Автор : "Магисса" Название книги: Читающий мысли (СИ) Читать на сайте: https://mir-knigi.org/author/magissa/chitayushchii-mysli-si ========== Awakening. Часть 1 ========== С Максом мы дружим с детства. Я с уверенностью могу сказать, что этот человек является самым надежным в моей жизни. Он с самого нашего знакомства мне помогал, вытаскивал из таких передряг, из которых, казалось, нет выхода. Когда в пятом классе я сбежал из дому, то именно он приютил меня в своем доме, не побоявшись наказания, которое потом могло последовать от взрослых. Прятал меня в шкафу от матери, носил туда бутерброды и булочки. Когда в тринадцать лет я потерял свой единственный старенький телефон, который мне подарил покойный отец, то именно Макс его нашел. В отличие от меня, он не сдался, а весь вечер слонялся по тем местам, где я мог его потерять. Научил меня играть в волейбол, хотя я был на сто процентов уверен, что это не мое. Старался подтянуть по учебе, когда у меня были завалы. Поддерживал, защищал, развлекал… В свои семнадцать лет я не представляю жизни без своего лучшего друга. Мир кажется страшным и темным, когда я один. С ним же все проблемы становятся такими незначительными, что я даже порой забываю об их существовании. Но это все лирика. В лицо, конечно же, я никогда не сказал бы ему что-то столь смущающее. Да и не нужно, я думаю. Макс и так прекрасно понимает, что я без него пропаду… Вот только… никогда не понимал одной вещи. Что он сам во мне нашел? Почему водится со мной? Какую пользу для него я представляю? Несмотря на то, что мне очень хочется знать ответ на этот вопрос, я так ни разу его и не задал. Почему-то мне кажется, что если я спрошу у него подобное, то он перестанет меня опекать. Подобные мысли сеют во мне страх. Вам, наверное, кажется, что это странно? Думать о своем лучшем друге лишь как о щите, который защищает тебя от всех неприятностей этого мира? Хотелось бы мне воспринимать его по-другому. Словно он равный мне. Как будто он совсем не идеальный и у него есть кучи пороков. Тогда, как мне кажется, мое отношение к нему изменится. *** Записи из дневника Андрея Терлеева: 02.04 — Понедельник Сегодня утром я упал с лестницы. По крайней мере, мне так рассказали. Сам момент падения я не помню. Очнулся в медпункте, где надо мной сидел обеспокоенный Макс, рядом с которым стояла раздраженная мама, которую, как потом оказалось, разозлило то, что ее отвлекли от работы из-за такой ерунды… Максим начал с ней препираться. У меня не было сил их останавливать. Я просто провалился в сон. Проснулся через какое-то время. Матери уже не было в помещении. Макс сидел у окна и бормотал какую-то ерунду. Я спросил у него, о чем он говорил… Максим ответил, что он молчал. Но я же отчетливо слышал его голос. Неужели я брежу? Это же не какие-то последствия падения? Не хотелось бы, чтобы у меня были галлюцинации. 03.04 — Вторник. Я определенно схожу с ума. Мать постоянно говорит без умолку, причем говорит очень странные вещи. Она сказала мне, что приведет сегодня мужчину, чтобы провести с ним время, хотя до этого никогда не говорила подобного напрямую. Я конечно знал, что у нее бывают любовники, однако… Мне казалось, что она пытается это скрыть. В школе происходило нечто невообразимое. Я еще никогда не видел людей, которые умеют говорить с закрытыми ртами. Все школьники вдруг стали разговаривать, перебивая друг друга. К тому же, все произносят очень странные вещи, от осознания которых у меня лезут глаза на лоб. Ощущение, словно в меня вселился бес. Я пытался закрыть руками уши, однако ничего не помогло. Я все равно слышу голоса. Галлюцинации? Я все-таки схожу с ума? Нужно рассказать Максу. Он мне обязательно поможет. 04.04 — Среда. Мне кажется, что я понимаю, что со мной происходит. Я, как оказалось, могу читать мысли. Теперь я могу узнать все тайные и неявные желания любого человека, ничего при этом не делая. Осознание этого восхищает и пугает одновременно. Одно я знаю точно: моя жизнь теперь никогда не будет прежней. Максу я так ничего и не сказал вчера. Испугался, наверное. Расскажу сегодня и мы обязательно хорошо проведем время сегодня. *** Макс сидел на скамейке возле моего подъезда, уткнувшись в телефон. Это уже стало своеобразной традицией: каждое утро перед школой он заходит за мной. Интересно, о чем сейчас думает этот парень — мой лучший друг? О чем может размышлять высокий темноволосый одиннадцатиклассник с притягательной внешностью, отличник в учебе и спорте, заботливый сын и просто хороший