круто изменилось, первое, я подумал о том, что на свете всё-таки есть бог, и он наконец-то сжалился над своим рабом и решил дать мне кусочек счастья. Я рядом с Глебом, он парень из моих снов, сколько раз я именно так его ласкал, касался своим языком его прекрасного тела, я боготворил его во всех смыслах жизни. Лишь одно пугало меня сейчас : я уеду и больше никогда в своей жизни не увижу его, того парня, что так сильно врезался в моё сердце. Всего лишь раз его увидел и не могу его забыть, я живу лишь им, живу его улыбкой, и всё равно, что случится потом. Вот и сейчас я стою на коленях, для меня вовсе не важно, что сперма Глеба на моём лице. Даже на футболке виднеются пятна, а важно совсем другое, я хочу дать кусочек счастья этому парню, чтобы он на всю свою жизнь запомнил меня таким , какой я есть в этом мире. Я замер в его объятиях, наверное с этого дня я начал вести отсчёт, что мне остался всего лишь один день. Я опять исчезну из его жизни, исчезну, и как и раньше, я не буду его молить о встрече. Глеб — парень , который достоин счастья, семьи, смеха своих детей, а я… А что я? Разве я способен дать ему это счастье? Вот именно, я буду жить, как и раньше, в тени, словно меня и не существовало никогда на этом свете.

Мы потеряли счёт времени, откуда не возьмись, набежали тучи, всё враз потемнело и даже ударил гром, сотрясая землю.

— Мышонок, сейчас мы под ливень попадем с тобой.

— Тогда побежали.

Но у природы свои законы, дождь хлынул с такой силой, что через пару секунд с нас просто всё лилось , пока мы добежали до машины , я умудрился пару раз упасть, так что пришлось умыться в речке. Как-то совестно садиться в чистую машину Глеба, с меня ручьём льётся вода.

— Марк, прыгай быстрее, чего стоишь под дождём?

А я просто стоял, мне было хорошо на душе и плевать, что я абсолютно мокрый. Глеб вышел из машины, тут же обнял меня, схватив в объятия, и крепко поцеловал.

— Марк, как я счастлив, что встретил тебя ! Я знаю, что ты считаешь, что может быть иначе, но это правда. В моей жизни было так пусто до сих пор, ты же мне показал, как счастливо жить на свете, что можно просто любить, и вовсе не важно, парень это или девушка. Можно дорожить человеком лишь за то, что он тебе просто улыбнулся.

Дождь закончился также внезапно, как и начался, мы так и стояли, обнимаясь, и не обращая внимания, что творится вокруг нас.

— Марк, на заднем сиденье полотенце, оботрись им.

— Глеб, а как же мне теперь быть, на моей футболке следы.

— Сперма? Так возьми мою рубашку, правда я её только утром надел, надеюсь, что ты не побрезгуешь?

— Глеб, не нужно, я могу и так дойти до своего домика, я же ничего не украл, ну и пусть все смотрят на меня обнажённого.

Глеб тут же снял свою рубашку и мне пришлось её одеть, сразу почувствовался аромат Глеба, такой желанный и возбуждающий.

— Ага, вот ещё не хватало, не хочу чтобы кто-то облизывался и смотрел на моего парня.

Я вновь и вновь вдыхал его парфюм, пытаясь его запомнить в своём подсознании.

Последние слова словно поразили меня, «моего парня» , наверное, в этот момент я пустил слезу. Никогда в своей жизни я не был кому-то дорог, чувствовать себя нужным кому-то, разве это не прекрасно? Стоило нам подъехать на базу, как тут же нарисовались его друзья, окружили его и мне ничего не оставалось, как уйти. Видел взгляд Глеба, как печально он смотрел мне вслед, но объясняться не сильно и хотелось, зачем кому-то что-то знать? Всё равно на душе было классно, я упал на свою кровать и начал всё заново прокручивать в своей памяти. Мой член стоял как каменный, причиняя мне боль, я начал ласкать себя, даже хотелось удовлетвориться, но, подумав о Глебе, мне стало стыдно за себя. В глубине души я ждал его, что Глеб обязательно должен прийти сегодня и остаться на всю ночь со мной. Ночь опустилась, на небе зажглись сотни звёзд, освещая своим светом землю. Качели медленно раскачивались, но, увы, Глеба я так и не дождался, может он сильно соскучился по своим друзьям или они его не отпустили? Я сам успокаивал себя, придумывая разные причины, лишь бы не причинять себе боль от навалившейся действительности. Лёг в свою постель , когда было уже совсем стемнело, прохладой потянуло с Катуни, влажный ветер омывал моё лицо. Набросил на себя тёплое одеяло, нужно уснуть, чтобы завтра опять увидеть Глеба, мне хотелось бы управлять временем, чтобы приблизить время встречи с Глебом. Сквозь сон я слышу тихий стук, один, второй, нет , это вовсе не сон, я встаю и открываю дверь. Глеб стоит и переминается с ноги на ногу, всё не решаясь зайти.

— Марк, я знаю, что ты уже спал, прости, что разбудил, я не могу уснуть без тебя, я пытался, но ничего не получается.

В то же время, он не ждёт ответа, заходит и тут же начинает меня целовать, увлекая за собой в кровать. Мы лежим и смотрим друг другу в глаза, и плевать , что в домике совсем темно, я это чувствую, так же как это чувствует и Глеб. Его крепкие руки прижимают меня к себе, поцелуй, ещё поцелуй. Тепло, любовь и большая нежность окутывают мой сон.

— Спи , мышонок, я рядом и никогда больше не расстанусь с тобой. Постараюсь, чтобы ты никогда не почувствовал себя одиноким или брошенным.

Сквозь сон слышал его слова, а может это и есть мой сон, но он чертовский хороший. В моём сне — я хозяин, и значит всё будет именно так, как я захочу.

========== эпизод 22 ==========

(Глеб)*

Я конечно люблю своих друзей, но порой они меня просто бесят, вот и сегодня , стоило нам с Марком только подъехать, а они уже ждали. Словно знали наше расписание и навигатор им показывал, где и что мы сейчас делаем. Куча всевозможных вопросов, что да как и конечно как всегда им тут же понадобилось съездить в магазин. Но почему именно сейчас, когда мне хочется совсем другого, я зарылся бы в объятия Марка и согласен провести остаток дня с ним. На душе такая нега, наши объятия у реки и первый минет от Марка, это потрясно. Марк не стал ничего ждать, порой мне даже обидно, как он себя ведёт, но затем немного подумав , я успокаиваюсь, он прав. Он не хочет лишних разговоров и объяснений, и всё это он делает для меня.

Жду, когда все разойдутся по своим номерам, и тут же тихо выскальзываю и иду к домику Марка. Уверен, что он уже спит, мне жалко его будить, но и спать одному ну никак не хочется. Хочу к нему, в его объятия и слышать, как ровно бьётся его сердце возле моего . Пару раз постучал, мышонок открывает дверь , да , он уже спал, его руки потирают слипшиеся глаза. Тут же целую его и увлекаю за собой в кровать, мои руки ласкают его тело, по нему тут же пробегают сотни мурашек. Он такой классный, обнимаю его и каждый раз стараюсь вдыхать его аромат, знакомый запах геля, каким Марк пользуется в душе. Мышонок тут же засыпает, я же ещё долго лежу и смотрю на него, это неважно, что в комнате темно, его личико я увижу где угодно. Стоило мне отвернуться, как Марк тут же поворачивается ко мне, обнимает теперь меня. Всю ночь мы ни разу не выпускали друг друга из объятий. Показались первые лучи солнца, я тихо выскальзываю из объятий Марка, и, словно кошка на своих мягких лапках, ухожу к себе в номер. Не хочу лишних расспросов от друзей —меньше знают, крепче спят. Знаю, что Марк огорчится, но уверен также, что он меня поймёт.

Я уже больше не ложился, принял душ, чисто побрился и конечно , иду к качелям. Привык видеть там Марка, наверное, шум воды на него как-то особенно действует. Вот и сейчас, подхожу и вижу, что Марк сидит и смотрит куда-то вдаль. Даже остановился на мгновение и не стал его тревожить, но долго не выдерживаю и сам подхожу к нему. Марк же , увидев меня , тут же улыбнулся, его глаза, улыбка, как же они мне нравятся ! Тихо присаживаюсь рядом и тут же целую его, всё происходит так быстро, что никто даже не успевает что-то заметить. Рука Марка ложится на мою руку, он крепко её сжимает и затем проводит по ней своей ладонью.

— Ты сбежал, как вор.

— Мышонок, прости меня, не хочу, чтобы друзья узнали. Конечно мне плевать на всё, но они мои друзья, и мне бы не хотелось лишних разговоров. Неужели ты думаешь, что мне приятно одному спать в большой кровати ? Если бы я мог , я никогда не расставался бы с тобой, тем более ночью.

— Глеб, всё я понимаю конечно, поэтому никогда ничего и не прошу. Я рад, что ты просто рядом со мной.

Марк прислонился ко мне, положил свою голову мне на плечо и всё так же раскачивал качели, вспомнилось детство, словно я опять в своей песочнице, со своими друзьями. Нет никаких забот и проблем. Не нужно думать о том, что скажут люди, скрывать свои чувства.

— У меня есть сюрприз для тебя.

— Какой?

— Скажу позже, а теперь просто пошли и позавтракаем с тобой, сегодня нам понадобится много сил.

Как мы не старались скрывать свои отношения, но это вряд ли получалось. Обычно мои друзья подолгу валяются в постели, а тут словно сговорились и уже все сидели за столом и завтракали. Увидев нас с Марком, девушки начали шептаться, а парни проводили нас пристальными взглядами до самого столика и теперь бесцеремонно разглядывали. Я понимаю Марка, тут же предлагаю ему сесть спиной к моим друзьям, чтобы он не смущался и смог спокойно позавтракать. Марк то и дело краснеет, он переживает больше, чем я, голова опущена и кушает совсем молча. На мои вопросы лишь кивает, или вообще молчит. Мой сюрприз Марку : ещё вчера я зашёл в администрацию и заплатил за рафтинг, хочу сплавится вместе с Марком по Катуни и конечно с друзьями. Без них не обходится ни одно мероприятие, да чтобы сплавляться , нужно не меньше чем восемь человек. Так что ближе к трём часам мы с Марком должны покорить Катунь с её порогами и перекатами, четвёртый уровень сложности. Рассчитано это на три часа, так что надеюсь что Марк будет доволен моим сюрпризом. После завтрака я немного переговорил со своими друзьями, затем мы с Марком отправились гулять. Мы специально уходили далеко, чтобы остаться наедине, чтобы вдоволь могли насытиться друг другом. Хотя, разве можно насытиться Марком? Это невозможно, по крайней мере для меня, его всегда мало для меня.

========== эпизод 23 ==========

(Утро, 6 день)

(Марк)*

Наверное, я сам хочу видеть Глеба. Ложусь спать, встаю , завтракаю на автомате , и всё ищу его своими глазами. Вот и сейчас, я сижу на качелях, медленно раскачиваю их и жду, жду шороха его шагов. Он придёт, сядет рядом со мной и, тихо, совсем незаметно для окружающих, прикоснётся к моим губам. Краем глаза вижу силуэт Глеба, как сильно бьётся моё сердце сейчас ! Особенно, когда губы Глеба коснулись моих губ, внутри меня кровь закипает, она рвётся наружу от счастья. Немного разговариваем и я просто кладу свою голову ему на плечо. Тишина, её нарушает разве что плеск реки. Руками касаюсь Глеба, каждое моё прикосновение эхом отзывается в моей душе. Глеб для меня загадка. Вот и сейчас , он приготовил для меня сюрприз, лукаво так смотрит в мои глаза, словно ждёт, что же я скажу. Остаётся лишь ждать, не хочу торопить события, уверен , Глеб сам обо всём расскажет, если пожелает.

После завтрака мы расстались, Глеб лишь сказал, чтобы я никуда не уходил с территории базы, или того хуже , уезжал. В одиночестве гуляю по берегу реки, сажусь на большие валуны на берегу , как удивительно, они совсем холодные, а ведь солнце уже вовсю жарит своими лучами. По берегу то и дело спускаются кони к речке, касаются воды губами, чтобы вдоволь напиться ею. Смотрю на них, любуюсь их красотой. Мурашки по коже, как представлю, какую холодную воду они пьют. Становится жарко. Ничего не остаётся, как вернуться к домику, тут же беру полотенце и иду в бассейн. Пару раз искупался даже, когда увидел Глеба, он стоял у входа и смотрел на меня. Как я его чувствую, поворачиваюсь и вижу его улыбку, он манит меня к себе, показывая, что нам уже пора. Забираю свои принадлежности и мы вместе уходим в мой домик.

— Тебе надо запретить ходить в бассейн.

— Почему это? Я же ничего плохого не сделал.

Я на полном серьёзе разговариваю с Глебом, а тот улыбается и затем обнимает меня и целует.

— Мышонок, я так ревную, не хочу, чтобы кто-то на тебя глазел. Мне кажется, что с тобой все хотят заняться сексом.

— Глеб, ты неисправим, порой ты меня пугаешь, я не знаю, что от тебя ждать в следующий момент.

— А я знаю.

— И что же это?

— Я хочу тебя, хочу всего без остатка, хочу заниматься с тобой любовью и смотреть в твои глаза. А пока я просто поцелую тебя, и теперь нам пора идти. Хотя нужно немного времени, чтобы прийти в норму.

— И куда мы идём? Сейчас-то ты можешь мне сказать?

— Помнишь, когда мы были на Патмосе, ты говорил, что сам хотел бы сплавиться по Катуни?

— Конечно помню, и что из этого?

— А то, мы сейчас собираемся на сплав, и ты со мной, как тебе мой сюрприз?

— Глеб, я не знаю что сказать, мне никогда не рассчитаться с тобой. Как я могу отблагодарить тебя за это?

— Мышонок, иногда ты совсем как ребёнок, разве нужно каждый раз благодарить? Я же это делаю от чистого сердца, да и денег мне не жалко для тебя. Зато я знаю , что ты будешь рядом со мной.

Я собрался и мы ушли к ангару, вся группа была уже в сборе, кто-то уже одевал гидрокостюм, спасательный жилет или каску. Как-то смотрелись все одинаково ,как из инкубатора , я же никак не мог разобраться с жилетом, столько ремней и надеваются они как-то странно. Глеб видел как я волнуюсь, показал что и как, оказывается ничего сложного. Инструктор ознакомил нас с правилами на воде, немного рассказал о маршруте, какие пороги будем преодолевать. Разделились по сторонам и , подняв лодку , вынесли её на берег, нужно накачать воздух, чтобы лодка выдержала нас. Сплав, как же я волнуюсь !Я на правом борту, Глеб на левом. Он иногда ловит мой взгляд, улыбается, подмигивает и мы опять гребём. Наваливаемся на вёсла, когда лодка падает вниз, затем резко поднимается вверх, попадая в водоворот. Адреналину хоть отбавляй, порой река замедляет ход, а вдалеке уже видны новые пороги, экономим силы. Инструктор рассказывает интересные моменты, истории из жизни. Глеб достаёт фотоаппарат, делает снимки, лишь я отвлекаюсь, когда он снимает меня. Проходим мимо отвесной горы, стена такая ровная, словно её кто-то подравнял, рядом большой грот. Лодка полностью заходит, фото на память. Глеб садится рядом со мной, обнимает и просит своего друга сделать пару фоток. Девушки лишь переглядываются, но никто ничего не говорит, не знаю что там наговорил им Глеб, но всё проходит очень классно. Столько впечатлений, эмоции через край. Прошло уже три часа нашего путешествия, вот и виден наш микроавтобус на берегу. Причаливаем и грузим снаряжение, затем , уставшие , садимся сами. Сижу возле окна, разглядываю горы, деревни , которые мы проезжаем. Глеб держит мою руку, прижав её к своему бедру, иногда ловлю его взгляд. Даже пытаюсь прочесть его мысли, хотя тут вовсе не нужно уметь угадывать. Всё ясно уже давно, и наши мысли совпадают сейчас. Каждый из нас хотел бы оказаться в объятиях другого. Просто лежать в постели и нежить друг друга.

========== эпизод 24 ==========

Наверное этот день я запомню надолго: обряд посвящения, купание в Катуни в гидрокостюме и многое другое, что связывало нас вместе с Глебом. Костюм снят, аккуратно развешен, чтобы он мог просохнуть для следующего сплава. Глеб смотрит на меня, вижу, что он что-то хочет сказать, смотрит по сторонам и никак не решается. В конце концов, когда мы уже пошли, Глеб останавливает всех и объявляет, что сегодня вечером он приглашает всех нас в ресторан. Девицы сразу защебетали, обсуждая что им надеть, парни похвалили Глеба, что он опять с ними. Я ничего не ответил, ушёл к себе, Глеб молча проводил меня своим взглядом, вижу, что нет радости в этих глазах. Не могу я быть со всеми, и вовсе неважно, что там будет Глеб, я знаю кто я и где моё место. Не нужно , чтобы Глеб краснел из-за меня. Вечером он долго уговаривал меня пойти с ним, я всё не соглашался . Мне было так жаль : Глеб совсем расстроился и ушёл один. И мне грустно, но боюсь, что люди нас не поймут и зачем все эти сложности ?

Долго стоял под душем, словно отмокал от грязи. Раз намылился, затем ещё раз, слышу , как-то настойчиво стучит в дверь. Наверное сейчас я выгляжу, как идиот, но я точно знаю , что это Глеб, поэтому улыбаюсь. В глубине души я очень переживаю, что это мой последний вечер на Алтае. Настанет новый день и я уеду отсюда, Глеб же останется здесь ещё на пару дней. Моё сердце мечется , не зная, как поступить. Вроде и хочется сказать всё Глебу, но тут же меняю своё решение и просто молчу. Сам начинаю думать, а вдруг это всего лишь короткий роман. Глеб вернётся обратно в город и может он никогда не вспомнит обо мне больше. Открываю дверь, Глеб стоит , переминается с ноги на ногу, голова опущена, словно он до сих пор дуется на меня за то, что я не пошёл с ним в ресторан. Рукой беру его за рубашку и сам затягиваю его в свой домик, как же резко меняется Глеб, глаза оживают и сверкают.

— Глеб, я скучал по тебе.

— Мышонок, как вкусно ты пахнешь, как тебе это удаётся?

— Не преувеличивай.

Тяну его за собой в спальню, кровать давно расправлена. Тихо сажусь на край кровати, начинаю раздевать Глеба. Он лишь старается мне помогать во всём. Совсем тихо касаюсь его тела, пальцы скользят по его коже, прижимаюсь и сам вдыхаю его аромат. Шорты падают на пол, Глеб стоит передо мной в одних боксах. Меня это так заводит, губами прижимаюсь его паху, опять вдыхаю его запах. Хочется запомнить каждую мелочь, всё что связано с Глебом, я словно дышу им. Он сам снимает с себя свои боксы, затем мои плавки так же летят на пол. Ложусь на спину. Мой взгляд устремлён на Глеба. Глеб ложится на меня, прижимается всем телом, целует мои губы, нежно спускается всё ниже и ниже. Вот уже он трогает своим ртом мой член, нежно лаская его язычком. Меня кидает из стороны в сторону, я, словно наркоман, извиваюсь и двигаюсь ему навстречу, ещё мгновение и могу кончить. Сам перехватываю инициативу, теперь Глеб лежит на спине, я же ласкаю его, его руки прижаты к постели, я не даю ему возможности даже пошевелиться. Член то напрягается, то обратно падает вниз, руками касаюсь его яичек, перекатываю их по своим пальцам. Затем языком ласкаю их, целую, провожу по бёдрам своим языком. Глеб стонет, он то поднимается, смотрит на меня и опять падает на подушку.

— Марк, я больше не могу , давай просто кончим, подрочим друг другу.

Смотрю на Глеба, его глаза, они молят о пощаде, нет , я так не хочу, я хочу иначе сегодня. Хочу ,чтобы этот день запомнился надолго, чтобы Глеб был счастлив.

— Глеб, закрой пожалуйста свои глаза.

— Но Марк, я не хочу, я хочу любоваться тобой.

— Глеб, прошу тебя сделай так, как я прошу.

Глеб подчиняется, я встаю и готовлю себя к близости с Глебом, тюбик со смазкой уже давно ждёт своего времени. Сначала себя готовлю, затем член Глеба, Глеб тут же открывает свои глаза, он удивлён. Его рука останавливает меня.

— Марк , не нужно.

— Разве ты не хочешь меня?

— Хочу, но я боюсь, что опять причиню тебе боль, тем более у меня нет с собой резинки.

— Можно я сделаю всё сам, не нужно резинки, хочу чтобы сегодня ты был во мне, хочу чувствовать твою сперму внутри себя.

— Марк, подумай ещё раз, мы можем и так.

Не даю сказать последние слова Глебу, закрываю своей ладонью его губы. Сам пытаюсь сесть на его член, он скользит и всё никак не может войти в меня. Наверное я опять всё неправильно делаю, нужно расслабиться, не хочу чтобы опять всё сорвалось. Останавливаюсь, ласкаю член Глеба, он стонет, крепко прижимает меня к себе. Опять делаю попытку, головка члена проникает в меня, немного больно, но я продолжаю насаживаться. Глеб затих, его руки на моей талии, крепко держат меня, пара движений, и я сам вгоняю в себя член Глеба до самого основания. Глеб чуть-чуть поднимается, дотягивается до моих губ, нежно касается своими губами, затем руками ласкает мой живот. Мне самому нравится, как член Глеба разрывает меня.

— Марк, Марк , прошу тебя , остановись, я сейчас кончу.

Останавливаюсь, Глеб не выходит из меня, он укладывает меня на спину, поднимает мои ноги и заставляет ими обхватить его за талию.

— Марк, я хочу видеть твои глаза, я хочу заниматься с тобой любовью, глядя тебе в глаза. Это прекрасно — видеть их, смотреть, как ты стонешь, твои пальцы царапают мою спину, затем опять притягивают меня к тебе.

Последние слова я чуть слышу, член Глеба так бороздит во мне, что мой член запульсировал и теперь забрызгал мне всю грудь. От увиденного Глеб словно срывается, двигается с такой силой, что сам еле-еле сдерживает себя. Прижимается всем телом, толчок, ещё толчок и чувствую, как что-то тёплое наполняет меня внутри. Глеб ещё немного двигается, он слабеет и теперь просто ложится на меня, его сердце сильно бьётся. Губы тянутся ко мне, он целует меня, руки ласкают и нежно скользят вдоль тела.

— Мышонок, это было так классно.

В глазах вижу тревогу, но Глеб ничего не говорит.

— Глеб , ты был так нежен со мной.

— Марк, милый, я не был груб в этот раз?

— Глеб, ты был очень нежным, разве моя сперма не говорит тебе об этом?

— Марк, ты жеребец, столько спермы я даже в порно-роликах не видел.

Ничего не хочется, хочется просто лежать и нежиться в объятиях Глеба, но, увы, нужно в душ, иначе сперма засохнет, а это как-то не комильфо.

— Глеб, подождёшь меня пару минут, я в душ быстро?

— Не-а, я с тобой.

И вот мы стоим под струями воды, Глеб нежит меня, сам моет меня своими руками, нежно поглаживает мои ягодицы, опускается , целует их по очереди. Затем немного сжимает и прижимается всем телом.

========== эпизод 25 ==========

(Глеб)*

Было обидно, что я так и не смог уговорить Марка пойти с нами в ресторан, по большей части это всё делалось для него. Хотелось устроить настоящий праздник, но Марк отказался. С одной стороны я его понимаю, он не сможет вести себя раскованно в обществе моих друзей , он сильно комплексует и для того , чтобы привыкнуть , тоже нужно время.

Ребята после ресторана разошлись по своим номерам, немного подождал для приличия, считая, что уже все легли и уснули. На цыпочках крадусь к выходу, аккуратно открываю дверь, чтобы не было ни единого скрипа, и спешу к Марку. Увидев его , забываю обо всём, он стоит в своих плавках, такой желанный, глаза блестят. Да сегодня он не такой, как всегда, есть загадка в нём, почему-то глаза влажные, словно Марк сейчас пустит слезу. Наверное его что-то мучает, он не говорит ни слова, за него это делают его руки. Он тянет меня к своей кровати, ласкает, иногда поднимается, останавливается и опять целует. Боже, как это хорошо, будь моя воля, я никогда не уходил бы от него в свой номер. В нём столько нежности сегодня, вот и сейчас , он сам садится на мой член. Немного прикусывает свои губы и с каждым разом всё больше вгоняет член в себя. Он так напряжён, тихо двигается, я же держу его за талию и смотрю ему в глаза, мне так нравится смотреть на него. В этот момент это особенно важно, с каждым разом я всё ближе, чтобы разрядиться в Марка, его тугая попочка просто сводит меня с ума. Всё так плотно, член напрягается и я со стоном кончаю в него. Марк выгибается, его руки притягивают меня к себе, нежно поглаживая мои ягодицы. Касается лишь подушечками своих пальцев, мурашки то и дело пробегают по всему моему телу. Я ложусь на него, не могу остановиться, я хочу его всего, целую его веки, щёки, опускаясь всё ниже к шее. Марк тяжело дышит, словно он только что пробежал стометровку на одном дыхании.

В душе наши тела переплетаются, мы вовсе не торопимся куда-либо. Тихо касаюсь своими пальцами тела Марка, его руки лежат на стенке душевой, он стонет и совсем выгнулся. Пальцами провожу по промежности, немного лаская анус, Марк поворачивает свою голову и ловит каждый мой поцелуй. В нём столько страсти, не хочу торопиться, хочу просто насытиться им. Нежно касаюсь его тела губами, вдыхаю его аромат, слизываю каждую его капельку спермы. Порой он совсем тихий, через мгновение становится как ураган, прижимается всем телом ко мне, его пальцы сжимают мои ягодицы, губы ложатся на шею и нежно целуют.

В нас не было ни капли усталости, если кто-то посмотрел бы на нас со стороны, то мог бы сделать вывод, что нам необходимо срочно протестировать все позы, которые только есть на свете. Сквозь плотные шторы показались первые лучи солнца, мы уже совсем изнурённые. Марк прижался ко мне, я же лежу и не хочу засыпать, иначе тогда все узнают, что я не сплю в своём номере. Глупо, конечно, но не хотелось лишних объяснений. Я просто лежу рядом, мои руки то и дело касаются волос Марка, пропуская их сквозь пальцы. Каждый раз вдыхаю его аромат, хотя от прежнего аромата мало что осталось, кажется, что мы уже насквозь пропитались нашей спермой. Даже если попытаться вспомнить, наверное не удастся сосчитать, сколько раз мы за ночь были близки.

Тихо выскальзываю из объятий Марка, ещё раз его целую и ухожу, если бы я только мог знать, что это последний раз, когда я любуюсь своим мышонком. Но тогда я был счастлив, ничто не предвещало беды, скоро солнце поднимется совсем высоко, настанет новый день и мы опять увидим друг друга. Будем пожирать своими взглядами друг друга.

В нашем коттедже совсем тихо, ложусь на свою постель и сам себе улыбаюсь, как идиот. Я счастлив, безумная ночь любви, кто бы мог подумать, что мой мышонок окажется таким страстным парнем. Сам не замечаю как засыпаю, мой сон такой крепкий, что даже не слышу, как в дверь стучат. Парни зашли ко мне, что-то говорят, я же никак не могу понять, что да как. Оказывается время уже близится к обеду, завтрак я проспал, значит мой мышонок завтракал без меня. Привожу себя в порядок и прошу у друзей немного времени для себя.

Дверь домика Марка открыта, идёт уборка. Интересуюсь где жилец, на меня лишь удивлённо смотрят. Всё довольно просто, мой мышонок сегодня утром уехал на автобусе домой. Сразу вспоминается его взгляд, то, как он себя вёл, попытки что-то мне сказать. Но всё так и осталось недосказанным. Бегу обратно в администрацию, там подтверждают мои догадки.

— Парень из 30 домика, подскажите, где он?

— Так у него всё, отдых закончился, он уже с час назад сел в автобус и уехал в Омск. А вы случайно не Глеб?

— Да , я Глеб, а что?

— Тогда это для вас.

Девушка протягивает мне конверт, выхожу, тут же сажусь на скамью и читаю.

****

«Милый, самый красивый парень на свете. Глеб, ты смог разбудить всю ту нежность и любовь, что была во мне. Каждый день с тобой был для меня праздник, видеть тебя, смотреть в твои глаза. Всё это было моей мечтой, наконец-то это было и в моей жизни.

Я никогда не смогу забыть тебя, для меня ты будешь тем светлым лучиком, который озаряет день. Совсем неважно как ты поступишь потом : захочешь ли ты вновь увидеть меня или нет . Поверь мне, я всегда буду любить тебя, независимо от того , какое ты примешь решение.

Если я хоть чуточку нужен тебе, ты сможешь меня найти по этому адресу:

ул. Зелёная, д. 20-а, ком. 50.

Соколов Марк Алексеевич

с.л.: твой мышонок.

p/s: Всегда буду ждать тебя, независимо сколько потребуется времени.»

========== эпизод 26 ==========

(Марк)*

Сердце разрывается от боли, а я лежу совсем тихо, притворяюсь, что я давно уже сплю. Мы оба не можем сегодня уснуть, весь вечер я пытался сказать Глебу, что утром уезжаю и что дома, в Омске , буду ждать его каждый день.Но боязнь быть непонятым и узнать о том, что продолжения не будет, сделали своё дело. Сам наступал на свою же глотку, не давая разрыдаться от боли, не нужно, чтобы Глеб это видел. Не хочу слов сожаления или ещё чего-то такого .

Вот уже и первые лучи солнца, Глеб поднимается совсем тихонько , он даже не догадался, что я так же, как он, не сомкнул глаз. Прячу свой взгляд, чтобы Глеб не увидел , как по моим щекам скатываются крупные слёзы. Все попытки хоть как-то удержать себя в руках, ничего хорошо не дают. Поцелуй и вот уже Глеб закрывает дверь, тут я даю волю своим чувствам, плачу , стиснув руки, сжимая край одеяла. Руки сжаты до такой силы, что пальцы синеют. Вот и конец истории, почему-то хочется надеяться, что всё ещё будет, но не для меня. В моей жизни, обычно, всё наоборот, может я до того привык к ударам, что сам не верю во что-то хорошее. Сажусь за столик, как много хочется сказать Глебу, но нужно ли это сейчас? Почти не вижу, что я пишу, слёзы застилают мои глаза, пару строк, конверт и всё. Пять минут на сборы и я уже иду по чистым дорожкам, останавливаюсь возле коттеджа Глеба. Словно жду, сейчас появится он и удержит меня от поездки, хотя что я говорю, мой отпуск подошёл к концу и мне нужно уезжать . Автобус показался вдали, как всё чётко отлажено, строго по расписанию. Остановка, двери открываются с шипением, я стою и никак не могу сделать шаг, девушка-сопроводитель что-то говорит, всё как в тумане. Сумка брошена в багажный отсек, сижу возле окна и смотрю, как удаляюсь всё дальше от Глеба. Так больно, сердце просто разрывается от напряжения, как успокоить его теперь? Смотрю на свои часы, сейчас завтрак, наверное Глеб ждёт меня? Откуда ему знать, что меня уже давно нет на базе. Автобус идёт по заданному маршруту , увозя меня всё дальше от Алтая и от моего Глеба.

****

(Глеб)*

Первое , что мне хотелось сделать, это завести машину и помчаться в погоню за Марком. Наверное только сейчас я понял, почему мне ночью казалось, что я слышу, как кто-то всхлипывает. Но я был так увлечён Марком, что даже не придал значения, почему его глаза всегда влажные. Мой мышонок, глупыш, он так и не набрался смелости сказать мне правду, страх быть непонятым, боязнь от моей реакции, и что потом ему придётся одному бороться с болью. Как хочется уехать домой, в руках конверт от Марка, в который раз смотрю на его адрес, да я уже помню его наизусть. Даже вижу как еду к нему и жду его, а потом показывается Марк, тут же обнимает меня и крепко прижимается всем телом. Кое-как удалось провести ещё пару дней. Было ещё совсем рано, когда я уже всех поднимал, чтобы быстрее уехать домой , в Омск. Друзья лишь переглядывались, решив что я совсем с ума сошёл, раз так тороплюсь уехать из такого удивительного края. Но моя душа уже давно была в другом месте, здесь же находился лишь мой облик. Душа была рядом с Марком, я представлял как ложусь с ним и целую его, он ласкает меня и затем совсем невинно касается своими губами моих губ. Вновь и вновь прокручивал все эпизоды нашего с ним отдыха, как порой сами смеялись от того, что не можем удержаться от ласк. Что даже на людях не стеснялись и касались друг друга руками, даже было достаточно прикосновения пальца, чтобы заново почувствовать тепло любимого рядом.

17 часов езды на машине, стоянки совсем короткие, да , я спешу домой. Я практически не слушаю своих друзей, их возмущений. И вот мы уже в Омске, город словно вымер, совсем ещё рано, кое-где идут прохожие , наверное на работу. Отвожу каждого по домам, время шесть часов, думаю, что Марк не обидится, если я его разбужу так рано. Хорошо знаю свой город, еду короткой дорогой, ещё один перекрёсток и поворот к общежитию Марка. Красный сигнал светофора, стою, сам себе улыбаюсь, когда представляю лицо Марка, как он бросается на меня с объятиями. Наконец-то зелёный сигнал, тихо нажимаю на газ, машина трогается. Боковым зрением вижу, как с ужасной скоростью на меня летит мусоровоз. Наверное это инстинкт, я лишь успеваю закрыть лицо своими руками. Резкий удар и полная темнота и тишина…

****

…В это утро Глеб попал в аварию, машина-мусоровоз на полном ходу врезалась в его авто, не дав шанса на манёвр и на спасение. Искорёженная машина, скорая, полиция и вот медик кричит напарнику: ” Быстрее носилки, парень жив, нужна срочная госпитализация.”

Порой судьба несправедлива и мы не знаем , как обойти все её неровности .

========== эпизод 27 ==========

(Марк)*

Ну вот, я опять дома, снова серые стены моей комнаты, как они гнетут, давят своей унылостью ! Всё возвращается на круги своя, словно я никогда не уезжал отсюда. Стою и сам себе удивляюсь, как я жил здесь всё это время, как сильно приелись эти серые обои, словно горькое напоминание моей одинокой жизни. Стараюсь отвлечься от своих мыслей, занимаюсь уборкой, готов до изнеможения работать, лишь бы не думать о Глебе. Его образ так ярко стоит перед моими глазами, словно он здесь со мною рядом. Наступает вечер , как же я спешу в свою кровать, да , именно так, хочется быстрее уснуть, чтобы настал новый день. Считаю и откидываю ещё день, сегодня Глеб уже должен приехать. С самого утра ужасно ноет сердце, никогда не чувствовал такую боль. Боязнь, страх, всё вместе взятое скрутились в один клубок, словно сегодня случится что-то ужасное. Никак не удаётся отвлечься, перебираю свои книги, решил попытаться что-то прочесть заново. Но кроме букв ничего не вижу, суть рассказа так и не удаётся мне понять.

