Автор : "Villano"
Название книги: Герцогиня (СИ)
Читать на сайте: https://mir-knigi.org/author/villano/gercoginya-si

====== Пролог ======

Раннее утро. Старинная парусная яхта солидно поскрипывает мачтами у причала. Уютный особняк на берегу большого озера утопает в зелени.

Спальня. Смятая постель.

Огромный клыкасто-рогатый монстр с бесконечной нежностью на жуткой кошачьей морде спускается губами по острому уху вниз, к плечу и руке стройного серебристо-когтистого эльфа, ритмично вбивая его в постель бедрами.

— Родной мой, — даже не слова, а беззвучный выдох вырывается из широкой груди эльфийского демона, и он утыкается лицом в подушку. — Я так устал!

Монстр содрогается в экстазе, наваливается на него всей своей массой и неслышно шепчет, касаясь острого уха клыками:

— Не переживай, я обо всем позабочусь.

Сжимает ладонь, полную пролившейся в нее спермы любимого, в кулак. Цветущий серебристыми завитками по всему торсу демон проваливается в слишком глубокий сон, а монстр поднимается с постели и через мгновение исчезает в открывшемся портале перехода.

…

Богато обставленная спальня в огромном, но не слишком ухоженном дворце. Демон и демоница крепко спят на разодранной после любовной битвы постели и даже не подозревают о том, что секунду назад незваный гость раскрыл руку в ее лоне, давая шанс сильнейшему. Он не оставил следов, так что никто об этом не узнает.

Он ошибается.

Солнце скользит по паре любопытным лучом. Ветер задумчиво играет кисточками балдахина их кровати. Небо за распахнутым настежь окном хмурится кучевыми облаками.

— Вы это видели?

— Угу.

— И что это было?

— Непонятно.

— Мальчики, включите мозги.

— Из нас троих ты самая умная, — принимается скрипеть створками окна Ветер. — Есть варианты?

— Все просто. Это сюрприз для любимого, — разбегаются в разные стороны облака, являя Столице мира демонов бездонное синее небо и ярко-оранжевое солнце во всей красе.

— Странный какой-то сюрприз, — хмуро прячется в облака Солнце. — Долгоиграющий.

— Весь в того, кто его задумал.

— Верно, — перестает скрипеть створками окна Ветер и снова принимается за кисточки балдахина над кроватью. — Для него, как и для нас, 500 лет — не срок, но я не верю в его благие намерения ни на грош. Он что-то затевает, и я хочу знать, что именно.

— Это не под силу даже тебе.

— Да, но…

— Это твое «но» не к добру, — выглядывает из-за облака Солнце.

— Да ладно вам! Я просто подумал, а почему бы нам тоже кое-что не затеять?

— Чтоб ему жизнь медом не казалась?

— Да. У него все и вся под контролем. Надо внести в его жизнь некоторый творческий беспорядок.

— Ветер, ты коварный поганец. Весь в папочку, — рассыпается смехом на крохотные кусочки света солнечный луч. — Но я согласен. Что будем делать?

— Устроим его сюрпризу сюрприз.

— Звучит достаточно запутанно для того, чтобы ваша задумка удалась, — играют в прятки облака на синем небе.

— Самое смешное, что нам для этого даже делать ничего не придется.

— Это как?

— А так. Мы все сделали 60 лет назад, когда переспали с крайне настойчивой особой и не подумали о последствиях.

— Ветер, если ты о необычном ребенке, которого она после этого родила, то спешу тебя огорчить: пока вы с Солнцем занимались всякой ерундой, я о нем позаботилась.

— О, Небо! Он мертв?!

— Солнце, за кого ты меня принимаешь? Я же ангел! — налились грозой кучевые облака. — Он живее всех живых, просто способности его необычные заблокированы, вот и все.

— Фух, прям гора с плеч, — метнулся вверх, в потемневшую синеву, Ветер. Пощекотал пузико грозовой тучи игривыми вихрями, и она развеялась, как дым. — Раскроем ему на самого себя глаза сейчас или потом?

— Потом, — неприлично прогулялся по обнаженным телам пары на постели солнечный луч. — Когда вырастет.

— Если он унаследовал от вас двоих хотя бы по капле, сюрприз из него получится знатный.

====== Часть 1 Глава 1 ======

Планета Подземелье. Столица. 70 лет до дня Х

— Отец? Можно?

— Да, Дэнис, заходи. У меня как раз небольшой перерыв.

Дэнис понимающе усмехнулась и вошла в большой темный кабинет. Последняя игрушка Великого Герцога Вальтеруса — юный, отлично сложенный и красивый до умопомрачения оборотень — была бесподобна даже на ее избалованный вкус. Неру стоял на коленях между ног сидевшего в большом кожаном кресле отца и сексуально терзал ртом его член. Судя по довольному и весьма рассеянному виду Томаса, дело близилось к завершению. Дэнис устроилась на краешке старинного массивного стола и начала обратный отсчет. Вслух. Отец ведь мог и передумать, а ждать не хотелось.

— 10, 9, 8

Оборотень подключил к делу руку и оставил язык и яркие алые губы на самом кончике члена.

— 7, 6, 5

Томас тяжело задышал, схватил его за золотые волосы, заставляя сменить руку на рот, и начал насаживать его на себя как можно глубже.

— 4, 3, 2

Неру вырвался, глотнул воздуха, но был пойман и железной рукой надет на большой демонический член Томаса до самого конца. Надолго. Дернулся, захрипел от боли, вцепившись в бедра герцога побелевшими руками.

— 1. Пуск!

Томас облегченно застонал, откинулся на спинку кресла и выпустил оборотня из рук. Неру глубоко втянул воздух, сглотнул несколько раз и принялся аккуратно вылизывать постепенно успокаивающийся член своего доброго господина. По сравнению с тем, что вытворял с ним последний работорговец, это было нежнейшей нежностью. Если бы Великий Герцог Вальтерус не выкупил его пару лет назад, то оборотня уже не было бы в живых.

— Поговорим?

Неру повернулся так, чтобы видеть дочь Герцога. Невероятная демоница! Дэнис выглядела лет на 15 по людским меркам и была очень красива, что среди демонов было редчайшим исключением. Правильные черты лица, лукавые синие глаза, тонкие, изящно изогнутые брови и четкие сочные губы. Невысокая, гибкая и отлично сложенная. Секс, секс и еще раз секс. Других мыслей при виде нее не возникало даже у Неру. Томас ласково потрепал его по голове, он убрал губы и руки с его тела, перекинулся в волка и улегся у ног охранять. Если Великий Герцог Вальтерус умрет, его затрахают насмерть на следующий же день, а это в его планы не входило.

Дэнис дождалась, когда огромный царственный волк устроит морду на лапах, а отец застегнет ширинку, и забралась к нему на колени. Томас неодобрительно посмотрел на нее, но обнял и даже поцеловал в губы долгим неприличным поцелуем. Дэнис с превеликим удовольствием ответила, но отец, как всегда, прекратил все слишком быстро.

— Смерти моей хочешь? — оторвался от дочери Томас. — Однажды я не выдержу, возьму тебя и осыплюсь пеплом на твоих прекрасных ягодицах. Что ты тогда будешь делать? Твои братья ждут этого момента с нетерпением.

— Не дождутся, — рассмеялась Дэнис, завлекающе целуя не самое симпатичное, но породистое и аскетичное лицо отца.

Томас хоть и был очень старым демоном, но силу и мощь не растерял, тщательно следил за собой, а потому выглядел вовсе не таким древним, каким был на самом деле. Великий Герцог — он и в Аду Великий Герцог.

— Я хочу тебя до колик в животе! И кто только придумал этот дурацкий закон?

— Умные демоны! — отозвался Томас, с трудом прекращая очередной неприличный поцелуй.

Тонкий аромат желания дочери, как и ее невероятная красота, сводили его с ума вот уже четыреста лет, а он был вынужден делать вид, что ему все нипочем. Хорошо, что три года назад он купил себе Неру. Дочь потеряла для него половину своего очарования, потому что оборотень мало того, что был божественно красив, так еще и был мужчиной. Да еще каким! В сексе Дэнис не стоила бы даже его прекрасного мизинца. Но это сейчас Герцог был так спокоен, а вот пару лет до этого! Вспоминать страшно.

— Глупые демоны, — проворчала Дэнис. Почувствовала умелые пальцы отца на своем пылающем желанием бугорке и застонала от удовольствия. Она давным-давно не надевала нижнее белье под юбку, когда шла к нему, в надежде на то, что он доставит ей удовольствие. — Ждать тебя еще 70 лет невыносимо. Черт бы побрал это совершеннолетие!

— Похотливая малолетка, — понимающе рассмеялся ей в шею Томас и запустил пальцы в теплую влажную плоть глубже.

Это он мог себе позволить. Главное и единственное условие, которого требовал Закон: его взрослый член не должен попасть в ее несовершеннолетнее тело раньше, чем ей исполнится 500 лет, так что вариантов оставалось не так уж и мало, а смотреть на то, как дочь занимается сексом с кем-нибудь из своих ровесников, он вообще мог целую вечность. Томас по сей день делал все, чтобы не пропустить ни разу. Конечно, на ней была страшненькая личина, но он-то знал, как дочь выглядит на самом деле, и не обращал внимания на такие мелочи. Дэнис повела бедрами и громко выдохнула, его пальцы оросились влагой, а член взбунтовался. Томас ласково подвинул волка ногой, предлагая снова поработать своим волшебным языком.

Дэнис почувствовала движение за спиной, но не стала оборачиваться, а уперлась коленями в сиденье и подлокотник над отцом и выгнулась вверх и назад, открывая ягодицы как можно шире. Кто-то ведь должен высушить влагу на ее лоне? Оборотень для этого подходил как нельзя лучше! Она посмотрела вниз, на стоящий колом большой демонический член Томаса. И когда Неру успел вытащить его из штанов отца? Сразу видно, преданный и верный раб! Всегда думает о хозяине в первую очередь. Умелые губы и пальцы Неру добрались до ее ягодиц, и на время Дэнис потерялась в океане наслаждения, целуя отца без всяких тормозов. Как обычно в таких случаях, она кончила первой, а потом постепенно приходила в себя, лежа на огромном столе и рассеянно наблюдая за тем, как Томас врывается долгими длинными ударами в широко раскрытые алебастровые ягодицы прижатого к столу оборотня.

Неру рычал от удовольствия и, в конце концов, посмел кончить без разрешения герцога и даже раньше него, но тот не стал его за это наказывать, а неторопливо добрался до финиша и упал в кресло опустошенным полностью. Неру обернулся волком и принялся неторопливо вылизывать его пах, погружая в рассеянные раздумья. После того, что с ними обоими сотворила Дэнис, сексом они теперь займутся только ближе к ночи. Неру закончил его вылизывать, уселся на задницу, удобно уткнулся носом демону в пах и задремал. Ночью ему спать не дадут, но в последнее время он был вовсе даже не против: Томас перестал причинять боль и начал приносить удовольствие. Это пугало, но за 13 лет рабства Неру так навострился отключать мозги, что теперь легко мог позволить себе побыть безмозглой похотливой псиной. Никаких иллюзий и надежд. Слишком больно они разбиваются.

— Неру обожает тебя. Ты знаешь это? — почесала королевского волка за ухом Дэнис, устраиваясь на подлокотнике кресла отца удобнее.

— Да. Я все-таки сделал его своим, и теперь наслаждаюсь и его эмоциями тоже, — ответил Томас. — Итак, с удовольствиями мы разобрались, поговорим о делах?

— Вчера вечером с меня опять слетела личина. Хорошо еще, что я была одна!

— Я тебя предупреждал: чем старше ты становишься, тем труднее ее удерживать. Через 70 лет ты обретешь истинную ипостась и окончательно потеряешь возможность ею пользоваться.

— Ты придумал, что мне делать дальше?

— Ты должна стать герцогиней, Дэнис. Только Великий Герцог сможет защитить тебя от всех остальных и продержит в живых достаточно долго для того, чтобы ты нарожала ему симпатичных детишек.

— Ты повторяешься! — поморщилась Дэнис. — Неужели за последние сто лет тебя не посетила ни одна новая мысль?

— Нет. У меня, знаешь ли, и без тебя дел по горло! Ты ведь очень умная девочка, придумай что-нибудь сама. Если бы я не знал, что Маркусу нужен только Император, то решил бы, что ты его дочь, а не моя.

— Отец, не начинай! Ты же сделал мою мать своей, перед тем, как убить, и знаешь правду.

— Только это меня и успокаивает, — кивнул Томас.

Гениальный младший брат, почти 2500 лет назад умудрившийся стать мужем Бессмертного Императора Дариуса, был его вечным позором и главной занозой в заднице. Маркус обманывал все семейство с самого детства и стал-таки Великим Герцогом. Слава Богу, Император отдал ему герцогство своего Бастарда и не стал отбирать титул, власть и жизнь у Томаса. Это немного примирило его с действительностью, но отношения между братьями так и остались никакими, потому что они оба прекрасно понимали: если бы Томас узнал о красоте Маркуса в юности, то не выпустил бы его из своей постели живым.

— Скажи, почему я до сих пор не обещана какому-нибудь Великому Герцогу?

— Я не вижу ни одной подходящей кандидатуры для тебя, и, что самое главное, для себя, — нехотя ответил Томас. — Двадцать Великих Герцогов, а выбрать не из кого! Куда катится мир? Император основательно обновил наши ряды две с половиной тысячи лет назад, устроив Великую Резню в Зале Большого Совета, так что теперь все стали осторожными, умными и, что самое обидное, большей частью молодыми.

— Давай убьем жену одного из них, — предложила Дэнис.

— Я работаю над этим, но те двое, кого ты смогла бы незаметно контролировать и обманывать достаточно долго, стругают наследников и не выпускают жен из вида ни на минуту, а те четверо, что не позволят собой командовать, но и не затрахают тебя насмерть сразу же, плетут интригу против Маркуса и не подпустят к себе никого нового.

— А остальные?

— Остальные не вариант. Они сделают тебя своей на следующий же день и не слезут до тех пор, пока не выпьют до дна твою душу и не разорвут на части тело. Зачем я буду отдавать приличное приданное, если ты умрешь так быстро?

— Значит, денег жалко, а меня не жалко, да? — обиделась Денис.

— Да. Никакого от тебя толку, одно сплошное разорение!

— Как это никакого толку? А секс? Я могу стать твоей любовницей и доставить много радости в постели. Приданое, опять же, отдавать не надо.

— Денис, тебя спасет только статус законной жены Великого Герцога. Если бы я мог, то женился бы сам, серьезно. Но я не могу. Мне просто не позволят!

— Жаль. Нас это устроило бы как нельзя больше, — поцеловала отца в губы Дэнис.

Не то, чтобы она любила его, демоны не умеют любить, просто он был единственным, кто мог помочь ей прожить как можно дольше. Да и переспать с ним Дэнис хотела с самого детства. Томас мог быть очень хорошим любовником, если хотел, конечно. Однажды она увидела, как он занимался романтическим сексом с ее матерью, и с тех пор мечтала оказаться на ее месте. Слава Богу, Мэндис была настолько развратной, избалованной и глупой, что посмела завести любовника. Томас разорвал ее на части, как только Дэнис рассказала ему об этом. Эта история произошла, когда она была глупым 30-летним ребенком, которого Великий Герцог с самого рождения заставил носить личину, ограждая себя от неприятностей и дополнительных расходов, ведь желающих украсть красивую демоницу даже до ее совершеннолетия был бы вагон и маленькая тележка.

Смерть изменницы положила начало уважительной симпатии, с годами переросшей в искреннюю привязанность, которую оба скрывали изо всех сил почти сто лет. Демоны они или кто? А потом Дэнис спасла отцу жизнь во время очередного покушения, Томас подобрел еще больше, пообещал не заставлять ее спать с юными демонами для его развлечения слишком уж часто и задумался над тем, как пристроить дочь так, чтобы и ему было выгодно, и она смогла прожить подольше. Хороших мыслей за прошедшие столетия у него не появилось, но Дэнис все равно надеялась на лучшее. Скрывали же они ее внешность от всех и вся целых 430 лет! Если бы не красота, она стала бы для Великого Герцога Вальтеруса незаменимой: умным, незаметным и преданным лазутчиком в стане врага. Друзей у демонов, а тем более у Великих Герцогов, не было по определению.

Использовать детей в своих интригах и разборках было железным и незыблемым правилом всех демонов. А как по-другому? Выживает сильнейший. Чем больше детей, тем интереснее жизнь. Во-первых, их можно было выгодно женить или выдать замуж. Во-вторых, на них можно переложить часть обязанностей из тех, что не хотелось делать самому. А в-третьих, ими можно было распоряжаться по своему усмотрению: спать с ними, играть, стравливать между собой, доводить до помешательства, убивать, подкладывать в чужие постели и использовать, как в голову взбредет. Почему бы и нет? Ведь однажды один из сыновей добьется своего: убьет отца и займет его место во главе рода. Так было и так будет до скончания веков, а игра стоила свеч. Тем более, если речь шла о титуле Великого Герцога, который давал своему обладателю невероятную силу, железное здоровье и возможность прожить пять тысяч лет, против обычных двух.

Дэнис не повезло дважды. Мир демонов жесток и не прощает привязанностей и ошибок. Все в нем решает самый сильный, умный и коварный, а потому демоницы во все времена были лишь способом развлечься и продолжить род. Когда без разницы, с кем спать, демоны всегда выбирали сильного. Это сидело в них и делало теми, кто они есть, так что даже в постель к демонам женщины обычно попадали только после того, как на мужчин у них сил не оставалось. Хотя, конечно, бывали и исключения. Демоницы смирились со своим положением давным-давно и научились извлекать из этого выгоду. Те, кто поумнее, старались не злить мужей и любовников, хитростью тянули из них деньги и замечательно проводили время в постели с подругами-любовницами. Те, кто поглупее, пытались добиться внимания своих мужчин или заводили любовника, чем, конечно же, выводили мужей из себя и заканчивали дни очень быстро.

— Я тебе еще кое-что не рассказала, Томас, — прервала задумчивое молчание Дэнис.

— Да?

— По поводу вчерашнего вечера. Я была на вечеринке Сайруса, одного из Наследников Великого Герцога Сетруса, и отлично развлекалась, пока он не решил, что хочет со мной переспать. Если бы он был со мной вежлив, я бы согласилась и замечательно провела бы с ним время в постели, но Сайрус возомнил себя звездой и обошелся со мной очень жестко. Я леди Вальтерус, а меня отымели, как последнюю шлюху! Конечно, я сопротивлялась, но ты же понимаешь…

— Хочешь, я убью его за это?

Томас терпеть не мог еще не старого, а потому очень шустрого и крайне похотливого Великого Герцога Сетруса, вечно сующего свой длинный нос куда не надо. Повод напакостить ему был, может, и не слишком весомый, но зато вполне законный и правильный, а убить его хоть и несовершеннолетнего, но зато самого перспективного Наследника показалось Томасу отличной идеей. О величии рода заботились все Великие Герцоги без исключения, зачастую сознательно не наказывая перспективных кандидатов на главу рода за провалившиеся попытки их убить.

— Да, хочу, — ангельски улыбнулась Дэнис. Благодаря многолетней практике она научилась получать желаемое, даже не прося об этом. Главное, правильно подать мысль. — И пусть Сайруса затрахают насмерть, ладно?

— Как скажешь, — кивнул Томас.

— Спасибо за такой прекрасный подарок, но я хотела поговорить с тобой о другом. Я не желаю подчиняться силе, отец. Если меня жестоко имеют сейчас, когда на мне страшная личина, то что со мной сделают потом? Я хочу хотя бы попытаться отомстить или убить своего насильника!

— Намекаешь на то, что тебе надо найти того, кто научит тебя защищаться? — задумался Томас. — Неплохая идея. Только личину тебе придется снять, это раз, и наверняка с ним спать, это два. Только так ты хоть чему-то научишься.

— Не поняла?

— Я найду молодого парня из бедного квартала. Честные драки тебе не нужны, а вот парочка подлых и грязных ударов вполне себе подойдет.

— Согласна, только зачем мне с ним спать?

— Ни один демон в здравом уме не будет учить демоницу рукопашному бою ни за какие деньги, а человек или оборотень тебе не помогут.

— Ты прав, — уныло согласилась Дэнис.

— На первой тренировке он покажет все, что знает, а потом вы будете заниматься голыми. Когда тебе надоест терпеть в себе его член, ты научишься отбиваться.

— Звучит ужасно, но я согласна. Лучше потерпеть сейчас, чем бесславно умереть потом.

— Это совершенно нелогичное решение. Твое. Не мое, — пожал плечами герцог. — Жизнь тебе твои умения все равно не спасут.

— Зато я умру с честью, что для рода Великих Герцогов Вальтерусов немаловажно.

— Жаль, что ты демоница, Денис, — искренне опечалился Томас. — Из тебя получился бы настоящий Великий Герцог.

— Отец, ты такой душка, когда захочешь, что я от тебя тащусь, — принялась целовать его растаявшая от щедрого комплимента Дэнис, но он твердой рукой отодвинул ее от себя.

— Хватит. Мне понадобятся силы, чтобы как следует развлечься с Неру ночью, так что не отвлекай меня. Ты, конечно, красивая, но он вне конкуренции.

— Потому что мужчина?

— Да. Помни об этом всегда, Дэнис. Демоны — не люди и не оборотни. Женщина для нас — пустое место. Тем более такая красивая и богатая, как ты.

Дэнис послушно сползла с кресла, потрепала Неру за острым белым ухом, нацепила личину и отправилась в свои покои. У нее осталось не так уж много времени, чтобы хотя бы попытаться спасти себе жизнь, и первый шаг на этом пути она сегодня сделала. Много лет Денис жила в глупой надежде, что все решится само собой, но чудес не бывает. Никто и никогда не позволит той, чьи дети теоретически имеют право претендовать на титул Великого Герцога, сбежать на другую планету, в мир людей или оборотней, как и скрывать настоящую внешность после совершеннолетия — церемония обретения истинной ипостаси по древней традиции проходила в присутствии двадцати демонов в церемониальном зале рода. К великому сожалению Денис, прямым потомкам Великих Герцогов обрести истинную ипостась в другом месте было невозможно — сошедших с ума и погибших в адских мучениях беглецов история рода знала наперечет.

Денис задумалась так глубоко, что чуть не налетела на одного из братьев. Получила от него подзатыльник и поспешила скрыться в тени стены. Вот только с ними ей разборок и не хватало! Слава всем богам, все четверо давно были совершеннолетними, а потому не обращали на нее никакого внимания, занимаясь друг другом, женами, официальными любовниками и красивыми рабами-оборотнями. Семейные традиции в роду Вальтерусов чтили свято и с удовольствием.

====== Глава 2 ======

Планета Подземелье, Столица. 60 лет до дня Х

Дэнис с ненавистью смотрела на дверь в тренировочный зал. Десять лет она заходила туда, чтобы подвергнуться насилию на добровольных началах. 26 демонов погибли от ее руки, и каждого из них она с удовольствием убила бы еще раз. То, что они вытворяли с ней, пока она не находила способ им сопротивляться, не поддавалось никакому описанию. С каждым новым тренером издевательства становились все изощреннее, а член, разрывающий ее тело, все больше. Где только отец находил этих несовершеннолетних садистов? Желание прекратить все это поселилось в ней после второго же занятия или, другими словами, жестокого двухчасового изнасилования, но Дэнис только крепче сжала зубы и начала бесконечный мучительный марафон. И результаты не замедлили сказаться.

Раньше о ней мало кто знал, зато теперь она стала легендой, с которой опасались связываться даже Наследники. Отбитые яйца, сломанные части тел и жестоко потрепанная гордость заставили богатых похотливых юнцов обходить ее стороной, в том числе и потому, что все попытки убить наглую демоницу исподтишка заканчивались неизменными провалами. Дурная слава любимицы богов и сумасшедшей извращенки отогнали от нее практически всех. Денис это устраивало как нельзя больше. За это время она узнала все, что можно и что нельзя о сексе, возбужденных мужчинах, насилии и похоти, и была на грани того, чтобы возненавидеть и секс, и демонов и себя заодно до кучи. Та наивная глупая девочка, что сидела на коленях отца десять лет назад, умерла, уступив место умной, безжалостной и беспощадной стерве.

Дэнис стала настоящим бойцом: закаленное, невероятно сильное и гибкое тело, молниеносная реакция и точные, по большей части подлые удары. Мозг не хотел отставать от тела и требовал внимания, так что Дэнис забросила свои девичьи дела и окопалась в родовой библиотеке, где и проводила практически все свободное время. Однако, чем глубже она погружалась в мир финансов, статистики, математики и истории, тем очевиднее становилось, что книг ей явно недостаточно. Она выкружила у отца разрешение на поступление в Университет и с нетерпением ждала начала первого семестра на экономическом факультете, упрямо теша себя надеждой найти способ прожить достаточно долго для того, чтобы все это ей пригодилось.

Дверь в тренировочный зал открылась, и на пороге возник новый тренер. На прошлой неделе она убила предыдущего и три дня отмечала это событие, таскаясь по ночным клубам в поисках приключений, пьяная в дым. Приключения даже на ее страшненькую под личиной задницу исправно находились, но так напоминали своим поведением ненавистных тренеров, что она посылала их далеко и надолго. Иногда даже физически, если простых слов было недостаточно. Дэнис взглянула на вошедшего демона, проглотила ком ужаса в горле и гордо выпрямила спину. Если она убьет этого громилу, ей сам черт будет не брат!

Парень замешкался на пороге, внимательно разглядывая помещение, а потом решительно шагнул в зал, аккуратно закрывая за собой дверь. Высокий даже для демона, смуглый, мощный, как бульдозер, накачанный, как Император, он обладал невероятно органичным, практически безупречным телом, но при этом чертовски страшным лицом. Орлиный нос, пухлые девичьи губы, серые глаза с длинными ресницами, выступающие скулы и квадратный подбородок: все по отдельности было вполне себе ничего, но вместе!

Дэнис поспешила перевести взгляд на скрытое под спортивной одеждой тело. Впрочем, скрывала она мало, слишком уж хорошо были прокачаны мышцы, которые она облегала.

— Добрый день, — сказал здоровяк приятным, чуть хриплым грудным голосом. — Меня зовут Рамиро. Я твой новый тренер.

— Дэнис, — ответила она и удивленно пожала протянутую для приветствия широкую ладонь. Откуда он такой вежливый взялся?

— Рад познакомиться, — улыбнулся Рамиро, разом становясь совсем страшным. — Начнем?

— Да, — кивнула Дэнис и отправилась к матам, лежащим посредине зала. — Сегодня ты показываешь мне максимум того, что умеешь, а со следующего занятия я начинаю испытывать это на тебе.

— С каких это пор ученик командует тренером? — спросил Рамиро прямо у нее над ухом.

Дэнис вздрогнула от неожиданности и метнулась в сторону, но он уже крепко держал ее за плечи и удрать не дал. Большие ладони тщательно, но вполне нейтрально обследовали ее тело от шеи и до коленок сначала сзади, а потом спереди. Рамиро выпрямился перед ней и оставил руки на плечах.

— Нужно подкачать спину и грудь, иначе толку не будет.

— Тебя не спросили, — огрызнулась Дэнис, серьезно задетая как тем, что он сумел подкрасться к ней незаметно, так и не слишком лестным комментарием про ее шикарное во всех местах тело. На нем ведь личины не было! — Со своим лицом разберись для начала!

— Не смей хамить тренеру, — немедленно отвесил ей пощечину невозмутимый Рамиро. Она ее даже не отследила! — Я говорю, ты делаешь. Молча!

— Да как ты смеешь указывать мне, шавка безродная! — вышла из себя Дэнис.

Щека горела огнем, как и попранная гордость. Она наследница великого рода, а он никто и звать его никак! Строит тут из себя императора!

— Еще раз обзовешь меня и горько об этом пожалеешь.

— Да ты мне руки лизать должен, крыса помоечная, а не приказы раздавать.

Дэнис резко нырнула вперед, сделала Рамиро подсечку и уронила на пол за пределы матов, как следует приложив затылком о каменный пол. Он охнул, и демоница схватила его за горло. Если она убьет хладнокровного громилу прямо сейчас, то он не успеет засунуть в нее свой наверняка гигантский член. Рамиро замер, а потом неуловимым движением вывернулся из ее рук и прижал к полу лицом. Мощные бедра жестко и недвусмысленно прижались к ее ягодицам. Дэнис неприлично выругалась, он в ответ скрутил ей руки на спине и вдавил в мраморный пол намертво.

— Избалованная богатая сучка. Думаешь, тебе все можно?

— Да! Мне все можно!

— Мечтай, как же. Скоро я научу тебя уму-разуму, хорошим манерам и уважению.

— Я убью тебя, — пообещала Дэнис. — Дай только шанс.

— Да не вопрос, — насмешливо отозвался Рамиро и исчез с нее, как будто его ветром сдуло: беззвучно и мгновенно.

Она даже на ноги подниматься не стала и напала на него снова: подло, грязно и наверняка. Он увернулся и отвесил ей такой подзатыльник, что у нее поплыло перед глазами, но ее это не остановило. Как закончилась тренировка, Дэнис так и не смогла вспомнить, потому что через полчаса унизительных падений, пощечин и подзатыльников сильно ударилась виском о стойку с холодным оружием и бесславно уплыла в обморок.

…

Вторая тренировка началась со вполне ожидаемого скандала, и Дэнис пришлось воспользоваться оружием, чтобы вернуть контроль над ситуацией. Рамиро, услышав требование раздеться догола, послал ее лесом и раздеваться отказался, так что она вытащила пистолет из тайника в стене, приставила к голове упрямого демона и взвела курок. За все эти годы Денис ни разу не воспользовалась оружием, чтобы убить своего мучителя, но этот высокомерный громила выбесил ее с первого взгляда. Раз он не понимает по-хорошему, будет по-плохому. Командир выискался! Раздеваться он, видите ли, не хочет. Странный какой-то. Не похожий ни на одного из тех, что побывали в этом зале. Слишком умный, властный, независимый и профессиональный.

— Раздевайся. Отныне и до тех пор, пока я тебя не убью, все наши тренировки будут проходить именно так. Мы оба будем голыми. Или ты соглашаешься, или я пристрелю тебя прямо сейчас.

— Ты пожалеешь об этом.

Серые глаза потемнели, но ни один мускул на страшном лице так и не дрогнул. Рамиро медленно стянул футболку, открывая великолепный торс, откинул ее к стене и повел могучими плечами. Дэнис отступила на шаг назад, чтобы не мешать, а заодно разглядеть демона как следует. Впрочем, что-что, а его тело она скоро изучит во всех подробностях. Вон как ноздри раздувает и глаза прищуривает! Наверняка придумывает план мести наглой развратной демонице. Рамиро скинул обувь и взялся за пояс спортивных штанов. Помедлил. А затем решительно стянул их вместе с нижним бельем. Дэнис не смогла удержать облегченный вздох. Даже в возбужденном состоянии его член был вполне себе нормальным. Большим, конечно, но в разумных пределах.

— Заценила? — поднял на нее полный ледяного презрения взгляд Рамиро. — Теперь моя очередь!

Денис поежилась, скинула одежду, отложила пистолет в сторону, глубоко вздохнула, готовясь к неизбежному, и сняла личину. Демон моргнул, меняясь в лице, а потом метнулся к ней с такой скоростью, что она не успела даже руку поднять, как оказалась прижатой к стене, а его большой член глубоко обосновался в ее теле: совершенно не больно, уютно и очень основательно. Это поразило Дэнис до глубины души.

— Ты прекрасна. Изумительна! Великолепна!!!

Хриплые слова и теплые ласковые губы на ухе вонзились ей прямо в мозг, отключая его напрочь. Требовательные руки сцепили ноги за его спиной и добрались до груди, а язык проложил мокрую дорожку по шее и добрался до рта. Уверенно раскрыл губы и забрался вглубь еще неприличнее, чем ловкий и умелый член в ее лоно. Тяжелый, горько-сладкий и невероятно яркий аромат желания демона накрыл демоницу с головой, и она вспыхнула в ответ, как факел. Укусила в налитую мощью мышцу на плече изо всех сил, заставляя его хрипеть и вонзаться в нее еще глубже, и улетела из ненавистной комнаты в небо.

— Что это было? — спросил Рамиро, едва пришел в себя после оргазма. — Не могла просто сказать, что трахаешься со своими тренерами, пока они тебе не надоедят?

— Ты не понимаешь, — опустила голову на могучее плечо Дэнис. Висеть на стене было слегка унизительно, а собственное поведение вообще привело ее в полнейшее замешательство. Такого кайфа от секса она не получала никогда в жизни. Да еще за пять минут! — Поставь меня на пол, и я все объясню.

— Ну уж нет, — усмехнулся Рамиро и поднял ее лицо к своему за подбородок. — Если мы собираемся заниматься сексом, то зачем тратить время зря?

— Много ты понимаешь! — огрызнулась Дэнис.

Хотела на него разозлиться, но не смогла. Его член уютно наливался жизнью внутри нее, разгоняя огонь желания по жилам, а сам он так бережно держал ее в могучих руках, что она решила рассказать ему все, как есть. Убить Рамиро выстрелом в голову никогда не поздно. Демон внимательно выслушал печальную историю, отвердел в ней окончательно и заставил сходить с ума от наслаждения все следующие полтора часа тренировки в знак уважения за упрямство и впечатляющие результаты.

…

— Ну, ты и горазда покричать, валькирия, — лукаво проворчал Рамиро, заходя в комнату с охапкой одежды в руках. — Я чуть не оглох.

Дэнис лежала на кровати в своей спальне, куда демон принес ее из зала на руках, и смотрела на то, как он одевается. Несколько секунд, и красивое могучее тело было надежно укрыто от чужих взоров джинсами и бесформенной толстовкой. Спортивную форму он перестал носить после первой же тренировки. Жаль. На подколку Рамиро Дэнис отвечать не стала, большей частью потому, что сорвала голос и могла только шептать. Кто бы мог подумать, что все так обернется? Третья тренировка, два часа бурного секса, а на ее теле не было даже царапины! Этот невозмутимый здоровяк контролировал себя и свое тело на запредельном уровне, а ведь ему и пятисот лет не было! Рамиро подошел к ней и присел рядом. Провел теплой ладонью по обнаженной спине, бедрам, ногам, вернулся на ягодицы и легонько сжал. Дэнис немедленно потянула его голову к себе и поцеловала в губы.

— Время вышло, красавица. Мне пора идти, — непреклонно оторвался от нее Рамиро. — Это была самая лучшая тренировка в моей жизни, но в следующий раз мы займемся делом.

— А чем мы занимались сегодня? — хитро улыбнулась Дэнис и залезла рукой под футболку на его спине.

Рамиро моргнул, вспыхнул обжигающим огнем желания, подскочил, как ужаленный, и позорно сбежал, а она рассмеялась и свернулась на постели в довольный жизнью комок. Кто бы мог подумать, что битва может быть такой сладкой и приятной, а поражение вполне может обернуться победой? Эту тактику стоило взять на вооружение.

…

— Дэнис, давай оденемся, а? Я не могу думать о рукопашном бое, когда смотрю на тебя! Ты такая красивая!

— Ты не смотри. Ты действуй!

— Противная девчонка, займи правильную позицию. Да не так! Дэнис. Я серьезно. Соберись! Ну что ты делаешь?!

— Смотрю на твой член и занимаю правильную позицию. Он умнее тебя и знает, чем стоит заниматься, а чем нет.

Рамиро метнулся к наглой демонице через весь зал и огрел по прекрасной голой заднице ладонью изо всех сил. Ягодица покраснела, и он едва не застонал вслух от накатившего возбуждения. Дэнис взвизгнула и залепила ему пощечину, но он успел перехватить сильную тонкую ладонь и развернул демоницу к себе спиной, держа за горло и бедра руками. Она наступила ему на ногу, воткнула острый локоть в бок и вырвалась из стальной хватки. Рамиро успел поставить подножку, роняя Дэнис на маты на колени и падая следом. Неудачно дернулся и вошел в нее сзади по самое не могу. Она застонала и прогнулась, принимая его полностью, так сексуально, что он сдался мгновенно. На этом воспитательная часть тренировки опять закончилась.

…

— Дэнис, ты хочешь научиться защищаться или нет? — безнадежным голосом спросил Рамиро, лежа на кровати в спальне демоницы и наслаждаясь жизнью вместо того, чтобы честно отрабатывать те немалые деньги, которые заплатил ему наниматель.

Мягкий свет настенных бра погрузил большую комнату в неприличный полумрак и освещал только половину постели. Ту самую, на которой они и разместились. Дизайнер, что придумал это, был мужик с головой и явно знал, что делал. Полутень придавала сексуальным забавам особенную прелесть. Как и зеркало на потолке. У себя в покоях Рамиро никогда бы такое не сделал, но здесь оно было, а Дэнис была так прекрасна, что он хотел видеть ее настолько подробно, насколько это вообще возможно, поэтому засунул смущение в самый дальний уголок сознания и наслаждался всем, что они тут вытворяли, со всех ракурсов.

Дэнис наклонилась к нему и принялась целовать плечо, а Рамиро провел руками по спине, тонкой талии и упругим ягодицам, наблюдая за всем в зеркало. Божественно! Она сидела на нем верхом и в очередной раз доводила до кипения умелыми движениями крепких бедер. Член блаженствовал в тесной влажной глубине и плевать хотел на хозяина и его попытки вести разумные разговоры. Рамиро взял в ладонь небольшую красивую грудь. Так необычно и приятно! Он не спал с демоницами очень давно. Зачем? Они такие слабые! Чуть что не так, и сразу в слезы. Кому это понравится? То ли дело демоны! Боли не боятся и могут вытерпеть все, что угодно. И даже получить от этого удовольствие. Но Дэнис…

Страстная, властная и покорная одновременно. С ней он не хотел быть жестоким похотливым демоном, а хотел быть глупым ласковым человеком. Она заслужила это своей красотой, несгибаемой волей к победе и светящимся в невероятных синих глазах умом. Чего-чего, а мозгов ей было не занимать. Он бы с удовольствием отобрал у нее немного для себя. Ему бы они точно пригодились.

— Хочу. Но у нас впереди пятьдесят девять лет, так что можно не торопиться, — ответила Дэнис тогда, когда Рамиро уже забыл, о чем спрашивал.

Дэнис прикусила темную горошину соска на широченной мускулистой груди: смуглой и слегка волосатой. Жесткие короткие волоски неширокой полоской жили на середине, спускались тонкой черной линией до пупка и нисколько не раздражали, а скорее заводили, придавая Рамиро вид настоящего самца и супер мачо. Его горячее твердо-нежное тепло наполняло ее до самого сердца, и думать головой не хотелось, а хотелось чувствовать демона в себе каждый день и подолгу, а не два раза в неделю и по чуть-чуть. Упрямец честно отрабатывал зарплату и учил ее сражаться целых полгода, а она сходила с ума по его мощному телу и мечтала затрахать до смерти. Обычно они сходились в своих желаниях где-то на середине.

— Нет. У нас остался всего год.

— Это еще почему? — замерла Дэнис.

— Столько осталось до моего совершеннолетия, валькирия, — повел бедрами Рамиро, намекая на то, что останавливаться не стоит, и она послушно ожила. — Я не смогу тренировать тебя после этого.

— Почему?

— У меня будет много других дел, — явно ушел от ответа демон. — Кроме того, тренировать тебя и не спать с тобой я не смогу. Слишком большой соблазн!

— Раз у нас осталось так мало времени, может, не будем тратить его зря?

— О чем ты? — поднялся к ней Рамиро.

Обнял, переложил длинные ноги за свою спину и задал темп, высоко поднимая демоницу на члене под ягодицы. Дэнис оперлась спиной на его согнутое колено и громко стонала в такт движениям, заводя его этим безмерно. Упругая грудь колыхалась прямо у него перед носом, искушая и заставляя Рамиро ловить темно-вишневые горошины губами и даже зубами каждый раз, когда он опускал ее на себя до самого конца. Демоница кричала от удовольствия и впивалась в его плечи пальцами до синяков. Они сделали все, чтобы продержаться, как можно дольше, кончили почти одновременно и замерли, приходя в себя и ловя остатки наслаждения рассеянными руками и губами.

Дэнис обняла Рамиро за шею и прижалась щекой к коротко стриженой макушке, наслаждаясь его силой и мощью всем своим существом. Этот загадочный демон вызывал в ней чувство покоя, безмятежной защищенности и уверенности в том, что завтра будет еще лучше, чем сегодня, едва ли не с первого секса с ним. Рамиро выдохнул ей в шею и поцеловал ключицу, намекая на то, что пора сменить позу, но Дэнис только крепче сжала его в объятиях. Она собиралась сказать ужасную глупость и не нашла в себе сил посмотреть ему в глаза.

— Если ты останешься жить у меня, то мы сможем тренироваться в положенные часы и заниматься сексом во все остальные.

— Дэнис… я не могу… мне…

— Можешь, демон. Можешь.

Он заставил Денис оторвать лицо от своей головы, посмотрел в прекрасные синие глаза… и согласился.

К черту всех и вся! Ставки сделаны, союзники и противники определены, а гениальных идей по поводу своего будущего у него так и не появилось. Хотя, какие идеи? За него все решили предки много тысяч лет назад. Как любил говаривать старший брат: – “Кто мы такие, чтобы нарушать традиции предков?” Один из толпы безликих Наследников Великого Герцога, чьи имена никто никогда не вспомнит. Впрочем, его шансы на победу были не так уж малы. Рамирес хотел в это верить. Как и нарушать традиции. Хоть по чуть-чуть! Всю свою сознательную жизнь он занимался только тем, чем должен, и так, как положено. Да он даже напился вдрызг один-единственный раз! Благо старший брат был рядом и не позволил творить глупости на своем 700-м дне рождения. Или позволил? Память надежно укрывала тот день и ту ночь свинцовым одеялом, а верить Кортесу, сказавшему утром, что он рисовал на стенах в баре, вместо того, чтобы рвать всех на части и насиловать все, что движется, не хотелось.

Несколько лет назад бесконечные тренировки, муштра и воспитательные побои отца настолько его достали, что он купил поддельные документы и сбежал. Недалеко и ненадолго. Кортес нашел его, вернул домой и пригрозил подстроить ему самую нелепую и позорную смерть из всех, когда-либо виденных миром, до того, как придет время великой битвы за титул, если он исполнит такое еще раз. Рамирес с позором умирать не хотел. Да он вообще умирать не хотел! А потому притих, стал исправно появляться на персональных тренировках, послушно участвовал в кровавых отцовских разборках с врагами рода и почти смирился с судьбой, лишь изредка выбираясь в портовые гетто Столицы за приключениями.

Именно там его нашел сияющий новехонькой личиной демон, предложивший кощунство: научить демоницу защищаться от демонов. Конечно же, Рамирес согласился. Как показала практика, не зря. Благо всевидящий старший брат был занят вцепившимися друг другу в глотку средними братьями и впавшим от этого в неистовую ярость отцом. Провести последний год перед совершеннолетием под боком невыносимо сексуальной, умной и во всех местах прекрасной демоницы вместо домашнего серпентария, показалось Рамиресу отличной идеей. Конечно, следить за происходящим дома будет гораздо сложнее, но в ближайшее время грандиозных событий не предвиделось, и демон решил позволить себе немного искренней радости и удовольствия. Купил небольшой особняк в самом центре Столицы, поставил отца в известность о том, что будет жить один, разругался со вставшим на пути Кортесом в хлам, сумел-таки заехать ему с ноги в челюсть за все хорошее и свалил.

В новоприобретенном особняке Рамирес так ни разу и не появился. Откуда у бедного тренера столько денег? Несовершеннолетний, но могучий и опытный Рамиро без проблем устроился в безалаберный дом Вальтерусов охранником и отдался Дэнис всем, чем только можно, от всей души. Они прожили вместе целый год, наслаждаясь неожиданным теплом и занимаясь сексом, где попало и сколько угодно. Старались не попадаться на глаза родственникам Дэнис, открыто радовались жизни и друг другу, напрочь забывая о том, что демонам не полагается чувствовать хоть что-нибудь хорошее, и совсем не думали о будущем. Глупые, ошалевшие от шикарного секса и хрупкого непозволительного доверия подростки. А потом Рамиро последний раз крепко поцеловал свою уникальную ученицу в губы и исчез, так ничего и не пообещав на прощанье. Что он мог ей сказать? Сейчас — ничего, но если ему удастся заполучить вожделенный титул, то тогда… Вот тогда Великий Герцог Рамирес де Сен-Перес с ней и поговорит. Если она, конечно, до этого времени доживет.

Дэнис хоть и была бесчувственной похотливой демоницей, но переживала и скучала по демону страшно. Впервые за последние полтора года пришла в кабинет к отцу и сказала, что с нее хватит тренировок. Томас равнодушно пожал плечами, а Неру, давно переехавший с пола на подлокотник кресла Великого Герцога, одобрительно заулыбался и откровенно за нее порадовался. Дэнис повисла на его сильной шее, расцеловала в прекрасное лицо и поклялась позаботиться о нем, когда Томас его бросит. Неру рассмеялся, крепко поцеловал ее в губы и пообещал небо в алмазах и секс круглосуточно. Великий Герцог посмотрел на них, а потом вышвырнул Дэнис из кабинета и закрыл дверь на замок. Она вернулась обратно через потайной ход, увидела в щелку, что отец перестал пороть юного нахала ремнем, прижал к двери и принялся исступленно целовать, облегченно выдохнула и отправилась мучиться и страдать от безделья в свои покои.

Сие бесполезное занятие надоело ей крайне быстро, и Дэнис вспомнила про женские развлечения: потратила кучу денег на шмотки и драгоценности, потусовалась на вечеринках золотой молодежи, переспала с парой демонов, поняла, что Рамиро никто из них и в подметки не годится, и отбила яйца остальным желающим. Вся эта ерунда нагоняла на нее вселенскую тоску, и она пришла в Библиотеку, где и вспомнила про Университет, в который ей пришлось поступать заново. В этот раз отвлекать Дэнис было некому, так что она благополучно начала обучение, легко и спокойно проучилась целый год, а потом случайно увидела легенду Императорского Университета вживую, и все в ее жизни поменялось раз и навсегда. Нет у демонов иммунитета к любви, а у демониц тем более. Просто узнают они об этом только тогда, когда менять что-либо уже слишком поздно.

====== Глава 3 ======

Планета Подземелье. Столица. 57 лет до дня Х

Сэм медленно шел по коридору своего факультета и делал вид, что погружен в глубокие раздумья. Ему это отлично удавалось и спасало от назойливых студентов, отчаянно желающих с ним переспать. Физ-мат — это вам не гуманитарный факультет, а потому церемоний здесь никто особых не разводил. Демоны и демоницы практически вешались ему на шею, но он не обращал на них внимания. Одно время Сэм просто помешался на студентах и студентках и трахал всех желающих без разбора. Лет сорок-то точно. А потом ему это надоело. Когда рядом нет любимого, все надоедает.

После смерти Тарио прошло уже триста лет, а Сэм все никак не мог его забыть. Они прожили душа в душу почти 2200 лет, а это вам не абы что! И все это время он купался в бесконечной любви сурового демона по самые уши. Большого черного сердца и неистовой страсти главы Службы безопасности Императора хватало на них обоих с головой. С тех пор Сэм искал того, кто мог полюбить его так же, как Тарио, но за все эти годы никто ему так и не попался. Хорошо хоть Маркус добился своего от Дариуса! Сэм невольно улыбнулся, чем вызвал восхищенный шепот проходящих мимо студентов.

С тех пор, как Маркус стал Великим Герцогом Барбадосом и мужем Императора демонов, Сэм, как его личный помощник, превратился в персону VIP и стал самым известным человеком во всей Вселенной. Несколько идиотов, что поначалу попытались от него избавиться, были показательно растерзаны Маркусом с такой жестокостью, что все остальные убрались подальше. Тем более что он не участвовал в интригах, большую часть времени проводил в лаборатории и не имел на своего гениального босса никакого влияния. И Сэм, и Маркус, и Дариус и даже Тарио сделали все, чтобы поддерживать это мнение и дальше. Интриганы оставили его в покое, а с демоническими поклонниками легко и быстро разбирался Тарио. Пару раз, в самом начале жизни Сэма в Столице, он не успел, но тогда в дело вмешался даже не Маркус, а сам Император, и от неудачливых насильников остались только ошметки.

Сэм принадлежал ему и Маркусу, а за тех, кто ему нужен, Дариус мог порвать в клочья кого угодно. Это знали все, кто хоть одним глазком следил за светской жизнью в Столице, а потому даже после смерти Тарио Сэм мог выйти утром из своего особняка без риска быть похищенным наемниками какого-нибудь богатого демона, воспылавшего к нему неистовой похотью. К сожалению, наслаждаться жизнью и полной свободой у Сэма не получалось. Огромное количество лет его в прямом смысле носили на руках, обожали, сдували пылинки и любили круглосуточно. Он привык и тосковал по всему этому страшно. Секс не радовал, физика навевала скуку и только Маркус и Дариус могли вытащить Сэма из этого сумрачного состояния. Но не мог же он жить в их постели постоянно! Хоть и хотел. Надо было что-то срочно придумывать. Только вот что? Гениальные мозги Сэма отказывались работать, чем повергали хозяина в еще большую депрессию.

Сэм завернул за угол и с размаху налетел на совсем юную демоницу. Книги из его рук посыпались на пол, а небольшая стеклянная ваза, которую несла она, ярко сверкнула на солнце, упала и разлетелась вдребезги по всему коридору.

— Хорошая ваза… — задумчиво проводила осколки взглядом студентка и посмотрела на Сэма удивительно знакомыми синими глазами.

— Да, — согласился он, собирая с пола книги. — Была.

