Автор : "Златовласка с косичками"
Название книги: Мой противник леший (СИ)
Читать на сайте: https://mir-knigi.org/author/zlatovlaska-s-kosichkami/moi-protivnik-leshii-si

========== Глава 1 ==========

Здесь всё дышало враждебностью. Ночью дом казался скопищем жутких теней. В окна проникал лунный свет, который озарял всё призрачным блеском и делал ещё более заметным чёрное уродливое создание, кравшееся по коридору. У него были пугающие очертания. Длинные лапы заканчивались загнутыми когтями, а вместо головы возвышалась какая-то бесформенная копна. Создание медленно скользило по коридору, подбираясь к двери в одну из спален, расположенных на втором этаже.

Мишка знал, куда оно направляется, и бесшумно следовал по пятам. Он мог остановить всё прямо сейчас, но предпочитал застать врага на месте преступления.

Кошмарное создание осторожно приоткрыло дверь и просочилось в спальню. Оно было так увлечено, что даже позабыло об осторожности и уже внаглую подползало к кровати. Все ближе и ближе…

Мишка за долю секунды оказался рядом. Выждав, пока незваный гость наклонится над спящим, он ухватился за вполне материальные плечи и отшвырнул чудище в сторону, отправляя в недалёкий полет к противоположной стене. Всё было проделано моментально быстро и легко, благодаря чудодейственной невероятной силе в его руках. Силе, появившейся совсем недавно.

От громкого пронзительного визга задрожали даже стекла в окнах. В коридоре послышались торопливые шаги и звук голосов, а спустя пару мгновений кто-то шумно ввалился в комнату.

Вспышка неяркого ночника осветила заспанное лицо подскочившего на кровати Дениса. У него был ошеломлённый взгляд. На круглой щеке красовались крошки от печенья, которое этот обжора умудрялся жевать даже в полудрёме.

— А? Что? Что такое? — сонно хлопая глазами, пробормотал он.

С другом было всё в порядке. Убедившись в самом главном, Мишка обернулся назад, где у стены, всё ещё повизгивая, ежилось странное создание, весьма отдаленно напоминающее человека. У него была большая голова и целая грива спутанных волос, прикрывающих чумазое лицо, сплошь покрытое пятнами и бородавками. Маленькие тёмные глазки злобно и отчаянно поблескивали сквозь нечесаные грязные пряди. Судя по длинной юбке, больше напоминающей разноцветные лохмотья, создание относилось к женскому полу и в целом выглядело так, словно никогда в жизни не подозревало о существовании воды и мыла.

Мишка хорошо знал, кого видит. Это была хохотушка — существо, которое когда-то было человеком, но потом безвозвратно изменилось благодаря зловещему колдовству чёрных леших. Лишённая разума и воспоминаний, эта несчастная была бесправной и бессловесной рабыней своих хозяев, преданной им до глубины души, несмотря на всё зло, которое ей причинили. Впервые увидев хохотушку здесь, в доме леших, Мишка вспомнил всё, что знал об этих созданиях, и лишний раз убедился в том, что находится в окружении настоящих монстров. Жестоких и бессердечных чудовищ, способных превратить живого человека в такое. С этой мрачной мыслью он повернулся и посмотрел на тех, кто толпился сейчас на пороге. На монстров, о которых только что подумал и которые прибежали как свора голодных собак, почуявших запах крови. Чёрные лешие. Все как один.

— Кто из вас её подослал? — звеня нотками еле сдерживаемого гнева, спросил он.

— Кого подослал? О чём ты?

Алексей переехал через порог в своём кресле-каталке. Ему помогал Егор. У обоих были взъерошенные со сна волосы. В легких свободных футболках и шортах они были почти похожи на людей, которыми не являлись.

— Из-за чего шум?

Из-под руки Егора вынырнула Арина. На ней была просторная пижама в разноцветных котятах. За спиной сестры показалась Зоя в коротком шелковом халате. Даже дядя Борис был тут как тут, стоя вместе с дочерями. И завершая картину, позади всех подпирал спиной стену Тим с непроницаемым лицом и замораживающим взглядом.

— Ваша хохотушка напала на Дениса. — Мишка скрипнул зубами. Его бесило нытьё хохотушки, которая никак не умолкала, а ещё больше раздражал вид леших, вполне удачно маскирующихся под нормальных людей и изображающих милое семейное общество.

— Да зачем он ей сдался? — насмешливо хмыкнул Егор. В его почти спокойном взгляде мелькала холодная злость. — Тебе страшилка приснилась?

— Что за глу-у-пости? — протянула Зоя, картинно поднимая брови.

— Безобразие, — негромко буркнул себе под нос дядя Борис.

Тим молчал. Правда, его глаза горели ярче, чем у остальных, выдавая копившуюся там ярость.

— Не злите меня.

Мишка шагнул вперёд. Он ничего не делал и не говорил. Было достаточно дать волю своему гневу и, представив, как бьет от всей души, слегка сжать пальцы в кулак.

Леших словно хлестнуло холодным ветром. Арина и Зоя покачнулись. Егор скривился, дядя Борис опять что-то пробормотал.

— Хватит дурить, Мих, — устало отмахнулся Егор. — Никто не пытался навредить твоему Дудке. Мы сейчас в одной лодке, если помнишь.

— Хочешь сказать, что ваша ручная собачка зашла сюда по ошибке?

Мишка оглянулся на хохотушку, которая перешла на негромкое поскуливание. Алексей тоже на неё посмотрел, а потом перевёл взгляд на постель Дениса.

— Присмотрись и ты поймешь, что её вряд ли интересовал твой приятель, — покачав головой, заметил он. — У хохотушек постоянный инстинкт красть пищу. Думаю, вы оба должны об этом знать.

Мишка оглядел кровать Дудки и обнаружил торчащие из-под подушки разноцветные упаковки с печеньем и бисквитами. В этом не было ничего удивительного. У друга всегда был стабильный запас продовольствия в комнате. Даже здесь, в логове чёрных леших, он не собирался изменять своим привычкам.

— Она просто была голодна, бедненькая, — с состраданием, в которое Мишка ни на секунду не поверил, протянула Арина. — Иди сюда, милая.

Хохотушка проскользнула мимо Мишки, клацнув на него зубами, как дикая собака. Несмотря на грязные лохмотья и грязь на лице, от неё не исходило никакого отвратительного запаха, только легкий аромат сухой травы и цветов. Зарывшись носом в плечо Арины, она тихонько засопела, улыбаясь глупой бессмысленной улыбкой.

— Да она у вас настоящий проглот. Лови, угощай свою голодающую.

Ничуть не смущенный тем, что его только что уличили в обжорстве, и действуя по принципу — лучшая защита это нападение, — Дудка вытащил из-под подушки пачку с печеньем и бросил её Арине. Девушка не успела даже протянуть руку, как пачку перехватил шагнувший вперёд Тим. По-прежнему абсолютно молча он сжал в руке упаковку, сдавил её до хруста, а через несколько секунд отряхнул на пол сухие крошки и ошмётки фольги.

— Нечего было устра-а-ивать пере-е-полох, — прошелестела в своей обычной манере Зоя, бросая на Мишку обвиняющий взгляд. — Ты ещё бо-о-льше всё усложня-я-е-шь.

— Усложняю? Я?

Мишку как током ударило. Он шагнул к окну и, рывком отдернув плотные занавески, потянулся к оконной ручке. Злость подталкивала его почти ощутимыми пинками, а ещё к ней примешивалась слабая надежда на чудо. А вдруг…

В комнату полился слабый лунный свет, освещая ветви и кроны многочисленных деревьев за окном. У леших был большой двор и такой же огромный сад. Мишка открыл окно, успел протянуть руку, и тут всё и случилось. За считанные секунды он получил очередное подтверждение тому, что чудес не бывает. По крайней мере, тех, которые необходимы.

Плотные густые ветки затянули весь оконный проём, и в комнате сразу же потемнело. Они почти не оставляли щелей, переплетаясь стеблями, шипами и колючками, и их нельзя было ни отодвинуть, ни разрезать. Мишка знал это точно, потому что пробовал, и не раз. Пробовали все в этом доме, но ветки упорно не сдавали своих позиций. Совсем как в сказке про спящую красавицу, они моментально возникали на всех окнах и дверях и надежно берегли свою тайну от внешнего мира. Сейчас и раньше. Пару часов до этого, вчера вечером, два дня назад, когда он в первый раз попытался выйти из этого чёртового дома.

— А это тоже я устроил?

Мишка не сдержался и ударил кулаком по стене, хоть так давая выход своему раздражению. А потом повернулся к лешим с мрачной ухмылкой на лице.

— Вымелись отсюда. Все.

Они ушли. Последним выходил Тим. Он задержался на минуту, поедая Мишку горящим взглядом. Тёмные глаза пылали на бледном застывшем лице. Мишка не сомневался, что если бы леший мог, то разорвал бы его на мелкие кусочки. Смял как ту пачку печенья, пару минут назад.

Когда все враги наконец покинули комнату, Мишка устало вздохнул и плюхнулся в ближайшее кресло. Денис смотрел на него с понимающим видом, одновременно разрывая шуршащую обертку на упаковке с маленькими шоколадными круассанами. Похоже, у него был припрятан под подушкой целый продуктовый склад.

— Тебе надо быть поспокойнее, дружище, а то ведь нервные клетки не восстанавливаются, — покачав головой, авторитетно заявил он. — Я, конечно, понимаю, что ты сейчас охрененно крут, но по сути это дела не меняет.

— В каком месте я крут, если не могу выйти из этого гадюшника?

Мишка слабо отмахнулся. После очередной встречи с лешими он чувствовал себя как выжатый лимон, несмотря на всю магию, бурлящую сейчас в его венах.

— Мы выйдем, — заверил Дудка. — Поверь мне на слово, мы обязательно найдём способ разобраться с этой хренью. Покопаемся опять в Интернете, пороемся в архивах библиотек. Вот, можно будет заглянуть на один сайт…

Отложив круассаны, он потянулся за ноутом, который еще позавчера утром конфисковал у Егора. Вспомнив недовольную гримасу младшего из братьев леших, Мишка коротко усмехнулся и поднялся из кресла:

— Да не сейчас же, Дудка. Ложись спать, ночь на дворе. Завтра всё поищем.

Отмахнувшись от возражений друга, он вышел из комнаты и направился в свою спальню, которая располагалась дальше по коридору. Это была большая и уютная комната, из числа гостевых спален. Лешие были вынуждены выделить своим «дорогим гостям» необходимую жилплощадь ещё в первый день вынужденного совместного проживания. Комната Мишки была даже роскошней спальни Дениса. Проходя мимо огромной мягкой кровати, он по привычке пнул её ногой, подходя к окну. Несмотря на позднее время, спасть совершенно не хотелось. Он даже не пытался ложиться пару часов назад, благодаря чему и выследил хохотушку.

Остановившись у окна, Мишка бросил косой взгляд на пока еще чистое стекло и пустующую оконную раму. Веток не было видно, но он не сомневался, что они вернутся. Стоит ему попытаться открыть окно или входную дверь — и дело будет сделано. Это уже не раз было проверено на практике.

Он вцепился в подоконник, вспоминая события последних дней. Все началось в то утро, когда он избавился от паразитов и, осознав свои новые способности, расшвырял оторопевших леших по углам гостиной. Потрясённые своим внезапным поражением, Тим, Егор и даже Зоя попытались напасть на него все скопом, но, получив мгновенный и окончательный отпор, понемногу затихли. Мишка тоже старался держать себя в руках. Подавляя жгучее желание прибить младших братьев Баркановых, он старался не обращать внимания на занудного дядю и Алексея. Девчонки бесили его меньше, хотя Мишка тоже воспринимал их исключительно как врагов. Он хорошо понимал, какую зависть и ненависть вызывает у леших одним своим видом, поскольку совершено случайно умудрился получить то, о чём они мечтали и на что надеялись долгие годы.

Это была магическая сила. Огромная в чисто физическом плане, но помимо этого включающая в себя ещё целую массу самых различных способностей и оттенков, так ценимых поклонниками сверхъестественного. Мишка сам не был уверен до конца, что он теперь может, и даже не старался это узнать. Сила, которая наполняла его тело, была чужой и пугающей. Он пользовался лишь тем, что лежало на поверхности, вытащив Дудку из его длительного нездорового сна, вызванного действием ядовитых колючек вертутки, одним лишь прикосновением руки. Точно так же было и с Таней и Скачковым. Ему было достаточно коснуться их, чтобы заставить ростки-паразиты почернеть и вывалиться из тут же затянувшихся ранок. Таня и Иван пришли в себя, но до сих пор оставались в странном заторможенном состоянии, которое всезнающий Дудка охарактеризовал как «временный и естественный отходняк после промывки мозгов». Оба почти не выходили из своих комнат и мало разговаривали, но Мишка надеялся, что это скоро пройдёт.

По большому счету всё шло совсем неплохо. Они с Дудкой выстояли в финальной битве со зловредными лешими и победили с огромным перевесом, разбив врага в пух и прах. В самые первые минуты своего триумфа Мишка не думал и не планировал, что делать дальше. Отправиться за агентами СУ, привести полицию — всё это казалось ему пока далёким и неважным. Он просто хотел вырваться из этого чертова логова, убравшись отсюда как можно скорее и как можно дальше. Никто из леших не мог его остановить, но это вполне получилось у дома. У проклятого старого дома, возведённого не одним поколением чёрных леших. Дом сделал его, поставив шах и мат в ту же секунду, когда входная дверь перед Мишкиным носом просто взяла и превратилась в плотный заслон из густых колючих веток. Такого никто не ожидал. Даже для леших подобный исход оказался на редкость неприятным сюрпризом. Было невозможно что-то изменить. Мишкины новоиспеченные способности оказались полностью бессильны против коварства многолетней развалюхи. Дом, построенный на древнем колдовстве одной из наиболее могущественных сверхъестественных рас, никак не желал выпускать внезапно вспыхнувшую родственную ему силу. Он не отпускал никого, в том числе и самих леших, но для Мишки это оказалось слабым утешением. К такому он был точно не готов.

Быстро придя в себя после многочисленных потрясений, вызванных всеми событиями сразу, Дудка начал искать способ, как победить или обмануть дом, и неожиданно приобрел сразу несколько «единомышленников», озабоченных той же проблемой. Чёрные лешие, обалдевшие от самой перспективы остаться навсегда со своими противниками под одной крышей, тоже приступили к усиленным поискам. Искали Алексей, Зоя и даже дядя Борис. Все вместе они копались в старых книгах и древних рукописях, которые хранили из поколения в поколение, как примерная сверхъестественная семейка. Арина предпочитала искать в Интернете, на пару с Дудкой. Это были два вражеских лагеря, объединенных общей бедой. Никому не хотелось, чтобы подобное положение растянулось надолго. Творя свои злодеяния, лешие обманули сами себя, хотя Мишка справедливо считал, что это слишком маленькое наказание за все их грехи. После всего, что сделала ему эта семейка, после часов, проведённых здесь в качестве раба, он был готов грызть землю, но не находил способа выйти из дома. Прошло уже два дня, а они с Денисом, Таней и Скачковым всё ещё находились здесь.

Спокойную ночь вдруг разорвали проблески молний и гул поднявшегося ветра. Услышав далекие раскаты грома, Мишка поморщился и отошел от окна. У него всё ещё постукивало в висках после надрывных воплей и скулежа хохотушки. Как бы ему ни хотелось этого отрицать, он понимал, что за последние несколько дней стал более чувствительным к громким звукам, и это пугало. Мало-помалу он становился похожим на тех, кого не выносил всем сердцем.

Спустившись утром в столовую, Мишка застал там Алексея, неторопливо потягивающего крепкий чёрный чай. Старший из братьев Баркановых всегда вставал раньше всех. Увидев Мишку, он спокойно кивнул:

— Доброе утро. Будешь чай?

— Лучше кофе.

Мишка плюхнулся на стул, мимоходом ухмыльнувшись всей нелепости ситуации. Было неизменно дико встречаться со своими врагами вот так, за завтраком и на их территории, но с явным перевесом в свою пользу. После того, как совсем недавно сам разносил им кофе, выполняя роль бесплатного официанта.

— Если там, конечно, нет крысиного яда.

— Это не поможет, сам знаешь, — невозмутимо сказал Алексей. — Тебя сейчас никакая отрава не возьмет.