Первая неделя после возвращения, как тяжело мне приходится, никак не могу совладать с собой, настроиться на работу. Парни то и дело спрашивают, что я такой бледный, весь осунулся , как после болезни . Что им ответить? Стараюсь молчать, просто работать и не думать ни о чём. Всё в этой жизни имеет свою цену, вот и я познал стоимость себя. Словно заново проходил тот этап, когда был на Алтае, сидел и решал, как сказать Глебу или же просто смолчать. Жизнь научила меня делать свои выводы. Даю себе клятву, что никогда больше в жизни не вспомню Глеба, пусть будет больно, что всё преодолею сам.

Дни идут так монотонно, ничего не меняется, лишь погода на улице, становится зябко и холодно. Прошло уже четыре месяца, если бы Глеб только хотел меня найти, то всегда нашёл бы возможность, значит я ему просто не нужен. Сегодня не смог выдержать и направился к офису , где работает Глеб. Стоял под дождём, который резко затем поменялся на первые снежинки, весь промок до нитки. Хоть бы одним глазком посмотреть на него, но ни машины, ни самого его я так и не дождался. Немного странно всё это. Словно я один остался в таком большом городе, нет никого, кто смог бы поддержать меня. Как заставить себя жить дальше? Смотрю в лица прохожих, делаю вид, что улыбаюсь, а самому так тошно, хоть кричи. Кому это нужно? Я мазохист, раз заставляю себя столько времени страдать. Другой бы на моём месте давно уже нашёл замену Глебу, но только не я. Я не могу так поступить, словно я предаю самое дорогое, что только есть на свете. Сейчас понимаю как мне плохо, но у меня есть маленький снимок на моём старом телефоне. Радуюсь и разглядываю своего Глеба, его черты, словно он сейчас со мной рядом. Глеб снится мне, я просыпаюсь и чуть ли не кричу от боли, слёзы скатываются по моим щекам и падают на подушку. Вот опять лежу , стиснув зубы и кажется, что мне нет выхода из этой ситуации.

Подолгу сижу в парке, наблюдаю за счастливыми лицами прохожих. Мне некуда спешить, мои стены давят и совсем не хочется возвращаться домой. Помню, как я радовался когда мне дали эту маленькую комнату, свой уголок наконец -то, как я был счастлив. Теперь же это всё куда-то исчезло, есть только работа, которая помогает хоть на какое-то время забыть о своём одиночестве. Раньше я считал дни, сейчас это уже не имеет никакого значения, зачем делать то, что не пригодится в жизни. Стараюсь планировать своё время, расписываю каждую минуту, не оставляя времени на воспоминания. Сегодня после работы отправился в свой детский дом, совсем забросил его. Столько времени прошло, а я так и не смог найти в себе силы и навестить Анну Степановну. Сколько радости, расспросов о жизни, где был, что да как. Даже улыбался сегодня, рассказывал о своём отпуске на Алтае. Сколько новых детишек, таких же, как я, брошенных, никому не нужных. В их лицах почему-то я узнавал себя. Однообразная жизнь, строго по расписанию, одни и те же люди и стены.

— Марк, ты не болеешь?

— С чего вы Анна Степановна взяли такое?

— Нездоровый у тебя вид, бледный, под глазами чёрные круги. Сон как?

— Всё хорошо , Анна Степановна, просто мало бываю на свежем воздухе.

— Марк, ты уж следи за собой, заболеть всегда легко, а вот потом лечиться это что-то, сил и времени сколько нужно, самое главное денег.

— Ну я, наверное, пойду, хорошо, что вас всех увидел, так легко стало на душе.

— И всё равно, Марк, что-то с тобой не так, знаю, что скрываешь от меня и не хочешь рассказывать.

— Всё хорошо, это вы за всю жизнь привыкли быть подозрительной, вот и сейчас меня подозреваете в скрытости.

— Ладно, Марк, иди, навещай нас и не забывай.

Сам знаю, что изменился, я и раньше-то не сильно улыбался, а сейчас вообще забыл, как это делается. Да и повода для радости пока нет.

========== эпизод 28 ==========

(Глеб)*

Нет сил открыть свои глаза, вот уже сжимаю кулаки, но выходит как-то вяло. Совсем тихо поднимаю веки и никак не могу понять , где я, что со мной не так. Немного озираюсь, белые стены, писк аппаратуры, всё напоминает мне больницу : провода, капельница, приборы…

— Глеб, сынок, я рядом.

Пытаюсь что-то сказать, выходит как-то совсем неумело, рядом мой отец, держит мою руку, крепко её сжимает.

— Пап, где я?

— Глеб , всё хорошо уже, всё позади.

Пытаюсь осмотреться, не сильно-то и получается, какой-то недвижимый, лежу и не хватает мне сил подняться, пошевелить своими ногами.

— Пап, что со мной? Почему мои ноги совсем не слушаются меня?

— Тихо , Глеб, ты, самое главное, не волнуйся так, врачи сказали, что всё теперь зависит лишь от тебя. Нам предстоит долгий процесс реабилитации.

— Пап, я теперь калека?

— Ну что ты такое говоришь, всё наладится, вот увидишь.

Я мало что понимаю, впервые в жизни у меня нервный срыв. Начинаю вспоминать каждый момент, яркие огни и резкий удар. Авария, вот почему я здесь, но что с моими ногами?! Испуг, страх и я срываюсь, кричу , словно это мне сейчас поможет в чём-то. Одни за другим в палату быстро входят врачи, сестра набирает шприц и ставит укол. Глаза медленно закрываются и я проваливаюсь в сон.

— Доктор, вы же сказали, что операция прошла успешно, почему же Глеб не чувствует своих ног?

— Понимаете , Владимир Алексеевич, одно то, что мы сделали операцию успешно , ещё ничего не даёт, нужно желание Глеба бороться и снова захотеть жить. Настроить свою психику на долгий и изнуряющий труд. Всё , что было в наших силах, мы сделали. Сейчас же пусть он отдохнёт, это шок, и это происходит не только с вашим Глебом, мы это часто здесь видим.

Первые дни для меня были сущим адом, но вот я вспоминаю Марка, наши с ним отношения, и я опять срываюсь. Не могу так жить, всё рухнуло в один момент, из молодого парня я превратился в инвалида, жалкое подобие живого существа. Отец смотрит в мои глаза, просит и умоляет лишь об одном : бороться и принять жизнь такую, какая она есть теперь. А зачем мне такая жизнь? Калека, обуза и ненужный никому, больше никогда не смогу ходить, как все.Одевать красивую одежду и радоваться жизни.

Сегодня навещали мои друзья, смотрю на их лица и самому тошно становится. Жалеют, а мне это нужно сейчас? Да я орать готов от боли в душе, лучше бы я погиб там, в машине, чем так жить. Всё стало каким-то серым, папа что-то рассказывает , смеётся, я же просто тупо смотрю в одну точку.

Первый раз усадили меня в инвалидное кресло, даже покинул свою палату ненадолго. Нет радости, всё это угнетает, а самое главное то, что я всё вспоминаю Марка. Как вырезать его из своего сердца? Каким скальпелем очистить душу, соскоблить, чтобы не осталось и следа ? Марк , я так люблю тебя, что нет теперь смысла жить дальше. В голове то и дело крутится мысль о суициде, тут же смотрю на отца, наверное в эти дни он совсем постарел. Весь осунулся, тёмные глаза и нет того блеска, что был раньше. Всему я виной, мой диагноз. Пытаюсь хоть как-то себя расшевелить, чтобы отец немного отдохнул, ушёл на работу и не переживал за меня.

Настаёт вечер, эти долгие ночи, и опять остаёшься со своими мыслями наедине. Когда нет возможности пошевелить своими ногами, просто подняться и пройтись по комнате. А это лишь начало моей такой жизни, что со мною будет дальше? Полное одиночество и затворничество. Знаю, что отец будет разрываться между мной и своей работой. Сегодня подслушал разговор врача и отца, ещё с недельку и я могу отправится домой. Как-то придётся с этим жить, а самое главное, обходиться без чьей-либо помощи. С отцом жить точно не буду, это я давно уже решил. Сам по себе в своей квартире, так будет лучше для нас обоих.

— Глеб , нам нужно серьёзно поговорить с тобой. Сегодня врач сказал , что на следующей неделе я смогу забрать тебя домой.

— Пап, я всё это слышал, прости , стал невольным свидетелем вашего разговора.

— Тем более хорошо, не придётся долго объяснять тебе. Короче , жить будешь со мной, так легче ухаживать за тобой.

— Пап, зачем тебе всё это?

— Глеб, ты что такое говоришь, ты мой сын и я люблю тебя.

— Сын , конечно…Нет пап, я буду жить в своей квартире, не переживай, я смогу о себе позаботиться сам. Ты будешь навещать меня, мне этого достаточно будет.

— Не могу даже представить тебя одного, как же так?

— Пап, ты наверное забыл, у меня руки есть и они работают.

— Глеб, да знаю я, но всё так страшно , оставлять тебя одного в большой квартире.

— Есть мобильник, позвоню если что. Всё равно мне придётся с этим жить всю жизнь и лучше уж сразу начать одному, чтобы скорее привыкнуть.

— Глеб, не волнуйся, мы покажем тебя лучшим специалистам, так не должно быть, уверен — всё можно исправить.

— Отец, всё хорошо, просто смирись с этим, поверь , мне намного сложнее сейчас.

— Глеб, прости, что не смог тебя уберечь.

— Ну всё , хватит об этом уже. Давай просто готовиться принять это и всё.

========== эпизод 29 ==========

(Марк)*

Конец рабочего дня, завтра выходные, опять встанет вопрос, чем занять себя. Порой захожу в тупик, не зная куда себя деть, подолгу гуляю в парке, сижу читаю, а сам чувствую, что я совсем не здесь. Меня опять несёт куда-то, я потерян и на душе такая пустота. Как-то совсем не по сезону оделся сегодня, вышел с проходной завода и сразу же под дождь. Иду быстрым шагом, чтобы хоть как-то не промокнуть. Утром так торопился, что даже не надел свою шапку, уже в холле стряхиваю крупные капли с куртки. Девушка , оказавшаяся рядом , пристально смотрит на меня, затем спрашивает:

— Если не ошибаюсь , ты Марк?

— Марк.

— Соколов?

— Соколов Марк Алексеевич, а в чём дело, собственно говоря?

— Ты меня не помнишь? Алтай, Глеб с друзьями?

— Почему же, я вас сразу узнал, разве можно забыть такую эффектную девушку.

— Тогда это тебе.

— Что это?

— Меня попросили передать и не более того, я свою миссию выполнила.

Открываю конверт, а там фотки с Алтая : Глеб и я. Стоял как дурак, не в силах произнести слова, девушка повернулась и вышла на улицу. Уже на крылечке достала сигарету, прикурила и затянулась, выпуская клубы дыма. Немного постояла, словно оценивая погоду, пару раз посмотрела на небо и пошла к машине. Только сейчас я смог сообразить, не стоит её отпускать, хоть что-то она должна рассказать о Глебе.

— Простите, я вас очень прошу, всего лишь пару секунд уделите мне внимания.

Девушка повернулась на мой голос, и не спеша подошла под навес крыльца.

— Всё равно я вам ничего толком рассказать не смогу, если вы насчёт Глеба.

— Да мне хватит и того, если вы просто скажите, что он жив и счастлив, совсем неважно, с кем он сейчас.

— Счастлив? Наверное ты ничего не знаешь?

— Что я должен знать? Скажите же мне хоть что-то!

— Понимаешь , Марк, я дала слову Глебу, что ничего не стану рассказывать, не могу я нарушить данное слово.

Не знаю, как я смотрелся со стороны, девушка ещё раз окинула меня взглядом, собралась опять уйти, как я удержал её за рукав.

— Простите, я не хотел, но для меня это очень важно. Мы расстались и больше никогда не видели друг друга, не знаю, что случилось такого, что Глеб даже взял с вас клятву ничего не говорить мне.

— Понимаешь Марк, всё стало очень сложно в жизни Глеба. Он уже давно не тот весёлый парень, коим был раньше.

— Да не говорите вы загадками, я с ума схожу от неведения!

— Ты не понимаешь, что ты просишь. Глеб мне этого не простит.

— Хотя бы скажите, что с ним всё хорошо, а остальное уже неважно для меня.

— Глеб в инвалидном кресле.

— Что?! Как это в инвалидном кресле?

— Я же сразу поняла, что между вами не просто дружеские отношения. Но тогда не придала этому значения, лишь когда ты исчез, Глеб не находил себе места, он был готов в тот же день отправиться домой. Но у нас было впереди ещё пара дней, кое-как уговорили остаться. После же мы поехали домой, в городе оказались рано утром, наверное было уже около шести часов. Нас он развёз всех по домам, а сам…

— Что, что было потом?!

— Сам отправился к тебе по тому адресу, который ты оставил для него. На перекрёстке на полном ходу в него врезалась машина. Потом больница, операция и вроде как успешно, но Глеб до сих пор так и не может ходить. Он прикован, понимаешь? Травма позвоночника. Отец уже возил его по специалистам, те лишь разводят руками, вроде всё в норме, а ноги не слушаются.

— А где сейчас Глеб? Мне бы хоть разок его увидеть, хоть раз.

— Я и так слишком много тебе рассказала, всё равно , даже если я тебе дам адрес, Глеб не пустит тебя к себе. Он замкнулся в себе, перестал с нами общаться. Один отец только приходит к нему, остальным он дверь не открывает.

— Мне очень нужно, я не смогу вам объяснить всего, но для меня это смысл жизни.

— Теперь я начинаю понимать, почему Глебу башню сносило, видно, что ты не такой уж простой парень. Хорошо, всё равно уже накосячила, поехали я на машине, подброшу тебя. Но сильно не надейся, что он впустит тебя к себе.

— Теперь это неважно, всё равно рано или поздно он откроет дверь, я готов сидеть часами и ждать.

— Поехали, чего уж зря время терять. Вечереет уже. Кстати, меня Катей зовут, ну а тебя я знаю как зовут, так что церемонии нам как бы ни к чему.

========== эпизод 30 ==========

Аккуратно повернув ключ, Катя завела своё шикарное авто, вывернув руль вправо, мы выехали из нашего старого двора. Через пару минут мы уже были на основной дороге, пересекли тот злосчастный перекрёсток. Катя окинула меня своим изучающим взглядом, наверное она всё решала, сказать мне или всё-таки промолчать .

— Марк, вот именно на этом перекрёстке всё и произошло.

— Здесь?

Мой голос дрожал, я стиснул зубы, сидел и боялся пошевелиться. Если бы я мог, то сжал бы своё сердце, чтобы не дать ему воздуха, иначе просто могу разреветься.

— Тебе нехорошо?

— Всё хо…

Последние слова словно проглатываю, мне не хватает сил говорить, сердце сжалось от боли. Всё пронеслось в моём сознании, словно я был свидетелем ужасного дня аварии Глеба.

— На вон, выпей водички, полегчает. Ты бледный, с тобой точно всё нормально?

— Всё хорошо, немного душно просто.

Я нагнулся, руками закрыв лицо, как же больно…

— Это моя вина, я во всём виноват.

— Марк, сейчас это ни к чему, не нужно себя винить. Никто не виноват, вся вина лежит на водителе, который не соблюдал правила. Не смей на себя вешать ярлык, слышишь меня?

Остаток дороги я просто молчал, да и сказать что-то вряд ли получится, в горле ком, даже трудно дышать. Не сразу понял куда мы приехали, потом Катя сказала, что Глеб живёт на Зелёном острове, года два назад купил здесь себе квартиру в новом престижном районе.

— Дом 20, корп 1, кв 41, запомнишь? Или, может, черкануть на листке?

— Катя, спасибо вам за помощь, я запомню, не переживайте.

Пару раз набираю домофон, никто даже не отвечает, хожу по двору засматриваюсь в окна, словно гадаю, какая квартира Глеба. Разве это возможно, такой большой дом, наверное сотни две квартир и почти в каждой горит свет. Вечер, большинство народу уже дома после трудового дня, кто-то смотрит телик, кто-то просто ужинает в кругу семьи. Моё внимание отвлекает сигнал и двери подъезда открываются, выходит пожилая дама с собачкой, прошу её немного придержать дверь, что мне необходимо попасть вовнутрь. Один, второй, третий этаж, стою возле двери и чувствую себя таким беспомощным, что даже нет сил нажать на звонок. Сколько раз произношу себе слова : “Нажми, нажми!”— сам себе приказываю. Жму, жму, но в ответ лишь тишина. Не могу стоять, ноги подкашиваются и я опускаюсь и сажусь на пол. Стараюсь успокоить своё дыхание и опять нажимаю на звонок. Сам не знаю , сколько прошло времени, когда вдруг услышал голос Глеба.

— Заняться нечем?

— Глеб!

— Марк, ты?!

Глеб руками повернул за колесо, откатывает кресло назад , пытаясь закрыть передо мной дверь, на полном автомате ставлю свою ногу в проём двери. Резкая боль от удара , стиснул зубы и просто смотрю на Глеба. Глеб сам не ожидал, что так сильно ударит меня, бледнеет и замирает.

— Я не хотел, прости.

— Я сам виноват.

— Я впущу тебя, если пообещаешь, что ненадолго.

Моя речь куда-то исчезла, лишь мотнул головой в ответ, слышу голос Глеба, это как во сне, до сих пор не верится, что я вижу его. Как хорошо у него, тепло, мне кажется, что я так продрог от холода, что никак не могу согреться. Порой зубы стучат, отчеканивая дробь.

— Замёрз?

— Мне не холодно.

Глеб катнул коляску в мою сторону, своими руками дотрагивается до моих рук, словно ждал его прикосновения. Поднимаю его руки к своим губам, с жадностью целую, вдыхаю забытый аромат.

— Марк, Марк, не нужно, прошу тебя. Ты же знаешь, что причиняешь себе боль.

— Глеб, я чуть с ума не сошёл в это время, словно моя душа осталась там на Алтае, внутри такая пустота.

— Я не хочу ничего вспоминать. Если хочешь , попей горячего чаю и уходи, уже поздно, иначе придётся вызвать такси.

— Глеб….. Не выгоняй меня, нам о стольком нужно поговорить.

— Марк, не нужно ворошить прошлое, кроме боли, мы ничего не почувствуем сейчас. Да и ни к чему всё это, неужели ты не видишь, что со мной теперь?

— Глеб, я вижу того же красивого парня что и раньше, с моей стороны ничего не изменилось, поверь.

— Марк , уходи, уходи сейчас же!

Смотрю на Глеба, это не его слова, словно кто-то чужой их произносит . С большим сожалением смотрю на него, от его улыбки ничего не осталось, сам уже давно не брился. Одежда не первой свежести, да что ты творишь с собой! Но боюсь , что Глеб сейчас меня не слышит, в уме перебираю все варианты, нет , я не могу уйти сейчас, иначе просто не доживу до утра. Глеб поворачивает коляску и едет в сторону кухни, на столе открытая бутылка вина. Хватает её и с жадностью, прямо из горла пьёт.

— Прости, что не предлагаю, мне это сейчас необходимо.

Осматриваюсь, в углу возле холодильника целая батарея пустых бутылок, Глеб глушит свою боль в вине, словно алкоголь может чем-то помочь.

========== эпизод 31 ==========

(Глеб)*

Время, как оно порой бывает жестоким . Первые дни в больнице, открываю свои глаза, мой отец, как устало он выглядит. Всё время он был со мной, не отходил ни на шаг. Операция и вот он каждый день приходит, спрашивает как я , мы подолгу разговариваем, но ни разу не касаемся темы моей операции. Настаёт новый день, тревога в душе только усиливается, никак не пойму, почему я не могу пошевелить ногами. Они как плети лежат и вовсе меня не слушаются. Врач осматривает, что-то спрашивает, сестра делает свои пометки в листке. Один я ничего не понимаю, что происходит, в конце концов начинается обыкновенная истерика. Отец так напуган, что тут же вызвал врача, укол и я проваливаюсь в сон. Но это не ответ, стоит мне открыть глаза и снова страх. Чётко понимаю, что не всё хорошо, пытаю отца разговорами, лишь смотрю на него, как он уклоняется от ответа, начиная новый разговор.

— Пап, прошу тебя, я же взрослый уже, не скрывай от меня ничего. Неизвестность пугает меня. Что со мной не так? Почему я так и не чувствую свои ноги?

Отец смотрит на меня, вижу как его руки трясутся, глаза бегают по мне, словно он не может найти подходящие слова. Итог просто убивает меня, такого молодого, рушатся все мои надежды на жизнь. За всё это время только и делаю , что думаю о Марке. Мой милый Марк, я так спешил к тебе! Слова преследуют меня, «поспешишь и насмешишь», хотя оно и не подходит для моего случая, но иначе никак не могу думать. Каждый день начинается с одного и того же, груз , который давит и никак не даёт свободно дышать. Моё тело так измотано, что начал думать о смерти, зачем я такой нужен? Обуза, да и только. Опять смотрю на лицо отца, как он постарел за последние дни, словно я вытягиваю с него все соки. Некогда веселый и даже забавный, сейчас сидит рядом, подолгу держит мою руку, ласкает её. Это тяжело так смотреть, на его влажные глаза. Знаю, что когда он уходит , то даёт волю своим чувствам. При мне старается шутить, не показывает свою боль. Стены больницы, как же они давят, кажется что многое зависит и от них. Серость, обшарпанные стены, словно мы не в 21 веке живём, а где-то очень далеко. Каждый день прошу отца забрать меня отсюда, как хочется просто домой, закрыться и больше никогда не выходить. Сейчас я похож на черепаху, которая втягивает свою голову в панцирь.

Первые дни дома, так неуклюже себя чувствую, никак не могу совладать со своим креслом, то проём задену, то вовсе чуть не переворачиваюсь. Друзья словно расписали все дни, по очереди навещают, ненавижу их. Знаю что не прав, скорее всего это зависть, они такие красивые, элегантно одеты, столько новостей. Только зачем мне сейчас всё это? Первые дни ещё как-то терпел, потом вообще объявил , чтобы больше не приходили, всё равно видеть никого не хочу. Пытались не слушаться, тупо сидел в кресле и не открывал дверь. Наконец-то добрался до компа, скинул все фото с Алтая, разглядываю наши фото с Марком. Слёзы застилают глаза, как больно мне смотреть на него, мы словно созданы друг для друга на этих фотографиях. Знаю , что сам себя извожу, причиняю боль, но как мне жить иначе. Нельзя приказать сердцу не любить, не вспоминать моего мышонка. Набросал фото на флешку, это для Марка, может хоть он когда-то посмотрит на них и улыбнётся. Наш роман, который так бурно развивался, обещая большую любовь, всё меркнет с каждым разом и только боль не утихает. Отец каждый день навещает, старается хоть как-то разговорить меня, смотрю на него и тупо молчу. Кажется что я не только не могу ходить, теперь уже и разговаривать не желаю.

— Глеб, это я пришёл.

Сижу у компа, быстро закрываю страничку, не хочу чтобы отец видел мои фото с Марком. Тут же подходит с сзади и целует меня в голову.

— Глеб, как ты? Сам знаю ответ, но всё равно спрашиваю тебя. А как иначе Глеб? Ты мой сын, моя боль. От того , что ты замкнулся в себе, мне гораздо тяжелее чем тебе. Ты же знаешь, что я отдал бы всё ради тебя.

Стараюсь хоть что-то выдавить из себя, всего пару слов и я устаю от отца. Хочу быть один, в этом я вижу теперь своё спасение.

— Пап, у меня к тебе просьба, выполнишь?

— Глеб, ну о чём ты? Сделаю всё что попросишь.

— Отдай флешку Кате, пусть отвезёт её по адресу. Я сам ей наберу и всё объясню. Позволь ей уйти пораньше с работы. Это очень важно для меня.

— Завтра же передам, а вы уже сами все детали обговорите. Но если хочешь я смог бы и сам отвезти?

— Не стоит, Катя всё сделает, не хочу тебя отрывать от твоих дел.

Уже вечером набираю Катю, совсем краткий разговор, адрес, что кому передать и моя просьба, ничего лишнего. Вечер, смотрю в окно, как бесится погода, то дождь, то снег. Словно сегодня перед глазами проходят все сезоны : лето, осень, зима. Звонок, думаю —это Катя, может не нашла Марка и не смогла передать ему фотографии. Сам злюсь на себя, не могу я привыкнуть к своему положению, ещё не получается управлять своим креслом. Открываю и обомлел, Марк, по телу озноб, жар, не могу объяснить , что я почувствовал в этот момент. Мой мышонок, увидев его, моё сердце опять заныло, вся боль так жестоко преследует меня. Пытаюсь тут же закрыть дверь, так будет лучше для всех, не хочу , чтобы он видел меня таким. Просто надо забыть, жить дальше, у него всё хорошо, зачем ему мои проблемы. Помню Марка, тихий, скромный, лишнего слова не скажет, а тут совсем поменялся. Вставил ногу в проём двери, я даже начал ему хамить, думал психанёт и уйдёт, но видимо я совсем не знаю Марка. Он всё такой же, смотрит на меня, ждёт что я его позову, обниму, как идиот, не могу себя переломить. Я прав, да он меня потом ещё и благодарить будет. Все попытки выставить его не увенчались успехом, не могу так больше. Беру своё вино, глоток и голова начинает кружиться. Спасение моё, живительная влага. Всё чаще прикладываюсь к вину, наверное скоро перейду на водку, хочется просто напиться и не думать ни о чём.

========== эпизод 32 ==========

(Марк)*

Размышляю, всё как-то иначе хотелось начать, Глеб же допил своё вино, за это время не произнося ни слова. Нехотя передвигается на своей коляске, от помощи отказался, лишь посмотрел на меня своими влажными глазами. Как мне быть? Уйти вот так не могу, это всё равно, что вырвать из своего сердца всё то, к чему стремился. Да и невозможно это сделать. Глеб — это смысл моей жизни, даже сейчас, когда он груб со мной, я всё равно счастлив. Я вижу его живого, грустно осознавать, но это так. Кое-как Глеб перебрался на свою кровать, правда пару раз отпустил длиннющий мат, что вообще на него не похоже. В квартире совсем темно, сижу на диване, смотрю в сторону спальни, у самого сердце разрывается. Как хочется просто сидеть рядом и держать его за руку, мне этого достаточно, знаю , что этим могу насытиться, словно батарейка, которая получает подзарядку. Всё замолкает, слышно, как Глеб мирно спит, крадусь на цыпочках и начинаю его раздевать. Спортивки, носки, за всё это время Глеб даже не шелохнулся. Бутылка вина даёт о себе знать, пусть даже так, самое главное это потом, когда я смогу убедить принять меня, пусть даже как друга, это неважно, главное чтобы только быть рядом . Собираю его вещи, как Глеб так может жить? Не мог он так измениться за столь короткий срок, нельзя быть к себе совсем равнодушным. Включаю свет на кухне, не хочу беспокоить Глеба, вещи в стирку, на кухне гора грязной посуды, повсюду пустые бутылки. Что он делает? Словно заживо загоняет себя в могилу.

Стараюсь работать как можно тише, пакет с мусором готов, чтобы его выбросить, так быстро летит время, но спать совсем не хочется. Столько всего навалилось, хожу по комнатам, осматриваюсь, красивый интерьер и всё в таком запустении. Ничего, всё получится, самое главное, это, конечно, Глеб. Ложусь на диван, просто смотрю в потолок и слушаю, как Глеб спит, при любом шорохе соскакиваю. К утру засыпаю, так и лежу в одежде, мне совсем не хочется рыться в его шкафах. Кажется, что только уснул, и опять просыпаюсь, наверное это уже привычка, в это время я обычно встаю на работу. Начинаю с кухни, в холодильнике шаром покати, ничего толком нет, а то, что есть, наверное следует выбросить, чтобы не получить отравление. Вещи я унёс в стирку, а чистые не приготовил, придётся всё равно открывать шкаф. Всё аккуратно по полочкам, боксеры , коих великое множество, футболки, брюки. Наверное на автомате, тут же подношу к лицу и вдыхаю аромат, да, именно этот аромат я храню в себе. Чистая футболка, спортивки и конечно боксы, Глеб должен быть красиво одетым. Время близится к девяти, хорошо, что Глеб ещё спит. Одеваюсь и иду в магазин, купить самое необходимое для нормального завтрака. Когда начал раздеваться, раздался голос Глеба.

— Пап, ты?

— Глеб, это я.

— Я же просил тебя уехать.

— Глеб, я не могу этого сделать, не будь таким жестоким ко мне.

— Где мои вещи?

— В стирке, давай в ванную, а затем оденешь всё чистое.

— Ванная? Ну ты хоть понятие имеешь , что это для меня?

— Глеб, нас двое и я во всём буду помогать тебе.

Глеб перебрался на свою коляску, хотел помочь, он лишь оттолкнул меня, мол сам смогу.

— Давай футболку снимешь и будешь мыться, если хочешь , я могу тебе помочь.

— Не нужно, я всё сам, руки-то у меня ещё работают.

Хоть Глеб и отказывался от помощи, но я настоял, усевшись он тут же попытался меня выпроводить.

— Настрой только воду, остальное я сам.

— Так вот и будешь принимать душ в футболке?

— Не волнуйся, я её сниму, когда выйдешь.

— Глеб, не будь ребёнком, я видел тебя голого и помню каждый изгиб твоего тела.

— Это было раньше, сейчас я совсем другой.

— Ничего не понимаю, что могло измениться?

Глеб мялся, смотрю на него и вижу что он начинает психовать, может не знает как мне объяснить всё это, либо просто не хочет.

— Да выйди же ты, видишь что я не хочу при тебе раздеться, не хочу , чтобы ты глазел на изуродованное тело.

Глеб так накричал на меня, что теперь я стою в растерянности, глаза стали влажные, кое-как проглотил комок, который так и не хотел продвинуться.

— Чёрт с тобой, смотри если так хочется, только не нужно соплей и так тошно.

Глеб снимает футболку и тут же бросает её на пол. Большой шрам на плече, всё зажило конечно, но остался след. А самое главное что теперь Глеб боится показать своё тело, поэтому он постоянно в одежде, несмотря на то, что дома так тепло.

— Помочь?

— Я же сказал, что я сам.

— Хорошо, я тогда приготовлю завтрак.

— Не смеши, интересно из чего ты его собрался готовить? Я, как видишь , по магазинам не хожу.

— Ты давай не отвлекайся и принимай водные процедуры, а я быстро, если что, зови.

— Быстро он, деловой весь такой стал.

Глеб что-то ещё бурчал, но я уже не слушал его. Действительно хотелось приготовить завтрак для Глеба, ему нужно нормальное питание и уход, только вот как его заставить — не знаю. Этот вопрос мучает меня всё это время. Стыдно, на кухне столько всего из техники, а совсем не умею пользоваться ей. Ну да ладно, кашу-то я сварить смогу, это пока, а там, на обед, что-нибудь серьёзное придумаю. Прислушиваюсь, не слышно , чтобы лилась вода, стучусь, Глеб нехотя отвечает.

— Я зайду?

— Блин, что настырный такой? Ладно , заходи , всё равно мне чуть-чуть помочь надо, мне не справится с этим одному.

Сам вытираю Глеба, счастья просто “полные штаны” , пусть даже так, всё равно мне приятно к нему прикасаться. Чистая одежда, и мой Глеб опять похож на себя.

— Завтракать?

— Я не завтракаю, мне лишь кофе и всё.

— Глеб, поможешь мне справиться с этим? Я не умею пользоваться твоей техникой.

— Поехали.

Хоть какая-то радость, Глеб идёт на диалог, как мне хочется расположить его к себе. Не могу оставить его одного и не хочу, лучше уж так, чем гадать , что с ним, да как он один.

========== эпизод 33 ==========

Тут же накрываю на стол, что-что, а кашу я готовить умею, наверное это лучше всего у меня получается. Глеб подсказывал, как мне заправить кофемашину.

— Приятного аппетита , Глеб!

— Ты наверное меня совсем не слышишь, я же говорил , что не хочу завтракать, лишь кофе и то чёрный.

— Я всего лишь пару ложек. Попробуй, я так старался.

— Хорошо, на сегодня это всё, и после этого ты можешь ехать домой, считай, что ты свой долг выполнил, совесть чиста.

Что он говорит? Я ничего не могу понять, при каждом удобном случае пытается меня обидеть, неужели я ни на что не гожусь, лишь на издёвки. ” Терпение, Марк , терпение “, — который раз сам для себя повторяю эти слова. Глеб нехотя кушает, а мне всё равно хорошо на душе, всё что было в тарелке , он аккуратно съел. Аппетит приходит во время еды, вода медленной струйкой проходит через фильтр, колба почти полна ароматного кофе. Готовлю чашку для Глеба.

— Хочешь с молоком сделаю?

— Нет, всего лишь чёрный.

Глеб пьёт свой кофе, я давно уже затеял уборку, посуда расставлена аккуратно , бельё в машинке, всё двигается. Сам же принимаюсь за пол , столько пыли , что вода тут же чернеет, приходится менять и не раз. Прошу Глеба переехать в зал, он что-то бурчит, типа того, что в своей квартире и то нет места для него. Бельё чистое и с ароматом лаванды, думаю что Глебу будет очень приятно отдыхать на таком . Хороший сон, это тоже своего рода лечение. За всё это время практически не присел, время давно уже за час. Пора и обедом заняться. Как стал жить один в общежитии, пришлось учиться готовить, да в принципе ничего трудного и нет, лишь одного боюсь, не переборщить бы с солью. Занимаюсь на кухне, порой не выдерживаю и захожу в зал, смотрю на моего Глеба и любуюсь им. Как бы хотелось , чтобы он просто улыбнулся мне хотя бы раз. Но Глеб невозмутим, следит за мной сурово, словно боится потерять свою марку. Ничего не говорю, накрываю на стол, сам тоже уже сильно устал, ноги даже ноют от беготни.

— Глеб, давай обедать.

— Не буду, не хочу.

— Глеб, что ты заладил как ребёнок. Пообедаем, я больше приставать не буду.