— Дэнис Вальтерус, — представилась демоница.

Сэм вздрогнул и внимательно посмотрел ей в лицо. Так вот в кого она такая красотка! В Маркуса! Невероятное сходство. Если бы он не знал своего хозяина, как облупленного, то решил бы, что она его дочь.

— Лицо попроще сделай, — рассмеялась Дэнис. — Я же не Великий Герцог, а всего лишь его дочь.

— Где твоя охрана? У Томаса что, совсем мозгов нет? Как он тебя из дому выпустил? — распереживался Сэм. — Ты слишком красива, чтобы разгуливать даже по коридорам особняка Вальтерусов, что уж про Университет говорить!

— Дьявол! — схватилась за лицо Дэнис и негромко, но очень затейливо выругалась. — Опять личина слетела!

— Идем в мой кабинет, детка, — немедленно прижал ее к своему плечу Сэм, благо ростом она была еще ниже, чем он. — У тебя есть запасная?

— Да, — ответила Дэнис и обняла его так крепко, что у него затрещали кости.

— Эй, юная культуристка! Я не демон, я человек, — охнул Сэм. Хватка ослабла, и он смог выдохнуть. — Будь со мной повежливее.

— Ты действительно такой хрупкий, легкий и прекрасный, каким кажешься?

— Да, — улыбнулся Сэм. Они шли по коридору в обнимку, и им вослед не обернулся разве что ленивый. — Слегка заморенная голодом человеческая супермодель.

— Именно так, — согласилась Дэнис. — В яблочко!

— Раньше я таким тощим не был. Много лет мне повторяли это изо дня в день и кормили практически насильно. Это помогало.

Сэм прищурился от нахлынувших воспоминаний. Они с Тарио всегда завтракали вместе: демон полностью одетым, а он голышом. Удобно устраивался на любимом члене, покорно съедал все, чем кормил его Тарио, доводил до оргазма и отпускал на работу счастливым и довольным жизнью.

— Зато теперь ты похож на привидение! Неужели никто не может позаботиться о тебе, если ты не в состоянии делать это сам? — проворчала Дэнис с такими покровительственными нотками в голосе, что Сэм тайно поежился от удовольствия. Так с ним разговаривал только Тарио. — Будь моя воля, я бы тебя под замок посадила и три раза в день из рук кормила, чтобы в нормальное состояние привести.

— Маленькая еще! — улыбнулся Сэм и открыл дверь в свой кабинет.

— И вовсе не маленькая! — возмутилась Дэнис и впилась в легенду Императорского Университета поцелуем. Она ждала этого момента больше года!

Сэм захлопнул спиной дверь, едва устояв на ногах под напором набросившейся демоницы, но она целовалась так искусно, что он забыл обо всем и потерял голову, отвечая ей со все большим пылом. Попытался перехватить инициативу, но Дэнис так властно и непреклонно впечатала его в дверь, что Сэм сдался. Ему так хотелось хоть ненадолго перестать быть главным! Он отчаянно соскучился по доверчивой покорности и беззащитному смирению. Умелые женские пальчики, забравшиеся в брюки, мигом привели его в чувство.

— Дэнис, — позвал он, но она его не услышала. — Остановись! Поиграли и бу…

Дэнис заткнула ему рот поцелуем, но Сэм решительно настроился привести в чувство и ее тоже. Перехватил-таки инициативу, развернул, впечатывая демоницу в дверь так же, как она его парой минут раньше, и, вместо глубокого поцелуя, жестоко укусил за губу. Дэнис застонала, вздрогнула всем телом, случайно сломала ему ключицу, сжав в объятиях слишком сильно, и пришла в себя. Сэм неприлично выругался, схватившись за плечо, она виновато отскочила в сторону, а посреди кабинета возник Великий Герцог Маркус Барбадос, ректор Императорского Университета и босс Сэма. Шагнул к нему, аккуратно провел рукой по ключице, залечивая, увидел облегчение на лице помощника и повернулся к Дэнис. Она рот не успела открыть, как сказочно-прекрасный эльфийский демон тяжелым ударом изящной когтистой руки располосовал ей лицо в кровь и отправил в полет. Она отлетела к дальней стене и упала на пол.

— Ты посмела причинить боль моему помощнику без его согласия, — мрачно сказал Великий Герцог, в мгновение ока оказываясь рядом с демоницей. Вздернул ее за горло и повесил перед собой на вытянутой руке. — За это ты будешь наказана.

— Сэр Маркус, Дэнис Вальтерус не хотела ничего плохого, просто слишком юна, чтобы контролировать свои эмоции и силу, — вкрадчивый голос Сэма прошелестел по комнате и разом погасил ярость в синих глазах Великого Герцога.

— Племянница? — недоверчиво посмотрел на юную демоницу Маркус, превратился в человека и разжал руку на ее горле.

— Дядюшка, — прохрипела Дэнис, с трудом поднимаясь с колен и стирая со щеки кровь ладонью. Никто не должен видеть ее побежденной. Слишком много чести! — Приятно познакомиться.

— Я бы так не сказал, — сказал Маркус и присел на край рабочего стола Сэма, чтобы подумать.

Смерил тяжелым взглядом юную демоницу и понял, что если и не смотрится в зеркало, то только по причине почтенного возраста и мужеского пола. Она была настолько похожа на него в детстве, что не могла не быть его дочерью. Однако Дариус давным-давно позаботился о том, чтобы у него не было детей, сделав сперму стерильной, дабы никто и ничто не отвлекало его от мужа. Императору выше крыши хватало незримой войны с наукой, с Сэмом, который стал обоим скорее сыном, чем помощником, и с солнечным Праймом, ростки любви к которому из души Маркуса выпалывались Великим Ничто с завидной регулярностью. Так откуда тогда взялась женская копия Маркуса, если взяться ей было неоткуда? Ответ был один: Император постарался. Как он это провернул и зачем? Хорошие вопросы, на которые на данный момент времени ответов не было.

Маркус перевел взгляд на стоящего рядом с демоницей Сэма и впервые со смерти Тарио увидел, а главное, почувствовал в нем искреннюю заботу и интерес к кому-то, кроме них двоих. И это принесло облегчение. В последнее время тоскливое состояние Сэма начало серьезно раздражать Дариуса, и последствия для Малька могли оказаться самыми печальными. Он принадлежал им, был дорог и провел рядом с ними, а после смерти Тарио и в их постели, так много времени, что игнорировать его было невозможно. Проще убить! И такая мысль в голове Императора уже мелькала. Маркус ее уловил и теперь делал все, чтобы спасти жизнь своему помощнику, зная, что Дариус сначала оторвет Сэму голову, а потом горько об этом пожалеет. Кто еще будет смотреть на страшную демоническую морду Великого Императора с безмерным обожанием и любить его огромный член до беспамятства? Правильно, только Маркус, но он шел по умолчанию и потому не считался.

— Сэм! Прости меня, пожалуйста! — нарушила неловкую тишину Дэнис, подходя к Сэму и осознанно игнорируя Маркуса, который пристально смотрел на нее и… ждал. Чего он ждал? Она бы многое отдала, чтобы это узнать, но не сейчас, потому что на данный момент Сэм был куда важнее. — Не молчи!

— Я молчу, если не знаю, что сказать, — ответил Сэм. — А я не знаю.

— Скажи: «Я прощаю тебя. В следующий раз постарайся держать себя в руках», — предложила Дэнис и взяла его хрупкую руку в свою. Поцеловала тонкие пальцы, услышала насмешливое хмыканье Маркуса, но не стала оборачиваться.

Сэм тяжело вздохнул, решительно вытащил пальцы из рук демоницы, нахмурился и сказал:

— Я прощаю тебя, Дэнис, но больше не позволю со мной обниматься. Мне вполне хватило одного раза.

— Сэм, не будь таким жестоким! Я ведь с тобой не только переспать хочу. Я хочу заботиться о тебе, холить, лелеять и быть рядом долгие годы.

Дэнис смотрела на Сэма жалостливо-восхищенным взглядом, была юна, прекрасна и так похожа на Маркуса, что он чуть было не растаял, но вовремя вспомнил, что демонам верить нельзя, и снова сделал суровое лицо. Кто знает, что у нее на уме в действительности? Может, Дэнис хочет использовать его, чтобы спасти себе жизнь! Она слишком красива, чтобы выжить после церемонии обретения истинной ипостаси, и знает это. Если за ее спиной будет стоять Великий Герцог Барбадос или даже сам Император, шансы демоницы на счастливый исход возрастут до небес. Сэм не хотел быть ее способом добиться желаемого. Он хотел, чтобы она полюбила его всем сердцем и сделала счастливым! Весь вопрос в том, как узнать правду. Или как сделать так, чтобы его желание и стало правдой.

— Ты несовершеннолетняя, Дэнис. О каком сексе идет речь? — вмешался Маркус, понимая, что дело застопорилось. Малек таращился на девчонку, как влюбленный идиот, и явно не мог постоять за себя сам. — Сэм не может иметь тебя, потому что мгновенно умрет, а тебе его даже трахнуть нечем. Собираешься изводить мужика десятилетиями? Такая юная, а уже жестокая развратная садомазохистка! Томас постарался?

— Хам! — вспыхнула Дэнис. — Где твое хваленое воспитание, ректор Императорского Университета?

— У нас семейная разборка, — усмехнулся Маркус, — так что обойдемся без церемоний. Сэм – мой помощник, и нужен мне живым. Отцепись от него.

— У тебя муж есть, вот им и командуй! — огрызнулась Дэнис. — Сэм – не твой раб и сам принимает решения.

— Если ты еще раз причинишь ему боль, хоть физическую, хоть душевную, я тебя убью, — предупредил Маркус. — И Томас тебя не спасет. Против меня у него нет ни единого шанса.

— Я знаю, — неожиданно согласилась демоница. Подошла к Маркусу вплотную и дерзко посмотрела в точно такие же, как у нее, глаза. — Я спасу себя сама! Не смей мне угрожать. Тем более не по делу.

— Не по делу? Ключицу Сэму я только что сломал?

— Это нелепая случайность! Я не дам и волоску упасть с прекрасной головы этого хрупкого человечка.

— Ты свернешь ему шею в порыве страсти, могучая малолетка! Сэм — человек, а не демон, да и мускулами никогда не блистал.

— У меня есть время, чтобы научиться быть с ним осторожной.

— Вот и учись. На других! К слову, времени у тебя нет. Как только ты обретешь истинную ипостась, тебя затрахают насмерть, даже не выпустив за порог нашего церемониального зала.

— Если Сэм полюбит меня, я найду способ выжить.

— Странная мотивация для демоницы. Зачем тебе его любовь, глупая?

— Так гораздо проще будет сделать его счастливым, — выпалила Дэнис. Увидела удивление на лице Маркуса и покраснела до кончиков ушей. — Что?!

— Ты говоришь так, будто любишь Сэма, но это обман. Демоны не умеют любить, а уж сопливые малолетки тем более.

— Я научусь, — отрезала Дэнис.

Неважно, что насчет любви Маркус был прав, важно показать Сэму, на что она ради него готова! Теоретически.

— Ничего, что я тут стою? — вежливо поинтересовался в наступившей тишине Сэм.

— Это же твой кабинет, — пожал плечами Маркус.

Сэм подал демонице платок, чтобы она стерла засохшую кровь с зажившей щеки, и перевел задумчивый взгляд на хитро-мудрого демона, вынудившего Дэнис ляпнуть вслух то, что крутилось у нее в голове. Радость от неосторожных слов проникла в душу Сэма и принялась щекотать нервы теплым искрящимся шариком. Она хотела сделать его счастливым! Маркус потеребил золотой браслет на изящном запястье, привлекая его внимание. Сэм посмотрел в слишком умные глаза своего бога, погрустнел и привычно покорился железной воле, чувствуя приказы интуитивно. Он же гениальный помощник, а не абы что!

— Дэнис, с этой минуты ты больше не являешься студентом нашего Университета. За моей спиной стоит ректор, так что подавать апелляцию некому. Я настоятельно рекомендую сегодня же подать документы о переводе в другое учебное заведение. Канцелярия подпишет все необходимые бумаги без проволочек.

Демоница побелела, как полотно, но он безжалостно продолжил, видя, что она не понимает, за что ее так жестоко наказывают и чего хотят на самом деле:

— Университету, как и мне, не нужна месть Великого Герцога Томаса Вальтеруса, если ты случайно погибнешь при попытке меня соблазнить. Надеюсь, время и новые впечатления сотрут из твоей прелестной головки мысли обо мне раз и навсегда.

Дэнис посмотрела в карие глаза Сэма, увидела в них тоску вперемешку с отчаянной надеждой, и преисполнилась железной решимости. За эти годы она почти смирилась с тем, что умрет в бою за свободу в свой 500-й день рождения, но теперь все изменилось. Ее хрупкое чудо стояло перед ней и молило о помощи и поддержке. Красивый, одинокий и ужасно несчастный 25-летний человеческий парень, живущий в мире жестоких похотливых демонов. Разве она могла бросить его в беде? Да никогда! Дэнис перевела взгляд на всемогущего и чертовски симпатичного дядюшку. Он умудрился выжить, обманул всех и вся и стал мужем бессмертного Императора Дариуса. Чем она хуже? Ей ведь нужен был не Император, а только Сэм и свобода!

Дэнис посмотрела Маркусу в глаза, увидела в них любопытство и настороженное ожидание вместо гнева и презрения, и неожиданно поняла все, что они оба хотели ей сказать. Есть время разбрасывать камни, а есть время их собирать, и если она хочет выжить и покорить самого умного человека во Вселенной, то должна стать умнее, хитрее и коварнее всех демонов мира вместе взятых. У нее для этого есть 57 лет. Целая жизнь по человеческим меркам. А Сэм… Сэм никуда от нее не денется.

— Береги Сэма, дорогой дядюшка, — сказала она Маркусу. — Однажды я вернусь и сделаю его своим.

— Ты же не Великий Герцог, чтобы делать кого-то своим, — хмыкнул Маркус.

— Я найду способ!

— Меня спросить не хочешь? — возмутился Сэм и тут же растаял, как масло на горячей сковородке, от ее властного собственнического взгляда.

— Ты согласен, — заявила Дэнис, развернулась и вышла из комнаты, громко хлопнув дверью напоследок.

— Нахалка, — растерялся Сэм.

— Иди ко мне, Малек, — улыбнулся Маркус, и Сэм мигом оплел его собой. Подставил губы для поцелуя, получил желаемое и слегка успокоился. — Ты все сделал правильно, не переживай. Если бы Дэнис не была красивой демоницей, то определенно стала бы следующим Великим Герцогом Вальтерусом.

— Ты представить не можешь, как я об этом сейчас жалею! — простонал Сэм. — Она была бы тобой, но при этом любила бы меня. Вот оно, счастье! Вместо этого Дэнис умрёт в свой 500-й день рождения. Где справедливость?

— В мире демонов справедливость — понятие умозрительное. Впрочем, Дэнис добилась своего и обратила на себя мое внимание. Я расскажу о ней Дариусу, может, она его заинтересует. С некоторых пор он стал относиться к женщинам гораздо лояльнее.

— Думаешь, у нас что-то получится? — с надеждой в голосе спросил Сэм, обнимая хозяина своей души еще крепче.

— Время покажет, — пожал плечами Маркус. — Сейчас в ней говорит лишь желание выжить, но тебя она хотела до безумия, можешь в этом даже не сомневаться.

— Я тоже хочу ее. Может, и не до безумия, но очень сильно. Секс с ней вылечил бы меня от хандры.

— Не думай о ней, Сэм. Вероятность того, что Дэнис проживет долго, – один на миллион, да и до совершеннолетия ей больше полувека. За это время она или полюбит тебя всем сердцем, или выкинет из головы.

— Далось тебе ее совершеннолетие! Дэнис и сейчас уже не ребенок. Знаешь, как она целовалась? Аж мурашки по коже! Без долгой практики так хорошо научиться целоваться невозможно.

— Я не позволю ей добраться до тебя раньше.

— Почему?

— Ты же маленький похотливый малек, — рассмеялся Маркус. — У тебя терпения ни на грош! Увлечешься процессом и сгоришь на ней заживо.

— Это да. Что есть, то есть.

Сэм грустно вздохнул и доверчиво потерся лбом о его плечо. Маркус провел рукой по гибкой спине, прижал к себе его бедра плотнее и насладился вспыхнувшим желанием. Глубоко втянул сгустившийся воздух, посмотрел в трогательно-беззащитное лицо и серьезно завелся сам. Когда Сэм становился таким вот потерянным, беспомощным и хрупким, они с Дариусом могли иметь его до бесконечности. Маркус почувствовал, как где-то далеко занервничал Император, заметив желание своего мужа, и поспешил сдернуть с Малька брюки и рубашку, разжигая тлеющую в нем страсть в пожар. Дариус не любил видеть Сэма одетым.

— Какого черта, умник! Ты что себе позволяешь?! — мгновением спустя возник посреди кабинета злобным ревнивым монстром Дариус.

Наткнулся взглядом на беззащитного, потерянного и абсолютно голого Малька, тут же сменил ипостась и перестал задавать глупые вопросы. Сэм повис у него на шее и привычно впился в клыкастый рот жадным поцелуем, Маркус добрался умелыми пальцами и губами до его огромного демонического члена, и Император расслабился: довольно прикрыл глаза, втянул острые шипы в позвоночник и позволил всем троим немного побезобразничать.

…

Дэнис забрала документы из канцелярии Университета, попрощалась с одногруппниками и отправилась домой пешком. Весна пришла в Столицу, наполняя всех вокруг страстью, желанием и надеждами, но холодный ветер остужал горячие головы и не позволял творить откровенные безумства. Именно это Дэнис сейчас и было нужно: изгнать из тела желание и заставить себя думать.

Два года, что она провела в Университете, заставили ее посмотреть на мир с другой точки зрения. 80% демонов жили в полной уверенности, что знают все обо всем. Просто в силу того, что живут на свете очень долго. Обязательное школьное обучение юных демонов было не слишком интенсивным, но длилось целых 400 лет и могло достать кого угодно. Аристократы учили своих детей и Наследников в частном порядке, простые демоны отдавали сыновей в общественные школы, чтобы они были заняты хоть чем-нибудь и имели хоть какое-нибудь понятие о дисциплине, а на демониц никто внимания не обращал. Школу они могли посещать, а могли и не посещать, а потому большая часть из них сидела по домам, занималась хозяйственными делами и детьми, тратила деньги отцов или мужей с максимальным старанием или барахталась с подругами в постели.

Выйти замуж и стать матерью целого выводка детей было розовой мечтой любой демоницы, ведь как только это происходило, она становилась свободной. Относительно. Муж благополучно развлекался с очередным официальным любовником, на детей можно было наплевать, а дом перекинуть на управляющего. Если, конечно, на него были деньги. Благодать! Единственным минусом во всем этом было то, что лет демонице к этому времени обычно было уже больше 1 500, старость стояла на пороге и радоваться жизни ей оставалось максимум лет 300, а то и того меньше. Незамужние же демоницы по определению не коптили небо настолько долго. Кому они нужны? Братьям? Родственникам? Еще чего! Если демоница после смерти родителей в срочном порядке не находила работу, то исчезала мгновенно. Проще свернуть неудачнице шею и сжечь где-нибудь на мусорке, чем тратить деньги на ее содержание. Полиция смотрела на такие дела сквозь пальцы и зачастую могла даже посодействовать. При правильном подходе, конечно. Подставить неудачницу было легче легкого, а пуля в голову на месте преступления являлась справедливым наказанием за отнятое у родственников время и деньги.

Демоницам, что принадлежали к богатым или знатным семействам, жить было значительно веселее и безопаснее. Во-первых, у них была куча денег для развлечения и возможность купить (неофициально, конечно) к себе в постель прекрасную рабыню из людей или оборотней, что позволяло им получать от секса максимум удовольствия. Во-вторых, светская жизнь преподносила кучу сюрпризов, а отцы, братья и любовники использовали их в своих интригах с завидным постоянством. В-третьих, всеми делами по дому, как и детьми, за демониц всегда занимались слуги. Времени, денег и возможностей у них было много, а внимания близких демонов мало, так что во все времена главным развлечением для них оставались любовники. Смерть за измену была мгновенной, но демониц это не останавливало. Не пойман — не вор. Понять, когда демон хотел переспать с женой богатого или знатного господина просто потому, что на него накатил приступ похоти, а когда для того, чтобы использовать в корыстных интересах, было очень сложно, что добавляло немало перца в жизнь светских львиц.

Дэнис такие перспективы не прельщали, но только в Университете она поняла это со всей определенностью. Высшее учебное заведение мира демонов встретило Дэнис очень страшными и очень-очень страшными демонами, откровенно уродливыми демоницами и общей атмосферой терпимости, равенства и братства. На территории Отверженных ценили только мозги и талант. Это заставило ее пожалеть о своем аристократическом происхождении и красоте еще больше. Если бы Дэнис была простой демоницей, то с удовольствием осталась бы здесь преподавателем до конца своих дней. Предметы давались ей на удивление легко, привычка повелевать позволила без труда взять власть в свои руки, а поклонники обоих полов бродили за ней толпами. К великому сожалению Дэнис, несовершеннолетних среди них не было.

Даже со своей страшненькой личиной она оказалась здесь королевой красоты. В прямом смысле: совет старост выдвинул Дэнис на эту номинацию единогласно. Она с легкостью принесла своему факультету победу и получила титул в конце первого курса. Томас смеялся до слез, когда Дэнис показала ему безумно дорогую платиново-алмазную корону.

— Тебя короновал Маркус?

— Да.

— От это ты молодец! Облапошила самого умного демона во Вселенной!

— Мне полагаются призы и подарки?

— Конечно! Все, что захочешь, королева.

— Знаешь, «герцогиня» мне нравится куда больше.

— Мне тоже, — рассмеялся Томас и в награду за выдающиеся заслуги на пару с Неру обласкал так, что в себя Дэнис пришла только на следующее утро в собственной постели.

Она отправилась их благодарить, едва проковыряла глаза, но по пути выяснила, что Великий Герцог отменил все свои встречи и дела на ближайшие два дня и исчез в неизвестном направлении, прихватив с собой оборотня. Тогда Дэнис впервые всерьёз задумалась о странном отношении отца к Неру, который оставался в его жестоких демонических руках целым и невредимым вот уже 16 лет. Почему-то вспомнила про Рамиро, но забыла обо всех и вся на следующий же день, потому что увидела легендарного профессора Вилкинса вживую и слегка на нем помешалась — так сильно она не хотела еще никого и никогда, а ее глупое сердце билось, как ненормальное, даже когда он просто проходил мимо.

Сэм был настоящим идолом для студентов технических факультетов и предметом восхищения и обожания для всех остальных. Круче него был только ректор, но если Сэм был идолом, то Великий Герцог Маркус Барбадос был Богом: гениальным, прекрасным и безупречным. Он сиял так далеко и высоко, что его обожали истово, молча и издалека — все знали, что Император следил за ним очень тщательно и убивал без колебаний даже за попытку его поцеловать. Впрочем, истинных фанатов Маркуса это знание редко когда останавливало, как и крайне недвусмысленные предупреждения его самого.

— Разве можно работать или учиться рядом с самым красивым и умным демоном Вселенной и оставаться к нему равнодушным? — спрашивали они бездонное синее небо над головой и, не дожидаясь ответа, бросались на штурм неприступной крепости берсерками.

Чаще всего Маркус расправлялся с ними сам, так что выпадающий из всем известного окна пятого этажа на асфальт демон никого не удивлял.

Другое дело Сэм. С тех пор, как умер Тарио Фаро, чьим официальным любовником он был больше двух тысяч лет, декан физ-мата развлекался так, как ему вздумается. О его гениальных мозгах, как и о сексуальных подвигах, ходили легенды. Студенты следили за лучшим представителем человеческого рода в оба глаза в надежде попасть под хрупкую руку, когда его одолеет желание заняться сексом с кем-нибудь молодым, горячим и ненасытным. Говорили, что однажды, лет двести назад, он на спор переспал с целой группой студентов одного из курсов, только для того чтобы доказать, что люди могут стать еще более искусными в сексе, чем демоны, если дать им для обучения чуть больше времени. После полного беспредела, что устроил спорщикам Сэм, они в прямом смысле носили его на руках целый семестр. Веселье прекратил сэр Маркус, вкатив ему строгий выговор с предупреждением, чем безмерно огорчил всех демонов в Университете без исключения.

Сэм перестал трахаться со всеми подряд и серьезно усложнил студентам задачу. Тем не менее, при определенной доле везения и настойчивости в его постель попасть было можно. Красота для него не имела никакого значения, так что надежду не теряли даже самые уродливые, а за особые заслуги в области математики или физики выклянчить у Сэма право провести с ним ночь и вовсе не составляло никакого труда. Наверное, в том числе и поэтому его факультет считался самым крутым во всем научном мире, а студентами в нем были только умнейшие существа во Вселенной. Одно тянет за собой другое. Чем больше наград появлялось на стенах факультета, тем сильнее мечтали учиться здесь юные вундеркинды, а Сэм был вполне реальным бонусом для тех, кто любил заниматься сексом с мужчинами. Гениальный декан являлся примером для своих студентов и успевал абсолютно все: был личным помощником легендарного ученого, делал собственные научные открытия в теоретической физике и получал за них громкие награды. Умело подливал масло в огонь борьбы между умниками на факультете, помешивал кипящее варево, незаметно подсыпал перцу и оставался ангелом при любых обстоятельствах, сводя с ума даже тех, кто раньше занимался сексом только с женщинами.

Мысль заполучить Сэма в официальные любовники возникла в Дэнис через месяц неприличных фантазий и сокрушающих оргазмов, которые не давали ей толком спать по ночам. Для нее он с первого взгляда из знаменитого ученого и властного декана превратился в милого хрупкого юношу, которого надо холить, лелеять, баловать и опекать. Защищать от всех и вся, доводить до оргазма как можно чаще и запрещать ему заниматься всякой ерундой. Дэнис даже не пыталась с этими неподобающими демонице эмоциями бороться. Зачем? Жить ей оставалось недолго, а демоны любить не могут по определению. Увлекаться и сходить с ума от желания — это да, а вот любить — не дождетесь, так что бояться ей было нечего. Сменила же она Рамиро на Сэма? Что и требовалось доказать.

Денис любовалась на Сэма целый год, а потом принялась его совращать. Увы, все ее попытки привлечь его внимание заканчивались крахом. Как и всех остальных. За последние тридцать лет декан физ-мата не переспал ни с одним студентом, но юные демоны по натуре были оптимистами и потому сдаваться не собирались, свято веря в легенды и свою счастливую звезду. Дэнис исключением не была. Кроме того, Сэм ведь был не просто деканом и титулованным ученым. Он был личным помощником сэра Маркуса Вальтеруса, Великого Герцога Барбадоса. Об этом Дэнис вспомнила, только когда увидела их рядом на церемонии вручения Ноттлеровской премии за мировой вклад в развитие науки. Тогда Сэм поразил ее холодно-отстраненным лицом, а Маркус элегантным и лукаво-порочным видом. Дядюшка был таким… неотразимо-сексуальным в своей истинной ипостаси, что Дэнис прекрасно поняла и Императора, и своего отца. Будь она демоном, то тоже сделала бы все, что угодно, лишь бы привязать его к себе навечно.

Маркус и Сэм благополучно получили статуэтку, а Дэнис крепко задумалась. Томас ненавидел младшего брата от всей души, и она принимала его мнение, как свое, но чем дальше демоница была от дома, чем больше узнавала о невероятном дядюшке, тем яснее понимала, что Маркус все в своей жизни сделал правильно, и именно с него ей стоило брать пример. Весь следующий год Дэнис обдумывала свое дальнейшее существование, а потом привела план в действие, используя собственную слабость в корыстных целях и убивая двух зайцев сразу. Сэм был дорог и ей, и Маркусу. Если своей выходкой с разбитой вазой и поцелуем она зацепила хотя бы одного из них, то они наверняка помогут ей прожить подольше, а если к делу подключится Император, то победа ей гарантирована: Дариус получал все, что хотел. Всегда. Оставалось надеяться на то, что она заинтересовала дядюшку настолько, чтобы он рассказал о ней мужу. А уж тот не упустит возможности воспользоваться умной, знатной и красивой демоницей в своих интересах. Наверное.

Дэнис добралась до дому и отправилась прямиком к отцу, потому что откладывать разговор с ним смысла не было. Дверь в кабинет Герцога была закрыта изнутри, звуки из-за нее раздавались весьма характерные, идти к себе, а потом возвращаться обратно через весь особняк было лень, так что Денис решительно нырнула в пыльный проход потайного хода. Посмотреть на прощание, как отец занимается сексом с Неру, тоже не помешает. Вряд ли она увидит оборотня в ближайшие пару десятков лет! А посмотреть было на что, потому что он был действительно очень красив: голубоглазый, золотоволосый, изысканный и солнечный. Все это плюс невероятная сияюще-белоснежная кожа, благородный облик и шикарное мускулистое тело делали его принцем, а не рабом: страстным, неотразимым и недоступным.

Оборотни жили в среднем 210 лет, а если были любовниками демонов, то могли протянуть и до 400. Правда, такой случай был всего один, но он был! Регулярные порции спермы демонов обновляли их организм похлеще гипотетических молодильных яблок, а потому почти все рабы искренне старались доставить удовольствие своим хозяевам. Другое дело, что в большинстве случаев демоны разрывали их на части в порыве неконтролируемой страсти, даже если этого и не хотели, так что 99% красавцев-оборотней умирали от клыков, когтей и членов хозяев максимум через полгода, несмотря на всю свою хваленую регенерацию. Тем удивительнее был тот факт, что Неру до сих пор пребывал в целости и сохранности. Его красота была из ряда вон, а Томас за 18 лет так и не разорвал его на части. Дэнис искренне радовалась невероятному везению оборотня, потому что он был добрым, умным и теплым, интересовался ее делами и даже приходил на тренировки. Благодаря его подсказкам она убила как минимум троих.

Потайной ход мигом забил Дэнис нос пылью. Она зажала лицо локтем, чтобы не чихнуть, и поспешила добраться до узкого каменного перехода в кабинет отца. Эту систему ходов демоница открыла случайно, какое-то время молчала об этом, как рыба, а потом подумала головой и эффектно выдала секрет отцу. Он же нужен был ей живым! Мало ли кто к нему через потайной ход припрется? Пока Томас был Великим Герцогом, Дэнис оставалась на свободе и жила в свое удовольствие, как только его убьют, ее секрет раскроется. Томас, увидев выходящую из стены рядом с камином демоницу, едва ее не убил, приняв за наемного убийцу, благо Неру успел сбить его с ног, чем спас Денис жизнь и навлек на себя гнев господина. В наказание за ужасное поведение герцог заставил обоих ползать по узким пыльным проходам до тех пор, пока они не нарисовали подробную карту.

Томас оценил масштаб проделанной работы, увидел мертвенную бледность несчастного Неру, который терпеть не мог узкие коридоры и замкнутые пространства, подобрел и утащил обоих порталом на песчаный пальмовый остров посреди яркого голубого океана на целый день. Неру быстро довел до счастливого обморока сначала Томаса, затем Дэнис, а потом словно сошел с ума: вывалялся в горячем песке в своем волчьем обличии, а потом обернулся человеком, залез в океан и плескался в нем безвылазно несколько часов подряд. Демоны любовались им, не в силах остановить, поражались его совершенству и удивительному умению растворяться в потоках света, собирать его на свою белоснежную кожу, а потом долгие недели таинственно мерцать при любом освещении, а иногда даже и без него.

Дэнис проскочила последние метры пыльного узкого коридора, нажала на рычаг и осторожно шагнула в кабинет. Отец на ее появление не отреагировал, а Неру открыл один глаз, убедился, что пришла Дэнис, а не кто-то другой, и забыл о ней напрочь. Они добрались только до середины пути, так что она получила прекрасную возможность полюбоваться ими и довести себя до оргазма. Удобно расположилась в старинном массивном кресле у камина, скинула трусики на пол и запустила руки под юбку больше для виду. Куда ей торопиться? В таком состоянии, как сейчас, отец не отпустит оборотня от себя еще долго.

Любовники выбрались из кресла за столом, добрались до пушистого ковра рядом с Денис и принялись друг за друга всерьез. Оборотень сел на Томаса верхом, опираясь на ноги, обхватил руками за талию и плотно прижал свои ягодицы к его бедрам. Обычно светлое лицо Неру чуть покраснело, а глаза он зажмурил так сильно, что ресницы практически не стало видно. Жемчужные зубы прикусили пухлую нижнюю губу в попытке сдержать рык удовольствия, но он все равно прорывался наружу вместе с тяжелым дыханием. Дэнис наблюдала за ним, за тем, как он доводит герцога до оргазма и начинает все заново, любовалась его шикарным телом, а потом перевела взгляд на лицо отца и внутри у нее все перевернулось.

Томас лежал на ковре в своем человеческом обличии, смотрел на Неру и водил руками по его мускулистым ногам и бедрам с таким восхищенно-беспомощным видом, что на него невозможно было смотреть спокойно. Таким Дэнис не видела отца никогда. Она вообще никого и никогда таким не видела. Герцог провел по рукам и плечам Неру, отвел прилипшую к высокому лбу прядь золотых волос и поднялся к нему. Обнял обеими руками.

— Открой глаза, волчонок.

Неру в ответ ускорил темп и отпустил губу, позволяя себе стонать вслух. Томас поцеловал его в лоб, в глаза, в губы. Оборотень ответил, обнял его и замер, потому что демон поднял колени позади него и не дал продолжить движение, зажимая в капкан.

— Пожалуйста, Томас!

— Чего ты хочешь, мой золотой мальчик? Расскажи, — прошептал Томас, ослабляя хватку и позволяя ему двигаться снова. Совсем коротко и очень глубоко. — Почему ты никогда не говоришь мне о том, чего ты хочешь на самом деле?

— Я хочу тебя, — ответил Неру, по-прежнему не открывая глаз.

— Я знаю, но спрашиваю не об этом, — Томас поцеловал Неру завлекающе-томительным поцелуем, добился исступленного ответа и безжалостно оторвал губы. — Ответь.

— Томас! Господи, ты мне все нервы вымотал своими вопросами и нежностью! Перестань! Я не могу так больше! Я не хочу любить тебя, Великий Герцог Вальтерус. Слышишь? Не хочу!!!

— А чего ты хочешь?

Томас был неумолим. Он знал все, что происходит в оборотне, все до единой эмоции, что разрывали Неру на части. И был счастлив, как никогда в жизни. Оборотень вцепился в его шею обеими руками и открыл искрящиеся голубые глаза.

— Я хочу, чтобы ты любил меня, демон. Я, вождь Северных Оборотней Неру, хочу, чтобы ты уважал меня, Великий Герцог Вальтерус. Я хочу, чтобы ты был только моим.

— Я буду, — пообещал Герцог и чуть не утонул в потоке радости и счастья, что хлынул от изумленно-растерянного оборотня во все стороны.

— Томас?!

— Я люблю тебя, мой золотой мальчик, — ласково улыбнулся демон. — Я уважаю тебя и буду только твоим столько, сколько позволит нам время.

— Томас…

— Я дарю тебе свободу, вождь Северных Оборотней Неру. Ты волен выбирать свою судьбу сам.

— Ты сошел с ума.

Неру обнял Томаса за шею и спрятал его старое, суровое, но чертовски счастливое лицо на своей груди. Демон глубоко вдохнул яркий терпкий аромат его желания и опустил ноги на ковер, позволяя любимому оборотню все, что угодно.

— Я знаю.

— Пока у меня есть ты, мне не нужна свобода, — прошептал оборотень, повел бедрами и жестоко укусил демона в шею.

Великий Герцог Томас Вальтерус немедленно сменил ипостась и слетел с катушек. Дэнис успела спрятаться за рабочим столом отца до того, как стало слишком поздно. Древнее кресло Великих Герцогов приняло ее, как родную, и позволило смотреть на тот хаос и разрушение, что устроили мужчины, доводя друг друга до полного безумия, в относительной безопасности.

…

— Ну, ребята, вы даете! — восхищенно сказала Дэнис полчаса спустя.

Накал страстей был слишком велик, чтобы их хватило надолго. Томас безнадежно застонал и спрятал лицо на плече лежащего под собой оборотня. Неру пошевелился, выскальзывая из него, чтобы не смущать еще больше, уложил на себя, переплел ноги с его и показал Дэнис кулак, но ее это не остановило.

— Нет, я понимаю, Неру — молодой страстный оборотень, но ты, отец! Тебе пять тысяч лет, побереги здоровье! — рассмеялась Дэнис и улеглась на ковер рядом с ними. — Ты едва не уничтожил всю мебель в этой комнате. У тебя совесть есть?

— Что? — поднял голову Томас.

Огляделся по сторонам, оценил масштабы погрома, застонал еще громче и снова зарылся лицом в широкое плечо Неру. Предки с развешанных по стенам портретов смотрели на него одобрительно-осуждающе и заставляли нервничать больше, чем лежащая рядом дочь. Он их понимал. Великий Герцог, разнесший в порыве страсти высушенную тысячелетиями до каменного состояния мебель, заслуживал уважения, а вот Великий Герцог, от всего сердца полюбивший раба-оборотня, подлежал немедленному уничтожению. Томас искренне порадовался тому, что портреты предков были всего лишь картинами. Дэнис поцеловала Неру в плечо, а его в ухо, и он вернулся в настоящее: лег щекой на грудь оборотня и посмотрел дочери в лицо. Она медленно провела по его выступающим скулам пальцем.

— Может, тебе и наплевать, но я горжусь тобой, отец. Ты совершил самый мужественный и самый глупый поступок, какой только может сделать демон: влюбился и признался.

— У меня не было выбора, — ответил Томас. — Теперь я прекрасно понимаю своего сумасшедшего младшего брата. Маркус любил Императора с детства и ничего не мог с собой поделать. Этому невозможно сопротивляться! В том, что произошло со мной, виноват именно он. Бацилла болезнетворная! Остается надеяться, что эта страшная эпидемия на мне закончится.

— Ты считаешь меня болезнью? — лукаво возмутился Неру.

Томас в ответ крепко поцеловал его в губы.

— Конечно. Я без тебя умру. Что это, если не самая настоящая смертельная болезнь?

— Ты что, серьезно?! — растерялся оборотень.

— Демоны умеют любить только так, — пожал плечами Томас. Нахмурился, почувствовав изменившееся настроение Неру сердцем. — Эй, перестань паниковать!

— Я спокоен, — с трудом разжимая челюсти, выдавил побледневший Неру.

— Не ври мне, волчонок. Я чувствую все, что происходит в тебе. Ты мой, забыл? Успокойся немедленно.

— Не могу! Раньше я боялся только за тебя, а сейчас должен бояться еще и за себя? — рванулся черт знает куда Неру, но Томас вернул его обратно и навалился сверху. — Это ужасно! Я люблю тебя, я хочу беречь и охранять от всего на свете! Как я сделаю это, если буду знать, что моей смерти ты не переживешь?!

— Неру, мальчик мой, прекрати истерику, — принялся уговаривать его демон, но это помогало мало. — Глупый, возьми себя в руки. Все у нас будет хорошо.

— Нет, не будет! Ты Великий Герцог, на тебя постоянно будут покушаться, а я что, даже не смогу прикрыть тебя своим телом?! Скажи, что ты пошутил. Что просто слегка преувеличил, Томас. Я прошу тебя!

— Если ты умрешь, я отомщу за тебя и уйду за тобой следом, — спокойно сказал Герцог. — Ты будешь беречь себя так же, как меня. Прими это, как данность.

— Я так не могу! Это нечестно! — перестал вырываться Неру. Закрыл глаза, чтобы не видеть демона, который любил его больше жизни. — Я не настолько сильно люблю тебя, чтобы умереть от тоски, если тебя вдруг не станет.

— Ничего страшного, — улыбнулся Томас. — Ты же оборотень. Вы слишком страстные создания, чтобы любить кого-то одного долго. Поверь мне, я знаю, что говорю.

— Это ужасно! Мне так стыдно!

— Неру, посмотри на меня, — попросил Томас. Оборотень послушно открыл глаза. — Ты особенный, и я люблю тебя именно поэтому. Твоя любовь ко мне так сильна, что ты искренне согласился променять на меня свободу, о которой мечтаешь постоянно. Мне этого достаточно. Я сделаю все, чтобы это пламя в тебе не погасло как можно дольше.

— Ты уж постарайся. Я сделаю все, что ты скажешь, лишь бы ты был счастлив.

— Спи. Тебе стоит передохнуть часок, прежде чем я возьмусь за тебя снова, — улыбнулся Герцог, посмотрел на него внимательно, и Неру мгновенно провалился в глубокий сон.

— Спасибо, отец. Вы уж отношения без меня выясняйте, — с облегчением выдохнула Дэнис. — У меня от вас пупырчатые мурашки по всему телу пошли!

— Нечего выяснять.

— Все, что ты ему сказал, правда?

— Да, — грустно улыбнулся Томас, улегся на оборотне поудобнее и прижался щекой к его сердцу.

— Какой кошмар, — поежилась демоница. — Почему я об этом раньше не знала?

— О чем не знала?

— О том, что демоны умеют любить.

— К сожалению, умеют. И к еще большему сожалению раз и навсегда. Забыть или поменять объект любви невозможно. Поверь мне, я пытался.

— Жуть какая!

— Да, но тебе не о чем волноваться. Ты слишком молода, чтобы попасть под раздачу, да и кандидатов подходящих нет.

— Возраст не имеет значения, — беспомощно откинулась на ножку кресла спиной Дэнис, теша себя надеждой на то, что ее чувство к Сэму — вовсе не то же самое, что у отца к Неру.

Может, это просто помешательство, осложненное восхищением, мыслями о скорой кончине и материнскими инстинктами? Хотя, какие у демониц материнские инстинкты? А может, это взрывная смесь похоти и дружбы? Рамиро всплыл перед ее мысленным взором, она попыталась ухватиться за него, но он растворился в темноте на фоне сияющего всеми цветами радуги Сэма, которого Дэнис по-прежнему хотела холить, лелеять, занимать сексом и разговорами круглосуточно.

— Ты это к чему? — поднял голову Томас.

— Я влюбилась в Сэма.

— В помощника Маркуса? В хитрого смазливого человечка, что живет непозволительно долго? — опешил Томас. — Так и знал, что тебя в Университет отпускать нельзя!

— Да ладно. Ты серьезно думаешь, что я смогла бы избежать своей участи, если бы встретила Сэма в другом месте?

— Это вряд ли, — тяжело вздохнул демон. Провел руками по Неру, поцеловал мускулистую грудь под своим носом и снова прижался к его сердцу ухом. — Я запал на этого оборотня, едва его увидел.

— А я-то все думала, почему прошло уже 18 лет, а он все еще жив и даже здоров. Обычно твои игрушки жили не больше трех месяцев.

— Вот и я о том же. Можно бороться с собой и не признавать очевидное, но лучше смотреть на мир открытыми глазами. Ты представить себе не можешь, какое это счастье — слышать о его любви и чувствовать ее всем существом. Неру – лучшее, что случилось со мной в этой жизни.

— Даже лучше титула? — пошутила Дэнис.

В жизни демона нет ничего важнее титула Великого Герцога. Ничего! Томас помолчал, а потом поверг ее в ужас:

— Да.

Дэнис попыталась изгнать из себя Сэма немедленно, но одна только мысль о том, что его не будет рядом, заставила ее схватиться за сердце. Ей без него не выжить! Она вспомнила выжидающий взгляд Маркуса и прокляла хитро-мудрого дядюшку от всей души. Он ждал именно этого! Он подозревал, что так будет!!! Или знал? Дэнис думала, что обманула их, а в итоге обманула только себя. Они прогнали ее для того, чтобы она поняла это сама. Томас сочувственно посмотрел на дочь.

— Дошло, да?

— Да. И это катастрофа.

— Согласен. Хочешь, я убью тебя прямо сейчас? Избавлю тебя от мучений, а себя от нежелательного свидетеля, знающего мое самое слабое место, — искренне предложил герцог.

— Не надо. У меня есть другое предложение, — помотала головой Дэнис. — Сегодня я так сильно хотела заняться с Сэмом любовью, что сломала ему плечо. Маркус пришел на разборку, а я ему нахамила. Надеюсь, он это оценил.

— Ну, ты даешь, — рассмеялся Томас. — Молодец! В очередной раз утерла нос гениальному засранцу.

— Не то, чтобы утерла, — не стала вдаваться в подробности Дэнис и перешла к делу. Любовь любовью, а жизнь жизнью, тем более ее жизнь. — Отец, в свете последних событий я предлагаю тебе сослать меня в ссылку в какое-нибудь дальнее захолустье. Я проведу оставшиеся 57 лет до совершеннолетия среди людей и оборотней, а ты подумаешь над тем, как меня выгоднее пристроить. Идет? Я буду далеко от демонов, личина мне будет не нужна, и я сделаю все, чтобы научиться выживать самостоятельно.

— Я смотрю, ты решительно настроена пережить свое 500-летие. Это похвально.

— Я не могу оставить Сэма одного. Может, он этого и не знает, но я нужна ему. Кто-то же должен о нем позаботиться!

— Вообще-то, ты женщина, а он мужчина, хоть и человек, а не наоборот, — рассмеялся Томас. — И я бы не сказал, что Сэм — беспомощная девчонка. Он очень умен, Дэнис, и прекрасно заботится о себе сам. Его хрупкость и беззащитность — это просто маска. Этот хитрый человечишко манипулирует демонами вокруг себя с ловкостью опытного мошенника, а они этого даже не замечают.

— Еще бы! Он же ученик Маркуса.

— Он ученик Императора Дариуса, что гораздо важнее, — поправил дочь Томас. — Никогда не забывай об этом. Они берегут Сэма, как зеницу ока, трахают вдвоем и при этом позволяют жить своей жизнью. Это говорит о многом.

— Они спят с ним? — побледнела Дэнис.

— Дочь, у тебя мозги есть или как? — стальной блеск в глазах Великого Герцога заставил демоницу собраться. — Сэм живет 2500 лет, а выглядит на 25. Он человек! Это физически невозможно. Бессмертный Император и Великий Герцог Маркус наверняка сделали его своим и спят с ним, тем самым сохраняя его молодость так долго.

— Других объяснений нет?

— Нет. Мало того, он любит их обоих и после смерти Тарио Фаро даже не скрывает этого. Тебе с ними не совладать.

— Наверное, ты прав, но, несмотря на своих именитых любовников, Сэм очень несчастлив сейчас. Я знаю это совершенно точно.

— Я повторю, если до тебя с первого раза не дошло. Он очень умен. Не обманывайся его невинным, страдающим и беззащитным видом. Мало того, что за его спиной стоит Император, так еще и Тарио Фаро держал его в своих официальных любовниках до самой смерти. Как я теперь понимаю, сам, добровольно, а не по приказу Императора, как думали все вокруг. Тот самый Тарио Фаро любил Сэма. Запредельное безумие, если разобраться.

— Да что в нем такого, в этом Фаро? — скривилась Дэнис.

— Он был главой Службы безопасности Императора.

— Ну и что? За последние триста лет демонов на этом посту сменилось чертова куча!

— Вот именно. Сменилось. А он занимал свой пост больше двух тысяч лет — немыслимо долгий срок для такой ответственной и опасной должности. Этот безжалостный демон оплел своей паутиной весь мир, и опаснее него был только Дариус. За все это время на Императора, Маркуса и тем более на Сэма не было совершено ни одного мало-мальски серьезного покушения. Он держал под колпаком шестерых (!) Великих Герцогов, Дэнис!

— Но…

— О его жестокости и высочайшем профессионализме до сих пор ходят легенды. В определенных кругах ходят.

— К чему ты ведешь?

— Сэм вертел им, как хотел! Я наблюдал за ними за всеми очень пристально. Впрочем, как и все. Периодически Фаро заводил новых любовников, но ни разу не выгнал Сэма из дома, не сменил его статус, а после смерти оставил ему все свои деньги. В последнее время я много думал над всем этим, как ты понимаешь, у меня был для этого весомый повод.

Томас поцеловал блаженно сопящего оборотня, тот в ответ обнял его крепче и закинул на него ногу.

— Не отвлекайся, отец.

— Это Сэм заводил себе любовников, Дэнис. Сэм, а не Фаро! Один из самых опасных демонов всех времен и народов позволял вить из себя веревки человеческому мальчишке! Если Сэм захочет, ты будешь прыгать через скакалку голой на Кирпичном бульваре Столицы, лишь бы угодить ему. Демон, который любит, не может сопротивляться любимому долго. Это невозможно. Теперь я знаю это совершенно точно.

— Ты меня совсем запугал! — возмутилась Дэнис и принялась хрустеть пальцами. — Для меня Сэм – и вовсе не гениальный паук и мегамозг, а несчастный потерявшийся человечек.

— Ну да, ну да. Он так умело этим пользуется, что без опаски разгуливает по улицам Столицы Империи демонов в гордом одиночестве. На него даже после смерти Фаро ни разу не напали! Да когда такое было-то?

— Я тебя поняла, отец, но если сумею выжить, то все равно приберу Сэма к рукам.

— Ты умна, а он гений. Ты женщина, а он мужчина, хоть и человек. Тебе 443 года, а ему 2500. Ты любишь его, а ему на тебя насрать.

— Да мне плевать! — зарычала Дэнис. — Я Герцогиня Вальтерус! Я демон и я решаю, что с нами будет дальше. Его я спрошу об этом в самую последнюю очередь! Как жаль, что я не мужчина. Я бы стала Великим Герцогом и сделала бы Сэма своим.

— Тебе крупно не повезло, самоуверенная ты моя девочка, — рассмеялся Томас, — но мне нравится твой настрой. Делай, как посчитаешь нужным, герцогиня. Я тебе помогу. Украсть у Маркуса сердце того, кто беззаветно любил его столько лет… это дорогого стоит.