Мишка громко фыркнул. Леший уже не раз упоминал о его неуязвимости, но он и сам умел делать нужные выводы. Полученные царапины быстро затягивались, а синяки моментально исчезали как по волшебству благодаря золотистому сиянию магии в его венах.

Подвинув к себе тарелку с печеньем, он отметил, что еды становится всё меньше и меньше. Не имея возможности выйти из дома, лешие не могли пополнить запасы продовольствия, что, возможно, и спровоцировало вылазку хохотушки прошлой ночью. Вспомнив вчерашний переполох, Мишка оглянулся назад, высматривая хохотушку, обычно коротавшую время в самом дальнем углу столовой в ожидании приказов своих хозяев. Сегодня она сидела там же и ответила на его взгляд злобным оскалом, тут же принявшись что-то бессмысленно напевать и истерически хихикать. Звуки, срывающиеся с её губ, были очень характерными для таких существ, поскольку заменяли им нормальную речь и способ общения.

Хохотушка Баркановых ненавидела Мишку, и он это знал. Понял сразу, как только увидел, безошибочно улавливая ещё одним отголоском своей новоприобретенной силы чужую злость и ревность к повышенному вниманию со стороны леших. Он не ощущал ответной неприязни, только жалость и легкое отвращение, направленное отнюдь не в адрес несчастной. У этого создания отняли всё: жизнь, память, свободу. У неё не было даже имени. Проклятый Тим собирался и его превратить в такое.

— Вы просто чёртовы монстры, лешие, — не сдержавшись, выпалил Мишка, отталкивая в сторону чашку с недопитым кофе. — Сотворить с живым человеком то, что вы сделали с этой бедолагой, не только непростительно, но и мерзко.

— Считаешь, что у тебя есть право нас судить? — покачав головой, холодно спросил Алексей. — Мы те, кто мы есть. У каждого свои правила, и я могу напомнить тебе, что люди чаще других существ на земле совершают мерзкие и непростительные поступки.

— Неужели? Тогда, может, не разочаровывать тебя и снести половину этой комнаты на хрен?

Мишка сверкнул глазами, но тут же отмахнулся, не желая продолжать постоянный бессмысленный спор.

— Хватит сотрясать воздух. Вчера ты говорил, что проверишь кое-какие догадки насчет того, как нам с Дудкой и остальными поскорее выйти из вашего клоповника. Нашел что-нибудь?

— Претензии с утра пораньше? Какая поразительная наглость, и как мне это знакомо.

На бледном лице лешего промелькнуло подобие улыбки.

— Вы похожи с Тимом.

— Да подавись ты своим чаем. — Мишка скривился так, словно хлебнул неразбавленного лимонного сока. — Надо же было такое ляпнуть. У нас нет ничего общего. А по части наглости и коварства твой братец бьет рекорды, которые никому не переплюнуть.

— Чего? Это вы сейчас обо мне?

В комнату зашел Егор и, устало кивнув брату, рухнул на свободный стул.

— Леша, привет. Мих, а тебе недоброе утро.

— И вам того же и вас туда же, — кривясь ещё сильнее, буркнул Мишка. Если Алексея он ещё хоть как-то терпел, то Егор был в его чёрном списке, следуя сразу за старшим братом. Скрепя сердце он старался выносить его присутствие, и, как ни странно, младший Барканов платил той же монетой. Он не избегал встреч, поддерживал обсуждения наболевшей проблемы и иногда даже забывался, вступая в перепалки с Дудкой. Алексей и Арина также не прекращали вынужденного общения, а вот Зоя заговаривала с Мишкой и Денисом только в исключительных случаях, и то цедила слова исключительно сквозь зубы. Дядя Борис предпочитал большую часть времени отсиживаться в своей комнате, сохраняя царственное молчание, но самой впечатляющей была ситуация с Тимом. Он постоянно поедал Мишку диким ненавидящим взглядом, еле держал себя в руках и вообще переносил поражение хуже всех.

Алексей задумчиво рассматривал чашку с чаем. Было заметно, что его мысли витают где-то далеко. Мишка уставился на него, чувствуя, как холодная дрожь пробирает его до кончиков пальцев. Он чувствовал неуверенность лешего, ощущал его сомнения на каком-то подсознательном уровне, и это было гораздо сильнее, чем возможность улавливать ненависть хохотушки. Что-то невидимое, но вполне реальное связывало его с лешими, и это пугало до чертиков.

— Мне кажется, есть один способ ослабить магию дома, — наконец решил поделиться своими мыслями Алексей. — Очевидно, что колдовство исчезнет, если ему будет нечего охранять и удерживать. Надо попробовать выпустить силу живого сока, бурлящую в твоей крови. И сделать это придётся тем же способом, что и в пещере, когда ты получил то, что тебе не принадлежало.

— Сам придумал этот замечательный способ или кто помог?

Мишка откинулся на стуле и громко хмыкнул, показывая, что оценил слова лешего как неудачную шутку.

— Предлагаешь перерезать мне горло первым попавшимся острым осколком, я правильно понял? Думаешь, осилите?

— Ты прекрасно знаешь, что я не имел в виду ничего настолько кардинального, — поморщился Алексей. — Потребуется всего несколько порезов, не более.

— Стоп, ты сейчас о чем, Лёш? — резко вскинул голову Егор. — А вдруг это сработает и сила просто уйдёт с концами?

— А ты рассчитываешь, что она вернётся к вам? — нехорошо улыбнулся Мишка. В его голосе было столько яда, что отреагировала даже хохотушка, громко зашипев в своём углу.

— Только не говори, что решил оставить всё себе, — предсказуемо ощетинился Егор. В его глазах вспыхнула ярость. — Скажи честно, какое у тебя есть право использовать нашу магию?

— Ну ни хрена себе, — Мишка рассмеялся громким злым смехом. — Ты сам себя слышишь? А у вас есть право накачивать себя магическим допингом, чтобы потом с его помощью похищать и мучить людей?

— Да что ты можешь понимать! Ты всего-навсего человек, блядь!

Егор не выдержал и стукнул кулаком по столу.

— Это наше наследство, ясно? Живой сок ждал нас много лет, чтобы вернуть силу, исцелить слабых и возродить род чёрных леших!

— Надо же, какие речи.

Мишка поддался вперёд. В его глазах тоже загорелись злые огоньки.

— Ты хотел честного ответа? Так вот, мне абсолютно пофиг, какие великие планы вы строили относительно этого живого сока. Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы вам не обломилось ни капли. Потому что вы кучка отмороженной нечисти.

Егор вцепился в вилку побелевшими от напряжения пальцами.

— Пропагандируем расизм, да, Мих? — прошипел он. — А как же твои благородные слова в универе о том, что нечи и люди равны?

— А ты плохо слушал. Нечи ведь бывают разные. Такие, как вы, — самые настоящие монстры, которых надо держать в загоне под замком, как стаю бездомных собак. Вон тебе лучшее доказательство моим словам.

Мишка оглянулся и кивнул на хохотушку, по-прежнему бросавшую на него косые взгляды.

— Если бы вы могли — превратили бы меня в её копию.

— В последнее время этот вариант нравится мне всё больше и больше, — с ненавистью выплюнул Егор.

— Мечтать не вредно, Барканов. Кстати, я тоже требую честного ответа, раз уж пошла такая пьянка. Ты хоть Барканов?

Мишка понимал, что его голос всё ещё сочится ядовитой насмешкой, и ему хотелось издеваться и колоть ещё больнее. Глядя на Егора, он не мог забыть, как тот обманывал его, прикидываясь другом, и как приходил в спальню Тима, чтобы поиздеваться. Было совершенно очевидно, что воспоминания о тех «чудесных» часах не скоро изгладятся из его памяти.

— В смысле это ваша настоящая фамилия?

— Да, — хмуро откликнулся Егор. — А что? Какого хрена тебя не устраивает наша фамилия?

— Мне фиолетово, какая она у вас. Просто пришло в голову, что это может быть очередное враньё. Вы же настоящие специалисты по части притворства. Ты, например, столько времени прикидывался нормальным человеком.

— Потому что мне пришлось…

Егор сообразил, что начал оправдываться, вспылил и опять вцепился в вилку.

— С чего я должен тебе что-то объяснять? Слушай, ты достал!

— Аналогично. Кстати, мы ушли от темы, так что на этом заткнись и не лезь под руку.

Сложив руки на груди, Мишка отвернулся от Егора, как от пустого места, и глянул на Алексея:

— А теперь возвращаем слово старшему брату. Что там насчет твоих фантазий пустить мне кровь?

Алексей устало покачал головой. Он не вмешивался в перепалку Мишки и Егора, и было похоже, что эта нелепая стычка не доставляет ему никакого удовольствия.

— Никто не собирается причинять тебе вред. Как я уже сказал, потребуется всего несколько порезов, но нанесенных не обычным предметом, а магическим артефактом, попавшим в мир людей их Древних чащ, места, откуда произошли родом все лешие.

— Стоп, ты сейчас говоришь о…

Егор осёкся и недоверчиво уставился на брата.

— Да, именно, — Алексей ответил на незаконченную фразу утвердительным кивком.

— Тогда я против! Ему нельзя показывать щепку, неужели ты сам этого не понимаешь!

— Какую еще щепку? — спросил Мишка, и Егор тут же бросил на него разъярённый взгляд. — Поздно метаться, Барканов. Договаривайте, раз начали.

— Я имел в виду щепку чёрного дуба, — поморщившись, но серьёзным и невозмутимым голосом ответил Алексей. — Это настоящая реликвия, сокровище нашей семьи и одновременно опасное оружие. Чёрный дуб является самым старым деревом из всех растущих в Древних чащах. Любая его частичка обладает невероятной магией, разрушительной для каждого из нас, и я почти уверен, что щепка чёрного дуба способна нанести рану даже тебе, в твоём нынешнем неуязвимом состоянии.

— Ясно. — Мишка неопределенно кивнул. Он слышал и читал о Древних чащах, не раз просматривал самые разнообразные материалы на эту тему, когда искал информацию о чёрных леших. Почти все источники сводились к тому, что Древние чащи были аномальной магической зоной, отделённой от обычного мира непроходимым барьером, родиной всех леших, куда было просто невозможно попасть простому человеку, кладовой невероятных чудес и огромных опасностей. Ни в одном из этих источников не упоминался чёрный дуб, но Мишка не сомневался в его существовании, уже давно привыкнув к всевозможным магическим сюрпризам мира нечей. Он чувствовал вполне обоснованные опасения, не зная, чего можно ждать от неизвестного артефакта, и слишком хорошо понимая, что лешие не упустят своего коронного шанса разделаться с ним при первой же возможности.

— Думаешь, я заманиваю тебя в какую-то ловушку? — словно читая его мысли, спросил Алексей. — Это не так, хотя твои сомнения абсолютно справедливы. Можешь не беспокоиться по этому поводу, если ты согласишься попробовать, то сделаешь всё сам.

— Лёш, что ты несёшь?

Егор во все глаза уставился на брата.

— Серьёзно думаешь дать ему в руки щепку?

— А ты видишь какой-то другой выход? — преувеличенно спокойно поинтересовался Алексей. — Я понимаю, на какой огромный риск мы идём, но не могу оставить всё как есть. Поверь, я не сразу пришел к такому решению. Мне почему-то кажется, что у нас не получится жить одной большой дружной семьей.

— Да это полный бред… — подавился собственными словами Егор, но его уже никто не слушал.

— Уговорили, я согласен посмотреть на вашу щепку.

Мишка встал из-за стола, и оба леших тут же повернулись в его сторону.

— Я пока ни на что не подписываюсь, но если решу действовать — всё будет происходить только на моих условиях. Ни один из вас не будет ошиваться поблизости. Мне поможет Дудка.

— Хорошо.

Алексей кивнул. На его лице промелькнуло облегчение, смешанное с сожалением, словно он сам был не до конца уверен в том, что поступает правильно.

— Тогда предлагаю не затягивать и взять то, что нам нужно, прямо сейчас.

Он выехал из-за стола и быстро покинул комнату. Обменявшись враждебными взглядами, Мишка и Егор отправились следом.

Алексей привёл их в небольшую комнатку в конце коридора. Егор мрачнел с каждым шагом, наверняка переживая из-за того, что их главному противнику вот-вот откроется секрет главного семейного артефакта, а Мишка сожалел, что не разбудил Дениса, когда спускался к завтраку. Понятное дело, что друг просидел полночи в Интернете и теперь спал без задних, но прямо сейчас он утрачивал уникальный шанс увидеть собственными глазами тайную сокровищницу чёрных леших.

Впрочем, маленькая полутёмная коморка меньше всего напоминала хранилище каких-либо сокровищ. Это была обычная комната без окон, решеток и замков, с одним-единственным предметом мебели посредине. Высокий массивный шкаф из тёмного дерева приковывал взгляд своими размерами и лакированным блеском.

— По-вашему, это подходящее место, чтобы хранить ценный магический артефакт? — не сдержался Мишка. Он прошел в комнату и остановился у стены, пока Алексей направлялся к шкафу. — А где все необходимые предосторожности, если эта щепка настолько сильна? Здесь даже освещения нормального нет.

— Какие на хрен предосторожности, если у нас тут все свои, — выпалил Егор и тут же скривился, добавляя сквозь зубы: — Были. Мы редко зажигаем тут свет, потому что щепка должна храниться в полной темноте. На неё даже смотреть лишний раз не рекомендуется. Тебе в руки её никто не даст, понял?

— Ты плохо слышал? — с усмешкой спросил Мишка. — Я не подпущу никого из вас к себе и на пушечный выстрел. Не доверяю я вашей семейке. Подозреваю, что вы мечтаете нашинковать меня как капусту этой своей ценной щепкой.

— Как и ты, — прошипел Егор. — Только и думаешь о том, чтобы отомстить мне и Ти…

— Хватит.

Алексей резко обернулся. Его лицо было ещё более бледным, чем обычно, и напоминало гипсовую маску в полумраке комнаты. Сведённые до судорог пальцы напряженно цеплялись за поручни кресла.

— Очевидно, предосторожностей действительно не хватило, — непривычно хриплым голосом произнёс он. — Щепки нет на месте.

Мишка и Егор одновременно шагнули вперёд, почти отталкивая друг друга плечами, но Мишка всё-таки умудрился заглянуть первым. Распахнутый перед ним шкаф выглядел совершенно обычным на первый взгляд. Такой же тёмный внутри, как и снаружи, с единственной широкой полкой, на которой стояла открытая металлическая коробка. Она была абсолютно пуста.

========== Глава 2 ==========

Все собрались в гостиной. Почти в том же составе, что и два дня назад, в то самое памятное для каждого из присутствующих утро. У леших были ошеломленные застывшие лица, при виде на которые у Мишки возникло стойкое ощущение дежа вю.

Алексей быстро рассказал о случившемся, и его слова тут же вызвали различную реакцию. Денис загорелся при упоминании щепки, но сразу же сник, узнав о её пропаже. Дядя Борис обиженно надул щёки, больше переживая из-за того, что его мнением в очередной раз незаслуженно пренебрегли, посвятив в важные семейные тайны человека, чем из-за утраты ценного артефакта. Арина и Зоя обеспокоенно переглядывались, вовлекая в свои гляделки бледного Егора, но даже не пытались что-то сказать. Больше всех эмоций проявил Тим, который пришел в настоящую ярость.

— Что за херня творится в этом доме? — зарычал он, с размаху впечатывая кулак в стену. Было заметно, что и так порядком неуравновешенный в последнее время леший совсем не пытается держать себя в руках.

Мишка на него не смотрел. Он был зол не меньше остальных. Час назад у него наконец появилась надежда покончить со всем и убраться из этого проклятого дома, и вот опять двадцать пять. Куда подевалась чёртова щепка? Было очевидно, что её забрал тот, кто вспомнил о магических свойствах чёрного дуба раньше Алексея, хотя не исключено, что старший братец с самого начала задумал хитроумную двойную игру.

— Ну, кто хочет выступить с чистосердечным признанием? — Цедя слова от еле сдерживаемой неприязни, Мишка окинул семейство леших холодным взглядом. — Утащить семейную ценность мог только тот, кто о ней знал. Точнее, любой из вас.

— Если бы Лёша не додумался использовать щепку, никто из нас о ней бы даже не вспомнил, так что не начинай эту байду! — предсказуемо первым возмутился Егор.

— Гл-у-по под-о-зревать нас во вс-е-х смертных гр-е-хах, — хищно оскалив зубки, поддержала брата Зоя.