Подвигаю к нему тарелку, он же хотел отодвинуть её от себя и смахивает её на пол, тарелка вдребезги, суп на полу. Вся моя чистота коту под хвост.

— Не пичкай меня, и вообще , тебе пора валить отсюда.

Молча стою, готов зареветь , я старался для него, почему он так жесток ко мне? Не могу ничего понять, если человек пытается помочь, так надо благодарить?

— Да, конечно, я… Всё правильно , Глеб, я как был глупым, таким и остался глупышом. Надо знать своё место в жизни. Я просто хотел быть кому-то нужным. Прости.

Иду, на ходу хватаю куртку, выхожу из квартиры и лишь потом одеваюсь. Сам злюсь на себя, что нет сил бороться. Как доказать Глебу, что я не могу жить без него? Долго гуляю на улице, хожу вдоль неё, заглядываю в лица прохожих, пытаясь понять, а счастлив ли этот человек? Но это всего лишь мои рассуждения, киоск с мороженым, так странно, вспомнилось набережная и Глеб с мороженым, кажется с ванильным вкусом. Беру два мороженого и иду обратно, холодно, руки совсем озябли. В кармане нахожу ключи, как утром ходил в магазин, так и не выложил ключи обратно. Стою перед подъездом, словно репетирую, что буду говорить, как себя вести перед Глебом. Нет я не сдамся, пусть гонит, а я всё равно буду возвращаться обратно. Это мы ещё посмотрим : кто кого. Открываю дверь, руки ужасно трясутся. Первое что услышал, плач Глеба, даже не раздеваюсь, бегаю по комнатам , ищу Глеба. Последняя кухня, забегаю, а он там на полу , плачет, коляска перевёрнута, тело содрогается в конвульсиях. Тут же падаю на колени возле него, боюсь дотронуться. Вдруг сделаю ему больно.

— Глеб, милый мой, что случилось? Почему ты лежишь на полу?

Стараюсь ему помочь сесть, он цепляется за мои руки и ещё громче плачет.

— Марк, Марк, прости меня, я всем причиняю только зло, зачем ты пришёл? Почему просто не постарался забыть меня?

— Глеб, ну что ты говоришь? Ты думаешь мне легко без тебя? Я не знаю как дальше жить, ты же моё всё. Даже если ты меня будешь выгонять, я всё равно буду приходить, ради того, чтобы хоть раз посмотреть на тебя.

— Зачем я тебе такой? Ты такой, такой красивый, у тебя всё ещё может быть, зачем гробить себя ради меня?

— Какой ты всё-таки ненормальный, разве можно управлять своим сердцем? Приказывать ему молчать и не страдать? Просто позволь мне быть рядом с тобой, и не важно, будешь ли ты меня любить. Я люблю тебя, и это для меня очень важно. Не умею красиво говорить, но мои слова— они искренние.

Глеб немного стих, повернулся ко мне и долго смотрел в мои глаза, затем немного наклонился, и я его обнял. Он тоже обнял меня, крепко прижал к себе. Не знаю сколько мы так просидели, это глупо, но я был впервые счастлив за это время. Я обнимал своего Глеба, милого и очень красивого парня.

========== эпизод 34 ==========

(Глеб)*

Марк оказался крепким орешком, после того, что я ему наговорил, подумал, что он тут же уйдёт, но я ошибся. Просыпаюсь утром раздетый и аккуратно укрытый одеялом, чистые вещи тут же лежат на тумбочке. Полная тишина, наверное Марк ушёл, не смог выдержать, у него была целая ночь для размышления. Послышался шум в прихожей, папа как всегда рано, но нет, это Марк. Вот же настырный, успел уже и в магазин сбегать, рад стараться, только мне этого сейчас не надо. Не хочу жалости к себе, сам как-нибудь перебьюсь. Понимаю, что делаю больно Марку, но таков я есть. Ванная, как стыдно показать себя, этот ужасный шрам после аварии. Марк помогает мне принять ванну, вижу, что он переживает, глядя на меня. Тихо уходит, но я думаю, что он так и простоял возле двери. Руки такие же нежные, как и тогда, сразу чувствую его тепло. Как ему это удаётся? Так нежно касаться, что я даже не чувствую это, когда он вытирает моё тело.

На кухне прибрано, посуда помыта и убрана, значит, пока я спал, он работал, а я — идиот неблагодарный. Никогда не любил кашу, а тут согласился её скушать на завтрак, мне даже понравилось. Марк носится по квартире, убирает, протирает пыль, я только и успеваю, что за ним следить. Ползает по полу, джинсы немного сползли, вижу его прелести и тут же отворачиваюсь, не хочу строить иллюзий.

Как мерзко я поступил, обед на столе, а я всё не могу унять свою обиду и жестокость, одним ударом снёс тарелку на пол. Марк молчал, на его глазах показались слёзы и он тут же уходит, слышу, как закрылась за ним дверь. Я полный придурок, обидел человека, которого сильно люблю, а может я всё же правильно сделал? Кто я теперь? Одна вторая часть человека? Слёзы катятся по моим щекам, пальцы сжал с такой силой, что даже услышал треск пластмассы на ручках коляски. Пытаюсь убрать осколки, никак не удаётся достать один из них, который застрял под кухонной тумбой, нагибаюсь, и в этот момент не удержав равновесия, падаю. Обида от беспомощности раздирает грудь, лежу посреди кухни и просто даю волю своим чувствам, слёзы бегут сами по себе. Марк, увидев меня, тут же бросился ко мне, не могу сдержать свои слёзы. Мой мышонок прижимает меня к себе, как хочется просто любить его, а тут я такой. Разве сейчас это возможно — быть счастливым? Я только испорчу ему жизнь. Сидим посреди кухни , Марк обнимает меня, мои руки трясутся, в конце концов я сам начинаю его обнимать, понимаю, что теперь не смогу его отпустить, всё заново вспыхнуло, словно и не было долгой разлуки.

— Марк!

— Глеб , всё хорошо, я рядом и всегда буду рядом, даже если ты мне это запретишь.

— Марк, зачем я тебе такой урод?

— Глеб, может мы оба уроды? Я не могу без тебя, а остальное уже неважно. Я мороженое купил такое же, как ты мне тогда купил на набережной.

— С ванилью?

— Именно такое. Хочешь?

— Может сначала меня своим борщом накормишь? Я так и не попробовал его, а так вкусно пахнет.

— Тогда помоги мне тебя поднять, чтобы усадить в коляску.

Всеми силами стараюсь помочь Марку, он усаживает меня и смотрит некоторое время в мои глаза, легко целует в губы и улыбается.

— Немного подождёшь? Я подогрею, а то уже остыло.

Суп такой вкусный, я нисколько не лгу, Марк умеет готовить, уверен, что он приложил всю свою любовь, лишь бы угодить мне.

— Отдохнёшь пока, а я приберусь на кухне.

— Марк, давай вместе, я так устал от того, что ничего не делаю, день кажется бесконечным.

— Согласен, я буду мыть посуду, а ты вытирай тарелки.

Марк улыбается, как легко становится на душе, хочу рискнуть довериться Марку, может не всё так плохо будет. Не получится, ну что ж, не я первый, буду страдать , это уж точно, но это жизнь.

— Глеб, нам нужно серьёзно поговорить, готов выслушать меня?

— Марк, я постараюсь, только не дави на меня резко. Говори, что там у тебя.

— Глеб, я хочу быть с тобой, помогать тебе и просто радоваться каждому дню, что мы вместе. От тебя что я хочу? Просто помоги мне немного с делами по квартире, я многое ещё не понимаю, что да как.

— В чём например?

— Хочу поставить стирку, а программу не знаю какую.

— Мышонок, иди ко мне.

Марк садится возле меня на корточки, его руки на моих коленях, смотрит своими большими глазами так преданно, рукой притягиваю его к своим губам и целую. Всего лишь лёгкий поцелуй, не хочу спешить, специально даю Марку время всё обдумать и понять, во что он ввязывается, какой груз ответственности он хочет взять на себя.

— Тогда делим всю работу пополам, я хочу помогать тебе.

— Глеб, спасибо тебе.

— За что?

— Что ты есть и просто даёшь мне шанс доказать, как сильно я тебя люблю.

— Марк, я не хочу спешить, хочу, чтобы ты сам понял, что тебе нужно. Решишь уйти — я никогда тебя не остановлю, может случиться так, что ты найдёшь того, кто будет нужен тебе. Не думай, просто уход…

Марк так и не дал сказать последнее слово, его пальцы прижали мои губы, не дав им шанса договорить.

— Я уже давно нашёл того, кто мне по сердцу, так что выбрось эту ерунду из головы , иначе придётся тебя отшлёпать по твоей заднице.

— Да пожалуйста, она всё равно ничего не почувствует.

— Глеб, ты хоть и старше меня, а порой такой глупый, словно капризный ребёнок.

========== эпизод 35 ==========

Приготовил вещи для стирки, Глеб показал что да как, какую программу, для каких вещей. Ну вот, теперь и я смогу самостоятельно заняться домашними делами. Машинка зашипела, набиралась вода в отсеке и вскоре закрутился барабан. Я так устал, что ног не чувствовал.

— Марк, отдохни , пока стирка идёт, я же видел, что ты с утра не присел ещё ни разу.

— Глеб, осталось чуть-чуть ещё и потом можно и отдохнуть.

— Нет уж, я настаиваю, присядь на диван и просто отдыхай, машинка достирает и сама выключится, так что нет надобности стоять рядом.

Глеб включил телик, я присел и откинулся на спинку дивана, тишина, лишь он изредка посматривает на меня. Не смог удержаться и уснул, скорее всего сказалась беспокойная ночь, я практически не спал и вот итог. Сплю и ничего не слышу. Просыпаюсь от того, что меня кто-то ласкает. В комнате уже темно, телик молчит, рядом Глеб и нежно поглаживает своими руками меня по лицу. Когда я уснул, он достал плед и укрыл меня им, всё это время практически не отходил от меня. Лишь когда пришёл его отец, он отправился на кухню, чтобы разложить продукты и переговорить немного с ним.

— Глеб?

— У тебя такая же бархатистая кожа, как и тогда, на Алтае, я коснулся тебя и словно это было вчера.

Даже сейчас в темноте я увидел его слезу, она скатилась по его щеке.

— Хорошо хоть мои руки действуют, могу дотронуться до тебя и снова ощутить твоё тепло.

— Глеб, ну что ты, вот увидишь, у нас всё ещё будет, просто надо сильно этого захотеть. Ой, а я совсем про стирку забыл…

— Я уже всё вытащил, осталось лишь развесить, но я этого не смог сделать, просто не достану.

— Не стоило, мне же не трудно это сделать. Да и пора уже наверное ужин готовить.

— Не нужно ничего готовить, ты устал, вон сколько проспал, что даже ничего и не слышал.

— Так ты как мышонок забился в угол, конечно я ничего не слышал.

— Вовсе нет, ты крепко спал, даже и не проснулся, когда приходил мой отец.

— Блин, мне так стыдно, что он подумает обо мне ?

— Ничего страшного, он продукты принёс и практически сразу ушёл, завтра вечером обещал зайти.

— Тебе совсем не хочется кушать?

— Папа принёс полуфабрикаты: пицца, блины фаршированные, так что стоит лишь разогреть в микроволновке и всё готово.

— Тогда я пока чайник поставлю и будем ужинать, а после вместе можно и отдохнуть, я думаю что ты сегодня тоже устал. Ты мне столько всего помог, спасибо, Глеб.

— Конечно много, иначе ты бы не справился, думаю, что я буду спать сегодня мёртвым сном.

Как удивительно оказывается проводить время с человеком , которого любишь, ужин, мне всё казалось , что мы давно уже семья, тихий разговор и я ловлю каждую улыбку Глеба. Мои чувства с новой силой вспыхивают, что теперь их невозможно затушить, сердце, как сильно оно бьётся рядом с любимым. Как и в обед , убираю посуду, Глеб возле меня, сам ни на шаг не отходит. Остаток вечера проводим у телика, Глеб перебирается на диван, я кладу свою голову ему на колени и просто любуюсь им. Кажется что в природе наступило равновесие, даже пошевелиться боюсь, чтобы не нарушить идиллию. Глеб практически не смотрит что там на экране, так же как и я. Его руки ласкают мою голову, а я наслаждаюсь каждым его прикосновением.

Чуть позже встаю и готовлю постель для Глеба, застилаю свежее бельё, от него стойкий аромат цветов, что самому хочется рухнуть тут же и уснуть.

— Глеб, я всё приготовил, можешь ложиться спать.

Глеб затихает, он медленно раздевается, всё это время поглядывает на меня. При ярком свете мне теперь хорошо виден его шрам, касаюсь своими пальцами. Глеб тут же прижимает их к своему телу.

— Глеб, тебе больно?

— Мне больно оттого, что ты видишь меня таким.

Присаживаюсь на корточки возле него, крепко держу его руки.

— Милый, это всего лишь шрам, не более того, а для меня важен ты.

Какая-то неясность с нами творится, чувствую , что мы друг другу что-то недоговариваем, и каждый боится начать этот разговор.

Глеб укладывается спать, я убираюсь немного, привожу всё в порядок. Возвращаюсь и укрываю Глеба, боюсь что разбужу его. Сам же ложусь на диван, укрываюсь его пледом. Никак не могу уснуть, смотрю на отражение

света на потолке, а сам думаю о Глебе. Почему жизнь так несправедлива, как помочь ему вновь обрести уверенность в себе?

Засыпаю, вижу поток машин, я бегу по дороге и никак не могу выбраться из тупика. Сигнал, машина-трейлер на бешеной скорости несётся на меня, ещё мгновение и она размажет меня по мокрому асфальту. Успеваю закрыть свои глаза руками, пытаюсь кричать, но нет сил.

— Марк, Марк, что с тобой?!

Просыпаюсь от голоса Глеба, бегу в его комнату, думая что ему что-то нужно.

— Глеб, что случилось? Тебе что-то нужно?

— Марк, ты стонешь, что это с тобой?

— Просто кошмар приснился.

— Ложись рядом со мной.

— Я боюсь , что тебе будет неудобно спать, не хочется тревожить тебя.

— Пожалуйста ложись, прошу тебя.

Глеб откидывает край одеяла, приглашая лечь рядом, ложусь на самый край, но не тут-то было, Глеб крепкими руками прижимает меня к себе. Как приятно от него пахнет, его губы касаются моего лба, нежный поцелуй. Это приятно, хочу чтобы это было всегда так.

========== эпизод 36 ==========

(Глеб)*

Когда я повернулся в сторону Марка, он уже спал, его голова сползла неудобно набок. Мой мышонок весь измотан, так жалко его. Тихонько стараюсь переложить его голову на подушку, затем пытаюсь поднять его ноги. Боязнь, что опять смогу перевернуться и упасть, и в этот момент приходит папа. Слышу, как щёлкнул замок в дверях, увидев такое, он был даже шокирован.

— Привет, сына! И кто это у тебя тут спит на диване?

— Пап, лучше помоги мне, достань плед и помоги уложить его ноги на диван.

После этого мы удаляемся на кухню, папа всё ждёт ответа, он смотрит на меня удивлённо.

— Пап, это мой очень хороший друг, просто он мне помогал.

— Глеб, помогал пить или?

— Да нет, он вообще не пьёт, если ты об этом, разве ты не видишь, что дома полный порядок, так это всё он.

— Мне конечно приятно это слышать, но я его раньше с тобой никогда не видел.

— Это неважно совсем, важно то, что он мой.

Как-то странно получилось, я сам продал себя с потрохами, назвав Марка своим. Папа продолжал раскладывать продукты в холодильнике, удивился тому, что у меня в нём появилось хоть что-то из еды.

— Может оно и лучше, что у тебя такой друг, но и твои прежние друзья часто спрашивают о тебе, зря ты так с ними. Катя каждый раз интересуется, хорошая девушка ведь, что нос воротишь?

— Пап, не начинай только, всё мы это уже проходили.

— Ладно, я тогда завтра вечером опять забегу. А теперь мне пора, самое главное — не замыкайся в себе, звони, если что. Если я не смогу, то Катя привезёт всё что надо.

Папа поцеловал меня в лоб и собрался уже уходить, а я медлил и думал, стоит ли рискнуть с реабилитацией, с программой для восстановления и укрепления организма. Я так ни разу не занимался, совсем замкнулся в себе. А сейчас, с появлением Марка, во мне появилось желание снова жить, быть рядом со своим мышонком. Я хочу попробовать, а если уже и это не поможет, значит не судьба мне.

— Пап, погоди минутку ещё.

— Да, Глеб, тебе что-то ещё нужно? Ты самое главное говори, я всё постараюсь сделать.

— Пап, я согласен начать заниматься.

— Не понял тебя?

— Ну пройти программу реабилитации. Массаж, тренинги и всю эту муть.

— Ладно, пусть это будет муть, но я рад, что ты передумал, завтра же привезу тебе массажиста, у меня как раз есть на примете красивая девушка и к тому же одинокая.

— Блин, папа, ты словно стараешься меня сплавить быстрее, я же просто хочу рискнуть и восстановиться.

— Хорошо-хорошо, ты меня сегодня порадовал.

Папа ушёл через пару минут, я покатил коляску в зал, просто стоял рядом с диваном и смотрел на своего мышонка. За всё это время он так и не шелохнулся, тихо себе посапывал . Я же был рядом, порой касался его рук своими ладонями. Неужели это опять происходит со мной? Я хочу его всем своим сердцем, так бешено, как тогда на Алтае. Раздеть его и прикасаться к нему, как же это было бы прекрасно. Кругом тишина, уже в комнате темнеет, когда Марк шевельнулся и открыл глаза. Даже в этой темноте видно, как красиво они блестят, отблески света отражаются в них. Тихо придвигаюсь ближе к нему и целую его в лоб. Как хочется дотронуться до его губ, но нет, не сейчас, не хочу торопиться. А самое главное — дать время Марку понять, хочет ли он взвалить на себя такую ответственность. Может из задуманного и ничего не получится, но хочу рискнуть, а потом уж всё остальное. Пока Марку ничего не говорю, на ночь глядя это ни к чему, пусть всё будет как есть. Его забота поражает меня, он только проснулся, а уже думает о белье в стирке, об ужине. Мой мышонок, он такой, какой он есть, за это я его и люблю. Хотя ещё пару дней назад я старался всеми силами стереть всё, что было связано с Марком. Одна встреча, один миг может изменить всю твою жизнь.

Марк стелит чистое бельё, порой удивлённо смотрит на меня, словно изучает заново. Сам же ложится на диван, мне обидно, но терплю, я сам захотел этого, чего теперь обижаться. Ночью слышу стоны, с Марком что-то творится. Зову его, затем ещё раз, но уже громче, он тут же подскакивает и бежит ко мне. Думая в первую очередь обо мне, затем вспоминает, что ему снился какой-то кошмар.

Откидываю край одеяла и прошу Марка лечь рядом, он стоит, мнётся, вижу, что сам сильно этого хочет. Но такой Марк, он сто раз переспросит, прежде чем сделает сначала шаг. Он рядом, от его тела такой жар, он горяч и желанен. Поворачивается ко мне, и, словно мышонок, тычется своим носиком в моё плечо, наконец-то, укладывается и тихо засыпает. Только я не могу уснуть, глажу его своими руками, нежно проводя по его гладкой коже. Как я скучал по нему, по моему Марку, понимаю каким глупым иногда бываю, что едва не загнал себя заживо в могилу. Наконец-то Морфей добрался и до меня, лишь крепче притягиваю к себе Марка и сам засыпаю.

========== эпизод 37 ==========

(Марк)*

У меня кружилась голова, словно как в первый раз, аромат Глеба, его не спутать ни с чем, и вот он опять рядом со мной, в моих объятиях. Сам до сих пор не могу в это поверить, просто закрываю свои глаза, да , именно так и должно быть, пусть этот сон длится вечность. Мой Глеб, как сильно я тебя обожаю ! Всю ночь никто из нас двоих даже не пошевелился, я так боялся, что просто вцепился своими руками в тело Глеба, крепко прижимая его к себе. Сквозь сон чувствую как нежно он касается меня своими пальцами. Опять снятся сны, так удивительно, такого не было с тех пор , как мы расстались с Глебом. Словно я ожил, сам не помню, что мне снилось, но я смеялся во сне. Когда открыл свои глаза, Глеб удивлённо смотрел на меня.

— Мышонок, ты смеялся во сне, что-то хорошее снилось?

— Глеб, мне снился ты. Доброе утро!

— Привет , мышонок ! Как спалось?

— Это был не сон, а словно я в наркотическом опьянении.

— Вставать будем?

— Не-а, я и так долго спал один, ни за что, даже не уговаривай.

Просто лежал рядом с Глебом, приятно касаться его тела, смотреть в его глаза, это так заводит. Порой он тянет свои тёплые губки ко мне, я ловлю его поцелуй и мы тут же улыбаемся. Нисколько не хочу торопить события, нога касается Глеба, его член такой горячий, стоит колом, но никто из нас даже не делает намёка на секс.

— Кто первый в душ?

— Марк, давай ты, мне нужно много времени.

— А мы куда-то спешим?

Я принял душ, Глеб сам встал и теперь пересел в коляску, сколько в нём силы, я горжусь им. Помог ему тоже принять душ, после же он попытался сам убраться в спальне. Не буду ему мешать, хочу чтобы он сам понял, что он полноценный человек и который мне очень нужен.

— Марк, я должен тебе сказать одну очень важную вещь.

Глеб был таким серьёзным, куча всяких мыслей тут же роем пронеслось в моей голове, что ждать от него? Сжимаю свой кулак, просто боюсь каждого его слова.

— Марк, иди ко мне.

Он берёт мою руку, смотрит на меня, словно сам не знает с чего начать, долго подбирает слова.

— Ты весь трясёшься, словно у тебя озноб. Я не хотел ничего тебе вчера говорить, мы с папой вчера переговорили, я хочу попробовать.

— Глеб, чего попробовать?

Мой голос дрожит, еле-еле произношу слова.

— Хочу попробовать пройти программу реабилитации, может что-то и получится.

Отлегло, тут же обнимаю Глеба и целую его, как хорошо, что он решил бороться.

— Глеб, ты молодчина, я во всём буду тебе помогать, вот увидишь , всё у нас получится!

— Если честно , Марк , я сильно боюсь.

— Глеб? Я рядом с тобой, разве тебе будет теперь страшно?

— Марк, спасибо тебе. Сегодня папа должен прийти с массажистом к нам, у неё специальная программа занятий.

— Отличная новость, Глеб , это же просто потрясно !

Позавтракали, немного убрались в комнатах, самое удивительное , что Глеб всегда был рядом, не отходил ни на шаг от меня , старался хоть в чём-то помочь мне.

— Марк, мне так охота на улицу, я уже и забыл как выглядит солнышко.

Одеваемся, стараюсь хорошенько одеть Глеба, ему болеть сейчас вовсе ни к чему, лифт , последние ступени, и выход. Да , выйти не так страшно , как войти обратно, все ступени вверх. Ну да ладно, я смогу, если что , кто-нибудь нам поможет.

— Глеб, только ты мне говори , если будет холодно. И давай командуй, куда пойдём?

— Нам ничего в магазине не нужно? Можем просто так прогуляться.

Немного прогулялись, затем магазин, я качу коляску Глеба, а он сам держит корзину, так смешно порой выходило. Глеб брал с полок всё , что считал нужным, я тут же отсеивал, выставляя обратно на полку. Когда пришли на кассу , оказалось, что он всё равно уже успел взять то , что хотел раньше. Набралось пару пакетов, не всё так плохо, видя нас некоторые люди помогали нам выбраться, придерживая двери. Вот и всё , идём опять домой, Глеб держит два больших пакета на своих коленях. Подъём, мне вдруг стало страшно, что я не справлюсь, знаю что Глеб тут же откажется и больше никогда не пойдёт со мной на улицу. Первые две ступеньки кое-как преодолел, Глеб начал волноваться, просил подождать кого-то.

— Мышонок, тебе не хватит сил поднять меня. Лучше уж позови кого-то на помощь.

— Неважно, что я щуплый, ты не знаешь , на что я способен.

Только мы зашли, как пришёл папа Глеба и молодая девушка-массажист. Нас познакомили, Глеб в спальне получает свой массаж, мы же с папой Глеба отправились на кухню.

— Я рад , что Глеб принял моё предложение, но столько времени упущено зря. Уже боялся, что я потерял сына. Он же не шёл на контакт, я уже всё перепробовал. Что с ним такое , он словно поменял своё отношение к жизни.

— Владимир Алексеевич, Глеба нужно заинтересовать, нужно чтобы он понял , что он вовсе не бесполезен, а нужен. Я знаю , что он не может ходить на работу, если вы бы ему поручали бы хоть какие-то маленькие дела, проверка документов, ну или ещё что-то. Вот появился бы хороший стимул для жизни, не будет времени думать о всяком безобразии. Представьте , как долго длится у него день, просто смотря на стены, это же угнетает.

— Марк, а ты молодец, я постараюсь что-то придумать.

Прошло сорок минут сеанса, девушка собралась уходить, высказала свои пожелания , что Глебу нужны сильные руки для массажа и лучше если бы это делал мужчина. Это сигнал, мы оба тут же переглянулись, каждый думал о своём. Я уже ревновал, не хочу чтобы Глеба кто-то лапал из мужчин, согласен если это женщина, а тут такое. Буду давить в себе это чувство, это надо Глебу, а остальное неважно.

========== эпизод 38 ==========

Все ушли как-то разом, в квартире опять мы одни с Глебом, он немного ещё полежал в кровати, словно нежился после массажа.

— Как ты, Глеб?

— Всё хорошо, просто как-то некомфортно после того, как всё моё тело измазали маслом для массажа.

— Хочешь я ванную наберу и искупаю тебя?

— Хочу, только если ты со мной будешь.

Приготовил ванную, немного пены и зову Глеба, он старается, как мне нравится на него смотреть, он разделся, вижу каждый его мускул. Как они напрягаются, когда он опирается на свои сильные руки.

— Не горячо?

— В самый раз, давай, чего ждёшь, присоединяйся.

Тут же начинаю раздеваться, Глеб смотрит на меня пожирая своим взглядом, следит за каждым моим движением. Сажусь позади его, он же прислонился ко мне, как приятно вот так вот сидеть, стараюсь быть нежным, чтобы не причинить ему боли.

— Как тебе массаж?

— Ты знаешь, девушка такая нежная, у неё такие руки крепкие, мне понравилось. Сказала, что завтра придёт её друг, он тоже массажист. Теперь, скорее всего, он будет продолжать делать мне массаж. Ты же не против?

— Нет конечно, самое главное, чтобы он был не очень красив.

— Ты что, ревнуешь?

Я просто молчал, да мне как-то не по себе, знать, что до Глеба касается кто-то чужой, становилось неприятно. Вдруг ему понравится тот парень, всё может случиться.

— Марк, ты о чём думаешь? Ты так и не ответил на мой вопрос.

— Так , ни о чём, мне просто хорошо с тобой. Я всё, мне нужно приготовиться к завтрашнему дню.

— Тогда и я всё, спасибо , Марк.

Вытерся, затем помог вытереться Глебу, он ловит каждое моё движение, стою рядом и сушу его волосы, он обнял меня крепко и прижал к себе.

— Марк, а ты завтра же придёшь ко мне?

— Конечно приду, я всегда буду с тобой, если разрешишь, мне только надо домой, чтобы взять тёплую одежду. На улице уже морозец.

Всё готово, чтобы отдыхать, Глеб лёг первым, он продолжал смотреть за мной, всё не решаясь сказать. Мне же пока пришлось готовить свою одежду, хотя что там готовить, немного погладил её и всё готово. Затем кухня, ещё раз всё просмотрел что да как, не хочу, чтобы Глеб голодал, всё должно быть доступным для него. Даже умудрился написать ему заметки, что да где находится. Прошло уже около часа, пока я добрался до дивана.

— Марк!

Тут же захожу к Глебу в комнату.

— Глеб, я рядом ты зови если, что понадобится.

— Марк, я не знаю, как тебе это сказать, ладно, просто забудь.

— Глеб, говори я всё пойму, не должно быть между нами тайн.

— Мне страшно, я не знаю, как тебе это объяснить, наверное мне не стоит на это надеяться, калека, да и тело не то, что было. Я просто хотел тебя попросить, быть рядом со мной, обещаю, что не буду домогаться тебя. Просто хочу чувствовать тебя рядом, мне так спокойнее будет.

— Наверное , мы оба с тобой боимся. Я боюсь, что причиню тебе боль, поэтому мучаюсь на диване, хотя уснуть не могу, ты на кровати один. Конечно же , я хочу быть с тобой, и не нужно себя накручивать по поводу тела. Для меня ничего не изменилось, ты такой же желанный , как и прежде. Я боюсь даже дышать на тебя.

Ложусь рядом с Глебом, даже не прижавшись к нему, слышу как сильно бьётся его сердце. Мои руки обнимают его, слегка провожу по его коже, касаюсь его щетины на щеках. Поцелуй, как-то непривычно, мне щекотно от его щетины.

— Марк, поласкай меня.

Откидываю одеяло, пальцами нежно провожу по его груди, трогаю соски, кожа напряжена. Чувствую, как по его телу проносятся мурашки, он тихо стонет, тут же ловит мои руки и подносит к своим губам.

— Мышонок, как я скучал по твоей нежности, сколько раз ласкал себя сам, представляя что это ты. Просто закрывал глаза, чтобы видеть твой образ.

Что-то хотел ответить, но Глеб сгреб меня в охапку и прижал к своим горячим губам, поцелуй, ещё поцелуй. В глазах темнеет, словно сейчас случится обморок. Как не хочется, чтобы эта ночь кончалась, не хочу расставаться с ним даже на минуту. Ложусь рядом и просто слушаю биение его сердца, оно стучит и отбивает свой ритм жизни, считая и мои ритмы тоже. Словно мы одно единое целое, разлучить нас, это значит , что мы просто не выживем друг без друга.

========== эпизод 39 ==========

(Глеб)*

День пролетел на одном дыхании, Марк для меня является тем самым кислородом, что мне так необходим. Поход на улицу, затем магазин, я давно так не веселился, как интересно смотреть на Марка со стороны. Смотреть на то, как он тщательно выбирает продукты, обязательно глянет дату выпуска, прочтёт его содержимое и лишь затем кладёт его в корзину. Никогда не придавал этому значения, по мне так лишь бы вкусно было. Марк , он совсем другой, заботливый и нежный, каждый шаг просчитывает наперёд. Сердце кровью обливалось, когда смотрел на него, как он весь напрягся , поднимая коляску по ступенькам, затем в подъезд. Я молчал, так стыдно мне ещё никогда не было, смотрю на него, как он старается мне угодить во всём. Нисколько не думает о себе, словно есть только я и всё. Как ревностно он смотрел на массажиста, девушка делала мне массаж, её руки касались моего тела. Ведь я сразу понял, что Марк просто ревнует, а особенно когда сказали, что с завтрашнего дня будет парень. На все мои вопросы лишь уклоняется, но мне ли не понять его. Марк бывает просто порхает, я даже не слышу , что его ноги касаются пола. Как сильно я его хочу, почему-то всё время думаю об этом, очень волнуюсь и порой даже страшно. Вдруг я разочарую Марка, я этого не перенесу, лишь совсем тихо касаюсь его кожи, в душе всё словно закипает, каждая клеточка моего организма ликует. Марк сидит позади меня в ванной, он обливает моё тело водой, иногда целует мои плечи. Господи, порой мне кажется, что я готов умереть, ради поцелуя моего Марка. Провожает меня в спальню, сам же ещё что-то копошится на кухне, тянет время. Специально, чтобы я уснул и не видел, как он ложится спать один на диване, по ночам встаёт и подходит к моей кровати , вслушиваясь в ночную тишину. Нет, так не должно быть, долго мучаюсь сказать или всё-таки подождать. Это нестерпимо трудно быть одному на большой кровати, всё равно не удастся уснуть. Прошу Марка лечь рядом, как тихо он ложится, затем его руки касаются меня. Просто прижимаю его к себе, мои губы касаются его губ, словно запретный плод на моих губах. Но это того стоит, он ласкает меня, внутри меня всё бунтует, как сильно я его хочу. Не знаю, сколько я смогу так продержаться, боюсь сорваться и опять быть грубым. Марк спит, совсем тихо в комнате, я ещё долго любуюсь им, просто касаюсь своими пальцами его лица.

— Спи , мой мышонок, и спасибо, что ты есть у меня.

В последнее время я совсем мало сплю, как-то не получается, но сегодня я даже рад этому. Рядом со мной Марк, и я не хочу проспать его пробуждение, сам хочу проводить на работу и затем опять ждать его. Так и получается, лишь показались первые лучи солнца и будильник издал первый сигнал , Марк поднимается. Он совсем тихо сидит на краю кровати, потирая сонные глаза, обнимаю его за талию и нежно целую.

— Глеб, спи, совсем рано ещё, а мне пора бежать.

Марк быстро одевается и уже собирается уходить, останавливаю его, и прошу взять ключи.

— Марк , там на крючке связка ключей, хочу чтобы у тебя были свои ключи от квартиры.

Марк целует меня и затем уходит, я ещё долго лежу, просто улыбаюсь, мне снова хочется жить. Жить , потому что в моей жизни есть мой мышонок, парень , который готов на всё ради меня. Как странно, никто из нас никогда толком не объяснялся в любви, но я уверен, что сильней любви чем Марка ,нет на свете. Да и что говорить, сам не могу без него, не могу жить без того , чтобы не видеть его красивые глаза. Без его улыбки, которую совсем редко удаётся увидеть на его серьёзном личике. Парень большой души, и как он смог выжить в детском доме, сохранить эти удивительные качества?

Самый прекрасный сон утром, так сладко я уже давно не спал. Просыпаюсь и смотрю на часы, вот это да, уже почти 12:00. Впервые за всё время рад, что наступил новый день, сам, один, стараюсь принять душ, немного боязно, но мне это удаётся. Я окрылён, смотрю на себя, помню, что когда целовал Марка , тот морщился от моей щетины. Пена, и пытаюсь вновь стать прежним, правда пару раз порезался, наверное совсем отвык уже, да и непривычно без зеркала. Пару раз порезался , ну да ладно , заживёт. Чем ближе время к пяти, тем сильнее я нервничал, да я просто не находил себе места. А вдруг Марк больше так и не появится у меня ? Разные мысли тут же проносились у меня в голове. Кто-то открывает дверь, сердце забилось в бешеном темпе. Увы , это мой отец и парень, скорее всего массажист. Папа знакомит нас, Игорь , так зовут парня, тут же просит меня лечь на кровать, расслабить своё тело. Масло на ноги, его крепкие руки массируют икры, пальцы ног. Оглянулся, Марк смотрит на нас, он такой серьёзный, его глаза так и бегают следом за пальцами Игоря, словно он контролирует каждое его движение. Спустя некоторое время уходит на кухню, что-то обсуждает с моим отцом. После, когда все ушли, обнимаю Марка, он лишь молчит. Его мозг занят совсем другим, вот что там творится, не узнать.