====== Глава 4 ======

Восьмая Планета Шестого Круга, 40 лет до дня Х

Дэнис лежала на лежаке у бассейна на заднем дворе своего дома и лениво листала курсовую одного из студентов. Ветер шелестел листьями пальм, океан расстилался у подножья горы далеко внизу, а солнце жарило вовсю. Полдень на Восьмой планете Шестого Круга был великолепен и ленив. Люди, населяющие эту планету, даже не понимали, как им повезло. Служанка принесла обед, но двигаться не хотелось. Вот если бы ее покормил мужчина, тогда другое дело. Демоница убрала курсовую на столик и вытянулась на лежаке во весь рост. Ничего нового в работах своих студентов она не нашла, и это нагоняло тоску. Каждый год одно и то же. Надоело. Мировая экономика — предмет настолько обширный и емкий, что можно изобретать велосипед веками и ни разу не повториться, но ее глупым студентам все это было не нужно. Да и ей, по большому счету, тоже.

Дэнис провела в Университете 17 лет, из которых преподавала 10, и растеряла все свои романтические иллюзии, потому что ученым и преподавателем оказалось быть нудно и скучно. Она честно пыталась понять, что в этом всем находили Маркус и Сэм, но получалось у нее не очень. Каждый день одно и то же: бесконечные лекции, наглые студенты, муторные заседания кафедры, глупая возня за место под солнцем среди преподавателей. Тьфу! Затхлое болото беспечно-однообразной жизни затягивало ее с головой, и с этим надо было что-то делать. Только вот что? Мысли лениво бродили по кругу. Чертову кучу денег она заработала пять лет назад, вложила их в перспективные проекты, и о финансах можно было не беспокоиться до конца жизни Бессмертного Императора. Заняться искусством? Но у нее не было подобных талантов. Медицина? Еще чего! Она демоница, а не ангел! Может, военная служба? Полезно, опять же. Люди и оборотни — это не демоны, но чем черт не шутит? Шагать строем она не будет никогда, но что-то в этом предложении было такое… кровожадно-завлекательное.

Вода перед ногами Дэнис всколыхнулась, и на бортик бассейна выбралась ослепительно-красивая блондинка. Солнечный луч услужливо прогулялся по шикарной груди, тонкой талии и пышным бедрам. Дэнис потянулась, разминая мышцы. Ветер зашуршал листьями пальм, приглашая погонять на океанских волнах, но она снова не обратила на него внимания. Новая страстная и крайне забавная игрушка Дэнис была от нее без ума и позволяла вытворять с собой все, что угодно. Среди людей подобное отношение к сексу было редкостью.

— Иди ко мне, милая, — протянула к ней руку Дэнис.

Имена своих игрушек она не запоминала, потому что меняла их бесконечно. Лапочка и милочка вполне устраивало ее и почти никогда их, но на первое время этого хватало. Когда очередная красотка начинала настаивать на том, чтобы ее хотя бы иногда называли по имени, Дэнис мигом меняла ее на новую. Женщины — не мужчины, и не трогали ее внутренний мир совершенно. Блондинка томно потянулась и поднялась на ноги. Аромат ее возбуждения коснулся Дэнис и пробудил в ней легкое желание. Ну не радовали ее женщины в сексе так, как мужчины, хоть ты тресни. Сплошная трагедия! Поначалу, когда демонице становилось совсем невмоготу, она выбиралась в Столицу Подземелья и находила несовершеннолетние похотливые приключения на свою неспокойную задницу, но это было так грязно и низко, что со временем подобные вылазки прекратились. Если долго живешь среди людей, поневоле становишься на них похожей.

Женщины, которые трахались с мужиками в барах и клубах ради собственного удовольствия, назывались здесь шлюхами и вызывали презрение и гадливость окружающих. Человеческая логика и отношение к миру и себе любимым были настолько гибкими, что позволяли выворачивать все происходящее наизнанку с легкостью. Если женщина бегает за мужиками и спит каждый день с новым, то она шлюха, а если толпы озабоченных мужиков бегают за ней, и она, опять же, меняет их, как перчатки, то тогда она светская дама. Когда эту простую вещь рассказал ей один из ее поклонников, Дэнис смеялась до слез, но приняла к сведению и с тех пор никогда и ни за кем не бегала. Фамильная гордость и чувство собственного достоинства расцвели в демонице пышным цветом и определили все ее нынешнее существование.

Человеческие мужчины уважали женщин. Ценили, любили и позволяли занимать руководящие должности, а потому она приняла это мировоззрение всем сердцем. По людским меркам Дэнис была достаточно красивой для того, чтобы кавалеры у нее не переводились. Только вот толку от них было мало. Все они рано или поздно пытались залезть в нее членом, и иногда Дэнис расстраивалась из-за невозможности заняться полноценным сексом даже сильнее, чем они. Большинство из них были очень симпатичными или откровенно красивыми, и она с удовольствием провела бы с ними в постели кучу времени.

Только попав в мир людей, Дэнис поняла принципиальную разницу между внешностью демонов и людей. У 70% демонов были шикарные человеческие тела и у 90% страшные лица, а у людей все было наоборот: 90% ужасных тел и 70% симпатичных лиц. Демоны не обращали на свои тела ни малейшего внимания, а люди занимались ими постоянно и, в большинстве случаев, безуспешно. Другое дело, что в отличие от лица, тело всегда можно спрятать под одеждой. К красоте вокруг себя Дэнис привыкла только через пару лет, как и смирилась с тем, что по людским меркам была просто красивой. Насмотрелась на мужчин вокруг, на звезд кино и телевидения и поняла, что ее любимый Сэм был не супер звездой, а очень симпатичным, но не самым красивым молодым человеком, что Великий Герцог Томас Вальтерус был совершенно несимпатичным, а Рамиро так вообще откровенно страшным, и лишь оборотень Неру по-прежнему сиял на недостижимой высоте и оставался вне конкуренции. Как сказал однажды Томас, ему нет и не будет равных ни в каких мирах, и это было правдой.

Демоница грустно вздохнула. Как он там, интересно? За 17 лет она соскучилась по нему ужасно. Гораздо больше, чем по отцу. Только теперь Дэнис смогла по достоинству оценить все то, что оборотень делал для нее и для Томаса незаметно, ежедневно и от всего сердца: любил их, согревал теплом и заботой и наполнял их жизнь положительными эмоциями, а они принимали это как должное и никогда этого не замечали. Не понимали, насколько это все важно для любого существа, будь он бесчувственным вампиром или коварным жестоким демоном. За столько лет Неру серьезно изменил обоих, не прилагая для этого никаких усилий, не лелея коварных планов и не пользуясь положением в корыстных целях. Оборотень просто был рядом и одним своим существованием вносил в их жизнь свет и радость.

Блондинка плавно опустилась на широкий лежак и взялась за чуть согнутые колени Дэнис руками. Демоница поощряюще улыбнулась и устроила ее между своих бедер лицом. Нерешительные девичьи пальцы раздвинули нежные складки, давая дорогу губам. Дэнис закрыла глаза и вспомнила умелый властный язык Неру, его сильные знающие пальцы и редкие жгучие поцелуи, которые он дарил ей только с разрешения Томаса. Как же ей этого не хватало! Возбуждение накатило волной… и откатилось. Дэнис мысленно выругалась, оторвала от себя блондинку, вручила ей фаллоимитатор и откинула голову назад, обнимая себя за плечи изо всех своих демонических сил. 19 лет прошло, а проклятый демон так и остался ее самым лучшим любовником, забыть которого невозможно.

Рамиро пришел к ней мгновенно. Согрел, придавил к постели могучим телом, ласково посмотрел в глаза и забрался в нее своим восхитительно-большим членом до самого конца. Немного неловко после долгого перерыва, но это было не столь важно.

— Я скучаю, валькирия. Прости, что ушел, не сказав тебе ни слова. Что я мог предложить тебе?

— Свою любовь, глупый.

— Демоны не умеют любить, — грустно улыбнулся Рамиро, поцеловал ее в губы: сладко, нежно и властно. Выдохнул в самое ухо чуть хриплым низким голосом: — Только заниматься любовью.

И исчез.

Дэнис вцепилась в волосы блондинки, вздернула ее к своему лицу, впилась в пухлые губы неистовым поцелуем и кончила. Почувствовала, как девица содрогается в ответном оргазме, и пришла в себя. Вот так Дэнис и занималась сексом. Черти что и сплошное извращение! Она откинула голову на лежанку и бездумно уставилась в голубое небо. Это еще ничего. Вот когда к ней придет Сэм… Он приходил очень редко и только тогда, когда она была совсем одна. Всего несколько реальных сумасшедших поцелуев было у Дэнис в загашнике, но ей этого хватало, для того чтобы не сойти с ума от тоски по нему и чтобы раз за разом доводить себя до экстаза, в красках представляя то, что было бы с ними дальше, если бы не ее проклятое несовершеннолетие, а потом долго стояла на дрожащих ногах в душе, не в силах доползти до постели.

Противный сигнал будильника на телефоне выдернул Дэнис из блаженной задумчивости.

— Мне пора идти, милая, — сказала она, аккуратно роняя девицу на лежанку рядом с собой.

Провела рукой по пышной груди, поцеловала ярко-розовые соски и алые губы и заставила себя ее отпустить. Пора идти принимать экзамен. Дэнис задумчиво прошлепала в гардеробную. До летних каникул оставалась всего пара недель. Удачное время, чтобы поставить крест на преподавательской и научной карьере. Хватит с нее всего этого, пора двигаться дальше. Вот только куда? Дэнис решила подумать об этом завтра.

Университетская аудитория встретила ее шуршанием шпаргалок, мобилок и прочей подобной ерунды. Дэнис тяжело вздохнула и провела тщательный обыск, складывая найденные артефакты в специальный лоток. Горка набралась внушительная, 56 студентов заметно приуныли, а Дэнис повеселела. Сегодня она хотела быть стервой, а не душкой, и всем им придется нелегко. А кому сейчас легко? Тонкая ниточка студентов потекла по аудитории за бумажными билетами, разложенными на преподавательском столе. Она ввела древний метод сдачи экзамена лет пять назад и с тех пор ни разу об этом не пожалела. Студенты ее за это ненавидели. Угадать ответы на вопросы, поставив крестики наобум, как в тесте, не получится, знать заранее, какой вопрос достанется, нереально, а списать невозможно. Приходилось учить. Дэнис по праву носила прозвище Занозы, гордилась им безмерно и делала все, чтобы таковой и оставаться.

Дэнис пристально смотрела на очередного студента, который ни черта не знал, но упорно не сдавался и на пересдачу идти не хотел. Она ценила упрямство, но его пять минут подходили к концу, а ничего дельного на ее последний вопрос он так и не ответил. Дэнис решительно взялась за зачетный планшет, студент страдальчески скривил лицо, и в этот момент яркая вспышка мгновенного портала резанула всех по глазам. Свет пришел в норму через пару секунд, а на подиуме рядом с Дэнис возник серебристо-белый волк неприлично больших размеров в массивном золотом ошейнике. Студент свалился в обморок, девицы с первых рядов завизжали и кинулись на задние, а волк прижал уши и недовольно оскалился.

— Неру!!!

Восторженный вопль демоницы мгновенно заткнул всех, остановил панику в рядах студентов и превратил волка в человека: обнаженного, шикарного и сияющего. Он подхватил Дэнис на руки и крепко поцеловал в губы. Она, конечно же, ответила, и неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы под ноги увлекшегося Неру не попался лежащий в обмороке студент. Оборотень споткнулся, выпустил Дэнис из рук и едва не навернулся на пол, но устоял на ногах и оказался лицом к лицу с целой толпой восторженно разглядывающей его молодежи.

— Добрый день, дамы и господа, — нисколько не смутился столь пристального внимания Неру.

Те десять лет рабского Ада, что он добирался до Томаса, были наполнены таким беспределом, что восхищенные и уважительные взгляды детей лишь польстили его самолюбию. Дэнис рассмеялась, в мгновение ока усадила Неру в свое кресло и уселась к нему на колени, скрывая его обнаженные бедра длинной юбкой.

— Ты надолго?

— У нас есть целых 12 часов.

Дэнис чуть не разревелась от счастья, но мигом взяла себя в руки. Сначала надо разделаться со студентами, затем насладиться безопасным сумасшедшим сексом с Неру и только потом спросить его, как и почему он тут оказался. Она перевела взгляд на восхищенных студентов. Ну-ну.

— Продолжим, уважаемые.

Ее стальной голос привел их в относительный порядок. Впечатлительного студента откачали, вручили планшет с заслуженной единицей и выпроводили из аудитории, а со всеми остальными Дэнис разделалась очень быстро, в том числе и потому, что Неру залез к ней под юбку ловкими развратными пальцами, умудрился стянуть трусики и принялся медленно, но верно сводить Денис с ума. Студенты не успели и глазом моргнуть, как оказались в коридоре университета, а дверь за ними захлопнулась. Дэнис закрыла ее на ключ и набросилась на оборотня, как изголодавшийся вампир. Неру смеялся, отбивался, исступленно целовался, кончал сам и заставлял кончать ее так ловко, что до его красивого члена своими опасными губами и лоном она так ни разу и не добралась.

Дэнис с трудом пришла в себя от очередного оргазма и вдруг поняла, что лежит не на большом мужском теле, а на мягком, шелковом волке.

— Неру?

Он повернул к ней морду и поднял ее голову к часам на стене. 17:35. Ну и что? Дэнис открыла рот, чтобы спросить, но мысль язык опередила. Они провели в аудитории целых три часа, а она этого даже не заметила. Обломки мебели, разлетевшиеся по помещению, снежинки порванных билетов и сдвинутые черти как передние ряды столов окончательно привели ее в чувство.

— Ты прав. Идем домой, там нам будет гораздо удобнее.

…

Вечернее солнце раскрасило сияющее тело лежащего на бортике бассейна Неру в оранжево-медные цвета. Золотые волнистые волосы перепутавшейся гривой скрывали лицо, а массивный золотой ошейник все больше бесил Дэнис тем, что не давал целовать его сильную шею. Мускулистая рука оборотня бездумно играла пальцами в воде, а Дэнис сидела верхом на его упругих бедрах и наслаждалась широкой мужской спиной перед своим носом, идеальными мышцами и невероятно нежной кожей под руками.

— Знаешь, герцогиня, размер твоей резиновой игрушки меня впечатлил, — довольно проурчал Неру. — Зачем тебе такой большой член?

— Ты не понимаешь, волчонок, — поцеловала его в плечо Дэнис. — Дело ведь не в игрушке.

— Дай догадаюсь. Твой последний тренер, да? Тот, что провел в твоей постели целых полтора года.

— Да. Несмотря на свои впечатляющие габариты, Рамиро был лучшим моим любовником, а его член тем самым, что создан как раз для меня.

— А как же Сэм? — спросил Неру. — Не смотри на меня так! Мне Томас рассказал.

— Я не знаю, как Сэм. Я просто надеюсь, что как Рамиро создан для меня, так я создана для Сэма, вот и все.

— Звучит не очень.

— Так оно и есть не очень. Они оба для меня недоступны! И это вгоняет меня в тоску.

— Ты совсем размякла в этом беззаботном мире, так дело не пойдет, — резко приподнялся Неру и уронил обоих в бассейн. Вынырнул и прижал ее к бортику. — Где железная леди Дэнис Вальтерус, что убила больше 30 демонов своими руками?! Где умная и коварная демоница, что вила из Великого Герцога Вальтеруса веревки 450 лет? Где герцогиня, которую короновал сам сэр Маркус? Тебе осталось жить не 55 лет, а 40! Ты придумала, как спастись?

— Нет, — спрятала лицо на теплом сияющем плече Дэнис. — У меня нет вариантов, волчонок. Без серьезного покровителя мне не выжить ни при каких раскладах. Я даже не могу вмешаться в игры какого-нибудь Наследника, чтобы поддержать его и сделать карманным Великим Герцогом! Я же демоница, никто меня и слушать не будет.

— Так уж и никто?

— Я надеюсь, что Маркус все-таки рассказал обо мне Императору. Только Дариус сможет сделать так, чтобы я заполучила мужа, который будет держать в страхе всех вокруг, но при этом не затрахает меня насмерть.

— Не стоит надеяться на Императора.

— А на кого мне еще надеяться? Я так понимаю, отец про меня почти забыл?

— Не то чтобы… — замялся Неру, но Дэнис посмотрела ему в глаза, и он тут же сдался: — Да. Томас решит твою судьбу за несколько месяцев до твоего совершеннолетия, исходя из ситуации.

— С тех пор, как у него появился ты, я ему стала не нужна, — грустно сказала демоница. Неру виновато прикусил губу. — Эй, перестань! Ты тут ни при чем.

— И что мы будем делать?

— Мы? — удивилась Дэнис.

Оборотень смутился, но глаз не отвел.

— Ты очень дорога мне. Я хочу помочь. Кроме того, ты обещала позаботиться обо мне, когда Томас меня бросит.

— Глупый! Он же любит тебя и никогда не оставит, — рассмеялась она. — Кстати, почему на твоей шее этот идиотский ошейник? Томас сошел с ума?

— Нет. Так получилось.

— Так — это как?

— Два года назад Томас сделал меня управляющим делами. Хозяйство, замки, особняки, приемы, слуги и прочая ерунда.

— Серьезно? Но этим же всегда занимался Флавиус! Не очень успешно, но тем не менее.

— Твой брат пару раз серьезно накосячил, и Великий Герцог был вынужден его отстранить. Временно назначил меня, ну и…

— У тебя получилось так хорошо, что он оставил все, как есть?

— Да. Этим он вывел из себя очень многих. Меня несколько раз пытались убить и дважды похищали. Я умолял его прекратить это безобразие, но Томас читал правду в моей душе. Он знал, что мне нравится заниматься всем этим громадным хозяйством, и на уговоры не поддавался. Тогда я и придумал этот ошейник.

— Ты? Сам? Зачем?!

— Как только я надел его и появился в нем перед демонами, все недовольство как рукой сняло. Для них все встало на свои места: удачливый раб использует хозяина в своих интересах, а тот позволяет фавориту развлекаться.

— Вряд ли это понравилось отцу. Великий Герцог не может любить раба. Это ниже его достоинства!

— Томас пришел в неистовое бешенство, когда увидел ошейник на моей шее, — виновато засопел носом Неру. — Не прикасался ко мне целую неделю, рычал, убивал народ направо и налево и даже завел официального любовника.

— И почему я не удивилась?

— Я удивился. И слегка запереживал, — Неру отвел взгляд и покраснел. Дэнис рассмеялась:

— Ты хотел сказать: устроил бурную истерику?

— Ну… да. Я просто не удержался! Я ради него нацепил на себя эту жутко унизительную хрень, а он, вместо того, чтобы спасибо сказать, завел любовника! — возмутился Неру. — Конечно, меня переклинило.

— Что было дальше?

— В конце недели я решил, что Томас меня больше не любит, пошел в ванную и принялся глотать снотворные таблетки пачками.

— Истеричная псина! — покрылась запоздалыми мурашками ужаса Дэнис. Мысль о том, что Неру мог действительно умереть, казалась полным бредом. Он же из разряда незыблемых столпов вроде бессмертного Императора Дариуса, дворца Вальтерусов или кабинета Великого Герцога! Дэнис отвесила Неру подзатыльник. — Убью!

— Встань в очередь, — огрызнулся оборотень, обнял ее покрепче и продолжил рассказ: — В общем, Томас мне умереть не дал: возник у меня под носом, чуть не свернул шею, срывая ошейник, вывернул желудок наизнанку, надрал задницу ремнем и затащил в постель. Мы жестоко поругались, бурно помирились и договорились, что ему на глаза с этим ошейником я попадаться не буду, но носить не перестану до тех пор, пока это будет необходимо.

— Тогда сними его! — попросила Дэнис. — Я тоже не хочу видеть эту дрянь на тебе. Ты не раб, Неру, и никогда им не был. С самого первого дня отец относился к тебе совсем по-другому.

— А ты? — ласково обвел пальцем контур лица Дэнис оборотень.

— А до меня все дошло только здесь, мой дорогой друг, — улыбнулась она. — Я была слишком маленькой, знатной и демонической, чтобы понимать хоть что-нибудь.

— Рад это слышать, — расплылся в сияющей улыбке Неру, но тут же нахмурился. — Ты сбила меня с мысли. Мы говорили о тебе! И о том, что ты позволила себе расслабиться слишком сильно.

— Чего ты хочешь от меня?

— Я хочу, чтобы наглая жестокая стерва, что построила по линейке всех молодых знатных демонов Столицы, вернулась.

— Я подумаю над этим, обещаю, — обняла его Дэнис. Ткнулась носом в холодное золото вместо сильной шеи и рассержено зашипела: — Сними эту железку!

— Не могу.

Неру подхватил демоницу на руки и начал выбираться из воды. Солнце село, а поднявшийся ветер приносил не столько удовольствие, сколько зябкие мурашки.

— Почему?

— В нем чип. Если ошейник на мне, значит, со мной все в порядке, если нет – то у меня неприятности. Конечно, Томас все чувствует и так, но теперь он хотя бы не прибегает ко мне каждый раз, когда я выхожу из себя, ругаясь с поставщиками или слугами.

— Ты такой умничка, Неру, — уткнулась носом в его висок Дэнис. — Отцу так повезло с тобой! Как и мне.

— Это да, — согласился оборотень, поднимаясь по лестнице на второй этаж в спальню, — и я тебе это сейчас докажу.

Неру ушел глубокой ночью так же внезапно, как и появился, оставляя Дэнис витать в облаках в гордом одиночестве. Ближе к обеду она с трудом собрала размякшее счастливое тело в кучку и отправилась завтракать. С широкого крытого балкона открывался великолепный вид на долину внизу, далекие желтые полоски пляжей и Великий океан. Дэнис рассеянно сжевала завтрак и надолго замерла в уютном кресле, обдумывая все, что случилось с ней вчера. Через какое-то время она захрустела пальцами, перестала прикладываться к чаю и смогла четко сформулировать несколько важных для себя вещей.

Во-первых, то, что Томас раз и навсегда решил оградить Неру от любой возможности защитить его своим телом при покушении. Только так можно было объяснить то, что он приказал оборотню исчезнуть из Столицы на 12 часов. Неру не смог ему сопротивляться и именно поэтому оказался у нее в гостях. Во-вторых, то, что она, так же, как и Томас, никогда не позволит Сэму подвергать жизнь опасности, что в свою очередь означало, что ни в каких ее интригах он участвовать не будет, и не важно, кому он принадлежит и кто стоит за его хрупкой спиной. А в-третьих, то, что за целых 12 часов она не узнала от Неру практически ничего, не ответила ни на один его правильный вопрос и выставила себя перед ним сопливой размазней, похотливой малолеткой и полной дурой.

Дэнис разбила чашку с чаем о балконные перила, решительно встала из-за стола и достала из бара в гостиной бутылку Блэк Дога — 88 градусов адского пойла с мерзким запахом горящего торфа. То, что надо, для того чтобы отключить мозги надолго. Хватит с нее раздумий. Пора начинать действовать. Как именно? Черт его знает. Или Блэк Дог. Дэнис проглотила половину содержимого бутылки, прежде чем слетела с катушек и устроила в своем милом особнячке полный и абсолютный погром. Пожарные смогли потушить пожар, который разрушил ее жилище до основания, лишь на следующий день, но она этого так никогда и не узнала, потому что покинула планету первым же космолетом, не оглядываясь.

Эта часть ее жизни закончилась, а до совершеннолетия Дэнис оставалось целых 40 лет, которые следовало провести с большим толком.

Планета Подземелье, Столица, 35 лет до дня Х

Сэм бодро шел по коридору факультета к себе в кабинет. Студенты привычно болтались под ногами, взывая к его вниманию, но он ловко обтекал их и не останавливался. У него оставалось не так много времени до начала важного эксперимента в лаборатории, а мысли в голове были не такими мрачными как обычно. Вчера Сэму было так грустно, что он опять затащил в постель своего незаменимого управляющего Моро на всю ночь. Суровый, седой, но вовсе не старый и стальной на ощупь демон тяжело дышал от удовольствия, безостановочно трахал Сэма до самого утра и заставил-таки его почувствовать себя слабым и покорным не только физически, но и морально. Это слегка успокоило тоску Сэма по Тарио, сильным, умным и умелым демонам в постели, и даже привело в хорошее настроение.

Сэм зашел в кабинет в рассеянной задумчивости и только после того, как дверь закрылась сама, понял, что не один. Поднял голову и, скорее от неожиданности, чем по зрелому размышлению, отпрыгнул к стоящему за столом шкафу. Шикарный серебристо-белый волк тяжело вздохнул, прошел на середину кабинета, уселся на задницу и обвил лапы хвостом. Сэм смотрел на него в оба глаза и не понимал, что ему теперь делать. Тяжелая бляшка рабского ошейника сверкнула золотом в солнечном луче из распахнутого настежь окна и запутала его еще больше. Раб-оборотень? Но белые волки не бывают оборотнями! Солнце Прайм не в счет. Но это не важно, важно другое: что волк делает в его кабинете? Может, это подарок очередного сумасшедшего поклонника?

— Ээээ, песа-песа? — ляпнул Сэм, делая шаг вперед.

Волк сморщил нос в молчаливом осуждении, от которого Сэм почувствовал себя полным дебилом, тяжело вздохнул и принял человеческий вид, повергая его в восторженное недоумение. Красота и благородство. Власть, обаяние и эротизм. Сияющая на солнце кожа. Золотые волосы. Парень, что стоял перед Сэмом в рабском ошейнике, был одного поля ягодой с Праймом, словно сын, которого у бессмертного солнечного оборотня не могло быть по определению. Ни Франсуа, ни Энджи никогда бы ему такого не позволили! Чертовщина какая-то. Сэм пригляделся к обнаженному, сияющему и шикарному во всех местах оборотню еще внимательнее. Какого черта на нем ошейник?! Он смотрелся на парне, как седло на корове. Любому идиоту было понятно, что раб здесь, кто угодно, но только не оборотень.

— Добрый день, господин Вилкинс, — вежливо поздоровался красавец. — Простите, что пришел в таком виде и без приглашения, но, как вы понимаете, у меня не было выбора.

— Понимаю, — согласился Сэм.

С такой внешностью оборотень не успел бы сделать даже двух шагов от порога своего дома, хоть какой на нем был бы ошейник. Кстати о нем! Сэм постарался незаметно рассмотреть сверкающую бляху, но парень улыбнулся и отступил на шаг назад.

— Меня зовут Неру. Я раб Великого Герцога Томаса Вальтеруса.

— Раб, говоришь? Как интересно, — задумчиво протянул Сэм.

Какого черта происходит? Солнечный оборотень, похожий на Прайма, живет в доме Вальтерусов сексуальным рабом, а божествам на это плевать? Ладно божествам, но Маркусу, который любит Прайма больше положенного и изредка, но все-таки мечтает затащить его к себе в постель! Почему он не прибрал этого красавца к рукам? Точнее к членам: своему и Императорскому? И какого дьявола о Неру не знает Дариус? Или знает? Сэм так давно не участвовал ни в каких интригах, что запутался в вопросах и безнадежно увяз, попутно вспоминая о том, что в этом же доме живет женская копия Маркуса. Слишком много невероятных совпадений в одном месте и в одно время. Это же статистически невозможно!

— Быть рабом не интересно, — сказал Неру. — Можете мне поверить, я в этом деле специалист.

— Верю, — хмыкнул Сэм. — И что ты здесь забыл, раб?

— Двадцать лет назад у вас в гостях была Дэнис Вальтерус. Помните такую?

Сэм с трудом удержал на лице вежливый интерес. Копия Прайма приходит в кабинет личного помощника Маркуса и спрашивает, помнит ли он про копию Маркуса. Охренеть! И что он должен ответить? Дикое желание покусать Дариуса рвало душу Сэма на мелкие кусочки похлеще пресловутого Тузика и его грелки. Что этот древний интриган задумал? Ради чего… Или ради кого? Хоть бы намекнул!!! Гениальные мозги Сэма вскипели в безнадежной попытке охватить миллионы различных вариаций и зависли.

— Да. И что? — сказал он, чтобы потянуть время и перезагрузиться.

А заодно вспомнить, что женская копия Маркуса все-таки запала ему в душу, всплывая из самых дальних ее глубин на поверхность и не давая о себе забывать. Сэм загонял ее обратно, но Дэнис не сдавалась и подлавливала его в те моменты, когда он был один и совершенно к этому не готов. Он погружался в мечты настолько глубоко, что чувствовал демоницу так, будто она была совсем рядом. И тогда Дэнис обнимала его, целовала, позволяла заниматься с ней любовью и заставляла кончать по нескольку раз кряду. Сэм старался не отставать и доводил ее до полного сумасшествия. После таких мечтаний он подолгу стоял в душе на дрожащих ногах, не в силах оторваться от стенки или хотя бы выключить воду. Всевидящий и всезнающий Моро появлялся очень вовремя: вытаскивал его из душа, вытирал полотенцем и на руках уносил в постель.

— Она повела себя с вами не очень вежливо.

— Она сломала мне ключицу, если быть точным. И нахамила! Не мне одному, между прочим.

— Да, я знаю, в тот раз леди Дэнис была не слишком вежлива не только с вами, но и с сэром Маркусом.

— И?

— Я хотел бы узнать результаты ее неподобающего поведения.

— Зачем? — начал тянуть время Сэм, не понимая, чего от него хочет оборотень. — Томас знает, что ты здесь?

— Нет. Ему сейчас не до меня. Великий Герцог приказал мне уйти из дому на пару часов, и я подумал, что прогулка в Университет будет самое оно. Минут через десять мое время выйдет, и я вернусь к нему, — пояснил оборотень. Подтянул к себе стул, что стоял возле стола, и посмотрел на Сэма невинными глазами ангела, который не имеет ни малейшего понятия об интригах, сексе, обнаженных мужчинах и кипящих мозгах. Ага. Ну да. — Я присяду?

— Да, конечно, — рассеянно согласился Сэм.

— Так вы расскажете?

— О чем?

— О последствиях проступка Денис Вальтерус.

Сэм отчаянно заскрипел мозгами. Чего оборотень добивается? Кто он ей? Или, может, лучше спросить: кто она ему? Ревность вспыхнула в его груди неожиданно и крайне болезненно. Неужели она влюбилась в Неру, и они с Маркусом зря отправили ее в ссылку? Или не зря? Уж лучше она влюбится в кого-то и не придет за Сэмом, чем придет, а потом передумает. Он не хотел страдать от разбитого сердца.

— Это было, как ты сам сказал, 20 лет назад, Неру. Сэр Маркус наверняка забыл о выходке Денис.

— Я понимаю, он занят наукой, и всякого рода знатные умные демоницы ему и даром не нужны. Может быть, стоит спросить о Дэнис Вальтерус у его мужа? — наивно поинтересовался Неру.

— Думаешь? — усомнился Сэм.

— Уверен. Я бы хотел видеть герцогиню живой и здоровой и после ее 500-го дня рождения. Надеюсь, что и вы тоже.

— Эта наглая демоница едва не вынесла мною дверь! — не слишком искренне возмутился Сэм. — С чего бы это я должен за нее переживать? Думать о ней? Беспокоиться?

— Если вы все еще помните о леди Дэнис, то, наверное, причина есть, ведь так? — лукаво улыбнулся Неру.

— Не так, — наконец-то понял, к чему весь этот разговор, Сэм. Подошел к оборотню и решительно уселся на колени. Неру аккуратно обнял его и растрепал разноцветные волосы рукой. — Послушай меня, невинный агнец. Дэнис мне нравится, но я не буду плести интриги, чтобы спасти ей жизнь, потому что считаю, что она должна сделать все сама. Ей нужен Дариус? Пусть запишется к нему на аудиенцию!

— Во дворце Императора невозможно скрывать внешность, и вы это прекрасно знаете.

— Если она так умна, амбициозна и упряма, как я думаю, то это ее не остановит.

— А вы, личный помощник мужа Великого Императора, который по странному стечению обстоятельств является ее родным дядей, способный помочь ей парой слов, промолчите и останетесь безупречным ангелом в глазах своих бессмертных боссов, да?

— Да! И нечего на меня так смотреть! — возмутился Сэм, пиная ногами проснувшуюся от укоризненного взгляда Неру совесть. — Это не подло! Я живу в мире демонов больше двух тысяч лет и насмотрелся на всякое. Где гарантия того, что Дэнис, получив желаемое, меня не кинет? Нас с тобой не кинет.

— Вы очень умны, Сэм, — повесил голову Неру. — И жестоки. Но вы же человек, а не демон.

— С кем поведешься, от того и наберешься. Не дави на жалость, это бесполезно.

Сэм успокаивающе провел рукой по широкому плечу оборотня, очень внимательно разглядывая едва заметную метку на его шее. Ошейника, чтобы ее скрыть, было недостаточно. Никакой Неру не раб. Великий Герцог Вальтерус сделал его своим, а это совершенно разные вещи. Сэм понимал это, как никто другой.

— Я должен был попытаться.

— Не печалься раньше времени, — улыбнулся Сэм и, пользуясь моментом, запустил руку в золотые волосы оборотня.

Неру – не Прайм, с любимым демоном на пару в постель после такого не затащит. Шелк волос рассыпался под пальцами Сэма солнечными потоками и завораживал похлеще гипнотизера, так что он бросил это небезопасное занятие и поспешил отвлечься. Лучше втихую мечтать о влюбленной женской копии Маркуса, обретающейся черт знает где, чем убиваться по принадлежащей Великому Герцогу копии Прайма у себя под носом.

— Лучше расскажи, как дела у Дэнис.

— Последний раз я видел ее пять лет назад, — грустно ответил Неру. — Она потеряла форму, и ей было явно не до интриг.

— Почему?

Слова оборотня поселили в Сэме беспокойство, которое следовало утолить до того, как оно начнет приносить неприятности или перерастет в нечто большее.

— Дэнис живет среди людей. Скучает по Столице и демонам. Делает вид, что все хорошо, и чахнет от тоски.

— От тоски по кому? — встрепенулся Сэм.

Оборотень удовлетворенно заблестел глазами и рассмеялся, заставляя его негромко чертыхаться.

— Вам какая разница? Вы же ее не любите.

— Ты ведь пришел, чтобы заставить меня ревновать. Разве нет?

— Да.

— Так говори!

— Дэнис рассказала мне о своем самом лучшем любовнике, но даже не заикнулась о вас, — честно ответил Неру.

— Фокус не удался, — вырвалось у Сэма раньше, чем он заткнул себе рот.

— Интриган! — возмутился оборотень, веселея прямо на глазах. — Вы выгнали ее из Университета в надежде, что она, не получив желаемое сразу, будет скучать и влюбится в вас по уши? Таков был план?

— Могло и сработать.

— Сэм, она же демоница! Демоны не умеют любить.

— Еще как умеют! На самом деле они такие беззащитные, когда любят по-настоящему, что жутко становится. Хорошо, что об этом никто не знает, иначе их давно бы извели под корень.

— Может, вы и правы, — улыбнулся Неру, собирался сказать еще что-то, но не успел, потому что в кабинет зашел сэр Маркус.

Сэм больно ущипнул Неру за мускулистый бок в наказание за подставу, но тот даже бровью не повел. Хитрый оборотень! Узнал, что три раза в неделю в одно и то же время ректор заходит за Сэмом по пути в лабораторию, все просчитал и подстроил встречу, чтобы убить двух зайцев сразу: если не получится расшевелить Сэма, так хоть Маркусу о племяннице напомнить.

— Добрый день, господа, — холодно сказал Маркус, в некотором недоумении разглядывая Малька, сидящего на коленях обнаженного красавца в дурацком ошейнике. — Сэм, ты забыл о том, что у нас через полчаса начинается важный эксперимент? И вовсе не сексуального характера.

— Простите его, сэр, — поднялся из кресла оборотень.

— Я буду готов через минуту, — закрыл оборотня собой Сэм. — Неру уже уходит.

Маркус шагнул вперед, отодвигая Малька в сторону и открывая своим глазам парня. Солнечный. Сияющий. Прекрасный. Не Прайм, но… Маркус незаметной лаской прошелся пальцами по скульптурно вылепленному плечу оборотня и решительно сдернул с него ошейник, на который невозможно было смотреть спокойно.

Чей этот парень подарок? Кому? В том, что к рождению сияющего чуда приложили руку бессмертные, не было никакого сомнения. Другой вопрос, кто и зачем? Он был слишком похож на Прайма, с которым Маркуса связывали крайне непростые чувства, чтобы быть случайностью. Ни Дариус, ни Франсуа за две с половиной тысячи лет так и не смогли выполоть ростки непозволительной любви из их душ, хоть и делали это с завидной регулярностью, а сами они не прилагали никаких усилий, чтобы это чувство усмирить. Как иначе заставить любимых ревновать? Как не дать погаснуть пламени в их бессмертных сердцах? Сложно завоевать Великое Ничто и Ветер, но еще сложнее их удержать. С годами хрупкая система противовесов пришла в равновесие и устроила всех пятерых. Кто бросил камень в омут? Зачем?

Или это проделки Дариуса, которому надоело бороться с легким, но непреходящим желанием Маркуса с Праймом переспать? Мол, вот, на тебе копию, развлечемся с ним вдвоем, и ты успокоишься. Маркус окинул оборотня взглядом. Хорош. Безупречен. Но он — не Прайм, и этим все сказано. Разве можно затмить солнце? Конечно, нет. Хотя заняться с Неру сексом на пару с Дариусом Маркус бы не отказался. Тень порочного желания накрыла демона крылом. А почему бы и не да?

— Зря вы сняли с меня ошейник, сэр.

— Он тебе не подходит, — постарался стать очаровательным очаровашкой Маркус.

Этот благородный мальчик требовал деликатного обращения. Поначалу, пока страсть не превратит его в совершенно другое существо, с которым можно и нужно разговаривать и обращаться совсем по-другому. Нежная кожа и хорошо прокачанные мышцы скользили под чуткими пальцами Маркуса даже не шелком, а чем-то запредельным. Великолепно. Если это не подарок Дариуса, то он будет от Неру без ума. Они оба будут. В последнюю пару десятков лет они совсем забросили официального любовника, наслаждаясь друг другом и пуская в свою постель лишь Сэма, но этот золотоволосый красавец может кардинально все изменить.

— Я знаю, что не подходит, — смущенно улыбнулся Неру, утопая в порочно-ласковых глазах Великого Герцога Барбадоса с головой.

Маркус понимающе улыбнулся и начал медленно спускаться костяшками пальцев по его широкой груди и кубикам пресса к паху, задевая белоснежное тело оборотня тонким золотым браслетом на запястье. Неру откровенно поежился от коварно-завлекающей руки немолодого, но ужасно симпатичного и обаятельного демона, добравшейся до косточки его обнаженного бедра, и поспешил сжать ее в ладонях.

— Вы очень опасный тип, Великий Герцог Барбадос. Слава всем богам, что мое сердце занято.

— Сердце? Занято? Серьезно? — лукаво удивился Маркус, переплетая тонкие длинные пальцы ученого и аристократа с сильными пальцами оборотня.

Неру беспомощно посмотрел на сомкнувшиеся в каком-то нереально эротичном замке руки, неловко выдернул ладонь и даже спрятал ее за спиной. Черти что! Маркус понимающе улыбнулся, чем смутил оборотня еще больше.

— И взаимно?

— Да, — облегченно выдохнул Неру, чувствуя, как за спиной открывается портал, из которого в комнату шагнул Великий Герцог Томас Вальтерус. Как же он вовремя!

— Маркус? Какого черта ты сорвал с моего раба ошейник?! — мгновенно вскипел Томас, увидев брата стоящим совсем рядом с обнаженным Неру.

Легкое желание, что исходило от Маркуса, вывело Герцога Вальтеруса из себя. Хорошо хоть оборотень был растерянно-злым, а счастье от того, что Томас снова рядом, наполняло его по самые брови. Это заставило демона наплевать на Маркуса и обратить внимание на Неру, который спрятался за спину Томаса и вцепился в него мертвой хваткой.

— Так он твой раб? — насмешливо посмотрел на брата Маркус. — Как же я сразу не догадался! Только ты мог нацепить сию жуткую дрянь на такого благородного красавца.

— Да пошел ты! — огрызнулся Томас.

Обхватил своего любимого оборотня за плечи и шагнул в портал, через мгновение возникая в спальне. Открыл рот, чтобы начать грандиозную разборку, но Неру впился в него сумасшедшим поцелуем и уронил на постель, разрывая одежду в клочья.

— Ты живой, с тобой все в порядке! Томас, хороший мой, пожалуйста! Не делай так больше, я умоляю тебя! — шептал между поцелуями Неру. — Я схожу с ума от беспокойства. Не прогоняй меня! Разреши быть с тобой рядом всегда. Я могу защитить тебя, слышишь? Лучше получить пулю, чем ждать в полной неизвестности.

— Нет. Для меня твоя жизнь дороже моей, — ответил Томас и потерялся в океане неистовой страсти, любви и преданности своего дорогого оборотня.

— Ты сумасшедший, Томас. Я обожаю тебя за это.

— Я знаю, любимый мой волчонок. Я знаю.

…

Маркус смотрел на Малька в упор. Сэм ерзал, сопел, отводил глаза, но не сдавался. Герцог Барбадос поднял его лицо за подбородок к своему и легко поцеловал в губы. Он должен был разобраться в той чертовщине, что тут только что произошла.

— Маркус! Ну что же ты со мной делаешь! — простонал Сэм и сдался: — Я пришел в кабинет, оборотень сидел здесь в шкуре волка и ждал меня.

— Чего он хотел?

— Если я скажу, он получит то, за чем приходил, — предупредил Сэм.

— Считай, что этот раунд за ним, — холодно улыбнулся Маркус. Давно его никто не удивлял. Ох, как давно!

— Хорошо. Неру хотел, чтобы Император позаботился о Дэнис Вальтерус после ее 500-летия.

— Понятно. А ты?

— А что я? — отвел глаза Сэм.

— Малек, не веди себя, как полный идиот.

— Ты же знаешь, чего я хочу! — возмутился Сэм. Наткнулся на потемневшие синие глаза и сдался окончательно: — Да, я помню про Дэнис и надеюсь, что однажды она придет и не оставит мне выбора. Я хочу любить женщину, Маркус, во всех смыслах этого слова. Вы с Дариусом сбили меня с правильного курса в 20 лет, но до вас у меня и в мыслях не было спать с мужиками.

— Кто мешает тебе спать с женщинами сейчас? — искренне удивился Маркус. Он даже не подозревал, что Сэма до сих пор волнует этот глупый вопрос.

— Ты. И Дариус, — тихо сказал Сэм. — Я привязался к вам слишком сильно. Мало того, что я люблю тебя и обожаю Дариуса, так еще и ваше вечное желание спать с сильным постоянно сбивает меня с мысли. Я же не против! Тарио изменил меня навсегда, и без настоящего мужчины рядом я свою жизнь не представляю, но… Но иногда… я безумно хочу увидеть в своей постели и в своей жизни любимую женщину, Маркус.

Великий Герцог Барбадос проглотил все, что хотел сказать, развернулся и молча вышел из кабинета. Он не думал, что они с Дариусом будут влиять на Сэма настолько сильно! Так быть не должно. Малек хоть и принадлежит им, но он же не раб, в конце-то концов. Мысль споткнулась на слове и переключилась на Неру. Дариус знатно повеселится, узнав о том, что Томас Вальтерус попал в те же сети, что и Маркус, полюбив от всего сердца. Оставалось только понять, зачем солнечный оборотень об этом рассказал.

Впрочем, думать о Неру и о Дэнис Великий Герцог Барбадос не собирался. Интриги — это к Императору. Дариус их обожал и жить без них не мог по определению. Вот пусть сам с ними со всеми и разбирается. Маркус выкинул все лишнее из головы, открывая дверь в лабораторию, в которой не было места даже Дариусу. Сэм возник рядом через десять минут: спокойный, сосредоточенный и полностью адекватный. Они начали эксперимент и забыли обо всех и вся, отдаваясь любимой физике без остатка.

====== Глава 5 ======

Пятая Планета Шестого Круга, 23 года до дня Х

Дэнис приставила пистолет к голове человека, стоящего перед ней на коленях. Тот даже не пошевелился. Еще бы! После тех пыток, что она устроила ему, шевелиться было весьма проблематично. Голуби взметнулись под своды полуразрушенного заводского цеха недалеко от них и заставили Дэнис пошевеливаться. Она взвела курок. Солнце вылезло из вечерней тучи и сквозь выбитые стекла и раскуроченные проемы осветило место событий кровавыми лучами.

— Последний раз спрашиваю. Кто тебя послал? Отвечай, идиот, и твои мучения прекратятся.

— Ты мерзкая тварь! — прохрипел человек разорванным ртом. — Нелюдь!

— Догадливый, — усмехнулась Дэнис. Мужчина задохнулся от ужаса. — Да-да. Я демоница, милый. И я могу пытать тебя очень долго. Мы в этом, знаешь ли, специалисты.

— Сиплый Джек, — ответил человек.

Дэнис выстрелила ему в голову и успела откатиться в сторону за секунду до того, как пространство, где она только что стояла, прошили автоматные очереди. Наемники перестали скрываться среди станков, тюков и ржавых железок и начали загонять ее в бойлерную, из которой был только один выход. Дэнис их намерения поняла, сняла двоих и основательно окопалась возле штабелей покореженных высокой температурой стальных шпал. Хрен они ее отсюда выковыряют! Наемники замкнули круг и начали закидывать ее небольшими, но очень неприятными бомбочками: слезоточивый газ, снотворное, удушающее. Денис принюхалась. Даже галюциноген. Похоже, она основательно достала своего босса, раз он решил от нее избавиться. В общем-то, правильно сделал.

Дэнис планировала занять место Сиплого Джека где-то через месяц, но он ее опередил, а это означало, что среди ее сторонников обретался предатель. Ничего удивительного. Бандиты, мошенники и всякого рода отморозки никогда не отличались высокими моральными устоями. Дэнис натянула легкую маску на лицо плотнее. Хорошо, что перед выходом на охоту за своим первым убийцей, ее одолел приступ паранойи, и она прихватила с собой маску. Конечно, надолго ее не хватит, но «долго» ей и не потребуется. Пространство вокруг Дэнис наполнилось темно-синим дымом очередной дряни, и она бесшумной тенью скользнула к нападающим. Сиплый Джек ее недооценил. Еще бы! Он же не знал, что она упертая и хорошо обученная демоница. Дэнис состарила себя лет на двадцать по людским меркам, перед тем как заняться грабежами и убийствами. 16-летняя девочка не могла заслуживать уважения по определению.

Дэнис отрывала голову последнему человеку в зале, когда яркая вспышка портала заставила ее отпрыгнуть в глубину зала и спрятаться за штабелями ржавых железок непонятного назначения. Кого еще принесло?! Судя по качеству перехода, денег у путешественника было завались. Вряд ли Сиплый Джек мог бы позволить себе такую роскошь. Свет портала погас, из-за угла здания завода вылетела машина, полная вооруженных до зубов наемников, а ровно посреди огромного цеха возник золотоволосый, сияющий и прекрасный до одури мужчина.

— Неру! Убирайся отсюда к чертовой матери, псина хренова! — выругалась Дэнис. — Вали откуда пришел!

— Дэнис? — оглянулся на ее голос оборотень.

Пули, выпущенные бойцами с машины, прошили пыль под его ногами, заставляя соображать быстрее. Неру длинным прыжком пересек открытое пространство и укрылся за огромным прессовым станком.

— Дэнис! С тобой все в порядке?

— Нет. Какого черта ты пришел? Проваливай! У меня дел по горло и на тебя времени нет.

— А на что есть?

— Прямо сейчас я сражаюсь за возможность возглавить преступный синдикат! И пристрелю тебя лично, если попадешь к ним в заложники, понял?

— Да. Ты очень доступно все изложила, — откровенно насмешливо отозвался оборотень. — Променяла обруч герцогини демонов на корону королевы человеческой помойки? Я тобой горжусь.

— Заткнись! — завелась Дэнис.

Не хватало ей сейчас отвлечься на эмоции, которые она похоронила восемь лет назад, в тот день, когда закончила обучение у последнего в ее списке специалиста по рукопашному бою и вступила в первую банду. Садист, что возглавлял ее, оказался той каплей, которая переполнила чашу ее терпения. Дэнис выплеснула кипящие много лет эмоции полностью и осталась один на один с холодной пустотой. Ее это устраивало полностью: нет чувств, нет снов, нет тоски, нет видений и нет секса. Зато есть кристально чистый разум, научный интерес и куча времени для практики. Зря, что ли, она целых девять лет училась у лучших специалистов по боевым единоборствам и заказным убийствам?

— Что с тобой случилось за те 17 лет, что я не видел тебя? — спросил Неру.

Увернулся от пуль и начал пробираться к валявшемуся в шести метрах от него мертвому мужику с автоматом. Гигантские станины прессов и куча свободного пространства между ними не оставляли особого выбора и добавляли скорости. Хочешь жить — шевели булками. Неру осторожно перебрался сквозь очередной жуткий станок и притянул к себе мертвеца за ботинок. Стянул защитный жилет, нацепил на себя, взял в руки оружие и удовлетворенно выдохнул. Вот так гораздо безопаснее. Прислушался. Дэнис громко ругалась где-то неподалеку: вульгарно и чрезвычайно информативно. Неру выглянул за станок, чуть не получил пулю в голову и рыбкой ушел за соседнюю железяку. Раздавшийся следом взрыв разорвал ограбленного им человека в клочья.

— Неру? — равнодушный голос Дэнис скрипнул пенопластом по стеклу его нервов. — Эй! Ты слышишь меня?