человек? — Привет, — протягиваю руку и лучезарно улыбаюсь. — Как дела? — Привет. Отлично! — сжимает мою руку в своей. Я чувствую необыкновенное спокойствие, появляется ощущение защищенности. С Максом всегда так. А вот и Андрей. У него такое красивое лицо. Правда особенно оно мне нравится лишь в те моменты, когда перекошено от страха. Я внезапно ощутил нервную дрожь. Ноги слегка подкосило. Если бы я не держался за руку Макса, то, возможно, опустился бы на землю. Теперь-то я припоминаю, что вчера в его мыслях проскальзывало нечто подобное, однако я не придал этому значения, сославшись на то, что все происходящее — это галлюцинация. Почему он думает о таких странных вещах? Это же совсем не похоже на него. Мне ведь показалось? Да, точно, показалось. Макс просто не мог помыслить о таком. — Ты поранился? — замечаю на его ладони небольшого размера царапину. — Правда? — резко отдергивает руку, внимательно оглядывая порез. — Это я, наверное, об скамейку. Да-да, конечно, об скамейку! Проклятая Мирошина. Я и забыл, что она меня вчера поцарапала. — Сам-то как? — спросил вдруг парень, опустив глаза. — Голова не болит? Минуточку. Это что сейчас было? Он соврал лучшему другу? Не захотел рассказывать о том, что вчера встречался с девушкой? Неужели я совсем для него не важен? — Я в полном порядке. Даже лучше, чем прежде! — слегка язвительно ответил я. Внезапное открытие мне не очень понравилось. Мирошина — наша одноклассница. Она из тех людей, что очень сильно помешаны на внешности, отдавая все свое время на шопинг и косметические салоны. Никогда не думал, что она могла бы понравится Максу. Ну, как говорится: чужая душа — потемки. — Пошли тогда? — парень поднялся со скамейки и направился в сторону школы. Я неспешно последовал за ним. Только ли обида гложет меня сейчас? Может ли это быть ревность? Страх того, что Макса у меня однажды заберут? Я ведь не хочу его никому отдавать, как бы это эгоистично не звучало. Ни Мирошиной, ни другой девушке. Мне бы хотелось, чтобы он всегда меня оберегал. От осознания подобной зависимости я кажусь себе жалким. — Ты странный какой-то. Случилось чего? — внезапно спросил Максим. Ну, очевидно, что он заметил. Обычно я сыплю чередой различных вопросов, на которые у него всегда есть ответ, ведь он очень умный. — Да я это, алгебру не сделал… — говорю первое, что пришло в голову. — Не волнуйся, я тебе перед уроком быстро дам списать. Там немного, — парень обворожительно улыбнулся. Да, только я могу тебе помочь. Без меня ты пропадешь. Один ты ни на что не годен. Несмотря на то, что все, о чем он подумал, являлось правдой, мне было обидно это услышать. Никогда не предполагал, что мой лучший друг воспринимает меня, как бесполезную обузу. — Отлично, тогда рассчитываю на тебя, — я попытался улыбнуться. Вышло довольно уныло. Кажется, Максим о чем-то подумал. Но я не услышал. Все потому, что куча голосов сплелись в моей голове. На школьном дворе выстроилась огромная толпа учеников. Немного поодаль стояли милицейская машина и машина скорой помощи. Отрезок возле школьной клумбы был огорожен. За оградой стояло много полицейских и пару человек в белых халатах. Все они суетились возле чего-то. Какие-то люди пытались пробиться за ограждение. Однако, их не пускали. — Пропустите! Там моя дочь! — женщина сорока лет, лицо которой было все красное от слез, старалась обойти преграду в лице мужчин в форме, однако те были намного сильнее и ловче, поэтому ей осталось лишь осесть на землю и кричать. — Мила! Мила! За что? Старшеклассницу убили. Ей вспороли живот и выпотрошили все внутренности. Мерзкое зрелище. Хорошо, что я не додумалась подойти поближе. Ужасно. Кто же мог ее так убить? Какой псих? Это не Мирошина часом? То-то она мне с утра и не ответила. Мой собственный страх перемешался с остальными. Мирошину убили?! Моя одноклассница мертва! Убита самым жестоким образом! И вся школа сейчас стоит и смотрит на ее труп. Ха, подходящий конец для такой, как она. Макс? Это… Это же он подумал? Я ведь не ошибся? Или это кто-то другой Я уже не мог понять, где мои мысли, а где чужие. Пространство вокруг исказилось. Солнце уж слишком сильно начало светить в глаза. Стало очень жарко. Ноги… ноги не держат. — Андрей! — чьи-то сильные руки подхватили меня, прежде чем я утонул в полной темноте. *** Записи из дневника Андрея Терлеева: 04.04 — Среда. Я до сих пор не могу поверить в происходящее. Моя одноклассница мертва. Когда я узнал об этом, то грохнулся в обморок. Скорая была рядом, так что обо мне позаботились на месте. Через какое-то время я очнулся и меня отправили домой. Сказали, что со мной все в порядке, просто я слишком впечатлительный. Макс вызвался проводить меня. У нас должны были взять сегодня показания, однако, из-за моего недомогания, нас опросят завтра. Только уже не в школе, а в полицейском участке. Макс хотел напросится в гости, однако я сказал, что хочу побыть один. На самом деле, меньше всего мне хотелось сейчас быть в одиночестве… Просто… Я не хотел слышать мысли своего лучшего друга. Они были очень странные. 