— Марк, не молчи, тишина угнетает.

— Глеб, меня сейчас разорвёт, я не могу на это смотреть, не хочу чтобы он касался тебя.

— Тогда решено, массаж отменяется.

— Блин , я идиот, нет , Глеб, я не о том говорю, просто мне душу выворачивает, но я буду стараться совладать с собой.

— Давай уж ужинать, ревнивец ты мой, теперь мне совсем боязно с тобой спать, придушишь как Отелло Дездемону.

Шутки, порой без них никуда, разрядка в обстановке, Марк улыбается и мне приятно, люблю его до безумия. Остаток вечера он не выпускает меня из своих объятий, да я и не сопротивляюсь.

========== эпизод 40 ==========

(Марк)*

На душе такая нега, впервые за долгое время я вновь улыбаюсь, прохожие смотрят на меня, людям наверное кажется, что я просто тронулся умом. Я ликую, я счастлив, что я смог разбудить сердце Глеба. Нисколько не сомневался, что он не смог забыть меня и его сердце так же продолжает меня любить. Даже на работе увидели, что я изменился, спрашивали, а я просто отнекивался, что всё у меня хорошо. Душа поёт, что может быть лучше, если ты влюблён, и влюблён в самого красивого парня на свете. Сейчас совсем неважно, кто тебя окружает, всё равно не может быть никого красивее твоего любимого. Ноги почти не касаются земли, работа спорится, хочется жить и радоваться, а ещё быстрее оказаться дома и снова броситься в объятия Глеба. Каждый раз встаёт его образ, как мои руки касаются его тела, мои мечты, они стали реальностью. Как мало мне оказывается надо, стоит увидеть лицо Глеба и я счастлив, а может так и должно быть,и это счастье?

Вечер, как сильно хочется вернуться к моему Глебу, общежитие, перебираю свою одежду. Ужасно всё это, потрепалось всё, стыдно появляться на глаза Глебу. Кое-как нашёл во что переодеться и бегом на остановку, полгорода нужно преодолеть, чтобы вновь увидеть своего любимого. Да сейчас я готов проехать полстраны, лишь бы быть с Глебом рядом. Останавливаюсь возле подъезда, только сейчас понял, что всю дорогу я не шёл, а бежал, дыша словно загнанная лошадь. Что обо мне подумает Глеб? Стою, стараюсь выровнять дыхание и затем тихо, не спеша, захожу в лифт. Как приятно открывать ключом, тем более, если тебе его дали и сказали, чтобы он был у тебя. Даже не раздеваясь , захожу в спальню, Глеб лежит в постели, а над его ногами трудится массажист. Внутри всё сжалось, Боже ! Как я всё-таки ревную, никогда бы не подумал, что такой ревнивец.

— Здравствуйте!

— Привет, Марк!

— Нам ещё пару минут, и мы с Глебом заканчиваем.

Во блин, они с Глебом заканчивают, а парень-то ещё тот тип. Что я делаю? Сам нагоняю на себя жуть какую-то, прохожу на кухню и готовлю чай, заправляю кофемашину. Сам понимаю, что веду себя глупо. Проверяю холодильник, мои записки так и висят, кое-что Глеб съел, но не всё, что я думал. Есть повод его поругать, заодно и успокоюсь. Сам себе начинаю улыбаться, как это глупо выглядит сейчас. Слышны разговоры Глеба и Игоря, затем Глеб уже появляется на своей коляске на кухне, позади него Игорь.

— Выпейте с нами чаю, я вон пирожных свежих взял.

— Да, Игорь, присаживайся, Марк вкусный чай готовит.

Глеб лукавит, я же вижу, как он расплывается в улыбке, сам подвигает себя к столу. Наливаю Глебу его кофе, Игорь немного мнётся, но затем охотно садится за стол. Всё проходит так же быстро, как и началось, разговариваем, пытаюсь узнать хоть что-то полезное для себя. Но увы, Игорь всего лишь массажист.

— Вам стоит почитать в инете, там даже есть форум. Где люди с такими нарушениями делятся своими наблюдениями, своими упражнениями для укрепления мышц спины.

Наконец-то Игорь уходит, я провожаю его до двери и возвращаюсь обратно на кухню. Начинаю убирать всё со стола, Глеб следит за мной. Совсем тихо подвигается ко мне, обнимая меня за талию, прижимается своим телом и целует мою спину.

— Марк, это невыносимо.

Поворачиваюсь к нему, тут же присаживаюсь на корточки возле него.

— Глеб, что произошло?

— Да я не так сказал, ты не волнуйся так. Хотел сказать, что сильно по тебе скучал, что день кажется таким длинным, а тебя всё нет.

— Глеб, я же был на работе, а затем ещё домой надо было забежать, кое-что из одежды взять.

— И вот это, в чем ты был, ты считаешь тёплой одеждой?

Словно не слышу его вопроса, поднимаюсь и начинаю мыть посуду.

— Марк, прости, не хотел тебя обидеть. Просто поверь, твоя одежда больше для осени подходит, а сейчас уже начало зимы.

— Это неважно, да и другой у меня просто нет. Ужинать будем?

— Пока не хочется, давай чуть-чуть отдохнём и потом всё остальное.

Когда я зашёл в зал, Глеб лежал на диване и протянул свою руку мне, да — это супер, вот так вот лежать возле любимого человека. Глеб прижал меня к себе, я закрываю свои глаза, это сумасшествие какое-то. Не могу сопротивляться, конечно, и сам того не хочу, я во власти рук Глеба. Как нежно он касается меня, руки тихо скользят по моей спине, пальцы перебирают мои волосы. Глеб резким движением кладёт меня на себя, как горячо в области живота, твёрдый член Глеба упирается мне в живот. Опускаю свою руку, миную резинку спортивок и нежно обхватываю пальцами член. Не могу удержаться, как сильно я хочу коснуться его своими губами. Поднимаюсь, Глеб смотрит на меня, он немного смущён, снимаю с него спортивки и опускаюсь. Это обалденно, вдыхать запах любимого парня. Сам возбуждён до предела, с жадностью начинаю ласкать член. Глеб просит остановиться, я лишь убираю его руки, сейчас он в моей власти, и зачем ждать, если мы оба этого хотим. Глеб стонет, прикусывает свои губы, иногда отрываюсь от его члена, смотрю в его глаза и опять с жадностью ласкаю своим ротиком. Глеб весь выгнулся, его руки стараются убрать моё лицо, я сопротивляюсь, резкие брызги и Глеб падает вниз, стонет, а я ловлю каждую капельку его спермы. Такой живительный нектар, слизываю каждую капельку, это было классно.

— Марк, я чуть сознание не потерял. Это было круто.

— Не то слово, ты всего залил меня своей сп…

Большего Глеб не дал произнести ни слова, он притянул меня к своим губам, целовал и целовал меня. Я же просто был рад этому, рад что мы двигаемся к своей цели, пусть не так быстро, но это наши твёрдые шаги.

========== эпизод 41 ==========

(Глеб)*

Время с Марком — это что-то удивительное, никогда бы не подумал, что вновь мне захочется так сильно жить. Начинается новый день, просыпаюсь и вижу своего мышонка рядом, касаюсь своими пальцами его губ, а Марк уже ловит их своими губами. Он давно уже не спит и сам любуется мной, ну вот что с ним прикажете делать? Хватаю его своими руками и крепко прижимаю к себе, он тихо улыбается и чмокает мой носик, затем веки и так все мои органы. Отдельная тема, это мой член, встаёт и проводит по нему своей рукой, здороваясь и нежно целует его, затем смеётся и бежит в ванную. Угрожаю ему устроить эмбарго и ввести отдельные санкции. На что слышу ответ : нас голыми руками не взять , и всякими там сиськами и письками не запугать. Смешно? Да , конечно, но я не могу дождаться вечера, чтобы увидеть его. Наступает время, всё просчитано до мелочей, стою рядом с дверью и каждый раз прислушиваюсь, что вот-вот она откроется. Целая неделя прошла, завтра выходные, чему конечно очень рад.

Уже столько времени прошло, даже Игорь уже ушёл, а Марка всё нет, ужасно волнуюсь , где он. Несколько раз набрал его номер, но телефон упорно молчит. Опять кручу в руках мобилу и решаюсь ещё раз набрать, и вдруг шум в прихожей. Да, это Марк с кучей всяких пакетов в руках, сам весь измотан. Бросаюсь на него и ругаюсь на чём свет стоит.

— Ты хоть понимаешь сколько времени? !

— Глеб, но мне необходимо было сделать эти покупки.

— Покупки? Если тебе нужно время на себя, мог так мне и сказать, я не запрещаю тебе с кем-то встречаться. Блин , что я говорю, ты волен делать что хочешь.

Качу коляску в зал и стараюсь смотреть телик, Марк даже не снимает свою куртку и подходит, тут же опускается на колени и кладёт свою голову на мои колени. Не хочу касаться его, руки зависают в воздухе, затем медленно опускаются вниз. Это сильнее меня, да , я зол и ужасно боюсь, что он найдёт себе кого-нибудь и я останусь один.

— Глеб, просто обними меня, я устал, мне нужно было сделать эти покупки. Хотелось устроить маленький праздник для нас, а ты вон с какими обвинениями. Я даже не смею на кого-то поднять свои глаза, для меня никто не существует, есть только мой Глеб, которого я безумно люблю.

— Прости Марк, я идиот.

— Значит ты тоже ревнуешь?

— Я не ревную, но если что узнаю, обоим вам набью морду. Сначала ему, а потом твою смазливую мордашку. Хотя нет, не смогу поднять на тебя руку.

— Ну , успокоились или ещё есть вопросы?

— Успокоился, прости меня , Марк , я был не прав.

— Тогда вперед на кухню, мне нужна твоя помощь, поможешь?

— Я? И чем это я смогу помочь?

— Сервируй стол пока, я набрал столько всего вкусного , мы немного отдохнём от всего. Ты как?

— Я только за.

Марк забежал в магазин, набрал готовых салатов, немного красной рыбы, запечённого мяса фаршированного грибами и сыром. В общем, всё разогревалось, запахи летали по всей квартире, у самого уже слюнки бегут. И , самое последнее — это бутылка прекрасного вина. С тех самых пор, как Марк появился , этот продукт был под запретом. Почему-то в следующий же день всё было изъято из оборота и причислено к вредным веществам. Каналы поставки так же прекратились, наша таможня блюдет во всех отношениях. Пронести или провезти что-то нет никакой возможности. Да я и благодарен ему за это, сам не знаю, до чего бы я докатился, если бы не строгость Марка. Вся еда на столе, в бокалы налито красное вино, даже чувствуется его букет.

— Марк, мы что , отмечаем католическое Рождество? Ты католик?

— Можно и рождество отметить, но сегодня другой день. Просто мне сегодня исполнилось 19 лет.

Онемел, не могу вымолвить и слова, я стал таким сентиментальным, слёзы вдруг покатились по щекам.

— Марк, я не знаю , что я сейчас с тобою сделаю !

— Глеб, что не так?

— Почему я об этом ничего не знаю?

— А зачем? За всю жизнь я впервые хочу отметить этот день. Раньше я его ненавидел, потому что всегда был один. Сейчас в моей жизни есть ты.

— Как так? У меня даже подарка нет для тебя.

— Есть.

— И что же это по-твоему?

— Это ты , Глеб, самый лучший подарок в моей жизни, а всё остальное —это лишь вещи, ничего не значащие.

— Мышонок, иди ко мне.

Марк напоминает мне котёнка, он ластится ко мне, его невозможно не любить, в нём столько нежности, что порой кажется, он смог бы осчастливить всех на свете. Поужинали, затем Марк уносит фужеры в зал, мы сидим на диване, мой мышонок рядом. Что можно желать ещё? Вечер, он просто замечательный. Жизнь с Марком даёт свои плоды, хочется радоваться и любить , быть рядом с ним и видеть его.

========== эпизод 42 ==========

(Глеб)*

Сам не знаю почему , но Марку нравится сидеть возле моих ног. Может ему нравится, что я ласкаю его волосы, угадываю его мысли? Вот и сейчас он ловит мои пальцы и тихо их целует. Иногда становится страшно, у нас всё так хорошо, мы не ругаемся и стараемся друг другу уступать. На Марка смешно смотреть, он совсем не умеет пить, пару бокалов и он захмелел, его лицо раскраснелось.

— Марк, может спать?

— Ой, а я что-то совсем пьяный.

— Ну вот, а вдруг ты упадёшь? И кто тебя тогда уложит в кровать?

— Глеб, придётся тебе встать, хватит уже притворяться.

Марк прерывается на полуслове, понимает что шутка не удалась.

— Глеб, это неудачная шутка, прости.

Тут же уходит в ванную, что-то там грохочет, я уже подумал, что может быть он упал или того хлеще. Мне хочется подняться с постели и отправиться в ванную.

Прошло наверное минут тридцать, когда появился Марк, волосы ещё мокрые, они падают на его глаза, это выглядит так эротично.

— Марк, с тобой всё хорошо?

— Ага.

— Я уже переживал, ты так долго сегодня.

— Глеб, мне очень хочется , чтобы этот день был особенным для нас.

Он стоит возле меня, мнётся, словно боится чего-то. Откидываю край одеяла и протягиваю свою руку.

— Марк, чего ты боишься?

— Глеб, наверное я думаю только о себе, да и вообще, я просто идиот.

— Так, а отсюда поподробнее?

Марк волнуется, это сразу бросается в глаза, он начинает кусать свои губы, сам не замечая , что порой кусает их до крови.

— Тихо, тихо , мышонок, не стоит так волноваться. А ну рассказывай, что в твоей голове творится?

— Глеб, я почему-то думаю о близости, мы столько уже вместе, а у нас давно ничего не было. Я тебя совсем не привлекаю больше? Знаю, что ты достоин большего. Но я как подумаю об этом, что даже жить не хочется.

— Ах вон оно что! Куда тебя несёт-то?

— Я всё испортил? Не думай, что я так хочу трахаться, но мне кажется , что я больше не интересен тебе.

— Вот те на, вот выдал , так выдал, это о чём говорит?

— О чём?

— Что тебе пить вообще противопоказано, даже вино. Да ты хоть понимаешь, что ты сейчас говоришь? Ничего не было? А кто меня тут ласкал на днях, да так, что я ему все личико забрызгал?

— Так это я сам, ты же не просил.

— А я должен просить?

— Я так думаю.

— Тогда ладно. Марк , ты понимаешь, как я сильно тебя хочу? И не проходит дня, чтобы я не думал об этом. Но каждый раз я думаю прежде о тебе, ты для меня всё, понимаешь? Мне хорошо с тобой, даже когда обнимаю тебя, прикасаюсь своими губами к тебе. Я очень хочу близости, но я боюсь. Мне страшно, что я могу разочаровать тебя, ведь я калека теперь.

— Никогда не говори при мне этих слов, ты мой самый классный парень, и я люблю тебя , Глеб.

— Иди ко мне, мой мышонок.

Как приятно обнимать моего мальчика, вот так касаться его тела, чувствовать, как мурашки покрывают его кожу. Мои губы касаются нежно его глаз, они прекрасны, пусть даже при тусклом свете ночной лампы. Не устаю смотреть в них, я тону и всё равно каждый раз смотрю в них. Мышонок, порой он такой смешной, мои руки снимают его плавки. Даже сейчас он умудряется краснеть, тяну его руки к своему члену, немного провожу ими, сам же смотрю на Марка. Его тонкие губки тянутся ко мне, отвечаю ему взаимностью, наконец-то он всё-таки решается и снимает с меня боксы. Нежно ласкает, его пальцы касаются яичек, затем проводит ими по члену. Из последних сил сдерживаю себя, хочу вновь почувствовать его всего, быть в нём, наслаждаться каждым его движением. Марк целует меня, долго смотрит в мои глаза, немой вопрос, словно повис в воздухе. Совсем тихо спрашивает:

— Глеб, можно?

— Конечно , Марк, я очень этого хочу.

Обильно смазывает мой член, немного смазки для себя и вот уже сам насаживается на него. Мне страшно, боюсь, что просто не смогу доставить удовольствие Марку. Но член тихо входит, так приятно, тугая дырочка словно обхватывает весь мой член. Меня это лишь заводит ещё больше. Руки на талии Марка, придерживаю его, Мышонок начинает тихо двигаться. Стараюсь подняться и поцеловать его, он сам наклоняется и ловит мои губы. С каждым движением чувствую приближение оргазма, помогаю Марку, нежно его ласкаю. Мои руки касаются его твёрдого члена, он стонет и просит остановиться. Но уж нет, ни в этот раз. Хочу чтобы нам обоим было хорошо. Марк прижимает мои руки, что-то говорит невнятно, и вижу, как брызги спермы покрывают мою грудь. Это так возбуждает, нет сил больше сдерживать себя, как можно сильнее прижимаю к себе Марка и тоже кончаю. Мой оргазм такой сильный, что не могу сдерживать свои стоны, кажется что их слышно по всему подъезду. Марк продолжает тихо двигаться, он наклоняется и тут же целует меня.

— Марк, это было, это было…

— Глеб, отдышись сначала. Не нужно слов, нам обоим было классно.

— Да ,как видишь, все следы на моей груди.

— Давай в душ.

— Плевать на всё, просто дай мне салфетку, у меня такая слабость, что я не смогу мыться сейчас.

— И у меня ноги ватные.

— Тогда давай я просто тебя обниму.

Марк тут же скопировал моё тело, крепко прижался и обнял меня. Моё сердце до сих пор сильно бьётся, я так переживал, а было всё очень классно. Всё позади, я рад что мы наконец-то сделали это вместе. Мой мышонок, я так тебя люблю!

========== эпизод 43 ==========

(Марк)*

Как хорошо, что есть выходные, можно выспаться вдоволь или просто нежиться в постели. Было уже светло, когда Глеб начал целовать меня, как всегда, сначала мои глазки, затем шею и потом губы. Приятно вот так нежиться в объятиях любимого, не спеша вставать и принять душ, отправиться готовить завтрак, в то время, как Глеб обнимает меня сзади. Угадываю его, это стало своего рода ритуалом, садимся завтракать. Глеб тут же притягивает мой стул к себе.

— Не хочу, чтобы ты был так далеко от меня.

Он улыбается, как-то странно окидывая меня своим взглядом, что интересно творится у него в голове?

— Какие планы на сегодня?

— Глеб, предлагай, что бы ты хотел?

— Ну во-первых позавтракаем, немного переведём дух и к обеду пойдём гулять.

— На улицу?

— Именно, надо же свежим воздухом дышать, а то скоро совсем заплыву жиром и ты меня бросишь.

Просто смеюсь, Глеб же шлепает меня по заднице, облизывается, а потом сам уже меняет своё решение.

— А может ну её , эту улицу, просто валяться и целый день любовью заниматься. Мне вчера так понравилось, я до сих пор под впечатлением, и мне хотелось бы повторить.

— Нет уж, сначала на улицу, прогуляемся немного, аппетит нагуляем, затем обед, а потом что твоей душе угодно.

— Марк, ты жестокий, хочешь меня лишить самого вкусного.

Ближе к обеду собираемся на улицу, наверное я готов всю одежду напялить на Глеба, всё боюсь , что он замёрзнет. Тот злится, тут же откидывает свитер, а мне опять приходится его одевать.

— Глеб , ты ведёшь себя как маленький ребёнок .

— Блин, Марк, мне жарко будет, я похож на неваляшку, и если упаду, то ни за что не смогу подняться.

Сейчас мне намного легче , Глеб сам старается мне помочь спускаться по ступенькам, придерживая своими руками колесо коляски. Немного прогуливаемся, бесимся, звонкий смех Глеба, как же он мне нравится ! Он словно ожил, и лишь коляска напоминает о его положении.

— Поехали в «Миллениум»?

— Зачем это?

— Увидишь.

Пару остановок, немного тяжеловато, и сам Глеб вижу устал. Торговый центр, такой изысканный, ни разу не был там, да и не рассчитан он на таких как я. Пол из мрамора, даже ослепляет, бутик за бутиком. Глеб сам двигается и зовёт меня за собой. Мужская одежда, и что он собрался купить? Хотя что я говорю, раз ему это нужно, значит так оно и должно быть.

— Шевели своими булками, давай, а то придётся мне тебя силой затащить.

Девушка-консультант тут же подходит к нам, предлагает свои услуги. Глеб смотрит на меня, затем на девушку.

— Нам нужно одеть этого парня.

Теряю дар речи, девушка окидывает меня своим взглядом, словно снимает с меня мерки.

— Что бы вы хотели? Хотя бы обрисуйте.

— Для него короткое пальто, белый и синий кардиганы , джинсы, а дальше мы посмотрим что ещё.

— Вас поняла, дайте мне пару минут.

Глеб смотрит на меня, затем подмигивает мне, а я не могу вымолвить и слова.

— Глеб, пойдём отсюда, здесь так дорого всё.

— Марк, ты стоишь того, а ты у меня тоже не простой.

Меня отправляют в примерочную, Глеб ни на шаг не отходит, я не смотрю на одежду, а лишь на ценник, мои глаза расширены до предела.

— Глеб, мне никогда столько не заработать, пожалуйста не издевайся надо мной.

— Надевай вот эти джинсы.

Нехотя одеваюсь, Глеб оглядывает меня всего, затем заставляет надеть кардиган , мне самому безумно нравятся эти вещи, но цена просто убивает. Затем пальто, мой парень долго смотрит на меня, я же весь вспотел от переживаний. Тут он просит поменять, что-то ему не нравится. Надеваю следующий, затем Глеб заставляет меня пройтись по залу.

— Девушка, как вам такой парень?

— Шикарен, все девушки у ваших ног будут.

— Будут, будут, как же. Значит берём всё.

— Глеб , остановись, не нужно ничего.

Прохожу в кабинку, чтобы переодеться, Глеб тут же останавливает меня.

— Девушка, нам большой пакет пожалуйста, и упакуйте старые вещи.

— Как скажете.

Стою, сам себя разглядываю в зеркало, смотрю на свои старые кроссовки и краснею. Вспоминаю фильм про Золушку, когда фея её одела в шикарное платье, а она готова была бежать на бал в старых башмаках. Так стыдно, Глеб понял, о чём я думаю.

— Так, сейчас дальше, давай, помоги мне немного.

Качу коляску впереди себя, Глеб берёт мою руку, крепко её сжимает.

— Марк, погоди минутку.

Обхожу его, присаживаюсь перед ним на корточки.

— Глеб, что-то случилось? Тебе плохо?

— Не волнуйся ты так, мне очень хорошо. Просто хочу тебе сказать, что это для тебя, у тебя же был день рождения. Это мои подарки тебе. Мои глаза, они уже влажные, не могу сдержать слезы.

— Глеб, ну зачем это? Для меня же это не имеет никакого значения.

— Марк, я знаю тебя. Просто я хочу, чтобы ты был самым красивым у меня, чтобы все завидовали нам.

Следующий бутик, всё повторяется, девушка только успевает подносить ботинки. Но Глебу что-то не нравится, то мех не тот, то сильно низкие, а я только успеваю менять. Наконец-то он загорелся, подняв свой палец к верху, то самое, что искали. Ну и напоследок перчатки, хорошо хоть с ними проблем не возникло.

— Теперь домой, и лопать, я так есть хочу, Марк. Накормишь меня?

— Конечно, Глеб, ты, самое главное, кушай, а я уж рад стараться.

Дома ,пока Глеб снимал с себя одежду, я ещё раз осмотрел все обновки на себе, немного покрутился возле зеркала. Блин, да я красавчик!

— Да, красив, что уж там говорить, хотя теперь проблем у меня намного больше.

— Почему?

— Буду думать, что тебя кто-то уведёт, вон какой красивый.

— Всё, хватит чушь нести, нужен я кому-то, как пятая нога собаке.

Глеб притянул меня к себе, крепко обнял и поцеловал, как хочется всё бросить и просто завалиться с ним в кровать, хотя, что я говорю, так оно и будет. Глаза Глеба так блестят, верный признак, что он сам ждёт не дождётся, когда мы вернёмся в спальню.

========== эпизод 44 ==========

(Марк)*

Как и обещал, Владимир Алексеевич , отец Глеба , привёз утром в воскресенье кипу бумаг с формулировкой, он зашивается и нужна помощь. Глеб долго сопротивлялся, но я сразу понял, что он сам сильно загорелся идеей помочь отцу. Почувствовать себя нужным в такой момент. Хорошо, что мы уже встали, я успел убрать постель и как раз готовил завтрак на кухне. До сих пор руки влажные от пота, так сильно я волновался. Чуть позже я ушёл в зал, не хотелось мешать сыну с отцом разговаривать. Телик работал, я о чём-то думал, когда до меня стали долетать отдельные фразы из разговора.

— Глеб, мне кажется или так и есть, твой друг вообще поселился у тебя?

Глеб ничего не отвечал, лишь разглядывал бумаги, что да как, вопрос так и остался висеть в воздухе. Конечно не для меня, Владимир Алексеевич ушёл, обещав в понедельник вечером заглянуть. Глеб проводил его до двери и, закрыв дверь, вернулся обратно. От моего весёлого настроения ничего не осталось.

— И чем это мой мышонок занимается?

Стоило лишь взглянуть на Глеба, как он всё понял.

— Ну-ну , Марк, не нужно так реагировать. Мне жаль, что тебе пришлось всё слышать, но это вовсе неважно, что говорит мой отец. Это моя квартира, и я волен поступать, как мне вздумается.

— Глеб, это действительно странно выглядит, я живу у тебя, ты меня ещё и содержишь, если твой отец это узнает, он меня точно выгонит в шею.

Больше мы конечно об этом не вспоминали, Глеб старался работать, перебирая бумаги, позднее за ними стала заезжать Катя. Порой они долго общались, я ,чтобы им не мешать , чем-либо занимался по кухне. Вроде всё в нашей жизни идёт своим чередом, сам иногда делал массаж Глебу, стараясь как можно сильнее размять его ноги. Но увы , нужного результата всё не было. Днём уже солнышко кое-где пригревало, хотя для весны ещё совсем рано, всего лишь начало февраля. Глеб в последнее время умудрился встречать меня вечером на остановке. Если быть точным, он ждал меня на той стороне дороги, строго в одно и то же время. Я выходил из автобуса и видел моего Глеба возле пешеходного перехода.Махну ему рукой, он улыбается мне, перехожу дорогу и мы идём домой. Вот и сегодня, Глеб такой весь из себя красивый, улыбается и ждёт меня. Я уже давно его заметил, лишь автобус начал приближаться к нашей остановке. Жду сигнала светофора, вот и зелёный, почему-то, практически, нет народа. Иду и просто любуюсь им, когда слышу дикий вопль Глеба, он истошно кричит и смотрит на дорогу. В мою сторону двигается мусоровоз, сбросил скорость и остановился. Но не остановился для Глеба, в испуге он сам поднялся с кресла, сделал пару шагов и упал на асфальт. Я бежал навстречу что было сил, страх и боль за Глеба меня разрывали. У Глеба настоящая истерика, он громко плачет, вовсе не стыдится своих слёз. Тут же хватаю его и крепко обнимаю.

— Глеб, милый мой , всё хорошо, я рядом.

— Марк, Марк, я словно заново прожил все события того дня!

— Глеб , ты просто напуган сильно, всё хорошо, я цел, видишь?

Немного успокаивается, один из прохожих помогает мне поднять Глеба и усадить его обратно в кресло.

— Марк, я чуть с ума не сошёл, это так страшно.

— Глеб, это твоё воображение сильно разыгралось, но ведь всё хорошо. Сейчас будем готовить ужин, ты же мне поможешь?

— Я кое-что уже приготовил.

— Так ты меня скоро совсем разбалуешь, и я сяду тебе на шею.

Стараюсь хоть как-то отвлечь Глеба от грустных мыслей, он немного улыбается. Раздеваюсь и иду на кухню, Глеб долго возится, затем громко зовёт меня.

— Марк, Марк, иди быстрее ко мне!

Что за день такой сегодня, даже начинаю бояться, а не получил ли Глеб травму при падении.

— Марк, смотри какой синяк у меня.

— Не удивительно, ты так упал. Глеб, а ты мне больше ничего сказать не хочешь?

— Хочу. Мне кажется, что я могу пальцем шевелить, вот, сам посмотри.

— Глеб, я так рад за тебя!

Оба обнимаемся, плачем, никто даже и не думает скрывать своих слёз. Глеб — тот вообще ревёт, хотя тут же и улыбается. Если кто-то посмотрит со стороны, точно решит, что мы оба сумасшедшие.

— Ну всё , Глеб, теперь я точно с тебя не слезу.

— Будет много секса?

— Ага, держи карман шире, пахать будешь у меня. Я так рад, Глеб. Ты хоть понимаешь, что это такое?

— Марк, мне страшно теперь, я раньше так не боялся, как сейчас.

— Глеб , это начало нашей новой жизни, вот увидишь.Конечно потребуется много труда, но это хороший знак для нас.

Тут же ласкаю своими руками ноги Глеба, целую их, нежно касаясь каждой клеточки.

— Марк, мне щекотно.

— Глеб, как сильно я тебя люблю.

Глеб прижимает меня к себе, сильно обнимает, это так трогательно. Неужели у нас что-то начало получаться? Есть надежда, знаю, что мы с Глебом будем сильно стараться, работать каждый день. Он сможет, я уверен в нём.

========== эпизод 45 ==========

(Глеб)*

Ведь именно Марк изменил мою жизнь , его любовь и забота вновь заставили поверить в себя. После того случая на переходе всё изменилось. Шаг за шагом мы преодолевали все трудности. Марк вместе со мной учился ходить, подставляя своё плечо. Да, это удивительно, парню всего лишь девятнадцать, а его трудолюбию и верности позавидует любой. Первые шаги, как трудно они давались нам, но зато сколько радости потом. Вечерами мы подолгу лежали обнявшись в нашей постели, мечтали и нежили друг друга.

Мы оба скрывали от моего отца, что я уже делаю свои первые самостоятельные шаги, понемногу двигаюсь по квартире.

Стараюсь помогать Марку, сейчас он приходит с работы, и я уже сам его кормлю, конечно, у меня это получается не так вкусно, как у него, но он рад. Целует меня , нежно касается своими губами , заводит меня , потом бежит в спальню , стараюсь его догнать. Нам хорошо вдвоём , люблю до безумия своего мышонка. Теперь понимаю, что если бы не его настойчивость, всё было бы иначе и, кто знает, что было бы со мной.

— Привет , сынок.

— Здравствуй , папа.

— Не понял, и давно ты уже сам ходишь?

— Разве похоже , что я хожу? Так , стараюсь двигаться, шаг за шагом.

— Глеб , я так рад за тебя, наконец-то хоть что-то хорошее появилось в нашей жизни.

— Это всё Марк.

— Глеб , тебе не кажется, что тебе нужна семья? Ну не должен парень жить один.

— Папа , я не один живу.

— Я понимаю, но мне кажется, что и твоему Марку пора найти себе кого-нибудь , не может же он всю жизнь жить у тебя.

*****

(Марк)*

Раньше обычного пришёл сегодня с работы, хотелось сделать сюрприз Глебу. Тихо открыл дверь и словно замер, Глеб разговаривает со своим отцом и разговор идёт обо мне. Настроение тут же исчезло, стоял и самому противно всё это. Да и что я хотел? Наверное я не смогу стать тем , кем так сильно старался. Вот уже речь зашла и о семье. Тихо снимаю пальто, аккуратно вешаю на плечики и одеваю свою курточку. Почему-то так хочется уйти именно в том , в чём пришёл, не должно быть никаких напоминаний о прошлом. Я никто, меня даже никто не замечает. Всё как в тумане, брожу по большому городу, сам не понимаю где и что со мной творится. Очнулся , когда зашёл в своё общежитие, вот и моя комната. Даже не включаю свет, просто падаю на кровать, скрутился калачиком и затих. Опять вибро на телефоне сработало, это Глеб звонил уже двадцатый раз . Совсем тихо прошу Глеба простить меня. Отбрасываю телефон и теперь даю волю своим чувствам, слёзы застилают мои глаза. Как жаль , что так всё выходит.

****

(Глеб)*

— Папа, знаешь что именно Марк меня поставил на ноги? Если бы не упорство этого парня , я наверное спился бы уже. Это он дал мне веру почувствовать в себе силы. Его трудолюбие, бессонные ночи, когда по любому поводу он бежал в мою комнату , предлагая свою помощь. Да роднее чем Марк, у меня нет никого, это тот человек , с которым я счастлив.

— Глеб , о чём ты сейчас?

— Папа, ты же меня правильно понял , Марк и есть моя семья теперь.

— Ты что , любишь его?

— Больше жизни и Марк любит меня. Можешь это называть как хочешь , но я буду с ним и это уже давно решено.

— А как же Катя?

— Катя давно догадалась обо всём , поняла это ещё на Алтае , и самое главное , она нас не осуждает.

— Глеб , ты меня сегодня огорошил , мне нужно время всё это усвоить.

Папа ушёл, я стоял и сам обдумывал свои слова. Странно всё как-то, Марка до сих пор нет, хотя время уже позднее. Набираю его, никто трубку не берёт. Это ещё ничего, но через полчаса я не нахожу себе места. Буквально сижу возле двери и жду, когда услышу щелчок замка. В это время замечаю пальто Марка, — что за бред какой-то?

Это явно мышонок был дома и не дай Бог он слышал наш разговор. Зная Марка , можно предположить , что он просто сбежал, не дожидаясь объяснений. Могу представить , что этот парень себе сейчас накрутил. Вызываю такси и сам еду в общежитие к Марку, надеюсь он там. Пару раз стучу в дверь, никто не отвечает, толкнул её, она со скрипом отворилась, не закрыто. Сердце так сильно сжалось , когда увидел своего Марка. Лежит, скрутился калачиком , тело то и дело дергается от тихого стона.

— Мышонок , прости меня , что не сберёг тебя от боли.

Сижу на его кровати , сам боюсь дотронуться до Марка , смотрю на него , на такого родного мне человека , что даже сердце болит. Уехал, ничего не сказав , да он ради меня на всё готов. Сколько в нём любви ко мне? Никогда не узнаю ответ на этот вопрос.

— Мышонок , а я ужин приготовил нам. Ждал, ждал тебя и теперь совсем голодный.