Оборотень подумал, подумал и решил не отвечать. Он, конечно, хотел, чтобы Дэнис снова стала демоницей и герцогиней, но не до такой же степени!

— Ну и хрен с тобой! Одной проблемой меньше.

Неру поморщился. Похоже, он опять пришел очень даже вовремя. Как чувствовал! В этот раз Томас не стал ему приказывать, а вежливо попросил убраться с планеты на целые сутки. Два младших сына подготовились к покушению на Великого Герцога со всей серьезностью, и Неру был в их плане одним из основных персонажей. Томас решил деткам не потакать и любимого оборотня риску быть оттраханным во все щели не подвергать. Неру не стал устраивать сцен, крепко поцеловал покровителя в губы, пообещал не третировать переживаниями и отправился в гости к Дэнис, по которой за эти годы безумно соскучился. Кто знает, чем она решила занять себя? Как выяснилось, ничем хорошим. Неру затаился среди кучи оплавленных стальных столбов и принялся следить за битвой, изредка снимая особенно хорошо подставившихся ему людей из украденного пистолета с глушителем. Он не хотел мешать демонице развлекаться.

Дэнис контролировала ситуацию до тех пор, пока не кончились патроны. К великому сожалению, добраться до спрятанной у выезда с завода машины, ей так и не удалось. Наемники оживились и пошли на штурм громадного молотково-шестереночного пресса, в котором она засела, с яростью берсерков. Неру перебрался поближе и насладился тем изяществом и легкостью, с которой демоница сворачивала шеи здоровенным, ушлым и вооруженным до зубов мужикам. Не зря ее Рамиро полтора года в спортзале и в постели воспитывал, ох, не зря! Телом своим она владела в совершенстве. Дело близилось к благополучному финалу, когда один из наемников сумел-таки прокрасться к Дэнис в тыл и успел воткнуть нож ей в спину до того, как она переломала ему руки. Этим воспользовались оставшиеся в живых и скопом напали на нее с другой стороны. Дэнис убила еще одного, прежде чем они смогли ее скрутить.

Поцарапанный и сияющий гематомой на лбу абсолютно лысый негр поставил демоницу на колени на краю бесконечной железной ванны-камеры и приставил пистолет к ее затылку.

— Сиплый Джек велел забрать у тебя некий чип. Где он?

— Так я тебе и сказала, — усмехнулась Дэнис, за что тут же получила по лицу ногой от второго наемника. Он был тяжело ранен в плечо, зол и настроен гораздо кровожаднее.

— Мне все равно, ответишь ты или нет, веришь? — равнодушно сказал негр. — Нет человека, нет проблем.

Дэнис рванулась в сторону, уворачиваясь от выстрела, сбила с ног раненого, скидывая его вглубь камеры, на дне которой торчали ржавые лезвия дробилки, и спрыгнула на неровный, захламленный пол цеха. Ей не повезло: пол под одной ногой проломился, и она провалилась в ржавую дыру. Лодыжка нездорово хрустнула, заставляя Дэнис материться. Лысый негр возник за ее спиной привидением и снова приставил пистолет к затылку.

— Последний раз спрашиваю. Где чип?

— Да пошел ты! — огрызнулась Дэнис, просчитывая варианты. Погибать по-глупому не хотелось.

— Как скажешь, — пожал плечами наемник, спустил курок и упал на пол с простреленной головой.

Дэнис поднялась на ноги после сумасшедшего прыжка, который вывернул ей плечо и доломал лодыжку, и оглянулась назад. Неру опустил руку с пистолетом и неодобрительно посмотрел на нее глазами наивного ангела, не знающего, что такое боль и смерть. Последний луч солнца прошелся по его шикарному телу и исчез, погружая строение в легкий сумрак.

— Я бы и сама справилась, — проворчала Дэнис, отводя глаза.

Равнодушно смотреть на оборотня было невозможно. Он скинул жилет и подошел к ней вплотную. Тонкий черный джемпер с треугольным вырезом и короткими рукавами облегал его торс так плотно, что можно было проследить каждую лепную мышцу. Если приглядеться, конечно. Дэнис поймала себя на этом и матерно выругалась. Уставилась в пол и похромала к выходу из цеха. Стильные темно-синие джинсы, подчеркивающие длинные ноги и узкие бедра Неру, попались ей на глаза совершенно случайно. Да чтоб ему пусто было! Она выругалась еще злее, чувствуя нарастающее в душе напряжение. Неловко споткнулась об очередную железку сломанной ногой, застонала от боли и ярости и тут же взлетела вверх…

Сильные руки. Тепло знакомого тела. Широкие плечи и шея, в которую так здорово утыкаться лицом после оргазма. Сладкие губы и сияющая кожа на расстоянии вдоха…

Дэнис дернулась, чтобы убраться от Неру подальше, но рана на спине открылась, кровь хлынула фонтаном, и она потеряла сознание.

…

Дэнис открыла глаза и настороженно уставилась в безликий потолок, лишь краем глаза кося по сторонам. Где она? Большая удобная постель. Ночь. Два панорамных окна. Полная луна. Безликая ухоженная комната. Шкаф и диван у стены, столик и два кресла. Открытая дверь в ванную комнату со включенным светом. Странная картина на стене напротив.

Гостиница.

Как она здесь оказалась? Что произошло? Память была закрыта мутной пеленой, а мысли путались. Почему? Дэнис прислушалась к себе. Все в полном порядке. Даже слишком. Да почему, черт возьми?!

— Очнулась? Воды хочешь?

Знакомый заботливый баритон мигом вернул ей воспоминания. Дэнис метнулась в сторону, но Неру ее остановил: навис над ней, а потом легко прижал к постели горячим обнаженным телом, удобно устроившись между бедер. Чувства и ощущения разорвали ее душу и тело на части. Дэнис снова дернулась в безнадежной попытке убежать от Девятого вала, что показался на мысленном горизонте, но сделала только хуже, потому что Неру вжался еще плотнее, повел бедрами, запустил руки в волосы и принялся целовать ее лицо.

— Отпусти меня! Пожалуйста!

— Тсс, моя дорогая герцогиня, — опустил голову на ее грудь оборотень. Дэнис вцепилась в золотые кудри перед своим носом обеими руками. — Мы всего лишь займемся сексом. Как в старые добрые времена.

— Не надо, Неру! — взмолилась Дэнис, чувствуя язык и зубы на своем соске, властные руки на ягодицах и напряженный член на бедре. — Я не хочу ничего чувствовать! Мне не нужны эмоции, слышишь? У меня и так все хорошо.

— Ну да, конечно, — поднял голову Неру и оставил губы в одном вздохе от ее. Провел рукой по лицу. — Я скучал.

Девятый вал добрался до пустой чаши внутри Дэнис и хлынул в нее потоком, снося все на своем пути, наполняя страстью, слезами и надеждой. Она впилась в податливые мужские губы чудовищным поцелуем и утонула в океане бешеного желания, утаскивая за собой потерявшего голову Неру. Если бы он несколько раз от избытка эмоций не превращался в волка, то наверняка сгорел бы на ней заживо, потому что 17 лет полного воздержания для юной, страстной, тоскующей и любящей демоницы — это явный перебор.

…

Неру аккуратно отвел темный локон со лба мирно сопящей на его плече Дэнис. Опухшие от слез глаза пришли в норму, синяки от засосов и пальцев исчезли, а на красивое лицо вернулась удовлетворенная, сытая улыбка. Слава всем Богам! Неру провел по стройному телу обеими руками. Сплошные мускулы. Дэнис довольно вздохнула и открыла глаза.

— Поговорим? — улыбнулся Неру.

— Займемся сексом? — выдвинула встречное предложение Дэнис.

Он рассмеялся и согласился.

На этот раз безумие до них не докатилось, а потому они смогли насладиться процессом от всей души. Неру погрузился в демоницу губами, пальцами и языком, а она добралась до его члена руками, лицом и грудью. Он это оценил и довел ее до счастливого обморока сразу, как только пришел в себя после оргазма. Отнес в душ, привел в чувство и принялся намазывать пахучими животворными кремами, которые купил в той же аптеке, где бинты и заживляющие пластыри, от макушки до самых пяток. Дэнис по-глупому смущалась, вырывалась и стонала от наслаждения. Они вернулись в постель, довели друг друга до изнеможения и проснулись только ближе к полудню.

— Теперь-то ты готова поговорить? — спросил Неру, за обе щеки уплетая плотный завтрак, который вообще-то был обедом.

Они сидели в креслах перед журнальным столиком и наслаждались отличной приготовленной едой. Гостиницу ведь выбирал Неру: все по высшему разряду и никак иначе. Дэнис глотнула ароматный горячий чай и блаженно зажмурилась.

— Не совсем. Дай насладиться! Я не пила чай с того самого дня, как ты ушел от меня в прошлый раз.

— А что ты пила?

— Блэк Дог. 88% спирта и жуткая вонь от сгоревшего навоза. Выжигает внутренности и мозги на раз.

— Я это заметил, — улыбнулся Неру. Аккуратно сложил салфетку на колене и принялся за курицу ножом и вилкой.

Дэнис любовалась на него, и забытые привычки и желания возвращались к ней целым роем. Она повертела в руке десертный нож, а Великие Герцоги рода Вальтерус принялись укоризненно сверлить ей спину взглядами. За последние годы Дэнис растеряла все свои умения и навыки, всю свою гордость и воспитание, аристократизм и уважение к себе и своему телу. Ей стало безумно за это стыдно. Она же Вальтерус, а не королева помойки!

— Знаешь что, дорогой мой оборотень, а давай-ка мы сегодня займемся не только сексом, но и омолаживающими процедурами? — задумчиво посмотрела на Неру Дэнис. — Томас будет очень рад, если ты засияешь еще ярче. Чем больше положительных эмоций после жестокой битвы за жизнь, тем лучше.

— Полностью с тобой согласен.

Дэнис позвонила в полицию и сдала Сиплого Джека с потрохами, отправив с прибывшим от них курьером тот самый чип, который он хотел получить от нее, и отправилась смывать с себя грязь последних 17-ти лет в самый роскошный салон красоты, который они смогли отыскать в Старом Городе.

Это оказалось забавно. Дэнис никогда в жизни не получала столько удовольствия за один день. Она даже представить себе не могла, сколько радости может доставить, например, правильно сделанный массаж ног. Неру смеялся, доводил ее до оргазма после каждой процедуры, чем жестоко смущал персонал салона, и они отправлялись на следующую.

…

Оборотень блаженно щурил глаза в таинственно мерцающий потолок. Они лежали в небольшом бассейне полностью обнаженными, а тысячи маленьких рыбок вились вокруг и приятно пощипывали кожу. Везде! Неру прикусил губу, но какая-то особо наглая рыбешка принялась за самый кончик его донельзя возбужденного члена, и он застонал вслух. Дэнис понимающе рассмеялась и неприлично лизнула языком его ухо. Конечно же, Неру не выдержал и кончил. Рыбки мгновенно собрались на пиршество, и он поспешил прикрыть член рукой. Мало ли!

— Волчонок, ты потрясающий! — прошептала ему в висок Дэнис, обнимая сбоку за плечи и грудь. — Спасибо тебе.

— Пожалуйста. Я рад видеть тебя в полном порядке.

— Я тоже рада видеть себя в порядке. Расскажешь, как у вас дела? Я смотрю, ошейник ты снял?

— После того, как с меня его сорвал сэр Маркус, Томас раз и навсегда запретил мне маяться дурью, — улыбнулся Неру.

— А почему его с тебя сорвал Маркус? — опешила Дэнис.

— Потому что я пришел к Сэму в Университет. Как ты понимаешь, в волчьем обличии. Обернулся и голышом устроился в кресле, а Сэм на мне. Мы как раз обсуждали тебя, когда пришел сэр Маркус и все испортил.

— Да что ты говоришь! — насторожилась Дэнис. — Было, что портить?

— Не ревнуй, — рассмеялся Неру. — Сэм, конечно, лапа, но я бы Томаса на него никогда не променял.

— А на кого бы променял? — облегченно заулыбалась Дэнис. — Чисто гипотетически.

— Гипотетически?

— Да.

— На сэра Маркуса, — поежился от воспоминаний Неру.

Он был предан Томасу до мозга костей, но иногда, очень редко, во снах, лукавый взгляд и порочные пальцы Маркуса его от этой безусловной преданности отвлекали.

— Чем это он умудрился тебя так восхитить?

— Всем! Я, конечно, его поджидал, но ко встрече оказался не готов. Великий Герцог Барбадос — совершенно невероятный тип. Он сдернул с меня ошейник и принялся так рассматривать, что у меня башню снесло! Я умирал от желания вцепиться в ухо с серьгой зубами и трахаться с ним сутки напролет, так что остановил его руку на моем голом бедре с превеликим трудом.

— Маркус смотрел на тебя неприлично? Наверняка прикидывал, понравишься ты Императору или нет. Они же со всеми своими любовниками и любовницами вместе спят.

— Я знаю, — кивнул оборотень, — но тогда меня бы это не остановило. Хорошо еще, что сэр Маркус свой знаменитый демонический облик не принял, иначе я бы совсем пропал. Слава Великому Ничто, за мной пришел Томас. Я в жизни так ничему не радовался!

— И вы оставили Маркуса ни с чем. Молодцы.

— Мы старались, — скромно потупился Неру.

Дэнис звонко поцеловала его в губы, отогнала рыбок от полувставшего члена и взялась за него умелыми пальцами сама, заставляя оборотня невероятно сексуально дышать в потолок полуоткрытым ртом. Если бы она была демоном, то немедленно отымела бы его в горло по самые яйца! И он наверняка был бы этому безумно рад. Дэнис довела Неру до очередного оргазма и продолжила расспросы.

— Ты пришел к Сэму из-за меня?

— Да. Я хотел, чтобы он вспомнил о тебе и помечтал о недостижимом. Чтобы был готов покориться сразу, как только ты придешь за ним.

— Золотце ты мое, — обняла его Дэнис, захлюпала носом, спрятала лицо в золотых волосах. — Я обожаю тебя.

— Я знаю, — успокаивающе провел по ее спине рукой оборотень. — И могу сказать кое-что, что точно вернет тебе желание жить и бороться.

— Да?

— Вы виделись с Сэмом десять минут много лет назад, а он вспомнил о тебе с полуслова, значит…

— Сэм не забывал, — счастливо выдохнула Дэнис и разревелась, как последняя истеричка.

Оборотень уложил ее на себя, рыбки принялись за них с удвоенной силой, а солнце за широким панорамным окном практически упало за горизонт.

— Пообещай больше не впадать в крайности, — попросил Неру, когда она немного успокоилась. — Найди золотую середину, ладно? Скоро все изменится.

— Почему?

— За последние двадцать лет Томас очень сильно сдал. Ему уже 5126 лет, а твои братья все сильнее наступают ему на пятки. Они ведь уже совсем не дети. Флавиусу 1800, Килирусу 1600, а Торосу и Борису по 1300. Половина жизни прожита, если они хотят жить еще 3000 лет в здравом уме и не совсем старом теле, то титул Великого Герцога им нужно отбирать у Томаса прямо сейчас. Все это прекрасно понимают.

— Это жизнь.

— Я знаю, но все равно с ужасом жду тот день, когда Томас перестанет бороться. Я боюсь, что он забудет обо всем рядом со мной, а они придут и убьют его на моих глазах. Или поймают тогда, когда Томас будет не в состоянии постоять за себя. Я так хочу быть с ним рядом и защищать его! Но он не дает мне ни малейшего шанса. Великий Герцог приказывает мне, а я не могу с этим бороться. Это просто катастрофа!

— Перестань, — обняла его Дэнис. — Никогда не спорь с Великим Герцогом, оборотень. Прими это и смирись. У тебя есть время, чтобы попрощаться и научиться жить без него. Воспользуйся этим с толком. Томас наверняка хочет, чтобы после его смерти ты жил дальше. Он говорил тебе это?

— Да, но недолго, — смутился Неру.

— А почему? — улыбнулась Дэнис. Ответ был очевиден, но ей хотелось, чтобы оборотень отвлекся и перестал накручивать себя.

— Я начинал слегка… ммм… переживать…

— Ты впадал в истерику, и ему приходилось утешать тебя по два часа кряду? — рассмеялась Дэнис. Неру спрятал лицо на ее груди. — Эх ты, вождь Северных оборотней.

— Тряпка я, а не вождь.

— Ты солнечное чудо, — подняла его лицо к своему демоница. — Ты умудряешься быть настоящим мужчиной и избалованным ребенком одновременно. Оставайся таким и дальше. Вокруг тебя достаточно жестоких мужиков, не стоит пополнять собой их ряды.

— Умеешь ты уговаривать, — улыбнулся Неру. — Я буду скучать.

Они крепко обнялись, и не прошло и пары минут, как он исчез. Дэнис выбралась из бассейна, напугала следующих желающих попасть к рыбкам рассказом о том, что они сожрали ее парня, потому что он кончил. Откачала впечатлительную администраторшу, которая заглянула в бассейн, не обнаружила там мужчину своей мечты и поверила в кровавую историю всем сердцем, отправилась гулять по узким извилистым улочкам Старого Города.

Центральная, самая древняя часть огромного мегаполиса, в которую за шесть лет пребывания в нем Дэнис так ни разу и не попала, поразила ее маленькими трехэтажными домами, прилепленными вплотную друг к другу, огромным количеством церквей всех мастей и размеров и истертыми камнями булыжных мостовых. Она бродила по кривым темным улочкам, наслаждалась осенью и древностью, что сочилась из всех щелей вокруг, и вспоминала Столицу, по которой отчаянно скучала. В Кленовый парк Дэнис пришла ближе к полуночи, чтобы погулять по безлюдным заброшенным дорожкам в гордом одиночестве, и нарвалась на сексуального маньяка. Позволила ему немного себя потискать, послушала хвастливые речи и завлекательные садистские предложения, дождалась, когда он вытащит нож, изобразила жестокую борьбу и воткнула ему клинок в сердце с таким расчетом, чтобы маньяк протянул еще минут десять и умер по дороге в больницу.

На звонок Дэнис правоохранительные органы отреагировали куда оперативнее, чем она ожидала: флаер спец службы СНБ опустился на месте происшествия всего через три минуты. Маньяка подцепили к простенькой системе жизнеобеспечения и принялись допрашивать, не вытаскивая из его груди нож. Он сыпал именами и местами захоронений своих жертв в надежде сохранить себе жизнь. Агенты бледнели, краснели, покрывались пятнами, сжимали записывающие планшеты в руках, но не позволяли себе ни одного лишнего движения.

Маньяк иссяк, Дэнис случайно толкнула агента, что был спокойнее двух других, плечом, споткнувшись о невидимый камешек на тропинке. Он покачнулся от неожиданного удара, ухватился за край носилок и неловко задел торчащий нож локтем. Клинок вошел в грудь мужика по самую рукоять, агенты принялись спасать маньяку жизнь по всем правилам, но, конечно же, ничего не смогли поделать.

Полиция и скорая помощь прибыли на место происшествия ровно через десять минут после ее звонка. Дэнис задумчиво посмотрела на невысокого, коренастого и очень симпатичного агента, что случайно убил маньяка локтем. Он подмигнул ей необычайно красивым изумрудным глазом, дал свою визитку и улетел вместе с коллегами, оставляя ее на растерзание полиции, от которой она избавилась только ближе к утру. Вышла из полицейского участка навстречу рассвету и смогла без помех разглядеть визитку.

Диего-де ла Вега.

Специальный агент отдела по борьбе

с особо опасными преступниками.

Служба Национальной Безопасности.

А почему бы и нет? Дэнис набрала мобильный номер, указанный на обороте визитки, и вечером этого же дня отправилась на свидание. Диего просчитал ее через полчаса милого общения, слегка расстроился обломившемуся сексу, но взял себя в руки и объяснил, как и что нужно сделать, чтобы попасть к нему в напарники. Дэнис записала ценные указания в планшет, пообещала встретиться с ним через пять лет и отправилась учиться заново.

До совершеннолетия ей оставалось 23 года. Целая жизнь. Пятая по счету, если как следует разобраться.

====== Глава 6 ======

Шестая планета Пятого круга. 4 года до дня Х.

— Эй, Заноза!

Вопль над ухом был настолько неожиданным, что Дэнис едва не расплескала кофе, который держала в руке, на свой шикарный кашемировый костюм. Ее любимый чай, увы, кончился еще вчера. Она ткнула локтем вбок, но явно опоздала и вдобавок получила щелбан в лоб.

— Саечка за испуг! — отпрыгнул к двери кухни Диего.

— Ты охренел! — возмутилась Дэнис, аккуратно протискиваясь мимо напарника в большой шумный офис. — Если бы не драгоценный кофе, я бы тебе шею свернула.

— С каких это пор кофе стал для тебя важнее возможности набить кому-нибудь морду?

— С тех пор, как я налила последний себе в кружку, — злорадно ответила Дэнис. Длинное лицо оборотня вытянулось еще больше. — Да-да. А ведь сейчас утро, и до обеда целых четыре часа. Мало того, кофе привезут в офис только завтра.

— Ты издеваешься?

— Еще как! — демонстративно отхлебнула из кружки она. — Мммм. Божественно.

— Стерва ты, каких поискать, — попытался отобрать кружку Диего, но она была настороже, так что ничего у него не вышло. — Дай глотнуть, а?

— Ну, ты и хам! Напугал, избил, а теперь еще и кофе отбираешь? Какой из тебя защитник правопорядка?

— Самый лучший, — ответил он и сделал жалостливые глаза, но она, конечно же, была неумолима. — Ладно, давай так. Завтра можешь прийти к обеду, я тебя прикрою. Скажу, что ты на выезде по делу об ограблении Сити-банка.

— Ты соврешь Большому Тому ради глотка кофе? — округлила глаза Дэнис, прекрасно зная, что ради хорошего кофе напарник готов был даже убить. — Диего, я тебя не узнаю.

— Я совру ради тебя, а не ради кофе, — ответил он и отобрал у нее кружку.

Дэнис не сопротивлялась, потому что кофе она терпеть не могла, затеяла всю эту возню ради того, чтобы помучить напарника, получила, что хотела, и даже неожиданную плюшку в придачу.

— Ты такой милый, прям мимими.

— Я не милый, а вот твоя новая любовница очень даже. Где ты только их находишь, я не пойму!

— Они сами находятся, — пожала плечами Дэнис, усаживаясь за свой стол.

— Вот уж не думал, что в нашем ортодоксальном городе живет так много красивых лесбиянок. Это ты во всем виновата! Совращаешь девчонок почем зря.

— Вега, не беси меня, а? Ты серьезно думаешь, что я спала бы с девками, если бы у меня была возможность как следует потрахаться с горячим сильным мужиком? Да никогда!

— Ты такая откровенная, что любого оборотня за пояс заткнешь, — хмыкнул Диего.

— Потому что я демоница, но все об этом всё время забывают, — огрызнулась Дэнис. — Давай…

— Варс, Вега, зайдите ко мне, — мрачный голос Большого Тома мигом вытащил обоих из-за столов.

— А как утро хорошо начиналось! — тяжело вздохнула Дэнис и поправила воротник рубашки напарника. Шеф терпеть не мог беспорядка в одежде, и по мелочам они старались его не злить. — Все коту под хвост.

— И не говори. Слушай, шеф любит кофе еще больше, чем я, но у него нет заботливой напарницы, — сказал Диего, заходя в кабинет. — Может, поделиться остатками?

— Ни вас, ни меня это не спасет, — закрыл за ними дверь Большой Том.

Высокий, худой, чуть сгорбленный и даже не сильно страшный немолодой демон в человеческом обличии выглядел стопроцентным университетским профессором из далекого захолустья, чем очень умело пользовался. Он занимал пост директора департамента по борьбе с особо опасными преступниками в СНБ больше восьмисот лет и был супер мега специалистом. С этим согласилась даже Дэнис, когда он пару раз как следует утер нос юной звезде. Большой Том был стопроцентным демоном, а она совсем забыла, каково это — общаться и иметь дела с демонами. Шеф напомнил ей об этом очень быстро. Она намек уловила, но обиду затаила. Он это понял и начал затяжную партизанскую войну, которая длилась вот уже 14 лет и шла с переменным успехом. Коллеги пытались их мирить, Диего страшно за нее переживал, а Дэнис с Большим Томом были счастливы. Интриги, подставы, мелкие подлянки, самые сложные дела и много всего прочего, без чего жизнь любого демона была бы совершенно бессмысленной, придали их работе особенную прелесть. Ни люди, ни оборотни этого понять не могли, а потому пытались помочь, чем усложняли ситуацию еще больше, радуя обоих до невозможности.

Пятая планета Шестого круга оказалась вовсе не такой уж страшной дырой, как думала Дэнис когда-то. Множество больших островов по всей планете, удачное расположение в центре космических торговых путей и грузовые космопорты делали Большую Шестерку крупным мировым торговым и перевалочным узлом. Преступников всех мастей и размеров здесь было видимо-невидимо, а потому, как бы хорошо правоохранительные службы ни работали, дел меньше не становилось.

— Буду краток, — сказал Большой Том, опираясь на край рабочего стола бедрами и руками. — Террористы захватили часть Пятого грузового терминала.

— Мы тут при чем? — немедленно попыталась отмазаться Дэнис. Бегать по воняющему тухлыми продуктами всех мастей и размеров причалу не хотелось. — Пусть ими полиция занимается или спецподразделения.

— На данный момент мы считаемся лучшими специалистами по устранению ситуаций категории А+

— Мы все умрем! — закатил глаза к потолку Диего и демонстративно схватился за сердце. — Я слишком молод и красив…

— Не паясничай, Вега, — оборвал его Большой Том. — На этот раз все серьезно.

— У вас всегда все серьезно, — проворчала Дэнис. — В прошлый раз мы вытаскивали дочь мэра из постели проходимца. Тоже мне, катастрофа!

— Космические Разведчики перевозили несколько нейтринных реакторов и устроили перевалочную базу на одном из наших причалов. Один вывезти не успели, и там его прибрали к рукам террористы. Если реактор взорвут, наша планета перестанет существовать. Это дело для вас, уважаемые коллеги, достаточно катастрофично?

Диего разом перестал прикалываться, Дэнис присела на подлокотник дивана, а в кабинете повисло многозначительное молчание, которое нарушил Большой Том, убедившийся в том, что масштаб бедствия оценен правильно:

— Времени на все про все — восемь часов. Платить террористам, как и выпускать их с планеты, никто не собирается. Они ж, как тараканы: один выживет, других соберет, хрен потом вытравишь.

— Это точно, — согласилась Дэнис, забрала планшет с информацией по делу у шефа и решительно вышла из кабинета. Времени на болтовню не осталось. — Диего, собери команду: наши по списку, как всегда, плюс взрывник и переговорщик от местных полицейских.

— Они нам зачем? — удивился Вега. — Только под ногами будут путаться!

— Ты Пятый терминал знаешь? — спросила Дэнис. Оборотень отрицательно покачал головой. — Вот и делай, что говорю. Я провела там несколько месяцев и даже половины не обошла. Это целый город, и найти там кого-либо без помощи местных нереально.

— А что ты там делала, а? — хищно прищурился Диего.

Хотел сказать еще что-то, но замолчал, потому что понял, что в офисе царит полнейшая тишина. Оборотень ткнул в бок погруженную в мысли Дэнис, она подняла глаза и увидела того, кто явился причиной остановки всей работы офиса. Он стоял ровно посередине: золотоволосый, сияющий и небрежно-шикарный. Дэнис протерла глаза для верности. 19 лет прошло с тех пор, как она видела его в последний раз, и он изменился: повзрослел, заматерел и стал совершенно неотразим.

— Неру!!!

Оборотень успел повернуться вовремя: подхватил Денис на руки, обнял, закружил и остановил ее губы в миллиметре от своих.

— Здороваться будем неприлично или очень неприлично?

— Очень-очень неприлично! Нам туда. Бегом, — показала пальцем на комнату для допросов Дэнис.

Неру метнулся туда со скоростью ветра, а она не стала ждать, пока он добежит, и принялась его целовать. Он успел захлопнуть дверь ногой до того, как Дэнис стянула с него рубашку. Когда Неру успел снять одежду с нее, она не отразила: почувствовала холодный стол спиной, горячие губы между ног и сошла с ума. Они погнули цельнометаллический стол, сломали оба железных стула и едва не разбили зеркальное стекло на стене. Дэнис успокоилась только после того, как охрипла. Провела губами по широкой груди Неру, смирно лежащего под ней на полу, и поставила локти вокруг его прекрасного лица.

— Ты чуть не оторвала мне хвост, герцогиня! Вот уж не думал, что ты накинешься на меня с таким пылом.

— В моей постели не было настоящего мужика целых 19 лет! Чего ты от меня хочешь? — одними губами спросила Дэнис.

— Ты обещала найти золотую середину, помнишь? — рассмеялся Неру, поднимаясь с пола. — Вставай, пора перебираться в более подходящие условия.

— Сколько ты пробудешь со мной? — прошептала Дэнис, начиная одеваться.

— Девять часов, — ответил Неру и увидел, что она замерла. — Что с тобой?

— Ты опять пришел не вовремя. Я теперь борюсь с преступниками, и через восемь часов на этой планете наступит конец света.

— Ничего страшного. У меня есть парочка амулетов для мгновенного портала. Мы уйдем отсюда, когда посчитаем нужным.

— Это хорошие новости, — улыбнулась Дэнис.

Неру подошел к ней, привел ее одежду в идеальный порядок, крепко поцеловал в губы и подтолкнул на выход. Добродушный, слегка надменный и аристократичный до кончиков длинных ухоженных пальцев. Дэнис выпрямила спину и подняла подбородок. Из них двоих она Герцогиня! А он бывший сексуальный раб. Хоть и вождь. Неру одобрительно посмотрел на нее, чуть склонил голову и открыл перед ней дверь. Вот и молодец.

Офис встретил их десятками взглядов исподтишка, слишком деловой суетой и зловещим Большим Томом на пороге кабинета. Он поманил Дэнис пальцем, она сделала каменное лицо и вошла в его логово так, будто сделала ему большое одолжение. Неру зашел следом, закрыл дверь и прошествовал в самый центр кабинета прямо к Тому, который недовольно покосился на него, но решил оставить на десерт, а потому повернулся к Дэнис и принялся за показательную порку, откровенно радуясь законному поводу наорать на высокомерную развратную нахалку.

— Лейтенант Варс. Ваше поведение возмутительно. Судьба планеты висит на волоске, а вы затаскиваете в допросную мужика и трахаетесь с ним целый час!

— С тобой я могу провести там гораздо больше времени, — неожиданно для всех сказал ему едва ли не в ухо Неру. — Ты такой грозный, но при этом такой нелепый, что наверняка захочешь похозяйничать в моей узкой заднице в своем истинном обличии, и, знаешь, я слишком страстный оборотень, чтобы перед тобой устоять.

Большой Том отпрыгнул от Неру за стол, вцепился в столешницу побелевшими пальцами и уставился в окно, чтобы отвлечься, но опоздал. Искушение было слишком велико, а искуситель точно знал, что делал. Никто и никогда так с ним не разговаривал. Огонь желания вспыхнул в демоне с такой силой, что потушить его самостоятельно не было никакой возможности. Дэнис глубоко втянула воздух и рассмеялась беспощадным, всепонимающим смехом, Неру скользнул вперед и загнал высокого сухонького демона в угол между шкафом и столом. Большой Том попытался открыть рот, чтобы выгнать оборотня из кабинета, но смог лишь судорожно глотнуть: солнечный красавец добровольно шел к нему в руки и хотел с ним переспать. Действительно хотел! Демон чувствовал его невыносимо сексуальный запах. Годы воздержания давали о себе знать, сводя яйца судорогой, а подавители, что он принимал каждый день, сгорали в крови без следа. Он не занимался сексом в своем истинном обличии, с мужчиной и без всяких тормозов, черт знает сколько лет!

Неру хватило одного поцелуя, чтобы непробиваемый, железобетонный и напрочь асексуальный капитан СНБ Томаро Ригс забыл обо всех своих принципах, делах и моральных установках, слетел с катушек, принял истинную ипостась, обретая могучие мышцы и двухметровый рост, и принялся за оборотня изо всех своих демонических сил. Дэнис вылетела из кабинета и тщательно закрыла за собой дверь. Вот тебе и сухонький старичок-профессор! Зверь-машина, изголодавшаяся по мужскому сексу, а не демон. Понятно, откуда прозвище взялось.

— Дэнис? — практически из воздуха материализовался рядом с ней Диего. — Ты что, оставила своего красавчика с шефом наедине?

— Да, а что?

— Большой Том хоть и импотент, но все же демон, а Неру ослепительно красив. Не боишься, что шеф слетит с катушек?

— Неру хотел остаться с ним один на один, — пожала плечами Дэнис. — И знает, что делает.

Она искренне надеялась, что так оно и было.

…

Томаро сидел верхом на Неру и беззастенчиво наслаждался идеальным членом в своей демонической заднице. Сотни лет он добровольно лишал себя всего этого! Сотни лет! Подчинялся человеческим правилам, нормам и морали. Ради чего? Неру притянул его к себе за шею и увеличил темп. Схватился пальцами за бедра сразу под костяным наростом на копчике и вцепился жемчужными зубами в основание маленького рога на лбу так больно и мучительно сладко, что Томаро кончил мгновенно. Оборотень вонзился в него еще пару раз, разлился в нем теплом и облегченно замер, распластавшись на полу довольной жизнью сияющей звездой.

Демон подхватил его на руки и добрался до дивана. Уселся на него, посадил Неру на свой заново оживший член и ласково прижал солнечное чудо к себе, позволяя ему самому выбирать темп и глубину. Оборотень наслаждался поцелуями, сильными руками и никуда не торопился. Они медленно добрались до финала и, наконец-то, успокоились. Томаро открыл рот, чтобы начать разговор, но Неру его опередил:

— Я знаю все, что ты собираешься мне сказать, и отвечу нет на все твои предложения.

— Почему? — спросил Томаро, не собираясь сдаваться, даже не начав сражение. Он был Большим Томом не просто так!

— Потому, — попытался слезть с него Неру, но тот только крепче сжал его в могучих руках. — Томаро. Ты же не собираешься держать меня возле себя силой?

— Кто меня остановит? Не Дэнис же! — усмехнулся демон. Неру задумчиво провел пальцем по его рогам, он поежился от удовольствия, но мысль закончил: — Я хоть и живу среди людей, но вовсе не так прост, как тебе могло показаться, сладкий мой.

— Что ты предлагаешь?

— Ты останешься со мной.

— Надолго?

— До конца твоих дней, — пожал могучими плечами Томаро.

— Ты так сильно проникся мной? — удивился Неру, лаская руками его голову, уши, шею.

— Ты само совершенство, оборотень.

— Я в курсе, — ослепительно улыбнулся Неру.

Аккуратно надавил на три точки на шее демона и прекратил улыбаться. Томаро замер под ним, не имея возможности шевелиться, а Неру обернулся волком и вцепился в его горло зубами. Оторвался, облизал окровавленную морду и уставился немигающим взглядом беспощадного убийцы.

— Прости, — пробулькал полуразорванным горлом демон. — Прости. Никогда. Больше.

— Тебе повезло, что мы среди людей, Томаро, — обернулся в человека Неру. — В Столице я не стал бы с тобой церемониться.

Демон смотрел на сияющего неярким светом молодого мужчину на своих коленях и готов был сделать для него, что угодно. Властный, опасный, сильный и прекрасный. Именно такой, какому Томаро был готов покориться сию же секунду. Неру убрал зажим с его тела, и он смог пошевелиться. Горло уже поджило и перестало заливать их кровью, так что переговоры можно было продолжить без помех к обоюдному удовольствию.

— Не смей прикасаться ко мне без моего разрешения, — хрипло сказал оборотень.

Спустился по шее, груди, прессу демона губами, слизывая кровь. Обласкал член, доводя Томаро до сумасшествия, вернулся обратно на его бедра и принялся терзать его член своей шикарной задницей. Демон хрипел порванным горлом, обещал все сокровища вселенной и разрывался на части от бушевавших в душе эмоций.

Неру довел его до глубокого обморока, привел себя в порядок в небольшой туалетной комнате позади одного из шкафов, накрыл уснувшего демона пледом и вышел из кабинета, аккуратно прикрывая за собой дверь.

Невозмутимый, холодный и сияющий. Безупречный.

Большой Том покинул кабинет в своем истинном обличии только через три часа.

Мрачный, жестокий и беспощадный. Настоящий.

…

Дэнис увидела бредущего по улице Неру издалека и сразу поняла, что он на грани нервного срыва. С этим следовало немедленно разобраться, только вот как? Они разместились в пятиэтажном доме на краю Пятого Терминала и заняли в нем без малого три квартиры, но народу во всех помещениях толпилось адово количество, и уединиться возможности не представлялось. Кто все эти люди, было непонятно, но лица у них были крайне озабоченные и деловые. Диего гонял их с поручениями и чувствовал себя богом, Дэнис нашла месторасположение реактора и теперь придумывала, как его у террористов украсть, а полицейские вешали бандитам лапшу на уши и тянули время. До часа Х оставалось всего три часа.

Неру дошел до подъезда и поднял голову вверх с таким тоскливым выражением на прекрасном лице, что Дэнис метнулась вниз немедленно. Увы, остановить его она не успела: огромный волк махнул серебристым хвостом прямо у нее перед носом и бросился на территорию Пятого терминала со всех лап. Дэнис прокляла свои высокие тонкие каблуки, разорвала узкую длинную юбку почти до бедра и рванула следом.

Неру бежал черт знает куда между огромными железными контейнерами, гигантскими портальными кранами и лебедками, полуразрушенными домами и горящими помойками. Сердце билось в голове, разрывая мозг на части. Он сходил с ума от беспокойства и тревоги, от бессильной ярости и жгучей обиды. От вечной и безмерной любви Великого Герцога Томаса Вальтеруса, который в последний год сделал все, чтобы любимый волчонок разлюбил и бросил его и который разрешил Неру оставить в своем сердце только уважение и дружбу. Ничего больше. Оборотень добежал до края причала и понял, что дальше пути нет. Да что же это! Неру сел на задницу и завыл: страшно, душераздирающе и виновато.

Теплая рука обхватила его за шею совершенно неожиданно. Неру подавился воем, закашлялся и перекинулся в человека. Дэнис немедленно забралась к нему на руки, а он уселся голой задницей на бетонный причал, прислонился спиной к каменному столбу и беспомощно уткнулся носом ей в волосы.

— Перестань! Хороший мой, маленький, глупый, — принялась за уговоры Дэнис. — Ты ни в чем не виноват. Ты же оборотень! Томас прекрасно знает это и не осудит, что бы ты ни натворил.

— Ты не понимаешь.

— Так объясни! Только сначала перестань так сильно переживать. У меня сердце кровью обливается! А я демоница. Подумай, что сейчас творится с Томасом.

— Я чудовище, Дэнис.

— Глупости какие. Поговори со мной, волчонок. Ну же!

— Я провел рядом с Томасом больше 70 лет, а теперь, когда он нуждается в моей любви больше всего, я его разлюбил, — прорвало Неру. — Он мой друг, покровитель, любовник и учитель. Мой хозяин!!! Все, что только можно придумать, кроме главного. Он больше не мой любимый. Сегодня я переспал с демоном, чтобы понять это наверняка. Я получил от секса с другим удовольствие, Дэнис! Несравнимое с Томасом, но тем не менее!!! Это ужасно! Таких, как я, надо душить в колыбели! Ну почему он не порвал меня на части в первые пару месяцев?

— Неру, хватит нести чушь, — облегченно выдохнула Дэнис. Она-то думала, что случилось что-то из ряда вон! — Ты честно сказал о своих чувствах Томасу в самом начале. Я была там и слышала ваш разговор лично!

— Ну и что? Я любил его больше 60 лет, и все было хорошо! А потом он стал выгонять меня все чаще и чаще, закрылся, перестал рассказывать о том, что происходит с ним и вокруг него, заставляя вытаскивать информацию из окружающих. Раньше я знал о Томасе все, теперь не знаю ничего! О чем он думает? Чем живет? На что надеется? Бетонная стена, Дэнис. Я устал биться о нее головой. Я готов жизнь отдать за него, а он не позволяет мне даже этого.

— Прекрати истерику, — зарычала Дэнис.

Слышать его слова было невыносимо больно. Лавина эмоций, нервов, чувств и мучительных откровений обрушилась на нее слишком уж внезапно и едва не выбила из колеи, но одно она знала наверняка: в том, что происходило с Неру, виноват был только Томас. Только он и никто другой! Как донести это до того, кто упрямо не хотел покидать Великого Герцога Вальтеруса несмотря на все его приказы?

— Что мне делать? Что? Сегодня Томас сдался. Я увидел правду в его глазах. Скоро это поймут твои братья. Я сделаю все, чтобы защитить его, но вряд ли моих умений и талантов хватит надолго, — прошептал Неру. Горячие капли его слез прожигали ткань и кожу Дэнис насквозь, повергая в панику. Не хватало еще и ей в истерику удариться! — Как вернуть ему желание жить и бороться? Как?! Что нужно сделать?

Дэнис оторвала золотоволосую голову от своего плеча и заехала оборотню в челюсть кулаком. Изо всех сил. От всей души. И по всем правилам. Неру охнул и сполз на причал в глубоком нокауте. Дэнис облегченно выдохнула и потащила его под прикрытие причального столба для грузовых звездолетов первой группы: небольших, маневренных и обожаемых пиратами и контрабандистами всех мастей и размеров. Солнце жарило вовсю, и находиться под ним долго было небезопасно. Неру пришел в себя на половине пути и добрел до тени самостоятельно.

— Слушай меня внимательно, рыцарь в сияющих доспехах, — начала воспитательную работу Дэнис. Если до оборотня не дойдет с первого раза, то перед вторым заходом она его изобьет. Сильно. Чтобы информация лучше усваивалась. — Томас — демон, ты – оборотень. Он прожил долгую жизнь, и ему уже давно пора на покой. К твоему сведению, Великий Герцог Вальтерус должен был умереть еще лет 50 назад! Все это время он коптил небо только благодаря тебе. И не просто бился за жизнь, а наслаждался ею по самое не балуйся! Хватит с него. Отпусти Томаса и успокойся. Он же тебя отпустил!

— Я не могу! — простонал Неру.

Дэнис тут же закрыла ему рот ладошкой и жестко посмотрела в страдающие глаза. Неру нахмурился и попытался освободиться, но она сделала болевой захват, и он покорно затих.

— Ответь мне на один вопрос, вождь Северных Оборотней Неру. Честно ответь. Хоть раз за все это время Томас был с тобой в волчьем обличии?

— Но это же просто легенда… — растерялся Неру, Дэнис замахнулась кулаком. — Ладно-ладно, хорошо. Нет. Не был.

— Тогда какого хрена ты развел всю эту мутотень?! — взорвалась Дэнис. — Я думала, что Томас твоя истинная пара! Что вы – легенда, а это вовсе и не так?! Да я тебе сейчас голову оторву, собака истеричная! Псина избалованная!!! Никаких нервов на тебя не хватит!!!

Неру увернулся от кулаков взбешенной демоницы, обернулся волком и рванул куда глаза глядят на всех парах. Она не отставала и кидалась в него, чем ни попадя. Пару раз даже попала. Больно. Он поджал хвост и понесся еще быстрее. Дэнис снова потеряла голос, ругалась шепотом и обещала ему все муки Ада в ближайшие 24 часа. Он ей верил. Сколько они так бегали – неизвестно, но в итоге все обернулось совсем не так, как планировалось, потому что, завернув за очередной контейнер, Неру едва не налетел на мужика с автоматом. С трудом увернулся и отпрыгнул в сторону, а вот летящая следом Дэнис не успела сманеврировать на тонких каблуках, прилетела прямо в его объятия и сбила с ног.

На шум из небольшого звездолета, хитро спрятанного в тени горы ржавых контейнеров с какой-то протухшей дрянью, высыпало человек десять мужиков с оружием. На минуту повисло гробовое молчание, а потом они начали ржать.

— Привет, красотка, — спустился на землю из открытого грузового люка широкоплечий узколобый мужик.

Большой серебристо-белый волк, скромно уселся возле контейнера и обвил лапы хвостом. Девица отчаянно покраснела и вскочила на ноги, а крепко ударившийся при падении затылком мужик уселся у стенки контейнера и прикрыл лицо ладонями.

— Привет, я Дэнис, — потянула вниз разорванную юбку девица. Народ оценил шикарную ножку и слегка завелся. — Простите, если помешала. Моя собачка сбежала, вот я и…

— Твоя собачка стоит того, чтобы за ней побегать.

— Это точно, — согласилась Дэнис и вцепилась ногтями в острое белое ухо подошедшего поближе насторожившегося волка. Правильно сделанный маникюр — великая вещь. Волк заскулил и попытался лечь на землю, но она не позволила. — Он слегка вывел меня из себя, понимаете?

— Я бы тоже не отказался вывести тебя из себя, — похотливо улыбнулся Билли. — Раз уж ты к нам пришла, заходи в гости.

— Вы меня потом обратно выпустите? — наивно поинтересовалась Дэнис, читая их, как открытую книгу.

Глупая 17-летняя малолетка в поисках приключений на свою красивую задницу в глубине Пятого терминала. Никто и никогда ее здесь не найдет. И не спасет. Ну да, ну да. Мужики оживились и потихоньку исчезли в глубине корабля. Чтобы, значит, не пугать. Ага. Главарь подошел к Дэнис и приобнял за плечи. Волк поднял голову и едва слышно зарычал. Она пнула его ногой в бок и украдкой показала кулак. Он покорно замер. Главарь переговоры заметил, но благоразумно проигнорировал.

— Конечно, отпустим! Только вот дело к вечеру, а ты забралась очень далеко.

— Правда?

— До выхода в город три километра по самым дебрям. Оставайся на ночь, а утром мы с ребятами тебя проводим, — масляно улыбнулся Билли.

— Даже не знаю, — показательно задумалась Дэнис.

— Я знаю. Ты же не хочешь попасть в лапы насильников?

— Ну, хорошо, уговорили. Только Неру со мной пойдет.

— А он, часом, не оборотень? — подозрительно покосился на волка Билли.

— Из него получился бы шикарный мужчина, — мечтательно закатила глаза Дэнис. — Вот я бы тогда оторвалась! Ну, вы понимаете. Но, увы и ах!

Оборотни белыми волками не бывают. Я так вот ни про одного не слышала.

Билли тоже не слышал о белых волках-оборотнях, но рисковать не собирался. Они зашли на корабль, он кивнул одному из мужиков, и тот опрокинул на волка нефритовую воду. Оборотни ее терпеть не могли и мгновенно превращались в людей. Волк зарычал, отпрыгнул в сторону и отряхнулся так, что обрызгал всех вокруг с ног до головы. Дэнис укоризненно покачала пальчиком опрокинувшему воду мужику и отправилась вглубь корабля.

Неру поначалу плелся в хвосте колонны, а потом незаметно отстал и потерялся. В том, что это были те самые товарищи, что отвлекли от него сегодня Дэнис, он даже не сомневался. Жаль только, не знал, в чем проблема. От нечего делать оборотень добрался до трюма корабля, увидел там вместо стены приличного размера дыру, уходящую в освещенный тоннель, вспомнил свою ненависть к подвалам и узким коридорам, но взял себя в лапы и пошел вглубь. Кто-то же должен спасти планету, пока герцогиня развлекается!

…

Дэнис развлекалась. Мужики — они и в Аду мужики. От профессионализма и спокойствия у тех троих наемников, что сидели с ней в кают-компании, через час провокаций не осталось и следа. Они напоили ее Блэк Догом, приложились к нему сами и предложили станцевать стриптиз. Дэнис забралась на стол и принялась за дело. Они пытались залезть к ней, но она ловко скидывала их на пол, а потом заставила раздеться и сказала, что с этого момента они будут играть в считалку. Как и следовало ожидать, возражений не последовало. Дэнис убедилась, что кроме похоти в их мозгах не осталось больше ничего, спустилась на пол, уложила на спину одного из них и уселась на него сверху.

— Итак! На счет три вы, все разом, забираетесь в меня членами, — взяла в руку возбужденный донельзя член мужика, что стоял перед ней, Дэнис. Проводила долгим движением от начала и до конца, подождала, пока сзади пристроится третий. — Весь цимус в том, чтобы попасть одновременно, мальчики. Вы же понимаете?

Невнятное, донельзя возбужденное мычание было ей ответом. Ну и ладно. Дэнис преданно посмотрела на одного из тех двоих, что стояли впереди.

— Считай, лапочка! Мой рот будет занят.

— Раз, два, три!

Шшшш…

Не стоит доверять наивным 17-летним красоткам, разгуливающим по докам на каблуках и в порванной юбке.

Дэнис отряхнула пепел с бедер, нацепила туфли и отправилась вершить правосудие весьма оригинальным способом. Когда еще увидишь Закон о несовершеннолетних демонах в действии? Наемники исправно находились и также исправно рассыпались пеплом в ее руках. Как выяснилось, достаточно было кончика члена, прикушенного краешком зубов, чтобы от очередного желающего поразвлечься не осталось даже воспоминаний.

…

Диего добрался до корабля террористов, когда до часа Х оставалось всего 1,5 часа. Вообще-то, он искал не бандитов, а оборотня и Дэнис, а потому потратил кучу времени, бегая по их следам. Логики в них не было, так что угадать, куда их занесет на очередном повороте, Диего так ни разу и не смог. Обшарпанный звездолет встретил его загадочной пустотой, запахом Дэнис и Неру, и разлитой по полу нефритовой водой, через которую ему пришлось перебираться по тюкам и контейнерам.

— И что мне делать дальше? — остановился в раздумьях Диего.