— Зачем нам красть свой же артефакт? — задирая нос от собственной важности, выдал ледяным тоном дядя Борис. — Мы не вредим сами себе.

— Неужели? — насмешливо хмыкнул Мишка. — Я так не считаю. Вы же как кучка паразитов, которые готовы сожрать всё вокруг, в том числе и друг друга.

— А ты не думал подбирать слова?

Тим не выдержал. Рванувшись вперёд, он уставился на Мишку сузившимися от гнева глазами.

— Не боишься, что рано или поздно кто-то укоротит твой длинный язык? А, сосед?

— Если ты намекаешь на себя, то могу напомнить на практике, чем заканчиваются все попытки прижать меня к ногтю.

Мишка тоже шагнул вперёд. У него внутри всколыхнулась тёмная радость, сочетавшая в себе злость и предвкушение. Невероятно, но ему вдруг захотелось без раздумий кинуться в драку, чтобы причинить боль, как было пару часов назад во время ссоры с Егором, но только на сей раз использовать не слова, а более действенные средства. До безумия хотелось применить магическую силу и швырнуть лешего об стенку, снова и снова впечатывая кулак в красивое лицо до тех пор, пока не хлынет кровь.

— Что такое, не нравится правда? О том, что вы жадные и безжалостные монстры? Все как один, хотя кое-кто будет покруче остальных. Напомнить, как ты не спешил дать волшебный сок своему собственному брату? Потому что хотел нажраться первым!

Он почти добился. Тим уже был готов кинуться, но, как ни странно, назревающую стычку прервал дядя Борис. Величественно встав и отодвинув стул с противным скрежущим звуком, он пафосно объявил:

— Да, наступили тяжелые времена. Мы потеряли древнюю реликвию и унижаем себя пререканиями с человеком. Я не собираюсь больше принимать в этом участия и ухожу в свою комнату. Зоя, Арина, я настаиваю, чтобы вы пошли со мной.

— С-о-гласна. Я тоже ух-о-жу. Пойду поищу что-ниб-у-дь в Интернете. Может, найду способ изб-а-виться от тараканов в д-о-ме.

Зоя бросила презрительный взгляд сначала на Мишку, а потом на Дениса, наглядно подчеркивая, кого именно она подразумевает под насекомыми-вредителями, после чего направилась к выходу, махнув рукой сестре. Арина не сдвинулась с места.

Алексей проводил родственников долгим взглядом и тяжело вздохнул:

— Такими темпами мы все скоро с ума сойдем. Что ж, я не хотел об этом говорить, но теперь придётся. Возможно, есть и другой способ избавить Михаила от волшебной силы живого сока. Конечно, это может показаться вам диким, учитывая всё, что случилось, и то, как мы относимся друг к другу…

— Что за способ? — нетерпеливо перебил его Дудка.

— Тот же, что и раньше. Выпустить силу. — Голос Алексея стал тише. Казалось, ему нелегко даётся каждое слово. — Только не нанесением ран с целью пустить кровь, а во время ритуала соединения.

Егор и Арина одновременно шумно втянули воздух. Оба уставились на Алексея, который не спешил продолжать. Денис не выдержал и опять полез с расспросами:

— Какого-какого присоединения? А можно поподробнее? Как ты сказал?

— Я сказал — ритуала соединения. Когда-то его называли именно так. Чтобы тебе стало понятнее, скажу, каким словом можно определить это сейчас. Секс.

Лицо Алексея застыло. Он снова замолчал, так же как и все присутствующие. Сейчас в гостиной можно было расслышать даже негромкое поскрипывание ветвей грецкого ореха за окном.

— Чего-чего? — откашлявшись, чтобы скрыть замешательство, первым прервал воцарившуюся неестественную тишину Дудка. Его щеки медленно и верно наливались помидорным цветом. — Знаешь, чувак, это даже не смешно. Я правильно всё понял? Мишка избавится от своей чудо-силы и сможет покинуть ваш гостеприимный домик, только если трах… переспит с кем-нибудь?

— Не с кем-нибудь, а с одним из нас, — по-прежнему бесстрастно произнёс Алексей, хотя было заметно, что его невозмутимость уже на исходе. Егор опять что-то булькнул, Арина нервно вздрогнула и прикрыла лицо ладошкой. Каменное молчание хранили только Тим и Мишка.

— С чёрным лешим, поскольку если второй партнёр будет человеком, ничего не произойдёт. Ритуал соединения подразумевает участие особенных.

— А-а-а… что включает этот ритуал? Какие-то особые требования? Может, нужны специальные артефакты?

Денис пытался преодолеть собственное смущение, сбивчиво и торопливо забрасывая лешего кучей вопросов.

— Никаких требований и артефактов, — покачал головой Алексей. — Нужен только раствор разноцветной цветочной соли, который необходимо выпить обоим партнёрам. Ритуалы соединения часто проводились после свадебных церемоний леших, и их применяли, чтобы супруги могли поделиться магической силой, выказывая таким образом любовь и уважение друг другу. Солевой раствор выполнял роль проводника магии. Один из супругов отдавал, а второй брал предложенную магическую силу. Предупреждая все ваши возможные вопросы, скажу сразу — если один из них не принимал ритуальный раствор, сила просто уходила в никуда. Разумеется, такое использование ритуала было бессмысленным, но тем не менее прецеденты были.

— Ничего себе! Никогда о таком не слышал. Хотя, по правде, искать сведения о брачных игрищах леших мне бы и в голову не пришло. Теперь, само собой, посмотрю всё, что смогу…

Денис моментально осёкся, поймав Мишкин взгляд. Тот наконец пришёл в себя и резко затряс головой, понимая, что ещё секунда — и он начнет крушить ближайшие стены. Да они что тут, все дружно сговорились?

— Вы совсем охренели? — умудряясь каким-то чудом говорить тихо и спокойно, выдавил он. — Если это шутка, то совсем ни смешная.

— Я просто предлагаю возможные варианты, — пожал плечами Алексей. — Ты сам просил найти способ, и после исчезновения щепки это единственное, что приходит мне на ум. Не скажу, что я в восторге, но если отбросить все смущающие моменты, то это вполне может сработать.

— А если нет? — в очередной раз влез непробиваемый Дудка. — Проясним всё сразу, а то я не могу отделаться от мысли, что ты пытаешься нас надуть, уверяя, что чудо-сила исчезнет без следа, вместо того чтобы перескочить на счастливчика из вашей семейки. Уж извини, но я вам нихрена не доверяю.

— Не веришь, поищи информацию сам, — вяло произнёс Алексей. Было очевидно, что нелёгкий разговор его порядком добил. — Проверь всё. Я уверен, ты знаешь, где искать.

— Это да. И можешь не сомневаться, я обязательно…

— Хватит.

Мишка прервал Дениса на полуслове и встал. Он сам не верил, что продолжал сидеть и слушать этот бред так долго. Всё, что происходило, было настолько нелепым и диким, что у него даже не осталось сил на то, чтобы разозлиться.

— Вы сейчас серьёзно? Ну ладно эти отморозки, а ты, Дудка?

Он глянул на друга, у которого хватило совести покраснеть, а потом к собственной беде оглянулся на леших. Алексей уже отключился от происходящего, устало прикрыв веки, зато Тим оставался тут, как и смотрел на него, прожигая тёмными бездонными глазами. Сейчас было невозможно определить, что скрывается в их глубине, изумление или ярость. Мишке больше казалось, что леший просто гипнотизирует его взглядом, и чувствовал, что вполне поддаётся. Он был уже готов вскочить и наконец кинуться в атаку, чтобы ударить, вцепиться в сильные плечи и…

— Пойдём со мной. Пожалуйста.

Он вздрогнул от лёгкого прикосновения и, повернув голову, увидел Арину. Девушка подошла вплотную и осторожно взяла его за руку, показывая кивком в сторону двери. Ее слова и прикосновения были совершенно неожиданны, но Мишка, не задумываясь, позволил себя увести. Он был безумно рад убраться отсюда подальше.

Они пришли в большой зал, расположенный на первом этаже, в задней части дома. Здесь был обустроен настоящий зимний сад, полный цветов, вьющейся зелени и даже деревьев в крупных деревянных кадках. Растений было слишком много, ароматы зелени и цветов создавали душную влажную атмосферу, необычную для любого нормального дома, но только не для логова сверхъестественных существ. Мишка чувствовал себя здесь неуютно. Буйная растительность, родная и близкая для леших, воспринималась им как враждебный живой организм.

Миновав большое изогнутое дерево, сплошь покрытое крупными острыми колючками, он подошел к широкому искусственному водоёму, заполненному не водой, а какой-то странной чёрной смесью, густой и вязкой, как кисель.

— Это называется слезы ведьмы, — тихо проговорила Арина, останавливаясь за его спиной. — Слышал про такое?

Мишка покачал головой. Он молча рассматривал тёмную, неподвижную поверхность водоёма, сам не вполне понимая, что надеется там разглядеть.

— Существует одна старая легенда о юной красавице ведьме, которая была влюблена в юношу из нашего рода. Да, когда-то давно чёрные лешие и ведьмы были очень дружны. Они нередко заключали браки и всегда помогали друг другу. Ведьмы выращивали цветы, обеспечивая леших живым соком, а те в благодарность защищали их от врагов. Счастливый союз юной ведьмы и молодого лешего должен был ещё сильнее укрепить связь между двумя народами, но неожиданно произошла ужасная трагедия. Девушка погибла, и её возлюбленный не смог с этим смириться. Используя магию чёрных леших, он вернул её к жизни, однако заплатил за это слишком высокую цену. Изменившись раз и навсегда, девушка превратилась в странное полудикое существо, не человека и не неча, впервые явив миру особенных хохотушку.

Арина на секунду умолкла. Мишка ждал, невольно заинтересовавшись необычной историей. Он знал, что, создавая хохотушек, лешие зачастую использовали слабых или умирающих существ, чтобы навсегда изменить их таким страшным способом, и до этой минуты был абсолютно уверен, что они проделывают это исключительно ради собственного развлечения, а никак не из стремления помочь. Применить магию, чтобы спасти кого-то, пусть даже такой ужасной ценой? На короткую секунду он вспомнил хохотушку Баркановых и попытался представить, кем было это существо раньше. Возможно ли, что превращение в слабоумное чудовище было её единственным шансом выжить? Как бы то ни было, но само предположение о том, что Баркановы способны испытывать сострадание и желание помочь, выглядело нелепым.

— И что было дальше? — Он поторопил Арину с продолжением, чтобы поскорее прогнать из головы глупые мысли.

— Ничего хорошего. Девушка вернулась к жизни, но, конечно, уже не была прежней. Ты можешь представить, какой она стала. После своего перерождения она больше не узнавала ни возлюбленного, ни своих близких. Юноша не разлюбил её и оставался рядом, но все остальные оказались против. Лешие не поняли и не приняли его поступок, а родня девушки пришла в ужас. Обвинив во всём случившемся чёрных леших, ведьмы поклялись отомстить, и с тех пор началась вражда, которая длится уже несколько столетий. Спустя века озлобленные ведьмы оплакивают своё потерянное дитя и не прощают горькой обиды. Никто не знает, как и откуда появляются эти чёрные озера, почему обычная вода вдруг превращается в чернильную жижу, но это всегда происходит там, где живут чёрные лешие. Как постоянное напоминание об ужасной ошибке одного из нас. И мы называем их слезы ведьмы.

Арина замолчала и медленно провела рукой по густой кромке бархатистых фиалок, высаженных вокруг каменных бортиков водоёма. Нежные головки потянулись за её пальцами, как живые, откликаясь на ласку и магию леших.

Мишка смотрел на неё, и его мысли постепенно уходили в сторону от печальной легенды, которую он только что услышал. Ему пришло в голову, что эта милая девушка вполне может прятать в кармане щепку чёрного дуба, чтобы, улучив нужный момент, ударить в спину. Младшая из семейства Баркановых была его врагом, как и все остальные в этом доме.

— Присматриваешься? Ну и как, я подхожу?

Арина обернулась, и её лицо осветила яркая и неожиданно теплая улыбка.

— К чему?

Он не сразу понял, о чём идёт речь. Дошло только потом, благодаря лукавым искоркам в глазах юной лешачки.

— Нет, конечно, ты ещё совсем мелкая. — Мишка и сам усмехнулся, пряча некстати вспыхнувшее смущение.

— Зря ты так думаешь, — серьёзно возразила девушка. — Мы старее вас, даже по вашим, человеческим меркам.

— Не знаю, как по вашим, а по моим меркам ты настоящая мелочь. И выглядишь соответственно.

— А ты выглядишь очень хорошо. Слишком хорошо для человека.

Арина подошла и лёгким неторопливым движением коснулась его плеча. На её запястье тихо зазвенели разноцветные браслеты.

— Все лешие жуткие собственники. Признаюсь, при других обстоятельствах я обязательно попробовала бы сделать тебя своим, но увы, этому не бывать. Я никогда не соглашусь, даже если произойдёт немыслимое и ты выберешь меня в качестве партнёра для ритуала соединения. Остальные тоже откажутся. И Зоя, и Лёша, и даже Егор, несмотря на все его глупые шутки. Отца, как я понимаю, ты не рассматриваешь.

— Соображаешь, что говоришь? Я вообще никого не рассматриваю. О вашем ритуале не может быть и речи. — Мишка сердито тряхнул головой, не желая признавать, что врёт сам себе. Он прекрасно понимал, что если в ближайшее время они с Дудкой не найдут ничего нового, ему придётся всерьёз задуматься о том единственном варианте, что у них был, отодвинув в сторону все свои эмоции. Начиная поддаваться вновь вспыхнувшей злости, он шагнул в сторону и машинально опёрся спиной о толстый ствол находящегося рядом дерева.

— А знаешь, почему никто из наших не согласится? — Арина скользнула следом, двигаясь с характерной для леших мягкой вкрадчивой грацией. — Конечно, из-за Тима. Мы все знаем о его чувствах к тебе.

— Перестань. — Мишка скривился, чувствуя во рту сладковатый привкус удушливых цветочных ароматов. — Какие ещё чувства? Их нет и в помине. Твой брат превратил меня в раба. По-твоему, из-за великой любви?

— Только чтобы заполучить. Сейчас Тим ужасно злится, потому что не может подчинить тебя. Он знает, что ты можешь разрушить магию дома и уйти навсегда, и никто не будет в силах этому помешать.

— Мне плевать, злится твой братец или нет. Я в любом случае не устраиваю его в качестве равного. Потому что он тот ещё ублюдок.

— А ты глупый мальчишка.

Арина произнесла последние слова ласковым тоном, словно разговаривала с непослушным ребенком.

— Я могу понять твой гнев. Ты считаешь нас монстрами и, разумеется, имеешь на это полное право. Наши народы во многом отличаются друг от друга. Чёрные лешие чувствуют по-другому, не так, как люди. Мы всегда знаем, если одного из нас тянет к кому-то. Тим выбрал тебя, и мы поняли это сразу.

— Полный бред.

Мишка сам не понимал, почему до сих пор остаётся здесь и слушает всю эту чушь. Поддавшись раздражению, он развернулся и хлопнул рукой по гладкому стволу дерева.

— Нет, и ты сам поймешь это рано или поздно, — покачала головой Арина. — Знаешь, у нас с сестрой разные матери. Моя принадлежит к роду чёрных леших, и поэтому я не так сильна, как Зоя, которая наполовину лешая, а наполовину мара, но зато я умею видеть и замечать то, что недоступно ей. Позволь, я приведу тебе самый простой пример. Вот это дерево.

Арина подошла ближе и протянула руку, опуская ладонь над поверхностью ствола. Мишка не понял, что она делает, но уже в следующую секунду отшатнулся от неожиданности, потому что ровная поверхность вдруг вздыбилась острыми колючками.

— Что за хрень?

Он удивлённо осмотрел взбесившееся дерево. Колючки выглядели большими и острыми, и это было по меньшей мере странно, ведь ещё секунду назад их не было и в помине. Хотя, стоп, разве эта куча корявых веток уже не напоминала ощетинившегося дикобраза, когда они только зашли в зал?