— А что не поел?

— А я не могу без тебя уже, кто меня будет кормить? Бегать возле меня, чтобы я мог любоваться им и нежно затем целовать . Марк, мышонок мой , неважно , что люди говорят. Есть ты и я , и наша большая любовь , давай её беречь , как мы умеем с тобой.

Марк повернулся и кинулся на мои колени , прижался и плакал , что-то пытался говорить , хотя ничего из сказанного я не понял. А , собственно, что понимать? Я знаю , что он любит меня, больше жизни, что жить без меня он не сможет , так же, как и я без него.

— Поедем домой , Марк.

Поднимает свою голову, долго смотрит на меня, глаза совсем красные уже, обнимает и начинает меня целовать.

— Прости меня , Глеб.

— Поехали домой , мышонок.

****

(Эпилог)

В жизни каждого случаются трудности и важно , чтобы в этот момент рядом с тобой был близкий человек, коим оказался Марк. Парень с большим любящим сердцем, теплом и добротой, который ни разу не задумался , как трудно ему придётся с Глебом. Какую ношу он взвалил на свои плечи, ухаживая за инвалидом. Но Марк не видел в Глебе инвалида, прежде всего это был парень , в которого он безумно влюблён. Тот самый принц из его сказок, о чём он мечтал , читая свои книги. И сейчас эта мечта рядом с ним. Можно ещё много рассказать, сколько всего впереди ожидало эту пару, но они были счастливы по-своему. А самое главное, что Марк с Глебом сами преодолевали эти трудности.

========== эпизод 46 ==========

(Марк)*

С того самого последнего дня много чего утекло, самое главное для нас с Глебом было то, что он снова мог ходить. Первые шаги, конечно боль, и эту боль я пропускал через себя. Так мне казалось, что я помогаю Глебу заново обрести себя, быть полноценным, словно в нашей жизни ничего страшного не произошло. О травме никто ни разу так и не вспомнил, лишь Владимир Алексеевич вдруг стал по-другому ко мне относиться. Не понимаю с чем это связано, хотя наверное я сам себе лгу, так как обещал Глебу больше никого не слушать. Но были дни, когда меня откровенно шантажировали, не знаю как это правильно назвать. Владимир Алексеевич не упускал момента больно уколоть меня, может человек получал от этого удовольствие, я не знаю. Вот и сегодня, пока Глеба не было, он откровенно предложил мне деньги для того, чтобы я отказался от его сына и навсегда исчез из его жизни.

— Марк, ты один дома?

— Добрый день, Владимир Алексеевич!

— А Глеб-то где?

— Глеб скоро будет, уже звонил мне, что покупки делает в магазине. Старается мне помогать, ваш сын такой трудяга, скоро опять бегать будет как и раньше.

— Ну да, ну да. Я что зашёл-то? Это даже очень кстати, что Глеба нет, давно с тобой хотел поговорить по душам.

Как я боюсь этого разговора, знаю, что он сейчас просто размажет меня как паршивого таракана по полу. Без Глеба — я никто, да и устоять вряд ли смогу. Меня не трудно обидеть, любое слово в мой адрес приносит боль. Хоть я и воспитывался в детском доме, но ничто не могло меня сделать твёрдым. Такой я есть, и это не переделать.

— Я слушаю вас внимательно, Владимир Алексеевич.

— Я не хочу обвинять тебя, но ты сам всё прекрасно знаешь, если бы не ты, то мой сын никогда бы не попал в аварию.

— Что же вы такое говорите Владимир Алексеевич?! Да я сам бы жизнь свою отдал за Глеба.

— Да ладно тебе нести чушь, я не первый год на свете живу и таких как ты, знаю наизусть. Сколько ты хочешь, чтобы разом всё закончить?

— Что это значит?

— Ну вот, что ты опять дурачка включаешь, денег тебе сколько надо? Только исчезни из жизни Глеба.

— Мне ничего не надо, но и Глеба я не оставлю, по крайней мере сейчас, когда он снова поверил в себя.

— Ты только тянешь время, всё равно тебе ничего не светит, рано или поздно Глеб сам это поймёт. Поймёт, кто ты есть на самом деле. Если бы не ты появился у него на горизонте, Глеб бы уже давно женился на Кате, сейчас возможно у меня был бы уже внук.

— Да, конечно, внука вам я не подарю.

— Не понял? При чём тут ты? Ты вообще ни пришей рукав.

— Не нужно так, я всё знаю что дальше.

— Назови цену.

— Я же сказал, мне ничего от вас не нужно, только оставьте меня в покое.

— Ты можешь сопротивляться сколько тебе угодно, но покоя я тебе всё равно не дам. Я тебе не Глеб и таких как ты вижу насквозь. Ладно, взвесь всё, подумай о деньгах, ты можешь прекрасно жить, не боясь ничего. Найдёшь кого-то ещё и так же окрутишь его своей задницей.

Самое противное было то, что Владимир Алексеевич обошёл вокруг меня, всего брезгливо оглядел.

— И что он только в тебе нашёл? Ну ладно, захотелось что-то новое попробовать, ну кто не без греха, но ты же как клещ в него вцепился.

— Вам этого не понять, есть такое чувство, любовь называется. Так вот, я люблю вашего сына, и неважно всё остальное и я рад, что он тоже самое испытывает ко мне.

— Тьфу ты, тоже мне нашёл о чём говорить. Еб… , тебя Глеб любит, можно подумать я сына своего не знаю, он красив собой, знаешь сколько у него девок до тебя было?

— Зачем мне знать то, что было до меня? Если их столько было, почему он тогда со мной?

—А ты не глуп, я сразу это подметил. Ладно, шалашовка, пока я отец Глеба, я тут ещё командовать буду. Не уйдёшь сам, я приложу все усилия и сделаю так, чтобы Глеб тебя возненавидел, а то можно и по-другому поступить. Заслать туда, откуда ты не скоро вернёшься. Уверен, с такой разработанной задницей тебе понравится там.

— Вы мне угрожаете?

— Я? Что ты, Марк, разве я могу, я всего лишь предупреждаю. Короче, Глеб скоро выйдет на работу, завтра пригоню его машину из ремонта. Всё должно быть как прежде было до тебя, да и мой сын вернётся к нормальной жизни. Хватит ваших соплей уже, сыт по горло. Тебе ровно неделя на размышление, обдумай сумму, можем расстаться без особой истерики. Ради сына я ничего не пожалею, но ты должен исчезнуть из его жизни навсегда. Ты же любишь Глеба? Как ты выразился? Больше жизни? Так исчезни из его жизни, дай Глебу жить нормальной жизнью, завести семью.

— Да, я люблю Глеба.

— Что? Что ты там мямлишь? Любит он, члены ты любишь, малолетка! Ты всё понял?

Каким зверским взглядом смотрел на меня отец Глеба, не думал, что он может быть таким жестоким. Сейчас я чувствую себя загнанным зверьком, я попал в силки, скоро придёт охотник и снимет с меня шкуру. Только меня не станут убивать, мою шкуру уже снимали, с живого меня. Я-то дурак наивный мечтал, что у меня есть любимый, семья. Что Глеб есть моё всё, но видимо чужое счастье сильно ранит. За пару секунд передо мной проскочила вся моя жизнь, меня бросили, детский дом. Столько лет без любви и тепла, тут на горизонте засветило солнце, но увы, опять не для меня. Может я прокажённый? В чём мой грех? Что я просто хочу любить и быть любимым?

— Ты меня услышал?

— Я не могу исчезнуть так быстро, если остаться в городе, Глеб всё равно найдёт меня. Дайте мне время хотя бы неделю, я всё сделаю, только Глеб ничего не должен знать.

— Уси-пуси, скажите пожалуйста, Глеб ничего знать не должен. Конечно не узнает, если сам трепаться не станешь.

Послышался скрип ключа в дверях, мы насторожились. Владимир Алексеевич тут же опять надел свою маску, я даже испугался, будто это не он. Глеб зашёл в квартиру с пакетом из супермаркета.

— Марк, я дома.

Вышел в коридор, Глеб посмотрел на меня, его улыбка тут же исчезла с лица. Но я не обращая внимания притянул его к себе и чмокнул в щечку.

— Пап, и ты тут, а я вот стараюсь, бегаю можно сказать уже, Марк гоняет меня, не даёт сидеть. Так что скоро танцевать опять буду. Вы чего это оба такие серьёзные?

Мы словно наперебой давай успокаивать Глеба, что ему это всего лишь кажется.

— Сына, завтра я пригоню твою машину, давно уже собирался, но всё никак. Так что можешь уже выходить на свою работу, так удобнее будет тебе добираться. Правда же, Марк?

— Да, правда, Владимир Алексеевич, вы как всегда правы.

— Ну ладно, я всё, что хотел, уже сказал, так что ухожу, оставляю вас одних.

— Пап, останься на ужин, Марк изумительно готовит, поужинаешь с нами, в кругу семьи.

От слова «семьи» Владимира Алексеевича всего перекосило, Глеб это конечно не увидел, а я-то сразу всё заметил. Как он посмотрел на меня, словно грозя: «Запомни, тебе на раздумье неделя, а потом секир-башка.»

Глеб проводил отца. Вернулся на кухню и обнял меня.

— Что такое с моим малышом случилось? Марк, ты такой бледный, отец тебе чего-то неприятное наговорил?

— Нет, ну что ты, Глеб. Владимир Алексеевич очень рад за тебя, только о тебе и говорили.

— Тогда что с тобой? На тебе лица нет, я же знаю тебя. Уходил, ты был весел, что же случилось за пару минут, что меня не было?

— Не знаю, Глеб, у меня голова кружится, меня тошнит, может отравился чем?

— Марк, малыш, может это совсем другое? Мы ж в последнее время очень старались, может ты в интересном положении?

Боль, обида, всё смешалось в моей душе. Глеб улыбается, а я себя сдержать не смог, слёзы сами полились по моим щекам.

— Милый мой малыш, ну прости меня, это неудачная шутка, я не думал, что ты так отреагируешь на неё. Прости меня, Марк.

— Глеб, если бы это было возможно, я ни на минуту не стал бы сомневаться.

— Тихо, тихо, малыш, ты же знаешь, что я сильно тебя люблю.

— Знаю, Глеб, и мои чувства к тебе тоже сильны и неизменны.

========== эпизод 47 ==========

(Глеб)*

Сколько нового я открыл для себя, оказывается что любовь творит чудеса, я — парень, который всегда смеялся над этими словами, сейчас сам всё понял для себя. Марк, как много с ним связано, это его любовь вернула мне тепло в жизнь, новый взгляд, его упорство и трудолюбие. Скольким я ему обязан, это не измерить шагами, тем более деньгами, его любовь бесценна для меня. Сколько неприятностей я ему принёс: издевался, капризничал, не верил в своё будущее. Мне так стыдно перед ним, стоит лишь вспомнить и я словно сгораю от стыда. А Марк, он как был мышонком так и остался им, хоть он и не любит чтобы я его так называл, но в глубине души он всё тот же мышонок, мой Марк. Парень, в которого я безумно влюблён, и каждый день приносит нам радость. Тем более, когда видишь эту радость в его глазах, да я готов на части разорваться, чтобы он был счастлив рядом со мной.

Марк работает, нет ни одной минуты, чтобы он так вот просто засиживался на работе, тут же спешит домой ко мне. Первые вопросы: массаж делал? гулял? упражнялся? я же просил делать упражнения! Ну вот скажите, разве я имею права его обманывать? Нет, теперь всё иначе, Марк натерпелся в своём детском доме, без тепла и ласки прожил полжизни. Я сумею, знаю, что моя любовь согреет его и он останется таким же замечательным парнем.

Марк позвонил, когда я уже был в супермаркете.

— Глеб, приветик! Ты не скучай, я скоро, сейчас куплю кое-что из продуктов и домой.

— Малыш, ты уже иди домой, я всё сам сделаю, позволь хоть чем-то быть полезным.

— Но Глеб, как же пакеты? Тяжело же для тебя.

— Марк, ты забыл, что я всё-таки мужик.

— Ты забыл добавить —самый красивый мужчина на свете. Тогда я готовкой займусь, а потом вместе прогуляемся в парке, если ты не устанешь.

— Марк, рядом с тобой я не устаю.

— Тогда я жду тебя.

Покупки скажете вы, такая мелочь, что особенного, бери да кидай в корзину. Нет конечно, каждый продукт проверяю, как это делает Марк, дата выпуска, его состав, он смотрит прежде всего чтобы не навредило мне, забота его безгранична. Вот и я сейчас точно так же себя веду. Это для моего зайчонка-сладкоежки, затем ещё йогурт клубничный для него, он его обожает. А мне нравится его целовать потом, он пахнет клубникой, почему-то сразу вспоминается Алтай. Сам не могу понять почему, может потому, что там мы были счастливы впервые. Всё было тогда ново для нас, нет конечно, наши чувства не угасли, наоборот кажется, что они стали ещё сильней. По крайней мере в себе я уверен, на все сто. Стараюсь давать ногам нагрузку, иду по лестнице, немного устал. Но усталость не огорчает меня, это во благо меня, так говорит Марк, а он врать не умеет. Сам себе удивился, у нас дома и вдруг мой отец, кажется что после последнего разговора он вообще знать меня не захочет. Как-то странно всё, словно он и ничего против нас с Марком не имеет. Меня это просто радует, хочу чтобы Марк для папы был таким же родным, как и для меня. Конечно любить не обязательно, но он должен его уважать, это мой выбор, неважно какой он. Да и меня это радует, нет прежних разговоров о женитьбе, надоело доказывать ему, что Марк и есть тот парень, который предназначен для меня. Даже и подумать не могу и представить себя в другом качестве, без Марка. Папа загадочно улыбнулся Марку, что-то прошептал ему, я и не понял о чём это они разговаривали.

— Папа, останься на ужин, Марк прекрасно готовит, посидим немного в кругу семьи.

— Спасибо, сына, но это не к чему, вы молодые, вам удобнее будет без меня. Да, я что заехал-то, завтра пригонят твою машину из ремонта. Так удобнее будет добираться до работы, и жду что ты скоро с нами будешь. Работы много, Глеб.

— Пап, о чём разговор, я и сам устал дома сидеть без дела. Правда же, Марк?

Марк не отвечает, он сейчас словно не с нами, его взгляд отрешённый какой-то, непонятно о чём это он вообще думает.

— Марк, ты меня слушаешь вообще?

— Что? Да-да, Глеб, очень внимательно, всё будет как ты скажешь.

Я проводил папу до двери, мы попрощались и я закрыл за ним дверь. Оглянулся и сам ужаснулся, Марк на себя не похож, он стоял, облокотившись о стену, того и гляди сейчас он сползёт вниз, весь бледный.

— Марк, что с тобой, малыш? Ты на себя не похож.

— Сам не знаю, меня что-то тошнит, наверное отравление.

Я, как дурак, ещё шутить вздумал, это всегда помогало нам с Марком, но не в этот раз.

— Малыш, мы в последнее время так трудимся, может ты в интересном положении?

— Глеб, если бы это было возможно, я ни разу не стал бы задумываться об этом. Уверен, твои дети будут самыми красивыми.

— Согласен, у красавчиков иначе быть не должно.

Марк словно не слышал меня, он пропускал всё мимо ушей. Повернулся, чтобы уйти к дивану, его явно штормило, таким я Марка и не помню. Хорошо, что я был рядом, иначе он бы грохнулся на пол, только и успел выставить свои руки вперёд и сполз по стенке.Так перепугался, самое главное растерялся и не знаю, что делать.

— Марк, Марк, малыш, не пугай меня так.

Тут же ладошкой бью его по щекам, через пару минут Марк открывает глаза.

— Малыш, ты чего это? Ты меня так напугал!

— У меня щёки теперь болят от твоих ударов.

— Марк, прости, но ты меня так сильно напугал, что с тобой произошло такое?

— Всё уже хорошо.

— Ты ложись на диван, я скорую вызову, мне страшно за тебя.

Я слишком хорошо знаю Марка, разве он даст мне вызвать врача. Он тут же встал и пошёл накрывать на стол. На все вопросы один ответ: слабость, тошнота и теперь уже всё позади. Кое-как поужинали, если это возможно так назвать. Так перепугался, что теперь ничего в глотку не лезло. Сам же Марк к еде и не притронулся, если не считать, что он просто ковырялся вилкой в тарелке.

— Марк, может отец тебе что-то наговорил?

Глаза Марка расширились, ничего подобного не было раньше.

— А при чём тут твой отец? Всё хорошо, он о тебе беспокоится. Он же твой отец и он сильно любит тебя.

Не дожидаясь ответа, что я скажу, он ушёл в ванную и запер за собой дверь. Никогда прежде не замечал такого за Марком, да и вообще, у нас это не принято. Всё что мы делаем— делаем вместе, у нас нет тайн. Всё убрал со стола, помыл посуду, но Марк так и не выходит, меня это настораживает, тревожно на сердце. Подошёл к ванной и пару раз постучал.

— Марк, с тобой всё хорошо? Открой пожалуйста.

— Глеб, всё хорошо, я сейчас.

— Марк, я не уйду, открой дверь.

Замок щёлкнул, когда я открыл дверь, Марк умывал лицо, долго, что на него вообще не похоже.

— Марк, посмотри на меня.

Я-то всё понял, но не мог знать причину. Марк повернулся и тут же начал вытираться полотенцем, чтобы скрыть своё лицо, чтобы мне не удалось увидеть его покрасневшие глаза.

— Марк, что с глазами?

— Сегодня на работе зайчика словил, на сварку посмотрел, решил умыться, да с мылом не рассчитал, глаза щиплет теперь.

— Я уже напугался, думал, что ты плакал.

— Мы идем гулять в парк?

— Малыш, я тебя жду. Может нам сегодня пропустить прогулку, тебе нездоровится сегодня.

— Ерунда всё, Глеб, мне уже полегчало, да и на свежем воздухе мне будет намного комфортней.

— Тогда одеваемся и вперёд. Малыш?

— Да, Глеб.

Мне нравится, когда Марк так смотрит на меня. Его глаза, он удивительный парень, он излучает добро, большую любовь.

— Я люблю тебя, малыш. Я сегодня тебе это уже говорил?

Марк улыбнулся, а мне так приятно видеть его улыбку. На душе приятно и благодать.

========== эпизод 48 ==========

(Марк)*

Страх сковывает вены, кровь застыла в жилах. Очнулся от боли в скулах, испуганные глаза Глеба смотрят на меня.

— Марк, Марк, что с тобой?

— Мне больно, прошу, не бей меня по щекам больше.

— Но твой обморок, погоди немного, я сейчас скорую вызову.

— Глеб, остановись, уже всё хорошо, сам не знаю что со мной, помутнение какое-то. Вот видишь, я уже поднялся и сейчас буду тебя кормить.

— О чём это ты сейчас? Ты меня напугал до смерти, я так растерялся, что и не знал как быть. Хорошо, что хоть ты быстро в себя пришёл.

Глеб до сих пор так напуган, его зрачки расширены, даже побледнел от страха. Успокоить Глеба может только одно: подхожу к нему и целую его губки. Он отвечает и тут же обнимает меня.

— Не пугай меня больше так, слышишь меня? Даже не думай об этом.

— Прости Глеб, это не повторится. Лучше пойдём ужинать, а затем в парк, если у тебя силы остались.

— В парк? А на нашей скамейке будем целоваться? Сейчас крона ивы всё скрывает от чужих глаз.

— Конечно, Глеб, я уже предвкушаю.

Глеб сел на своё место, я же накрыл на стол, затем ели молча. Глеб всё время поглядывал на меня, а я даже и не знаю, что сказать. Впервые за всё время я молчу, только и слышу слова Владимира Алексеевича: «Ты должен исчезнуть, иначе ты пожалеешь «. Рассказать всё Глебу? Нет конечно, не хочу быть причиной раздора сына с отцом. Владимир Алексеевич прав во всём, именно я должен исчезнуть из жизни Глеба. Ради любимого я готов на всё, но как это сделать? Так и не дотронулся до еды, обида гложет так, что убежал в ванную, только там я смог дать волю своим чувствам. Как подумаю, что рядом со мной не будет Глеба, мир теряет свою красоту и яркость, всё становится серым и мрачным. В дверь постучали, да, от него не скрыться, как мог стараюсь улыбнуться, нахожу кучу отговорок, лишь бы успокоить моего парня. Обнимаю его, целую и сам держусь из последних сил, только чтобы опять не заплакать. Может это и будет мой последний поцелуй? Кто знает, на что способен Владимир Алексеевич? Да и трепаться зря он не станет, видно что настроен решительно.

На улице так свежо, мы гуляем некоторое время. Я сажусь на нашу скамью, Глеб уходит. Просит не скучать пару минут.

— Малыш, я скоро, не вздумай скучать, окей?

Что он задумал? Глеб такой счастливый, я всегда мечтал об этом. Что он вновь вернётся на свою работу, станет таким как прежде. Весёлым и отзывчивым парнем. Всё вернулось, но рядом с ним нет для меня места.

— Скучаешь?

— Глеб, ты же знаешь, что минута без тебя длится целую вечность.

— Держи.

— Мороженое?

— Узнаёшь?

— Тот же карамельный вкус, что и тогда на набережной?

— Он самый. Знаешь, я тогда любовался тобой, смотрел на тебя, как ты ешь своё мороженое. Мне кажется я до сих пор помню тот самый вкус, и твой кроткий поцелуй, который оставил след карамели на моих губах.

— Глеб, нам надо серьёзно поговорить.

— Говори, Марк, только не делай такое лицо.

— Марк, мне придётся уехать на некоторое время.

— Уехать? Куда это? Хочешь я с тобой поеду?

— Глеб, Глеб, просто выслушай меня, хорошо?

— Хорошо, мой мышонок.

Мышонок, опять это слово! Всё повторяется вновь, и как же мне приятно слышать из его уст это слово.

— Меня отправляют на учёбу в другой город, возможно на месяц, может больше, я пока сказать не смогу.

— Учёбу?

— Да, повышу свой разряд, да и у нас на заводе реконструкция идёт, нужны специалисты. Мне предложили, соответственно я стану больше зарабатывать. Ты же не против?

— Малыш, мне конечно будет одиноко без тебя, но ради тебя я готов на всё. Буду ждать, работать, пока ты учишься. За меня не волнуйся. А ехать-то когда нужно?

— Может даже завтра, я не могу тебе сказать точно.

— Но почему я узнаю об этом только сейчас? Так скоро?

— Так надо, Глеб.

— Как-то ты это странно всё объясняешь.

— Глеб! Может всё измениться в твоей жизни, моё отсутствие, да и мало ли чего произойдёт. Пообещай, если встретишь кого-то и у тебя появятся чувства, что ты не оттолкнёшь этого человека.

— Появится? Конечно. Они уже у меня есть, к очень классному парню и он рядом со мной. Ну что за глупости, мышонок?

— Я опять несу чушь, Глеб.

— Ты не замёрз? Прохладно стало.

— Если только чуть-чуть.

Глеб только и ждал причины, чтобы обнять меня, прижать к себе. Он посмотрел вокруг и поцеловал меня, так здорово, как будто и не было ничего плохого. Почему я сказал, что должен уехать? А это первое, что пришло на ум. Исчезну из жизни Глеба, может уеду в другой город, пока ещё не знаю. Завтра займусь этим вопросом, а то дальше станет ещё сложней.

Дома же Глеб спешил, быстро принял душ и когда я вернулся в спальню, он уже лежал в постели, откинул край одеяла.

— Я уже нам постель согрел, тебя жду.

Как приятно прижаться к Глебу, его горячее тело так манит. А поцелуй? Мир закружился, словно земля сейчас сойдёт с орбиты. Глеб прижал меня к себе своими крепкими руками, как сильно бьётся его сердце.

— Малыш, я хочу тебя.

— Я тоже хочу этого, пусть у нас всё будет как тогда на Алтае, как будто мы только встретились.

— Фантазёр.

Такой я есть и переделать меня уже поздно, да и Глебу это очень нравится. Мы нежили друг друга, целовались так, что утром губы болели. Но это было чёрт возьми так приятно. Трудно было уснуть, хорошо, что Глеб был рядом, это хоть как-то успокоило меня. Выхожу из душа, Глеб с кухни, совсем голый и улыбается.

— Привет, мышонок!

— Привет! Ты же знаешь, что тебе так запрещено ходить по дому.

— Знаю, поэтому и хожу. Знаю также, что тебе это очень даже нравится.

— Глеб, Глеб, остановись.

Но было уже поздно. Сейчас Глеб целовал мою спину, спускаясь всё ниже и ниже. Только и оставалось упереться руками о стол.

— Классная попка.

Что только Глеб не вытворял, сейчас его руки были везде. Своим языком касался моих бёдер, медленно проводя по ним, лаская ягодицы, прижимаясь всем телом. Глеб затих после того, как громко застонал, его член всё ещё пульсировал во мне.

— Глеб, теперь мне опять нужно в ванную.

— Хочешь я сам тебя искупаю?

— Спасибки, знаю как ты меня искупаешь. Ты чего ненасытный такой сегодня?

— Не знаю, Марк, я люблю тебя сильно и ты сам знаешь как ты на меня действуешь, тем более когда вижу тебя утром с мокрыми волосами после душа. Отказать себе не могу. Беги в душ, стол уже накрыт, хотя придётся всё подогреть заново.

Что делать? Пришлось снова ополоснуться и затем быстро завтракать и бегом на работу.

— Малыш, я наверное сегодня тоже наведуюсь на работу, надоело дома сидеть. И не забудь мне позвонить, сказать как там насчёт твоей учёбы.

— Позвоню, позвоню.

— Тогда беги на свою работу. Хотя стой.

— Чего это?

— Поцелуйчик где?

Так заведено у нас, я поцеловал Глеба и ушёл на работу, про себя уже решил, что сегодня возможно я и исчезну навсегда. Постараюсь стереть все следы своего существования, чтобы и намёка не осталось.

========== эпизод 49 ==========

(Глеб)*

Давно уже проснулся, просто теперь лежу и любуюсь Марком, он всё ещё спит. Стараюсь не шевелиться, чтобы не побеспокоить его сон, но это выше моих сил. Тянусь к нему, подношу его волосы к своему лицу, вдыхаю его аромат. Так возбуждает, Марк пошевелился, тут же закрываю свои глаза, словно я сплю. Марк взглядом окинул комнату, ищет свои боксы, боже, он всё ещё стесняется, мы столько вместе, а он всё такой же. Держусь из последних сил, чтобы не рассмеяться. Вот наконец-то он их нашёл, быстро натягивает их на свою попку, блин, она волшебна, упругая, так и хочется обратно завалить на кровать и ласкать его, касаться своими губами его тела, вдыхать его аромат. Пока я мечтал, Марк сбежал, вот я простофиля, сам проворонил, теперь жди его с душем. Ничего не остаётся, чтобы хоть как-то сэкономить время для Марка, готовлю ему завтрак, мой парень должен хорошо питаться. Хотя из меня повар-то не очень, так, яичницу с беконом сварганить могу, ну ещё что несложное. А вот Марк, тот сделает всё с любовью, просто пальчики оближешь. Послышался шум двери ванной, так и есть. Марк на ходу вытирает полотенцем свои волосы, он прекрасен, его мокрые волосы свисают ему на глаза. Увидев меня, тут же прикрылся полотенцем. Смотрит на меня, улыбается как всегда смущенно.

— Глеб, опять ты голышом? Сколько раз тебе говорить, что тебе это запрещено.

— Знаю, знаю, а ещё я знаю, что кое-кому это очень нравится. Просто он очень скромный.

Марк замер, стоило мне сделать пару шагов навстречу ему. Рукой коснулся его волос, поднося к своему лицу, пахнет обалденно, аромат геля, запах цветов. Губами касаюсь его губ, Марк весь выгнулся, закрыв глаза. Разворачиваю его к себе спиной, Марк рукой тянется ко мне, притягивает к себе.

— Мой малыш, как сильно я хочу тебя!

Губы касаются шеи, скользя вниз по спине, опускаюсь на колени, языком провожу по бёдрам, затем ягодицам. Пальцем проводя по его коже. Марк оглянулся, тут же рукой притянул меня к себе, прижался к его телу, как сильно я его хочу. Полотенце падает на пол, пару движений и Марк стонет вместе со мной, мы словно слились воедино сейчас. Финал просто заглушает всё вокруг, как мне хорошо с моим парнем, это безумие какое-то.

— Глеб, теперь мне опять нужно в ванную.

— Беги, малыш, воды море, а если хочешь я сам тебя искупаю.

Оба смеёмся теперь, пока Марк в душе, заново подогреваю завтрак. Тут уж пожалел своего малыша, надел свои боксы, хотя для эротичности слегка их приспустил. Марк вернулся через пару минут, конечно он всё заметил, тут же подошёл поцеловал меня и поправил на мне мои боксы.

— Ну вот, а я хотел тебя соблазнить.

— Глеб, ты же знаешь, что я давно у тебя в плену.

— Ты завтракай, малыш.

Марк торопится, хватая на ходу, допивая свой чай, уже в дверях остановил его.

— Марк, я наверное тоже сегодня наведаюсь на работу, устал уже дома быть.

— Хорошо, Глеб, если ты так решил, значит так и должно быть.

— Марк, ты ничего не забыл?

Марк стоит, ничего не понимая. Пальцем показываю на свою щёку, намекая на поцелуйчик. Марк улыбается, чмокает меня и убегает, долго смотрю ему вслед, через наше окно в спальне. Смешной он, кажется, что он нисколько не изменился, всё такой же, скромный и застенчивый.

Где-то в десять часов позвонили, спросили куда пригнать мою машину. Машина как новая, ни единой царапины, словно и не было никакой аварии. Ближе к двенадцати заехал в офис, папа очень обрадовался мне, тут же спросил как Марк, странный он какой-то. Никогда он не интересовался им, а тут вдруг спрашивает про него, может он понял, что я сделал свой выбор и он не может ничего с этим поделать? Больше всех обрадовалась Катерина, тут же обняла меня, чмокнула в щёчку. Так приятно, чёрт возьми, а папа так вообще весь приободрился.

— Глеб, какой же ты молодец, что вернулся к нам, без тебя скучно.

— Я давно уже был бы с вами, Марк запрещал мне.

— Марк молодец, он заботливый.

— Слушай, мне помощь твоя нужна.

— Говори, я тебя слушаю.

— У моей мамы день рождения скоро, хотела ей купить серёжки,

может составишь мне компанию, да и в выборе поможешь?

— Кать, да я мало что в этом смыслю.

— Владимир Алексеевич, отпустите меня пораньше сегодня, пока Глеб здесь?

— Катюша, ну какой вопрос, поезжайте, да и Глебу полезно пообщаться с тобой.

Всю дорогу Катя трещала без умолку, это не мой малыш, который по большей части молчит и ведёт себя скромно.Ювелирный магазин, сколько блеска, свет подобран так, что любой камень излучает блеск, переливается всеми цветами радуги. Как тут сделать выбор? Глаза разбегаются от большого выбора. Катя стояла у витрины, консультант то и дело показывал ей изделие, она смотрела на себя в зеркало. Затем спрашивала моего совета, как смотрится, в общем всё как обычно. Мне же понравились обручальные кольца, мне вдруг захотелось купить их нам с Марком, пусть никто никогда об этом не узнает. Всё останется тайной, но будет приятно смотреть на палец с кольцом, который надел мне Марк. Союз двух сердец.

—Глеб, от тебя никакого толка, чего завис-то? Я тебя зову, а ты даже не отвечаешь.

— Катя, как думаешь, Марку понравится вот это кольцо?

— Обручальное? Вы чего это, решили обручиться?

— Ничего не решили, но мне бы ужасно хотелось, думаю и Марку это идея очень понравится.

— Ничего хорошего из этого не получится.

Я удивлённо посмотрел на Катю, что она этим хочет сказать?

— Почему это?

— Ты сам-то посмотрел что это за кольцо?

— Конечно, очень дорогое и с камушком, брюлик смотри как переливается на свету.

— Дурень ты, столько с Марком живёшь, а до сих пор его не знаешь.

— С чего это вдруг и я не знаю? Очень даже знаю.

<tab— Марк ни за что не согласится надеть такое дорогое кольцо, а вон то простое, из хирургической стали , очень даже рад будет.

— Блин, Катя, ты как всегда права, узнает цену, и ни за что не согласится.

— Так что, покупаем? Я — маме серёжки, а ты — кольца обручальные.

— Марк уезжает на учёбу, вот вернётся и тогда я их куплю. Придёшь к нам на помолвку?

— Вау, конечно, придётся по такому случаю заказать себе новое платье. А гулять где будем? Ресторан, кафе, у вас дома? А может за город?

— Идея классная, знаешь, как тогда, уехать всей компанией на Алтай, было же здорово.

— Ещё бы, ты тогда натрахался как мартовский кот, лыбился словно даун.

— Катя, это всё любовь.

— Ага, знаю я вашу любовь, вон Марка совсем уже задрал небось?

— Ты что это из меня монстра делаешь, я же Марка очень люблю. Знаешь, а я всё такой же влюблённый, словно у нас это только сейчас произошло.

— Если честно, я вам так завидую. Я же тогда Марку пригрозила в общаге, когда ты меня попросил отдать фото. Он умолял меня сказать адрес, страшно было смотреть на него. Уже ушла, но уехать не смогла, он стоял на крыльце и умолял, хотя я и не слышала его слов. Тогда-то я ему и сказала, что если он обидит тебя, то будет дело иметь со мной.

— Марк —удивительный парень.

Мы ещё немного поговорили, затем я отвёз Катю домой, потом сам тоже вернулся к себе домой.

— Малыш, я уже дома.

Странно, в это время Марк всегда дома, но сегодня никто меня не встречает. Прошёл по комнатам, всё тихо, никого нет. Зашёл на кухню, на столе листок бумаги. Это почерк Марка.

«Дорогой Глеб!……»

========== эпизод 50 ==========

(Марк)*

Каким же сильным может быть человек, вот и я сегодня понял, что мне хватит сил, чтобы уйти от Глеба. А всё стало на своё место ещё утром, когда Глеб подкараулил меня на кухне. Прижал к себе и ласкал, это он ничего не знает обо мне, сколько всего крутится сейчас в моей голове, какие проблемы, куда уйти. Да и важно ли сейчас это? Мы позавтракали, я как всегда быстро собрался и хотел уже убежать. Но не тут то было, Глеб остановил меня, поцелуй. Знал бы он, как мне сейчас больно, что возможно я уже больше никогда не поцелую его. Позже бежал вниз по лестнице, зная, что в этот дом я уже не вернусь. Конечно я должен был кое-что забрать, не без этого, но это уже будет совсем по-другому. На работе всё как обычно, сегодня я даже не зашёл к себе в цех, а направился прямиком в отдел кадров. Начальник участка смотрит на меня удивлённо, не понимая моего решения уволиться, да ещё так срочно. Нахожу массу причин, вплоть до того, что я переезжаю в другой город. Опять беготня, сколько всего нужно утрясти, сдать вещи, бегунок в руках, столько всего подписать. Но и это ещё не всё, меня словно кто-то ударил по голове.