Неру пошел в трюмы, а Дэнис отправилась в жилые помещения. За кем идти сначала? Долг и честь требовали спасать напарницу, а здравый смысл и неуемное желание хотели найти серебристо-белого волка. Найти и отыметь. В обоих обличиях. Диего честно решил идти за Дэнис, но лапы развернули его и понесли за Неру. Он не стал с ними бороться.

Долго прекрасного оборотня искать не пришлось. Он попался Диего навстречу в широком, ярко освещенном тоннеле в человеческом обличии, с трудом волочащим за собой небольшую тележку, на которой лежал черный ящик размером 1×2 метра. Вздувшиеся от напряжения мышцы, перекатывающиеся на каждом шагу, выражение непрошибаемого упрямства на лице, прилипшие ко лбу золотые волосы, кровавые разводы по всему телу и прикушенная жемчужными зубами нижняя губа не оставили Диего ни единого шанса удержать страсть в узде. Он же оборотень! А тут — такое! Он вышел из тени очередного поворота тоннеля, обернулся человеком, увидел, что его узнали, и метнулся к Неру со всех ног. Обнял, впился в чувственные губы сумасшедшим поцелуем, получил ответ и потерялся.

Ненадолго, потому что уже через минуту отлетел в сторону и больно ударился о каменную стену затылком.

— Эй, парень, ты как? Живой?

Неру помог ему подняться и ощупал руками голову. Диего блаженно вдыхал аромат бескрайней степи, наслаждался пальцами в волосах и лапал шикарное сияющее тело во всех местах, а потому пришел в себя только после пощечины.

— Хватит. Ты спец агент или шавка подзаборная? — возмутился Неру. — Что ж сегодня за день-то за такой? Очнись, кобель похотливый! Не буду я с тобой здесь спать!

— А где будешь?

— На том свете! — зарычал Неру. — Бери веревку и тащи эту хрень подальше от корабля. Я восьмерых убил, пока до нее добрался!

— А ты куда? — послушно взялся за тележку Диего.

— Я за Дэнис. Думаю, она там уже всех извела, но проверить не помешает.

Диего дернул за веревку и понял, что сдвинуть тележку с места не может. Напрягся изо всех сил, зарычал, протащил пару метров и чуть не надорвался. Неру замысловато выругался, отобрал у него веревку и завязал на раме петлей.

— Будешь филонить, задницу надеру!

— Дак я только за! — отозвался Диего, стараясь изо всех сил.

— Тогда не надеру! — подналег Неру, и дело сразу же сдвинулось с мертвой точки.

Они добрались до трюма корабля через десять минут, затащили тележку на гравитационный погрузчик и отправили его прямиком в руки полицейской засады. Диего волком бежал рядом и отчаянно надеялся, что они утащили именно то, что нужно.

Неру проследил за свернувшим за угол погрузчиком, обернулся волком и отправился на поиски Дэнис. Легко прошлепал по нефритовой воде, мысленно благодаря тех работорговцев, что учили его покорности, запихнув в ванну с такой вот водой на целые сутки и запретив оборачиваться в человека. Теперь ему было на нее глубоко плевать. Кают-компания встретила его серой пылью на полу и раскиданной по всем углам одеждой Дэнис. Он собрал одежду в узелок, взял в зубы и пошел дальше. Совсем скоро здесь будет ошиваться целая толпа народу. Негоже леди Вальтерус разгуливать перед ними голышом.

Дэнис отрывала голову осторожному Билли, когда в рубку управления вошел волк с узелком в зубах. Скромно сел возле дверей, зажмурился и даже отвернулся, дожидаясь, пока она успокоится и перестанет разрывать тело несчастного главаря на части.

— Смотрите-ка, какой брезгливый, — пробурчала Дэнис, возбужденная толпой мужиков, осыпавшихся на нее пеплом, и расправой с главарем донельзя. Неру открыл глаза, подошел к ней и настойчиво подтолкнул к выходу. — Может, обернешься и скажешь, чего хочешь?

Волк смерил ее долгим взглядом и отрицательно покачал головой. Демоница прищурилась и схватила его за хвост. Неру взвыл и рванул по коридору, не выпуская узелок из зубов.

— Ты что, посмотрел на пепел вокруг и струсил? А ну стой!

Они влетели в какую-то каюту и по инерции снесли стол. Волк выплюнул одежду и занырнул в душ, Дэнис ворвалась в маленькую кабинку следом и налетела на широкую мужскую грудь. Чуть не захлебнулась под струей воды и вцепилась в литые плечи, выгибаясь дугой под жгучими поцелуями на груди. Надолго их не хватило: через пять минут Дэнис была безжалостно выставлена из душа с приказом срочно приводить себя в порядок. Она попробовала возразить, но на вопрос: «Ты шлюха или герцогиня, я вот не пойму?», достойно ответить не смогла и с отвращением залезла в свою помятую, обслюнявленную и порванную одежду. Другой все равно не было.

Неру вышел из душа, глубокомысленно просканировал взглядом вещи обитавшего в каюте человека, брезгливо скривился и решил побыть волком.

…

Диего с тоской смотрел на королевского волка, смирно сидящего рядом с Дэнис. Желание в который раз жестоко скрутило внутренности. Он аккуратно подобрался ближе, сел на задницу и обвил передние лапы хвостом. Может, он не самый красивый человек и волк, но уж в постели-то точно не подкачает. Диего уставился на Неру в оба глаза с твердым намерением не сводить их с него до тех пор, пока тот не сдастся. Серебристо-белый волк продержался ровно пять минут. Дернул ухом, неловко переступил с лапы на лапу и повернул к нему голову. Диего улегся на живот. Неру вздохнул так тяжело, что Дэнис тут же схватила его за шкирку и угрожающе посмотрела ему в глаза. Он выдернул морду и с видом обреченного на смерть отправился к широкому проходу между контейнерами. Диего подождал две минуты и исчез в том же направлении.

Обратно он вернулся только через час и один: встрепанный, покоцанный, но абсолютно счастливый. Забрался в фургон скорой помощи и уснул, даже не обернувшись в человека. Дэнис попросила перенести напарника в свой флаер и привезла к себе домой. Не бросать же его одного! Диего с десятого пинка перекинулся в человека, забрался в душ, с трудом оттуда вылез и уснул на ее постели на целые сутки, а Дэнис смотрела на лучшего друга и все четче осознавала тот факт, что до совершеннолетия ей осталось всего 4 года, и время приниматься за свое спасение всерьез пришло.

Планета Подземелье, Столица

Неру возник в своих покоях дворца Герцогов Вальтерусов через 9 часов 10 минут после ухода и двинулся в сторону кабинета Томаса. За долгие годы он научился красться по коридорам так, что иногда его не замечали, даже если смотрели в упор. Оборотень практически добрался до цели, когда услышал быстрые шаги. Кирилус в ярости пронесся мимо, и Неру облегченно выдохнул. Не получилось. У него опять ни черта не вышло!!! Значит, Томас жив. Оборотень сдержал глупые слезы, благо в волчьем обличии плакать практически нереально, и прокрался в кабинет. Томас сидел за столом: уставший от всего на свете, старый, гордый и очень одинокий.

— Неру, любимый мой, вернись ко мне. Прости меня! Я хотел, как лучше, но я не могу без тебя. Ни дня. Ни минуты.

Герцог шептал одними губами, но слух волка — не чета демоническому, и Неру слышал все до последнего слова. Подошел к нему человеком и жестко схватил за волосы, поднимая потерянное лицо к своему.

— Ты хоть и Великий Герцог, но болван, каких поискать! Ты что думал, я не смогу обойти твой запрет на возвращение? Что поверю проклятиям и побоям? Куплюсь на равнодушие и толпу любовников в постели вместо меня? За последний год ты вымотал мне нервы, как за все десять! А у меня и так с ними постоянные проблемы!

— Золотой мой мальчик! — обнял его Томас. Поцеловал в живот, прижался щекой к любимой сияющей коже. — Ты вернулся.

— Ты обвинял меня в измене, и сегодня, впервые за 73 года нашего совместного существования, я действительно тебе изменил. Дважды, — провел пальцем по искаженному гримасой ревнивой боли лицу герцога Неру. — В их руках я думал о тебе, Томас. Ты прогнал меня, но я все равно вернулся. Ты любишь меня, а я буду с тобой до самого конца. Ты для меня — целый мир. Неужели ты думал, что я смогу оставить тебя сейчас, когда нужен больше всего?

— Я люблю тебя, мой верный оборотень. Прости, что обидел.

— Никогда больше не смей мне приказывать, Великий Герцог Вальтерус.

Неру подвинул Томаса вглубь кресла и сел на него верхом. Стянул с него рубашку и провел по чуть дряблым, но все еще невероятно сильным мышцам плеч и рук.

— Никогда больше не смей прогонять меня, Томас. Я буду защищать тебя до последней капли крови, и ты смиришься с этим.

Герцог притянул его к себе и поцеловал в губы. Неру стянул с него брюки и с довольным вздохом опустился на знакомый жадный член, чувствуя на теле умелые и знающие о нем все руки Томаса. Снова занимаясь любовью не только с его одряхлевшим телом, но и с его жаждущей и любящей душой. Может, погрустневшей и сдавшейся, но все еще сильной и жестокой. Теперь Неру мог это исправить.

— Никогда больше не смей затаскивать в нашу постель любовников, похотливый старикашка, — самым вредным и капризным тоном, какой только смог придумать, сказал Неру. — Я убью их и выпорю ремнем тебя.

— Что?

— Что слышал! Раньше ты меня порол, теперь пришло мое время. Раб-оборотень хлещет ремнем Великого Герцога Вальтеруса. Я так давно мечтал об этом!

— Что?! — вскипел Томас. Насадил Неру на себя до самого конца и жестоко схватил за золотые волосы. — Я изобью тебя до полусмерти, если ты посмеешь даже взглянуть на ремень!

— Еще как посмею! — укусил демона за ухо Неру.

Герцог зарычал, сдернул его с себя, распял на столе, сменил ипостась и влетел в него со всей силы. Сжал бедра до синяков и оставил на широкой груди пять кровавых царапин когтями.

— Ты еще покомандуй! Обнаглел совсем! Да я тебя до смерти затрахаю! Ты у меня шевелиться не сможешь, не то, что о ремне думать!

— Совсем другое дело! — рассмеялся Неру.

Томас замер, проглотил счастливый комок в горле и продолжил с прежним усердием. Пока Неру будет рядом, он не сдастся.

Планета Подземелье, Столица. Два года до дня Х

Дэнис глубоко вдохнула теплый воздух Столицы. Больше 50-ти лет она не была на родной планете и соскучилась по ней ужасно. Все здесь было особенным, а потому ни один демон не мог жить нормально вдали от Подземелья. Да и не рождались больше демоны нигде, кроме своей родной планеты. А еще именно здесь обитали бессмертные сущности Солнца, Ветра и Неба, их разумы, души и тела. Прекрасные тела, надо сказать. Прайм, Франсуа и Энджи показывались на глаза смертным очень редко, все больше ошиваясь возле бессмертного Императора Дариуса и Великого Герцога Барбадоса, но ходили упорные слухи, что если позвать их сильно, искренне и по делу, они могли прийти и к обычному демону. Только вот ценой за помощь и внимание обычно становились сердце, тело и душа, потому что устоять перед ними было невозможно.

Солнечный луч прошелся по стоящей у порога родного дома Дэнис ласковыми поцелуями, а игривый летний ветер разметал волосы и забрался под юбку.

— О боги, как же здесь хорошо! — заулыбалась она, поправляя личину и открывая дверь в особняк.

Сегодня у Неру был день рождения. Особенный день рождения. Ему исполнялось 100 лет — середина жизни обычного оборотня, пик жизненных сил и физической формы, возраст, после которого они начинали потихоньку стареть. Впрочем, к Неру слово «стареть» не имело отношения, потому что он много лет спал с Великим Герцогом демонов и купался в его сперме по самые уши, чем продлил себе молодость и жизнь черт знает насколько.

Дэнис шла по гулким коридорам родной обители и знакомилась с ней заново. Во-первых, потому что не видела свой дом чертову кучу лет, во-вторых, потому что никогда толком к нему не присматривалась, а в-третьих, потому что выглядело все вокруг великолепно: ухоженно, аристократично и безупречно. Дэнис снова улыбнулась. Неру сумел-таки подмять слуг под себя и сделал из вечно запущенного особняка Великого Герцога Вальтеруса настоящее королевское гнездо.

— Дэнис! Надо же. Явилась, — вечно недовольный голос старшего брата заставил демоницу внутренне собраться. Флавиус вышел в центральную анфиладу из своих покоев и первым делом жестко схватил ее за подбородок. — Поздороваться не хочешь? Давненько я тебя не видел.

Дэнис уставилась на него в упор. Пожилой, плоский, как камбала, всегда и всеми недовольный, похотливый и недалекий. Никто и никогда не воспринимал его всерьез. На фоне второго Наследника Кирилуса, который разделался с одним из братьев, заколов его в постели кинжалом в спину в детстве, он казался клоуном.

— Ты меня вообще никогда не видел, — хитрым маневром выдернула из цепких пальцев брата подбородок Дэнис.

Личина хоть и была самой что ни на есть лучшей, но все равно держалась на ней еле-еле. Вечно у демонов с лицом проблемы. Ни пластическую операцию не сделаешь, ни личину толком не наденешь. Сплошное расстройство!

— Ну почему не видел? Видел. Ты так славно жалась по углам! Когда ты исчезла, мне этого стало не хватать. Где ты была?

— Флавиус, какого черта тебе от меня надо? Говори быстрее, и я пойду к отцу.

— Ему сейчас некогда, — скривился демон. — Он трахается с Неру. Столько лет прошло, а его все никак не отпустит.

— А ты все ждешь, да? Хочешь спать с ним сам, но никак не можешь найти способ разделаться с отцом?

— Еще чуть-чуть, и у меня будет все, что я захочу.

— Еще чуть-чуть, и ты умрешь от старости, — не удержалась Дэнис, за что тут же поплатилась.

Флавиус сменил ипостась и ударил ее в лицо так быстро и неожиданно, что она не успела увернуться. Отлетела в угол, накрывая лицо руками, и скрючилась там несчастным комком. Брат наклонился к ней и схватил за волосы.

— Рот закрой, малолетка. Отец всегда позволял тебе слишком много. Как только станешь совершеннолетней, я затащу тебя в постель и затрахаю насмерть за наглость, поняла?

— Флавиус. Отпустите ее. Вы же знаете правила поведения в этом доме.

Вежливый до зубовного скрипа голос Неру поверг в шок Дэнис, потому что совершил настоящее чудо: Флавиус выпустил ее из рук и отступил на несколько шагов назад, возвращая себе человеческую ипостась.

— Спасибо, сэр.

— Неру, опять ты за свое! Это мой дом! Хватит меня останавливать, — вежливо возмутился демон.

Дэнис смотрела на мужчин сквозь пальцы и не верила своим глазам: Неру неодобрительно и крайне снисходительно смотрел на Флавиуса, а тот это терпел! Золотые волосы оборотня сверкнули на солнце, и она почувствовала, как взорвался от похоти брат.

— Это пока еще не ваш дом, сэр, — покачал головой Неру и подошел к лежащей на полу демонице поближе. — Но я не буду рассказывать о вашей оговорке Великому Герцогу. Кстати, вы не забыли, что через десять минут у вас с ним и с Кирилусом совещание?

— Не забыл, — скривился Флавиус. Шагнул к Неру, аккуратно взял за волосы и жадно провел губами по прекрасному лицу. — Скоро ты станешь моим. И я перестану быть с тобой вежливым.

— Флавиус, что вы, как маленький! — ослепительно улыбнулся ему Неру. — В постели вежливость ни к чему.

— Хитрая бестия, — рассмеялся демон и выпустил волосы оборотня из рук. — Я не позволю тебе прибрать меня к рукам. Даже не надейся.

Флавиус собственнически похлопал Неру по бедру ладонью и ушел, а оборотень протянул руку Дэнис, помогая подняться с пола.

— Здравствуйте, леди Дэнис. Ваше появление несколько неожиданно.

— Тебя не спросила!

— Вы правы. Простите. Полагаю, вам сейчас необходимо дойти до ваших покоев и привести себя в порядок. Разрешите помочь?

— Да. Этот говнюк разбил мне лицо, — проворчала Дэнис, утыкаясь в плечо Неру. Личина слетела, а чтобы надеть запасную, надо было как минимум оттереть засохшую кровь с разбитой губы.

— Великий Герцог нездоров, а потому все в доме на нервах. Мой вам совет: не попадайтесь братьям на пути.

— Да кто ты такой, чтобы советы раздавать! — громко возмутилась демоница.

Настроение упало до нуля. Добро пожаловать домой, детка! Дэнис лихорадочно просчитывала варианты дальнейшего поведения. Похоже, до ее совершеннолетия отец не дотянет. Не зря она сегодня сюда пришла. Ох, не зря! Самое время провернуть аферу, которая позволит ей выжить. Пусть не на Подземелье и не под своим именем, но на свободе и в безопасности.

— Еще раз простите, леди Дэнис.

Неру благополучно проводил ее до покоев, и в следующий раз она увидела его только вечером, нагло прокравшись в спальню Великого Герцога по потайному ходу. Убивать ее никто не стал, потому что им было не до нее и вовсе не потому, что они, как обычно, занимались сексом, а потому, что оборотень ставил белому, как мел, Великому Герцогу Вальтерусу капельницу. Дэнис упала в кресло рядом с постелью отца и крепко сжала зубы. Это конец. Томас был нужен ей живым еще хотя бы на полгода! Первым демоницу заметил отец.

— Дэнис, ты не вовремя, — в его голосе не было и намека на боль или уныние. Только железная решимость.

— Уффф! Ты меня напугал! — метнулась к нему Дэнис.

Улеглась рядом, обхватила седую голову руками и крепко поцеловала в губы. От того, поможет он ей или нет, зависело очень многое. Собственно говоря, от этого зависело абсолютно все!

— Мой дух сильнее моего тела, девочка моя. Зачем ты пришла? Говори прямо, у тебя не так много времени, — взял быка за рога Томас.

— Что, вот так прямо и сказать? — улыбнулась Дэнис. — А как же походить вокруг да около, польстить, подмазать и слегка обмануть?

— Я бы с удовольствием поиграл в эти игры еще лет сто, но мое тело против.

Лекарство подействовало, Томас перестал напоминать цветом белую простыню, а Неру убрал медицинские примочки с глаз долой. Дэнис уткнулась отцу в волосы лицом и прошептала одними губами:

— Избавься от Неру. На пять минут.

— Волчонок? Принеси планшет из кабинета. Только не задерживайся, хорошо? — ласково попросил Томас. Неру исчез, а Дэнис села на постели. — Слушаю тебя.

— Ты спасешь жизнь мне, а я Неру.

— ?!

— Он все-таки вернулся к тебе, а ты разрешил ему защищать тебя, да? До конца.

— Да. Я не могу ему сопротивляться, — прикрыл глаза Томас. — Только он и держит меня в живых. Я хочу, чтобы Неру был рядом, когда меня убьют, но при этом я хочу, чтобы он выжил.

— Непростая задачка, но я могу ее решить.

— Как?

— Я подарю вам медальоны. Пока ваши сердца бьются в пределах нормы, я буду знать, что вы оба живы. Как только одно из них остановится, я приду мгновенным порталом на сигнал от медальона Неру, вооруженная до зубов. Я не буду спасать тебя, отец. Я приду за оборотнем.

— Жестоко.

— Без обид, но ты сейчас уже не Великий Герцог, а просто очень старый демон. Тебе давно пора отдать власть Кирилусу. Он жесток и амбициозен. Из него получится не самый плохой Великий Герцог Вальтерус. Честь рода важнее тебя, Томас.

— Год назад я оторвал бы тебе за такие речи голову.

— Именно поэтому я пришла к тебе с этим сейчас, — обняла отца покрепче Дэнис. — Я позабочусь о том, чтобы Неру прожил как можно дольше.

— Что ты хочешь взамен?

— Свободу.

— Конкретнее!

— Найди ту демоницу, с которой делал мою личину. Сделай ее своей. Заставь поверить в то, что она и есть я. Держи рядом и сделай так, чтобы она умерла от руки братьев на пару минут раньше тебя. Тогда я буду свободна от всего и вся, а Неру останется жить под моим присмотром.

— Неплохой план, — задумался Томас. — Неру должен знать о нем, иначе ничего не выйдет.

— Расскажи ему то, что посчитаешь нужным, но не вздумай говорить о том, что я заберу его у тебя в тот момент, когда он еще сможет спасти тебе жизнь.

— Смени тон, дочь. Ты можешь просить, но не приказывать. Я хоть и больной, но еще не выживший из ума Великий Герцог, — нахмурился Томас.

— Прости! — покаялась Дэнис. Прижалась к нему, провела рукой по груди. — За 53 года я так привыкла командовать, что совсем разучилась нормально разговаривать. Я не хотела тебя обидеть.

— Мне искренне жаль, что ты родилась женщиной. Ты оплела меня паутиной с самого рождения и сейчас практически уговорила покончить жизнь самоубийством. Ты знаешь мой главный секрет и воспользовалась этим знанием с истинно императорским коварством, — одобрительно улыбнулся Герцог. — Твои братья хоть и живут на свете в три раза дольше тебя, но не стоят и твоего мизинца. Ты бы убила меня уже давным-давно.

— Я слежу за светской хроникой очень внимательно. За последние десятилетия наш род серьезно ослабил свои позиции, так что мое терпение лопнуло бы лет двадцать назад, — не стала отпираться Дэнис. — И я уж точно не стала бы ждать 70 лет, чтобы отобрать у тебя Неру, как Флавиус. Как это ничтожество вообще могло родиться в нашем семействе?

— Не знаю. Я надеялся, что Кирилус его убьет.

— Зачем? — подключился к разговору вошедший в спальню Неру. — Он не представляет никакой опасности. Даже для меня!

— Не будь так беспечен, Неру, — нахмурился Томас. — Если Флавиус захочет изнасиловать тебя, тебе с ним не совладать.

— К слову об изнасиловании. Вчера я узнал, что Флавиус уже два года спит с одним из Наследников Великого Герцога де Сент-Переса. Вы бы видели, что он с ним вытворяет! Уму непостижимо. Кортес откровенно издевался над ним, а Флавиус искренне наслаждался и считал, что это просто сексуальные игры.

— Ты что, следил за ним? В доме де Сент-Пересов? — поднялся с постели Томас. Неру тут же уронил его обратно. — Волчонок! Ты же обещал не делать глупостей!

— Это не глупость, а простая предосторожность, — проворчал Неру. — Как я буду защищать тебя, не владея для этого нужной информацией?

— Дэнис, я согласен, — повернул голову к дочери Томас. — Неру срочно нужен еще один объект для обожания. Он скоро задушит меня своей заботой.

— Вот и договорились, — облегченно выдохнула Дэнис, достала из кармана золотые медальоны и надела один из них на отца, а второй на оборотня. — Неру, я поздравляю тебя с Рубежом. Хоть ты и выглядишь на 25, тебе уже 100 лет. Важная дата в жизни любого оборотня.

— Спасибо, — поцеловал ее в лоб растроганный донельзя Неру. — Я не думал, что ты знаешь о моем дне рождения. Я тронут.

Дэнис неприлично поцеловала его в губы, получила за это по заднице от мгновенно помрачневшего отца и отправилась порталом прямо на работу, чувствуя себя несколько странно. Реальная возможность прожить 1500 лет свободной, независимой и счастливой, погрузила ее в блаженное отупение на целую неделю.

Кайф ей испортили Большой Том и Диего, возненавидевшие друг друга с того самого дня, как с ними обоими переспал Неру. Они ругались почем зря и днем, и ночью, и все чаще сводили перепалки к рукоприкладству. Дэнис, разнимая очередную драку, на волне внезапного озарения устроила им ловушку, отправив в руки сумасшедшего маньяка вдвоем. Когда команда спасателей пришла на выручку, в доме, где их держали, обнаружился лишь полнейший погром и избитый до полусмерти, связанный по рукам и ногам маньяк.

Большой Том и Диего появились в офисе только через неделю: спокойные, умиротворенные и загадочные. Оборотень обзавелся серьгой с большим, хитро ограненным изумрудом в ухе, а Шеф замысловатой подвеской, которую прятал под облепившей мускулистый торс рубашкой. С тех пор, как они начали ругаться, он предпочитал разгуливать по офису в своем истинном обличии. Дэнис, разглядев древние демонические символы на изумруде напарника, а потом и на подвеске Большого Тома, целый день ходила с загадочной улыбкой на лице, чем заставила серьезно нервничать обоих.

Не зря. Потому что проследила за шефом после работы, дождалась, когда до его особняка доберется Диего, и тайно пробралась к ним в гости. Застукала в постели, поздравила от лица всех демонов, что живут не на Подземелье, и официально объявила супружеской парой. Томаро облегченно выдохнул, радуясь тому, что от нее их поездку в Столицу скрывать не придется, Диего жестоко смутился и уткнулся в широкую грудь мужа лицом, а Дэнис предложила отметить это событие и как следует выпить.

На работу никто из них на следующий день не явился, а до совершеннолетия ей осталось всего 2 года.

====== Часть 2 Глава 1 ======

Планета Подземелье, Столица, 1 год и 6 месяцев до дня Х

Жаркая летняя полночь. Столица планеты Подземелье спала. Точнее делала вид, что спит, потому что большая часть ее обитателей занималась чем угодно, но только не сном. Кто-то ужинал, кто-то занимался сексом, кто-то пытками или похищениями, а кто-то убийствами. Легкие тени вампиров промелькнули в ярко освещенных окнах богатого особняка, повинуясь знаку того, кто стоял в самой черной тени. Спустить курок этой интриги он хотел лично. Многое пришлось менять в ней за те долгие годы, что прошли с ее начала, но теперь пришло время пожинать плоды. Ставки сделаны, игроки определены, а счет пошел на месяцы. Он искренне надеялся, что они его не подведут. Огорчать того, ради кого все затевалось, ему не хотелось категорически.

Молодой могучий демон выпал из окна второго этажа, на лету отрывая одному из вампиров голову руками. Упал на газон, вскочил на ноги, увернулся от пуль и скрылся за углом. Убийцы втянули в себя запах его крови и молниеносно скользнули за ним. Тот, что стоял в тени, удовлетворенно улыбнулся и исчез. Старт дан.

…

Рамирес де Сент-Перес зажал рукой рану на боку и побежал еще быстрее. Впрочем, побежал — это сильно сказано. Похромал или пополз — вот это гораздо вернее. По крышам особняков самого богатого квартала города даже днем не особо побегаешь, а уж ночью тем более. Если учесть, что левая рука сломана, а левая же нога прострелена в двух местах, то больше и говорить не о чем. Ну, разве что о серьезных внутренних кровотечениях и синяках по всему телу, но это уже мелочи. Рамирес с трудом перебрался по тонкому навесному мосту для чернорабочих на следующий по курсу особняк. Глаза практически заплыли после попадания стальной трубой в переносицу, так что он еще и наполовину ослеп. Хорошо, что они у него в демоническом обличии большие, как кошачьи плошки, а так бы вообще был полный трындец. Нога сорвалась в щель между двух труб, и Рамирес чудом удержал равновесие на самом краю. Было бы крайне глупо с его стороны умереть, упав с крыши, после того, как он голыми руками уделал аж трех вампиров, посланных за ним его неспокойным старшим братом. Или младшим? Об этом Наследнику думать было некогда.

Полная луна выползла из очередного облака и окончательно испортила Рамиресу жизнь. Теперь последний из убийц отыщет его в два счета. Кровь лилась из демона, как из дырявого решета, а в таком состоянии ему с вампиром не справиться. Он перебрался к чердачному окну и сел на карниз. Вправил кость на руке, перемотал ее оторванным рукавом и крепко задумался. Брести дальше по крышам было бессмысленно. Вампир должен потерять его след, иначе ни черта не выйдет. Рамирес с тоской подумал о медальоне, который с него срезали в драке. Портал бы спас ему жизнь. Чердачное окно заскрипело под нехилым весом его демонической спины, и он решился. Терять ему все равно было нечего: аккуратно вскрыл замок когтем, забрался внутрь и пошел вниз.

Трехэтажный особняк встретил его абсолютной тишиной и темнотой. Рамирес добрался до первой попавшейся ванной комнаты, заперся на защелку и приставил стул к ручке двери скорее для сигнализации, чем для надежности. Может, ему все-таки повезло, и он получит долгожданную передышку? Пока Рамирес выковыривал пули из голени и бедра найденными в навесном шкафчике над умывальником щипчиками крайне подозрительного вида, за его спиной набралась полная ванна воды. Он закинул в нее все антибактериальные лосьоны и средства для умывания, какие нашел, нырнул в воду человеком и на несколько долгих минут практически потерял сознание. За это время никто к нему так и не пришел.

Рамирес вылез из воды, едва пришел в себя, смыл благоухание и с глубоким удовлетворением убедился в том, что кровь идти перестала. В его случае это половина успеха. Он перекинулся обратно в истинное обличие, закрывая бока, часть спины и бедра черной змеиной чешуей. Если бы не она, его бы в живых уже не было. Оптимизм Рамиреса иссяк, едва он понял, что тряпок в ванной комнате нет. Ни одной. Даже завалящего полотенца и то не было! Надеть свою окровавленную одежду он не мог, а потому чуть не застонал вслух от унижения: Наследник первой линии Великого Герцога де Сент-Переса вынужден спасать свою жизнь, бегая по улицам Столицы голышом. Великолепно!

Рамирес совсем было решил остаться в особняке и дать бой вампиру, но вспомнил, что недалеко отсюда живет его самая сильная за всю жизнь головная боль, и взглянул на мир бодрее. Если он сумеет добраться до Сэма, то убийца не посмеет напасть на него в присутствии личного помощника мужа Великого Императора. Жить-то всем хочется! Любой дурак знал, что за Сэма и сэр Маркус, и сам Дариус могли оторвать голову любому, невзирая на титулы, деньги и связи. Если Сэм разрешит хотя бы переночевать у него и даст одежду, а еще лучше портал, то это позволит Рамиресу выбраться из передряги живым. Демон осторожно выглянул в окно в поисках нужного дома. Он провел целых полгода на крыше особняка напротив и выучил каждую загогулину на его барельефе так хорошо, что мог нарисовать ее с закрытыми глазами. Как, собственно, и самого Сэма.

Чудовищное помешательство случилось с Рамиресом на десятом курсе его тайного обучения в Университете. В год, когда ему исполнилось 500 лет, умная, прекрасная, крайне своевольная и несовершеннолетняя леди Дэнис Вальтерус поступила в Университет на финансово-экономический факультет. Это поразило его до глубины души полным несоответствием обычаям аристократии и заставило задуматься о том, чем же нравится заниматься лично ему. Полтора года, что Рамирес провел с Дэнис в качестве тренера и любовника, выбили его из привычной колеи Наследника настолько, что он забросил интриги и принялся выяснять правду о себе самом. Занимался он этим безнадежным занятием долго, нудно и незаметно, с перерывами и отступлениями, а правда повергла его в полное уныние. Через 35 лет усиленных поисков выяснилось, что больше всего на свете Рамирес любил не убивать, а рисовать. Еще пять лет он баловался сим неподобающим демону из рода де Сент-Перес занятием втихую, а потом понял, что толку от этого нет, и сорвался.

Навешал лапшу на уши отцу и Кортесу о том, что уходит добровольцем в отряд Космических разведчиков по контракту на десять лет (и даже честно год там оттрубил), а потом незаметно вернулся на Подземелье, нацепил личину (благо в человеческом обличии был страшным, и менять особо ничего не пришлось). Взял свои давнишние липовые документы и поступил на факультет изобразительного искусства Императорского Университета Столицы, где сразу же стал знаменитостью. Во-первых, потому что роскошным человеческим телом и привычкой командовать выделялся среди заморенных демониц и побитых жизнью демонов, как оборотень среди вампиров. А во-вторых, оказалось, что у него действительно был талант. Декан факультета пригласил Рамиреса в свой кабинет через месяц после начала учебы, без церемоний залез к нему в штаны, с наслаждением покорился железной воле талантливого во всех отношениях студента и стал его постоянным любовником на целых девять лет. Рамирес держал декана на коротком поводке и не слишком часто баловал своим умелым членом, а потом и вовсе забросил, потому что увидел его и сошел с ума.

Десятый, последний курс обучения включал в себя все дисциплины понемногу, и когда Рамирес пришел на очередной проект по живописи, то не поверил глазам, как и те двадцать студентов, что в молчаливом изумлении смотрели на стоящего на подиуме декана, который держал за плечо своего коллегу с факультета физ-мата — неотразимого, сексуального и легендарного Сэма Вилкинса. Профессор Вилкинс обвел всех взглядом и чертовски неприлично улыбнулся, нагнетая напряженное ожидание до предела. Еще бы студентам не напрягаться! Целых полгода раз в неделю они должны были рисовать обнаженную натуру. Если вместо натурщика на подиуме стоял Сэм, то логично предположить, что… Именно эти мысли и довели всех демонов в аудитории практически до оргазма — добраться до няшного тела декана физ-мата губами, а еще лучше членом, не мечтал разве что сэр Маркус.

— Уважаемые студенты, — отвлек внимание аудитории на себя декан. — В этом году вам невероятно повезло. Вашим натурщиком будет сам профессор Вилкинс. Аплодисменты, пожалуйста!

Шуму, что устроили счастливцы, могли бы позавидовать все рок-звезды Вселенной вместе взятые. Сэм раскланялся, декан поднял руку, и народ притих.

— Некая часть тела профессора будет прикрыта ради вашего спокойствия и его безопасности…

— Это против правил! — перебил декана один из тех, кто отдал бы все на свете, чтобы хотя бы поглазеть на шикарную задницу и член Сэма с близкого расстояния.

— В этот раз мы сделаем небольшое исключение. Возражений от комиссии при сдаче работ не последует.

— Дамы и господа, — вмешался в разговор Сэм, выступая вперед и невыносимо эротично стягивая стильный замшевый пиджак с плеч. Демоны замерли в запредельном предвкушении, забывая даже дышать. — Я хочу кое-что пояснить. Ноги бы моей здесь не было, если бы я не проиграл вашему декану пари. Я не буду спать ни с кем из вас и убью любого, кто попытается меня изнасиловать. Точнее не я убью, а моя охрана. Подробности можете узнать у студентов моего факультета.

Сэм медленно снимал одежду, в то время как похоть в аудитории возрастала с космической скоростью. Демоны не отразили ни слова, из того, что он сказал, потому что все их внимание сконцентрировалось на стриптизе прекрасного человеческого юноши, которого сложно воспринимать всерьез. Демона, дорвавшегося до красоты, остановить невозможно, и если бы не Рамирес, катастрофы было бы не избежать. Сэм был слишком большим испытанием для их и так не слишком устойчивой творческой психики. Да для любой демонической психики! В грозовой восторженной тишине Рамирес встал со своего места, настежь распахнул оба окна, запуская метель в помещение, и успел остановить Сэма до того, как тот стянул с узких бедер ужасно сексуальное нижнее белье.

— Не стоит.

Сэм поднял голову, пробежался взглядом по аудитории и сделал шаг в сторону с таким расчетом, чтобы Рамирес закрыл его своим большим телом от горящих бешеной похотью взглядов студентов. Стянул со стола белую ткань и подал ему. Рамирес послушно развернул ее во всю ширь, отгораживая небольшое кресло натурщика и Сэма от всех остальных. Дождался, пока он разденется полностью, усадил в кресло и живописно задрапировал его бедра и восхитительный возбужденный член тканью. Выпрямился, молясь всем богам, чтобы не сорваться и не наброситься на него самому, и вдруг почувствовал холодные пальцы на своем запястье.

— Ты ведь защитишь меня, правда? — тихо спросил Сэм.

Вот тогда-то Рамирес и сделал самую главную глупость в своей жизни, потому что встретился с ним взглядом, увидел в карих глазах надежду на чудо и твердо решил, что этим чудом станет он сам.

— Да, Сэм, — сказал Рамирес и на долгое время погрузился в состояние полного безумия.

Через полчаса студенты пришли в себя настолько, что смогли начать рисовать, и Рамирес благополучно уселся на свое место. Посмотрел на безмятежного Сэма и переставил мольберт так, чтобы видеть его обнаженное бедро. Портрет демон закончил за одно занятие, а все остальное время рисовал то, что из всех студентов видел только он один — полностью обнаженного Сэма: стоящего перед ним, сидящего в кресле, растягивающего мышцы после долгого неподвижного сидения, надевающего или снимающего одежду. Рамирес дожидался окончания сеанса, наблюдал за тем, как Сэм одевается, прикрывая его от остальных, а потом выпроваживал всех из аудитории, зарывался лицом в ткань, что до этого лежала на хрупких бедрах, и кончал по нескольку раз кряду.

Полгода пролетели так быстро, что Рамирес их даже не заметил, но за это время он запомнил каждую родинку на теле Сэма и мог нарисовать его портрет с закрытыми глазами. Стильная стрижка, напрочь скрывающая уши, шею и часть высокого лба. Светлые пряди в черных волосах. Четкие, даже резкие черты лица. Тонкие брови, подчеркивающие большие доверчивые глаза. Две безумно сексуальных сережки на правой брови. Чуть курносый нос. Губы. Коралловые. Чеканные, яркие и такие бесстыдно-жадные, что Рамирес кончал от одной только мысли о том, что однажды они могут прикоснуться к нему с поцелуем. Длинная шея, которую хотелось целовать до бесконечности. Безупречное тело мужчины, никогда не державшего в руке ничего тяжелее карандаша: стройное, гибкое, полное энергии, изнеженное и крепкое одновременно. Тонкие длинные пальцы ученого. А его красивый член, узкие бедра и сказочная задница…

Всем своим ладным, изумительно соразмерным и чувственным телом Сэм умолял обожать его, носить на руках вечность и опускать на твердые поверхности только для того, чтобы заниматься с ним сексом. Помешательство грозило выйти из-под контроля, и поэтому Рамирес решил обратить внимание не на тело Сэма, а на его эмоции, читать которые по выразительному лицу было легче легкого. Лучше бы он этого не делал, потому что веселый, знающий себе цену и чертовски обаятельный плут мало чем ему помог. Он был так похож на избалованного домашнего котенка, что уже через два месяца Рамирес мысленно называл его только так. Сэм нисколько не упростил ему жизнь, взяв за привычку, вставая с кресла после сеанса, нагибаться до самого пола как вперед, так и назад, прежде чем надеть хотя бы трусы. В первый же раз, когда Рамирес увидел, как Сэм встал на мостик, он честно кончил на месте. А кто бы не кончил, интересно?!

Полгода прошли, и на последнем сеансе великолепный Сэм остался сидеть на столе преподавателя, дожидаясь, пока все студенты уйдут. Рамирес медленно собирал кисти возле своего мольберта и мучился сомнениями выбора. Отпустить Сэма с миром он не мог, а заняться сексом — не смел. Свое предупреждение профессор повторял с завидным постоянством и со всей серьезностью, да и доверчивые глаза не позволяли демону взять крепость штурмом.

— Рамиро?

— Да?

Демон поднял на Сэма взгляд, увидел в карих глазах желание, скинул личину с лица, сорвался с места… но тот вскинул руку, и Рамирес остановился, не долетев до него пары метров.

— Я знаю, что все это время ты хотел переспать со мной, мой стойкий защитник, — никак не отреагировал на реальное лицо Рамиреса Сэм. Может, просто не заметил разницу? — Твоя воля и самообладание заслужили мое искреннее уважение и восхищение.

— Мне это далось нелегко, — не стал отрицать очевидное демон.

— Я так и понял. Я мог бы переспать с тобой в награду за стойкость, но не буду этого делать.

— Почему? — Рамирес шагнул вперед и остановился совсем рядом с Сэмом. Вдохнул воздух полной грудью и почувствовал легкий, сладкий, тягучий и щекочущий нервы аромат желания человека. — Ты же тоже хочешь меня!

— Хочу, но совсем не так, как ты меня.

— Да какая, к черту, разница…

— Послушай меня внимательно, мальчик мой. Я выгляжу на 25, но мне две с половиной тысячи лет, — перебил демона Сэм и впервые перестал прищуривать глаза. — Это много даже по меркам демонов, а я человек, и моя человечность не хочет причинять боль ребенку.

Рамирес вздрогнул от пристального взгляда гениального, порочного, уставшего от всего и вся существа. Моргнул, прогоняя наваждение, шагнул вперед и подхватил его в объятия.

— Забудь ты о своей дурацкой человечности! Я давно уже не ребенок.

Сэм в ответ обвился вокруг него так сладко, что он кончил мгновенно — полгода сумасшествия не прошли даром. Ласковые губы прошлись по лицу Рамиреса и добрались до рта, целуя легко, холодно и успокаивающе. Он намек понял и трусливо спрятал лицо на хрупком плече человека.

— Тебе уже лучше?

— Да, Сэм.

— Тогда я продолжу. Ты нравишься мне, но моего интереса к тебе хватит только на пару месяцев безудержного секса.

— Звучит очень даже неплохо, — довольно хмыкнул Рамирес и проложил дорожку из поцелуев по шее Сэма от плеча через щеку до виска и обратно.

— Ты сейчас не в том положении, чтобы шутить.

— Почему?

— Потому что речь идет о твоем сердце, — прошептал ему в ухо Сэм и запустил ласковые пальцы в короткие черные волосы, разгоняя дрожь удовольствия по всему телу демона волной. — Я не хочу его разбивать.

— О чем ты… — возмутился Рамирес и даже оторвался от плеча Сэма, но наткнулся на тяжелый взгляд старца и умолк.

— 2200 лет меня любил самый жестокий и суровый демон из окружения Императора, — сказал Сэм. Увидел, как расширились от удивления глаза демона, и продолжил: — Глава его Службы безопасности Тарио Фаро. Я не вникал в его дела, и для меня он навсегда останется добрым, любящим и готовым ради меня на все, что угодно, мужчиной. Ты понимаешь, о чем я говорю?

— Не очень.

— Демоны не умеют любить наполовину. Так, как делают это люди или оборотни. Или все, или ничего.

— При чем тут я? — искренне не понял Рамирес, но ревность вцепилась в его душу голодным вампиром.

Сэм говорил об этом демоне с такой тоской и любовью! Если бы Фаро был жив, он бы убил его только за это.

— Ты же умный парень, Рамиро. Не обманывай себя. До того момента, как ты полюбишь меня всем сердцем, тебе осталось совсем чуть-чуть. Поверь, я знаю, о чем говорю. За пару месяцев безостановочного траха ты надоешь мне, и я выставлю тебя на улицу. Ты не сможешь меня отпустить, и я вынужден буду тебя убить, чтобы спокойно жить дальше. Ты этого хочешь?

— Нет, конечно! Я хочу заниматься с тобой сексом до тех пор, пока нам обоим не надоест, и вовсе не собираюсь в тебя влюбляться! — отрезал Рамирес. — Я на такую глупость не способен!

Все эти разговоры были такими… человеческими, что ему от них было жутко не по себе. Да еще этот дурацкий приступ ревности… И оргазм пару минут назад… Хотя… Он же демон! И безумно хочет этого человека целых полгода! Понятно, что ему слегка сорвало крышу, с кем не бывает? Настоящие демоны не могут любить по определению, а бедолагу Фаро можно было только пожалеть, вот и все. Он на его месте не окажется никогда.

— Упертый демон! — рассмеялся Сэм. — Я хотел поцеловать тебя на прощание как следует, но теперь этого делать…

Рамирес не дал ему договорить. Сколько можно болтать?! Поцеловал в зовущие губы сначала ласково, а потом плюнул на все и впился так, что Сэм застонал, обхватил его за затылок обеими руками и ответил с таким пылом, что вынес мозг напрочь. Рамирес вошел во вкус, но все неожиданно закончилось, потому что высокомерный и абсолютно ледяной голос ректора, раздавшийся от двери, мигом превратил страстного, податливого и безумно сексуального Сэма во всеми уважаемого, холодного и отрешенного от жизни профессора физико-математических наук и декана факультета в самом известном Университете вселенной.

— Сэм, нам пора.

— Прощай, Рамиро. Приятно было познакомиться, — протянул руку профессор Вилкинс, сползая со стола, но Рамирес не хотел признавать поражение.

— Ты не обманешь меня своим высокомерным видом, Котенок!

Дернул Сэма на себя, сжал в объятиях и крепко поцеловал в губы, но тот невероятным образом выскользнул из его рук и залепил такую смачную пощечину, что у Рамиреса зазвенело в ухе. Схватил за волосы, заставил наклониться, уставился на него страшными провалами глаз на абсолютно белом лице и прошипел посеревшими губами:

— Не смей называть меня так!!! Никогда.

Отпустил его и вылетел за дверь.

Рамирес разогнулся и наткнулся взглядом на сэра Маркуса, который оценивающе посмотрел на него, заставляя выпрямлять спину и плечи, и отрешенно сказал:

— Подойдешь к нему ближе, чем на десять метров, у тебя будут крупные неприятности. Посмеешь преследовать — умрешь. Вопросы?

— Почему Сэм так страшно посерел, когда я назвал его Котенком?

— Так называл его Тарио, — с секундной заминкой ответил сэр Маркус и закрыл за собой дверь.

Рамирес подумал немного, разнес всю мебель в аудитории в щепки, выплескивая бушующие эмоции, и покинул Столицу на следующий же день, наплевав на диплом и заключительные экзамены. Он был умным демоном и не хотел умирать из-за ноющих в бессильной ярости и неуемной похоти внутренностей. С сэром Маркусом шутки плохи.

К великому сожалению Рамиреса, работа в рядах Космических Разведчиков от Сэма так и не отвлекла. Он безумно тосковал по доверчивым карим глазам и по рисункам, все реже похотливо рвал его хрупкое тело на части в мечтах и все чаще думал о том, что было бы неплохо с ним хотя бы поговорить. Этого же ему никто не запрещал! Однако за два года борьбы за выживание в тех местах, куда никто кроме Разведчиков никогда в жизни не полезет, так ни разу Сэму и не позвонил.

Как ни странно, из лап Космоведов Рамиреса вытащила не тоска по Сэму, а старший брат, который приперся за ним в очередную жуткую дыру лично, разнес там все к чертям, избил едва стоящего на ногах после тяжелого ранения Рамиреса до полусмерти и притащил домой.

— Зачем ты вернул меня? — спросил он Кортеса после того, как пришел в себя в Императорской больнице в Столице.

— Наследники рода де Сент-Перес умирают от рук своих братьев в Столице и никак иначе.

Кортес стоял у окна спиной к нему и смотрел на отражение палаты в залитом дождем стекле. Рамирес подавил неожиданное и совершенно идиотское желание его нарисовать: огромного, властного, мрачного, пузырящегося мышцами и при определенном ракурсе даже похожего на Бессмертного Императора, что было скорее минусом, чем плюсом, ибо в демонической ипостаси Дариус был ужасен. Именно таким Рамирес и представлял себе следующего Великого Герцога де Сент-Переса.

— Почему не убил в больнице? Одним претендентом на титул стало бы меньше.

— Битва за него еще не началась. Кто мы такие, чтобы нарушать традиции?

— В гробу я видал эти традиции!!! — с полтычка завелся Рамирес. Кортес наступил на больную мозоль. — И тебя с ними заодно, твердолобый поборник правил. Ты один по ним и живешь!

— Зато ты вечно исполняешь черт знает что и позоришь своими выходками весь наш род!

— О Небо, как же ты меня бесишь! Ненавижу!

— Ты мой брат. Это правильно.

— Это НЕ правильно! Ты достал меня своими правилами, тупоголовый долбоеб! Я закажу тебя завтра же, понял? Назло тебе и всем нашим традициям!!!

За это Кортес избил его еще раз — не сильно, с расчетом на пару-тройку дней в больнице, тем самым давая время хорошенько подумать о своем неподобающем поведении. Рамирес подумал, убивать брата до срока передумал, но после выхода из больницы первым делом отправился в Университет за дипломом художника-реставратора. Получил его, второй раз в жизни накачался алкоголем под завязку, пришел в покои Кортеса и кинул диплом ему в лицо, а потом отправился смотреть на Сэма с крыши дома напротив. Этого ведь тоже никто не запрещал. Увидел Котенка разгуливающим голышом по комнатам и опять свихнулся.

Следующие полгода Рамирес провел в бреду. Узнал все, что только можно, о Тарио Фаро, Сэме и их совместной жизни, чуть не умер от бешеной ревности и излазил дом, который демон оставил Сэму, вдоль и поперек, чудом не попавшись на глаза чертовски наблюдательным слугам. А потом устроил наблюдательный пункт на крыше особняка напротив и подглядывал за Котенком в бинокль, кончая от одного его вида, несколько месяцев подряд. В том, что его убьют, едва он приблизится к Сэму на десять метров, Рамирес не сомневался, слишком уж слуги в доме личного помощника сэра Маркуса были профессиональными, а других вариантов до объекта вожделения добраться (кроме неисполнимого похищения в Университете) попросту не существовало.

И однажды Рамирес позвонил. Дождался, когда Сэм останется в спальне один, и позвонил, глядя на него в бинокль.

— Почти три года прошло с нашей последней встречи, Рамиро, — ответил Сэм, поворачиваясь к окну спиной. То есть к нему спиной. И задницей. Невыносимо шикарной голой задницей!!! — Ты остыл?

— Нет. Я хочу тебя так же сильно, как и раньше.

— Приходи, когда остынешь, — сказал Сэм и отключился. Побродил по комнате с задумчивым видом, лег на постель и уснул в гордом одиночестве.