05.04 — Четверг. Сегодня я был в полицейском участке вместе с Максом. Здесь довольно мрачно и все люди какие-то злые. Нас опрашивали по очереди. Сначала моего друга, а потом меня. Задавали вполне стандартные вопросы: «Были ли у Милы Мирошиной враги», «Видел ли я ее вчера», «Когда это было». Следователь уже хотел меня отпускать, но внезапно я спросил у него кое-что… Он немного удивился про себя, почему это меня интересует, однако все равно ответил. Макс сказал ему, что после школы вчера не видел Мирошину. Лжец! Я не ожидал, что мой лучший друг врун. И хотя мои внутренние доводы основаны лишь на том, что я читаю мысли… От уроков на сегодня нас освободили. Поэтому после полицейского участка мы могли отправляться домой. Макс хотел проводить меня, но я опять сказал, что хочу побыть один. Он как-то странно на меня посмотрел тогда. Будто знал, что это неправда. Хотя, сейчас я задумываюсь: «а что я мог ему еще сказать?» ” — Я тебя боюсь, Макс! Мне кажется, что ты причастен к убийству Милы!» — так, да? ========== Awakening. Часть 2 ========== Мерное тиканье часов не успокаивало, а лишь создавало атмосферу напряжения. Я решил зайти в вк, чтобы чуть-чуть отвлечься от своих дурных мыслей. Спустя двадцать минут блуждания по ленте новостей мне неожиданно пришло сообщение. Отправителем оказался Макс. На секунду я задумался. Стоит ли мне ему отвечать. Если это и правда он, то… О чем я думаю? На основе чего я обвиняю своего лучшего друга во всех смертных грехах? Это же Макс, он не сделает мне ничего плохого. Ты как? Вот же я идиот. Мой друг обо мне волнуется, а я подозреваю его в черт знает чем. Уже получше, хотя это все-таки сильно выбило меня из колеи. Я написал то, что действительно чувствовал. Произошедшая ситуация и правда сильно на меня повлияла. Как бы ванильно это не звучало, но ты должен знать, что я твой друг и всегда тебя поддержу. Не держи в себе. От подобной заботы мне вдруг стало так тепло на душе. Я вновь почувствовал себя таким защищенным. Как это мило! Иногда в наших разговорах проскальзывали подобные телячьи нежности. Мы не находили это чем-то странным. Нам казалось это абсолютно нормальным. Я могу стать еще милее, если захочешь. Я уже хотел ответить, как вдруг Макс продолжил писать. Давай встретимся. Погуляем, мороженку поедим. А то ты какой-то унылый. И прежде, чем я осознал… Хорошо. Давай через полчаса в парке около моего дома? Заметано! *** — Принцесса, вы слишком долго! — констатировал Максим, когда я спустя сорок минут поравнялся с ним возле огромной сосны, что стояла в середине парка. — Заставляете ваших поданных ждать! — Уж простите, принцессу задержала королева-мать, которой вдруг приспичило провести душевный разговор со своим чадом, — для красоты образа я попытался сделать свой голос более девчачьим. Получилось довольно нелепо. Макс не сдержал смешка. — И что вам сказала ваша мать? Чтобы до полуночи вы вернулись домой, иначе она превратится в тыкву? — Если бы, — уже нормальным голосом ответил я. — Моей матери не важно, во сколько я прихожу домой. Ей главное, чтобы я не приносил ей проблем и не отвлекал от работы. — О, бедненький мой Андрюша! Иди-ка сюда, дай я тебя пожалею! Казалось, что между нами прежняя радужная атмосфера, однако, это если опустить то, что я услышал в голове. Опять эта его мамаша! Как же мне хочется перерезать ей горло. Да и Андрею стало бы легче жить, он бы меня потом поблагодарил! Да, думаю, она станет следую… — Не смей! — я закричал и выставил руки вперед, прежде чем осознал, что делаю. Макс обеспокоенно посмотрел на меня. Люди в парке вдруг начали таращится. Что ж я делаю? — Ты уверен, что ты в порядке? Может у тебя темпера… — парень попытался дотронуться до моего лба, однако я резко отбросил его руку. — НЕ ТРО-ГАЙ МЕ-НЯ! — буквально по слогам прокричал я. — Как можно быть таким лицемерным человеком? Ты говоришь совсем не то, что думаешь! — Да что на тебя нашло?! — Макс вдруг сам стал орать. Прохожие оборачивались, некоторые смотрели как на