— Всё-таки увольняешься?

— Так нужно.

— Соколов, а ты знаешь что комнату в общежитии тебе придётся освободить? Она только для работников.

— Раз надо, значит освобожу и сдам всё коменданту.

— Тогда мне отметку в бегунке поставишь и можешь приходить за расчётом.

Лишиться последнего, означало для меня полный крах, такого я конечно не ожидал, но и отступать мне сейчас некуда. Я не думал как я буду жить, просто стоял вопрос —исчезнуть, пока меня не закопали живьём. Такая наверное у меня линия жизни: мучиться, скитаться без счастья. Тошно хоть плачь, но разве это сейчас поможет? Пробегал целый день, всё боялся, что не успею всё сделать и придётся вернуться к Глебу, а это снова боль. Боюсь, что не выдержу и могу ему всё рассказать. Глеб и так спрашивает, что со мной творится в последнее время.

Было уже четыре часа, когда я смог вернуться, сумка, кое-какие вещи. Не знаю почему я так решил, взял самое необходимое, как будто меня кто-то ждёт и уже всё приготовлено. Это я пойму потом, как плохо когда всё в обрез, что нужно как-то одеваться и где это взять. Позвонить Глебу? Нет, мой голос дрожит и он сразу почувствует это. Просто написал записку, что уезжаю, это срочно, вернусь сам не знаю когда. Неопределённость, а у меня разве есть какой-то выбор? Ну вот кажется и всё, уже собрался уходить, как вернулся обратно. Фото, что в нашей спальне, где мы с Глебом на Алтае, это моё, пусть оно будет со мной. Опять делаю себе больно, но и разом всё стереть из памяти не могу. Глеб в моём сердце и это не вырезать кинжалом. Ходил по городу, не зная куда мне приткнуться на ночь. Остаётся детский дом, Анна Степановна, может она мне опять поможет. Как же она была рада меня видеть, да и я рад конечно видеть её здоровой и улыбающейся. Разговоры, воспоминания, всё боюсь начать свой разговор, не знаю с чего.

— Марк, а ты что это с сумкой?

— Сумка? Это моё всё теперь.

— Как это понять?

— Так получилось, мне негде жить, сам не знаю что мне делать теперь.

— Так, это уже интересно, а ну рассказывай, что случилось.

— Анна Степановна, а что собственно говоря рассказывать, особо нечего. Я уволился с завода, вот пришлось и комнату освободить.

— Ничего не понимаю, а с завода-то что ушёл?

— Это длинная история, сейчас всё рассказать не могу, да и боюсь вы меня не поймёте.

— Да ты уж постарайся, вроде я не глупая женщина, да и опыт немалый у меня.

— Анна Степановна, мне нужно просто исчезнуть, словно я и не был никогда в этом городе.

— Натворил что-то?

— Если бы, вот именно, что ничего не натворил.

— Тогда вообще непонятно, почему исчезнуть нужно?

— Ну, если коротко, то я полюбил одного человека, очень сильно. А ему приготовили другую партию, не такой как я детдомовский, без всего. Вот мне и сказали: либо я сам исчезну, либо мне помогут.

— А рассказать своей девушке? Она-то хоть знает, что тебе угрожают?

— Девушке? Ах да, конечно, я не стал ничего говорить, да и чем всё это поможет?

— Марк, как же ты теперь жить-то будешь?

— Не знаю, Анна Степановна, может мне уехать в другой город жить?

— Уехать, уехать, если бы всё было так просто. Я-то думала тебя пристроила, да и тебе вроде всё нравилось на заводе.

— Конечно, всё было хорошо, и зарплата хорошая и жить было где.

— Ладно, что теперь поделаешь, надо думать как выбраться из тупика.

— Может мне в деревню уехать?

— Ну ты тоже сказанул, в деревню. Ты хоть знаешь что это такое? Сейчас все в город бегут, а ты в деревню.

— Тогда я не знаю как мне быть, ничего придумать не могу.

— Вот что, сегодня переночуешь здесь, определим куда-нибудь. Не бросать же своих. Да, слушай, я совсем забыла, мы же через пару дней за город уезжаем. Спонсор оплатил для детского дома лагерь. Всех вывезут отсюда, вот и ты будешь с нами до осени, до нового учебного года. А там уже дальше думать будем. Завтра же поговорю с директором, нам как раз в младшую группу воспитатель нужен.

— С малышами?

— Марк, а у тебя есть сейчас выбор?

— Что вы, Анна Степановна, я даже рад, что это малыши будут, я смогу, вот увидите.

— Марк, да знаю я, что ты сможешь, ты же на моих глазах вырос.

Так начались мои скитания, особого выбора у меня нет, поэтому я был рад, что мне не отказали, протянули руку помощи. Сегодня ночью я спал в кладовой. Рядом старые матрасы, поломанные стулья. Как дико мне теперь, я совсем недавно жил как самый успешный человек, теперь же мне казалось, что я опустился на самое дно. Даже ногой почувствовал землю под собой. Всего один человек решает твою судьбу. Нет конечно, я не проклинал Владимира Алексеевича, какое я имею право. Пришёл ни с чем и ушёл ни с чем, но у меня отняли самое дорогое в моей жизни, моего Глеба. Накидал пару матрасов и лёг, сон никак не идёт. Мы с Глебом столько вместе, и спать теперь одному никак не хочется. Я сам себя обнимал, так как это делал Глеб, но разве возможно себя обмануть? Да и руки Глеба обнимают по-другому, ласково и нежно. Они такие тёплые, подушечки пальцев мягкие, притрагиваются к твоей коже. Мурашки по коже, от одного лишь воспоминания. Да и Глеб сегодня спит один в своей большой кровати, как он там без меня? Мои губы шептали имя Глеба, желая ему приятных снов: » Спи, красавчик, я каждый день буду желать тебе доброй ночи». Мой Глеб…

С этими последними словами и я уснул, мне снился Глеб, его улыбка. Всё было словно наяву, как будто он рядом и держит мою руку. Шум в коридоре, вот уже ребятня поднимается, бегает по коридору в умывальник. Вставай и ты, Марк, с сегодняшнего дня у тебя совсем новая жизнь. Что ждёт тебя впереди без твоего Глеба? А стоит ли сейчас об этом думать? Я и так ничего не понимаю в этой жизни, словно я лишний человек и мне некуда приткнуться сейчас. А быть счастливым мне вообще запрещено.

В дверь постучали.

— Марк, просыпайся, уже утро.

— Сейчас, Анна Степановна, я уже встаю.

Спасибо своему детскому дому, приютили, да и накормили, не оставили одного со своими проблемами. Как же дико было вновь окунуться в эту жизнь. Столько детей и каждый хочет счастья, у каждого своя судьба…

========== эпизод 51 ==========

(Марк)*

Наверное многое зависит в этой жизни какого ты рода, твоё я, и конечно состояние. У меня всего это даже и не видно, ну хоть бы малость досталось, так нет же. Всё иначе, да и жизнь не кажется такой уж распрекрасной, как это часто показывают по телеку.

Время десять, когда за мной зашла Анна Степановна и мы вместе отправились к директору. Настроение такое, хоть сейчас петлю на шею затягивай и я не разу не дернусь, устал, устал постоянно бороться и выживать.

— Марк, ты посиди здесь, а я быстро разведаю какое у него настроение.

— Анна Степановна, сейчас я понимаю, что это плохая идея, да и вас зря потревожил.

— Марк, ты наверное забыл девиз нашего детского дома: мы все одна семья, пришла беда, значит все поможем.

— Это всего лишь слова…

Я сел на диван, а сам словно и не здесь. Думаю о Глебе, как нехорошо я ушёл, даже это я по-человечески сделать не мог. Разве мне может быть доверие? Знаю, что Глеб переживает, надеется, что я на учёбе, но я как трус бежал. Именно так, бежал как трус, чтобы спасти свою шкуру.

— Марк, ау, ты что не отвечаешь? Опять в облаках летаешь?

Конечно наш директор выслушал меня, затем Анну Степановну и затем началось:

— Я вот удивляюсь вам, стоит вам выпуститься и вы всё равно возвращаетесь сюда, нам что теперь, до пенсии с вами возиться?

— Пал Витальевич, можно просто было сказать: нет и всё, зачем эти нравоучения? Не от хорошей жизни я пришёл к вам за помощью. Ну да ладно, нет так нет.

Я поднялся и направился к выходу, уже открыл дверь кабинета, как меня остановила Анна Степановна.

— Марк, Марк, остановись. Просто подожди меня пару минут.

А куда мне собственно спешить? Сейчас я никто, давно пора прибиться к бомжам, напроситься к ним в компанию. Глядишь и выживу какое-то время. За стенкой кричали, голос Анны Степановны, затем голос Пал Витальевича. Всё разом стихло, мне стало страшно, они что, друг друга поубивали? Дверь открылась и показалась сама Анна Степановна.

— Проходи на минутку.

— Ох Соколов, Соколов. Ну вот не могу я вас бросить, сердце больно мягкое. Так уж и быть, возьму на себя ответственность, устрою тебя на лето. Но это всего лишь на летний сезон, вернёмся обратно, не обижайся, ты должен будешь покинуть наш детский дом. Прости, но ничем больше помочь не смогу.

— Спасибо вам, Пал Витальевич, настанет осень, мы что-то придумаем. Правда же, Марк? Может появиться другая работа. А сейчас спасибо и на этом.

— Но запомни, воспитателем тебя оформить не смогу, у тебя нет образования, так что всего лишь плотником. А работу выполнять воспитателя будешь, второй номер так сказать.

Мы вышли из кабинета, Анна Степановна похлопала меня по плечу, успокаивает.

— Не нужно было так унижаться из-за меня, я это не стою.

— Глупыш ты, Марк, для меня вы все одинаковые, ничего, прорвёмся. А теперь бегом в отдел кадров оформляться, работы много. Нужно всё приготовить для отъезда.

Работы было столько, что я забыл всё, зачем я здесь, почему и так далее. Настаёт вечер и я ухожу в свою ” каморку папы Карло «, как я её стал называть, падаю на матрас и тут же засыпаю. Но странно другое, я просыпаюсь среди ночи и рукой ищу Глеба. Всё понимаю правильно, что так не должно быть, но руки делают своё.

Утро следующего дня, машины грузят старшеклассники, младшие рассаживаются по автобусам и мы потихоньку выезжаем. Странное название лагеря —«Причал». С чем это связано? Нет ни причала, нет даже озера. Ну да ладно, теперь это не имеет никакого значения.

Много корпусов, всё по группам, комнаты для воспитателей, всё очень понравилось. Воздух чист как слеза, хочется дышать и дышать, вот что значит хвойный лес. Красота-то какая, корпуса утопают в зелени, высокие сосны закрывают от палящего солнца. Всё мне напомнило Алтай, только одного здесь не хватает —это величественные горы, с выступами и огромными скалами. Опять воспоминания нахлынули. Нет, так больше продолжаться не может, работать, заглушить в себе всё. Так просто всё и неважно, что у меня на сердце.

Группа мне досталась —”оторви да выбрось», боже, какие они смешные, мои малыши. Всё точь-в-точь, как я в детстве, почему, как, и так до бесконечности. К вечеру мне казалось, что моя голова лопнет, а если не лопнет, то взорвётся и разлетится вдребезги.

— Марк, ну как ты?

— Анна Степановна, как вы только нас выдерживали? Да я лучше бы на заводе болванки таскал вручную, чем с малышней возиться. Столько вопросов, это же рехнуться можно!

— Смешной ты, Марк, а помнишь какие вы были? Сколько вопросов задавали, что порой и не знала кому первому ответить.

— Теперь я на своей шкуре всё испытал, это адский труд.

— Всё поймёшь спустя какое-то время, когда ребята вырастут. Станут самостоятельными, тогда и увидишь плоды своего труда. Что малыш стал кем-то, что он не опустился и именно ты помог ему всё преодолеть.Марк, а кстати, ты стихи ещё пишешь?

— Анна Степановна, ну какие же это стихи, так, пару строк в рифму и ничего серьёзного. Забросил всё, как-то не стал больше ничего записывать.

— А зря, у тебя это классно получалось.

— Так иногда бывает, что хочется опять начать писать, но думаю, что я не на том уровне, чтобы иметь право писать.

— Ну вот почему ты у меня такой глупый? Разве ж поэтами рождаются? Или для этого особый дар нужен? У тебя есть всё, самое главное, что ты умеешь вкладывать в них свою душу. Я не хочу заставлять тебя, но просто записывай всё, что приходит на ум. Может потом просто пригодится, кто знает, какой следующий будет поворот.

Что поворотов в моей жизни будет много, это я и сам прекрасно понимал. Начало моей самостоятельной жизни ничем хорошим для меня не закончилось. Так, жалкое подобие чего-то.

Настаёт вечер, всех нужно уложить спать, но не всё так просто. Вымотался напрочь, уже дошло до того, что хотел всё бросить. А сорванцы словно чувствовали меня, мою слабость и ещё больше издевались надо мной. Прошло уже двадцать минут после отбоя, а моя группа всё ещё на ушах. Дверь открылась и всё затихло. Первое, что пришло на ум, это проверка, что я не справился и меня отстранят от работы.

— Что за шум?! Так, если через пять минут не будет тишины, то самых буйных посажу на подоконник, будете выть на луну. И так до тех пор, пока не уснёте. Сегодня как раз полнолуние, оборотни вас уже ждут. Так кто у нас тут желает оказаться с оборотнем с глазу на глаз?

Тишина, кажется у меня даже ушные перепонки лопнули и я просто ничего не слышу больше.

— Ну вот, совсем другой компот. Вы бы лучше Марка Алексеевича попросили вам рассказать историю. Знаете, сколько он их знает?

Ребятня зашевелилась, стали шушукаться, как это попросить меня что-то рассказать.

— Марк, расскажи им красивую историю, ты же много книжек прочёл.

— Марк Алексеевич, ну пожалуйста, просим вас.

Анна Степановна улыбнулась, вышла из спальни, опять я с этими оторвами наедине.

На меня сейчас смотрели десятки глаз и каждый ждал рассказа, ну что ж, начнём, а там видно будет.

— Итак, все готовы слушать?

— Готовы.

— « В одном государстве родился звёздный мальчик, он так был хорош собой, что все, кто его видел, восхищались им. Но длилось это совсем недолго, лишь его мать испустила последний вздох, как всё поменялось. В его доме появилась новая мачеха, властная особа, не сильно-то она жаловала мальчика. Ей, откровенно сказать, он был противен. Да и не любила она детей никогда. Вся её мечта была прибрать к своим рукам богатство и титул. В скором времени она так обработала мужа, что тот согласился избавиться от собственного ребёнка. Отец сам вывез сына в дремучий лес, посадил его под сосной, велел ждать. Мальчик ждал, уже стемнело, и тогда он понял, что никто за ним не вернётся, он долго плакал и так и уснул под деревом. Уставший, холодный и голодный…

Когда я посмотрел на малышей, то они уже крепко спали, кто улыбался во сне, кто-то просто засунул пальчик в рот, причмокивая. Какие они все разные, что с ними будет дальше?

========== эпизод 52 ==========

(Глеб)*

Я так взволнован сегодня, спешу к своему парню домой поделиться последними новостями.

— Марк, я уже дома!

В ответ была тишина, странно как-то. Обычно Марк всегда встречает меня, выбегает навстречу, обнимает и целует. У нас уже это своего рода ритуал. Иду по комнатам, зал, спальня, кухня.Никого… Как-то пустынно дома, тишина пугает. Когда случайно посмотрел на стол, то увидел листок бумаги. Что это такое? Пальцами осторожно поднимаю его и вижу первые слова. Конечно, почерк Марка я не спутаю ни с кем, его красивый почерк, аккуратно выведенные слова.

« Дорогой Глеб!

Прости, что так и не решился тебе позвонить, как-то не смог, боюсь, что опозорюсь в твоих глазах и расплачусь. Знаю, что ты всегда считал меня сильным человеком, таким и хочу остаться. Я уезжаю как и говорил, пока не знаю на сколько. Ты же строго соблюдай режим, всё, как мы с тобой делали. Столько тебе хотелось сказать, а теперь слова потерялись, но всё есть в моём сердце. Что бы не случилось, обещай быть сильным, любить жизнь и никогда не опускать свои руки. Люблю тебя больше жизни и это никогда не изменить. Так будет всегда, в моём сердце есть место только для тебя.

С ув. , Марк…»

Странное послание, не кажется вам? Малыш как всегда скромничает, мне ли его не знать. Каждый шаг просчитывает, боится меня потревожить, нарушить мой покой. Такой мой мышонок, как сильно я его люблю. Дома так тихо без моего парня, так не похоже на наше гнёздышко. Странное чувство у меня, это послание, словно Марк прощается со мной.

Наступает вечер, никак не могу себя чем-то занять. Кое-как поужинал, без Марка всё что было вкусным, стало обыденным, ничего особенного. Время ложиться спать, но как быть? Мне кажется я даже уснуть не смогу без Марка, до того уже привык, что я его обнимаю, что он всем телом прижимается ко мне, что его пальцы скользят по моему телу. Я подумал о Марке и в душе стало тепло. Как же сильно я хочу его обнять, прижать к своему сердцу. Кручу телефон в руке, позвонить? Что сказать? Какие слова? Чтобы подбодрить своего мышонка. Набираю номер Марка, гудок, ещё гудок. Странное чувство, я слышу мелодию звонка, и при том что она совсем рядом со мной. Поднимаюсь и вслушиваюсь, да, это рядом. Открываю прикроватную тумбочку, я не ошибся, телефон здесь. Но почему?! Как Марк мог забыть телефон? Тем более он лежал в тумбочке, а Марк никогда его не убирал туда. Не могу связать одно с другим, но может быть Марк просто забыл его? Сам себя успокаиваю, что мой парень найдёт способ связаться со мной, он находчивый у меня. При одних воспоминаниях о своём парне, улыбаюсь сам себе. Приятно думать о своём мышонке, самом лучшем парне на свете.

Долго не удаётся уснуть, что-то меня тревожит, на сердце неспокойно. Новый день, сегодня мой первый день работы. Долго собираюсь, затем психую на себя и ругаюсь. Был бы Марк дома, он поддержал бы меня, а то я так волнуюсь. Хотя что мне волноваться, просто не совсем уверен в себе ещё, иногда боюсь за свою спину.

Машина на парковке, захожу в офис. Катерина встречает с улыбкой.

— С возвращением, Глеб! Я рада, что мы снова в одной так сказать лодке.

— Спасибо, Катя!

— Ты как будто и не рад, что вернулся к нам.

— Да как-то на душе не очень.

— Спина?

— Да нет, Марк уехал на учёбу, а мне тревожно.

— Как уехал? Куда это ещё?

— Вот именно, что я ничего не знаю, вечером сказал, что его отправляют на учёбу, что он не знает ещё куда. А вечером вчера пришёл домой, а его уже нет, на столе лишь записка от него. И самое главное, что он даже телефон не взял, не могу даже позвонить ему.

— Да ладно тебе, Глеб, вы так уже притёрлись к друг другу, что любое расставание для вас означает крах. Не драматизируй так.

— Думаешь я излишне волнуюсь?

— Конечно, вот увидишь, пройдёт совсем немного времени и Марк вернётся, всё будет как прежде.

— Я что-то пропустил?

Из своего кабинета вышел отец, он не всё услышал, о чём мы говорили с Катей.

— Привет, папа!

— Здорово, сынок! Так что там случилось?

— Марка отправили на учёбу, а я волнуюсь за него, он ничего не объяснил толком.

— На учёбу? Так это же прекрасно просто, наконец-то он свалил от тебя.

— Папа, ты что такое говоришь?

— Меня эти ваши отношения никогда не радовали и ты это знаешь. Так что пора начать новую жизнь, Глеб.

— Мне казалось, папа, что мы закрыли эту тему, но видимо я тебя совсем не знаю.

— Да ладно тебе, сынок, всё будет хорошо. Просто я же хочу, чтобы у тебя всё сложилось как можно лучше.

Мы с Катей переглянулись, ничего не понимая, мне показалось или это так и есть, что лишь отец обрадовался, что Марк уехал. Затем работа, хоть немного отвлекаюсь от дурацких мыслей, что просто сейчас одолели меня.

Уже было собрался ехать домой, как папа выдал, тоже мне, конспиратор нашёлся.

— Ребята, минуточку внимания. Катя, Глеб, я вот решил, что нам нужно отметить твоё возвращение, сынок. Что ты опять в строю, вместе с нами.

— Пап, но это совсем не нужно, не находишь?

— Да я же для всех нас старался, и столик уже заказал в ресторане на три персоны. Ну же, поедем все вместе, посидим немного, да и ты отвлечёшься. Когда ты в последний раз был где-то? Со своим Марком ты стал совсем домоседом, а мы с Катей только будем рады тебе. Правда же, Катя?

— Глеб, Владимир Алексеевич прав, нужно развеяться. Да и что тебе одному делать дома, так и время быстрее пройдёт для тебя.

— Может вы и правы, ну, тогда поехали.

Ресторан«Сенкевич», что стоит на набережной Иртыша. Уютно здесь, столик уже накрыт и только нас и ждал. Ухаживаю за Катей, садимся за стол, как у папы вдруг зазвонил телефон.

— Ребята, вы меня простите, я на минуточку отойду, хорошо?

Принесли прекрасное вино, разлили по бокалам, приятное на вкус, как же давно я не был в таком месте.

— Тебе не кажется, что отец себя странно ведёт?

— Глеб, ты во всём видишь обратную сторону, отец для тебя же старается.

— Может ты и права, но мне всё равно это странно.

— Ребята, вы меня ради бога извините, но мне срочно нужно уехать, так что веселитесь по полной без меня.Счёт я оплачу, так что не волнуйтесь.

— Папа, что-то случилось? Что за срочность?

— Так, кое-что нужно утрясти с одним клиентом. Вы не должны отвлекаться, отдыхайте.Приятного вам вечера.

Папа ушёл, Катя посмотрела на меня, я на неё, ничего оба не понимаем, что собственно происходит. Ну да ладно, гуляем, раз всё оплачено. Приятно посидели в компании друг друга, много чего повспоминали, своих друзей, что совсем позабыли друг друга. Что нужно бы как-то собраться всем вместе и посидеть. Катя вспомнила Алтай, как они тогда смеялись все, наблюдая за мной, как я старался всё скрыть. Но выходило так неуклюже, как они вечерами смотрели, как я убегал к Марку, даже прозвали меня тогда конспиратором.

— Тебе, Глеб, одному казалось, что никто ничего не заметит, но мы-то всё просекли. Ты Марка просто съедал глазами, да и сам потом светился счастьем.

— Катя, мне так стыдно сейчас за себя.

— Самое главное, что никто из ребят тебя не осудил, хоть как это принято говорить, что это неправильно. Мы давно все друг друга знаем, а ты всегда был душой нашей компании, так что не волнуйся, всё хорошо.

— А мне бы хотелось опять всё повторить. Я уже и придумал как всё будет. Уехать на Алтай всей компанией.

— У тебя глаза так светятся, что ты надумал?

— Помнишь кольца в ювелирном? Я хочу сделать предложение своему мышонку, обручиться с ним. И пусть об этом никто и не узнает, но это будет наш с ним союз.

— Глеб, я тебя просто не узнаю, оказывается Марк на тебя имеет такое влияние.

— Нет же, просто Марк для меня всё, я люблю его сильно и это самое важное.

— Это классно, когда есть такой человек, без которого жизнь не мила.

Приятная беседа, воспоминания, вот и пролетело время. Отвожу Катю домой, затем возвращаюсь к себе в пустую квартиру. Вот и прошёл ещё один день без моего Марка…

========== эпизод 53 ==========

(Марк)*

Сколько же всего мне пришлось узнать, не так просто с малышами, порой мне казалось, что поставь хоть целую армию следить за ними, всё напрасно. Утром подъём, умывание, обязательно проверить, чтобы все почистили зубки, заправили свои кроватки. И так весь день, ног не чувствую к вечеру. Анна Степановна, увидев меня, лишь улыбается, касается своей рукой моих волос, шутит.

— Не готов ещё сбежать от нас?

— Пока держусь, но боюсь, что не смогу так долго.

— Не волнуйся, вот увидишь, ребята к тебе привыкнут и всё станет на свои места.

Наступает вечер, и сейчас уже не отвертеться мне. Малыши укладываются в кровати и все готовы слушать продолжение моего рассказа.

— Марк Алексеевич, а что же дальше случилось с мальчиком?

— Так, поймали тишину и слушаем внимательно.

«Мальчик так устал, что тут же уснул под деревом. За ночь он так продрог, что когда он утром проснулся, то сам молил бога, чтобы тот его забрал к себе, избавил его от холода и голода. Мальчик так ослаб, что когда он услышал собачий лай, он даже не смог позвать на помощь. Он протянул ослабленную руку и так и рухнул на землю. Что-то тёплое коснулось его, сердцу так приятно. Мальчик подумал, что он уже на небе, в раю, раз ему так уютно и тепло.»

— Марк Алексеевич, а как же мальчика звали? У него что, вообще не было имени?

— Как же не было. Звали его Кристиан, мама его ласково называла Кристи, когда ласкала его и целовала в макушку.

— Так что с Кристианом было? Он умер?

— Так вы не спешите, я вам дальше и расскажу.

«Проснулся Кристи в большой комнате, лёжа на белых простынях, рядом горел камин, в котором потрескивали дрова. Тепло, но совсем нет сил вставать. Попытался позвать, но не смог. Через пару минут к нему подошёл мальчик, чуть старше его, разница всего-то в два года.

— Как ты себя чувствуешь?

— Кто ты? Как тебя зовут? И где я нахожусь?

— Ты столько вопросов мне задал, что и не знаю на какой ответить первым. Зовут меня принц Даймонд, я нашёл тебя, когда совершал прогулку на своей лошади, то есть это собаки учуяли тебя, иначе трудно сказать, что бы сейчас с тобой было. И ты в моей спальне, лекарь уже осмотрел тебя, ты сильно ослаб. Теперь ты о себе расскажи немного, кто ты есть?

— Я, я… Не знаю, кто я теперь. Зовут меня Кристиан, мама звала просто Кристи, так говорил мой отец.

— Так у тебя есть отец? Он наверное ищет тебя сейчас?

— Я так не думаю, это он меня оставил там, так что…

— Ну не стоит расстраиваться, всё будет хорошо, сейчас ты со мной и не переживай.

Мальчики ещё долго говорили, Крис уже понемногу освоился и теперь совсем не боялся Даймонда, ведь он был ласков с ним. Старался быть рядом, чтобы тому не было так скучно. Прошло немного времени, когда опять пришёл лекарь, осмотрел Кристиана, поставил на стол какие-то пузырьки, велел принимать по три раза в день после еды. Чтобы ел по чуть-чуть, иначе станет совсем плохо. Принц Даймонд выслушал его внимательно, обещав, что сам лично проследит за всем.

— А теперь, принц, я вас осмотрю, вы сегодня утром опять верхом катались на лошади?

— Я устал, я всё знаю о себе уже и не хочу чахнуть так в своей спальне.

Кристиан слушал лекаря, затем переводил взгляд на Даймонда и никак не мог понять, о чём разговор. Да и немного покушав, Кристиан уснул, укрытый пуховым одеялом, он провалился в прекрасный сон.»

Когда я посмотрел на ребят, то те уже спали крепким сном, ну вот и всё, спите крепко, малыши. Ушёл в свою комнату, теперь и сам смогу отдохнуть от всего. Посмотрел на фото, где мы с Глебом вдвоём, мы там такие счастливые. Куда всё подевалось? Жизнь делает свои кульбиты, иной раз непредсказуемые.

Так шло время, вечерами малыши мучили и умоляли рассказать продолжение сказки. В моей голове пустота, ну не знаю о чём им ещё рассказать, фантазия не работает. Сейчас бы мне не помешали мои книжки, как же долго я ничего не читал, целая вечность наверное прошла уже. В первую смену я сегодня отдыхаю, поэтому и решил съездить в город. Ничего не случится если я схожу в книжный магазин. От одного раза ничего не будет, да и в таком большом городе встретиться с Глебом шансов ноль.

Уже приготовился к отъезду, как сам остановился. А смогу ли я сам сдержаться? Меня терзают сомнения, да я уже и готов сам искать Глеба, чтобы хоть на миг увидеть его. Так стоп, о чём это я? Не могу, да и всё уже решено, обратной дороги мне нет. Да и вряд ли Глеб сможет простить меня, мою выходку. Кто знает, что сейчас он делает? Может папаша уже постарался и сын сейчас в чьих-нибудь объятиях. Чёрт, кто тебя за язык тянет, не хватает боли? Сам себя истязаешь, извращенец!

Так я и уехал в город, пока был в маршрутке, всё вроде было хорошо, но стоило ступить на землю, как я бежал, словно я опаздываю на встречу. Трудно остановиться, да и как сказать себе, что ты не имеешь права видеть Глеба. Парк, вот и наша с ним скамья, немного посидел, всё заново вспоминая. Время так быстро движется, мне скоро возвращаться в лагерь. Ничего не остаётся, иду в книжный магазин, в тот самый, в котором мы столкнулись с Глебом, где он обронил свой бумажник. Даже улыбнулся, вспоминая как всё было. Как Глеб на меня тогда посмотрел и сказал: «Опять ты, мышонок? Ты что, меня преследуешь?» Не мог он знать, как счастлив был я тогда, просто увидеть парня своих снов, даже не имея шанса прикоснуться к нему. Да этого и не нужно было, мне было достаточно увидеть его глаза, как он смотрел на меня.

Долго ходил по рядам, всё не решаясь, что именно мне взять. Да и трудно выбрать книгу, если ты думаешь совсем о другом. Кое-как успокоил себя сам, нужно сконцентрироваться, я должен. Пару книг, пробежался быстрым взглядом, это то, что надо. И ещё, маленький томик стихов. Пусть будет для души. Смотрю на часы, время уже подходит к пяти. А дальше, как в тумане, очнулся, когда стоял на том самом месте, где я разглядывал Глеба, когда тот выходил из офиса. Вот и сейчас, я стоял у того самого дерева и ждал его. Молил бога, чтобы Глеб вышел и я смог увидеть его, знать, что он жив и здоров.

Сердце бешено застучало, когда дверь открылась и на пороге показалась сначала Катя, затем и сам Глеб. Стоило ему только появиться, как та же самая компания окружила его, они о чём-то громко говорили, затем буквально увели Глеба за руку.Сели по своим машинам и уехали.

Так жаль, хотелось всё остановить, вернуть то самое мгновение обратно. Значит у Глеба всё хорошо, он весел и это главное. Может отец Глеба был прав? Сейчас-то что думать об этом? Собрался всеми силами и пошёл на остановку, всю дорогу, я мысленно видел как Глеб выходит, это как в кино, когда один и тот же кадр повторяется сотни раз.

В лагере всё как всегда, наступила моя смена, ребята только этого и ждали. Тут же окружили меня, сами потянули меня за руку и усадили на скамейку.

— А почему Даймонда лекарь осматривал?

— А всё потому, что принц болел неизлечимой болезнью, он сам всё прекрасно понимал, знал и то, что ему не так уж долго и осталось. Так прошла неделя, Кристиан поправился, а принц совсем слёг, недуг его убивал. Принц кашлял, стараясь не показывать, как он угасает. Теперь Крис заботился о нём, да так, что Даймонд ждал каждую минуту, когда Крис снова будет рядом с ним. Тогда Крис ещё не мог знать, что у него есть великий дар исцелять. И вот, в один из дней, когда уже все думали, что принц сегодня умрёт, случилось то самое чудо.

— Крис, побудь со мной сегодня, я знаю, что мне уже недолго осталось, кашель опять донимает меня.

— Даймонд, не говори так, я не позволю тебе оставить меня одного.

Крис впервые за всё время набрался смелости и коснулся руки Даймонда, а затем пальцами провёл по лицу принца. Когда он коснулся его кожи, то сам принц и Крис увидели яркий след, который оставался от прикосновения пальцев.

— Что это, Даймонд?!

— Я не знаю что это, но мне так легко. Обними меня, если можешь.

Крис помог подняться принцу и крепко обнял его, положа свою голову ему на плечо.

— Прошу тебя, Даймонд, не бросай меня.

— Я и не думаю, мне так легко рядом с тобой.

С того самого времени принц стал поправляться и в скором времени они уже с Крисом вместе совершали прогулки на лошадях по утрам, много веселись и смеялись. Крис отплатил добром принцу за его доброту и ласку. Ну, вам понравилась сказка?

—Ещё, ещё!

— Вечером, настанет вечер и всё будет.

========== эпизод 54 ==========

(Глеб)*

Прошло уже столько дней, а Марк так и не дал о себе знать. Сомнения закрадываются в моё сознание, а что если это вовсе не учёба? Что, если Марк просто ушёл, не найдя другого способа объясниться? Тогда зачем вообще он был со мной всё это время? Неужели из-за чувства вины, что он виноват в той аварии? Я один, и бог знает о чём я уже начинаю думать, всякие мысли одолевают меня. Стараюсь сдерживаться, но и неопределённость меня так угнетает. Хоть бы услышать его голос, просто бы позвонил и спросил как я. Вот же всё это зря я? Может Марк специально хочет, чтобы я по нему сильно соскучился, посмотреть на мои чувства. Ох, парень, если это так, то я тебе не завидую. Я думаю о Марке, вспоминая каждую нашу минуту, сам себе улыбаюсь, у нас есть что вспомнить. Но опять наступает ночь, я просто ненавижу её сейчас. Скорее бы утро, уйти на работу, иначе можно свихнуться от всего. Перемены во мне заметила Катя сразу, долго смотрела, потом подошла, решившись наконец-то заговорить со мной.

— Глеб, от Марка ничего? Ни единой весточки?

— Катя, пока ничего.

— Может ты хочешь поговорить? Я же вижу, что тебя что-то гнетёт.

— Я сам не знаю, но всё это неспроста. Марк словно исчез, мне даже кажется, что ни на какую учёбу он не поехал. Просто взял и ушёл от меня.

— Ты это сейчас о чём? Нет, я в это никогда не поверю. Я видела Марка и не раз, как он смотрел на тебя, уверена, тут совсем что-то другое.