Рамирес постучался рогами о трубу на крыше и понял, что Сэм прав. Он не смог бы контролировать себя в сексе с ним и порвал бы на части в первые полчаса. С этим надо было что-то делать. Демон вернулся домой, подумал как следует и вспомнил своего невозмутимого, как сама Смерть, командира Космических Разведчиков, который даже в самых безнадежных ситуациях не терял голову и контролировал свое тело на запредельном уровне. Нашел его в очередной дыре, взял контакты его Мастера и снова ушел из дома, но на этот раз без предупреждения. К черту правила! Сколько можно?!

Пять лет Рамирес постигал искусство самоконтроля на забытой Великим Ничто планете, а потом увидел в новостях, которые смотрел ежедневно, что Великий Герцог де Сент-Перес первый раз за четыре с половиной тысячи лет не смог вылечить себя сам и попал в больницу, и понял, что время финальной битвы пришло. Конечно, отец все еще был могуч и силен, но это уже не имело особого значения. Наследникам нужно было разобраться между собой, оставляя Великого Герцога на растерзание победителю. Традиции в семье чтили. В отличие от других знатных семейств, в роду де Сент-Перес братья не оставляли друг друга в живых. Зачем? Победитель гарантированно получал спокойную жизнь на ближайшие две тысячи лет, плодил Наследников и занимался укреплением позиций рода, не отвлекаясь на внутрисемейные дрязги.

С одной стороны, Рамиресу повезло, потому что пока он познавал дзен и собственное тело, братья устроили свару, и из пяти в ней выжили только двое, а с другой стороны ему не повезло, потому что в живых остался хитрый Санчес и невыносимо-бесячий Кортес, от одного вида которого Рамирес покрывался испариной. Особенно, когда видел его в новостях возбужденным, полуобнаженным, рогато-демоническим и змеино-чешуйчатым. Как убить Санчеса, Рамирес хоть и смутно, но представлял, а вот как избавиться от Кортеса… Ни одной умной мысли в голову демона не приходило. Вообще! Он впадал в ступор, едва начинал об этом думать, и ничего не мог с собой поделать, так что когда отец загремел в больницу второй раз, Рамирес собрал нехитрые пожитки в котомку, а силу воли в кулак и вернулся в Столицу, не имея практически никаких планов, где и угодил в ловушку буквально через пару дней после приезда.

Рамирес медленно крался по карнизу очередного особняка и чувствовал себя настоящим идиотом, потому что ни одного клочка одежды на нем теперь не было. Это напрягало. Он же не Сэм, чтобы вот так запросто разгуливать голышом! За то время, что Рамирес наблюдал за ним в окна его особняка, он натянул на себя явно большую мужскую рубашку едва ли в половину вечеров, предпочитая бродить по дому полностью обнаженным. Как только слуги могли это выносить? Впрочем, они своей жизнью были довольны, обожали, защищали и любили своего хозяина похлеще оборотней. Еще бы! Если на Сэма нападала похоть, то он начинал заниматься сексом с первым попавшимся ему по дороге слугой и даже позволял, не часто, забраться в свою шикарную задницу членом. Когда Рамирес увидел это в первый раз, то разрушил кирпичную трубу, возле которой сидел, до основания. Но это было до того, как он постиг дзен. Теперь все будет иначе.

Знакомые очертания особняка Сэма открыли в демоне второе дыхание, он ускорил шаг, за что и поплатился: тонкое железо карниза скрежетнуло под ногой и выдало его местоположение тому, кто терпеливо ждал ошибки. Вампир накинулся на Рамиреса раньше, чем затих звук, но он его уже ждал. Увы, голышом, так что от пуль, выпущенных практически в упор, защититься толком не смог, хорошо хоть пистолет из рук убийцы выбил. Битва закипела на запредельных скоростях, только вот сил у демона уже не оставалось: несколько пуль засели в конечностях, внутренние кровотечения снова открылись, клыки вампира располосовали шею и плечо, а рука хрустнула в месте перелома заново, не позволяя вырвать убийце гортань левой.

Они покатились по крыше очередного дома, рухнули с нее на балкон, приземлившись на спину вампира. Рамирес сумел-таки обрести ясность сознания, чем и воспользовался в полной мере: полоснул когтями здоровой руки по лицу убийцы и рванул клыками горло. Вампир полыхнул пламенем и осыпался пеплом, а Рамирес поскользнулся в крови и крепко приложился несчастной переносицей о перила балкона.

— Да чтоб тебе!

Сознание поплыло в закат, но он не мог позволить себе передышку. Только не сейчас! Боль разрывала его на части, глаза почти не видели из-за все больше распухающей гематомы на переносице, а в мозгах давным-давно засел дятел, который стучал острым клювом ему прямо в темечко: «Брат не дремлет. Ждет ошибки. Беги». Рамирес с трудом добрался до нужного дома, спустился по витой лепнине фасада на второй этаж, прошел по узкому карнизу с десяток метров, чудом с него не навернувшись, выбил локтем стекло и ввалился в кабинет Сэма, меняя ипостась и теряя сознание на лету.

…

Сэм стоял у стены и отрешенно наблюдал за суетой в своем кабинете. Слуги явились на шум разбитого стекла даже раньше, чем он успел вскочить из-за стола. Это радовало. Не зря он изредка подставлял им задницу. Таких верных и преданных псов днем с огнем не сыщешь! Они охраняли его с таким рвением, что он не думал о своей безопасности ни секунды. Красивый, беззащитный и совершенно свободный человек в самом центре Столицы демонов. Без хозяина, без влиятельного любовника, без официальной охраны. Сам по себе. Сэм не без оснований собой гордился.

Демоны перевернули огромного голого парня, в буквальном смысле слова свалившегося ему на голову, на спину, и все спокойствие слетело с Сэма мгновенно, потому что на его столе лежал не абы кто, а Рамиро — единственный неудавшийся проект, ради которого он был готов на многое. Даже на то, чтобы впервые в жизни завести официального любовника. Наконец-то этот упрямый и невероятно волевой демон попал к нему домой! Сэм так боялся, что все его усилия пропали даром!

— Он нужен мне живым и здоровым. Как можно скорее. Никаких врачей и больниц.

— Да, господин, — склонил голову каменно-суровый Моро.

Сэм ласково улыбнулся ему, зная, что демон сделает все, как надо. Это же был не абы кто, а Моро! Они знали друг друга 600 лет. Несмотря на зловещий вид и полностью седую голову, управляющий был не таким уж старым и ужасным. Ему было всего 1100 лет, он умел улыбаться и мог быть невероятно нежным и заботливым любовником. Просто об этом никто не знал.

Моро бросил взгляд на одного из слуг, и тот молча испарился. Сэм не обратил на него внимания. Он так привык к окружающим его в доме демонам, что считал их чем-то вроде полезной мебели и ходячих секс-тренажеров. Ими заведовал Моро, и это было все, что Сэму следовало о них знать, потому что все остальное знал за него всевидящий демон: сам решал, кого уволить, а кого принять на работу, не беспокоил ни по каким хозяйственным вопросам и окружил максимальным комфортом, за что Сэм был ему очень благодарен.

Рамиро застонал, попытался открыть заплывшие напрочь глаза, но ему это не удалось. От падения сломанная кость на руке вышла наружу, рана на голове открылась и кровь залила стол Сэма.

— Что с ним, Моро?

— Множественные раны, открытый перелом, два закрытых, два пулевых ранения, вероятнее всего серьезное внутреннее кровотечение, сломанная переносица, пробитая голова и сильное сотрясение мозга, — перечислил демон. Увидел, как побледнел Сэм, и добавил: — Да не переживайте вы так! Утром придет в себя.

— А когда выздоровеет?

— Я не врач, Сэм, но этот демон очень силен и молод. Думаю, через пару дней даже без врача. Мы ему поможем, и он встанет на ноги гораздо быстрее. Куда его отнести после лечения?

— В мою спальню, — сказал Сэм, не задумываясь ни на секунду.

Он ждал Рамиро восемь лет и теперь не собирался выпускать его из рук очень и очень долго. Моро поднял на хозяина ревнивый взгляд, и Сэм мысленно закатил глаза к потолку: детский сад, штаны на лямках! Тоже мне, демоны! Сделал жалостливые глаза, подошел к нему и крепко обнял, пряча лицо на каменном плече. Демон осторожно прижал его к себе и поцеловал в разноцветную макушку.

— Моро, Тарио умер триста лет назад. Я устал и замерз. Я обычный человек, который хочет, чтобы его обожали, носили на руках и любили в постели, а не просто похотливо трахали в коридоре.

— Мы не трахали вас, господин! — всполошился Моро. — Мы…

— Я знаю, мой хороший. Я говорю не о вас, — успокаивающе погладил его по каменной груди Сэм. Демон облегченно выдохнул. — Вы же практически часть меня, и не важно, кто займет место Тарио в моей постели или в моем сердце. Вас из меня изгнать невозможно.

— Спасибо. Я передам остальным, — успокоился Моро.

Поднял прекрасное лицо главного и единственного сокровища их тайного ордена к своему и поцеловал долгим поцелуем. Сэм ответил, но было понятно, что ему сейчас не до того. Моро тяжело вздохнул и выпустил любимого идола из рук. Он хотел увидеть его счастливым снова. Они так и не смогли сделать его таким, так что Моро давным-давно был готов к тому, что Сэм возьмется за дело сам. Теоретически готов.

— Пришло время перемен, — сказал Сэм.

Заправил выпавшую прядку жестких седых волос Моро за ухо и сжал в руке его стальную ягодицу. Демон разом повеселел и снова стал самим собой. Почти. Вот и отлично.

— Приведите Рамиро в порядок и уложите в мою постель. Я хочу быть рядом, когда он очнется. Не хватало еще, чтобы он сбежал!

— Никуда он от вас не денется. Это ведь тот самый демон, что следил за вами с крыши особняка напротив пять лет назад.

— Да.

— Он на вас помешался.

— Мне этого мало, — недобро улыбнулся Сэм. — Мне от него нужно гораздо больше.

— Господин, вы все-таки больше демон, чем человек, — одобрительно прищурился Моро. — Хотите влюбить его в себя, а сами остаться при своих?

— Не умничай, — посуровел Сэм.

Моро понимающе улыбнулся, сделал знак двум слугам, которые подхватили истекающего кровью демона на руки и испарились из кабинета. Сэм двинулся следом, но остановился в дверях и обернулся. Моро смотрел на него с таким фанатичным обожанием в черных глазах, что ему в кои веки стало страшно. Его детский сад был очень, очень опасным, клыкасто-рогатым и почти сумасшедшим, а потому обращаться с ним стоило крайне осторожно. Сэм гулял по лезвию бритвы много веков, восхищая своими цепными псами и виртуозностью их моральной дрессировки даже Императора. Трудно быть Богом, но Сэм старался, и у него очень даже неплохо получалось. Пока у него будет его драгоценный Моро, все остальные слуги никуда не денутся.

— Моро?

— Откуда вы знаете, что я хочу вам что-то сказать? — чуть скривился демон.

— Я же обожаю тебя, глупый, и знаю о тебе все, — рассмеялся Сэм. — Говори. Я не буду на тебя обижаться.

— Если Рамиро причинит вам боль, то умрет. И вы меня не остановите, — предупредил Моро, подходя к нему.

— Даже не буду пытаться, — улыбнулся Сэм, пропустил демона вперед и ощутимо шлепнул по поджарой ягодице.

Моро знакомо заскрипел зубами, борясь с приступом сумасшедшего желания, и все снова встало на свои места. Они оба успокоились и отправились каждый по своим делам.

…

Время подходило к обеду, когда Сэм получил вожделенное тело юного демона в свое полное и единоличное распоряжение. Моро лично проконтролировал лечение, и через три часа Рамиро перестал хрипеть и напоминать цветом лица белую простыню. Внутреннее кровотечение остановили, почки и селезенку зашили, переломы срастили, а дырки в конечностях затянулись сами, как только из них извлекли пули. Регенерация у Рамиро была фантастическая и удивила даже видавшего виды Моро, который пересмотрел свое презрительно-снисходительное отношение к тайному воздыхателю и отнесся к нему с должным уважением. Слуги уложили Рамиро в постель Сэма в покоях Тарио и удалились, оставляя нетерпеливо шатающегося по комнате господина одного.

Сэм задернул шторы, скрывая дневной свет и погружая Рамиро в легкую полутень, и прошел на кухню за водой, лишая себя возможности наброситься на него с поцелуями. Он влюбился в этого могучего, страшного и совсем еще юного демона с первого взгляда, случайно увидев его на одном из общих собраний университетских старост. Рамиро настолько отличался от остальных студентов невероятной аурой власти, силы и могущества, был таким широкоплечим, могучим и суровым, так сильно напомнил Тарио, что Сэм захотел оказаться в его надежных руках со страшной силой. Его Рамиро даже не заметил, и это задело Сэма, как ничто другое.

Полгода он придумывал план по правильному соблазнению и покорению невнимательного студента и, в последний год обучения Рамиро, воплотил его в жизнь. Восторженный, собственнический и страстный взгляд юного демона, закрывшего Сэма собой от остальных студентов на первой обнаженке, стал для него лучшей наградой, и он применил все свои знания, чтобы довести Рамиро до помешательства. Полгода изощренных эротических издевательств, высокохудожественных раздеваний, устраиваний в кресле и одеваний сделали свое дело, и юный демон влюбился в Сэма по уши, чего он и добивался.

Сэм радовался этому, как последний болван, но ничего не мог с собой поделать, а потому чуть не провалил все дело, когда ответил на страстный поцелуй Рамиро в конце тщательно продуманной провокационной беседы по окончании курса. Хорошо, что Маркус просчитал все наперед еще лучше, чем он сам, и вовремя его остановил. Сэм хотел заполучить Рамиро со всеми потрохами на веки вечные, и не собирался быть его очередным любовником. Он хотел быть любимым! Конечно, привязываться к нему так сильно, как к Тарио, Сэм не планировал, но Рамиро пробудил в нем интерес, искреннее желание и легкое чувство влюбленности, которого он так долго ждал. До тех пор, пока все это горит в душе, качаться на волнах настоящей любви могучего демона будет легко и приятно до умопомрачения.

Увы, мечтам Сэма сбыться было не суждено, потому что Рамиро исчез без следа на следующий день после разговора. Конечно же, личный помощник всесильных демонов постарался отыскать беглеца, но у него ничего не вышло, потому что университетские документы юного демона оказались поддельными, все его видели только в личине, которая так хитро жила на нем, что оставляла лицо таким же, как всегда, одновременно меняя до неузнаваемости. Выяснить, кто он такой, не смог даже очередной глава Службы безопасности Императора. Это погрузило Сэма в депрессию, куда тяжелее прежней. Третий раз в жизни он влюбился с первого взгляда и опять остался не у дел. Ладно Маркус, но Денис и Рамиро! Было от чего расстроиться.

Впрочем, Денис со счетов Сэм не сбрасывал, хоть и не слышал о ней ни слова много десятилетий. Да он и не хотел слышать или знать, хоть и сталкивался с Томасом Вальтерусом на официальных приемах сотни раз. Смысл? Она все еще была несовершеннолетней. Спасала Сэма только физика, в которую он погрузился с головой, чем порадовал и Маркуса, и Дариуса. А два года спустя Сэм почувствовал обжигающий взгляд сквозь окно спальни, облизавший его с ног до головы, и едва не пустился в пляс. Рамиро вернулся! В следующие месяцы Сэм изводил объект своего вожделения издалека, чувствуя его прожигающий дырки взгляд даже на расстоянии в триста метров и через бинокль. Объяснения этому феномену не было, но он пользовался этим умением по полной, в надежде довести Рамиро до такого состояния, чтобы он наплевал на всех и вся, пришел к нему и показал, кто в доме хозяин.

Сэм Рамиро недооценил, потому что он не пришел и не показал. Он просто взял и позвонил! Сэм едва не кончил от его низкого с хрипотцой голоса, но собрал волю в кулак и сумел-таки послать лесом, умирая от желания получить головомойку в ответ и сдаться, однако Рамиро не стал спорить, а повесил трубку и ушел. Просто взял и ушел!!! Сэм серьезно поговорил с самим собой на предмет того, что не нужен ему тот, кто его слушается, и в депрессию впадать не стал. Может, Рамиро вернется, когда повзрослеет? Хотел же он его целых два года! Так оно и получилось. Через долгих пять лет, именно тогда, когда Сэм почти перестал ждать, Рамиро вернулся. Очень эффектно вернулся, чего уж там. За это он ответит отдельно!

Сэм снова зашел в спальню и решил, что ходить вокруг да около сил у него больше не осталось: залез на постель и откинул со спящего Рамиро тонкое одеяло, которое на него натянул слегка повернутый на этом Моро. В первые месяцы своего обитания в доме Тарио демон падал в обморок или бледнел до синевы, если видел разгуливающего по особняку Сэма обнаженным. Конечно, у него были на то причины, но потом Моро привык, справился с собой и даже перестал натягивать на Сэма огромные рубашки Тарио. Внешне все вошло в норму, но в голове у демона тараканы умирали медленно и неохотно, а обнаженным Сэм увидел Моро только после того, как чуть не умер, наевшись таблеток в попытке избавиться от тоски по Тарио раз и навсегда.

Горячий солнечный луч пробежался по Сэму и Рамиро, но резкий порыв ветра слизнул его и оборвал завязки на балдахине, опуская занавес до конца. Сэм рассмеялся вслух. Столько лет прошло, но ни Солнце Прайм, ни Ветер Франсуа так и не изменились. Они присматривали за ним и надеялись на то, что однажды он поддастся на их лукавые уговоры и с ними переспит, но в данном конкретном случае Сэм был неумолим. У него уже были два любимых демона, которые имели его в хвост и в гриву, не позволяя ничего взамен. Зачем ему еще? Тем более таких красивых! Влюбиться в Прайма и Франсуа было легче легкого, а умирать от разбитого сердца Сэм не хотел. Ему хватало и Маркуса. С Дариусом.

Полумрак огромной постели придал лежащему на спине могучему Рамиро вид настоящего мачо и супер героя: непобедимого, властного и непоколебимого, как скала. Мурашки удовольствия пробежались по позвоночнику Сэма тонким ручейком. Совсем скоро он будет принадлежать ему. Впервые со смерти Тарио Сэм снова хотел этого до дрожи в коленях и отчаянно надеялся на то, что Рамиро больше не позволит собой командовать.

Сначала Сэм просто любовался на свою долгожданную добычу. Потом отодвинул смоляные волосы челки со лба. Не смог убрать руку и осторожно спустился пальцами по носу с горбинкой и пухлым девичьим губам до квадратного подбородка. Ладонь прилипла к теплой, очень смуглой коже и принялась исследовать пузырящиеся мышцами плечи и грудь. Одной маленькой ладони Сэма для этого было явно недостаточно, и он подключил вторую. Прошелся ищущими пальцами по всему телу Рамиро от шеи до мизинцев на ногах… а потом не выдержал и начал подниматься обратно, но уже губами, языком и даже зубами. Руками и всем телом. Добрался до соблазнительных губ, не посмел поцеловать, вжался в его узкие, перетянутые мышцами бедра своими и кончил. Мда… древний похотливый старикашка. Сколько раз он стонал это Дариусу и Маркусу во время бесстыдных экспериментов? Не счесть! Теперь это относилось и к нему тоже. Сэм поцеловал широкое плечо и начал сползать с уютного тела демона на постель, но тот не позволил: обхватил руками, оплел ногами и недовольно нахмурился.

— Рамиро, чудо ты мое страшное, — прошептал Сэм.

Попытался добраться до морщинок меж густых черных бровей хотя бы руками, но демон обхватил его еще сильнее, прижал голову к своему плечу и невнятно забормотал что-то в макушку. Сэм прислушался изо всех сил.

— Тебе не уйти от меня, Котенок. Я не позволю. Хватит, нагулялся. Теперь у тебя буду только я…. И ты… Мы.

Рамиро затих, а Сэм немного поплакал в широкое теплое плечо от счастья, возродившейся в сердце надежды на лучшее и далеких воспоминаний, поерзал и уснул. Впервые за много лет в своей постели не один.

…

Высокий расписной потолок в окантовке балок балдахина. Большая комната в вечерних сумерках, едва видимая сквозь опущенную темную ткань. Уютный полумрак. Тишина, нарушаемая только тиканьем старинных напольных часов. Самая удобная в мире кровать под спиной. Тепло-е… те… ло… на … гру… ди….

— Сэм.

Рамирес выдохнул имя вслух одними губами, просто чтобы убедиться, что это ему не снится. Котенок пошевелился и едва не сполз с него на постель. Демон мгновенно вернул его на место. Туда, где он и должен быть. Сэм прекрасно вписался во все изгибы большого человеческого тела Рамиреса: нога к ноге, бедра внутри его бедер, живот на его прессе, плечи на груди, а гениальная голова лбом на его шее. Идеально. Он провел руками по стройному телу Сэма, оставил одну руку на его чуть впалых и от этого еще более эротичных ягодицах, а вторую запустил в гриву разноцветных волос. Белое и черное лепестками закрыло от Рамиреса лицо мирно сопящего Котенка. Так не пойдет. Он убрал волосы, открывая щеку и порочные губы, провел пальцами другой руки между упругих ягодиц, почувствовал, как они сжались под его рукой, и кончил. Пришел в себя, понял, что все у него затекло от долгого лежания на спине, повернулся на бок и на секунду выпустил Котенка из рук.

— Не уходи, Рамиро! — сонно вцепился в него Сэм.

Демон мгновенно подмял его под себя, устроился чуть сбоку, чтобы не раздавить, и положил голову ему на грудь. Почувствовал руки на своих плечах, ногу на бедре, проглотил дурацкий ком в горле и прошептал:

— Ни за что, Котенок.

Свинцовая усталость навалилась на Рамиреса и погрузила в тяжелый сон.

…

Сэм проснулся от боя часов и громкого сопения у себя на груди ровно в полночь. Тяжелое тело намертво пришпилило его к постели, а короткие волосы щекотали нос, вызывая желание чихнуть. Он открыл глаза и вспомнил все, что случилось вчера. Рамиро безмятежно спал, а вот Сэм мигом взбодрился и попытался выбраться из-под него, не разбудив. Вчера он облизал свою добычу только спереди, да и то без важных стратегических мест, а сейчас у него была прекрасная возможность закончить начатое и прогуляться по спине, ягодицам и ногам. Демон все еще был бледен и явно не до конца оправился от ран, так что о бурном сексе следовало забыть как минимум до утра. Сэму пришлось вспомнить все безумства далекой молодости, чтобы обрести свободу, но едва он выбрался из-под демона окончательно, как тот открыл глаза, схватил его за талию и мигом вернул обратно.

Только вот положение тел изменилось: одна могучая рука под головой Сэма, вторая на подбородке и горле. Губы в одном вдохе от его. Готовые к свершениям члены трутся друг о друга в плотно прижатых бедрах. Холодные ступни Сэма на мощных ягодицах Рамиро. Неосторожный глоток человека и звериное рычание демона в ответ. За долю секунды большой член Рамиро оказался в Сэме по самое не могу, а его губы впились в него сумасшедшим поцелуем. Он ответил, но уже через минуту запрокинул голову назад и застонал. Рамирес почувствовал оргазм Сэма и взорвался в нем целым морем в ответ, но даже не подумал остановиться или хотя бы замедлить темп. Он слишком долго ждал! Восхитительно узкий и чуть тесноватый проход Котенка наполнился живительной влагой его семени, раздался, обтек восторженно-ненасытный член демона плотным кольцом и забрал в плен не только его, но и мозги.

Первый раз Рамирес выпустил Сэма из своих рук через два часа, да и то всего лишь на пару минут. Полюбовался на него, поднимающего занавесы балдахина, омытого ярким лунным светом, обнаженного и порочно-эротичного. Проводил взглядом до дверей ванной комнаты. Но едва Сэм закрыл ее за собой, на Рамиреса накатил такой жуткий страх больше никогда его не увидеть, что он в панике скатился с постели, влетел в ванную… и наткнулся на удивленный взгляд стоящего над писсуаром Сэма. Ему было все равно. Он крепко обнял своего хрупкого человечка, прижался к выступающим лопаткам грудью, к ягодицам пахом, спрятал горящее лицо в разноцветных волосах и замер.

— Не сходи с ума, — спокойно, чуть лукаво и очень порочно сказал Сэм, но демон в ответ только крепче сжал руки на его талии.

Сэм сдержал улыбку, заткнул рот вспыхнувшему желанию немедленно заняться с Рамиро совершенно аморальным сексом и продолжил свое теперь уже нелегкое занятие дальше. Однажды они попробуют и это тоже, но пугать юного демона вот так сразу Сэм не собирался. Прошагал вместе с ним в душ, где отклеил его от себя, прижал к теплому дереву лицом и как следует отымел. Обратно в постель он вернулся на руках Рамиро, потому что демон оказался настолько хорош, что сокрушительный оргазм загнал Сэма в полную нирвану.

Второй раз Рамирес отпустил своего страстного и умелого Котенка лишь под утро и то только потому, что тот неожиданно воткнул ему в плечо шприц со снотворным. Демон попытался обхватить Сэма так, чтобы не дать сбежать, но кто-то третий придержал его болевым захватом, и он не сумел: позорно покатился в глубокий сон и выпустил свое сокровище из ослабевших рук.

— Тебе надо поспать, ненасытное ты мое чудовище. Ты еще не восстановился от ран, а мы затягиваем процесс, — прошептал ему в ухо Сэм. — Обещаю, когда ты проснешься, я буду рядом.

— Правда?

— Правда.

Рамирес перестал бороться и через пару минут уснул. Моро выпустил его шею из рук и накрыл одеялом. Сэм закатил глаза к потолку, но ничего на это не сказал. Потер пару синяков и засосов, почувствовал наливающийся ревнивым бешенством взгляд управляющего и рассмеялся от счастья.

— Ничего смешного! — буркнул Моро.

Сэм слез с постели, повис на его шее, повалил на ковер и сел на демона верхом. Тело болело везде, но это была такая ерунда, что говорить об этом не хотелось. Сэм вгляделся в мрачное лицо застывшего под собой ледяной глыбой Моро и мысленно поежился. А говорить придется. Поцеловал его в холодные губы:

— Ты переживаешь не по делу.

— Не по делу?! Он едва не затрахал вас насмерть! — возмутился Моро, запуская палец между ягодиц Сэма. Тот недовольно поерзал в попытке увильнуть, но демон был неумолим. — Этот мерзавец что, даже не кончил в вас напоследок?!

— Рамиро же не знал, что я готовлю ему подлянку, — улыбнулся Сэм. — И потом, ты зря на него наговариваешь. Он мне даже ничего не сломал! И так и не принял демоническое обличие. Невероятная сила воли.

— Я могу вас подлечить? — с такой надеждой в голосе спросил Моро, что он чуть не рассмеялся.

— Ладно, так и быть, уговорил.

Ходить с саднящей после последнего приступа долгого страстного секса задницей не хотелось. Рамиро будет спать как минимум восемь часов и не сможет ему помочь, а Моро необходимо чувствовать себя нужным и любимым. Вот пусть доктором и поработает. Сэм расстегнул ширинку и добрался до основательного и рвущегося на свободу члена демона пальцами, но Моро остановил своего господина очень быстро: поцеловал, перевернул на живот и поднял на колени, проникая в растянутую задницу Сэма членом с легкостью настоящего профи: незаметно, приятно и очень аккуратно. Как всегда. Моро был любовником Сэма целых два года вскоре после смерти Тарио и знал о нем абсолютно все.

— Моро, не надо, — остановил руку демона на своем члене Сэм. Он не хотел, чтобы лечебная процедура превратилась в секс. Для этого у него теперь был Рамиро.

— Но как же…

— Хороший мой, я вымотан до предела. Так много оргазмов за 8 часов мог выжать из меня только Тарио. Мне так хорошо не было уже очень-очень давно. Честное слово.

 — Хорошо, Сэм, — послушно убрал руку Моро.

Кончил в него один раз. Начал все заново и второй раз пролился ему на копчик. Замазал синяки и засосы, перевернул на спину, понял, что этого недостаточно, и с легким сердцем и чистой совестью принялся за Сэма снова. Идол этого даже не заметил, потому что спал и улыбался во сне так, что Моро, который хотел воспользоваться случаем и побыть в обожаемой заднице как можно дольше, не выдержал и пары минут. Пролился на впалый живот, протер оставшиеся синяки, привел себя в порядок и отнес Сэма на постель, оставляя его в могучих объятиях молодого, ненасытного, но как ни крути, очень аккуратного, демона. Поистине невероятную выдержку Рамиро по достоинству мог оценить только Моро. Что он и сделал.

…

— Рамиро, чудо ты мое страшное. Хватит спать!

Сэм уселся на бедра юного демона верхом и принялся гладить могучую грудь, которая медленно вздымалась вот уже 12 часов и на все попытки ее оживить никак не реагировала. Как и все остальные части тела Рамиро. Сэм поставил на него острые локти и принялся рассматривать в упор. Вдруг поможет? Густые черные брови, орлиный нос и квадратный подбородок, но при этом длиннющие ресницы и пухлые губы. Такие соблазнительные, что смотреть на них и ничего не делать, было просто невозможно. Сэм пробежался по ним пальцами… губами… языком… Ноль эмоций.

— Мальчик мой, если ты прямо сейчас не очнешься, я изнасилую тебя во сне. Серьезно! — снова принялся за уговоры Сэм. — Меня просто распирает, Рамиро!

Демон глубоко вдохнул и повернулся на бок, скидывая нетерпеливого соблазнителя на постель. Это оказалось последней каплей и переполнило чашу терпения Сэма: он решительно взялся за тяжёлую ногу демона, сдвинул ее подальше на постель, открывая ягодицы, и принялся за них сначала пальцами, а потом и губами, чтобы в конце концов забраться в растянутый анус изголодавшимся членом. Рамиро довольно поерзал, устраивая обоих удобнее, распластался на постели грудью, подтянув согнутую ногу до уровня талии, и засопел еще слаще. Сэм трудился над ним не меньше получаса, но все, чего он достиг, это пара оргазмов для себя и счастливые вздохи для Рамиро.

Моро появился в спальне, как жуткое ночное привидение, ближе к полуночи, когда Сэм извелся окончательно, испробовал все, что только можно, и впал в беспокойство. Первое, что сделал всезнающий демон, это довел несчастного господина до оргазма поцелуями и умелой рукой на возбужденном донельзя члене. Сэм благополучно кончил и с несчастным видом уставился на склонившегося над Рамиро Моро.

— Сэм, вы уверены, что хотите его разбудить?

— А что не так? — оперся на железобетонное плечо Рамиро подбородком Сэм и внимательно посмотрел на Моро. К любым словам своего управляющего он прислушивался в оба уха.

— Рамиро проснется бодрым и полным сил. Он ждал вас очень долго и хочет до безумия, — пожал плечами Моро. — Он не выпустит вас из постели трое суток, а то и дольше.

— Хороший мой, у меня яйца сводит от желания! Я хочу, чтобы он не слезал с меня целую неделю!

— Вы и так не слишком хорошо выглядите, а после первых же суток тяжелых физических нагрузок и голода вообще привидением станете, — проворчал Моро. — Вы физически это все не переживете и умрете от очередного оргазма прямо на его члене. Оно вам надо?

— Не преувеличивай, — недоверчиво посмотрел на демона Сэм, но тот не шутил. Моро вообще никогда не шутил. — Ладно. Что ты предлагаешь? Учти, нескончаемый недельный секс с Рамиро — моя мечта, и отказываться от нее я не собираюсь.

— Сейчас вы идете на ужин и съедаете все, что я поставлю перед вами. Отпрашиваетесь у сэра Маркуса, — почти незаметно скрипнул зубами Моро. — Потом я сделаю вам пару не слишком полезных уколов, которые помогут продержаться подольше, а когда вы приметесь за Рамиро, то в обязательном порядке будете съедать хотя бы фрукты, что я буду ставить на прикроватный столик. Договорились?

— Да, хороший мой, я сделаю все, как ты скажешь, — улыбнулся Сэм и протянул к нему руки. Моро обогнул постель и подхватил идола в объятия. — Идем, мой самый предусмотрительный демон в мире. Что бы я без тебя делал?

Моро на риторический вопрос отвечать не стал, но комплименту порадовался. Принес Сэма на кухню, накормил до отвала, убедился, что сэр Маркус не против недельного загула, и вколол Сэму два запрещенных к продаже и использованию сильнейших наркотика. Что ему еще оставалось? Ни Сэма, ни Рамиро остановить было практически невозможно, а в норму они оба придут только после того, как оторвутся за восемь лет ожидания.

Моро подхватил поплывшего в никуда господина на руки и добрался до спальни. Ждать смысла не было, а потому он уложил Сэма на постель и от всей души залепил кулаком в челюсть юного демона, за что тут же схлопотал от него коленом в лицо. Это было настолько неожиданно, что Моро не успел среагировать и отлетел в угол. Рамиро его даже не заметил, потому что увидел перед носом блаженно улыбающегося Котенка, который прогнулся так сексуально, что он насадил его на себя тут же.

— Чудо ты мое страшшшное, — прошептал заплетающимся языком Сэм. — Я хочу быть твоим. Хватит притворяться милым и пушистым. Демон ты или кто?

Моро только головой покачал в великом неодобрении и похвалил себя за предусмотрительность. Наркотики не дадут Сэму чувствовать боль, что бы демон с ним ни вытворял. Рамиро сменил ипостась, обретая гигантский рост, пузыри мышц по всему телу, черную блестящую чешую по плечам, бокам и даже бедрам, острые когти и небольшие, загнутые в крендель рога рода де Сент-Перес на голове. Моро едва не рухнул обратно в угол. Вот только в разборки Наследников попасть им и не хватало. Тем более этих! Сэм принялся сладострастно скакать на большом, но, слава Великому Ничто, не безразмерном члене демона, а Моро убедился, что Рамирес де Сент-Перес по-прежнему абсолютно адекватен и разрывать Сэма на части не собирается, и бесшумно выскользнул из спальни, чтобы, добравшись до своих покоев, набрать номер, который не набирал еще никогда.

Абонент не заставил себя долго ждать.

— Добрый вечер, Ваше Величество, — склонился в поклоне Моро.

Император молча и очень пристально посмотрел на демона с экрана визора, чем заставил нервничать. Знаменитый кабинет позади него был погружен в сумрак, хотя солнце еще не село. В этом был весь Дариус: древний, бессмертный, таинственный и повелевающий даже светом и тьмой.

— Я управляющий Сэма Вилкинса, Моро Шэдоу. Однажды Тарио сказал мне, что если случится то, с чем я не смогу справиться сам, я должен сообщить об этом вам. Лично.

— За 300 лет ты не воспользовался этой возможностью ни разу, хотя поводов было более чем достаточно. Я это оценил, Моро, — наконец, доброжелательно сказал Император. Увидел, как смутился и растерялся от его слов демон, и едва заметно улыбнулся. — Ты же не думал, что следить и наблюдать умеешь ты один?

— Нет, но я не совсем понимаю, чем заслужил ваше внимание.

— Неким тайным орденом, — ответил Император. — Если бы ты был Великим Герцогом, я бы тебя за твоих слуг убил.

— Император! Я никогда не…

— Я знаю, Моро, поэтому ты до сих пор жив, — прервал его Дариус. — Поговорим о деле. Судя по всему, Сэм затащил-таки Рамиреса де Сент-Переса в свою постель.

— Как вы узна… — начал было Моро, но оборвал себя на середине фразы. Зачем спрашивать очевидное? — Да. Мне нужно что-то с этим делать?

— Нет, — одобрительно улыбнулся Император, — только сказать Сэму, что я в курсе. Все остальное он поймет сам.

— Да, Ваше Величество. Больше у меня вопросов нет, — склонил голову демон.

— Ты должен знать еще кое-что, Моро.

— Сэр?

— Скоро в вашем доме станет еще веселее. Не позволяй Сэму погрязнуть в интригах и не мешай всему остальному. Пусть детишки разбираются со своими проблемами сами, — сказал Дариус и отключился, оставляя Моро в глубоких раздумьях.

…

Рамирес стоял под душем, прислонившись спиной к деревянной обшивке стены, и наблюдал за сидящим перед собой на коленях Котенком: ласковым, умелым, беззащитным и покорным. Это сводило с ума почище его умелых губ на члене. Демон отвел мокрые пряди волос с красивого лица, провел членом по глазам, щекам, носу, стирая капли воды, и кончил в подставленный рот. Сэм облизал головку и свои порочные губы языком, попытался подняться с колен, но Рамирес ему не позволил — взял за волосы и прижал к своему паху: аккуратно, нежно, но очень настойчиво.

— Я хочу еще, Котенок.

Поцелуи разбежались по животу и бедрам, пальцы и шаловливый язык принялись за снова готовый на все член, а Рамирес впал в блаженное отупение. Вода стекала по телам, добавляя остроты ощущениям, Сэм играл губами и ртом так сладко, что терпеть долго было невозможно. Демон кончил снова и повернулся к стене лицом, подставляя спину теплому дождю, а задницу красивому члену Сэма. И он не замедлил появиться: уверенный, порочный и самый лучший на свете. Забрался в демона, дразня, завлекая, покоряя и заставляя умолять о пощаде и освобождении. Довел до последней черты и взорвался в нем, унося обоих за край.

— Рамиро, чудо ты мое ненасытное, я сдаюсь, — прошептал Сэм, уткнувшись в необъятную спину демона лбом.

Капли стекали по буграм мышц и черной змеиной чешуе демона, снова будя в Сэме желание, только вот сил для его удовлетворения не осталось. Рамирес развернулся и подхватил его на руки.

— Отличная мысль, — устало улыбнулся Сэм.

Получил глубокий поцелуй в губы, обхватил Рамиро за талию ногами и заработал огромный демонический член в задницу, но не дрогнул и ресницей. Они занимались сексом так долго, что демон растянул его под себя полностью. Никакой боли, только удовольствие: бесконечное, неостановимое и практически безвылазное. Именно такое, какое Сэм и хотел. Тарио обожал такие его приступы и не слезал с него часами. Рамиро заткнул его за пояс, чем покорил Сэма еще больше. Счет времени они потеряли давным-давно и возвращались в реальный мир только тогда, когда большая ваза на прикроватном столике вдруг снова оказывалась полна всякого рода вкусными и совершенно неприличными на вид плодами.

После фруктового секса Рамиро впадал в боевое безумие и устраивал Сэму такую порку, что кровать под ними стонала от жестокого напора могучего демона. Кровать стонала от ужаса, а Сэм от наслаждения, объяснить которое был не в состоянии. Даже кровь на демоническом члене Рамиро не могла вывести его из блаженной нирваны, в которой он пребывал, бог знает сколько времени. Так обращаться с его телом могли только Маркус и Дариус, но Сэм принадлежал им, а потому чувствовал боль только тогда, когда они хотели этого. Что с ним случилось теперь, он не понимал. Сэм бы с удовольствием вообще ни о чем не думал, но его гениальные мозги хоть и парили в голове мыльными пузырями, но думать не переставали ни на минуту. Решения давно забытых нерешенных загадок, выход из тупиковых исследований, доказательства недоказанных закономерностей, правильные ответы на несформулированные толком вопросы — все это роилось и путалось, возникало и исчезало, заставляя профессора физико-математических наук, живущего в похотливом мальке Сэме, стонать от восторга и разочарования. Он так хотел записать хоть что-нибудь из всего этого! Но Рамиро ускорял темп и выкидывал Сэма из этого Рая в другой, полный чувственных удовольствий и безмерного наслаждения. Какие записи, господи! Долгая дрожь по всему телу, лопнувшие все до одного мыльные пузыри и полуобморочный экстаз — вот и все, что ему оставалось в итоге.

Сэм почувствовал, как взорвался оргазмом Рамиро, и поежился от ласковых искорок его семени в своей крови. Они пробежались по всему телу, залечивая от и до, и собрались в теплый комок прямо в сердце. Он поспешил выгнать искрящийся шар, но тот пригрелся, прилип и уходить не пожелал. Сэм смог избавиться от него, только когда на помощь ему пришел Маркус. И Дариус. И Тарио. И даже Дэнис. Это и привело Сэма в чувство. Рамиро уложил его к себе на грудь, укрывая руками и ногами, и ненадолго притих. Сэм с трудом поднял голову, сфокусировал взгляд на прикроватном столике и обнаружил там две наклейки. Маленькую и большую. Профессор Вилкинс взял бразды правления телом, запинал ногами изможденного похотливого малька Сэма в угол и решительно приклеил пластырь на грудь Рамиро и на руку себе. Повеселились и хватит. Они оба уснули мертвым сном через минуту.

…

— Доброе утро.

Спокойный и холодный, как сама смерть, голос Моро вывел Сэма из блаженного полусна. Широкая грудь под его ухом всколыхнулась, и он тут же поднял голову.

— Тсс. Рамиро, спокойно, здесь все свои.

Демон моргнул, на мгновение крепко сжал Сэма в могучих руках и расслабился. Моро поставил большой поднос с едой на столик рядом с кроватью и посмотрел прямо в серые настороженные глаза Наследника.

— Сэр Рамирес, во избежание недоразумений, хочу вам кое-что пояснить, — вежливо начал Моро, пристально наблюдая за демоном. Тот распахнул огромные глаза во всю ширь, но не дрогнул и мускулом. Молодец! — О вашем пребывании здесь ни Великий Герцог де Сент-Перес, ни остальные Наследники не знают.

— Это хорошая новость.

— Плохая новость: ни Сэм, ни сэр Маркус в ваших разборках участвовать не будут. Я в этом доме отвечаю за безопасность и приму все меры для того, чтобы спокойствие господина нарушено не было.

— Если ты думаешь, что я позволю упасть с головы Сэма хотя бы одному волоску, то ты полный идиот, — сел на постели Рамирес. — Котенок не будет участвовать в моих интригах никогда. Даже если захочет. Я справлюсь со своими проблемами сам и не здесь. Если бы не твои снотворные штучки и не обнаженный Сэм в моей постели, я бы ушел на следующий же день! Дайте мне одежду, я уберусь отсюда немедленно.

— Что? Сдурел?! — опешил Сэм. Повалил демона обратно на постель и сел сверху. — Я тебе уйду! Деловой! Трахал меня почем зря целых…

— Шесть, — вежливо подсказал Моро, скрывая одобрительный блеск глаз прищуром. Рамирес своим поведением его откровенно порадовал.

— Шесть!!! Суток подряд, а теперь собираешься свалить? Я тебе кто? Шлюха? Поимел и дальше пошел?

— Котенок, ну что ты несешь, — попытался обнять его Рамирес. Сэм сложил руки демона на его груди и уселся на них сверху для надежности. — Я сейчас в бегах, по моему следу идет очередной убийца. Как я могу остаться? Если с тобой что-то случится из-за меня, я с ума сойду.

— Пока у меня есть Моро, со мной ничего плохого не случится, — отрезал Сэм. — У тебя есть план?

— Да, — отвел глаза Рамирес.

— Не ври, — понимающе улыбнулся Сэм. — Нет у тебя никакого плана.

— Ну… да.

— Раз плана у тебя нет, значит, идти тебе некуда. Так?

— Да, — неохотно согласился демон, — но это вовсе не означает…

— Ты хочешь меня? — перебил его Сэм.

— Конечно!

— Моро, как ты узнал, что Рамиро — Наследник Великого Герцога де Сент-Переса?

— Истинная ипостась, — пожал плечами демон. — Витые рога и черную змеиную чешую на теле демонов этого рода невозможно спутать с другими.

— А когда это ты успел увидеть меня в истинной ипостаси? — напрягся Рамирес. Моро молча, укоризненно и крайне многозначительно на него посмотрел. — О… ты подсматривал за нами в постели?

Рамирес покраснел от стыда и злости за растяпу себя. Как можно было настолько увлечься сексом, чтобы не заметить чужого демона возле постели?! А если бы это был убийца?

— Я же говорил: я отвечаю за безопасность Сэма, — голосом занудного старикашки ответил Моро. — Вы молодой необузданный демон, а Сэм — хрупкий беззащитный человек. Конечно, я приглядывал за вами!

— Ужасно, но правильно, — прикрыл пылающее лицо ладонью Рамирес, легко выдергивая руку из-под Сэма и даже не замечая этого.

Моро одобрительно прищурился и перевел взгляд на господина. Тот улыбнулся и убрал ладонь с лица Рамиреса.

— Ты останешься у меня, чудо ты мое страшное. Даже не думай возражать, ясно тебе? Мы будем радоваться жизни и заниматься сексом до одурения. Никто не узнает правду, пока ты сам этого не захочешь. Поживешь спокойно, подождешь и придумаешь план. Куда тебе торопиться? Ты же еще совсем мальчишка.

— Котенок, я все понимаю, но про мальчишку ты сказал зря, — немедленно подмял его под себя Рамирес. — Я давно уже не ребёнок. То, что мне 559 лет, вовсе не говорит о том, что у меня нет мозгов или опыта. Не смей разговаривать со мной таким снисходительным тоном! Я готов ради тебя на многое, но если ты не будешь уважать меня и не перестанешь командовать, ноги моей в твоем доме не будет. Понятно?

— Ух, какой грозный! — улыбнулся Сэм, но наткнулся на тяжелый взгляд почерневших глаз Рамиреса и передумал прикалываться. — Прости. Я не хотел тебя обидеть.

— Надеюсь, ты извинился искренне, — сурово посмотрел на Сэма демон. Отвел волосы с его лица и прошелся по нему губами. — Я останусь и позволю тебе все, что угодно, если ты пообещаешь вести себя крайне неприлично, но при этом очень уважительно.

— Клянусь! — заулыбался Сэм. — Ты меня приятно удивил, Рамирес.

— То ли еще будет, — поцеловал его демон.

Почувствовал укоризненный взгляд Моро затылком и понял его без слов: сел на постели, посадил Сэма к себе на колени и принялся за еду, не забывая практически насильно подкармливать своего хрупкого, сладострастного и очень капризного Котенка. Накормил до отвала, натянул оставленные предусмотрительным Моро штаны, посадил обнаженного Сэма на закорки и пошел с экскурсией по новому дому, проверяя столы, стены, кровати и подоконники на прочность собой и совершенно неприличным Котенком.

Планета Подземелье, Столица, 1 год и 4 месяца до дня Х

Рамирес провел рукой по стройной спине лежащего рядом Сэма. Утреннее солнце услужливо обрисовало то, что демон чувствовал рукой: выступающие лопатки, все до единого позвонки, тонкие ниточки ребер и впалые бедра. Под прозрачной кожей были видны даже голубые прожилки вен. Рамирес виновато поцеловал Котенка в копчик. Два месяца они сходили с ума — и вот результат. Если бы не все сильнее мрачнеющий Моро, Рамирес вряд ли смог бы взять себя в руки так быстро, но с сегодняшнего дня все будет немного по-другому. Устоять перед Сэмом он не сможет ни при каких раскладах, но если займется хоть чем-нибудь, то Котенок наверняка чуток успокоится. Если бы он не был таким нереально хрупким человечком! Но он был. И хрупким, и человечком. Это следовало учитывать, даже если сам Сэм забывал об этом напрочь.

Моро возник в дверях темным призраком с полным подносом еды как всегда неожиданно и своевременно. Каждое утро ровно в 8. По нему можно было сверять часы. Рамирес поднялся с постели, натянул штаны и успел поймать его за плечо до того, как демон испарился. Пришло время поговорить. Моро жутко потемнел лицом, и он тут же убрал руку, мысленно отругав себя за тупость. Сэм же предупреждал, что прикосновения управляющий терпит только от своего господина! Рамирес вышел в коридор следом за демоном и плотно прикрыл за собой дверь.

— Моро, так дальше нельзя. Я не могу устоять перед Сэмом, а он скоро станет привидением! Мне надо отвлечься.

— Что я могу для вас сделать? — повеселел управляющий.

Рамирес зажмурился, но все-таки сказал это вслух. Выбора-то все равно не было. Дзен не помогал. Только любимое запретное занятие могло спасти от него Котенка.

— Мне нужна большая светлая комната под студию для рисования. Сможешь подобрать?

Продолжительное молчание было ему ответом. Он открыл глаза и наткнулся взглядом на слегка подрастерявшего свою вечную каменную невозмутимость Моро.

— Я познакомился с Сэмом в Университете. У меня диплом художника-реставратора.

— Это крайне… необычное увлечение для Наследника рода де Сент-Перес.

— Да, я знаю, — почесал затылок рукой Рамирес, скрывая смущение. — Наш род во все времена отличался воинственностью и нездоровым помешательством на разного рода оружии. Я не исключение, просто рисование идет дополнительным бонусом.

— Вам лучше знать.

— Я открываю тебе мою слабость только ради Сэма и убью тебя, если это знание выйдет за пределы этого дома.

— Понимаю, — вернул невозмутимость на лицо Моро. — Простите, что вынудил вас давать пояснения, сэр. Мне понадобится несколько дней, чтобы все организовать. Это поручение выходит за рамки моего опыта и требует специфических… эээ…

— Не перегибай палку, — улыбнулся Рамирес. — Просто покажи несколько помещений, а дальше я все сделаю сам.

— Хорошо. Что-то еще?

— Да. Сэм приходит домой очень рано. Раньше такого не было. В чем дело?

— В вас, — пожал плечами Моро. — Сэр Маркус недоволен.

— Ты можешь сделать так, чтобы терпение Великого Герцога Барбадоса иссякло? — спросил Рамирес. — Я хочу, чтобы Сэм занялся делами и своей любимой физикой с тем же усердием, что и раньше.

— Но почему?! — все-таки растерялся Моро.