больных. Людей вокруг стало больше. Я внезапно перестал различать мысли Макса. Все смешалось в кучу. Блин, только не это! Я знаю, чем это может закончится. Моя голова пойдет кругом, я не выдержу напряжения и потеряю сознание. — Ничего! — нужно быстро уйти в менее людное место. Мне там станет легче. Я направился к выходу. — Я ухожу! Со стороны я, возможно, был похож на какого-либо психопата, однако никто из присутствующих не знал того, что знаю я. Это все-таки он. Макс — убийца. Его мысли это подтверждают. А следующей целью он выбрал мою мать. Какая бы она не была плохая, какой бы не была эгоисткой… Я никогда не хотел ее смерти. — Стой, — вдруг совершенно спокойно произнес Макс, нагнав меня возле самых ворот. Я обернулся на секунду и замер. Его взгляд был очень странным. Он не был похож на взгляд обычного человека. Парень смотрел на меня так, как смотрит хищник на добычу, маньяк на жертву. — Ответь мне только на один вопрос, хорошо? Тело неожиданно свело судорогой. Я вдруг понял, что не могу сделать и шага. Страх сковал всего меня. — Почему ты спросил у следователя, видел ли я позавчера Мирошину? — сердце забилось в бешеном ритме. Душа ушла в пятки. Откуда он это узнал? Неужели он подслушивал? Неужели… он сумасшедший! — Я не спрашивал… С чего ты… — это было все, что я ему мог ответить. — Врешь! ТЫ ЛГУН, Андрюша! — Макс внезапно повысил голос. — Лицемер не я, а ты! Плохой мальчик! Я молчал. Мой друг предстал передо мной с совершенно другой стороны. Как же все иронично получилось. Всего несколько дней назад я хотел воспринимать его по-другому, как человека с кучей пороков. — Плохих мальчиков надо наказывать, — парень вдруг попытался схватить меня за руку, однако, я ловко увернулся. Это получилось потому, что я знал, что он попытается сделать это. Макс шокировано смотрел на меня. Он явно не ожидал, что его подведет реакция. Неуклюжий Андрюша смог увернуться? Да не может быть? Очень даже может. Когда ты читаешь мысли, то все возможно. Ты уже не так слаб. Рушатся старые барьеры, меняются отношения с людьми, но в конечном итоге — ты становишься сильнее. Максим не стал догонять меня, когда я побежал в сторону дома. Он просто стоял на месте и улыбался… Да, очень странно улыбался. ========== Awakening. Часть 3 ========== Записи из дневника Андрея Терлеева: 05.04 — Четверг. Я закрыл дверь на два замка, завесил все окна шторами, выключил везде свет. Но несмотря на это, все равно не мог успокоиться. Три раза проверял мать, которая отдыхала в своей комнате после ночной смены, прислушивался к звукам в подъезде… Мне казалось, что Макс решил все-таки пойти за мной. Я вдруг понял, что очень сильно его боюсь. Очень сильно боюсь друга, который совсем недавно казался мне самой большой защитой во вселенной. 06.04 — Пятница. Сегодня я не пошел в школу. Я просто не мог себя заставить выйти из дому. Как и мать. Я устроил ей истерику, однако, не пустил ее на работу. Она смотрела на меня, как на умалишенного, но через некоторое время все-таки сдалась и осталась дома. Я весь день был как на иголках. Лишь к вечеру смог хоть немного да успокоиться. 07.04 — Суббота. Решил зайти в социальную сеть, несмотря на страх. Макс был онлайн. Я тотчас же вышел. Скачал себе когда-то любимую мной компьютерную игру. Залип на весь вечер. Кажется, страх начал немного отпускать. 08.04 — Воскресенье. Я решил, что мне не нужно бояться Макса. Я должен вывести его на чистую воду. Хоть у меня и нет никаких доказательств того, что это он убийца, я все равно попытаюсь что-нибудь сделать. Не столько ради правосудия, сколько ради его самого. Он мой друг и мне больно видеть, что он пошел по неверному пути. Я не буду убегать. *** — Хорошо, закрою все двери и никуда не выйду! Доволен? — мать сжала руки в кулаки от негодования. Я слегка улыбнулся и вышел за дверь. Все-таки она прислушалась ко мне. Стоило лишь сказать, что маньяк, который убил мою одноклассницу, скорее всего, кто-то из нашего района. Хоть это и не правда. Мать после услышанного сначала не хотела выпускать и меня в школу, однако я уверил ее, что меня проводит Макс. На самом же деле, чем дальше я от Макса, тем лучше для моей безопасности. Скамейка, на которой обычно Макс меня ждал, сегодня была пуста. Возникло какое-то ощущение неправильности. Еще какое-то время назад все было так хорошо. У меня был замечательный друг, с которым я чувствовал себя защищенным. Почему все так обернулось? Почему я должен был начать читать мысли? *** В класс я заходил с тяжелым сердцем. Я знал, что увижу