— Тогда что?

— Ты не отчаивайся, я просто уверена, Марк скоро даст о себе знать. А тебе, мой друг, нужно развеяться. Не хотела тебе сразу говорить, но я собрала наших друзей и сегодня мы все идём в караоке-бар, тряхнём стариной, повеселимся. Как ты на это смотришь, Глеб?

— Катя, ну какой бар? Нет у меня никакого настроения куда-то идти.

— Да я парням нашим так и сказала, что ты уже совсем старикашка и вряд ли согласишься.

— Но-но, поосторожней, я в самом соку.

— О чём разговор? Что я пропустил?

— Владимир Алексеевич, я Глеба в бар приглашаю, а он всё не решается.

— Правильно, Катерина, хватит ему затворником сидеть, хватай его за шкирку и вон отсюда.

Может все они правы? Должен же я хоть немного отдохнуть от работы. Собираюсь и мы с Катей выходим из офиса, друзья только и ждали этого момента. Как-то странно, такое ощущение, что я вижу взгляд Марка, что он совсем рядом, по крайней мере так я почувствовал. Оглядываюсь вокруг, но нет же, я ошибся. Просто я так сильно скучаю по нему, что везде вижу его глаза. Всей гурьбой сели в машину и дали по газам. Смех, радость и всего столько нового, каждый рассказывал, что с ним приключилось за это время. Затем кафе, столик уже давно для нас заказан. Дурачились как и раньше, словно мы никогда не расставались с парнями.

Наступает вечер, не хочу домой, опять эти стены, они гнетут меня. Долго стоял у подъезда, смотря на свои окна, так хотелось увидеть, что в них горит свет, что Марк уже дома, но увы… Никто меня и сегодня не ждал. Полная тишина, захожу в комнату, даже не знаю чем себя занять. Всё никак не могу успокоиться, а вдруг я прав, думая что Марк ушёл. Открываю шкаф, странно как-то, все вещи на месте, не хватает лишь старых вещей Марка. Он что, уехал в своих старых вещах, да этого быть не может? Чуть ли не перевернул комнату вверх дном, я не ошибся, все другие его вещи на месте. Ничего не понимаю, голова вот-вот расколется, боль одолевает меня. Спать, а настанет утро и уже ясной головой буду думать, что делать дальше.

В офисе сидел и рассматривал документы, ничего умного в голову так и не приходит.

— Глеб, ты чего опять хмурый такой?

— Ты знаешь, мне кажется что я прав насчёт Марка, он ушёл от меня.

— Куда это?

— Не знаю, может нашёл кого получше.

— Дурак, не смей так думать.

— Тогда сама скажи, как мне быть? Как узнать, где сейчас Марк?

— Ну, ну… А что если взять и на завод заехать? В отделе кадров же должны всё знать?

— Катя, ты супер, спасибо тебе!

Всё просто, как я рад, что Катя натолкнула меня на эту мысль. Тут же собрался и чуть ли не бегом побежал к своей машине.

— Катя, что это с Глебом?

— Да он всё не может успокоиться насчёт Марка, пошёл искать его, вернее на завод поехал узнать, куда они Марка послали учиться, что он даже не звонит и не даёт о себе знать.

— Делать ему нечего, ничего он не узнает, нету больше этого проходимца, свалил наконец-то.

— Что же вы такое говорите? Разве не видите, что Глебу очень тяжело? Что он не может без Марка.

— Не может, не хочет, да хватит уже об этом Марке. Я рад, что он наконец-то исчез. Зря что ли столько сил приложил, чтобы было всё как раньше. Да и ты бы, Катя, мне помогла бы немного. Нужно всё вернуть на прежнее место, ты же знаешь как сильно я хочу, чтобы вы были вместе.

— Мы, вместе? Да ладно, и как вы себе это представляете?

— А ты сама думай, путь свободен для тебя, будь рядом с Глебом и всё образуется, я уверен в этом.

— Во чёрт, так это что выходит? Вы приложили к этому свою руку?

— Теперь это неважно, нужно действовать и всё.

— Мне что-то не по себе Владимир Алексеевич, если Глеб узнает, он вам это не простит никогда.

— Узнает? Откуда? Конечно если ты ему не проговоришься, но ты же не посмеешь? Правда же, Катя? Да даже если и скажешь что-то, ничего не доказать уже, Марк исчез и я нисколько об этом не жалею. Давно надо было этого сопляка поставить на место, хорошо пристроился рядом с моим сыном.

— А как же Глеб? Его чувства к Марку? Вы же видите, что он сам не свой все эти дни. Разве вам сына не жалко?

— Ты что, адвокатом заделалась? Глеб глуп ещё и не знает где его счастье, нужно думать о семье, вот что ему сейчас нужно. А не о каком-то пацане. Блин, противно уже как подумаю, чем они там занимались, и всё этот пацан его втянул. Глеб никогда не был таким, сама знаешь об этом.

— Откуда нам-то знать каким Глеб был? Может он всю жизнь искал именно Марка?

— Хватит чушь нести, лучше подумай, как с Глебом быть?

— Нет уж, вы меня извините, я в этом участвовать не буду.

— В смысле?

— Глеб не любит меня, да и я его тоже, но он мне дорог как друг и терять я его не желаю.

— Вот оно как уже? Ну смотри сама, как бы потом локти не кусала, ну что ж, найдём более достойную партию.

***

(Глеб)*

Я тем временем подъехал к заводу, долго пришлось искать место для парковки. Наконец-то машина выехала и я занял её место. Пожилая женщина сидела за своим столом и что-то перебирала, раскладывая бумаги.

— Добрый день!

— Если вы насчёт работы, то вакансий нет. Все места заняты.

— Нет же, мне нужна ваша помощь.

— Помощь?

Только теперь женщина подняла свои глаза, посмотрев на меня.

— В чём же я вам могу помочь?

— У вас работает Марк Соколов, его отправили на учёбу, могу я узнать куда?

— Соколов, Соколов, а вспомнила, так он уволился, да и никуда не отправляли мы его.

— Как уволился? Когда?

— Как-как? Пришёл и сказал, что переезжает в другой город жить, вот и уволили его.

— Давно?

— Сейчас глянем, да, уже две недели прошло.

— Две недели, спасибо вам за помощь.

========== эпизод 55 ==========

(Марк)*

Увидел Глеба и сам нанёс себе рану, нет, я вовсе не осуждаю его, но так хотелось его поближе увидеть. Посмотреть в его глаза, этого мне сейчас казалось было достаточно. Но увы, компания Глеба увела его, хотя что-то было. Глеб повернул голову, я даже замер на мгновение, казалось, что он увидел меня. Улыбнувшись, он сел в машину и уехал, пусть хоть у него всё будет хорошо, остальное совсем неважно.

Сейчас малыши были моим самым лучшими лекарями, с ними я проводил всё своё свободное время. И вовсе неважно, моя ли это смена или чужая, я был с ними. Много гулял, проводил разные мероприятия и конечно, когда они собирались вокруг меня и просили рассказать очередную историю, я им читал или что-нибудь рассказывал. В этот момент я предавался мечтам, словно это я сейчас на большом корабле плыву в неизвестность. К новым берегам, где не будет зла, а только добро. Где все равны и неважно в кого ты влюблён, что до тебя нет никакого дела, с кем ты и как ты.

Так шло время, вечерами я разговаривал с Глебом, смотря на наше фото, желал ему крепкого и приятного сна. Но, как говорится, рано или поздно всё меняется, так наступило время, когда детский дом вернулся обратно в город. Тогда-то и настал вопрос, а как же быть мне. Особо я ничего не искал, первое объявление о наборе рабочих на вахту и я не раздумывая иду на собеседование. Не потому, что мне захотелось больших денег, просто нужно было уехать подальше, чтобы избежать соблазна вновь увидеть Глеба. Каждый день я просыпаюсь и думаю, что вот сегодня я увижу его. Хватит себя изводить, пусть меня закопают, но я буду с Глебом. Принимаю душ, скромный завтрак и понимаю, что никуда я не пойду. Не хочу сказать что я трус, но для меня важно знать, что Глеб счастлив, пусть хоть он порадуется за нас двоих. Добрался по указанному адресу, большой красивый офис компании, где ведётся набор рабочих. Нам раздали листки бумаги, просто необходимо ответить на вопросы, затем вызовут и лично поговорят. Так дошла очередь и до меня. Красивая девушка вышла из кабинета, окинув своим взглядом оставшихся людей, назвала мою фамилию.

— Соколов.

— Это я.

— Проходите, Марк Алексеевич.

Мужчина лет сорока пяти сидел за столом, разглядывая мою анкету, по взгляду можно было понять, что ему абсолютно всё равно, что там написано.

— Итак вы написали, что вы работали термистом, а какие профессии у вас ещё есть? Тут ничего не указано.

— Но и вы давали объявление, где было указано, что можно разнорабочим, учеником. Вот я и хочу поработать учеником, получить новую профессию.

— Вы хоть знаете что такое стройка?

— Да не глупее остальных, рабочие руки они везде нужны, так думаю.

— Правильно думаете. Я вас запишу, там на месте с вами всё равно ещё раз будут разговаривать. Вот и выберете себе специальность. А пока вы свободны, как наберём группу, мы вам сообщим, назначим время отъезда.

Немного времени прошло, настал вечер и звонок, даже удивился, кто это в такое время? Мой старенький мобильник и новый номер телефона, его никто практически не знает, за исключением самых верных мне людей. Хотя я тоже сказанул, верных людей то у меня раз, два и капец.

Весь напрягся, но ответить нужно.

— Да, я вас слушаю.

— Это вас беспокоят с Тюменьдальстроя, вы оставляли у нас заявку?

— Да конечно, оставлял.

— Так вот, завтра в 17:30 вам необходимо получить билеты на проезд у нас в фирме. Остальное объяснят вам потом.

— Спасибо.

Короткий разговор, ничего определённого, но уже радует, хоть что-то. Тут же поделился с Анной Степановной, что должен скоро уехать, что всё у меня налаживается, а там дальше будет видно. Может по приезду сниму комнату, а может, если понравится, останусь на новом месте. Как сейчас говорят Тюмень быстро строится, быстро развивается, да и регион богатый. Жить в новом месте конечно не хотелось, не видеть больше Глеба это выше моих сил. Тут я могу хоть украдкой посмотреть на него, радоваться за него. А там со мной будет лишь наше фото с ним. Пожитки собраны, в назначенное время я уже был на месте. Нам выдали проездные документы, объяснили во сколько поезд и всё остальное. Так что сегодня вечером я сяду в вагон и уеду от своей мечты, может навсегда.

Время ещё есть, дорогая не близкая, чтобы хоть как-то провести время с пользой, решил купить себе книгу. Тем более в последнее время я опять увлёкся чтением, и мне это нравится. Да и там на работе я смогу читать, не думаю, что у меня быстро появятся друзья. С такими как я обычно редко кто дружит, да и нелюдим я. Люблю тишину, уют и тепло, остальное для меня неважно.

Немного прогулялся по городу, по набережной, всё то, что когда-то мне нравилось. С чем было связано моё проживание здесь, в Омске. Опять стою на набережной, смотрю как баржи проплывают мимо с грузом. Люблю смотреть на Иртыш, как воды уносят песок, так и я скоро исчезну. Время неумолимо движется вперёд, а мне нужно ещё кое-что купить. Маленький книжный магазинчик, он до сих пор ещё работает, долго хожу вдоль стеллажей, выбирая себе книгу. Открываю, вчитываюсь в её содержание, не захватывает, ставлю обратно на полку. Наконец то, что мне хочется, пару книг и я иду на кассу. Я всё позабыл на свете, даже не думал, что наш город так тесен.

— Марк?!

— Здравствуйте, Екатерина!

Мне отбили чек, заплатив за покупку, просто хотелось бежать, чтобы не объяснять ничего, да и зачем это сейчас? Кому это нужно? Но Катя и не думала меня отпускать, теперь совсем ничего не понимаю. Путь свободен к её мечте, я-то ей на кой-нужен?

— Марк, Марк, погоди, нам нужно поговорить.

Как мог быстро вышел из магазина, но Катя так и не отстала.

— Что ж ты бежишь, как угорелый, я же тебе не враг, вспомни кто тебе тогда помог?

— Катя, я всё помню и никогда этого не забуду. Но сейчас мне реально некогда, через час мой поезд и я уеду, возможно навсегда.

— Но как? Почему? Ты даже ничего не сказал Глебу.

— Зачем Глебу лишнюю боль, пусть всё останется как есть сейчас.

— Но он ищет тебя.

— Не нужно, пожалуйста не делай мне больно. Я и так держусь из последних сил. Вам же с Глебом желаю счастья, береги его, он достоин быть счастливым.

— Нам с Глебом? Марк, ты хоть сам понимаешь что ты говоришь?!

Тут тормознула нужная мне маршрутка, конечно я обрадовался, что больше не нужно оправдываться, тем более видеть Катю. Я не злюсь на неё, ни на Глеба, просто больно думать, что сейчас они вместе, что вечерами Глеб обнимает её, а не меня.

— Прости, мне реально некогда, да, и ещё если можешь, не говори ничего Глебу. Ему сейчас это ни к чему, пусть останется нашей тайной. Удачи вам с Глебом.

Катя что-то возразила, но для меня это уже не имело никакого значения. Я бежал от себя самого, прошло время и я уже сидел на боковушке плацкартного вагона, смотрел в окно и провожал взглядом родной для меня город.

Увижу ли я Глеба вновь? Сейчас трудно было что-то думать, тем более загадывать наперёд. Хотя Анна Степановна и просила меня не забывать её, приезжать хоть иногда. Поезд заехал на железнодорожный мост, это последнее, затем уже пошли полустанки, пару домов и совсем не видно города, он остался где-то позади. Там же где и сердце моего Глеба. Через пару часов я понял, что таких как я большинство, кто-то ехал на заработки, кто-то чтобы убежать от проблем так же как и я.

========== эпизод 56 ==========

(Глеб)*

Теперь я уже не сомневался, что Марк исчез, но зачем он так поступил со мной?! Сотни раз думаю об одном и том же, нет, никак не хочу верить во всё это. Вспоминаю, как удивлённо на меня смотрела кадровичка, когда услышала фамилию Марка. Неужели он всё это время был рядом со мной из жалости? Не верится просто, откидываю эту версию и снова думаю, ломаю голову, как это уже было сотни, тысячи раз.

— Марк, малыш, мышонок мой, где ты сейчас?

Я молил бога, чтобы он указал мне дорогу, дал весточку, что Марк жив. И неважно вовсе, что он решил оставить меня, просто хочу знать, что он жив, что с ним всё хорошо. Всё разом замерло, свет тот, что светил для меня, погас сейчас. Я, как слепой котёнок, тычусь во все углы, но увы, я не могу найти то счастье, что было всё это время рядом со мной.

— Марк, почему так жестоко?! Зачем ты так со мной?

Каждый день одно и тоже, в моей жизни всё так предсказуемо стало. Да и ещё отец донимать стал. То и дело старается меня с кем-то свести, настоящий сводник. Опять вечер такой же как и все предыдущие вечера, как противно становится как подумаю, что дома опять буду один. Стены давят, не дают свободно дышать.

Катя уже ушла, папа что-то носится, звонит кому-то, весело так разговаривая, то и дело посматривает на меня.

— Пап, я домой, устал что-то сегодня.

— Глеб, пожалуйста, останься на минутку ещё.

— Что-то срочное?

— У меня есть прекрасное предложение, а что если нам поужинать вместе?

— Поужинать? Вдвоём?

— Ну… Будет ещё Маша, ну ты её должен помнить, встречались на днях. Прекрасная девушка, кстати спрашивала о тебе.

— Папа, я так устал от всего этого, может хватит уже?

— Сына, что ты всё недоволен чем-то, а я же ради тебя стараюсь. Разве ты не видишь?

— Я как будто со стеной разговариваю… Папа, пойми одно, я не хочу с кем-то встречаться, тем более с девушкой. Я люблю Марка, и это не отнять.

— Марка?!

— Папа, Марк в моём сердце, ничего поделать с собой не могу.

— Ну и где же твой хваленый Марк сейчас? Небось трахается с кем-то сейчас.

— Не смей так говорить про него, слышишь меня?!

— Ну прости, не хватало нам ещё ссориться из-за какого-то сопляка. Ты одного понять не можешь, что твой Марк исчез и навсегда и я очень рад этому.

— Папа, не ты ли приложил свои руки?

— Я? Глеб, да ты что, просто когда я Марка увидел, то сразу понял, что он легкомысленный, зелёный ещё, не умеет любить. Так что, поужинаем вместе?

— Только вдвоём, не хочу опять сидеть и думать как слинять, словно девица на выданье.

— Обещаю, Глеб, только вдвоём.

Мы давно с отцом не проводили вместе время, теперь конечно я был рад, что хоть немного отвлекусь от всего. Да и меньше останется времени быть одному. Столик был уже давно заказан, папа постарался тем более это его любимый ресторанчик на ул.Ленина. Уютно здесь, лёгкая музыка, свет чуть приглушён, всё располагает к приятному общению. Только принесли меню, как папа улыбнулся во весь рот. Это ещё что такое?

— Сколько лет, сколько зим, Мария, вы с каждым днём всё красивее.

Поднимаю взгляд, как я и думал, папа всё делает как он задумал, это он мне обещал, что мы будем вдвоём, а вышло по-другому.

— Маша, может к нам присядете? Мы с сыном решили поужинать, скрасите наше мужское общество своим присутствием?

Маша так и сверлила меня своими большими глазами, может даже раздевала меня и тут же при всех поимела меня на столе. Противно всё, опять одно и тоже. Кое-как провели время, обрадовался, когда Маша засобиралась. Тут папа влез как всегда.

— Глеб, проводи даму до дома, ты же на машине. Вам же спасибо, Машенька, было приятно провести с вами время.

Всю дорогу я молчал, думал о том, как отвязаться от Маши, сделать так чтобы она больше сама не захотела со мной встретится.

— Глеб, может завтра после работы сходим куда-нибудь?

— Маша, прости меня, но у меня нет свободного времени.

— Совсем?

— Совсем, совсем. Ты если что, папу пригласи, он любит болтать, тем более ему и заняться нечем.

Маша вылупила свои глаза, глядя на меня, ну, а я рад, что отвязался от неё. Не хочу и тем более не могу быть сейчас с кем-то. Я всё время думаю о Марке, не могу понять, почему всё так вышло, может я его сильно обидел? Но чем и когда?

Кое-как доработал до обеда, взял и просто ушёл, тем более работы не так сильно много. Набросал список детских домов, интернатов. Теперь я понимаю, что совсем ничего не знаю о своём Мышонке. Я был так счастлив, что ни разу даже не спросил в каком детском доме Марк воспитывался. Оказывается столько детей воспитываются в детских домах. Я шёл по коридору и видел как дети смотрели на меня. Как они здесь живут? Без родителей, без ласки и человеческого тепла? Ничего не найти, в этом детском доме даже ничего не знают. Уже вечер, просто измотан сегодня. Ещё один детский дом и на этом сегодня всё. Промедли я секунду и не застал бы директора. Мужчина лет сорока пяти удивлённо посмотрел на меня, узнав, что я разыскиваю Марка.

— Как вы сказали, Соколов?

— Соколов Марк Алексеевич.

— Странно как-то.

— Что странного? Вы можете что-то рассказать?

— Немного конечно. Был он у нас недавно, лето проработал в лагере, а сейчас и не знаю где.

— Неужели никто ничего не знает? Так же не может быть? Должен же кто-то хоть что-то знать?

— А вы поговорите с его бывшим воспитателем. Они общаются до сих пор, и кстати это она за него просила сильно.

Появилась ниточка, за которую я конечно хватался обоими руками, боясь, что сейчас она оборвётся и всё так и останется тайной, что я никогда не узнаю, что произошло на самом деле.

— Анна Степановна?

— Да это я, а что? А вы по какому поводу?

— Понимаете, я разыскиваю Марка, Соколова.

— Зачем он вам?

— Я не могу вам всего объяснить, но это очень важно для меня.

— Марка Соколова я не помню, да и вообще он давно выпустился у нас, дальнейшая судьба мне неизвестна.

— Как же? Ваш директор говорил, что он работал летом в лагере? Ну почему вы ничего не хотите рассказывать?

Как и в других детских домах нас тут же окружили дети, не знаю почему, но сейчас они вслушивались в каждое наше слово. Анна Степановна явно лукавит, видно по ней, что она что-то скрывает, но почему?

— Марк Алексеевич классный, он столько нам интересного читал, а на ночь сказки рассказывал, мы любим его.

Малыш, который сказал это, смотрел на меня, я тут же кинулся к нему, хоть что-то я услышал за этот день.

— Тебя как зовут?

— Даня.

— Даня, а где теперь Марк?

— Не знаю, мы вернулись обратно и он уехал, мы скучаем по нему сильно. Но он обещал нам, что обязательно нас навестит, когда приедет.

— Сейчас может это уже неважно, но Марк не хотел, чтобы его нашли. У него возникли какие-то проблемы.Я мало что знаю, сказал что влюбился в человека, а родные против их брака. Что, если он не исчезнет, то ему помогут, угрожали. Вот и пришлось уехать ему, так что если вы что-то надумали, вам всё равно не найти его.

— Как же вы не поймёте, я не враг ему, он очень дорог мне, он мой самый близкий друг, иначе зачем я стал бы искать его. Может хоть какой-то адресок оставил или номер телефона?

— Знаю только, что уехал он на север, номер он никому не оставил. Сказал, что сам позвонит мне, а когда приедет —не знаю. Так что ничем сейчас помочь не могу вам.

— Вы мне уже помогли, я всё равно найду его. Вот вам моя визиточка, если вдруг Марк позвонит, сообщите мне, это очень важно для меня.

========== эпизод 57 ==========

(Глеб)*

Еду домой совсем разбитый, всё время думаю над тем, что произошло, почему так поступил Марк? Как он мог быть таким жестоким по отношению ко мне? Одни догадки, я устал думать, сам не знаю как мне быть, но и жить в неведении хуже ада. Вся надежда теперь на Анну Степановну, что она позвонит мне, когда Марк объявится. Все дни похожи друг на друга, грустно, нет стимула больше жить. Первые дни я хоть тешил себя надеждой, что

вот-вот телефон зазвонит и Анна Степановна меня обрадует, но увы, всё так и осталось моей надеждой. Сколько прошло времени? Да бог его знает, знаю одно, что Новый год на носу. Что этот праздник нужно встречать в кругу семьи, а где моя семья? Почему-то тоже готовился к празднику, да, я как глупец до последнего надеялся, что Марк не оставит меня одного в такой праздник. А тут как назло долгие каникулы, что делать? Куда себя деть? Если сам не знаешь как быть. Наверное, я дошёл до того пика, когда уже не смог больше держаться.

Наступает вечер и я уезжаю в бар, рюмка за рюмкой, но меня словно ничего не берёт. Защита так крепка, что алкоголь не даёт желаемого эффекта. Я так думал, но на самом деле я был так пьян, что не смог встать, чтобы отправиться домой. Пара попыток и молодой парнишка буквально успел меня подловить на свои руки, иначе я бы разбил морду в кровь.

— Эй, малыш, плесни-ка мне ещё чуть-чуть, как раз этой дозы мне не хватает.

— Может вам уже хватит? Давайте я вам лучше вызову такси.

— Такси? Нет конечно, я не хочу домой, там я абсолютно одинок, ты это понимаешь? Одинок!

Конечно, я, как и любой пьяный, нёс всякую чушь, но мне казалось, что трезвее меня конечно в этом баре нет никого. Самый разгар ночи, а мне уходить, ну уж нет.

— Может кому позвонить? Кто сможет вас забрать отсюда?

— Во! Позвонить-то можно, а что это я собственно говоря один сижу?

Достал мобильник, но конечно с такой резкостью, как у меня сейчас в глазах, я никак не мог набрать Катю, тыкал что-то, но ничего не выходит.

— Эй, дружбан, будь лапочкой, набери Екатерину, что-то не получается у меня.

Парень откровенно смеялся, наверное его никто так не называл, сейчас же мне он казался самым классным парнем на свете. Что вот именно он меня понимает и хочу, чтобы он меня обнял и пожалел. Бармен говорил по моему телефону, всё смотрел на меня, видимо Екатерина расспрашивала обо мне. Через пару минут он вернул мне обратно телефон.

— Вам велели обязательно дождаться Екатерину, что она скоро заедет за вами.

— И как я сразу не додумался пригласить её? Вот же я осёл.

Сказав последние слова, мне стало откровенно себя жаль, даже не жаль, а противно за себя, что я полный неудачник. Так и не достигший в этой жизни ничего, пару месяцев счастья и всё на этом. Как же люди живут всю жизнь вместе? Неужели любовь и у них так быстро заканчивается?

Пока Катя ехала, я успел намахнуть ещё пару рюмок, на душе, вай (!), как хорошо. Это сейчас мне было великолепно, конечно, но вот что будет утром, меня мало волновало.

— Глеб, что случилось? Ты почему в таком состоянии?

— А что не так? Хочу гулять, надоело всё, да и его ждать противно стало. Да пошёл он! Сама знаешь куда.

Да уж, обида пёрла из меня как из канашки, хотелось разом вылить всю грязь на Марка. Сейчас он казался мне самым подлым человеком на свете. Был бы рядом, ударил бы его в морду, так я думал сейчас.

— Ты о ком сейчас, Глеб? Я ничего разобрать не могу, что случилось?

— Он бросил меня, он такой трус, что даже не смог мне сказать это в лицо. Зачем он тогда был рядом, когда я был в инвалидном кресле? Из жалости ко мне? Ненавижу его, всю жизнь ненавидеть буду.

— Тихо, тихо, Глеб. Не говори слова, за которые тебе потом будет стыдно.

— Мне-то чего стыдиться? Я никого не предавал, а он мр…

Последнее слово зависло в воздухе, Катя прижала мне губы своей ладонью, не давая сказать это страшное слово.

— Глеб, поехали домой, я уложу тебя, ты отдохнёшь и успокоишься.

— Я не хочу домой, я ненавижу свою квартиру, как ты этого не понимаешь?!

Екатерина набрала номер такси, назвала адрес и вскоре пришло СМС, что нас ожидает машина с таким-то номером. Остаток дороги я что лепетал, грозился на весь свет, что обижен на всех. Короче, нёс несусветную чушь, сам порой не понимая, что это означает.Пока доехали до дома, меня вообще развезло, но выпить всё равно хотелось. Тут в ход пошло всё, что горело, и не горело тоже.

— Глеб, давай тебя уложу спать?

— В спальню?

— Конечно в спальню, а куда ещё?

— Нет, только не туда, там кровать, на которой спал Марк, всё нужно срочно выбросить, всё что связано с ним, будь он про…

— Не смей так говорить про Марка, ты ведь ничего о нём не знаешь.

Катя так кричала на меня, что я на секунду протрезвел даже.

— Что ты его так защищаешь? Он же сбежал как последний трус.

— Глеб, я долго молчала, всё не хотела тебе рассказывать, да и это всего лишь мои догадки.

— Что ты знаешь? Говори же!

— Ну в общем, мне кажется, что тут без твоего отца не обошлось.

— Отца? Погоди, я ничего не пойму, сейчас вернусь.

В голове всё перепуталось, но и то, что Катя так сильно защищает Марка, говорит о другом, что я ничего не знаю. Не знаю истинной причины. Голову засунул под холодную воду, мурашки по коже, но это хоть как-то отрезвляет. Немного вытерся полотенцем и возвращаюсь к Екатерине.

— Катя, что я не знаю об этой истории?

— Когда Марк исчез, твой отец опять сводничал, откровенно говорил, чтобы я за тобой приударила и наконец-то… Ну ты сам понимаешь.

— И что из этого?

— Я дала понять твоему отцу, что не стану вставать между вами, тем более я знаю, как ты сильно любишь Марка, а Марк в тебе души не чает. Тогда он и сказал, что препятствия больше не существует. Что Марк, если он не глуп, больше не вернётся, иначе он его отправит куда подальше. Эти слова он говорил с такой злостью, что мне самой страшно стало. А когда я сказала, что всё расскажу тебе, он сказал, что мне ничего не доказать. Да и вообще скажет, что я сама это всё придумала.

— Поверить не могу… Мой отец замешан в этом!

— Глеб, есть ещё кое-то, что ты не знаешь.

— Катя, что я ещё не знаю?

— Не знаю сколько прошло времени, ты уже искал Марка. И я вдруг встретила его как-то в книжном магазине, тот, что совсем недалеко от нашего офиса. Мы столкнулись с ним на кассе, он как раз рассчитывался за свои книжки. Тогда-то я и спросила, почему он так внезапно исчез, а он посмотрел на меня. Губы его дрожали, он только и сказал, чтобы мы были счастливы вдвоём, чтобы я берегла тебя и ничего не говорила тебе о том, что видела его. Подумала, что он вернётся и вы сами во всём разберётесь, а тут такое.

— Поверить не могу, вокруг меня все лгут, мой отец. Катя, а ты-то как могла?

— Глеб, прости, я хотела как лучше, боялась всё рассказать, да и доказательств у меня никаких.

— Придуманная командировка, увольнение. Значит не всё так просто, почему Марку пришлось уволиться, уехать. Но чем всё это вызвано? Что такого мой отец мог сказать и сделать, что так напугало Марка?

— Ты же знаешь характер Марка, стоит надавить на него, на его совесть, и он уступит. А Владимир Алексеевич ещё тот психолог.

— Если это всё правда… Катя, мне страшно, мой отец реальный монстр, ты понимаешь это?

— Сейчас тебе нужно отдохнуть, а завтра будем думать.

— Ты думаешь я смогу сейчас уснуть? Я выпью ещё, иначе свихнусь.

========== эпизод 58 ==========

(Марк) *

Долгая дорога, как она меня угнетает! Никогда не думал, что меня это будет так раздражать. Вагон набит до отказа, столько парней и все на вахту. Такое ощущение, что бог всех собрал их именно в мой вагон. Конечно, все мы одинаковые, кто-то как я бежал от своей судьбы, а кто-то решил подзаработать.

На новом месте всё обстояло совсем не так, как нам это рассказали. Небольшие вагончики, в которых нас поселили, по шесть человек.Кровати в два яруса и конечно самое ужасное — воздух, дышать после работы ну просто нечем. Сейчас мне показалось даже что я хоть немного везучий, место досталось у окна, что меня вообще-то радует. Немного дует, но если приткнуть подушкой, то сносно и вполне можно жить. Вечерами всё намного сложней, кто-то подолгу сидит за столом, еда конечно не царская, но выжить можно. Питание в столовой, но нашему рабочему классу не всегда хватает. Кто-то любит на сон грядущий ещё немного умять чего-нибудь. Слава нашим «братьям» из Китая, что не дают умереть нам с голоду. Объект большой, многоквартирный дом, который идёт уже к завершению, вот мы и готовим его к сдаче. Всё это время работаю, куда пошлют, убираю всё то, что наследили строители. Пока что-то сложно сказать, но меня всё устраивает, а может это всё потому, что и другого выбора у меня нет. Днём хоть как-то забывается всё, но настаёт вечер и я, как и сотни раз прежде, разглядываю наше фото с Глебом. Опять касаюсь пальцем его лица и словно это было вчера, я чувствую его кожу.

Первая зарплата, столько радости конечно. По этому поводу с парнями набрали вкусностей и поужинали от души. Конечно, за такой труд это мизер, но и выбора пока нет. Прошло пару месяцев, прежде я освоил новую специальность, теперь я каменщик, думаю, что Глеб бы мной гордился. Самое главное — мне нравится, порой смотрю на свою работу и сам радуюсь. Этот дом строил я, я оставил хоть какой-то след на земле. Все уже ушли, быстро темнеет, да и холодно на улице. Я ещё убираю свой инструмент, прохаживаюсь по комнатам, да, здесь будет спальня, зал. Большая квартира, вот бы нам с Глебом здесь жить, вдали от всех, чтобы разом всё поменять в жизни.

Праздники убивают, конечно мы не особо отдыхали, да и мало здесь кто-то соблюдает законы. Вам платят, значит вы должны работать, такой лозунг у нашего работодателя. Что ж, может он и прав, как говорят: Кто платит, тот и заказывает музыку. Поначалу хотелось вернуться на праздники в Омск, но потом резко передумал. Я так скучаю по Глебу, что не смог бы себя сдержать. Могу сорваться и пойти к нему, а это сейчас никому из нас не нужно.

Настал Новый год, что он нам принесёт в этом году? Кто-то купит новую машину, у кого-то родится первенец, а что будет со мной? Странно, но я совсем перестал думать о себе, не строю планы, живу одним днём. Сегодня выходной, в честь Рождества, ну хозяин и решил нас побаловать. Целый день сам не свой, сердце так ноет. Постоянно думать, так можно и ума лишиться. Так настал вечер, немного прогулялся по стройке, особо и некуда идти. Кручу мобильник в руке, так охота услышать голос Глеба, хоть разок, просто услышать и всё. Но позвонить со своего мобильника никак нельзя. Я и так после отъезда обрубил все концы, не оставив даже и следа. В прорабской свет, ведь не случится ничего страшного, если хоть раз воспользуюсь городским телефоном. Пара гудков и Глеб отвечает. От голоса Глеба что услышал, чуть не выронил трубку телефона. Боже, как же приятно это было, какой кайф слышать родимый тебе голос.

— Алло! Вас не слышно, говорите же. Я кладу трубку, вас не слышно.

Так и хотелось закричать в трубку: « Глеб не делай этого, не будь так жесток со мной.» Но не могу проронить и слова.

— Марк?! Это ты? Марк, ответь, я знаю что это ты.

В глазах темнеет, по щекам катятся слёзы, что я делаю с собой? Боль, я опять причиняю себе боль. Иду к себе в вагончик, как всё-таки приятно было услышать Глеба, его голос, он всё такой же.

Так идёт время, одни уезжают, другие приезжают, новые лица, опять привыкаешь, начиная новые знакомства. Уже и счёт времени потерял, мне кажется, что я здесь уже целую вечность. Затерянный мир, богом забытое место. Пару раз звонил Анне Степановне, как же она обрадовалась моему звонку. Передавала привет от моих бывших воспитанников. Ребята меня помнят, мне приятно вспоминать, как проводил лето с ними. Как я им читал книжки, а они сидели рядом, открыв рты, впитывая и затем обсуждая со мной все моменты прочитанного. Смешные они, такие же, как и я сам. Я смотрел на них и видел себя, такого же глупого несмышлёныша.

— Алло!

— Анна Степановна, добрый вечер, как вы там?