Такого он от юного демона не ожидал никак. Сумасшедшее желание распирало Рамиреса на части постоянно, и не чувствовать его было невозможно. Если к легкому, сладкому запаху Сэма все привыкли, то тяжелый, властный и чуть горьковатый аромат желания Рамиреса, как и его красивое, могучее человеческое тело, напрочь выбивали демонов в особняке из колеи. Сексуальный беспредел, что творился в доме последние два месяца, докатился даже до Моро, который пару раз не выдержал накала страстей, что бурлили вокруг Сэма и Рамиреса, и прогулялся до всем известного квартала Ню на другом конце Столицы, чтобы сбросить напряжение и прийти в норму. Успокаивать подчиненных он даже не пытался. До тех пор, пока они исправно выполняли свои обязанности, их личная жизнь его не касалась, даже если происходила у него на глазах в темных коридорах, служебных помещениях или закутках под лестницами.

— Из-за Сэма, — пожал плечами Рамирес. — Я хочу, чтобы он был счастлив и доволен жизнью.

— Внимание сэра Маркуса можете привлечь и вы, — многозначительно посмотрел на демона Моро. — Герцог терпеть не может, когда кто-то причиняет Сэму боль без его согласия.

— Что ты… О. Понятно, но я не уверен, что смогу это сделать.

— Это самый эффективный способ. Сломанной ключицы и недовольного этим сэра Маркуса хватит, чтобы вернуть Сэму мозги.

 — Ты прав, — тяжело вздохнул демон. Хотел добавить еще что-то, но дверь открылась, и из нее вылетел встрепанный со сна Сэм.

— Рамирес! Ты куда исчез?

Сэм повис на могучей шее своего демона и успокоился только тогда, когда почувствовал, как сжались вокруг него сильные руки.

— Мне нужно было поговорить с Моро, но я не хотел тебя будить, Котенок, — ответил Рамирес, целуя шею и точеное плечо перед своим носом.

— Никогда больше не пугай меня так! — прошептал ему на ухо Сэм. — Я подумал, что ты ушел бороться за власть и бросил меня одного.

— Маленький мой, ну что ты несешь? — оторвался от выступающей ключицы Рамирес. Посмотрел в расстроенные карие глаза и потерялся в них, снова забывая обо всем на свете, кроме хрупкого доверчивого человечка в своих руках. — Я никогда не оставлю тебя одного. Ни за что. Даже если мне придется уйти, я обязательно к тебе вернусь.

— Правда? — просиял Сэм.

— Правда, — улыбнулся Рамирес, открывая дверь в покои на ощупь и прижимая Сэма к стене сразу на ней. — Вряд ли я протяну без тебя долго.

— Чудо ты мое страшное! — счастливо обнял его Сэм. Выдохнул в висок: — Ты свел меня с ума.

— Не стоит терять ваши гениальные мозги, профессор Вилкинс, — попытался вынырнуть из омута Рамирес. — Они вам еще пригодятся.

— Да плевать мне на них! Я боюсь потерять тебя.

— Ты не потеряешь, — прошептал демон и утонул в нахлынувших эмоциях с головой, теряя контроль, обнимая Сэма в полную силу и, конечно же, ломая ему плечо.

Рамирес понял, что натворил, только когда посреди спальни возник раздраженный донельзя сэр Маркус, который с ходу отвесил ему чудовищной силы подзатыльник, отправляя на пол, а потом закинул на постель страшно виноватого Сэма, холодно отчитал обоих, вылечил сломанное плечо помощника и исчез так же внезапно, как и появился. Рамирес добрался до постели, получил порцию поцелуев и уверений в том, что ни в чем не виноват, накормил Сэма завтраком насильно и с легким сердцем, но яростно протестующим членом выпроводил из дома на работу, чем заслужил одобрительный взгляд всезнающего Моро и отправился вместе с ним осматривать свое будущее тайное логово.

О борьбе за титул Великого Герцога де Сент-Переса Рамирес решил подумать не раньше, чем через полгода. Пусть Кортес и Санчес бьются между собой, а он померяется силами с победителем. Хватит с него семейных традиций! Если есть хоть капля мозгов, то ими нужно пользоваться, и теперь, когда у Рамиреса был Котенок, умирать за просто так не хотелось. Кортес сильнее его, Санчес хитрее, а он был той самой золотой серединой, которая получит вожделенный титул и право на жизнь терпением.

====== Глава 2 ======

Планета Подземелье, Столица, 7 месяцев до дня Х

Неру сидел на скамейке в парке позади особняка и с тоской смотрел на яркое солнце над своей головой. Привычка шептаться с ним была у него с самого детства, но только на Подземелье он чувствовал, что его действительно слушают. Неру бессмертного оборотня-солнце Прайма никогда лично не видел, но искренне верил в то, что он за ним приглядывает чаще, чем за всеми остальными оборотнями Вселенной вместе взятыми. Это помогало в те времена, когда больше верить было не во что.

— Солнце! Я устал. Я, конечно, тот еще притворщик, но полтора года — это уже перебор. Томас дышит на ладан и рад бы умереть, но Кирилус все никак не может нас достойно убить, потому что я навострился раскрывать его коварные замыслы до того, как он добирается хотя бы до середины! Что мне делать? Я понимаю, что должен отпустить Томаса с миром и перестать держать его на этом свете, но я не могу. Не могу! Да еще наша волшебная леди Дэнис, чтоб ей пусто было! Тупая похотливая идиотка. Вот уж не думал, что наличие или отсутствие мозгов может так сильно влиять на мое либидо! Она вешается мне на шею, а меня от нее тошнит. Вот кого я бы с удовольствием убил сам.

— Неру? — сухой, тихий, но совершенно стальной голос Томаса раздался у оборотня прямо над ухом. — Опять болтаешь с Солнцем?

— Да, — потерся лицом о камзол Великого Герцога оборотень. — Тебе сейчас не до меня, а с леди Дэнис я разговаривать не в состоянии. Давай ее убьем, а? Томас, ну пожалуйста!

— Как? Она же моя фаворитка, а в несчастный случай никто не поверит, — ласково растрепал его золотые волосы Герцог. — Мальчик мой, я хочу с тобой серьезно поговорить.

— У меня уже мурашки по коже! — вскинул голову Неру. Томас смотрел на него с любовью и железной решимостью. — Я не дам тебе умереть!!!

— Ты почти довел несчастного Кирилуса до помешательства, — улыбнулся Томас. — Я, конечно, в восторге, но если он сойдет с ума, то Великим Герцогом станет Флавиус, а это совершенно неприемлемо. Полгода назад Кирилус убил младших братьев, и теперь остались только они двое. Я не позволю подстилке Кортеса де Сент-Переса стать Великим Герцогом Вальтерусом. Мои предки этого не вынесут.

— Я не виноват, что Кирилус так поглупел! — нахмурился Неру. — Сделал бы все правильно, и нас с тобой давно бы уже не было в живых.

— Волчонок, — прижал золотую голову к груди Томас. — Твоя верность и преданность выше моего понимания, но я прошу тебя подумать о Дэнис. До ее совершеннолетия осталось всего семь месяцев. Если мы трое не умрем до этого момента, она станет четвертой и погибнет в чьей-то постели ни за что. Ты этого хочешь?

— Нет, конечно! — закрыл глаза Неру. — Хорошо, давай сделаем так: на следующей неделе Кирилус в очередной раз попытается тебя убить.

— Я знаю. И что?

— Мы упростим ему задачу и займемся сексом с леди Дэнис. Когда убийцы проникнут в кабинет, я прикрою тебя ее телом. Она умрет, мы убьем наемников, и Дэнис обретет свободу. Кирилус порадуется тому, что убил хоть кого-то, придет в норму и убьет нас в следующий раз.

— Неплохой план, — задумался Томас, — только давай не будем раздеваться полностью, хорошо? Великий Герцог Вальтерус не должен уйти в другой мир голым. Предки меня не поймут.

— Ты решительно настроен умереть? — поднял голову Неру.

Томас тихо рассмеялся и крепко поцеловал его холодными пергаментными губами:

— Нет, конечно, но надо быть готовым ко всему.

— Хорошо, как скажешь.

— Иди, подготовь все как следует, — поднял его со скамейки Герцог и ласково подтолкнул к выходу из парка. — Я посижу пять минут и приду.

Оборотень подозрительно оглядел демона с ног до головы, но послушно отправился в особняк. Томас проводил его сияющую фигуру долгим взглядом и набрал номер на мобильнике.

— Вторник, вечер, — сказал он тихо и отключился.

Солнечный луч пробежался по Великому Герцогу Вальтерусу теплом и исчез, сменившись прохладным ветерком. Томас уселся на скамейку и поднял лицо к необъятному голубому небу. Совсем скоро он растворится в его бездонной глубине и обретет долгожданный покой. Кто бы мог подумать что он, Великий Герцог, будет ждать дня своей смерти с нетерпением? Только не Томас. Но иногда бывает и такое. Сильный дух в слабом, старом и больном теле. Лучше умереть в бою, чем в постели. Вчерашний сердечный приступ стал последним предупреждением. Следующего Томас уже не переживет, он знал это совершенно точно. Так что время для последней интриги пришло. Великий Герцог он или кто?

Пятая Планета Шестого Круга.

Дэнис бесцельно шаталась по офису с самого утра. Вторник. Нервы шалили, желудок бунтовал, а напарник выбешивал подозрительными взглядами. Она навернула очередной круг и наткнулась на выросшего на пути шефа. Своей двухметровой демонической фигурой он перегородил весь проход и, незаметно маневрируя, загнал ее в кабинет. Дэнис это отразила не особо и принялась рассеянно бродить по нему туда-обратно. Часы на стене показывали 11.20. Обед скоро, но думать о еде было категорически невозможно.

— В Столице сейчас уже темень и холод собачий. Зима на Подземелье, говорят, в этом году зверская, — светским тоном сказал Томаро и вручил Дэнис дурно пахнущий стакан с темно-коричневой жидкостью. — Выпей залпом.

— Там сейчас половина одиннадцатого вечера, — рассеянно отозвалась она, послушно глотая поданное.

Блэк Дог обжег рот и горло, спустился огненной лавой по пищеводу и взорвался нейронной бомбой в желудке. Дэнис отчаянно закашлялась, согнулась пополам и попыталась вдохнуть. Ей это удалось раза с третьего. Знакомые заботливые руки напарника усадили ее на диван и вытерли слезы из глаз бумажным платком.

— Тебе уже лучше? — спросил Диего.

— Не знаю, — откинула голову на спинку дивана демоница. — Яйца вам обоим оторвать за такое издевательство! А если бы я умерла?

— Мы бы славно повеселились на твоих поминках, — рассмеялся Томаро. — Расскажешь, в чем дело, леди Дэнис Вальтерус?

— Кто? — почти искренне удивилась Дэнис. — Шеф, а ты, случаем не хлебнул из бутылки раньше меня, а?

— Лейтенант, — снисходительно посмотрел на нее демон, — я стал руководителем этого департамента не просто так.

— Серьезно? А где ты работал до этого? — попыталась сменить тему Дэнис.

Чем меньше народу знает о ее настоящей личности, тем меньше потом трупов будет. Заметать следы придется очень тщательно, иначе спокойной жизни не видать.

— В Столице, в особом подразделении при Императоре Дариусе.

— В каком именно?

— В том, которого как бы нет.

— Круто, — уважительно протянула Дэнис, понятия не имея, о чем он говорит. У Императора таких подразделений было не меньше десятка!

— В общем-то, я и сейчас там работаю.

— Вон оно что! А я-то думала, что такой сильный, умный и коварный демон на этой захудалой планете забыл, — уловила суть Дэнис. — Император приказал тебе, да?

Диего уселся в кресло в углу кабинета и практически слился с обивкой. Вытащить что-либо о прошлом из жутко скрытного мужа оборотень за два года тайного совместного проживания так и не смог. Томаро отмалчивался, отнекивался, но однажды не выдержал и поклялся все рассказать, как только это станет возможным. Диего искренне надеялся, что сегодня этот день настал.

— Да. Моя задача — контролировать ситуацию на 3,4,5 и 6-м Галактических кругах.

— Ого! Император — настоящий паук и мой герой. Только зачем ты мне это рассказал? — налилась подозрениями Дэнис.

— Еще одна моя задача — контролировать тебя, — ответил Томаро, следуя инструкциям, которые получил буквально вчера и которые его насторожили.

Конечно, правду говорить легко и приятно, особенно друзьям и любимым, другое дело, зачем ее нужно говорить! Этого он не знал, а потому нервничал. Не в его правилах было оставаться не у дел, если интрига разворачивалась у него перед носом.

— Опаньки, — растерялась Дэнис.

— Ты меня откровенно порадовала, когда перестала участвовать в грабежах и разбоях и устроилась работать прямо у меня перед глазами. Мои отчеты наверняка немало повеселили Императора.

— Твои… что?!

— Дариус лично интересовался тобой и твоими успехами. Я сделал все, чтобы усложнить твою жизнь по максимуму, так что читать о тебе ему было не скучно. Когда ты вернешься в Столицу, этот опыт тебе ох как пригодится.

— Я все-таки привлекла его внимание, — прикрыла дрогнувшими руками внезапно повлажневшие глаза Дэнис. — Слава тебе, Великий Ничто!

Дариус интересовался ее жизнью лично! Это означало только одно — у нее есть реальный шанс получить все, что она хочет. Вопрос только в том, чего она на самом деле хочет. Свободы под чужим именем вдали от Подземелья или Великого Герцога под каблуком в Столице? А ведь есть еще Сэм! И Император. Он следил за ней не просто так.

— Ты уверена, что внимание Императора стоило привлекать? — усомнился Томаро.

— О да, еще как уверена! Осталось только понять, чего Дариус от меня хочет.

— Это уже ваше с ним личное дело, — пожал плечами демон. Помолчал секунду и добавил от себя лично. Грех не воспользоваться положением в корыстных целях. Демон он или где? — Имей в виду, я раскрыл тебе страшный секрет.

— А зачем ты мне его раскрыл? — спросила Дэнис, мигом возвращаясь из мечтательных раздумий о светлом будущем в реальность.

Шеф потер свою бычью демоническую шею когтями и вдруг перестал быть шефом, а стал обычным демоном Томаро: усталым, чуть злым и не слишком довольным жизнью.

— Потому что я хочу вернуться в Столицу, леди Вальтерус. Я соскучился по демонам, интригам и жестокости. Я хочу, чтобы все вокруг завидовали тому, что у меня охрененно красивый муж. Я хочу убивать его демонических поклонников направо и налево, ревновать ко всем подряд и открыто баловать. Я хочу жить на полную катушку.

— При чем тут я?

— Если ты поймешь замысел Императора и сделаешь все как надо, то станешь тем весомым камешком, что поможет мне занять место моего начальника в Столице.

— Томаро, ты настоящий демон. Я не забуду того, что ты для меня сделал, — поднялась с дивана Дэнис.

Подошла к нему, обняла его, похлопала по спине и… исчезла в яркой вспышке мгновенного портала. Томаро проморгался и неожиданно увидел прямо перед собой мрачного, как грозовая туча, Диего, который взял его за воротник рубашки обеими руками и неожиданным рывком уронил на пол. Сел сверху, прижал руки к полу и зарычал:

— Я тебе кто? Игрушка? Огонька тебе не хватает, да? Ревности?! Чертов демон! Ты ни разу не сказал, что любишь меня!

— К чему ты…

— Я думал, наша свадьба в Столице была доказательством твоей любви ко мне, а оказывается, все это было ради будущих кровавых забав! Приманку для акул из меня сделать собираешься?

— Диего, ты все не так понял, — улыбнулся Томаро, но увидел ярость в зеленых глазах и перестал веселиться. Перевернулся и прижал оборотня к полу. — Я выполнял приказ Императора.

— Женитьба на мне — это приказ?! — позеленел Диего. — Какое унижение!

— Не говори ерунды, дорогой мой. Ты не имеешь никакого отношения к моим заданиям и приказам.

— Точно?

— Да.

— А как же Дэнис? Она мой друг! НАШ друг.

— Что не мешает ей быть моим заданием, это раз, и использовать ее в своих интересах, это два. Дэнис прекрасно все поняла.

— Как это все по-демонически, — поморщился Диего.

— Я демон, и ты любишь меня именно за это.

— То, что ты сказал Дэнис про Столицу, правда?

— Да. Я хочу вернуться домой. Вместе с тобой, — ласково растрепал черные волосы оборотня Томаро. — Ты неотразим, и я хочу, чтобы все вокруг смотрели на нас с завистью и уважением. Мне надоело прятаться по углам и быть белым и пушистым. Я хочу крови и жестокости.

— Жестокости, говоришь, хочешь? — нехорошо прищурился оборотень.

— Я не нас с тобой имел в ви…

Закончить Томаро не успел, потому что Диего выскользнул из-под него и в мгновение ока защелкнул наручники на его закинутых на спину руках, а потом грубо поднял с пола, втолкнул в ванную комнату и отымел так жестоко, что вывихнул ему плечо и разодрал спину и задницу в кровь. Заставил умолять о пощаде, довел до сокрушительного оргазма, а затем приковал наручниками к трубе и исчез до того, как тот успел его остановить.

Томаро освободился, притушил эмоции и с трудом дождался вечера, но Диего домой не явился и все звонки проигнорировал. Демон пришел в неистовое бешенство и отыскал беглого оборотня на Второй планете Четвертого круга на следующий же вечер. Вытащил из чужой постели, убил любовницу, а его самого притащил домой и посадил на цепь в подвале на несколько дней: кормил с рук, бил хлыстом, резал ножом, капал воском и имел в хвост и в гриву до тех пор, пока не получил клятву в вечной верности. Снял с любимого оборотня цепи и тут же загремел в них сам.

Диего вернул Томаро все сторицей, добавил еще немного от себя лично, а потом глотнул некоего волшебного средства, забрался в его демоническую задницу ошалевшим от гормонов членом и не слезал с него целый день. Довел до исступления и полной потери контроля. Услышал ответы на все свои вопросы, а также признание в вечной любви, и только после этого разрешил кончить. Снял с любимого демона цепи, с трудом дотащил до постели и уснул мертвым сном на целые сутки, а когда проснулся, едва не зарыдал от счастья, увидев в черных глазах своего жестокого мужа искреннюю безропотную любовь.

Столица Империи демонов, Планета Подземелье

Дэнис пришла на разборку в самый последний момент. Медальон отца пеплом осыпался с ее груди, подтверждая то, что она увидела сама: Великий Герцог Томас Вальтерус лежал на ковре у камина в своем кабинете, зияя огромной дырой в груди, и был абсолютно и безнадежно мертв. Дэнис затаилась за тонкой стенкой потайного хода, выбирая удачный момент. Демоница, что изображала ее целых полтора года, была мертва, а Неру основательно побит, порезан и раздет, но все еще жив. Как она и предполагала. Оборотень был слишком вкусной конфеткой, чтобы вот так запросто позволить ему умереть. За столько лет царствования он свел с ума не только Томаса, но и обоих братьев.

Кирилус прижал его к столу лицом, запустил в сияющие плечи все десять когтей по самые пальцы и медленно потащил их вниз по спине, вонзаясь в вожделенную задницу едва живого оборотня изо всех сил, рыча и капая слюной.

— Ты мне ответишь за все, Неру. За все!!!

Рана от пули на левом боку Неру кровоточила, глубокий порез на шее заливал стол потоком крови, спина превращалась в кровавое месиво, но Наследник этого не замечал и упивался победой.

— За то, что спасал Томаса так долго, за то, что был верен ему, за то, что командовал всеми и вся в этом доме столько лет. И отдельно за то, что отвергал меня и заставлял мечтать о твоем теле! Я верну тебя туда, где ты и должен быть — на пол к моим ногам, раб. Цепь и хлыст для тебя будут самое оно.

Кирилус вошел в раж, Неру рванулся в отчаянной попытке освободиться: скинул его с себя, пошатнулся на подкашивающихся ногах, получил когтями по груди и начал оседать на пол. Наследник схватил его за горло, Дэнис потянула за рычаг, открывая проход… и замерла, потому что дверь за спиной Кирилуса распахнулась, и в нее ворвались два демона. Неру страшно захрипел и с ужасом уставился за спину Наследника, Кирилус обернулся, отбрасывая его в сторону, и налился безумной яростью, быстро приводя себя в порядок, ибо стоять со спущенными штанами в присутствии брата и Кортеса де Сент-Переса было крайне неразумно. Они явились в кабинет Великого Герцога Вальтеруса сразу после смерти Томаса не просто так!

— Флавиус, гнида паршивая! Как ты посмел притащить сюда любовника?

— Догадайся с трех раз, братец, — ухмыльнулся Флавиус.

Кирилус аж отшатнулся, с такой силой на него нахлынуло понимание и отвращение:

— Мало того, что ты подстилка де Сент-Переса, так ты его в наши семейные дела впутал?

— Прикуси язык, Кирилус, — усмехнулся драконоподобный Кортес де Сент-Перес и отодвинул хлипкого Флавиуса в сторону. — У тебя было время, чтобы убить брата и добыть титул, но ты его упустил.

— Ты не посмеешь!

— Еще как посмеет! — взорвался ненавистью за спиной Кортеса Флавиус.

— Какая разница, кто тебя убьет: он или я? — взмахом руки заткнул его Кортес. — Пока Император официально не признал тебя Великим Герцогом, ты всего лишь Наследник, Кирилус. Как и я. Все по правилам.

— Что ты творишь, Флавиус?! Опомнись! — зарычал Кирилус, в бешенстве глядя на спрятавшегося за де Сент-Переса брата. Происходящее просто не укладывалось у него в голове. — Нельзя впутывать в семейные дела чужих Наследников!!! Он уничтожит наш род!!! Тупой похотливый дебил! Позор рода Вальтерус!

— Не смей оскорблять моего любовника, Кирилус, он все-таки будущий Великий Герцог Вальтерус.

— Только через мой труп, — отрезал Кирилус, отступая к камину в поисках оружия, которым убил сестру и отца.

Дэнис замерла за стеной, лихорадочно просчитывая ситуацию. Томаро не зря рассказал ей об Императоре. Чего Дариус хотел от нее?! Древний паук наверняка знал, что сегодня здесь произойдет! И что делать? В кабинете начался бой, но исход его был предрешен. С демонами из рода де Сент-Перес старались не связываться, потому что в открытом бою им не было равных уже давным-давно. Дэнис наверняка справилась бы с Флавиусом, но вот Кортес! Его ей не одолеть никогда. Как и Кирилусу. Она посмотрела на своих братьев и поняла, что ни один из них не достоин титула Великого Герцога Вальтеруса. Флавиус по определению, а Кирилус потому, что слишком долго убивал Томаса, знал о позорной связи брата, но так его за это и не убил.

Кортес загнал Кирилуса в угол на другом конце комнаты, Флавиус скользнул к ним, вытаскивая длинный тонкий стилет, а Дэнис открыла проход, подхватила под мышки практически мертвого Неру и потащила по полу в коридор, благо до двери было всего несколько метров — демоны должны поверить в то, что оборотень выбрался из кабинета сам. Кирилус отбросил Кортеса за стол, вырвался из угла и налетел грудью на подло подставленный Флавиусом кинжал по самую рукоять. Поднял глаза от стилета, наткнулся взглядом на ускользающую Дэнис, изменился в лице и успел прохрипеть до того, как возникший за его спиной Кортес оторвал ему голову:

— Отомсти!

Дэнис прикрыла за собой дверь, положила Неру у стены коридора и посмотрела в щель. Наверное, Кирилус был не так уж и плох, раз успел понять все, что здесь сегодня и не только здесь и не только сегодня произошло. Поздно вот только понял. Кортес подозрительно оглядел кабинет, не обращая внимания на свихнувшегося Флавиуса, продолжавшего исступленно втыкать стилет в мертвое тело Кирилуса.

— Где Неру, Флавиус? Ты мне про него все уши прожужжал! Я хочу трахнуть вашего золотого мальчика первым.

— Лежал у камина, — мигом опомнился Флавиус.

Увидел кровавые следы по направлению к двери и кинулся на выход, но был пойман за шиворот железной рукой и возвращен обратно.

— Пусть ползет, — усмехнулся Кортес. — Зачем он нам сейчас нужен?

— Как это зачем?!

— Ты видел, что с ним сделал Кирилус? Оборотень не выдержит и пяти минут, а я хочу получить его как минимум на сутки! Мы дадим твоему сладкому красавчику несколько часов форы, чтобы он успел зализать раны и прийти в себя.

— Нет! Я хочу его сейчас! — рванулся к двери Флавиус. — Я ждал его 70 лет!

— Подождешь еще немного, — рассмеялся Кортес и уронил демона на колени рядом с телом Томаса. — А сейчас ты получишь не его, а меня. Ты же мой любовник и заслужил награду, без пяти минут Великий Герцог Вальтерус.

Кортес сдернул с пожилого демона одежду, поставил на колени над телом Томаса и принялся за него изо всех сил: нагло, жестоко, беспощадно и глумливо, празднуя победу рода де Сент-Пересов над Вальтерусами и наслаждаясь этим от всей души. Флавиус стонал от наслаждения и обещал луну с неба, лишь бы Кортес не останавливался, даже краем сознания не осознавая последствий своего поступка.

Дэнис от этого зрелища вывернуло наизнанку. Она отдышалась, утерлась рукавом, заткнула рот ненависти и ярости, подхватила Неру на руки и шагнула в открывшийся портал. Эти два демона ответят за все, что произошло здесь, по полной программе. Не сегодня и не завтра. Ей потребуется время, чтобы отомстить за поруганную честь рода Вальтерус как полагается. Однажды ее дети получат титул Великого Герцога, а Флавиус будет гореть в Аду вечность. Она позаботится об этом лично.

…

Моро был неспокоен. Такое с ним бывало крайне редко и обычно предвещало некие важные события. Не обязательно плохие, но влияющие на его жизнь самым серьезным образом. Именно такое у него было состояние, когда в окно кабинета Сэма ввалился Рамирес. Моро задумался и отпустил ноги на свободу. Они приведут его к месту событий сами. Тьма привычно расползалась вокруг, предлагая немного пошалить и убить или изнасиловать кого-нибудь с особой жестокостью, но демон не обращал на нее внимания. Она соблазняла его с самого детства.

Тяжелый аромат неистового желания Рамиреса накрыл идущего по коридору Моро с головой и заставил-таки улыбнуться. Почти год прошел с тех пор, как демон появился у них в доме, но в этом плане так ничего и не изменилось. Хорошо хоть Сэм немного пришел в себя и каждый день покидал дом как минимум на восемь часов. Рамирес честно старался держать себя в руках, когда он возвращался, но получалось у него не очень. Моро хоть и обладал чудовищным запасом терпения и невозмутимости, но все равно искренне не понимал, как юному демону удавалось сдерживать себя хотя бы на те полчаса, что Сэм ужинал, потому что тот принимался за совращение Рамиреса сразу, как только переступал порог.

Моро прислушался, тяжело вздохнул и отправился обходить устроившуюся на широком подоконнике небольшого зала порочную парочку по большой дуге. Сэм сидел на прислонившемся спиной к морозному зимнему окну демоне верхом, сложившись пополам и обхватив его за шею и ногами, и руками одновременно. Рамирес бережно качал его на своих бедрах, погружаясь в него глубже некуда. Моро отвернулся, чтобы не распалять в себе желание и ревность, но уши заткнуть не смог.

— Котенок, маленький мой, сладкий, что же ты делаешь со мной? Я растерял все свои мозги, всю свою гордость. Ты наполнил меня собой и превратил в изнывающее от желания похотливое чудовище. Пощади! Отпусти, пока не стало слишком поздно.

— Слишком поздно. Я предупреждал тебя, помнишь?

— Я никогда не буду твоим послушным рабом, но я не могу без тебя! Я схожу с ума.

— Чудо ты мое страшное, твоя любовь ко мне вовсе не делает тебя моим рабом.

— Демоны не умеют любить.

— Я знаю все о любви и о демонах из личного опыта и скажу тебе одну вещь: как только ты перестанешь бороться со своим сердцем, то станешь самым счастливым демоном на свете. Поверь мне.

— Обещаешь?

— Клянусь. Я сделаю для этого все.

— Тебе невозможно сопротивляться, Котенок. Я сдаюсь.

— Правда?

— Правда. Я люблю тебя.

Низкий хриплый голос Рамиреса разнесся под высокими темными сводами и ударил выбравшегося в коридор Моро в спину арбалетным болтом. Он развернулся и увидел то, чего ждал и боялся все триста лет со смерти Фаро: влюбленного по уши и счастливого до безобразия Сэма. Таким он был только в стальных руках Тарио. Моро подавил приступ бешеной ревности, глупой обиды и нелепого желания растерзать могучего Рамиреса на части. Идол как всегда недооценил собственный темперамент и тоску по сильному любящему мужчине, а потому попался в свои же сети. Слава Великому Ничто, Рамирес пал его жертвой раньше. Моро искренне порадовался тому, что хоть и сходил с ума по Сэму, но все-таки не до такой степени, чтобы хотеть его круглосуточно одиннадцать месяцев подряд и признаваться ему в любви!

Звон случайно разбитого Наследником стекла и холодный порыв ветра подтолкнули Моро к лестнице, ведущей в центральное крыло. Вряд ли Сэм и Рамирес в ближайшие сутки смогут оторваться друг от друга, так что можно было даже не пытаться привлечь их внимание и загнать в спальню. Впрочем, Рамирес не даст любимому Котенку замерзнуть, так что наверняка донесет его до теплых покоев сам. Моро спустился в большой холл и остановился на последней ступеньке широкой парадной лестницы. Тьма собралась вокруг него в кольцо, и демон понял, что признание Рамиреса, – это вовсе не то, чего он ждал. Яркая вспышка портала резанула его по глазам секунду спустя и разогнала тени по углам, а прямо перед Моро возникла невероятно красивая демоница, держащая под мышки обнаженного, окровавленного, порезанного в хлам и жестоко избитого, но все равно сияющего неярким светом золотоволосого мужчину.

— Здравствуй, Моро, — сказала девица и уронила истекающего кровью человека на мраморный пол.

Почти уронила. Моро метнулся вперед и успел подхватить его в самый последний момент, заодно вспоминая, где видел эту красотку. Фото той единственной демоницы, что умудрилась сломать Сэму плечо и осталась после этого в живых, он запомнил на всю жизнь. Сияющий ангел в руках Моро забулькал разрезанным горлом и нехорошо дернулся.

— Спаси его! — кинулась к ним демоница.

— Все будет в порядке, леди Дэнис, — спокойно сказал Моро.

Слуги возникли по обе стороны от нее и ненавязчиво взяли в кольцо. Он отрицательно качнул головой, и они сменили гнев на милость. Сонаро, что стоял к Моро ближе всех, верно оценил критическое состояние человека на руках босса и испарился практически на глазах. Операционную следовало приготовить немедленно.

— Слуги покажут вам ваши покои, — вежливо сказал Моро, поднимаясь с колен вместе с умирающим.

— Я пойду с тобой! — вцепилась в покрытую синяками и царапинами руку мужчины Дэнис.

— Нет. Вы будете мешать.

— Но…

— Кто он?

— Его зовут Неру, он оборотень.

— Тогда не о чем волноваться. Я настоятельно рекомендую вам выспаться и приготовить подобающие объяснения Сэму, юная леди. О Неру я позабочусь лично. Обещаю, с ним все будет в порядке.

— Хорошо, — сдалась Дэнис. — Иди, не задерживайся больше. Он на последнем издыхании.

Сонаро появился рядом с ними и склонил голову в поклоне, сообщая о том, что операционная готова. Моро высокомерно кивнул юной нахалке, умудрившейся через минуту после появления в чужом доме отправить его с поручением, и размеренным шагом свернул за угол, откуда рванул в медицинский кабинет со всех ног. Влетел в него, схватил подготовленный Сонаро шприц и воткнул его впавшему в кому оборотню в шею. Неру выгнулся дугой, подставляя лицо яркому свету лампы, и задышал.

Моро мысленно вытер пот со лба, укладывая оборотня на операционный стол на бок. Зарастил края широкого пореза на горле стяжателем, вытащил пулю из левого бока и порадовался тому, что она на целый сантиметр не дошла до сердца. Впал в бешенство при виде десяти глубоких кровавых траншей, порвавших спину и грудь оборотня в клочья, и разорванного в хлам ануса. Успокоился и тщательно зарастил всё это, выжимая из стоящего не одно состояние медицинского прибора все до последней капли.

Неру застонал и принялся метаться по столу, вынуждая Моро привязать его к операционному столу за руки и ноги. Это было ошибкой, потому что привело оборотня в такую истерику, что он чуть не выдернул себе запястья с мясом в попытке освободиться. Демон отцепил его от стола, подхватил на руки, и Неру неожиданно успокоился: уткнулся лицом ему в шею и затих. Продолжать лечение при таком раскладе было невозможно, и, дабы не терять время попусту, Моро отправился в ванную комнату смывать кровь, которой на них обоих было больше, чем одежды. Однако едва демон попытался сгрузить оборотня в воду, как тот вцепился в него обеими руками. Намертво. Моро заскрипел зубами в немом раздражении, залез в небольшой бассейн вместе с ним и усадил его боком на своих коленях.

С трудом отмыл с сияющего неярким светом тела кровь и только тогда понял, насколько Неру красив и совершенен.

Обнял за талию…

Провел ласковыми ищущими пальцами по прекрасному лицу, идеальным мускулам плеча, груди и бедра…

Сжал в ладони упругую ягодицу…

Неру довольно вздохнул и обнял демона еще крепче. Моро коснулся губами солнечных волос, поцеловал в висок, глубоко втянул в себя терпкий травяной аромат зародившегося в оборотне желания и…

Сонаро появился в ванной комнате очень вовремя и не дал совершить глупость.

— Моро, какого черта?! Почему ты бултыхаешься в бассейне? Да еще в одежде!

— Закрой свой болтливый рот, — проворчал Моро.

Сонаро был его прямой противоположностью и именно поэтому занимал должность заместителя: невысокий, коренастый, почти симпатичный. Веселый и болтливый. Очень и очень опасный.

— Тебе помочь или не мешать? — насмешливо спросил Сонаро, с искренним интересом наблюдая за безуспешными попытками босса выбраться из воды с оборотнем на руках.

— Помочь.

— А как? Раздеть, чтобы ты смог заняться с этим шикарным красавчиком диким сексом? Я угадал?

— Сонаро, не зли меня, — прошипел Моро. — Он вцепился в мою шею, как клещ! Или отцепи его, или вытащи меня из воды.

— Вечно ты так. Нет, чтобы воспользоваться ситуацией, — рассмеялся Сонаро, помогая боссу встать на ноги. Провел рукой по матовой коже плеча и руки оборотня и чуть не застонал вслух от вспыхнувшего желания. — Моро, отдай его мне, а? Хотя бы на пять минут! Я отымею его осторожно и очень быстро! Он даже не заметит.

— Сонаро, я вам всем яйца оторву, если вы прикоснетесь к Неру без его разрешения, — голосом самой страшной Тьмы сказал Моро. — Как и к леди Дэнис Вальтерус. Они здесь не просто так.

— Прости, я же не знал! — побледнел Сонаро и поспешил убраться подальше.

— Что бы они ни делали, мы им мешать не будем.

Моро выбрался из бассейна и пошел на выход из медицинского кабинета, оставляя за собой лужи воды. От этого чересчур красивого оборотня следовало избавиться как можно быстрее. Моро добрался до ближайшей спальни и замер в шаге от постели в раздумьях: Неру держался за шею мертвой хваткой и отпускать не собирался.

— Надо привести красавчика в чувство, — предложил Сонаро, не в силах расцепить руки оборотня на шее демона, не сломав ему при этом хоть что-нибудь. — Эй, Неру! Ау! Подъем.

— Не ори мне в ухо! — скривился от вопля помощника Моро. — Это все равно не поможет.

Задумался ненадолго, а потом сделал то, что хотел сделать в бассейне: медленно провел носом по носу, щеке и виску оборотня, незаметно поцеловал в мокрые золотые волосы и неосознанно сжал его в руках сильнее. Выдохнул неслышно в очередном невесомом поцелуе:

— Просыпайся, свет мой.

Неру довольно вздохнул и передернулся всем телом. Открыл голубые глаза, наткнулся на Моро растерянным взглядом и мигом слетел на пол. Покачнулся на подкосившихся ногах, но успел схватиться за столбик кровати и выставил вперед руку, останавливая кинувшегося на помощь Сонаро.

— Не трогайте меня! Не прикасайтесь!!!

— Успокойся, Неру, — принялся увещевать паникующего красавца Сонаро, косясь на окаменевшего посреди комнаты Моро в некотором недоумении. — Никто тебе ничего плохого не сделает.

— Где я? — не удержался на ногах Неру и плюхнулся на постель.

— В доме Сэма Вилкинса. Тебя притащила сюда Дэнис Вальтерус. Ты потерял много крови и очень слаб. Тебе нужно выспаться.

— Кто вы такие?

— Меня зовут Сонаро, а рядом со мной стоит Управляющий Сэма Моро. Он обещал Дэнис проследить за твоей безопасностью лично.

— Почему ты говоришь, а он молчит? — рассеянно спросил Неру и покорно заполз под одеяло, которое для него откинул Сонаро.

— Моро не любит болтать, — улыбнулся демон, присаживаясь на кровать рядом с оборотнем. Провел рукой по его лицу и наклонился совсем низко. — Можно тебя поцеловать? Ты такой красивый!

— Ты обещал не трогать меня! — попытался сжать кулаки Неру.

— Да, обещал, поэтому и спрашиваю.

— Тогда нет, — облегченно выдохнул оборотень, откинулся на подушки и устало прикрыл глаза. — Только не сегодня.

— А ты хитрец, Неру, — рассмеялся Сонаро. — Поманил и бросил.

— Сонаро. Достаточно, — холодный голос Моро мигом скинул сладострастного демона с постели. — Тебе больше нечем заняться?

— Прости, босс, — покорно склонил голову Сонаро и испарился.

— Спасибо, что выгнал его, — слабо улыбнулся седому мрачному демону Неру. — Судя по тому, что ты притащил меня сюда на руках и стоишь в луже воды, а я абсолютно здоров и чист, как стеклышко, именно ты спас мне жизнь и привел в порядок. Прими мою самую искреннюю благодарность.

Моро едва не съежился от стыда за дурацкий вид, выругался про себя самыми страшными ругательствами из своего богатого арсенала, окатил все еще не до конца прикрытого одеялом оборотня тяжелым взглядом с ног до кончиков золотых волос на прекрасной голове и гордо удалился, так и не сказав ему ни слова.

…

Дэнис проснулась как-то сразу. Только что спала мертвым сном, а вот уже сверлит взглядом синее небо за окном в глубоких раздумьях. Мысли начали работу с того места, на котором остановились ночью. Дэнис поняла, почему Кортес был так беспечен, отпуская Неру погулять, только когда портал на Большую Шестерку сработал впустую. Такая серьезная блокировка перемещений стоила немыслимое количество денег, но и куш в данном случае был велик: Кортес подготовил уничтожение рода Вальтерус тщательнее некуда. Слава всем богам, за эти годы Дэнис многому научилась, а потому всегда имела с собой парочку запасных вариантов. Второй портал сработал как надо и выкинул ее с Неру в том единственно безопасном месте Столицы, в которое она и так мечтала попасть все последние 57 лет.

Дэнис не хотела использовать Сэма в своих интригах, но на данном этапе у нее просто не было выбора. К тому же, он ничем не рисковал, давая им убежище. Официально леди Дэнис Вальтерус была мертва, оборотень исчез без следа, так что если они будут высовывать свой нос из дома Сэма очень аккуратно, то смогут без проблем жить у врагов под боком и следить за каждым их шагом. В том, что Неру примется мстить за себя и за Томаса сразу, как только придет в сознание, Дэнис даже не сомневалась. Она рассеянно потеребила медальон на груди: он мирно отсвечивал золотом, говоря о том, что с оборотнем все в порядке. С другой стороны, при пробуждении в незнакомом месте от Неру можно было ожидать чего угодно, начиная с похода по дому, полному демонов, в поисках Дэнис голышом и заканчивая дикой истерикой. Это заставило ее встать с постели, натянуть вчерашний безликий наряд и отправиться на поиски.

Моро попался ей навстречу буквально через пару минут. Впрочем, неожиданностью для Дэнис это не стало. За последние два года она узнала все, что только можно о Сэме, его делах, доме и слугах. Моро привел ее в полный восторг. Он вел за Сэма абсолютно все дела, начиная с обеспечения его безопасности и заканчивая управлением финансами, а уж о его тайном ордене и говорить нечего! Томаро, узнав, о ком она собирает информацию, посоветовал ей никогда с ним не ссориться. Это говорило о многом. Как и реакция Моро на ее неожиданное появление. Невозмутимо-каменный демон даже глазом не моргнул, отобрал у нее Неру и уложил баиньки через пять минут после появления!

— Сэм знает, что я здесь? — спросила Дэнис идущего рядом Моро.

— Нет. Ему сейчас не до вас. Вы идете к Неру?

— Да, с ним все в порядке?

— Да. Я провожу.

Разговор заглох, но, несмотря на зловещий вид демона, молчание было вполне себе дружелюбным и нисколько не напрягало.

— Почему ты разрешил мне остаться? — не удержалась от вопроса Дэнис.

— Были причины, — явно ушел от ответа Моро, чем безмерно ее заинтриговал.

— Может, расскажешь?

— Полагаю, сегодня вечером вы все поймете сами, леди Дэнис, — вежливо ответил Моро и открыл дверь в очередные покои.

Неру беспечно спал, скинув одеяло на пол и распластавшись посредине постели на спине, как морская звезда. Утренние солнечные лучи падали на кровать и раскрашивали его в темно-белую полоску: целого, невредимого, сияющего и прекрасного. Такого же, как всегда. Дэнис запрыгнула на него с разбегу. Обняла, прижалась к горячему родному телу и крепко поцеловала в губы. Неру ответил, придавил к постели, сдернул с нее одежду и…

— Леди Дэнис. Осмелюсь заметить, вы несовершеннолетняя. Если не хотите, чтобы Неру сгорел на вас живьем, примите меры. У него на это сил не хватит, — вежливый голос Моро холодной водой окатил обоих.

— Да что ты понимаешь! — возмутился Неру, с трудом отрываясь от Дэнис. — Мы с ней сутками напролет сексом занимались и все еще живее всех живых!

— Волчонок, не заводись, — улыбнулась Дэнис и обхватила его голову руками, возвращая к себе. — Моро просто хотел помочь. Лучше поцелуй меня! Я так рада, что ты жив и здоров!

— Знаешь, я тоже рад, — мигом отвлекся от Моро Неру. — Томас все-таки спас мне жизнь. Это ведь наверняка была твоя идея, да?

— Конечно! Твоя верность моему отцу отдавала фанатизмом. Надеюсь, ты не будешь посыпать голову пеплом и впадать в истерику по поводу его смерти?

— Не буду, — покачал головой Неру. — Я попрощался с ним уже давно, так что теперь готов к новой жизни. Герцоги рода Вальтерус остались для меня в прошлом. Конечно, я с удовольствием изнасиловал бы Кирилуса в отместку за порванную спину и задницу, но так и быть, прощу ему это. Оказывается, он тоже был от меня без ума. Это льстит моему самолюбию.

— Неру, ты самый добрый и страстный оборотень из всех, что я знаю, — рассмеялась Дэнис.

— Я вообще само совершенство, — лукаво улыбнулся Неру и принялся ее целовать.

Тяжелый взгляд Моро исчез с его спины, дверь за ним закрылась, и теперь оборотень мог поздороваться со своей давней подругой так, как ему хотелось. Они рванули вперед на всех парах, но на этот раз Дэнис успокоилась очень быстро, свернулась у него на груди и уснула так крепко, что не проснулась даже тогда, когда Неру аккуратно сгрузил ее на постель. Желудок неприлично бурчал и требовал жертв, да и Дэнис выглядела не слишком хорошо. Вряд ли она успела поесть после вчерашнего, так что мысль сходить за едой показалась оборотню очень даже разумной. Только вот из одежды мрачный демон не оставил ничего, и это мгновенно вывело Неру из себя. Он же не пленник, чтобы молча сидеть в комнате и умирать с голоду!

Оборотень стянул с постели простыню, живописно задрапировался в нее, как в тогу, и отправился на поиски съестного. И, конечно же, наткнулся на Моро за ближайшим поворотом.

— Не надо так презрительно на меня смотреть, господин управляющий! — с пол-оборота завелся от обжигающего взгляда черных глаз демона Неру. — Если бы ты оставил одежду, я бы не ходил по этому дому, как дурацкое привидение.

— Неру? Оооо! Какая красота! — жизнерадостный голос Сонаро разорвал повисшую между ними напряженную донельзя тишину в клочья. — Боюсь спросить, и куда ты в таком виде направился? В мои покои?

— Не дождешься, — улыбнулся ему Неру. — Леди Дэнис умирает с голоду, вот я и…

— Понятно. Прости, что не оставили одежду, но мы не думали, что ты так быстро оклемаешься, — не слишком виноватым голосом извинился Сонаро. — Пойдем, я провожу тебя на кухню.

— Сонаро. Сначала ты оденешь этого развратного оборотня и только потом отведешь на кухню, — скомандовал помощнику Моро, окатил Неру взглядом с ног до головы и ушел.

— Он всегда такой? — поежился оборотень. — У меня от него пупырчатые мурашки по всему телу!

— Практически, — улыбнулся Сонаро. — Ты, ежели чего понадобится, лучше меня спрашивай. Моро злить – себе дороже.

— Это я уже понял. Мне нужно опасаться за свою задницу, разгуливая по этому дому в одиночестве?

— Нет, — приобнял его демон. — Ты, конечно, суперзвезда, но до Сэма тебе далеко.

— Ага. У вас тут клуб любителей грациозных человеческих мальчиков, да? Нам с Дэнис крупно повезло.

— Не искушай меня, оборотень, — рассмеялся Сонаро и крепко поцеловал оборотня в обнаженное плечо. — Я ведь могу и передумать.

— Не надо! — поспешил отодвинуться от него подальше Неру. — Давай лучше меня поскорее оденем. Во избежание.

— Как будто тебе это поможет, — покачал головой демон и потащил в особую гардеробную. Одежду на такого королевского вида господина они смогут найти только там. Наверное.

…

Дэнис брела по коридору в глубоких раздумьях. Вкусная еда приятной тяжестью наполняла желудок, тело довольно расслабилось от недавних оргазмов, и только нервы слегка пошаливали. Во-первых, потому что Неру отнесся к тому, что Великим Герцогом Вальтерусом на днях станет Флавиус, неожиданно спокойно и равнодушно, заявив, что Томас умер от руки Кирилуса, как и хотел, Дэнис официально мертва и совершенно свободна, он сам жив и здоров, а на остальное ему наплевать. Еще равнодушнее оборотень прочитал список того имущества, что за последние годы Томас переписал на его имя и оставил под контролем Дэнис. Со вчерашнего вечера Неру стал очень, очень-очень богатым господином.

Во-вторых, потому что оборотень решил остаться с Дэнис до тех пор, пока будет ей нужен, но впредь спать с ней отказался, приведя два железных аргумента: теперь у нее есть Сэм, чтобы его любить, и все несовершеннолетние демоны Столицы, чтобы заняться сексом по-нормальному. Это и заставило Дэнис взглянуть на свое существование по-новому. Месть местью, а жизнь жизнью. Неру настоятельно рекомендовал ей как следует оторваться на молодых демонах, прежде чем идти напрашиваться жить к Сэму. Во избежание. Мысль была вполне разумной.

Дэнис шла по широким запутанным коридорам, не обращая особого внимания на то, куда идет. Солнце за окном клонилось к закату, морозные узоры разрисовали витражные окна затейливыми узорами, а будущее начинало раскрашиваться розовыми красками, когда ее замечательное настроение разлетелось в хлам.

Все началось с веселого и слегка капризного голоса Сэма, который мигом вывел Дэнис из раздумий. Она скользнула к ближайшей двери и одним глазком заглянула в широкую щель, не в силах совладать с собой. Уютная большая гостиная была пуста, а любимый голос раздавался из-за следующей двери. Любопытство и дикое желание увидеть Сэма погнали Дэнис вперед. Она ловко пересекла гостиную и притаилась за широкой портьерой окна, разглядывая желанного до боли человечка во все глаза. Мягкого света настенных светильников и последних лучей заходящего солнца вполне хватило, чтобы увидеть все подробности: Сэм сидел на огромных размеров кровати и был прекрасен. Великолепен. Дэнис сглотнула ком в горле. Она не видела его почти 60 лет, а он практически не изменился. Разве что стал еще больше напоминать неземное, удивительно изящное и почти прозрачное привидение.

— Хватит копаться! Иди ко мне.

Сэм нетерпеливо поерзал на постели, встал на колени и совершенно неприлично двинулся в сторону изножья. Мужская мускулистая спина на пару секунд перекрыла Дэнис обзор, а потом мощный, накачанный, как черти кто, и идеально сложенный черноволосый человек накрыл Сэма собой. Его плечи были в три раза шире, чем у замершего под ним человека, а нога Сэма на его состоящей из одних мускулов ягодице показалась ей детской.

— Котенок, зачем ты опять сводишь меня с ума? Я и так хочу тебя круглосуточно. Ты же не выдержишь меня долго!

Грудной, чуть хрипловатый голос резанул Дэнис по сердцу с такой силой, что она схватилась за грудь рукой. Сэм рассмеялся и перекатил могучего человека на спину. Выпрямился, вобрал в себя его большой возбужденный член и отклонился назад, открывая Дэнис лицо того, кто лежал под ним.

— Рамирес, ты слишком много думаешь и беспокоишься для представителя своего воинственного рода.

— Рядом с тобой я не воин, а мокрая тряпка.

— Глупости какие! Ты — это всегда ты, и я хочу, чтобы ты любил меня изо всех своих демонических сил и был счастлив. Здесь. Со мной.