там его. И я совсем не предполагал, как мне себя вести. Несмотря на то, что я решил вывести его на чистую воду, у меня не было ни единой мысли о том, как я буду это делать. Макс сидел на нашем обычном месте: третья парта в ряду, что от окна. Раньше я бы подошел к нему, кинул бы свой рюкзак на стол и… Нет. Мысли о прошлом не приведут к хорошему. Нужно жить настоящим. Я сел за единственную свободную в классе парту — четвертая парта в том же ряду, что и Макс. — Все, мы теперь не друзья? — взгляд друга не был похож на тот, что был в парке. Это был взгляд полный сожаления и боли. — Я не знаю, — я не мог сказать нет. Не мог перечеркнуть годы дружбы одним глупым словом. — Макс, ты… Я… Мы… — Нам нужно расставить все точки над «и». — внезапно произнес я. Макс кивнул. Я неожиданно отметил, что кроме того, что он спросил, я ничего лишнего не услышал. Вдруг пришло понимание, что сегодняшним утром я совершенно не чувствовал голосов в своей голове. Сейчас я тоже их не ощущаю. Я потерял способность читать мысли? Спустя неделю она исчезла? Я вдруг понял, что впадаю в панику. Если Макс решит что-нибудь выкинуть, то я не смогу никак защититься. Урок русского тянулся неимоверно долго. Возможно, это из-за волнения, которое меня охватило. Однако, отступать поздно. Я должен знать, что происходит с моим другом. Я должен его понять. Раньше он мне помогал, а теперь я помогу ему. *** На крыше легкий весенний ветерок казался очень сильным. В своей легкой рубашке мне было довольно прохладно. — Держи, — Макс неожиданно накинул мне на плечи свою куртку. — Простудишься — Зачем? Ты… Спасибо, — я не знал, что сказать. Мой друг был очень добрым, как и всегда. Макс отвернулся и ничего не ответил. Он о чем-то задумался. Сейчас я уже не узнаю о чем именно. — Мила Мирошина… — парень даже не напрягся, услышав это имя. — Это ты ее убил? — спрашиваю спокойно, стараясь ничем не выдать дрожь в голосе. ========== Awakening. Часть 4 ========== Макс стоит, повернувшись ко мне спиной, и молчит. Я не вижу его лица, однако, готов поспорить, что сейчас он улыбается. — Ты ведь и так все знаешь, телепат хренов! — внезапно произносит он, после чего начинает приглушенно смеяться. — Как давно ты… — Как давно я знаю? — переспросил вдруг он. Я кивнул. — А не прочитаешь? Хм, вижу, что нет. Я это понял в тот день, когда обнаружили труп Милы. Все-таки я тебя знаю как облупленного. Ты слишком странно реагировал на мое молчание. — Но тогда в парке… — Я тебе подыграл. Мне хотелось, чтобы ты почувствовал себя особенным. Поэтому я специально сделал вид, что промахнулся. Как и то, что удивился. Есть такие мысли, которые можно контролировать. Я был обескуражен внезапным открытием. Макс знал, что я могу читать мысли. Знал и все равно не прекратил со мной общение. Знал и не старался скрыть какие-то факты. — Но ты же мог… — Да, я мог начать тебя избегать, чтобы у тебя не было и шанса меня прочитать, — парень повернулся ко мне и подошел на очень близкое расстояние. Сердце забилось в бешеном ритме. Но от страха ли? — Но я хотел, чтобы ты все знал. Мне было интересно, примешь ли ты меня таким, какой я есть. Я вдруг понял, что был таким эгоистом. Я обвинил Макса во всех смертных грехах, не пытаясь его понять при этом. А он всегда меня выслушивал, всегда помогал. Я был таким плохим другом. — Почему ты убил Милу? — решил задать вопрос, который терзал меня с начала беседы. — Потому что хотел убить твою мать, которая совсем не заботится о сыне! — Макс сильно сжал мои плечи, однако боли я не почувствовал. Просто тепло его рук. — Но ты бы мне этого не простил. Ситуация в парке наглядно это показала. Я пытался себя контролировать, однако, моя ярость выходила из-под контроля. — Мила предложила встретиться вечером во вторник возле школы, — парень, видимо, понимая, что расстояние слишком близкое, слегка отошел назад. — Она поначалу не решалась начать разговор… Через некоторое время Мирошина осмелела и сообщила мне, что беременна. — Она была… — Да, она носила ребенка! — Макс злобно сжал кулаки. — Мила сказала, что малыш — это помеха для нее, он испортит ей жизнь, поэтому нужно от него избавиться. Однако, ей не хотелось придавать делу огласку, поэтому ей нужен был особый врач. Тот, который не будет трепаться. Тот, которому можно дать на лапу. Мирошина попросила помощь с поисками такого доктора. Ведь у моего отца много связей, поэтому он… — Из-за этого? — Да, я не сдержался! Я вытащил свой карманный ножик, который постоянно ношу с собой и засадил ей прямо в сердце. И