— Марк, вот молодчина, что позвонил, а то мы тут переживаем все.

— Анна Степановна, кто это мы?

— Забыл ребят своих? А они, Марк, каждый раз спрашивают о тебе.

— Ну как же, разве такое возможно забыть, всех помню, словно это было вчера.

— Когда к нам приедешь?

— Не знаю, наверное я не готов ещё.

— До сих пор сердце твоё не успокоилось?

— Как-то не получается.

— Не думай об этом, надумаешь, приезжай хоть на пару дней, да и ребята рады будут увидеть тебя вновь.

— Приеду, обязательно приеду.

Второй раз я позвонил после того, как звонил Глебу, просто необходимо было с кем-то поговорить, ну, а роднее Анны Степановны никого и нет. Опять вечер, гуляю перед сном, нужно подышать свежим воздухом, это бодрит.

— Анна Степановна, здравствуйте!

— Марк, приятно слышать тебя.

— Как ваше здоровье?

— Здоровье? Не смеши меня, Марк, в моём возрасте это не актуально просто, не хочется даже думать об этом. Ты-то сам как?

— Нормально, работаю.

— Знаешь, я же тебе всё хотела сказать, но не могу, не знаю твой телефон, да и ты каждый раз звонишь с разных номеров. Тебя искали тут.

— Меня? И кто же?

— Сейчас, погоди минутку, я сейчас визитку достану. Вот, нашла: Аристов Глеб Владимирович.

— Глеб?!

— Да, Глеб, знаешь он так сильно умолял меня сказать где ты. Алло, Марк, ты слышишь меня? Алло! Алло!

Не смог больше говорить, сам не знаю, как так получилось, опустил руку и долго стоял. Не решаясь сделать шаг. Что со мной опять творится? Зачем Глеб искал меня? Как-то нехорошо получилось с Анной Степановной, она этого не заслуживает. Ладно, в следующий раз извинюсь перед ней, думаю, она меня поймёт.

Днём уже приятно пригревает весеннее солнышко, глаза радует, когда видишь чернеющий снег. Как он медленно оседает, как свисают сосульки и днём слышны уже первые капели. Весна, как сильно хочется тепла, скинуть груз одежды с себя.Сколько прошло времени? Да я и сам уже не знаю, мне кажется, что здесь я целую вечность. Словно сосланный на каторгу декабрист. Двадцатого мая у Анны Степановны день рождения, вот к этому дню я и постараюсь приехать. Увидеть её, поздравить, увидеть ребят. Всё скромно, затем опять уехать. Ничего нового и начинать не хотелось. Заранее купил билет, осталось только Анну Степановну предупредить о своем визите.

— Анна Степановна, здравствуйте!

— Марк, мальчик мой, как приятно слышать твой голос!

— Анна Степановна, не могу долго говорить, я приезжаю в Омск восемнадцатого, вечерним поездом.

— Марк, во сколько в Омске будешь?

— В 18:30 прибытие на вокзал.

— Приезжай, мы все будем ждать тебя.

Я отключил мобильник, неужели я снова увижу свой город, его родные мне улицы?

========== эпизод 59 ==========

(Глеб)*

Услышанное меня так шокировало, что я быстро протрезвел, как будто и не пил вовсе сегодня. Но это ещё не всё, новость такая ужасная, что с трудом укладывается в моей голове. Как мне родной человек мог так поступить, тем более зная о моих чувствах к Марку?! Конечно, не хочется верить, что мой отец способен на такую низость, подлость, даже не могу подобрать нужные слова. После услышанного стало так плохо, что приложился к остатку, что осталось в бутылке и всё залпом выпил.

— Глеб, может не стоило так? Я думала о твоей реакции, поэтому до сих пор молчала, всё надеялась, что вы сами с Марком разберётесь.

— Марк, Марк, как он похож на себя, не стал ничего объяснять, просто ушёл.

— Может парень не нашёл другого пути?

— Не знаю, как я бы поступил на его месте.

— Глеб, уже поздно, может спать?

— Конечно, нужно выспаться и всё заново осмыслить.

— Ну, тогда я пойду домой.

— Нет, Катя, я тебя не отпущу, уже так поздно. Переночуешь у меня, места хватает. А утром уедешь домой, не отказывай мне. Просто мне так будет спокойно за тебя.

Катя постелила себе на диване, я ушёл к себе, головой зарылся в подушку. Сейчас я напоминал себе страуса, который головой зарывается в песок, думая тем самым, что спас себя от опасности. Ну, а как мне быть? До сих пор в шоке, мой отец, нет, не хочу в это верить.

Утром проснулся, блин, как же болит моя голова! Тут же вспомнил Марка, как он меня баловал по утрам, принося кофе в постель.

— Малыш, где ты сейчас? Мне так тебя не хватает…

Послышался шум на кухне, нет, этого не может быть?! Мой Марк, он дома! Совсем забыл, что в моей квартире осталась ночевать Катя. Подскочил так, что ударился о спинку кровати. Запах ароматного кофе разносился по всей квартире, так, как его готовит только мой Марк.

— Марк, малыш мой?

— Прости, Глеб, нарушила твои мечты, это всего лишь я, готовлю тебе кофе. Сейчас он тебе необходим, думаю?

— Прости, Катя, но на миг мне показалось, что мой мышонок дома.

Мы вместе попили кофе, никто о вчерашнем так ничего и не затронул. Я не хотел ворошить всё заново, а Катя не стала повторяться. Решение всё равно за мной. После она уехала, я проводил её на улицу, усадил в такси и мы расстались. Я ещё долго гулял по улице, всё думал о услышанном. Настал ещё один вечер, сегодня провалялся у телика, пялился в него с полным равнодушием. Вдруг мой телефон издал резкий звук, ну кому я ещё там нужен?!

— Алло!

Никто не отвечает, слышно еле-еле чьё-то дыхание, но может это всего лишь мне кажется.

— Алло, вас не слышно, я сейчас положу трубку.

Тут меня словно подбросило, а что если это Марк? Не может он всё время скрываться, я знаю его чувства ко мне.

— Марк! Марк, я знаю что это ты, ответь мне.

Стоило произнести имя Марка, как тут же послышались гудки. Знаю, полная паранойя, но я очень скучаю по Марку, вот везде его вижу и слышу.

Наконец-то закончились выходные, работа хоть как-то спасет меня. Утром пришёл на работу, Катя с улыбкой посмотрела на меня.

— Привет, Глеб! Как ты? Отошёл?

— Всё хорошо, Катя, готов к труду как говорится.

Всё бы ничего, но после обеда папа попросил меня зайти к нему в кабинет. Думал что-то срочное, очередное дело, но увы, папа в своём репертуаре.

— Глеб, приходи на эти выходные ко мне, посидим немного. Я приготовлю чего-нибудь. Мы давно уже не проводим время вместе.

— Мы будем одни или?

— Ну, я пригласил кое-кого ещё, не сидеть же нам двоим одним. Да, кстати, Маша о тебе спрашивала, интересовалась тобой. Ты ей очень понравился.

— Папа, я кажется ясно дал понять, что Маша меня не интересует и хватит меня сватать. Я буду ждать Марка, я же говорил.

— Марк, Марк, ты что, совсем с ума сошёл?! Сдался тебе этот сопляк!

— Пап, не смей так говорить про него, всё-таки он мой парень.

— Твой парень, ну и где сейчас он? Стоило ему пригрозить и он бежал как крыса.

— Так значит это всё-таки правда? А я до последнего верить не хотел.

— Что правда?

— То, что это твоих рук дело.

— Это не имеет значения, цель оправдывает средства.

— Страшно сознавать, что это ты, папа, как ты мог так поступить со мной!

— Да хватит тебе уже, распустил сопли тут тоже.

— Нет, папа, прости, но я так не могу, ты убиваешь всё хорошее во мне, это страшно.

— Да я ради кого стараюсь? Всё для вас же, всё перейдёт тебе.

— А ты не думал о простом счастье? Что самое главное, чтобы я был счастлив, и вовсе неважно с кем я буду. Марк помог мне вернуться заново к жизни, это его настойчивость и упорство заставили меня поверить в себя.

— Я был готов ему заплатить за это, но этот сопляк такой гордый, отказался от денег.

— Что?! Нет, я ушам своим не верю. Прости, папа, но я не могу больше здесь находиться, лучше побираться буду, чем быть рядом с тобой.

— Иди, иди, это сейчас ты так говоришь, посмотрим, что будет потом.

Обида, злость, всё сложилось до кучи. Я вышел из кабинета, ни разу не задумался, быстро собрал всё что мне нужно. Сложил всё в пустую коробку и уже собрался уходить, как остановила меня Катя.

— Глеб, что с вами произошло?

— Катя, как же я был слеп, мой отец — монстр. Бежать, нужно бежать отсюда, пока он не убил всё хорошее во мне.

Катя так и осталась стоять, я же оделся, взял в руки свою коробку и ушёл. А вечером она вдруг ко мне пришла, так странно было видеть её у себя.

— Вау, Катерина, ты?

— Пустишь к себе?

— Ой, прости, конечно проходи. Кофе будешь? Может что покрепче?

— Ты как будто знаешь, что мне сегодня надо.

— Что-то случилось?

— И да, и нет.

— Так всё-таки что произошло?

— После того как ты ушёл, твой отец накинулся на меня, обвинив меня в том, что это я тебе рассказала всё.

— Но ты сказала правду.

— Кому она нужна, эта правда?

— Мне, Катя, мне она нужна и очень.

— Так вот теперь я свободна и без работы, смешно, да?

— Смешного мало конечно, но унывать я не собираюсь, не бойся, прорвёмся, мы же друзья.

— Тебе, Глеб, хорошо говорить, ты вон какой специалист, а я что?

— Откроем своё дело, будешь у меня теперь работать, тем более тебя учить не надо.

— Правда?

— Блин, а это же идея, что если нам самим всё организовать?

— Такой риск, Глеб.

— Кто не рискует, тот что? Не пьёт шампанское, правильно.

— Может отбросить тебе свою гордость и вернуться обратно к отцу? Он же всё-таки тебе родитель.

— Нет, и не подумаю, либо он меня принимает такой какой я есть, либо он останется один.

— Но ты же сейчас один, будешь искать себе парня?

— Я об этом и не думаю, не знаю как всё будет дальше. В душе есть надежда, что я найду Марка, пока не знаю как, но я буду стараться. Я хочу быть с ним, а о большем я и не мечтаю.

========== эпизод 60 ==========

(Глеб)*

Идея создания своего собственного дела нас так увлекла с Катей, что теперь с утра и до ночи мы занимались воплощением своей идеи. Я оформлял бумаги, Катя рассматривала варианты аренды, искали конечно самое дешёвое, нам сейчас не до роскоши было.

Прошло чуть больше месяца, как мы открылись. Правда не всё так хорошо, как мы хотели, но нам нравится. Офис небольшой, в полуподвальном помещении, зато центр города. Первый день, сегодня сам не свой, волнуюсь так, что не нахожу себе места. Посмотрел на Екатерину, та вообще вся на нервах.

— Блин, Глеб, зря я ляпнула тогда эти слова, я уже жалею обо всём и тебя втянула в это.

— Ты что, готова сдаться? Это всего лишь наш первый день, всё у нас получится.

Первый клиент, пожилая женщина с внуком, внук конечно одно название, здоровый детина, на таких как говорят пахать можно. Обратилась за помощью к нам, консультация и если это возможно оформление акта дарения своей квартиры. Но при соблюдении всех правил, и чтобы внук не смог её выселить до смерти. Странно слышать такие просьбы, значит бабушка не сильно-то и верит своему внуку, раз так не доверяет.Смотрю то на бабушку, то на внука. Затем прошу парня покинуть кабинет, поговорить с женщиной наедине. Тот всё мнётся, никак не хочет уходить, словно боится, что его бабушка поменяет решение.

— Сейчас мы можем откровенно поговорить, вы точно этого хотите сделать?

— Я решения своего не меняю, но одного боюсь, что как я оформлю все документы, он не станет ждать моей смерти и тут же меня вышвырнет из моей же квартиры.

— Раз вы намерены оформить акт дарения, то мы можем прописать некоторые пункты, они вас отгородят от незаконных действий, если таковые будут.

— Страховка ещё никому не мешала.

— Тогда мы приступим к оформлению документов?

— Конечно, если это возможно, как вы мне тут рассказывали.

Такое было наше первое дело, взяв все нужные документы, я ещё раз всё проверил. Назначил дату, когда мы вместе отправимся в юстицию, для оформления госрегистрации. Старушка ушла со своим детиной, я всё думал над её просьбой.

— Глеб, нас можно поздравить с первым клиентом?

— Начало есть, думаю всё у нас сложится, иначе и быть не должно.

Первый месяц оказался самым трудным, но мы не унывали, конечно много не заработали, но аренду оплатили и даже для себя осталось. Дальше пошло веселей, то ли весна нам помогала, может удачное расположение нашего офиса поспособствовало этому, но народ шёл. Теперь оставалось работать, самое главное чётко, умело вести дело. Конечно в эти дни я сильно уставал, Марка вспоминал только вечером, когда ложился спать один, в холодную постель. Ложился и тут же вырубался от усталости, не физической конечно, умственно уставал. Иногда приходилось перелистывать кучу бумаг, чтобы удостовериться в правильности принятого решения. Кроме всего прочего мы умудрялись оказывать юридическую помощь мелким организациям, что опять же было плюсом для нас.

— Катя, как у нас в этом месяце обстоят дела?

— Глеб, если так и дальше пойдёт, то ещё одну зарплату и я смогу себе шубу к зиме купить.

— Как мало порой нужно человеку для счастья.

— А ты, Глеб, чего бы хотел?

— Я и не думал об этом. Я вот о чём хотел с тобой посоветоваться. Давно думал посетить детский дом, в котором воспитывался Марк.

— Ты опять делаешь себе больно. Глеб, ну сколько можно себя истязать?

— Пока думать о ком-то другом не получается, да и не хочется. А посетить его хочу совсем по другому случаю. Что если мы им окажем хоть какую-то помощь?

— Говори, я пока мало что понимаю.

— Мы могли бы им купить канцелярские товары или оплатить разовый поход в цирк для группы. Пусть об этом сам директор позаботится, наше дело купить билеты.

— Идея классная, думаю что ребята это оценят.

— Я думаю, что Марк остался бы мною доволен.

Спустя какое-то время мы подбили свой бюджет, решили сколько можем потратить, присмотрели, что можем подарить ребятам и затем отправились вместе с Катей в детский дом. Всё тот же директор, малыши, которые бегали по коридорам, громко крича, затем они окружили нас и буквально засыпали вопросами. Уже всё занесли в приёмную, нас поблагодарили за помощь и мы собрались уже уйти.

— Анна Степановна, как хорошо, что я вас встретил.

— А я вас помню, вы Глеб?

— Да, он самый. От Марка ничего не слышно?

— Пока тишина, а вы по какому поводу здесь?

— Да так, решили кое-какую помощь вам оказать, для ребят канцелярские товары привезли.

Марк словно канул в неизвестность, как не хочется в это верить. Неужели никто ничего не знает? Но делать нечего, собираемся с Катей уходить.

— Глеб, погодите немного, у меня есть для вас маленькая новость, не знаю только пригодится ли она вам.

— Да, Анна Степановна, я вас слушаю.

— Я до сих пор не хотела говорить, да и Марк просил никому об этом не распространяться. Он звонил пару дней назад.

— Звонил? Что он говорит? Где он хоть?

Я буквально засыпал её вопросами, я так был рад, что готов был её расцеловать за такую радостную весть.

— Знаю только, что он работает в Тюмени, где и кем не знаю, да и звонит он всегда с разных номеров. Приезжает поездом восемнадцатого мая.

— А сегодня какое число?

Катя, глядя на меня, рассмеялась.

— Глеб, сегодня семнадцатое, завтра значит Марк будет в Омске.

— А поезд? Номер поезда? Он больше ничего не говорил?

— Номер не знаю, сказал, что у него мало времени, что поезд прибудет в Омск в 18:30 местного.

— Вы не представляете, как вы меня сегодня обрадовали. Спасибо вам огромное!

— Глеб, я надеюсь, что вы хороший человек и не обидите Марка.

— Не знаю, хороший ли я, но хотелось бы так думать.

Мы с Катей вышли из здания, мне до сих пор не верится.

— Катя, ущипни меня пожалуйста.

— Глеб, сегодня только семнадцатое, смотри умом не тронься. Я понимаю твою радость, но ты сильно возбуждён сейчас. Может не стоит садиться за руль?

— Ты права, пойдём просто где-нибудь посидим, выпьем по стаканчику кофе.

Перегнал машину от детского дома, взяли себе по капучино и зашли в сквер. Как же всё-таки хорошо, тепло да и скоро лето. Всё кажется сном, в душе всё перевернулось от счастья.

— Что ты думаешь по поводу Марка?

— Катя, я пока ничего сказать не могу, боюсь конечно, а вдруг он уже с кем-то?

— Ты брось это, не хватало раньше времени себя накручивать, будем надеяться, что он всё ещё тот Марк, которого мы знали.

— Я думаю что он всё ещё тот же, мышонок, стоит на него в упор посмотреть, как он опускает свои глаза. Всё как будто наяву, так ясно я это вижу.

— Сегодня у тебя тяжёлая ночка будет.

— Почему?

— Да по тебе вижу, что не уснёшь, считать время будешь, часы, минуты.

— Это факт, тяжело мне придётся, но я готов всё стерпеть ради того, чтобы увидеть моего Марка.

— Интересный ты, Глеб, я даже завидую Марку, у тебя огромное верное сердце, раз так долго ждёшь его.

— Обыкновенное сердце, просто я люблю его и всё.

========== эпизод 61 ==========

(Марк)*

Как волнительно может быть то, как ты покупаешь билет, простой листок бумаги, который должен вернуть тебя в начало всех начал. Стою на перроне, а у самого душа не на месте. Конечно, день рождения Анны Степановны для меня всего лишь предлог, не могу больше так. Хотя бы одним глазком увидеть Глеба, тогда и не страшно умереть, как говорят. За всё это время я так и не смог успокоить своё сердце. Скорее всего я дурак, раз не могу забыть его. Он по-прежнему дорог мне, вспоминаю его улыбку, утро, как мы просыпались. Как Глеб обнимал меня, всё до мурашек, каждое мгновение помню, а разве можно забыть такое счастье? Всё было иначе, даже дождливый и ненастный день казался таким удивительным, радовался каждому дню, независимо какой он был. Сейчас разом всё померкло, даже весеннее солнышко так тепло пригревая, не радовало меня так. Что со мной не так? Сам всё прекрасно понимаю, но и поступить иначе не могу, я просто должен его увидеть. И всё равно с кем он будет, только пусть он будет счастлив, это для меня важно. Каждый раз, думая о Глебе, представлял себе, как буду стоять в тени, ждать как он появится и увидеть его. Неважно сколько пройдёт дней, готов часами караулить у офиса, оно того стоит. Первый шаг, какой же он трудный, с трудом поднимаюсь по лестнице вагона. Я как старый, немощный старик, еле передвигаю свои ноги. Слабость в ногах, внутри меня борются страх и страстное желание увидеть Глеба.

Наконец-то я в вагоне, неспешно иду, разглядывая всё по сторонам, ищу своё место. Хоть в этот раз мне повезло, либо я так поздно уезжаю, либо рано. В моём купе всего два пожилых человека, супруги, значит всё будет спокойно. Моё верхнее место, так даже лучше, никто не увидит меня. Всё это время я и был словно невидимка, особо не выделялся, работал, делал всё то, что положено. Особых друзей не завёл. Так, рабочие моменты и не более, да и кто станет общаться со мной, пить я не пью, так скучен и всё.

Хоть по тамбуру и бегала ребятня, сейчас это казалось так мило, да, я рад был видеть эту весёлую ребятню. Мои малыши, как они сейчас там? Каждого помню, всех по именам и неважно, что прошло уже столько времени. За всё это время я понял одно, что возиться с малышами мне больше всего понравилось. У каждого свой характер, подбираешь ключик, располагаешь к себе. У каждого своя судьба, кого-то также как и меня оставили, у кого-то родители пьют, и их лишили родительских прав. Вот и нужно суметь понять малыша, согреть его своим вниманием и теплом.

Поезд тронулся в назначенное время, я ещё раз посмотрел на город, в котором я провёл столько времени, словно отшельник, город, в котором я скрывался всё это время. Всего ночь провести в вагоне и там я уже буду дома. Хотя откуда у меня дом, просто город, в котором я встретил свою любовь, которую до сих пор не могу забыть. Немного поразгадывал кроссворды, но что-то не захватывает. Достаю очередную книгу, купленную на днях в одном из книжных магазинов города. Только сейчас отвлёкся, как это было и раньше, весь ушёл в действия своих героев. Внизу зашевелились, пожилая женщина готовила на стол, раскладывая еду. Меня коснулись, я посмотрел на пожилого мужчину, только теперь заметил, что он весь уже седой. Сколько ему интересно? Да это так, ничего особого, просто подумалось.

— Молодой человек, присоединяйтесь к нам, компанией оно веселей, да и время за разговорами летит незаметно.

— Спасибо, но мне что-то не хочется.

— Все так говорят, но аппетит приходит во время еды. Не хочется думать, что вы голодны, да и запахи раздражают когда голоден.

— Парень, присаживайся, нам хватит на всех, уважьте стариков.

Аромат жареной курицы действительно вызвал обильное слюноотделение, такое не каждый день ешь. Да я уже и забыл, когда последний раз ел домашнюю пищу, столовка и всё. Там в принципе конечно вкусно, но не так, как это было у Глеба. Там либо я готовил, либо Глеб, хотя он всегда смеялся своей готовке, что кроме омлета в беконом ничего особого не умеет готовить. А мне же было только в радость готовить, затем смотреть, как Глеб ел всю мою стряпню с аппетитом. После всего обязательно поцелует, благодарит и шлепает своей рукой по моей заднице. Теперь вспоминая всё это, я сам себе улыбался, разве такое возможно забыть?

Чтобы хоть как-то помочь, я ушёл к проводнику за чаем. После всего мы расселись, стали знакомиться, кто-то рассказывал свои истории. Я же сидел и просто слушал, мне было интересно слушать. Знать как люди жили, знакомились, путешествовали и прочее, прочее. Оказывается, что пожилая пара приезжала погостить к своим детям, повидать внуков, побаловать их. А теперь они как и я возвращались в Омск, к себе домой. Я ещё долго затем лежал, всё никак не мог уснуть, думая о услышанном.

Настал новый день, сколько же километров я проехал? Остановки в маленьких городах, стоянки, сейчас они казались такими большими, зачем тратить столько времени, хотелось быстрее. Кто-то выходил, кто-то садился в вагон, чтобы тоже уехать. Город Называевск, это уже Омская область, так себе городок, небольшой, с его разбитыми дорогами. Чтобы хоть как-то размять свои ноги, вышел на перрон, немного прогулялся, пока не объявили отправление. С каждым часом всё ближе, уже и Марьяновку проехали, Карбышева и вот наконец-то поезд зашёл на железнодорожный мост через Иртыш. Смотришь вниз, голова кружится, высота-то какая! Затем поезд сбавил ход, появились очертания города, сейчас он казался мне в какой-то дымке, через которую пробивались яркие лучики солнца.

— Ну вот и город, а вас, Марк, кто-то будет встречать?

— Не думаю, у меня здесь почти никого нет, да и никто практически не знает о моём приезде.

— Так сказать хотите сделать сюрприз?

— Можно и так сказать.

Нужно было что-то ответить, потому так и сказал. Зачем людям знать все мои сложности? Поезд сбавил ход, проводник ещё раз пробежался по вагону, тщательно всё осматривая, предупреждая быть внимательными при выходе. Первый путь, как это удобно, не нужно тащиться по подземному переходу. Хотя что мне, из вещей только моя спортивная сумка, в которой пара-тройка вещей и то уже пришедшие в негодность. Всё что есть у меня, сейчас со мной. Даже сам над собой смеялся, я казался себе цыганом, весь скарб со мной, всё что я нажил за это время. Поезд тормозил, визг колёс и наконец-то полная остановка. Проводник открыл дверь, свежий воздух тут же распространился по всему вагону. Как хорошо дышится, даже зажмурил глаза, когда посмотрел на яркое солнце.

Приятный солнечный день, вышел из вагона, помог своим попутчикам с их сумками. Проводил до автобусной остановки, всё это время я глазел по сторонам. Такое чувство, что меня должен кто-то встретить, но увы, кому я нужен.

— Марк, спасибо вам, было приятно с вами быть попутчиками.

— Это вам спасибо и удачно вам добраться до дома.

— А вы что же это, не поедете?

— Нет, я хочу прогуляться по городу, давно уже здесь не был.

— Тогда и вам удачи.

Так мы расстались, усадил стариков на их автобус, а сам отправился пешком по набережной. Не знаю, почему именно набережная? Меня тянуло к ней. Может всё связано с тем, что там я был с Глебом. До сих пор помню, как Глеб тогда смотрел на меня, как его глаза искрились, этого не забыть.

Ничего не изменилось, лишь река казалась сейчас быстрой, унося остатки льда. Немного прошёлся, везде народ гуляет, кто-то занимается на спортивных снарядах, установленных тут же, кто-то просто сидит на скамейках, отдыхая. Иртыш так поднялся, помнится летом он мельчал, а сейчас вода доходит до парапета. Стою на том самом месте, где мы когда-то стояли с Глебом.

Как удивительно, даже сейчас я чувствую тот же его взгляд, его улыбку. Закрываю свои глаза, хочу вновь всё увидеть, как это делал уже сотни раз. Тёплая рука касается моей ладони, я схожу с ума, даже это я чувствую.

— Хочешь мороженое с карамелью?

Шиза ты моя, шиза, наконец-то ты меня настигла!

========== эпизод 62 ==========

(Глеб)*

Прекрасно понимаю, что в такой день мне не удастся уснуть, уже давно стемнело, на улице зажглись фонари, а я никак не решаюсь лечь. Лечь, чтобы уснуть, и уже завтра ждать своего мышонка. Каким он стал, мой Марк? Столько времени ушло, порой даже становится страшно, я уже целую вечность один. Будет ли Марк таким, каким я его знаю: нежным, любящим и просто классным парнем. Сотни раз прокручиваю один и тот же вопросы, если честно сказать, боюсь до дрожи в коленях. Я никогда и никого так не любил, как Марка, потерять его — значит потерять всё. Мой хрупкий мир, в котором я так счастлив, да и зачем мне всё то, ради чего я шёл всю жизнь?

Уже часы пробили час ночи, немного полистал журнал и всё-таки выключаю свет, нужно уснуть, чтобы приблизить время встречи с Марком.

Как ни странно, всё успокоилось, хоть я и боялся, и терзал себя разными догадками, но усталость взяла своё. Проснулся, когда солнце осветило ярко мою комнату, ласково коснулось своим лучом моего лица. Зажмурил глаза, сам себе улыбаясь. Сразу вспомнил Марка, как он утром лицо укрывал подушкой, чтобы вырвать пару минут для сна или просто нежится. Зная о том, что я его буду в этот момент целовать, а он, как всегда, весело засмеётся, затем поднимется, поцелует меня и спросит: ” Чего мой самый красивый парень хочет на завтрак?» Вот когда я был счастлив. Надеюсь, что это всё у нас опять будет. По крайней мере я сам приложу все усилия, чтобы это вернуть и сберечь, обрести опять счастье с Марком. Первым делом принял ванну. Столько на себя всего вылил, что, кажется, от меня несёт ароматом геля за сотни метров. Веду себя как мальчишка, переживаю, ведь этот день очень волнителен для меня. Затем завтрак, не спешу, есть время всё взвесить, принять одно верное решение. Но всё это ерунда, а вот чем ближе время встречи, тем страшнее. Сидел на диване, боясь стронуться с места. На душе чёрт знает что творится, а вдруг Марк приедет уже не один?

Время пять. Знаю, что до поезда ещё полтора часа, но не могу сидеть дома, голова раскалывается. Большую часть дороги иду пешком, гуляю по скверу, вглядываясь в лица прохожих. Как странно смотреть в эти лица. У кого-то глаза счастливые, кто-то грустный, а у кого-то вообще ничего не видно. Полное безразличие — вот, наверное, что самое страшное в этом мире, стать таким же безразличным ко всему. Заново изучил расписание, всего один поезд прибывает в это время в Омск. Так что не может быть ошибки, и Марка я не пропущу. По селектору объявили о прибытии поезда, народ ринулся на перрон. Встречающие, кто-то собирался уехать дальше, неся свои сумки и чемоданы. Вышел и я, одного не зная, в каком вагоне искать Марка. Стал чуть подальше, обзор хороший и мимо меня никто не пройдёт. Сигнал поезда. Вот уже и показался сам локомотив, медленно останавливаясь на первом пути. Сердце так бешено стучит, волнуюсь, а как же иначе. Двери стали открываться, сначала показались проводники, вытирая поручни, затем стали выходить и пассажиры. Марка я узнал сразу, он вышел первым, обернулся и подал свою руку. Чего я боялся, то и случилось, он не один — моя первая мысль. Но нет, он принял сумку у какого-то пожилого мужчины, затем подал руку и помог сойти пожилой даме. Даже выдохнул с облегчением, стою и не могу пошевелиться. Марк помог с сумками, отнёс до остановки, усадил пожилую пару на автобус, а сам остался. Что он задумал? Никак не решаюсь подойти, не могу набраться смелости, сердце так тревожно стучит. Всё было очень просто. Марк закинул ремень сумки на плечо и пошёл на набережную. Не сомневаюсь, что он пойдёт именно на то место, где мы с ним стояли. Когда Марк так долго смотрел в мои глаза, а я понял, что он мне безумно нравится, и мне интересно рядом с этим парнем. Что я не против проводить с ним всё своё время. Наверное можно было отмерить линейкой то место, на котором остановился Марк, ровно то самое место. Точь-в-точь и ни сантиметром дальше. А я ведь ни разу с тех пор здесь не был, а Марк всё помнит. Кажется, что сегодня всё так же, как и тогда, даже тот же ларёк с мороженым и та же скучающая девушка-продавец. Если у нас есть шанс, то я хочу, так же как и Марк, всё начать сначала. Влюбиться в него и кричать об этом на весь белый свет.

— Девушка, а есть мороженое с карамелью?

Наверное продавец даже обрадовалась, увидев меня, может даже я хоть чем-то отвлёк её от своих мыслей.

— Да конечно, а вам какое? Есть шоколадное и пломбир.

— Нет-нет, мне пожалуйста просто белое.

Рассчитался и тихим шагом иду к своей мечте. Марк всё также стоял, смотря на проплывающие льдинки, последний лёд. Он закрыл глаза и стоял просто так. Моя рука, как она сейчас трясётся, тянусь к его руке, осторожно касаюсь её. Марк зажмурил глаза, но всё так же молчал, даже не повернулся в мою сторону.

— Хочешь мороженое с карамелью?

Он повернулся, открыв глаза, большие слёзы покатились по его щекам.

— Глеб, Глеб!!!

— Мышонок мой!

Марк обнял меня, уткнувшись лицом в мою грудь, и заплакал, плакал, не стесняясь своих слёз.

— Глеб, прости меня, я так виноват перед тобой.

— В чём, мышонок, ты виноват?

— Что появился в твоей жизни, что всё испортил тебе, что приношу лишь несчастье.

— Глупыш ты мой, ты самое прекрасное, что было в моей жизни. Разве ты до сих пор не понял этого? Без тебя мой мир замирает, как растение замирает без воды, без живительной влаги. Я всё это время не жил, не находил радости в жизни.

Марк затих, отстранился от меня и посмотрел в мои глаза. Пальцем касаюсь его лица, убирая слёзы с его щёк.

— Не нужно больше слёз. Я никому, слышишь? Никому не позволю тебя обидеть.

— Глеб, но ты, наверное, ничего не знаешь.

— Всё я знаю, знаю, что ты из лучших побуждений уехал, что мой отец повёл себя по-свински, что это именно он приложил к этому свою руку. Это я виноват, что слепо верил своему отцу, не думая, что он причинит тебе боль. Прости меня, Марк.

— Глеб, но я не хотел, чтобы из-за меня вы с отцом враждовали, мне лучше снова исчезнуть. Не хочу быть причиной ссоры сына и отца.

— Нет, теперь я никуда больше тебя не отпущу.

— Глеб, ты что, меня на цепь посадишь?

— Надо будет— посажу. Марк, просто запомни одно: я не могу без тебя, мне больно, когда тебя нет со мной рядом. Ты же сам меня вернул к жизни, так не бросай меня больше. Зачем тогда всё это было нужно?

— Глеб, я не знаю, порой я не нахожу ответа в этой жизни, всё так сложно стало.

— Всё просто —я люблю тебя как прежде. Даже не так, я люблю тебя ещё больше и неважно сколько трудностей у нас будет. Важно то, что мы снова вместе, и мы всё сможем преодолеть.

Марк смотрел в мои глаза, коснулся рукой своего лица, вытирая глаза. Улыбнулся и опять обнял меня, крепко так обнял, что тепло ровно разлилось по моему телу, а на сердце наконец-то стало так тихо и хорошо. Мы стояли так вдвоём, было слышно, как лёд бьётся о бетон, рассыпаясь на сотни кристаллов, затем падал вниз и уходил дальше с бурной водой.

— Глеб, я каждый день, каждый час думал о тебе. Я так люблю тебя, что сам был уже давно мёртвым, я не жил без тебя, в моей душе не было тепла.

— Я знаю, мой мышонок, всё я знаю и чувствую.

— Ну как же нам быть теперь?

— Нам? Просто, всё довольно просто, будем жить и радоваться, что мы есть друг у друга, а остальное неважно.

— Простишь меня?

—Не хочу говорить об этом, только давай впредь не делать таких глупостей, а решать всё сообща. А теперь, если ты не против, пойдём домой, к нам домой, Марк.

— Глеб, приготовишь мне ванну с твоим ароматным гелем?

— Приготовлю, мышонок, даже сам тебя искупаю, а потом унесу в нашу спальню, чтобы быть с тобой рядом, слушать как бьётся твоё сердечко, и смотреть в твои глаза. Чтобы затем уснуть с тобой в объятиях, просыпаться утром и видеть твои глаза, твою улыбку.

— А мороженое совсем растаяло, жалко.

— Глупыш ты мой, я потом тебе куплю другое, самое лучшее.

— Нет, оно мне нравится. Потому, что ты меня тогда целовал долго, и тебе тоже нравится вкус карамели.

— Мне нравишься ты, Марк, и всё, что связано с тобой.

Читайте больше книг на сайте онлайн-библиотеки mir-knigi.org