— Понял? — довольно улыбнулась девушка. — Всё правильно, колючки появились в тот момент, когда я попыталась его коснуться. Это дерево называется капризница, и оно обладает одним уникальным свойством. Не признавая ни людей, ни нечей, капризница позволяет дотрагиваться до себя только тем, кто уже связан невидимыми узами эмоций и чувств. Теми самыми, которые в большинстве случаев не зависят от наших желаний, но которые не так легко разорвать. Стоит прикоснуться любому другому, и на её стволе появляются острые колючки. Надо ли говорить, что только на одного из нашей семьи она реагирует подобным образом? Ты ведь понимаешь, о ком я?

— Понятия не имею.

Одарив проклятое дерево косым взглядом, Мишка торопливо отошел в сторону. Он надеялся, что Арина угомонится, но она никак не умолкала:

— Само собой, я говорю о Тиме. Мы давно поняли, насколько велико его желание сделать тебя своим. Его сводит с ума то, что сейчас ты намного сильнее его, ведь он уже был уверен, что победил.

— Меня не волнуют извращенные заскоки твоего брата. — Мишка сжал кулаки, сдерживая таким образом противную дрожь в пальцах. — Я не хочу иметь с ним ничего общего. Всё, что мне нужно, — это поскорее убраться из вашего дома и забыть всё как страшный сон.

— Возможно, ты уверен в своих словах, но это пока.

Арина медленно кивнула. Её негромкий голос приобрёл печальные мелодичные нотки:

— Совсем скоро ты поймешь, что ошибаешься.

— Чёрта с два.

Мишка отбросил в сторону крупное соцветие сиреневых лилий, нависшее над его лицом, и почти бегом направился к выходу. Ему нужно было срочно вырваться из этого зелёного царства. Душный аромат цветов и травы хватал его цепкими лапами и проникал прямо под кожу. Растения были повсюду, и они реагировали на него каждый по-разному — окутывали дурманящим запахом, зазывали шелестом еле слышных голосов и подмигиванием ярких лепестков, ласкали руки и плечи прикосновением бархатистых листьев и тонких ветвей. Несколько минут назад он крупно ошибся, полагая, что зелень в этой проклятой комнате воспринимает его исключительно как врага. На самом деле всё обстояло намного хуже. Живая растительность тянулась к нему, не желая отпускать из своих объятий, поскольку считала его своим, близким и родственным существом, таким же, как Арина и остальные. Сверхъестественным монстром без совести и сожалений, одним из чёрных леших.

Мишка сбежал, оставив зимний сад далеко позади. Даже не пытаясь взять себя в руки, он бездумно шел по коридору, собираясь как можно скорее добраться до своей комнаты и отсидеться пару минут в тишине и покое, постаравшись хоть ненадолго прогнать тревогу и страх. Коридор свернул направо, до нужной двери оставалось совсем чуть-чуть, и тут кто-то тяжелый навалился на него сзади, толкнул к стене и набросил на шею крепкую удавку.

========== Глава 3 ==========

От неожиданности Мишка не успел отразить атаку. Нападающий прижал его к стене, удерживая своим телом, и затянул петлю на запрокинутой в железном захвате шее. Сразу же стало невозможно дышать. Перед глазами замелькали разноцветные пятна. Мишка попытался дотянуться до удавки руками, чтобы ослабить давление, но тяжёлая туша сзади отразила все попытки к сопротивлению, сильнее впечатывая его в стену. В глазах потемнело, и он начал проваливаться в бездну.

Поражение было совсем близко, но в последний момент ему помогла внезапная вспышка злости. Да что за хрень?! Он же сильнее всей этой банды в десятки раз! Собрав всю свою силу, Мишка двинул локтем назад, резко дёрнулся и, ослабив захват петли, получил пару спасительных секунд, чтобы развернуться и вскинуть руки. У него было всего мгновенье, но этого хватило. Отшвырнув врага, как футбольный мяч, он сдёрнул верёвку и, давясь хриплым кашлем, поднял голову, чтобы встретить пылающий взгляд знакомых тёмных глаз. Тим. Кто бы сомневался.

Мишка оскалился, почти копируя злобный оскал баркановской хохотушки. Рванувшись вперёд, он нанёс удар в живот, заставив лешего согнуться, дождался, пока тот выпрямится, и ударил ещё раз, желая сквозь пелену ярости увидеть, как враг будет корчиться на полу. Тим упал. Мишка замахнулся ногой, чтобы пнуть его под рёбра, и наконец опомнился. Взяв себя в руки, он отшатнулся к стене, подальше от соблазна. Его трясло, а в горле першило и жгло, словно на кожу кто-то щедро плеснул горячим маслом. Было больно говорить, но это не помешало ему выдавить — пополам с хриплым кашлем:

— Получил, гад? Доволен?

— Ещё нет.

Тим тоже говорил с трудом, видимо из-за полученных ударов. Поморщившись, он прикоснулся к рёбрам, медленно встал и одарил противника нечитаемым взглядом. У его ног валялась верёвка, которая минуту назад чуть не вырубила Мишку и которую он сразу же узнал. Сюрприз оказался неприятным, зато легко объяснял и жжение в шее, и то, что Тим его почти одолел. Этот урод использовал его арсенал. Одну из тех верёвок, которые они с Дудкой смачивали специальным зельем, приготовленным для врагов. Самое страшное, что минуту назад они обожгли его самого.

— Украл верёвки из моей сумки? — прохрипел Мишка, осторожно ощупывая шею и не спуская глаз с лешего. — А я думал, что вы их все уничтожили.

— Не все. Как знали, что ещё понадобятся.

Тим откашлялся. Его глаза нехорошо сверкнули, показывая, что сейчас он будет бить по самому больному.

— А что, тебе не понравилось? Верёвки подействовали, потому что теперь ты такой же, как мы. Вот так подстава, да, сосед?

На секунду Мишку ослепило. Он сжал руки в кулаки и лишь чудом устоял на месте.

— На что ты надеялся? — процедил он. — Убить меня? Или скрутить и трахнуть — как всегда насильно? Думаешь провести ваш дурацкий ритуал и прибрать к рукам силу? Да ни хрена вам не светит!

Тим усмехнулся. Так же пакостно, как и всегда, но помимо насмешки в его взгляде появилась холодная злоба. Она почти рвалась наружу, окутывая чернотой. Мишка понял, что сейчас последует очередной словесный удар, ощутив это ещё до того, как Тим открыл рот.

— Сила — это, конечно, отлично, — облизнув губы, негромко проговорил леший. — Но только сейчас это уже на втором плане. Больше всего я хочу избавиться от тебя. Не представляешь, как сильно. Надо было придушить тебя ещё год назад.

— Ну, так иди и поплачь об утраченных возможностях.

Мишка не сдержался. Шагнув вперёд, он напоследок ударил так, что Тим полетел через коридор и приземлился у противоположной стены, наткнувшись на низкий журнальный столик. Не став оглядываться, парень поспешил убраться подальше. Несмотря на отличный удар, он осознавал, что вряд ли может приписать себе полную победу в нынешней стычке.

Очутившись в своей комнате, Мишка пнул по привычке кровать, а потом рухнул на неё как подкошенный. Сил продолжать борьбу становилось всё меньше и меньше. Он чувствовал даже не усталость, а какую-то внутреннюю апатию. В голове промелькнула вялая мысль о родителях и сестре. Они не созванивались уже… сколько? В логове леших, превратившемся в магическую ловушку, сотовая связь не работала, и можно было не сомневаться, что Лизка, потеряв одновременно и его и Дениса, уже давно забила тревогу.

Потерев шею, Мишка опять ощутил жжение. Неприятное ощущение до сих пор не прошло и напрягало сильнее, чем боль. Можно было отрицать сколько угодно, но он хорошо понимал, что факты вещь упрямая. Его реакция на громкие звуки, пугающая способность улавливать эмоции и намерения леших и, наконец, всё учащающиеся приступы внезапной ярости составляли в совокупности очень неутешительную картину. Он менялся под воздействием золотистого волшебства в своей крови, понемногу превращаясь в чёрного лешего, и от одной только мысли об этом страх гнал холодные мурашки по всему телу.

Дёрнувшись на звук открываемой двери, Мишка увидел протискивающегося в комнату Дудку. Друг выглядел подавленным. С минуту потоптавшись на пороге, он шагнул вперёд и молча положил на кровать маленькую пузатую склянку.

— Что это? — скосив глаз на вещицу, подозрительно спросил Мишка. Он легко поддался раздражению, вспомнив, как совсем недавно Дудка в подробностях выспрашивал у Алексея особенности и правила позорного ритуала соединения. Так старался, что превзошёл сам себя.

— Раствор разноцветной цветочной соли, — потерянным голосом пробубнил Денис. — Ну, та штука, что нужна для ритуала. Алексей дал, сказал, что этот пузырёк последний из его запасов.

— Да ну? Вот спасибо.

Мишка вскинул голову, уставившись на приятеля. Раздражение сменилось сарказмом, после которого сразу же нахлынула горечь. Значит, всё же чёртов ритуал, в котором ему установлена почётная роль разменной монеты с благословения лучшего друга, вознамерившегося преподнести его лешим на блюдечке.

— И кого посоветуешь выбрать? Надеюсь, не полоумную Зою?

— Совсем сдурел? Не надо никого выбирать.

Дудка поднял на него виноватые глаза.

— Я принёс эту хрень, чтобы извиниться. Подумал, что ты сам с радостью выльешь раствор и даже пузырёк разобьёшь на мелкие осколки, чтоб уж наверняка.

— А чего так? — криво усмехнулся Мишка. — Угрызения совести замучили? Совсем недавно ты думал по-другому. Когда допрашивал Алексея.

— Да я же не в серьёз! Увлёкся, потому и спрашивал, сам знаешь, я это могу. Прости, у меня и в мыслях не было подталкивать тебя к такому.

Дудка уселся рядом и глубоко вздохнул. В его голосе слышалось искреннее раскаяние.

— Прости меня, дружище. Ну пожалуйста.

— Ладно, проехали.

Мишка отмахнулся и посмотрел на склянку с раствором. На вид это был простой аптечный пузырёк, но жидкость внутри него переливалась красивым мятно-розовым цветом и совсем не напоминала какую-нибудь обычную микстуру.

— И что с этим нужно делать? Просто выпить и вперёд?

— В смысле? Зачем пить?

На щеках Дениса вспыхнули пятнышки румянца.

— Эй, не пугай меня. Ты же не собираешься…

— Само собой, не собираюсь, — Мишка скривился. — Я просто спрашиваю. Так что, это может сработать? Сила уйдёт?

— Должна по идее, — Дудка осторожно кивнул. — Я немного порылся в Интернете. Не сказать, что там полно информации на нужную тему, но я ведь знаю, где искать. Старший братец не соврал: ритуал соединения задумывался для леших-молодожёнов. Что-то типа брачных клятв супругов, любовь, верность и дальше по теме. Тот везунчик, у кого было больше волшебной силы, делился со своей половинкой, и все были довольны и счастливы. Цветочная соль выполняла роль проводника, одновременно и освобождая, и принимая магию. Выпьют оба — и сила перейдёт от одного другому, выпьет один — и всё пропадёт даром. Понятно, что второй вариант не особо применялся, пользы-то никакой, но если было нужно избавиться от излишков магии… В общем, я перечитал всё, что нашёл, и проверил всё несколько раз. Похоже, это может сработать, но в любом случае это не наш вариант. Потому что мерзость. Перепихнуться с кем-нибудь из леших, ещё чего не хватало.

Потихоньку оживая, Дудка уже не выглядел таким виноватым. Он скорчил гримасу и протянул руку к пузырьку с раствором.

— Если тебе влом, давай я сам спущу эту дрянь в унитаз?

— Не гони коней.

Мишка успел первым и перехватил склянку. На лице друга появилось недоуменное выражение. Он уже открыл рот, чтобы начать расспросы, но в этот момент в комнату без стука зашла Арина.

— У ваших друзей серьёзные проблемы, — быстро сказала она.

Состояние Тани и Ивана действительно оставляло желать лучшего. У обоих повысилась температура, и они впали в какое-то сонное оцепенение, практически не реагируя на слова и прикосновения.

— Я почувствовала их боль и пришла посмотреть, — покачав головой, заметила Арина. Вместе с Денисом и Мишкой они находились в комнате Тани и стояли у её кровати. — Они слишком быстро теряют жизненные силы, и это не нормально.

— Паразиты же выпали, — нервно взлохматил волосы Дудка. — Так в чём тогда дело? Почему они слабеют?

— Я думаю, из-за этого.

Арина показала на окно, сплошь затянутое плотными ветками, которые даже не думали исчезать независимо от того, подходил кто-нибудь ближе или нет. В спальне Скачкова наблюдалась та же картина.

— Мне кажется, они нуждаются в подпитке. Охраняя дом, заросли вынуждены добывать себе живую энергию. Судя по всему, они забирают её у самых слабых.

— Ванька с Таней так и не оправились после воздействия паразитов, — кивнул Мишка. Он уже понял, что происходит. Чёртов дом потихоньку жрал своих пленников.

— Ну, ё-моё, — расстроенно протянул Дудка и, обернувшись, глянул на Арину. — Час от часу не легче. А нельзя эти ветки как-нибудь утихомирить?

— Такое происходит впервые на моей памяти, — пожала плечами девушка. — Всё, что я могу, — это сварить настойку из трав, которая поддержит силы ваших друзей.

— Вот спасибо огромнейшее, не возражаешь, если я помогу? — В голосе Дудки прозвучали подозрительные нотки, и Арина понимающе усмехнулась.

— Не беспокойся, я не собираюсь никому вредить. Сам убедишься, мне и впрямь не помешают лишние руки.

Мишка не стал набиваться с помощью. Он смотрел на проклятые ветки, напоминавшие щупальца огромных чудовищ, жадных до человеческого тепла, и хорошо понимал, что будет дальше. Дом не собирался никого выпускать. Не совладав с ним, он взялся за Скачкова и Таню, которые идеально подходили в качестве первых жертв. Потом наверняка последует очередь Дениса, и, судя по всему, ждать этого осталось совсем недолго.

— Я приготовлю настойку, но, если честно, это мало поможет, — словно читая его мысли, негромко сказала Арина. — Боюсь, в таких условиях они не протянут больше суток.

Она вышла из комнаты, сопровождаемая Дудкой. Мишка не стал их догонять. Выйдя в коридор, он сделал несколько шагов, прежде чем ноги налились свинцовой тяжестью, вынуждая его остановиться. Простояв пару минут, он глубоко вдохнул, потом выдохнул, заставил себя нащупать в кармане пузырёк с соляным раствором и после этого содрогнулся всем телом. Времени больше не было. Да и выбора тоже.

Следующая остановка состоялась уже у порога спальни Тима. Мишке понадобилось несколько минут, чтобы окончательно собраться и взять себя в руки. Стараясь накопить нужные эмоции, среди которых доминировали злость и желание отомстить, он вспомнил о том, как леший пытался придушить его в коридоре, и это помогло лучше всего. Толкнув дверь, он зашёл в комнату.

Тим был здесь. Он стоял у окна с какой-то большой старой книгой в руках, и увлечённо её листал. На широкой кровати были разложены интересные вещи. Моток верёвки из Мишкиных запасов, ещё парочка старинных книг и несколько тонких длинных кинжалов, которые выглядели опасными и пугающе острыми даже издалека. По всему было видно, что хозяин комнаты готовится к очередной атаке и даже не думает этого скрывать.

— О, надо же, сам пожаловал. — Тим обернулся на скрип открываемой двери и поприветствовал гостя нехорошей улыбкой. — Что, хочешь продолжения?

— Угадал.

Мишка шагнул вперёд, старательно накручивая злость. Он не был в этой комнате с того злополучного утра, когда стал обладателем магии леших, но отлично помнил всё, что здесь происходило. Как леший творил с ним то, что хотел. Нагло пользовался тем, что он находился под действием ростков-паразитов, и заставлял выполнять все свои приказы. А приказывал Тим много чего…

Злость росла как на дрожжах. Глянув на арсенал на кровати, Мишка почувствовал жгучее желание ответить в том же духе, и недолго думая стянул с себя рубашку. Бросив её на кресло, он вытащил пузырёк с раствором цветочной соли и злорадно глянул на лешего.

— Ну, чего стал столбом? Твоя очередь.

Это того стоило. Хотя бы ради уникальных секунд, в течение которых менялось выражение лица Тима. Леший впал в ступор. Он просто стоял и ошеломлённо смотрел на него, позабыв про книгу в руках.

— Что, совсем очумел от счастья? — даже не пытаясь подавить волну тёмной мстительной радости, протянул Мишка. — Раздевайся. Проверим на практике теорию вашего прославленного ритуала соединения.