мне ничуть не было жалко! — Макс говорил на повышенных тонах. Было видно, что ему очень сложно рассказывать об этом. — Такие матери не имеют право на жизнь. Они не думают о детях, несмотря на то, что те страдают. Они готовы убить ребенка, лишь бы он не мешал им жить. — Она мучилась… перед смертью? — Нет, это стерва умерла сразу! Мне стало настолько обидно от этого факта, что я не сразу мог совладать с собой. Пришел в себя лишь тогда, когда понял, что размазываю ее кишки по траве. — Макс! Прекрати! — Тебе противно, правда? Ты дружил с таким психопатом! — парень резко захохотал и осел на поверхность. — Я так не думаю! — А хочешь еще один факт, от которого тебе станет дурно и ты захочешь стереть себе память обо мне навсегда? Макс неожиданно замолчал, словно обдумывая, говорить или нет. — Я тебя люблю, — ощущение, что почва ушла из-под ног. Стало вдруг нечем дышать. — Люблю не так, как брат или отец. Совсем иной любовью. Все оказалось на удивление просто. Я вдруг получил ответы на все свои вопросы. Самый важный для меня человек… Мой защитник, мой лучший друг… Такие слова… — Хочу быть тем, кто видит, как ты плачешь, хочу быть единственным, кто видит твою улыбку. Хочу пугать тебя и смотреть на твое лицо, перекошенное от страха. А потом хочу успокаивать, утешать, обнимать… Хочу, чтобы ты нуждался лишь во мне. — А еще, — Макс вдруг оказался совсем рядом. Наши лица находились друг от друга лишь в нескольких сантиметрах. Лишь одно касание губами, а по ощущениям, словно током ударили. — Хочу поцеловать тебя, однако, видимо, не успею… Что он имеет в виду под не успею? Нам ведь хорошо вместе. Я понимаю его чувства. Я могу их принять. И кажется, что мне даже плевать на все, что он совершил. — Вот и он! Держите его, ребята! — на крышу внезапно врываются люди в форме. Макс совсем не удивлен. Он спокойно позволяет повалить себя на землю, не препятствует, когда ему надевают наручники. — Что вы делаете? — я внезапно бросаюсь к Максу, пытаюсь расстегнуть наручники, однако, меня тотчас же грубо отталкивают. — Отпустите его! — Никак не можем! — констатировал полицейский, который до этого отдал приказ своим людям. — Этот человек двадцать минут назад позвонил в полицейский участок и чистосердечно признался в убийстве Милы Мирошиной. — Не может быть! — меня захлестывает отчаяние и паника. Макс решил сдаться? Сам решил? Как так? Значит они собираются его забрать? Они хотят забрать моего Макса? А он так просто меня кидает… — Прости, что испортил тебе жизнь, — мой лучший друг… нет… мой любимый человек печально смотрит на меня. Я только сейчас осознал. Я люблю Макса. И уже очень давно. — Дурак, не говори так! — я не могу сдержать слезы, что непрошеным потоком льются из глаз. Макса уводят. Я бегу за полицейскими, когда они идут по школе. На меня странно смотрят люди, но мне плевать. Я падаю у школьных ворот. Кажется, подвернул ногу. Я пытаюсь встать, но ничего не получается. Все кончено? *** Записи из дневника Андрея Терлеева: 14.04 — Суббота. С помощью матери я нашел адвоката для Макса. Я не стану ему говорить о том, откуда он, потому что тогда мой парень точно от него откажется. Отец Макса даже слышать о нем не хочет. У него есть только я. И пусть пока он просит оставить его. Я-то знаю, что он лицемер и желает, чтобы я не бросал его. Я и не брошу. Даже если ему дадут десять или пятнадцать лет. Я буду ждать его. ========== Reboot. Часть 1 ========== С судебного разбирательства прошло уже два часа. Однако, слова судьи до сих пор стояли у меня в ушах: «пожизненное лишение свободы в колонии особого режима». Шах и мат. Мы не справились, мы не смогли ничего сделать — Макс будет отбывать пожизненное заключение. Наш адвокат старался как мог, но доводы прокурора были гораздо убедительней. К тому же моего любимого человека судили не за убийство одного, а за убийство двоих, ведь Мила была беременна. Даже не было учтено то, что он во всем чистосердечно признался. На заседании присутствовал отец Макса. Но в защиту своего сына он ничего не говорил. Скорее, наоборот. Он буквально отрекся от него во время своей речи. Максу, кажется, было на это плевать. Он, вообще, весь процесс суда сидел отстраненным. Словно ему не было дела до всего этого. Словно он был всего лишь зрителем, а не подсудимым. И лишь в тот момент, когда его уводили, то он грустно улыбнулся мне. Чувство вины, что жило во мне, усилилось трехкратно. Я ничем не смог помочь Максу. Друг, которому он всегда помогал, ничего не сделал, когда помощь потребовалась от него. Я жалок. *** — Долго ты еще собираешься там сидеть? — в дверь моей комнаты настойчиво стучат. Кажется, у этой женщины на некоторое время возник материнский инстинкт. — Звонили из университета: тебя могут отчислить за пропуски. — Плевать! — я даже не дергаюсь с места, потому что не собираюсь ей открывать. Со времени судебного заседания минуло практически две недели. За это время я еще ни разу не появился на занятиях. И тому есть ряд причин. Во-первых, это началось снова. Что «это»? — спросите вы. Мой личный кошмар: чтение мыслей, телепатия — называйте как угодно. Дар, который я просто терпеть не могу, появился опять. Дар, который не помог мне вовремя спасти Макса. Если бы я понял раньше всю сущность этой способности, то смог бы остановить его в тот день. День, в который он перешел в точку невозврата: убийство Милы. Я не хочу снова обладать этим даром: слышать, что думают люди, чувствовать, как моя голова заполняется их мыслями. Дома спокойно. Здесь лишь мать, которая с утра до вечера на работе. Правда, сегодня у нее выходной. Вторая причина — это Макс. Мне кажется, что я предам его, если начну жить нормальной жизнью. Той, что у него уже никогда не будет. — Может хватит быть затворником? — эта женщина не собирается отступать. — Не слишком ли он переживает из-за такой ерунды? У меня совершенно нет настроения с ней спорить. Поэтому я просто пропускаю ее мысли мимо ушей. — Делай, что хочешь! — удаляющиеся шаги. Слава Богу. Моя голова наконец освобождается от чужих мыслей. Я остаюсь наедине с собой. *** Записи из дневника Андрея Терлеева: 18.11: Сегодня к нам домой приходил полицейский. Он о чем-то говорил с моей матерью. Меня, в принципе, не интересуют ее дела, однако я уверен, что они разговаривали про Макса. Я не слышал их слова, но слышал кое-что иное. Их мысли не скрылись от меня. Но лучше бы я никогда не знал о чем они говорили. Макса умер в тюрьме. Это случилось неделю назад. Кажется, он чем-то отравился. Или же ему помогли. Становиться сложно писать: ручка еле-еле скользит по бумаге. Тетрадный лист вдруг почему-то стал мокрым. 19.11: Сегодня я собираюсь впервые за долгое время выйти из дома. Наверное, мне перестало хватать воздуха. Или причина другая? Не знаю. *** Холодный ветер бьет по щекам. Повсюду слышатся какие-то голоса. Кто-то зовет меня, кажется. — Эй, парень, слезай оттуда! Ты что удумал? А может это просто голоса в моей голове? Да, точно. Я ведь до сих пор слышу мысли. Здесь никого другого нет. Я тут совершенно один. — Эй, ты меня слышишь?! Интересно, о чем думал перед смертью Макс? — Там человек наверху! Он собирается спрыгнуть! Увижу ли я его еще раз? *** Записи из дневника Андрея Терлеева: 23.03: Я вновь пишу сюда спустя долгое время. Сегодня мне сняли гипс. Я снова могу свободно двигать правой рукой, как и раньше. Четыре месяца назад я пытался покончить с собой. По крайней мере, мне так сказали. Сам я практически ничего не помню: ни момента падения, ни того, почему остался жив. Какое-то время я лежал в больнице — со мной работали психотерапевты. Я умело отвечал на все их вопросы, воспроизводя впечатление полностью адекватного человека. Не без помощи их мыслей, конечно. Мое положение и так было не самым выигрышным. Я не хотел еще больше его усугублять. Мать взяла отпуск на работе и некоторое время была возле меня. Она очень волновалась обо мне. Я слышал ее мысли — это не обманка. Мой поступок действительно очень повлиял на нее. На новый год меня хотели отпустить домой. Однако, я не смог даже выйти из больницы. Я подскользнулся на лестнице и сломал себе правую руку. Сегодня я подумал, что быть ограниченным в чем-то — это плохо. Поэтому я очень рад, что вновь могу писать. Мне кажется, что я должен продолжать жить. Ради Макса. Потому что он уже никогда не сможет. Думаю, что я смогу сделать некоторые из тех вещей, которые он хотел. *** — Что ж, прекрасный ответ, Терлеев. Вы можете садиться. — под завистливые взгляды однокурсников я спокойно медленно на свое место, улыбаясь во весь рот. Да, все вновь прошло, как по маслу! Стоит лишь вовремя успевать читать мысли нудного старикашки и все: высшая оценка тебе гарантирована. А теперь время для моего любимого занятия. Я концентрируюсь на мыслях окружающих и… — Блин, ну как так? Я же знаю, что он ничего не учит! — Придурок! Вот бы под ним стул провалился! — Что-то он слишком хорош для человека, который весь почти первый курс провел в больнице. — Какой же он классный! Ох, а последняя реплика явно выбивается из общей массы. Даже