— Что? — подозрительно тихим голосом спросил Тим. Тёмные глаза сузились и полыхнули чёрными искорками. — Ты сейчас неудачно пошутил?

— Я абсолютно серьёзен, — заверил Мишка. Опёршись о стену, он принялся стаскивать носки. Это было не обязательно, но слишком уж нравилось наблюдать за лешим. Тот по-прежнему стоял столбом и, по-видимому, собирался с мыслями. — А может, тебе помочь? Так и знал, что всё придётся делать самому. Нет, ну насчёт того, чтобы отыметь тебя, это понятно. Но не думал, что придётся ещё и вытаскивать твою задницу из каких-то вонючих тряпок.

Это подействовало. Тим среагировал молниеносно, кинувшись как змея в броске. Останься Мишка прежним, и у него не было бы ни единого шанса. Леший просто смял бы его в лепёшку, однако сейчас всё было по-другому. Мишка видел и успевал. Он бросил пузырёк на кровать, легко увернулся от захвата и, уклонившись в сторону, перехватил руку Тима. Оставалось только дёрнуть и толкнуть. Секунда — и противник впечатан лицом в стену. Нехилый удар выбил воздух из его лёгких и отобрал пару мгновений на то, чтобы прийти в себя.

— Ну, малыш, ты доиграешься рано или поздно, — с ненавистью прошипел леший. — Я ведь всё равно не успокоюсь, пока не доберусь до тебя.

— Попробуешь прямо сейчас?

Мишка сильнее сжал его руку. Тим дёрнулся, но не издал ни звука.

— Пока что именно я добрался до вашей семейки и могу устанавливать любые правила. Больше всего я хочу свалить из этого логова, потому что вы мне уже осточертели. И если для этого мне придётся тебя трахнуть, поверь, я это сделаю.

Немного ослабив хватку, он позволил мужчине развернуться.

— С чего ты решил, что я позволю тебе быть сверху? — процедил Тим.

— С того, что у тебя нет вариантов. Я намного сильнее. Могу даже нагнуть тебя прямо тут, у стены.

Мишка оставался начеку и вовремя поймал опять взбрыкнувшего лешего. На этот раз он не стал впечатывать его в стену, а лишь толкнул в сторону кровати. Тим не упал. Опершись ладонями о покрывало, он быстро перекатился на край, удачно избегая острых лезвий собственного оружейного склада. Не пытаясь убегать или хвататься за кинжалы, леший спокойно сел и поднял голову, блеснув на Мишку тёмным выразительным взглядом.

— А не слишком ли много ты на себя берёшь? — по-прежнему негромким голосом спросил он. — Хоть понимаешь, что творишь?

— В смысле превращаюсь в одного из вас? — Мишка кивнул и шагнул вперёд, приближаясь к кровати. — Хорошо понимаю. Именно поэтому и хочу всё поскорее остановить и послать к чертям вашу драгоценную силу.

— Выбраться из дома — это одно, но отказаться от силы, когда ты уже попробовал…

Леший растянул губы в насмешливой улыбке.

— Знаешь, в это слабо верится.

— Мне плевать, веришь ты или нет. Я всё ещё человек и планирую им оставаться. К чему вообще лишние разговоры? Ты мне зубы заговариваешь?

— А тебе не терпится начать?

Усмешка Тима стала ещё шире.

— Не думал, что у меня получится всё переиграть? — вкрадчиво спросил он, кивая на пузырёк с солевым раствором. — Где гарантия, что я уже не выпил такой же коктейль парой минут раньше? Раз — и вся сила достанется мне. Хоть представляешь, что я тогда с тобой сделаю?

— Ни фига ты не пил. Тебе и в голову не могло прийти, что я соглашусь. — Мишка пожал плечами. На секунду у него промелькнула короткая и пугающая мысль, что он действительно не представляет, на что подписывается. Быстро затолкав её подальше, он потянулся к лешему, сам не до конца понимая, что будет делать, однако Тим перехватил его руку.

— Значит, так, — всё тем же раздражающе мягким голосом проговорил он. — Допустим, что я согласен, и даже допустим, что это происходит по взаимному согласию. Я, конечно, понимаю, что тебе свербит отыграться по полной, но спешить мы не будем. Хотя бы поначалу.

— Отыграться? — скрипнул зубами Мишка. — Я же не ты. Не садист и не извращенец.

— Не припомню, чтобы заставлял тебя скулить от боли.

Леший предупреждающе сжал пальцы, заставляя Мишку поморщиться и вырвать руку из крепкой хватки.

— Всё было как раз наоборот. Со мной ты получал удовольствие. Мне, я так понимаю, не на что рассчитывать.

Мишка нахмурился, но промолчал. Он понимал, что его провоцируют.

— Ты же ни черта не умеешь. Я был первым, так? У тебя хоть девчонка была? Кажется, я припоминаю пару засосов на твоей милой шейке.

На лице лешего расползалась противная ухмылка. Конечно, это была провокация, но Мишка уже не мог прогнать воспоминания. Отнюдь не о сексе с Дашей, хоть это и был приятный опыт. Вопреки всему в его памяти всплыли те несколько ночей с Тимом. Секс с ним был насилием, но он был… неплох и даже больше. Всякий раз злость и стыд перекрывались удовольствием, которое выворачивало каждый нерв в его теле. И да, чёртов леший старался не причинять лишней боли.

— Что, правда не радует?

Тим не сводил взгляда с Мишкиного лица и прекрасно понимал все его эмоции, мерзавец. Неторопливо встав, он стянул майку, даже не думая смущаться. Гладкая широкая грудь переходила в стройную талию и подтянутый живот с соблазнительными кубиками пресса. Ему было нечего стесняться.

— Сиди здесь и жди, — так, словно последнее слово по-прежнему принадлежало ему, скомандовал леший. — Я в душ.

— Это не обязательно, — пожал плечами Мишка.

— Не смеши. Когда ты стал поросёнком? Я предпочитаю быть чистым.

Тим фыркнул и направился в ванную. Мишка пару минут простоял у кровати, стараясь не поддаваться соблазнительной мысли по-быстрому смыться из комнаты. А что, леший ведь не кинется искать — наоборот, будет рад. Отогнав трусливые мысли, он смахнул книги на пол и на всякий случай убрал подальше кинжалы. Всё-таки Тим собирался его убить? Похоже на то. Внезапно вспыхнувшее странное чувство подозрительно напоминало обиду, и Мишка криво усмехнулся. Подцепив пузырёк, он одним махом проглотил разноцветную смесь, оказавшуюся вопреки своему названию чуть сладковатой на вкус. Что ж, полдела сделано, теперь оставалось только раздеться. Медленно стянув с себя джинсы, он замер, вцепившись пальцами в резинку трусов. Неужели всё это происходит на самом деле?!

Дверь ванной негромко хлопнула, пропуская в комнату лешего в одном полотенце на бёдрах. Шагнув вперёд, он окинул Мишку быстрым и чуть удивлённым взглядом, словно не ожидал застать его на месте и тоже сомневался в реальности происходящего. Скривив губы в короткой гримасе, мужчина направился к кровати и с удобством растянулся на мягком покрывале.

— Ну, давай, — бархатным голосом сказал он. — Отыгрывайся.

— Сказал же, что не буду, — с вновь вспыхнувшим раздражением выпалил Мишка. — Я делаю то, что должен. Мне не нужна ваша сила, и я не собираюсь оставаться здесь и превращаться в одного из вас. Блин, да это худшее, что можно себе представить! Ты и твои родственнички уже сидите у меня в печёнках, а от того, что мне сейчас предстоит, вообще с души воротит! Так что не придумывай, что мне всё это в кайф.

— Хочешь сказать, у тебя на меня не встанет?

В глазах лешего промелькнула внезапная ярость.

— Могу оказать услугу по старой дружбе. Вперёд, падай на живот — и я всё сделаю. Поверь, у меня получится.

— Нет. Даже не рассчитывай.

Мишка забрался на кровать и быстро, чтобы не передумать, положил руку Тиму на плечо. Коснувшись гладкой кожи, он провёл ладонью вниз, нащупал комочек соска и сжал его между пальцами. Леший затаил на секунду дыхание, реагируя на прикосновение, и Мишка замер, изо всех сил удерживая с трудом накопленную решимость. Он боялся, что может поддаться смущению, и потому старался не смотреть Тиму в глаза. Несмотря на то что леший подчинялся, он был опасен. Всем, в том числе и своими коварными ухмылками.

Забывшись и на миг подняв взгляд, парень чуть не подавился воздухом, обнаружив полное подтверждение своих догадок. Так и есть, этот гад насмешливо скалился! Несмотря на незавидное положение, он по-прежнему чувствовал себя на высоте. Адреналин ударил в голову, подталкивая к действиям, и Мишка резко выпрямился. Ну всё, сейчас он просто возьмёт и трахнет зарвавшегося придурка без всякой подготовки, чтобы знал…

Протянув руку и планируя схватиться за крепкое плечо, он опоздал всего на секунду. Тим оказался быстрее. Развернувшись как пружина, он обхватил его за затылок, дёрнул к себе и укусил за губу, отчего Мишку обожгло болью. Он вздрогнул, и леший отпустил, но не сразу. Сначала он заявил, уставившись парню в глаза:

— Это тебе за то, что собираешься нагнуть меня с такой отмороженной наглостью.

Мишка не отвёл взгляда. По какой-то необъяснимой причине он не испытал желания причинить боль в ответ. Коснувшись места укуса языком, он понял, что ранка совсем небольшая. Леший мог нанести удар и посильнее.

Глаза Тима полыхнули. Он не смог устоять, наблюдая, как Мишка облизывает губу, опять притянул его к себе и начал целовать, аккуратно и почти бережно зализывая ранку. Это было приятно. Свободной рукой леший обнимал его за спину, выписывая медленные узоры на коже, и Мишка начал ощущать лёгкую согревающую дрожь, зарождающуюся где-то в глубине его тела. Испугавшись, что забудется и обнимет в ответ, он отстранился, оттолкнул руку Тима и скомандовал хриплым голосом:

— Хватит. Давай на живот.

В тёмных глазах уже бушевало настоящее пламя, однако леший молча подчинился. Отбросив полотенце, он лёг на живот, демонстрируя подтянутые ягодицы, переходящие в сильные и в то же время изящные бёдра. У него было красивое тело. Мишка почувствовал, как его щёки полыхнули жаром. Он никогда не думал, что будет любоваться мужской задницей, но прямо сейчас крепкие упругие половинки притягивали взгляд. Опустив руки на поясницу Тима, он повёл ладони вниз и, когда коснулся ягодиц, слегка развёл их в стороны. Колечко ануса было небольшим, слегка растянутым и влажно проблескивало. Беспощадный жар повторно окатил щёки Мишки, распространяясь даже на плечи и грудь. Выходит, леший успел подготовиться, пока находился в ванной? И сам засовывал в себя пальцы? В голове услужливым хороводом промелькнули издёвки Тима по поводу того, что он, Мишка, ничего не умеет и представляет из себя полный ноль в области секса. Похоже, леший решил перестраховаться и хотя бы избавить себя от неприятных ощущений.

— Ты там заснул, что ли?

Насмешливый голос Тима прервал хаотично скачущие мысли. Даже в такой позе он не мог успокоиться и продолжал издеваться, гад.

— Заткнись, — процедил Мишка. Скользнув пальцами по расщелине между ягодиц, он коснулся ануса. Отверстие было влажным и немного скользким от смазки — леший действительно готовился. Осторожно просунув палец, парень еле подавил равный вдох. Внутри было горячо и упоительно узко. Упругие стенки плотно обхватывали палец, и его собственное тело прошила дрожь. Ощущения были на грани, слишком необычные, но охрененно приятные. А что будет, когда он заменит палец членом?

Мишке хватило нескольких мгновений, чтобы все сомнения вкупе с нерешительностью и стыдом начали таять как дым. Ему было уже не до самокопательств. Не исключено, что он ненормальный извращенец, пусть. Сейчас ему до безумия хотелось войти в горячее тело и начать двигаться в жаркой тесноте. Он добавил второй палец, и бёдра Тима дёрнулись, хоть сам он не издал и звука. У лешего был отличный самоконтроль.

Решив немного притормозить, Мишка начал осторожно растягивать стенки прохода. Он старался не спешить. Судя по всему, Тим давно не был снизу, если вообще был, и это следовало учитывать. Несмотря на вопиющую наглость и почти легендарное коварство врага, Мишка просто не мог намеренно причинить ему боль таким способом и в таком уязвимом месте.

Его пальцы уже были скользкими от смазки и свободно входили в растянутое тело, сразу три. Поначалу парня бесила каменная неподвижность партнёра, но всё его раздражение быстро прошло, стоило нащупать небольшой бугорок внутри тугого прохода. Несколько неторопливых ласк — и выдержка Тима дала трещину. Его тело содрогнулось, с губ сорвался глухой звук. Сообразив, что нашёл нужное место, Мишка стал бессовестно этим пользоваться, настойчиво массируя чувствительную железу, с удовлетворением отмечая судорожную дрожь, капельки пота на выгнутой спине и сдавленные ругательства лешего.

В какую-то минуту он понял, что больше не может ждать. Его собственное тело было давно готово. Член стоял и блестел от смазки. Без раздумий отметая все обречённые мысли о собственной извращённости, Мишка вытащил пальцы, взгромоздился сверху и вошёл в подготовленное растянутое отверстие.

Невероятные ощущения нахлынули яркой волной. Упругие стенки сжимали его член, и было до одури приятно двигаться в узком пульсирующем проходе. Сначала он пытался хоть как-то сдерживаться, но очень скоро все благородные мысли начисто выветрились из головы, оставив только перекрывающее всё желание вбиваться до упора, снова и снова подчиняя себе вздрагивающее тело.

Его руки сомкнулись на животе Тима. Тот не сопротивлялся, когда Мишка потянул его вперёд, заставляя встать на колени и локти, и больше не пытался замереть каменным изваянием. Податливое горячее тело тоже откликалось на происходящее, двигаясь в едином ритме с раскачивающими его толчками. На грани накатывающего удовольствия Мишка опустил руку вниз, чтобы добраться до твёрдого подрагивающего члена мужчины. Сжав влажный ствол, он погладил истекающую головку и, уже срываясь в пропасть наслаждения, почувствовал горячее и мокрое тепло на своей ладони.

Оба приходили в себя несколько долгих минут. Начав соображать, Мишка скатился на кровать. У него подрагивали колени после оргазма. Заметив краем глаза слабый непонятный отблеск, он покосился на свои ладони, потом глянул ещё и, чтобы уж наверняка, вскинул руку. Золотистый свет просачивался сквозь кожу знакомым сиянием волшебного проклятия, которое даже не подумало исчезнуть. Сдавленно застонав, Мишка уронил голову на подушку. Всё было зря. Чёртова сила никуда не делась. Он всё ещё был под завязку наполнен сверхъестественным допингом и оставался почётным узником дьявольского особняка.

Тим заметил реакцию парня и, наглядно демонстрируя значение фразы «как с гуся вода», выпрямился и удобно устроился на кровати, совершенно не стесняясь влажных потёков на своих бёдрах.

— Ни хрена не вышло, я так понимаю? — спокойно спросил он.

— Да.

Мишка не собирался комментировать происходящее. Всё, что он хотел, — это убраться подальше и корить себя где угодно, но только не здесь. Повернувшись, чтобы соскользнуть с кровати, он повис на крепкой руке, быстро и ловко обхватившей его за талию. Тим вернул его на постель и навис сверху. Он по-прежнему двигался с молниеносностью гадюки, несмотря на наверняка ноющую задницу.

— Не спеши.

В глазах мужчины уже не было угрозы и злости, но обволакивающий жар его голоса внушал серьёзные опасения.

— А вдруг это не сразу работает? Всё равно мы зашли дальше некуда. Может, попробуем ещё раз?

— Ещё раз? Совсем охренел?

Это было почти смешно. Мишка подумал, что ни за что не купится на такую глупую уловку, но чёртов леший словно гипнотизировал его своим вкрадчивым голосом.

— Просто дай пару минут. Не понравится, ты же в любую минуту можешь размазать меня об стенку.

Тим начал медленно поглаживать его плечи и грудь, мягко лаская соски. Мишка понимал, что должен оттолкнуть его, но отчего-то медлил. Возможно, окончательно растерял мозги после оргазма и очередного поражения. Несколько минут назад он был выжат как лимон, но тело потихоньку оживало под нежными прикосновениями, наливалось теплом и просило продолжения. Соски напряглись и затвердели. Какого хрена они такие чувствительные? Он заворчал под жадными ладонями Тима и попытался освободиться и сесть, однако леший тут же обвился вокруг него, чёртов змей. Одной рукой он прижимал парня к себе, надёжно удерживая за талию, а второй продолжал пощипывать и ласкать маленькие торчащие комочки.

— Ну, не вредничай, — жарко зашептал Тим. — Всё же хорошо, я чувствую, что тебе нравится. Давай пока оставим все наши тёрки? Хоть ненадолго.

Мишка слабо хмыкнул. Его уже потряхивало, но он успел перехватить коварную ладонь, которая оставила в покое грудь и скользнула ниже.

— Не получится, не надейся. Мы готовы друг другу горло перегрызть.

— Знаю. Прошлого не изменить, но я предлагаю коротенькое перемирие.

Горячий шёпот лешего отдавался во всём теле. В конце концов, он применил запрещённый приём — обратился по имени, позвав убаюкивающе тихо, словно они были влюблёнными, а не врагами:

— Мишка, не отталкивай. Просто не сопротивляйся мне, ладно? Ну же, давай, отпусти себя на пару минут, медвежонок.

Последнее слово доконало. Почувствовав, что победил, Тим не стал спешить. Опасаясь перегнуть палку, он делал всё медленно и нежно. Поглаживая живот парня, он постепенно спускался ниже и дразнил лёгкими короткими прикосновениями твердеющий член. Его неторопливые ласки доводили до исступления. Мишка плавился, закрывая и тут же распахивая глаза, цеплялся за крепкие плечи и горел от желания получить всё и сразу. Ощутив осторожное проникновение мокрых пальцев, он даже не подумал сопротивляться и вместо этого инстинктивно вжал лешего в себя, обхватывая гладкую спину руками. Тим дрогнул и, подхватив Мишку под разведённые колени, плавно вошёл в расслабленное тело. Сладкая дрожь сразу обхватила обоих. После недавней разрядки они могли позволить себе не спешить и наслаждаться каждой секундой, покачиваясь на волнах совместного удовольствия. Один с упоением толкался в жаркое податливое нутро, а второй встречал желанные толчки встречными движениями бёдер и сладкой истомой глубоко внутри, где влажная твёрдая плоть раз за разом задевала распалённую чувствительную железу.

Мишка кончил первым, а Тим последовал за ним и обессиленно рухнул сверху, уткнувшись лицом в шею. Его тяжёлое, мокрое тело не вызывало отвращения. Некоторое время они просто лежали, а потом леший вдруг перекатился на спину, увлекая Мишку за собой. Их руки и ноги были переплетены и почти склеены потом и спермой. Мишка поднял голову, и их взгляды встретились, отражая то, что чувствовали оба. Куда-то пропали злость и желание отомстить, и они просто смотрели друг на друга с немым вопросом, одинаковым для обоих. Судьбе вздумалось свести их как злейших врагов, тогда зачем все эти эмоции и постоянная потребность задеть и привлечь внимание друг друга, чтобы, в конце концов, оказаться рядом? Откуда это безумное притяжение, которому невозможно противиться?! Тим потянулся вперёд, намереваясь поцеловать, Мишка даже не подумал отворачиваться, и их губы почти встретились.

В следующую секунду в комнате померк свет. Длинная размытая тень промелькнула от двери, и Мишка успел разглядеть, как что-то длинное и чёрное, корявое, как коготь ведьмы, опускается на его грудь, готовясь вонзиться в размякшее тело. Тим одним рывком отшвырнул его в сторону, принимая удар на себя, и спустя мгновение упал сверху тяжёлой копной. А потом на Мишкину грудь полилась тёмная и густая кровь.

========== Глава 4 ==========

Иногда одна-две секунды могут длиться целую вечность. Для Мишки так и было. Тим рухнул на него тяжёлым грузом, и его неподвижность вместе с одуряющим запахом крови пугали до чертиков.

Сердце глухо стукнуло где-то в Мишкином горле. Его первым порывом было вскочить, но он смог сдержаться и вместо этого осторожно перевернул лешего. Рана была в груди, не слишком далеко от сердца и даже на вид казалась глубокой и страшной. Не отыскав глазами оружия, которым её нанесли, Мишка бросил беглый взгляд на лицо мужчины. Тим был невероятно бледным и еле дышал.

Понимая, что должен найти нападавшего, парень заставил себя отвернуться и начал осматривать комнату. Долго искать не пришлось. Враг не стал убегать с места преступления и всё ещё находился в спальне. В дальнем углу, поджимая к груди кривые колени, корчилась баркановская хохотушка. Ежась и вздрагивая, она отворачивала лицо к стене и издавала странные звуки, напоминающие скулёж больной собаки вместо своего обычного бессмысленного хихиканья. В правой руке, неумело пряча её под складками бесформенных лохмотьев, хохотушка держала что-то длинное и чёрное, больше всего смахивающее на коготь какого-то сказочного чудовища. Судя по всему, она не собиралась нападать в ближайшие секунды, и Мишка опять повернулся к лешему. Даже при его скудных медицинских познаниях было очевидно, что прежде всего следовало остановить кровь. Быстро подцепив простыню, отброшенную к краю кровати, он скатал её в комок и прижал к ране, стараясь не слишком давить.

Тим открыл глаза, и с его губ сразу же сорвался глухой стон. Бледное лицо исказила гримаса боли.

— Чёрт, — не сдержался Мишка, сам понимая, что его голос звучит до отвращения беспомощно. — Ты как?

— В порядке, — сцепив зубы, чтобы не застонать, пробормотал леший. Было похоже, что он вот-вот отключится, но вместо этого Тим отколол номер похлеще и, резко приподнявшись, попытался сесть и одновременно перетянуть простыню в свои руки.

— Совсем тронулся?

Мишка попробовал вернуть его на место, одновременно решая, что делать. Следовало бежать за помощью, но разве можно было оставить слабого и раненого лешего наедине с взбесившейся хохотушкой? Может, для начала самому скрутить негодную тварь в бублик и после этого со спокойной душой притащить в комнату Алексея и остальных?

Леший всё-таки забрал простыню и сам держал её, плотно прижимая к ране. Мишка решился. Скатившись с кровати, он сделал шаг в сторону хохотушки, почти желая, чтобы она опять попыталась напасть или оказала сопротивление, однако его остановил резкий окрик Тима.

— Не подходи к ней! — сбиваясь на глухой хрип, предупредил леший. — И не вздумай нападать. У неё щепка чёрного дуба.

— А?

Мишка ещё раз глянул на хохотушку, наконец понимая, что она держит в руке. Корявый коготь оказался священной реликвией. Вот она, легендарная щепка, украденная из-под самого носа нерасторопных хозяев. И вор тут как тут собственной персоной.

— Почему нельзя нападать? Вашу красавицу надо обезвредить, прежде чем тащить сюда остальных. И желательно поспешить. Ты вроде живой пока, но мало ли что…

Прыгая на одной ноге, Мишка торопливо натягивал на себя джинсы. Озарение настигло его всего минуту назад — нельзя бежать за подмогой, светя голым задом.

— Не подходи, я сказал. Это может быть опасно. Даже для тебя.

Тим говорил с перерывами, глотая воздух. Ему было больно, но он боролся с раной и сам с собой, не собираясь просто лечь и тихо страдать. Собравшись с силами, мужчина медленно встал, отбросил окровавленную простыню, меняя её на полотенце, которое обернул вокруг бёдер, и сделал несколько осторожных шагов вперёд.

— Что ты творишь, придурок?

Прекратив изумлённо таращиться, Мишка перехватил покачнувшегося лешего уже на полпути между кроватью и широким мягким креслом, стоявшим у двери. Подставляя своё плечо, он еле сдержал кривую усмешку. Да, похоже, судьба неплохо развлекается за их счёт, заставляя помогать друг другу, особенно после того, как один спас второго от опасного удара ценой собственной шкуры.

Тим почти рухнул в кресло, сразу же разворачиваясь так, чтобы наблюдать за хохотушкой. С этого места ему было прекрасно видно большую часть комнаты.

— Позови Алексея и Егора, — скомандовал он. — Я покараулю. Её нельзя оставлять одну.

— Да она тебя тут добьёт…

Мишка собирался поспорить, но замер, посмотрев на рану мужчины. Это было невероятно. Подсохшая кровь оставалась и порядком портила картину, но рваные края каким-то чудодейственным образом уже сошлись вместе и превратились в толстый некрасивый рубец, отсвечивающий тревожным чёрно-синим оттенком.

— Что за фигня с твоей раной? — выпалил он. — Ты в курсе, что она затянулась?

— А ты в курсе, что я просил тебя позвать остальных? — раздражено отмахнулся Тим.

Он был прав, и Мишка заставил себя отвести взгляд и начать действовать. Решив далеко не идти, он бочком протиснулся к двери, не забывая поглядывать в сторону хохотушки. Едва переступив порог и стоя одной ногой в коридоре, он громко заорал, совершенно не переживая о том, как это будет выглядеть со стороны:

— Эй, все сюда! Быстро! Нужна помощь!

Уже после первых слов у него запершило в горле, возвращая не самые приятные ощущения от ожога верёвкой. Не став дожидаться результата, Мишка вернулся в комнату. Тим оценил его дикий ор недовольной гримасой, хохотушка заворочалась в своём углу, а спустя минуту в коридоре послышался топот, и в комнату ворвался Егор.

— Что такое? Чего вопишь как резаный?

Вместо того чтобы заметить хохотушку и украденную щепку, он уставился сначала на полуобнажённого Тима, потом на голую Мишкину грудь, благополучно пропуская и кровь, и зловещую синеву на теле брата. На его губах начала расползаться широкая недоверчивая ухмылка.

— Да ладно? Вы это сделали? И как результат…

Рассмотрев, наконец, неестественную бледность Тима и кровь на его коже, он осёкся на полуслове.

Следом за Егором в комнату вбежала Арина. За ней по пятам нёсся Дудка.

— Что случилось? Где пожар? — выпалил он, вопросительно глядя на Мишку, пока девушка, не став ничего спрашивать, сразу же бросилась к брату.

— Тим! Какой ужас!

— Что тут происходит?

Последняя фраза принадлежала Алексею. Его кресло направляла Зоя, и они столкнулись на пороге с дядей Борисом, норовившим первым попасть в комнату и перекрывшим движение остальным. После появления последнего представителя семейства Баркановых Мишка подумал, что вполне заслуженно может гордиться силой своих голосовых связок. Его крик мог созвать даже соседей, если бы они тут были. Впервые на его памяти чувствительность леших к громким звукам хоть немного пошла на пользу делу.

— На нас напала хохотушка, и Тим ранен. — Он быстро и коротко объяснил присутствующим суть проблемы. — И, как я понимаю, вашей драгоценной щепкой.

— Вот блин!

Егор встревоженно глянул на брата, над которым уже склонились Алексей и Арина, и, секунду подумав, шагнул к хохотушке, остановившись в двух шагах от неё и, по-видимому, решив стать в караул.

— Почему вы оба в таком виде? — недовольно поджав губы, поинтересовался дядя Борис, покосившись сначала на племянника, а потом на Мишку. Парень только фыркнул, не собираясь отвечать. Нашёл самый важный вопрос, блин.

— Не м-о-жет быть, — продолжила интересующую всех тему Зоя. Её глаза расширились от изумления. — Ритуал со-е-динен-и-я? И как, пом-о-гло?

Не удостоив и её ответом, Мишка обошёл застывшего на месте Дудку, у которого медленно округлялись глаза, и подошёл к креслу. Арина и Алексей что-то негромко обсуждали, и он хотел это услышать.

— Даже внешне не похоже на обычное ранение, тут сразу заметны следы сильного колдовства. — Алексей осторожно коснулся синюшной кожи на груди Тима. — Судя по всему, щепка не задела внутренних органов, хоть и проникла глубоко в тело.

— Но если рана затянулась — это же хорошо? — с надеждой спросила Арина, однако старший брат сокрушённо покачал головой.

— К сожалению, наоборот. Она затянулась только для того, чтобы яд чёрного дуба остался под кожей.

— Не говорите так, словно меня тут нет, — пробормотал Тим, медленно вытирая мокрый от пота лоб. — Яд или не яд, а я не собираюсь тут взять и загнуться.

— Я тоже уверен, что Тимофей справится с любой раной, — повышая голос, чтобы услышали все, заявил дядя Борис. — Сейчас самое важное — забрать щепку у хохотушки.

— Самое важное — это остановить процесс отравления в теле Тима, — даже не обернувшись в его сторону, возразил Алексей. — Только, боюсь, это ещё и самое сложное.

— Ты сам не зн-а-ешь, что делать, — с тревогой в голосе протянула Зоя, стоявшая тоже у кресла, но с другой стороны от сестры.

— Я не знаю, поможет ли это, — слишком тихо, чтобы могли услышать все находящиеся в комнате, пробормотал Алексей.

Мишка услышал. Внезапно его охватило странное чувство. Что-то словно тянуло его поближе к Тиму. В ладонях появилось знакомое тепло, подтверждая, что золотистое сияние рвётся наружу.

— Дайте пройти.

Не особо церемонясь, он оттеснил дядю Бориса, от которого и так не было никакого толка. Алексей отступил на шаг, позволяя ему приблизиться к Тиму. Да, леший выглядел не хуже, но и не лучше, чем пару минут назад. Он был всё такой же бледный и всё так же стискивал зубы от боли. Заглянув в темные, лихорадочно блестевшие глаза, Мишка засомневался в своём опрометчивом шаге. Ну и чем он тут поможет? Исцелит волшебным прикосновением? Это вряд ли.

— Что ты хочешь делать? — Было видно, что Алексея одолевают аналогичные сомнения.

— Понятия не имею, — признался Мишка. Он бездумно протянул руку, собираясь положить её Тиму на грудь, но Зоя перехватила его за запястье.

— Это ты в-и-новат, — с яростью зашипела девушка, вскидываясь всем телом, как дикий зверь. Можно было не сомневаться, что она мечтает вцепиться ему в горло, но, видимо, не решается, помня о том, как пару дней назад Мишка швырял её братцев по всей гостиной.

— Само собой, я, кто же ещё, — Мишка насмешливо кивнул, но тут же поймал себя на мысли, что девчонка, в общем-то, права. Удар чёртовой щепки должен был достаться ему. — Руку убери.

Зоя неохотно подчинилась, и он потянулся вперёд, на этот раз беспрепятственно коснувшись груди лешего. Тим не сказал ни слова, хоть ещё минуту назад пытался что-то возражать Алексею, и Мишкина рука осторожно накрыла его рану. Золотистое сияние было там, просачивалось сквозь пальцы, даря почти ощутимое тепло, и это было приятно и даже красиво… но не более. Жуткая рана Тима оставалась прежней, не меняя ни цвета, ни очертаний. Мишка убрал руку, а потом попробовал снова и снова. Третья попытка оказалась такой же безуспешной, как и предыдущие, и стала последней.

Отступив на шаг, он увидел разочарование в глазах леших и понял, что испытывает аналогичное чувство вместе с лёгкой толикой злости. Великая магическая сила оказалась не у дел, позволяя прекрасно драться и разбрасывать леших направо и налево, но вот исцеление явно не входило в пакет услуг.

Сообразив, что ничего не вышло, Тим прикрыл глаза. Его лицо не выражало ни боли, ни сожаления. О том, что мужчине плохо, свидетельствовали только бледность и капельки пота на лбу и висках.

— Похоже, яд щепки сильнее магии живого сока, — коротко бросил Алексей, задумчиво хмуря брови. — И слишком опасен, как и предупреждали легенды.

— А они не предупреждали, что ваша щепка на редкость подлая штука, которую лучше сжечь и развеять на каком-нибудь пустыре? — не удержался Мишка. — Не удивительно, что ты подсовывал её мне.

— Тебе бы она не причинила никакого вреда, кроме пары быстро заживающих порезов, — отмахнулся Алексей. — Я уже говорил о том, что щепка — страшное оружие в первую очередь для нас, леших.

— Не сомневаюсь.