интересно, кто обо мне хорошего мнения? Кто это милая д… парень?! Заметив, что я пялюсь на него, мой однокурсник Дмитрий Харитонов резко отвернулся. — Чего это он? Я даже не знаю, что и сказать. Я действительно рад, когда люди воспринимают меня хорошо. Но чем вызвано его восхищение? Только ли моим ответом? И почему у этого парня такая реакция лишь потому, что я на него посмотрел? Я не имею предубеждения насчет отношений между парнями. Ведь единственным человеком, которого я любил, был мой лучший друг. Мы, правда, совершенно ничего не успели сделать. Даже поцеловаться не смогли. А боль от утраты не проходит до сих пор, хотя и минуло уже почти три года с той поры. — Дима, не хочешь сходить вместе пообедать? — пара закончилась полминуты назад. Я стою перед Харитоновым, сжимая до боли в пальцах свой конспект по философии. Благодаря своей телепатии я могу отличать хороших людей от плохих. Бескорыстных людей от тех, кто ищет лишь выгоду в другом человеке. Думаю, будет неплохо, если я с кем-то сближусь. — Это же шутка, правда? Ну не может мое желание исполнится настолько быстро! Его мысли вызывают у меня улыбку — напряжение начинает потихоньку сходить. — Ох, я как раз сам хотел тебе предложить! — парень начал судорожно собирать свои вещи в сумку. Лжец. Не собирался же. *** В столовой университета всегда довольно много народу. Мы с Димой сидим за столиком, что ближе к выходу. Он уже десять минут подряд спрашивает у меня какие-то сложные вопросы, а я удивляю его своими ответами. Харитонов думает, что я замечательный. Жаль его разочаровывать. Замечательный здесь только он. Ведь если бы он не знал ответы на свои мега-сложные вопросы, то и я бы ему ничего не ответил. — Слушай, это, наверное, не мое дело… — Дима решается задать мне вопрос. Я уже знаю, что он спросит. И мне совсем не хочется отвечать. — Извини, мне нужно идти. — резко поднимаюсь со стула и направляюсь к выходу со столовой. — Увидимся. На его лице застыло выражение недоумения, когда он провожал меня взглядом. Конечно, он даже не понял, что происходит. Просто я совсем не желаю говорить о том, что происходило на первом курсе: почему я лежал в больнице, почему совершил попытку суицида. Так, ладно. Следующая пара — это… Хм, кажется, я забыл свою записную книжку в аудитории. Нужно вернуться за ней. Надеюсь, что студенты еще не успели заполнить помещение. В аудитории никого не было. Я вздохнул с облегчением. Однако, мой блокнот лежал не на том месте, где я его оставил. Он находился на полу. Может упал во время толкучки на перемене? Стоило только мне поднять свою записную книжку с земли, как из нее тотчас же выпал обрывок тетрадного листа. Не помню, чтобы держал что-то внутри. Бумажка не была чистой: на одной из ее сторон было что-то написано. Всего одно предложение, одна фраза, что заставила мое дыхание участиться многократно: Я знаю твою тайну В моей голове пронеслось около десятка различных вариантов. От предположения, что это просто глупая шутка, до уверенности в том, что это реальная угроза. Неужели кто-то действительно знает, что я читаю мысли? Неужели каким-то образом я прокололся? Я ведь был очень аккуратен: с людьми практически не общался, не выносил их секреты за пределы своего разума, использовал свой дар лишь для улучшения своей учебы. Что же теперь делать? Как мне выпутаться из этой ситуации? Так, стоп, нужно успокоиться. Тот, кто подбросил мне эту записку, уж точно думает, что я начну паниковать. Но нет, такой реакции он от меня не дождется. Для начала мне нужно выяснить кто это. Нужно сопоставить факты. Во-первых, записная книжка была со мной до конца пары. Я более чем уверен, что внутри нее ничего лишнего не было. Это значит, что записка была подброшена после окончания пары, то есть после 13:30. Сейчас на моих часах 13:41. Так как я никого не встретил на своем пути, то можно предположить, что записка была подброшена чуть ранее. То есть с 13:30 до 13:40. Во-вторых, под подозрение попадают лишь студенты из моей группы, так как только они могли заметить, что я забыл свою записную книжку. Ведь кто-то за пределами аудитории никак не мог узнать, что я ее забуду. В-третьих, это явно не Дима. Так как он все это время был со мной. Итак, что мы имеем? Кто-то из моей группы подбросил мне данную записку в промежутке времени с 13:30 до 13:40. Если исключить Диму, то на подозрении 22 человека. Проверить их всех будет сложно, однако я сделаю это. Я не должен дать загнать себя в угол. Читайте больше книг на сайте онлайн-библиотеки mir-knigi.org