Мишка не стал продолжать тему, вспоминая, как Тим не разрешал ему подойти к хохотушке, чтобы обезвредить её и забрать щепку. Похоже, он не знал или был не до конца уверен в том, что древний артефакт опасен только для леших. Либо так, либо старший братец нагло врёт, хотя по большому счёту это было уже неважно. Даже допуская вполне обоснованное коварство со стороны Алексея, Мишка понимал, что никак не сможет обвинить в этом же преступлении Тима, после того леший уже второй раз порывался спасать его задницу.

Временно позабытая всеми хохотушка вдруг издала громкое шипение.

— Замолчи, — шикнул на неё Егор и, словно очнувшись от спячки, шагнул вперёд, протягивая руку. — Сколько дел натворила! Отдавай щепку, быстро.

— Остор-о-жнее, — предупредила Зоя, но хохотушка и не думала нападать. Сменив шипение на негромкое поскуливание, она умоляюще уставилась на Егора, продолжая прятать щепку в складках одежды.

— Я всегда говорил, что в нашей семье не умеют хранить древние реликвии! — гневно сотрясая головой, заявил дядя Борис. — Когда она успела утащить щепку?

— Наверное, после того как услышала наш разговор о том, что с помощью щепки можно высвободить силу живого сока, скрывающуюся в его теле. — Алексей кивнул на Мишку и тут же повернулся назад, продолжая гипнотизировать мрачным взглядом рану Тима. — И успела раньше нас. Хотя какая теперь разница.

— Как это какая разница! В этом доме творятся возмутительные вещи! Это просто неслыханно…

Дядя Борис набрал воздуха, готовясь продолжить свою обличительную тираду, но его прервала собственная дочь.

— Она пропитана ненавистью, — тихо сказала Арина. Подойдя к Егору, она тоже протянула руку хохотушке. — Отдай щепку, милая.

— Нас ненавидит? — поразился словам сестры Егор.

— Не нас. Его.

Младшая лешая показала рукой на Мишку, который даже не удивился. Он уже привык к подобному отношению к себе в стенах этого дома и, если быть совсем откровенным, временами даже улавливал отголоски негативных эмоций, доносившиеся со стороны всех домочадцев, в том числе и от хохотушки. Ручная зверушка Баркановых считала его лишним и, умудрившись записать своим скудным заколдованным умишком в число хозяйских врагов, в конце концов решила устранить как опасную угрозу. Не исключено, что у неё всё могло получиться, если бы не Тим.

Словно подслушав мысли парня, хохотушка подняла голову, бросила в его сторону нехороший взгляд и опять зашипела. В ее лапе мелькнула щепка, сверкнувшая чёрным огнём.

— Хв-а-тит цацк-а-ться, — вдруг выдала Зоя. Очевидно, она приняла какое-то решение, потому что, оттеснив Егора назад, уверенно подняла руки и начала меняться быстрым и непостижимым образом.

Мишка приблизительно догадывался, что представляет из себя мара, но подобное превращение видел впервые. Не отличающееся яркими красками лицо Зои стало совсем белым и застывшим, как маска, а тёмные глаза загорелись зловещим огнём. Светлые волосы взметнулись, словно были живыми. Приблизившись к хохотушке, она опустила руки с вмиг удлинившимися тонкими пальцами на её плечи и издала что-то вроде довольного урчания.

Хохотушка дёрнулась и обречённо заскулила. Её глаза закатились, всё тельце затряслось и поникло. Она даже не пыталась освободиться, пока мара высасывала из неё жизнь.

— Зоя, хватит! — спустя пару секунд воскликнула Арина. — Оставь её!

Она хотела подойти к сестре, но Алексей подкатил кресло ближе и схватил её за руку.

— Не мешай, — потребовал он. — Другого выхода нет, нам нужна щепка. К тому же Зоя не убьёт её, а только ослабит.

— Кто ск-а-зал? — повернув голову и одарив обоих жуткой улыбкой, спросила мара. Чёрные провалы глазниц, скрюченные пальцы и налившиеся синевой губы — в ней сейчас не было ничего человеческого. Мишка услышал, как за его спиной тихо выругался Дудка.

— Я тебе говорю, — спокойно и не повышая голос, сказал Алексей. — Хохотушка нужна нам живой. Если я не ошибаюсь, в ней ключ к выздоровлению Тима. Он должен нанести ей такую же рану, ответить ударом на удар, чтобы избавиться от ядовитого колдовства щепки.

— Ж-а-ль, — растягивая буквы ещё сильнее, чем обычно, пробормотала мара. Отвернувшись, она опять сжала пальцы на плечах своей жертвы, и через минуту хохотушка сползла на пол выжатой тряпкой. Щепка выпала из её рук, и Зоя подняла её и сразу же передала Алексею. Несмотря на то что её вынудили отступить, она выглядела довольной и сытой, совсем как кошка, налакавшаяся сливок.

— Лёш, ты уверен, что это единственный выход? — Арина с жалостью смотрела на неподвижное существо у своих ног.

— Не уверен, но сейчас у нас нет времени искать запасные варианты, — покачал головой Алексей. — К сожалению, мы знаем слишком мало о магии Древних чащ. Всё, что мне известно, — это то, что Тим должен использовать щепку и вернуть удар как можно скорее. Егор, забери хохотушку отсюда. Мы продолжим в другом месте.

Младший брат кивнул и, легко подняв бесчувственное тельце, направился к выходу. Вместе с ним пошла и Арина.

— Интересное кино, — невесело хмыкнул Денис за спиной у Мишки. — И что теперь? Ткнут эту бедолагу щепкой, а нам что делать? Похоже, мы застряли тут очень надолго…

Он неожиданно замолчал и замер, глядя куда-то вперёд. А спустя минуту сказал необычно тихим голосом:

— Слышь, друг, посмотри на окно.

— Что такое?

Мишка обернулся и тоже застыл, не веря своим глазам. За всей суматохой с хохотушкой и Тимом никто не удосужился обратить внимание на то, что происходило у них под носом. Большое широкое окно было затянуто ветками, которые появились сами собой и теперь так же самостоятельно темнели и высыхали на глазах, роняя на землю почерневшие листья.

Боясь ошибиться и принять желаемое за действительное, он рванул к окну, обогнав Дудку только благодаря своей нечеловеческой скорости. Повернув ручку, Мишка открыл окно и, приблизившись почти вплотную, уставился на густые заросли. Ветки отреагировали на его приближение, как и раньше сгустившись до однородной растительной массы, но тут же дали сбой и начали чернеть и осыпаться. Сухие листья и колючие побеги полетели в разные стороны, отваливаясь целыми комками. Плотная непроходимая стена, державшая их в плену несколько дней, дала трещину, которая росла с каждой минутой, и это означало только одно. Совсем чуть-чуть — и они будут свободны.

Мишка обернулся, встретившись взглядом с сияющим Денисом. Все остальные тоже глазели на окно. Лешие выглядели удивленными, словно не до конца понимая, что происходит. Никто не спешил высказываться вслух, пока это не сделал Тим.

— Поздравляю, — пытаясь то ли усмехнуться, то ли скривить губы, выдавил он, глядя не на редеющие ветки, а на Мишку.

Следующие полчаса выдались беспокойными и бурными. Мишка и Денис проверили ещё несколько окон и, обнаружив аналогичную картину, бросились к входной двери. Там коварные заросли еще держались, но было видно, что и они слабеют и потихоньку высыхают, роняя на землю листья и тонкие побеги. Теперь с ними вполне можно было управиться даже руками, и парни принялись за работу. Они успели очистить дверь до половины, прежде чем Мишка решил на время прерваться и потащил Дудку к Ивану и Тане. У него возникла ещё одна догадка, которая, к счастью, полностью подтвердилась. Освобождая потихоньку дом, растительные монстры также оставили в покое своих жертв, и Таня со Скачковым пришли в себя. Их самочувствие улучшалось с каждой минутой. Напоив обоих зельем Арины, которое девушка успела сварить еще до нападения хохотушки, Денис высказал предположение, что они смогут покинуть гостеприимный особняк уже через пару часов. Всё шло просто прекрасно.

Вернувшись к входной двери, Мишка продолжил расчищать клубок плотных веток. Дудка догнал его через несколько минут и начал отчитываться:

— Твои однокашники спят как младенцы. Я так понимаю, это им только на пользу. Выглядят нормально, сопят в две дырки. Проснутся — и можно будет, наконец, отсюда свалить. Ох, даже не верится, что я это говорю!

— Отлично, я тоже почти закончил.

Мишка выдернул крепкую колючку, с удовольствием наблюдая, как следом за ней осыпался целый пучок корявых веток.

— Да оставь, они и так облетят, — посоветовал Дудка, но тут же сам ухватился за толстый побег и выдернул его с корнем. Его глаза до сих пор сияли, хотя по выражению лица было заметно, что какая-то неприятная мысль всё-таки перебивает счастливую эйфорию. Отряхнув руки, он глянул на Мишку и секунду помедлил, не решаясь продолжать. — Слушай, всё это, конечно, прекрасно, но я до сих пор не могу поверить, что тебе пришлось это сделать! Я же не идиот, всё ясно как на ладони. Ты спас наши шкуры, но какой ценой! Вы с лешим…

Он осёкся, подбирая слова. Мишка обернулся и подсказал то, что подходило лучше всего:

— Трахнулись? Попал в точку.

— Блин!

Дудка запустил руку в волосы и дёрнул. Его лицо скривилось, словно он жевал дольку лимона.

— Охренеть три раза! Нет, я понимаю зачем и знаю, что у тебя не было выбора, но сейчас дело даже не в этом. Я давно чувствовал, что тут дело нечисто. Заметно было, как он на тебя пялится, извращенец хренов. Пока ты был под действием паразитов, вы… В смысле, леший тебя заставлял?

Он продолжал кривиться, что вкупе с сердитым выражением и невольным румянцем на пухлых щеках выглядело почти смешно. Мишка покачал головой.

— Тормози, я в порядке. Не надо разыгрывать психолога, потому что я никак не ощущаю себя жертвой изнасилования. Особенно сегодня.

— В смысле?! Хочешь сказать, что это ты его, а не он…

Денис икнул и завис, опять растеряв все слова. Собраться в очередной раз ему помешала Арина, которая подошла неслышно как привидение. У Мишки возникло стойкое ощущение дежавю. Похоже, младшая из семейки леших повадилась обрывать их разговоры на самом интересном.

— Теперь вы можете уйти в любую минуту, — бросив взгляд на полуосвобождённую дверь, прокомментировала девушка.

— Задерживаться точно не будем, — согласно хмыкнул Дудка. — А что, кто-то против? Кстати, куда вы все подевались? Такое чувство, что дом опустел.

— Все собрались в зимнем саду. Там много растений, а поскольку их сила родственна нашей, это может помочь. Алексей выбрал именно это место, чтобы вылечить Тима.

— Твой старший братец всё ещё планирует продырявить несчастную зверушку? — уточнил Денис. — Мерзкое решение, как по мне.

— Я тоже против, но у нас нет другого выхода. — Арина сжала губы, и её глаза опасно блеснули. Мишка подумал, что сейчас она вполне оправдывает своё сверхъестественное происхождение, не так и сильно отличаясь от старшей сестры.

— Зачем ты пришла? — спросил он. — Могу поспорить, что тебе что-то от нас нужно.

— Так и есть, — даже не подумала возражать девушка. — Ты получил то, что хотел, и можешь вернуться домой, а Тим всё ещё находится в серьёзной опасности. Ему надо помочь.

— Намекаешь, что мы перед вами в долгу? — искренне удивился Дудка. — Ну, ничего себе! И рядом не стояло, но даже если допустить подобную хрень, что Мишка может для вас сделать?

— Использовать силу живого сока. Она никуда не делась, несмотря на ритуал, мы все это знаем!

Арина смотрела на Мишку, и в её твёрдом жёстком взгляде проявилась капелька страха и мольбы.

— Я знаю, что ты не можешь просто позволить Тиму умереть. Между вами существует прочная связь, а, кроме того, вы, люди, намного милосерднее нас. Несмотря на то что мне не хочется причинять вреда хохотушке, я, не задумываясь, отдам предпочтение брату. Беда в том, что даже Алексей не уверен в успехе. Мы не должны упускать ни единого шанса, а твоя помощь может оказаться решающей. Ты должен попробовать ещё раз.

— И что сделать? Я не целитель. К тому же я уже пробовал. Наложение рук себя не оправдало.

Мишка покачал головой, мысленно гадая, а в курсе ли девушка, что удар, нанесённый Тиму, предназначался для него?

— Так придумай что-нибудь другое. Сделай ещё одну попытку. Просто попробуй.

Арина не просила. Она уже настаивала, гипнотизируя и почти давя пристальным взглядом. Притихший Дудка больше не встревал, а на Мишку не действовало, но он и так знал, что пойдёт в зимний сад. Хотя бы потому, что не сможет по-другому.

— Я приду. — Парень кивнул. — И если у вас не получится с хохотушкой, то попробую ещё раз.

— Хорошо. Только не задерживайся, у нас мало времени.

После этого девушка ушла, и Дудка недовольно проворчал ей вслед:

— Вот раскомандовалась. Всё-таки наглые они, эти лешие. Но, дай угадаю, ты ведь всё равно туда пойдешь, так?

— Тим прикрыл меня собой. Эта рана должна была достаться мне.

Мишка отряхнул руки от сухих листьев и мелких колючек.

— Я быстро.

— Э, нет, пойдём вместе, — решительно заявил Денис и даже вцепился в рукав друга, словно боялся, что тот может испариться в любую секунду. — Так и быть, полюбуемся на наших милых друзей-лешаков напоследок.

В зимнем саду было так же душно и жарко, как и в первый раз, когда Мишка там побывал. Это произошло всего несколько часов назад, хотя казалось, что с тех пор минула целая вечность.

Лешие уже собрались в полном составе. Он сгрудились возле дерева с колючками, несколько в стороне от водоёма с чернильной жижей. Алексей в кои-то веки был без своего кресла и стоял перед невысокой толстой пальмы в кадке, к стволу которой привалился Тим. Старший из братьев держал в руке щепку чёрного дуба и что-то негромко говорил среднему, по-видимому объясняя премудрости древней реликвии. Егор и Зоя находились рядом, взволнованно поглядывая на обоих, а застывший в нескольких метрах от них дядя Борис тоже выглядел непривычно обеспокоенным. Арина стояла всего в нескольких шагах от чёрного водоёма. У её ног, обмякнув безвольной копной, сидела хохотушка.

Окинув присутствующих коротким взглядом, Мишка сосредоточил своё внимание на Тиме. Тот был уже одет, но выглядел откровенно плохо, даже несмотря на то, что его рана была прикрыта футболкой. Неестественная бледность говорила сама за себя. Леший дышал с трудом и казался глубоко больным, что, впрочем, не помешало ему резко вскинуть голову при появлении Мишки и Дениса.

— Вы еще здесь? — недоверчиво протянул он.

— Да, кстати. — Егор обернулся и удивлённо фыркнул. — Все ветки посыпались, так какого хрена вы до сих пор тут торчите?

— Не хотим пропустить веселье, — буркнул Дудка. — Не отвлекайтесь, господа живодёры. Уже готовы замучить свою домашнюю зверушку? Есть хоть какие-то шансы, что она выживет после удара щепкой?

— Хохотушки живучие создания, — не слишком уверенно ответил Алексей.

— Почему эти люди до сих пор в нашем доме? — возопил куда-то в потолок дядя Борис.

— Если надеешься посмотреть, как я загнусь, то зря. — Тим вдруг ухмыльнулся, не отрывая взгляда от Мишки. Эта ухмылка выглядела довольно жутковато на его бледном лице, отмеченном печатью боли и слабости. — Я не собираюсь умирать. И планирую продолжать наше приятное общение.

— Жду не дождусь, — в тон ему ответил Мишка. Он прислонился к дереву-колючке, которое при его приближении вмиг обзавелось гладким стволом, и скрестил руки на груди. — Прежде чем вы начнёте, хочу спросить. Никому не приходило в голову обратиться в больницу?

— Обычная медицина нам не поможет, — отмёл предложение Алексей и, пристально глядя на парня, покачал головой. — А ты везучий. Умудрился разрушить защиту дома и сохранил при этом большую часть волшебной силы. Значит, даже ритуал соединения сыграл тебе на руку.

— Не собираюсь в сотый раз доказывать, что мне ваша сила без надобности, — отмахнулся Мишка.

— Правильно, не старайся, мы всё равно тебе не поверим, — раздражённо бросил Егор. — Ладно, эту тему вполне можно оставить на потом. Давайте уже перейдём к делу.

Он шагнул к хохотушке, осторожно отстраняя с пути Арину.

— Отойди, Ариш. Я её подниму и буду держать.

— Зачем? — не поняла девушка. — Она никуда не сбежит.

— Чтобы я мог ударить.

Тим отлепился от пальмы и взял щепку из рук Алексея. Было видно, что каждое движение даётся ему с трудом. Магическая отрава и боль порядком притупили легкость и ловкость лешего. Мишка наблюдал за ним, прекрасно понимая, что последует через пару мгновений. Тим собирался ударить живое существо смертельным оружием, и все присутствующие это допускали. Все, в том числе и он. У него не получалось даже пробудить в себе ярость и отвращение перед запланированной казнью. Именно так, последнее слово подходило как нельзя лучше, потому что шансов на то, что хохотушка выживет после удара щепкой, было мало. Она явно не превосходила своей силой Тима. Осознавая, что обрекает на смерть существо, которое когда-то было человеком, а сейчас безвозвратно утратило разум и нормальный облик, Мишка с ужасом понимал, что не будет вмешиваться и пытаться помешать. Отвращения по-прежнему не было. Только до боли заломило в висках, когда он окончательно убедился в том, что думает как Арина и готов пожертвовать хохотушкой, чтобы спасти Тима. Вот она, неутешительная правда. Он не хотел, чтобы чёртов леший умирал.

За те пару секунд, пока он был ослеплён открывшейся истиной, Тим направился к хохотушке. Егор наклонился, чтобы поднять её, и в следующий миг произошло то, чего никто не ожидал.

Всё началось с чёрного водоёма. Неподвижная гладь вдруг покрылась крупными пузырями и глухо забулькала. Было похоже, что внутри пробудилось что-то живое и теперь рвётся наружу. Арина отпрянула, а Егор дёрнулся от неожиданности. Остальные находились в стороне и не сразу поняли, что происходит, зато лежавшая безвольной кучей хохотушка вдруг встрепенулась и резво поползла к краю водоёма.

— Ты куда? — заорал Егор, кидаясь вдогонку, но опоздал. Хохотушке удалось ускользнуть, и она перевалилась через край, булькнув в чёрной воде почти по самую макушку. — Твою ж мать!

— Слёзы ведьмы проснулись! — закричала Арина, подбегая с другой стороны. Тим, несмотря на слабость, тоже вмиг оказался на краю водоёма и, упав на живот, попытался выловить беглянку. В свободной руке он сжимал щепку чёрного дуба, и это помешало ему ухватиться за край каменного бортика, чтобы найти опору. Вместо того чтобы вытащить хохотушку, он начал соскальзывать сам, словно что-то внутри чёрной дыры тянуло обоих вниз, желая заполучить богатую добычу. Жуткое зрелище ввело всех присутствующих в ступор, но уже в следующую секунду к водоему кинулись все, включая даже дядю Бориса. Мишка успел первым. Он понял, что творит, уже взлетая в прыжке и проносясь над головами перепуганных леших. Не успев даже охнуть, он грохнулся на колени и вцепился в Тима, хватая его за плечо. Дёрнув изо всех сил, парень вдруг почувствовал, что его тянут вниз, затаскивая в водоём вместе с остальными, и потерял на миг равновесие. В следующую секунду его ноги оторвались от поверхности, и бесконечное чёрное нечто потащило всех троих в глубокую бездну.

========== Глава 5 ==========

Мишка погрузился в густую липкую жижу. Успев вовремя зажмуриться, он ничего не видел и почти ничего не ощущал. Чёрная жидкость сковала его по рукам и ногам, лишив возможности применить магию живого сока. Он больше не держал Тима и даже не представлял, где сейчас находятся леший и хохотушка. Через секунду или гораздо больше его сознание благополучно отключилось, и это было к лучшему. Ещё чуть-чуть в этой проклятой жиже — и можно было благополучно распрощаться с остатками некогда крепкой и устойчивой психики.

Спустя какое-то время ощущения вернулись. Самым первым было осознание, что он уже не тонет и лежит на чём-то мягком и слегка пружинистом, а потом нагрянули одуряющие ароматы мокрой травы, хвои и лесных цветов.

Открыв глаза, Мишка понял, что обоняние не подвело. Вокруг раскинулся лес, который был густым и тёмным. Его пронизывал плотный зелёный полумрак и окутывало мягкое безмолвие раскидистых ветвей. Приподнявшись, он медленно встал. Мягкая и пружинистая «постель» оказалась островком лесного мха, покрывающего землю вперемешку с шелковистой травой и мелкими синими цветами. Они были такими яркими, что напоминали крошечные блестящие самоцветы. Не удержавшись, Мишка сорвал одну веточку, медленно встряхнул и даже не особо удивился, услышав через миг едва ощутимый хрустальный перезвон.

Оглядевшись уже внимательнее, он обнаружил, что стоит на небольшой лесной поляне, окружённой многочисленными деревьями. Их толстые крепкие стволы уходили далеко вверх, а густые и многоярусные ветви свисали чуть ли не до земли широкими зелёными гирляндами. Не было слышно никаких звуков, обычных для любого леса. Ни треска веток и шуршания листьев под лапками мелкой лесной живности, ни разноголосого пения птиц. Только безмолвие и полумрак, а ещё одурманивающий аромат, казалось проникающий в каждую клеточку тела. Всё вместе это зачаровывало и пугало до дрожи. Мишка глубоко вздохнул, заставляя себя успокоиться. Он уже понял, что находится не в обычном лесу, являющемся частью его родного, привычного мира. Древние чащи? Возможно. Хотя с таким же успехом он мог угодить в любой другой уголок сверхъестественной реальности, где на протяжении долгих веков царствовали магия и нечи.

Вокруг не было видно ни очертаний чёрного водоёма, ни следов Тима и хохотушки. Что с ними случилось? Неужели их утащило в какое-то другое место?

Пытаясь собраться с мыслями, Мишка ещё раз глубоко вздохнул. Это в какой-то мере помогало, однако на его плечах и спине всё ещё выводили свои хороводы ледяные мурашки тревоги. Окружающий лес изумлял таинственной красотой и обещанием неведомых секретов, но был абсолютно чужим.

Хорошо понимая, что стоять на одном месте бессмысленно, Мишка развёл в стороны несколько ближайших веток и нырнул в образовавшийся зелёный проём. За пределами полянки было темнее. Деревья росли довольно беспорядочно, подчиняясь законам своей внутренней непонятной гармонии. Иногда они переплетались сразу в несколько толстых необхватных стволов, а иногда отступали на пару метров, оставляя между собой островки травы, мха и всё тех же синих цветов.

Сначала Мишка шёл медленно, а потом осмелел и ускорил шаг. Никто не выскакивал и не кидался на него из-за деревьев, и было по-прежнему тихо. Может, тут вообще никого нет? Его тревога понемногу утихала, но теперь не давали покоя мысли про Дудку и остальных. Наверняка его друг сейчас в настоящей панике. Мишка надеялся, что он догадается как можно быстрее убраться из особняка леших вместе со Скачковым и Таней, вместо того чтобы застрять там надолго, отыскивая способы для его спасения. Судя по всему, он не скоро вернётся, если вообще когда-нибудь сможет. Отогнав пугающие перспективы, парень остановился и развернул ладонь, пытаясь вызвать знакомое сияние. Золотистый свет послушно отозвался, проявляясь даже ярче, чем обычно. Сила живого сока никуда не исчезла, и это было хорошо. Не то чтобы он передумал избавляться от наследия леших, но сейчас любые магические способности могли пригодиться. Неизвестно, какие сюрпризы ждут его впереди.

К запахам лесной зелени неожиданно прибавился сладкий аромат свежей выпечки, и у Мишки заурчало в животе. Он не помнил, когда ел в последний раз. Наверное, ещё утром, когда завтракал с Алексеем и Егором. Машинально ускорив шаг, он быстро обошёл несколько крупных деревьев, прекрасно понимая, что вряд ли найдёт киоск с булочками, и всё равно следуя на приятный запах.

На новой полянке, разумеется, не оказалось никаких булочек, зато было полно грибов. Они походили на обычные опята, только отличались более крупным размером, насыщенным фиолетовым цветом и росли не только на пнях, но и на земле. Яркие круглые головки так и сияли в полумраке леса, словно были щедро покрыты блестящим лаком. Это они источали сладкий аромат сдобы. Мишка подошёл поближе, и соблазнительный запах стал совсем одуряющим. Невыносимо хотелось сорвать и попробовать хоть кусочек, но он сдержался. Если не повезёт и грибы сделают своё коварное дело, в этом месте вряд ли окажется неотложка и лекарства для устранения интоксикации.

Он пошёл дальше, почти с сожалением оставив вкусно пахнущие грибы позади. К чувству тревоги за себя и друзей примешивалось ощущение лёгкого недоумения. Это точно Древние чащи? Мишка совсем не так представлял себе легендарную родину леших. Странный лес больше напоминал сказочную чащу, чем древнее и священное место. Пожав плечами, он напомнил сам себе, что не является знатоком легенд чёрных леших, совершенно не знает, чего ждать впереди, и как только это подумал, очутился на ещё одной — большой и широкой — поляне и увидел невероятно огромное дерево. Оно тянулось ввысь до самого неба. Для того чтобы обхватить его толстенный ствол, нужно было собрать как минимум человек пять. Знаменитый чёрный дуб? Мишка сразу же отмёл своё предположение, разглядев в гигантском стволе невысокую и порядком проеденную жучками дверь. Она была маловата для взрослого человека, но отлично подошла бы для карлика или ребёнка. На двери красовался начищенный до блеска резной железный молоток. «Серьёзно?» — промелькнуло в голове у Мишки. Он не представлял, кто тут может жить. Разве что семейка гномов.

Не став раздумывать и колебаться, парень шагнул ближе и постучал молотком в дверь. Несколько долгих минут ничего не происходило. Досадливо махнув рукой, он отошёл в сторону и вдруг услышал тихий скрип. Быстро обернувшись, Мишка увидел показавшуюся в дверном проёме маленькую круглую мордочку, покрытую густой шерстью. Тёмные блестящие глаза смерили его насторожённым взглядом, прежде чем дверь захлопнулась с глухим звуком. Он успел разглядеть лишь круглую бархатную шапку, торчащую на кудрявой макушке, изумлённо моргнул и кинулся назад.

— Эй, погоди! Да постой же! Не бойся, я ничего тебе не сделаю!

Продолжая звать и уговаривать, Мишка опять постучал в дверь. Он надеялся, что волосатик понимает его слова и рано или поздно покажется снова, но время шло, а дверь стойко держала свою оборону. Возможно, маленький хозяин домика в дереве принял его за какое-нибудь жуткое чудовище и теперь затаился в укромном уголке, дрожа от страха и не собираясь рисковать своей шкурой во второй раз.

За его спиной послышался негромкий шорох. Мишка обернулся и застыл на месте, успев подумать, что про чудовищ лучше не вспоминать ни при каких обстоятельствах. По всем традициям закона подлости одно из них умудрилось появиться прямо сейчас и стояло перед ним. Не слишком высокое, но широкое и плотное, оно было укутано густыми волосами, спадающими до самой земли. Из-под этой грязной нечёсаной гривы прямо в его сторону тянулись длинные когтистые лапы. В маленьких блестящих глазках знакомым огнём поблёскивала ненависть.

Мишка узнал чудовище не по красноречивому взгляду, а по приметному разноцветному тряпью. Это была хохотушка, изменившаяся почти до неузнаваемости, но ничуть не утратившая своей злобы. Она косилась на него как дикий зверь, явно собиралась напасть и, выбрав момент, перешла в наступление. Издав громкое устрашающее шипение, хохотушка кинулась вперёд, метя острыми когтями в лицо. Очевидно, она совсем съехала с катушек.

Мишка легко увернулся, отскочив в сторону.

— Угомонись, — предупредил он. — Это не я тебя решил пустить в расход, а твои любимые хозяева.

Спустя секунду ему пришлось отпрыгнуть ещё дальше, ускользая на этот раз от оскаленных клыков. Хохотушка разочарованно клацнула зубами, ухватив пустое место и вдруг выдала вполне различимую чёткую фразу.

— Хозяева хор-р-рошие. Ненавиж-ж-жу тебя…

— Надо же, заговорила.

У Мишки не было времени долго удивляться по этому поводу. Решив, что несчастное чудище разговорилось благодаря влиянию зачарованного леса, он тут же понял кое-что ещё. Хохотушка не только вернула себе дар речи. Она стала сильнее и быстрее, подпитываемая собственной злобой и магией этого места. Мишка не хотел намеренно причинять ей боль, однако получить несколько опасных ударов тоже не входило в его планы. Когда острые когти чиркнули в паре миллиметров от его щеки, он перехватил хохотушку за руку и толкнул к гигантскому дереву, несильно приложив головой об крепкий ствол. Злобное создание на секунду обмякло, а внутри деревянного домика что-то грохнуло и затрещало. Подумав, что наверняка разбил пару любимых чашек волосатика, Мишка криво усмехнулся. А не фиг было захлопывать дверь перед его носом.

Хохотушка по-прежнему не шевелилась. Отдёрнув её от ствола, парень осторожно сгрузил опасную ношу на землю. Неужели переборщил с ударом?

— Эй, ты живая?

В ответ послышалось негромкое шипение. Медленно приподнимаясь, хохотушка стала на четвереньки, как животное. Её когти царапнули землю, в глазах вспыхнула жажда крови. Она явно не собиралась сдаваться.

— Я не хочу тебя убивать, — вздохнув, сказал Мишка. — Но если ты не успокоишься…

Он сам не понял, что произошло в следующую секунду. Возможно, всему виной был скользкий мох или влажные головки цветов, а может, от него просто отвернулась удача, однако, сделав всего один шаг, он неожиданно поскользнулся и шлёпнулся на землю. Хохотушка не упустила такого шанса. Быстро метнувшись вперёд, она упала тяжёлой копной сверху и занесла лапу для удара. Мишка понял, что не успеет освободить руки и не сможет увернуться. Всё происходило слишком быстро. Не в силах смотреть на приближающиеся к его горлу когти, он зажмурился.

Вот-вот должна была ударить боль, но её не было, а спустя мгновение исчезла и давящая тяжесть. Кто-то одним рывком сдёрнул с него обезумевшее чудище. Мишка распахнул глаза, одновременно вскакивая на ноги, чтобы оценить ситуацию.

Хохотушка висела на крепкой мужской руке, обхватывающей её шею. Она дёргалась и пыталась освободиться, вяло размахивая когтями.

— Прекрати, зараза, — с отвращением приказал знакомый голос. Тряхнув хохотушку пару раз, её швырнули на землю, как старую тряпку, и Тим, собственной персоной, обернулся в Мишкину сторону.

— В порядке? — смерив парня быстрым взглядом, спросил он.

— Да. — Мишка кивнул и сам удивился силе своих эмоций, среди которых доминировали облегчение и радость. Во-первых, он был больше не один в этом богом забытом месте, а во-вторых, леший был жив и выглядел намного лучше, чем раньше, если даже не сказать, что вполне нормально. Его бледность наконец пропала, да и двигался он со своей обычной скоростью и ловкостью, ничуть не напоминая умирающего страдальца. Очевидно, зачарованный лес помог не только хохотушке.

Тим кивнул, небрежно поигрывая зажатой в руке щепкой чёрного дуба. У него был какой-то странный взгляд. Вместо обычной насмешливой улыбочки в тёмных глазах светилась холодная насторожённость хищного зверя.

— Вот и ладно, — цепко и внимательно оглядевшись по сторонам, сказал он. — Я так понимаю, отсюда надо сваливать. Что это за место, знаешь?

— А ты не в курсе? Я думал, что это Древние чащи.

Мишка уставился на лешего. Осознание, что происходит что-то не то, стало сильнее и окончательно добило его плохим предчувствием. Тим реагировал совершенно по-другому. С новым выражением безразличия и полного равнодушия, он смотрел так, словно видел его впервые в жизни.

— Хрен его знает, — протянул он с нотками раздражения в голосе и опять вперил тяжёлый тёмный взгляд в Мишкино лицо. — Надо разобраться, что к чему, потому что я ни хера не понимаю, что тут творится. Начнём с простого. Парень, а ты вообще кто?

Читайте больше книг на сайте онлайн-библиотеки mir-knigi.org