— Я счастлив, — поднялся к нему Рамирес. Переложил его ноги за свою спину, обнял, задавая темп, поцеловал в яркие губы. — И хочу, чтобы ты знал: пока я жив, тебе свободы не видать.

Сэм обхватил его за шею обеими руками, и все до единого позвонки и ребра четко проступили на его спине, вызывая в Дэнис очередной сердечный приступ.

— Не нужна мне свобода, глупый. Я наелся ею по самые гланды. Мне нужна твоя любовь и тепло. Твое внимание и твои рисунки. Твоя сила и власть. Мне нужен ты. Целиком.

— Сэм, — оторвал его от себя Рамирес, ласково отвел разноцветные волосы с красивого лица, — пока я жив, я твой, но в роду де Сент-Перес в живых остается только один из братьев — Великий Герцог. Это закон для нашей семьи, и не мне его нарушать.

— Хочешь, я помогу тебе?

— Нет. Ты перестанешь уважать меня, если я позволю тебе решать мои проблемы. Я не хочу этого! Но обещаю, если я все-таки стану Великим Герцогом, то положу к твоим ногам весь мир.

— И будешь моим навсегда?

— Эээ…

— Рамирес! — возмутился Сэм и даже стукнул его по плечу кулаком.

— Да, конечно, — исправился демон и обнял Котенка покрепче. — Я же люблю тебя.

В конце концов, «быть чьим-то» — это не значит хранить верность, ведь верным он не сможет быть по определению: Великий Герцог обязан думать о продолжении рода ежедневно и менять жен по своему усмотрению, если это необходимо.

— Чудо ты мое страшное. Я ждал тебя триста лет, — прошептал Сэм и принялся целовать его так, что разговаривать стало невозможно. Да и не нужно.

Дэнис смотрела на то, как занимаются любовью ее самый лучший любовник и любимый, и эмоции рвали ее на части. Как же так получилось? Какой злой рок свел их вместе? И что теперь делать ей?! Все эти годы она отчаянно надеялась, что сердце Сэма не дрогнет. Что он не забудет о ней. И что? Счастливое лицо Сэма все сказало за него. Дэнис перевела взгляд на могучего, но такого беззащитного сейчас демона. Любящего демона. Рамирес де Сент-Перес — богатый, знатный и знающий все о битвах и войнах Наследник одного из самых древних, влиятельных и сильных демонических родов Вселенной. Именно поэтому он ушел от нее тогда молча, поняла Денис. Беспечный бедняк Рамиро умер в тот день, когда ему исполнилось 500 лет, а она так долго надеялась, что однажды он найдет ее снова! Романтическая слюнявая идиотка.

Стальная рука закрыла Дэнис рот и выдернула ее из укрытия так внезапно, что она даже ахнуть не успела, как оказалась в коридоре прижатой к закрытым дверям каменно-холодным телом. Моро осторожно придержал ее за горло и посмотрел жуткими черными глазами с откровенным сочувствием. Это было так странно и унизительно, что Дэнис мигом взяла себя в руки. Никто не увидит ее слабости. Никто! Разве что…

— Моро, немедленно убери от нее руки!

Зловещий голос Неру заставил демона вздрогнуть и отпустить ее шею. Моро повернул голову и смерил оборотня тяжелым взглядом с ног до головы. Тот в ответ только плечи расправил. Солнечный принц, благородный и верный. Добрый и знающий о ней все. Дэнис гордо прошагала до него, уткнулась лицом в широкую грудь и спряталась от всего мира в теплых руках своего лучшего друга.

— Леди Дэнис, если вы подумаете головой, а не сердцем, то обязательно найдете выход, тем более что Сэм всегда любил побаловаться сексом на троих.

— Ты на что это намекаешь?! — возмутился Неру.

Моро насмешливо посмотрел на него и исчез в сумраке длинного коридора незаметно и очень быстро. Как тень.

— Волчонок, мне так плохо! Сэм и Рамиро в спальне за моей спиной любят друг друга. Это катастрофа! Что мне делать?

— Тсс, герцогиня, истерики — это по моей части, — погладил ее по волосам оборотень. — Тебе надо срочно отвлечься.

— Ты прав, — оторвала лицо от надежного плеча оборотня Дэнис. — Давай оторвемся как следует, а? Вместе! Неру, миленький, ну пожалуйста! В последний раз, я обещаю. Мне мы найдем демона молодого и похотливого, а тебе могучего и сурового. Напьемся вдрызг, оторвемся всласть и устроим полнейший беспредел! А с завтрашнего дня опять станем умными, коварными и продуманными.

— Отличная мысль! Так мы оба будем в безопасности, — повеселел Неру. — Единственная проблема в том, что они увидят нас настоящими.

— Не думай об этом, — отмахнулась Дэнис. — Я их убью, и никто ничего не узнает.

— Беспощадная похотливая стерва возвращается? — рассмеялся оборотень. — Я рад это видеть, герцогиня.

— Весь вопрос в том, как нам найти подходящих любовников, — задумалась Дэнис.

— Идем в мои покои. Сеть нам поможет, — предложил Неру.

Они почти добрались до цели, когда их нашел Сонаро и предложил помощь. Дэнис согласилась, не раздумывая ни секунды, так что уже через пять минут они выбрались из гаража в насмерть затонированном флаере на улицы Столицы, опустошая алкоголь из его бара по дороге, еще через двадцать вошли в некое ВИП-заведение, а еще через десять оставили Сонаро в соседней комнате на пару с красивым юным оборотнем и завалились в постель с двумя вполне симпатичными, но накачанными наркотиками под завязку демонами: молодым и взрослым. Весь пофигизм слетел с них, едва Дэнис и Неру сняли личины, а они в который раз убедились в том, что демонов, дорвавшихся до красоты, остановить невозможно.

Ближе к утру Неру расслабился настолько, что разорвал попытавшемуся забраться к нему в задницу демону горло зубами, а молодой демон затрахал Дэнис до такой степени, что она с превеликим удовольствием свернула ему шею, чем поставила жирную точку в этой неприличной и кровавой вечеринке. Они вытащили довольного Сонаро из его комнаты, по просьбе Неру выкупили оставшегося в живых после ночи с ним юного оборотня и отправились обратно. Томаро, увидев на экране своего мобильника Дэнис и Неру живыми и невредимыми, обрадовался страшно и пообещал лично позаботиться о несчастном юнце, которого вытащил из публичного дома добросердечный Неру. Они передали мальчишку в цепкие руки какого-то демона в указанном месте по дороге домой и с чистой совестью разбрелись по своим покоям отсыпаться.

Так и получилось, что Дэнис провела в доме Сэма двое суток, узнала все его тайны, познакомилась со слугами, а он об этом даже не подозревал.

…

Сэм проснулся очень рано, чего не бывало с ним уже давно. С тех самых пор, как ему на голову упал Рамирес. Солнце даже не показалось из-за горизонта, а сна не было ни в одном глазу. Тяжелая рука по-хозяйски прошлась по его спине и привычно устроилась на ягодицах. Сэм довольно поежился и поднял голову с необъятной груди. Пухлые губы демона, как обычно, не позволили ему удержать желания в узде. Да и зачем их удерживать? Он провел по сочным половинкам пальцем. Для начала. Большой, но такой желанный член Рамиреса мгновенно обозначил свое присутствие под бедрами Сэма, и он потерся о него своим. Господи, как хорошо-то!

Почти год он просыпался и засыпал, лежа на огромном, но чертовски уютном демоническом теле юного любовника, и готов был провести на нем вечность, потому что принадлежать Рамиресу оказалось намного лучше, чем он мог себе представить. Тяжелые руки ласково, но непреклонно спустили ноги Сэма на постель, а ненасытный член забрался в него до самого конца. Медленно, уверенно и приятно до умопомрачения. Ну как Рамирес это делает? Этого Сэм так и не понял. Никакой боли, а одно сплошное удовольствие, и неважно в каком демон был обличии и настроении. Волшебный пузырек с растягивающим кишки маслом им так ни разу и не пригодился. Сэм поднялся с могучей груди и удобно устроился на железных бедрах, подчиняясь властным рукам на своих ягодицах. Сегодня они начинали утро, не торопясь, глубоко и очень интимно. Сэм провел рукой по тонкой полоске черных волос на груди демона, которая свела его с ума с первого же дня.

Профессор Вилкинс в голове похотливого малька Сэма откровенно грустил, но ничего не мог с ним поделать. Тело жило собственной жизнью и не желало прислушиваться к голосу разума. Сэм добрался губами до рта Рамиреса и застрял в нем надолго. Целоваться они оба умели и любили, а потому занимались этим замечательным занятием часто и подолгу. Особенно, когда сил ни на что другое не оставалось. Сэм оторвался от вкусных губ и перевел дыхание.

— Доброе утро, Котенок.

— Доброе утро, чудо ты мое страшное.

Рамирес ускорил темп, оставляя в мыслях Сэма только себя: властного, умного и основательного. Страстного, изобретательного и любящего. Того самого, что месяц назад вытеснил из сердца Сэма Тарио и сегодня ночью даже покусился на Дариуса. Но Маркус не позволил Рамиресу хозяйничать. Сэм и хотел бы помочь юному завоевателю, но разве он мог сопротивляться любимому богу? Конечно, нет. Именно этот факт и заставил Сэма проснуться сегодня утром так рано. Маркус расставил все по своим местам. Снова. И своим решением включил зависшие почти на год мозги Сэма в работу. Приоритеты были расставлены, каждому элементу присвоен порядковый номер и определено значение. Маркус и физика. Дариус. И только потом Рамирес. Как будто и не было этих 2500 лет!

Демон закрыл глаза и крепко сжал челюсти, поднимая квадратный подбородок к потолку. Сэм поспешил взять себя в руку, чтобы добраться до финиша одновременно с ним. Ему это удалось. Удовольствие прокатилось по всему телу, и он облегченно прижался щекой к гулко бьющемуся сердцу демона.

— Я люблю тебя, Сэм.

— Я тоже люблю тебя, Рамирес, — ответил Сэм.

Теперь он знал, как вести себя и что говорить, чтобы получить от жизни максимум удовольствия и сделать любимого демона счастливым. Четвертинка сердца, что он отдал ему, это не так уж и мало.

— Ты серьезно?

— Да, — поднял голову Сэм, — теперь в моем сердце вместо Тарио живешь ты — воин и художник, будущий Великий Герцог де Сент-Перес.

— Ты был прав.

— В чем?

— Ты сделал меня самым счастливым демоном в мире, — улыбнулся Рамирес.

— То ли еще будет, — пообещал Сэм и свел обоих с ума за минуту.

Сумасшедшее желание отпустило их только через пару часов, как раз к тому времени, когда к ним по обыкновению должен был зайти Моро с полным подносом еды. Они покорно делали вид, что завтракают, но как только за ним закрывалась дверь, забывали о еде напрочь и сегодня не собирались делать исключение.

Часы пробили 8 утра. Рамирес привычно повернулся на бок, накинул на обоих легкое одеяло и положил Сэма к себе спиной, забираясь в него до самого конца и прижимая его бедра к своим плотнее некуда. Отправляя сотни тысяч импульсов удовольствия по всему телу обожаемого Котенка и заставляя его тихо сопеть от счастья в свой могучий бицепс.

— Доброе утро, господа.

Насмешливый и уверенный женский голос совершил много всего интересного с телами и душами тех двоих, что были одним целым.

Прекрасная, коварная и непредсказуемая леди Денис Вальтерус вошла в спальню с подносом еды в руках и разбила то хрупкое равновесие, что с таким трудом обрели Сэм и Рамирес, вдребезги. Невысокая, изящная и сексуальная до дрожи в коленях демоница наклонилась над прикроватной тумбочкой, освобождая руки от подноса. Стильные джинсы выгодно обтянули стройные бедра и длинные ноги, а необычная черная футболка в облипку с рядом пуговок на плече успешно привлекла внимание к идеальной груди. Дэнис выпрямилась и уперла руки в бока.

Сэм закрыл глаза, а Рамирес спрятал лицо в его разноцветных волосах. Желание снесло обоим головы мгновенно. Им было, что вспомнить. Полтора года развратных тренировок пронеслись перед глазами Рамиреса за пару секунд, разрывая на части сокрушающим оргазмом член, а воспоминаниями и эмоциями сердце. Его глупое демоническое сердце, которое не должно ничего чувствовать по определению! Но… Дэнис была особенной. Той самой, что изменила его жизнь, даже не зная об этом. Если бы не она, он никогда не нарушил бы семейные традиции всерьез, не встретил бы Сэма, не научился рисовать и не стал счастливым. Эти мысли привели Рамиреса в относительный порядок и помогли определиться с тем бесконечным морем тепла, что разлилось по нему при виде неподражаемой леди Дэнис. Благодарность. Дружба. Именно так. И никак иначе. Наверное.

— Здравствуй, валькирия, — выглянул из разноцветных волос Котенка Рамирес и с некоторым удивлением почувствовал, как содрогнулся от оргазма Сэм.

— А ты не хочешь со мной поздороваться, профессор Вилкинс? — насмешливо спросила Дэнис.

— Не хочу, — спрятался в надежных руках демона Сэм, с трудом приходя в себя и все-таки открывая глаза.

Такого он от себя не ожидал. Воспоминания о нескольких поцелуях и редких мечтаниях в душе довели его до оргазма за несколько секунд. Что, черт возьми, только что произошло?! Последние фразы Дэнис, сказанные ею много лет назад, всплыли в его голове сами:

«- Береги Сэма, дорогой дядюшка. Однажды я вернусь и сделаю его своим.

— Ты же не Великий Герцог, чтобы делать кого-то своим, — хмыкнул Маркус.

— Я найду способ!

— Меня спросить не хочешь? — спросил ее тогда Сэм.

— Ты согласен»

Что-то в очередной раз перевернулось в душе Сэма, сбивая все настройки, значения и параметры. Профессор Вилкинс в бессильной ярости пинал ногами похотливого малька Сэма, но, конечно же, ничего не мог с ним поделать, потому что все эти годы они оба ждали, когда Дэнис придет за ними. Единственное, что слегка утешило несчастного запутавшегося ученого, так это то, что Малек не собирался сдаваться ей сразу.

— Это не очень вежливо с твоей стороны, Сэм.

— Нахалка! Явилась утром в спальню без приглашения и говоришь о вежливости? — возмутился Сэм, укутываясь в Рамиреса еще глубже. Демоница была слишком хороша, чтобы смотреть на нее спокойно. — Как ты вообще сюда попала?

— Пришла, — насмешливо ответила Дэнис и уселась на постель рядом с ними.

— Зачем? — прижимал к себе покрепче явно паникующего Котенка Рамирес.

— Не за чем, а за кем. Я пришла за ним, — улыбнулась Дэнис и ласково провела рукой по разноцветным волосам Сэма. — Я обещала ему это 57 лет назад, а я всегда держу слово.

— Никуда я с тобой не пойду, — по-глупому уперся Сэм, чувствуя себя не умудренным жизнью ученым, а самым настоящим беззащитным мальчишкой. Возбужденным мальчишкой.

— Не пойдешь, — легко согласилась Дэнис и провела пальцами по мускулистой руке Рамиреса от пальцев до самого плеча.

Сэм занервничал еще больше, потому член демона вырос в нем немедленно. Этого еще не хватало! Своей добычей он не собирался делиться ни с кем! Да и ответ Дэнис откровенно настораживал.

— Серьезно?

— А зачем? — крайне непристойно посмотрела на них обоих Дэнис.

Сэм громко застонал вслух, потому что понял все ее коварные намерения от и до. Как и то, что выгнать демоницу из дома он не сможет ни при каких обстоятельствах, потому что Дариус ему этого не простит. Чертов паук! Плетет свои тенета веками, а ему даже не намекнул!

— Тогда как ты заберешь Сэма себе? — не успел за ними Рамирес.

— Я останусь здесь, — ослепительно улыбнулась Дэнис и наклонилась к его лицу, накрывая лицо Сэма грудью. — Ни он, ни ты никуда теперь от меня не денетесь, Рамиро. Однажды ты сбежал от меня, но больше я тебе этого не позволю.

Сэм не выдержал первым. Обхватил ее за талию и укусил за трущуюся о лицо грудь. Дэнис впилась в губы демона чудовищным поцелуем, а Рамирес обхватил ее голову рукой, меняя ипостась на демоническую, перехватывая инициативу и мгновенно растягивая задницу Сэма до упора. Котенок застонал так сладко, что Дэнис откинула одеяло и схватилась за его член рукой. Он содрогнулся всем телом от накатившего оргазма и утянул демоницу за собой. Рамирес поймал ее вскрик губами и улетел за ними следом.

— Мальчики? Может, вы сдадитесь мне сразу, а? — довольно откинулась на постель Дэнис. Слизала с руки сперму Сэма, заводя этим мужчин похлеще стриптиза.

— Ни за что! — хором ответили Сэм и Рамирес.

— Так я и думала, — улыбнулась в предвкушении будущих сражений демоница и села на кровати, скрестив ноги. — Не хотите по-хорошему, будет по-плохому. Котенок, иди в душ. У тебя есть десять минут.

— Это еще почему? — растерялся Сэм.

— Потому что потом приду я и вытащу тебя оттуда за ухо. Через полчаса тебя ждут на работе, а ты еще не завтракал.

— Нахалка! Не смей мне приказывать! — возмутился Сэм. — Рамирес, любимый, выгони ее отсюда!

— Рамирес, ты затрахал Котенка до прозрачности. От него остались только глаза да набор костей! — жестко посмотрела на замешкавшегося демона Дэнис. — В твоих интересах сделать так, чтобы через десять минут Сэм сидел передо мной умытый, побритый и даже слегка одетый. Иначе я позову Моро, и вам обоим не поздоровится.

— Я сделаю, как ты сказала, если ты меня об этом попросишь, — сел на постели Рамирес. — Вежливо попросишь! Мне здесь никто не указ: ни ты, ни Моро и ни даже Сэм. Понятно?

— Подумайте, какая цаца! — поежилась от властного взгляда черных глаз демона Дэнис.

Рамирес слетел с кровати за секунду и поднял ее над постелью за горло. Мощные бугры мышц, черная чешуя по богатырскому торсу, огромные глаза и витые рога на высоком лбу впечатляли. Дэнис рассматривала его во все глаза и даже не думала бояться. Он держал ее за горло так же ласково и осторожно, как и сотни раз до этого. Кроме того, в демоническом облике его лицо оказалось куда как красивее, чем в человеческом.

— Дэнис! Я жду, — прорычал Рамирес и чуть не застонал вслух от маленькой ласковой ладони на своей руке… плече… шее… щеке…

Черт возьми! Да что же это делается-то!!! Демон зарычал и сжал ее шею как следует. Дэнис схватилась за его пальцы, но что она могла сделать против него? Ничего.

— Итак?

— Пожалуйста, — прохрипела Дэнис, и он мгновенно убрал руку, роняя ее на постель.

— Идем, Сэм. У тебя и правда совсем мало времени, — посмотрел на любимого Рамирес. Понял, что тот решил покапризничать, и подхватил его на руки.

— Предатель! — зашипел на него Сэм, наслаждаясь происходящим от всей души. — Подкаблучник!

— Не шипи, маленький мой, — улыбнулся демон, запихивая его под душ и включая воду. — Лучше поцелуй. Десяти минут нам…

Сэм не дослушал. Чего время зря терять? Они уложились в пять. Дэнис возникла в дверях в тот момент, когда они серьезно задумались о том, а не начать ли все по новой. Демоница вытащила Сэма из ванной, посоветовала Рамиресу охладиться и закрыла дверь прямо перед его носом. Он хотел было возмутиться, но вспомнил выступающие позвонки на прозрачной спине Сэма и передумал.

…

Сутки спустя Дэнис сидела на тренажере и делала вид, что качает мышцы груди. 200 квадратных метров подвала были уставлены таким количеством всякого разного рода приспособлений и устройств для самоистязания, отработки навыков борьбы и убийства, что у нее разбегались глаза. Но самое главное было вовсе не это: помимо нее в зале находилась целая толпа народу, и все они, за исключением Неру, были демонами. Это вгоняло ее в полную нирвану, и думала Дэнис о чем угодно, только не о своем теле, потому что этим за нее занимались все остальные. Еще бы! Ни один из них ни разу за всю свою жизнь не видел демоницу на тренажере. Да еще такую красивую! Если бы не приказ Моро и не Сонаро, что постоянно дежурил около Дэнис, живой бы она из этого зала не ушла.

Ароматы сексуального желания 23-х демонов смешались в один одуряющий запах в хорошо проветриваемом помещении и совершенно не желали его покидать. Дэнис вдыхала их полной грудью и не могла надышаться, и не важно, что половина из этих невероятно опасных и профессиональных бойцов сходили с ума по Неру, который, в отличие от нее, на демонов внимания не обращал и с филигранной техничностью прорабатывал свои чертовски красивые мышцы. Четко выверенное количество подходов, темп упражнений, вес груза и последовательность тренажеров говорили о том, что Неру знает свое тело, как никто в этом зале. Это понимали все и восхищались им еще больше. Всего за полчаса он прокачал абсолютно все мышцы, не вспотел ни в одном глазу и покинул зал таким же безупречным, благоухающим и прекрасным, как и вошел.

— Дэнис, господи! Где ты его откопала? — застонал Сонаро, едва за оборотнем закрылась дверь. — Он же сведет нас всех с ума!

— Сонаро, я тебя умоляю, — рассмеялась Дэнис, — не преувеличивай. Вы столько лет смотрели на разгуливающего голышом Сэма, что Неру для вас вовсе не проблема. К тому же, он страстный и любвеобильный оборотень, сто лет подряд трахавшийся с Великим Герцогом демонов. Кто вам мешает его соблазнить?

— Никто, — тяжело вздохнул демон. — Ты тут долго сидеть собираешься?

— Пока все не уйдут, — ответила Дэнис. — Если я начну делать свои упражнения при вас, то половина твоей команды осыплется пеплом на моей заднице.

— Что ж ты сразу не сказала?! — возмутился Сонаро. — Они тут специально застряли, тебя ждут, а ты!

Демон разогнал всех буквально за десять минут, и Дэнис осталась в огромном зале одна. Дошла до площадки с матами и уселась ровно посредине большого черного квадрата. Люди, конечно, слабые создания, но из своей слабости они научились извлекать пользу. Она закрыла глаза и погрузилась в другой мир: тигры, драконы, змеи, обезьяны — все это звучало очень глупо, а выглядело еще глупее, но зато работало на все сто. Дэнис замерла, присев на одну ногу, положив вторую на колено и выставив чуть согнутые в локтях руки по линии перед своим носом, когда позади нее едва заметно всколыхнулся воздух. Она среагировала моментально, но удары руками и ногой ушли в пустоту, а к ее спине прижалось знакомое могучее тело.

— Ты почти достала меня, валькирия.

Низкий грудной голос с хрипотцой, раздавшийся над ухом, мгновенно вывел Дэнис из равновесия, но большие руки вернули ей правильный настрой, потому что обхватили запястья и поставили в прежнее положение. Почти. Сильные пальцы поправили кисть, и через секунду теплая грудь исчезла с ее спины. Ужасно!!!

— Попробуй еще раз. Так тебе понадобится меньше времени, чтобы собрать руку в кулак или наоборот, выпрямить ее для колющего удара.

Дэнис не дослушала и напала на Рамиреса так, как делала это всегда: подло, грязно и наверняка. За столько лет у нее накопилось столько практического опыта, что не унести! Демон не улетел на пол только потому, что успел сменить ипостась, но Дэнис не дала ему передышки и все-таки уронила на маты. Торжество ее длилось недолго. Пробить пузырящиеся мышцы, а тем более блестящую черную чешую оказалось практически невозможно, так что уже через пять минут Дэнис только и делала, что уворачивалась от его нападок. Первые десять минут Рамирес снисходительно улыбался. Вторые десять минут сосредоточенно гонял ее по всему залу в безуспешных попытках поймать или хотя бы загнать в угол, а на 25-й минуте зарычал, прекратил играть и ускорился так, что Дэнис покрылась холодными мурашками ужаса и угодила в жестокий захват через мгновение.

— Рамирес! — с трудом прохрипела демоница, тщетно разгибая мощную руку на своем горле. — Ты меня задушишь!

— Прости, — ослабил хватку Рамирес, но из рук не выпустил, плотно прижимаясь грудью и животом к ее спине. — Ты молодец, Дэнис. То, что ты исполняла в последние полчаса, это высший пилотаж.

— Я старалась, — откашлялась она. Горячее тело демона за спиной сбивало с мысли почище хука с левой. — Отпустишь?

— Да, конечно, — отступил Рамирес. Недалеко отступил. Чисто символически. — Та странная гимнастика, что ты делала, что это?

— Люди называют это единоборством Куон-Фуо, — ответила Дэнис. — А что?

— Научишь?

— Я? — опешила Дэнис. — Тебя?

— Да, — рассмеялся ее растерянности Рамирес. — Не смотри на меня такими глазами, валькирия. Мой род помешан на войне, так что лишних знаний не бывает.

— Ты серьезно или так, поиздеваться? — на всякий случай уточнила Дэнис. — Ты же поправил мне руки!

— Я знаю отдельные элементы, они встречались мне раньше, — пожал могучими плечами демон. — А ты знаешь систему. Это очень важно. Вся твоя сегодняшняя беготня была построена на слабости и защите, но оказалась крайне эффективной даже против меня. Это поразительно, и может дать неоспоримые преимущества, если мне оторвут какую-нибудь конечность.

— Тебе оторвешь, как же, — огрызнулась Дени, скрывая ворчанием неуемное восхищение демонической ипостастью Рамиреса и жгучее желание добраться до могучего тела руками. А еще лучше губами. А еще лучше…

Рамирес взял ее за подбородок и посмотрел прямо в глаза, затягивая в бездонную черную глубину. Такую родную и желанную! Дэнис открыла рот, чтобы согласиться, но он накрыл ее губы поцелуем. Недолгим, но таким… таким… Мурашки пробежали по ее спине табунами. Рамирес приподнял демоницу над полом и прижал к груди, обнимая бережно и очень осторожно. Так же, как много лет назад.

— Почему ты мне ничего не рассказал тогда? — обхватила его за шею Дэнис.

— Зачем?

— Вместе мы бы придумали, как сделать тебя Великим Герцогом.

— Еще чего! Я со своими проблемами справлюсь сам.

— А с моими?

— У тебя есть проблемы? — удивился Рамирес. — Неру все про тебя рассказал. Ты свободна, как ветер. Я вообще не понимаю, какого черта ты тут делаешь.

— До моего совершеннолетия осталось 7 месяцев, а потом Сэм станет моим, — улыбнулась в короткие черные волосы демона Дэнис. — Я не могу покинуть его, а он никогда не уйдет с Подземелья. Это одна из причин.

— Сэм мой, и я не собираюсь его тебе отдавать!

— Рамирес, не жадничай, — рассмеялась Дэнис. — Меня устроит, если он будет нашим.

— Это как? — спросил Рамирес, чувствуя себя полным идиотом.

Хитромудрая Дэнис придумала коварный план, где он — главное действующее лицо. Сэм все понял, едва она сказала, что остается, а он, Наследник Великого Герцога де Сент-Переса, бродит в потемках и света в конце тоннеля не видит. Как же плохо жить в компании умников и гениев!

— Это же очевидно! Ты муж, я жена, Сэм — твой официальный любовник, а спим мы втроем в одной постели вечность, — снисходительно пояснила Дэнис.

— Вечность?

— Ты Великий Герцог де Сент-Перес, я Великая Герцогиня Вальтерус, а Сэм периодически спит с самим Императором. Уж три тысячи лет мы точно протянем. Даже если наши дети будут против.

— Какие дети?!

Рамирес катастрофически не успевал за буйным полетом фантазии Дэнис.

— Те, которые от тебя, будут бороться за титул Великого Герцога де Сент-Переса, а те, которые от Сэма, за титул Великого Герцога Вальтеруса. Все просто.

— Ага. Ну да, — с трудом переварил информацию Рамирес и поставил демоницу на пол. — Ты это все серьезно?

— Конечно! Мы провернем все так, что комар носа не подточит.

— Дэнис, я в этом цирке не участвую.

— Почему?! — возмутилась она и вцепилась в мощное плечо изо всех сил. — Ты главное действующее лицо! Без тебя же ничего не выйдет.

— Найди себе другую цирковую лошадь, — отрезал он.

— Ты что, Рамирес? — растерялась Дэнис. — Это же гениальный план!

— Не интересует.

Рамирес развернулся, расправил плечи во всю ширь и стремительно покинул помещение, грохнув дверью напоследок с такой силой, что треснул косяк. Дэнис стояла посреди зала и беспомощно сжимала кулаки, когда из темного угла зала к ней вышел Моро, напугав ее чуть не до икоты.

— Ты с ума сошел! — зарычала она, давая выход кипевшим эмоциям. — Так ведь и заикой оставить недолго. Ты же не привидение, чтобы из воздуха возникать!

— Простите, леди Дэнис, — вежливо покаялся демон, пряча довольную ухмылку за вечно суровым выражением на лице. Призраком его еще никто не называл. Мелочь, а приятно.

— Ты все слышал, да?

— Вы перегнули палку, леди. За тот год, что сэр Рамирес провел у нас, он ни разу не позволил решать что-то за него.

— Оооо! — простонала Дэнис. Сжала кулаки и неприлично выругалась. — Вы, мужики, такие гордые и упертые, что с вами просто невозможно разговаривать нормально!

— Осмелюсь напомнить, что сэр Рамирес не просто мужик. Он Наследник Великого Герцога де Сент-Переса. Его род старше рода самого Императора. Он не может позволить собой командовать никому!

— Да чтоб вас всех разорвало! Убила бы!

— Я к вашим услугам, леди Дэнис, — склонил седую голову Моро и едва успел увернуться от бросившейся на него демоницы.

Всю следующую неделю в особняке царило недоброе затишье. Рамирес с Дэнис не разговаривал, ходил хмурый и больше не носил Котенка на руках. Сэм устроил Дэнис грандиозный скандал, поклялся выгнать ее из дому, если она не приведет Рамиреса в нормальное состояние, и тоже перестал с ней разговаривать. Дэнис билась головой о стену в покоях Неру и ругалась, на чем свет стоит. Оборотень утешал всех по кругу, наслаждался жизнью, кипящими вокруг эмоциями и аккуратно подливал масло в огонь. Пока Дэнис и Рамирес не взорвутся, толку не будет, а в том, что они взорвутся, сомнений не было ни у кого.

Моро пристально следил за всеми четырьмя и не вмешивался.

…

Церемонию прощания с Великим Герцогом Томасом Вальтерусом Великий Герцог Маркус Барбадос пропускать не стал, ведь с его смертью уходила в прошлое целая эпоха. Да и на оставшихся в живых стоило посмотреть повнимательнее. Маркус окинул взглядом толпу родственников и едва сдержал гримасу отвращения. Смерть Кирилуса, на которого он возлагал пусть и не слишком большие, но все-таки надежды на возрождение былого величия своего рода, оказалась для него полной неожиданностью. Он ворвался к Дариусу в кабинет, едва получил эту сногсшибательную новость, в растрепанных чувствах, но подавился словами, почувствовав в муже не сочувствие и недовольство происходящим, а тщательно скрываемое нетерпение и предвкушение.

За тысячи лет совместного бытия Маркус настолько хорошо изучил любимого, что переобулся практически на лету. Сопоставил факты и проанализировал ситуацию. Подумал о том, что Великий Интриган и бессмертный Император демонов Дариус ни за что не позволил бы древнему роду Вальтерусов погибнуть или захиреть. Вспомнил о том, что настоящая Денис Вальтерус во время резни была на другой планете и в данный момент живее всех живых. Что крайне непростой солнечный оборотень Томаса исчез в неизвестном направлении. И решил ничего не предпринимать. Раз Дариус хочет устроить ему сюрприз, он не будет ему мешать и просто подыграет, а потому воспользовался прекрасной возможностью оторвать мужа от нескончаемых дел и утащил его в Солнечный дом на озере на целых три дня, периодически забывая страдать и наслаждаясь вниманием исключительно заботливого Императора от всей души.

====== Глава 3 ======

Планета Подземелье, Столица, Шесть месяцев до дня Х

Неру шел по длинному затененному переходу между правым крылом и центральной частью особняка Сэма и нервничал. Горящий взгляд главного монстра этого дома прожигал в нем дырки с самого первого дня, как они с Дэнис появились здесь. Благодаря герцогине и ее крутому нраву, три недели пролетели очень быстро. За это время Неру познакомился и переговорил со всеми обитателями этого необычного дома. Со всеми, кроме Моро.

Седого, мрачного, каменно-молчаливого и непрошибаемого даже на первый взгляд. Поджарого, как дьявольская гончая, опасного, как стая вампиров, и навевающего ужас немигающим взглядом глубоко посаженных черных глаз на аскетичном орлином лице. Именно такими Неру и представлял себе настоящих маньяков-убийц. Моро был выше него всего на полголовы, но нависал так умело, что заставлял чувствовать себя букашкой, и за все три недели не сказал ему лично ни одного слова. Ни одного!!! Только смотрел. Постоянно, неотступно и пристально. Моро так сильно отличался от всех остальных демонов, которых Неру видел в своей долгой жизни, что поразил до глубины души, а его всевидящий горящий взгляд заставлял оборотня то замирать от ужаса, то… дрожать от желания.

Неру принялся собирать о нем информацию, но выяснил очень мало, расстроился, но не сдался и продолжил нелегкое дело с еще большим энтузиазмом. Моро было всего лишь 1100 лет, в доме Сэма он жил почти 600 лет, считался лучшим учеником легендарного Тарио Фаро, но при этом никогда не занимал никаких должностей, не имел чинов или наград и довольствовался скромной должностью управляющего профессора Вилкинса. Никто и никогда не видел демона обнаженным, сексом он занимался только с Сэмом. Больше любовников у него не было, а если и были, то о них, опять же, никто ничего не знал. Моро занимался делами 24 часа в сутки 365 дней в году все те же 596 лет и ни разу за все это время не побывал в отпуске или хотя бы на выходных. Он не имел слабостей, знал все обо всем, контролировал всех и вся вокруг Сэма железной рукой и был совершенно загадочной личностью.

Коридор плавно завернул направо, тени собрались в комок самой настоящей Тьмы в углу возле статуи, а багровые лучи заходящего солнца осветили путь в пятнадцати метрах впереди. До жилых комнат было довольно далеко, и этот отрезок пути показался оборотню каким-то слишком уж неприличным и опасным. Идеальное место для маньяков, поджидающих свои жертвы. Неру поежился и прибавил шаг, а мысли свернули в знакомую колею. Если бы только Моро заговорил! Неру искренне не хотел с ним ссориться и тем более переходить ему дорогу, но демон молчал, смотрел и разжигал взглядом огонь в сердце. Весь вопрос: любви или ненависти? Оборотень еще не решил, но делал все, чтобы это выяснить и заставить Моро с ним заговорить. Ничем хорошим это молчание не кончится.

Легкий шорох за спиной заставил оборотня отпрыгнуть в сторону, но было уже поздно. Стальные руки спеленали его так, что он едва мог вздохнуть. Неру попытался запутать свои ноги в чужих, но его подняли чуть выше и с силой впечатали в стену в том самом темном углу, который он только что прошел. Каменное тело жестко прижалось к спине и бедрам, а в затылок уткнулись холодные губы.

— Убирайся к чертовой матери, Моро, — прошипел Неру.

Кто это еще мог быть? Вот именно. Только Моро. То, чего Неру ждал, случилось. Он дернулся в сторону, но неумолимая ладонь накрыла нижнюю половину его лица и повернула голову так, что при малейшем неловком движении Неру рисковал свернуть себе шею. Вторая рука расстегнула ремень и спустила с ног брюки. Забралась между ягодиц, поглаживая, растягивая, завлекая и уговаривая. Оборотень от неожиданности даже перестал сопротивляться. Моро тут же прикусил ему шею, убрал руку со рта и через секунду скользнул в его задницу членом с такой легкостью, будто жил в ней целую вечность. Задышал тяжело, схватил за золотые волосы, выгибая к себе дугой, властно поцеловал в губы и разжег в Неру пожар.

Оборотень боролся с собой изо всех сил, но это было бесполезно. За три недели бездонными черными глазами демон высушил его настолько, что хватило одной искры, чтобы он вспыхнул, как спичка. Желание затуманило Неру голову, а Моро нашел тот единственно верный вариант, который доставил ему максимальное удовольствие, забираясь в него медленно и глубоко, а выбираясь быстро и почти до самого конца. Три минуты, и Неру дернулся в отчаянной попытке не дать себе кончить. Это стало бы настоящей катастрофой! Моро в ответ вошел в него до упора, сжал плечи до синяков и взорвался в нем огненной метелью.

Неру вспомнил самые страшные издевательства из своей жизни, и желание отступило. Совсем на чуть-чуть, но этого хватило, чтобы не кончить. Великий Ничто, спасибо тебе! Демон отступил на шаг назад, давая возможность пошевелиться, Неру повернулся к нему лицом, увидел, как расширились глаза Моро при виде его стоящего колом члена, и успел залепить пощечину до того, как демон увернулся.

— Ты что думал, я кончил?! Не дождешься.

Моро в ответ молча прижал его к стене за горло, взял напряженный член в руку, но наткнулся на яростный взгляд голубых глаз и остановился.

— Убери руки, маньяк. На сегодня с меня хватит! — прорычал Неру прежде, чем успел правильно сформулировать мысль.

Моро застыл, а потом наклонился к нему, провел носом по его носу, коснулся губ виноватым поцелуем и исчез так быстро, что Неру даже моргнуть не успел. Понял, что ляпнул, проклял себя последними словами и принялся одеваться, а потом добрался до своих комнат, залез в душ, смыл с тела горько-сладкий запах Моро и… кончил, случайно вспомнив последний виноватый поцелуй. Это привело Неру в бессильное бешенство. Война только началась, а противник уже пробрался в самые тылы. Черт бы его побрал!

…

Дэнис с тоской смотрела в морозное окно. Вьюга засыпала Столицу снегом третий день подряд, а в ее жизни наступила черная полоса. Сэм ходил несчастный и злой, как собака, потому что Великий Герцог Маркус Барбадос отменил все свои дела, заперся в Солнечном доме на озере в великой депрессии и третьи сутки не отпускал от себя Императора ни на шаг. Дэнис понимала дядюшку прекрасно. Вчера вечером Император признал Великим Герцогом Вальтерусом Флавиуса. Маркус церемонию обретения власти и силы племянником демонстративно проигнорировал, чем откровенно порадовал скрипящую зубами от ярости Дэнис. Однако Сэм страшно переживал не только за Маркуса, но и за Рамиреса, который по-прежнему ходил мрачнее тучи, рычал на всех подряд и сломал несколько непрошибаемых манекенов для битья в спортзале.

Дэнис прислонилась лбом к холодному стеклу. Так дальше нельзя. Рамирес хоть и упертый осел и вообще кругом неправ, но видеть его таким было совершенно невозможно. Даже хуже, чем Сэма! Придется извиняться. Вот и предлагай демонам помощь после этого! Никаких плюшек, а сплошные шишки. Рамирес умрет, но первым мириться не будет. Дэнис наступила на горло собственной гордости, спустилась в спортзал и решительно вошла внутрь. Как и предполагалось, кроме Наследника никого в нем не было. Еще бы! За прошедшие три недели он жестоко избил абсолютно всех слуг в доме, потому что хитрый Моро прогнал через злобного Рамиреса всю свою действующую армию. Как выяснилось на практике, победить Наследника из рода де Сент-Перес было практически невозможно, и сделать это смог только сам Моро. Слуги завелись и принялись готовиться к будущим реваншам с беспрецедентным усердием, чем откровенно порадовали своего коварного и непобедимого босса.

Рамирес стоял посреди зала, закрыв глаза и гордо расправив плечи. Невыносимо шикарный в своем демоническом обличии! Чтоб ему пусто было! Дэнис закрыла дверь на стальной засов, чтобы не дать себе возможности сбежать, повернулась и наткнулась носом на могучую грудь.

— Извиняться пришла? Ну-ну, давай, начинай. Я с удовольствием тебя послушаю, — мрачно сказал Рамирес.

— Ты ведешь себя, как тупоголовый павлин, а я должна извиняться? — мигом забыла обо всех своих благих намерениях Дэнис. — Да пошел ты! Засунь свою гордость себе в задницу!

— Не смей меня оскорблять, — похолодел Рамирес. — Немедленно возьми свои слова обратно!

— Да кто ты такой, чтобы мне указывать? Беглый демон! Трусливый похотливый кролик! Слабак!

— Высокомерная стерва! Самовлюбленная хамка! Амбициозная су…

Закончить Дэнис ему не дала и заехала в челюсть так, что демон отшатнулся на целый шаг, чем она и воспользовалась. Рамирес догнал ее на матах, получил ногой в живот, согнулся пополам от боли и упал ей под ноги. Дернул за лодыжку, уронил лицом вниз, пришпилил к полу всем телом и прижал ее руки своими. Дэнис попыталась выбраться из-под него, но он повел бедрами на ее ягодицах, и она покорно замерла. Яростный порыв прошел, а переговоры можно было вести и так. Кто сказал, что эта позиция проигрышная? В ее случае все было как раз наоборот.

— Никто. Никогда. Не будет решать за меня, — стальным голосом самого твердолобого демона на свете сказал Рамирес ей прямо в ухо. — Это моя жизнь!

— Но я только…

— Больше никто и никогда!  — уперся лбом и рогами в ее затылок демон.

— Послушай меня, пожалуйста! — взмолилась Дэнис. — Просто выслушай! Ради Сэма, Рамирес! А потом примешь решение. Сам.

— Хорошо, — отпустил ее руки он. Обнял за шею и под грудью, перенося вес тела на свои локти. — Я слушаю.

— Ты самый лучший на свете демон, — облегченно уткнулась в сгиб его руки лбом Дэнис.

— Не подлизывайся, я на твои авантюры еще не согласился.

— Но ты согласился меня выслушать, а это уже немало, — потерлась щекой о его бицепс она.

— Ближе к делу, — обхватил ее грудь широкой ладонью Рамирес. — Зачем ты осталась в этом доме на самом деле? Чего ты хочешь?

Дэнис довольно вздохнула, провела губами по смуглой руке демона от локтя до запястья и почувствовала выросший выступ между своих ягодиц. Оуу! Ну почему она все еще несовершеннолетняя?!

— Я хочу отомстить Флавиусу и вернуть роду Вальтерус былое величие. У нас с тобой общий враг — Кортес де Сент-Перес, который трахает моего умалишенного братца вот уже два года, а теперь распоряжается всем и вся в роду Вальтерусов. Почему бы нам не заключить соглашение? Я помогу тебе, а ты поможешь мне. Что в этом плохого? Как это ущемляет твою гордость?

— Пока никак.

— Вот и я о том же. Мой план состоит из двух этапов. Сначала мы делаем тебя Великим Герцогом де Сент-Пересом, так или иначе убивая Санчеса и Кортеса.

— Так или иначе?

— Рамирес, это сейчас не важно. Сосредоточься на главном!

— Ну, знаешь, для меня мой титул — главное.

— Для меня тоже, потому что вторая часть плана зависит от этого напрямую. Только Великий Герцог в состоянии победить Великого Герцога, не умирающего от старости, и защитить свою жену.

— Ты опять за свое!

— Да! Опять! Я должна выйти замуж за Великого Герцога, который не затрахает меня насмерть и не позволит сделать это остальным! У меня нет другого выхода!

— Есть. Ты же официально мертва, а потому можешь обрести истинную ипостась втихую и уехать куда…

— Я хочу жить, не скрываясь ни от кого, здесь, в Столице! Я имею на это полное право!!!

— Согласен, — принялся успокаивать разбушевавшуюся демоницу поцелуями Рамирес.

— Согласен на все? — немедленно переключилась Дэнис.

— Нет, — рассмеялся Рамирес. — Ты еще не закончила меня уговаривать, но идешь по верному пути. Продолжай.

— Так вот, сразу после обретения мною второй ипостаси в церемониальном зале Вальтерусов, ты объявишь меня своей женой и бросишь вызов Флавиусу, которого мы заманим туда с помощью Неру. По традиции муж Наследницы, победивший Великого Герцога в поединке один на один при свидетелях, занимает его место во главе рода.

— Хороший план, — задумался Рамирес. — Только вот есть одно «но».

— Какое?

— Я к тому времени уже буду Великим Герцогом де Сент-Пересом и ни под каким соусом не смогу стать Великим Герцогом Вальтерусом.

— И это прекрасно.

— Да?

— Да, — злорадно улыбнулась Дэнис. — Потому что тогда Император вынужден будет сделать главой рода Вальтерусов меня. Любой, кто попытается оспорить это, будет иметь дело с тобой.

— Ты станешь вселенской знаменитостью, первая в истории демонов прекрасная Великая Герцогиня, а это значит, что только ленивый не попытается тебя умыкнуть, убить или затрахать. Мне придется охранять тебя круглосуточно. Перспектива не радует.

— Рамирес, — попыталась перевернуться Дэнис, но он в ответ лишь повел бедрами и обхватил ее грудь еще крепче. — Вспомни, как нам было хорошо в постели. Обещаю, после моего совершеннолетия будет еще лучше.

— Сменила тактику? — рассмеялся в ее висок демон. Заблудился в ушке языком и прикусил мочку.

— Ты же похотливый демон. Должно сработать, — прошлась по его руке зубами демоница, чем заработала долгий поцелуй в шею.

 — Ты слишком красивая, горячая и развратная для Великой Герцогини, — перевернул ее на спину одним неуловимым движением Рамирес, прошелся поцелуями по лицу, заставляя довольно вздыхать. — Твое место в моей постели, а не во главе рода.

— Тогда твоя демоническая гордость будет спать спокойно, да? — понимающе улыбнулась демоница. Обхватила его голову руками, добралась пальцами до загнутых в кольцо рожек и почесала у основания.

Рамирес ощутимо вздрогнул и закрыл глаза, скрывая накатившее наслаждение.

— Да.

— Уговорил. Я буду командовать и пользоваться мозгами, только когда тебя не будет рядом.

— Стоп! Ведьма ты, а не демоница! — разом пришел в себя демон.

— Есть немного, — рассмеялась Дэнис, обнимая его за мощную шею. — Соглашайся, Рамирес. Подумай о том, как мы занимаемся сексом с Сэмом втроем. Тебе ведь не нужен больше никто!

Рамирес накрыл рот коварной демоницы ладонью и даже уперся в свою руку рогами для надежности, чтобы успокоить похоть и включить мозг. Нужен ему кто-то еще или нет — вопрос спорный, но вот Сэм — это железный аргумент, если учесть то, как он на Дэнис смотрит. Как по-особенному пахнет, когда она рядом. Рамирес даже не мог толком его к ней ревновать, настолько чистым, ярким и хрупким был этот запах! Он не мог позволить Сэму страдать от тоски по Дэнис, даже если для этого ему придется спать не с ними, а с оружием, охраняя их, вечность.

— Если Сэм согласится стать нашим официальным любовником, я согласен, — убрал руку демон.

— Мы не будем задавать ему этот дурацкий вопрос.

— Почему?

— Потому что он согласен!

Рамирес рассмеялся, подхватился с пола, поднимая Дэнис следом, и исчез из зала быстрее ветра, оставляя ее в возбуждении, великой радости и все больше крепнувшей вере в то, что все в ее жизни будет так, как она того захочет.

…

Сэм поспешно выключил планшет, через который наблюдал за переговорами в зале, спрятал его под кровать и принял позу самого несчастного человека во Вселенной. Прогнулся в пояснице, чуть сдвинул ногу на постели. И самого сексуального! Сэм хотел наверстать кошмарный месяц воздержания немедленно. Ему это удалось, потому что Рамирес слетел с катушек, едва его таким увидел. Их недельный секс-марафон не стала прерывать даже Дэнис с непременными утренними завтраками, потому что на пару с Сонаро на целых две недели стала постоянной посетительницей некоего закрытого Вип-заведения в квартале Ню. Неру в их сексуальных развлечениях участвовать отказался, чем поразил обоих до глубины души и поверг бдящего в оба глаза Моро в настороженные раздумья.

Четыре месяца до дня Х

Неру с тоской смотрел в несгибаемую спину Дэнис. Чтоб ей по ночам не спалось! Он ненавидел подвалы лютой ненавистью. У него на них была самая настоящая аллергия. Оборотень все свое детство провел среди бескрайних степей и открытых пространств, а все его мучения происходили именно в таких вот местах: тусклый свет редких светильников, узкие пыльные коридоры, стены, увитые бесконечными змеями проводов и труб, запах гнили и крыс. Пыточных и мертвецов. Похоти и грязного секса.

— Что мы ищем?

— Потайной ход, — ответила Дэнис.

— С чего ты взяла, что он тут есть?

— Это же дом Тарио Фаро! А он был главой Службы безопасности Императора. Здесь не может не быть потайного хода. Вдруг он пересекается с тем, что мы нашли в нашем особняке, где-нибудь в катакомбах? Я устроила бы Флавиусу ад на Подземелье без особых усилий!

— Кровожадная маньячка, — пробурчал Неру. — Отпусти меня, а? Я не могу здесь находиться. Если бы я знал, куда ты меня потащишь, то отказался бы сразу.

— Все так плохо? — рассеянно отозвалась Дэнис.

Коридор перед ними разделился на два, и она остановилась в раздумьях: один был светлым и прямым, а второй темным, коротким и заканчивался ржавой лестницей вниз. И куда дальше?

— Да. Плохо.

— За эти годы я совсем забыла, как ты ненавидишь подземелья.

— Так я ж напоминаю!

— Эй? Здесь кто-то есть? — далекий голос вывел ее из раздумий и заставил поторапливаться.

— Твой поход провалился, — обрадовался Неру. — Нас застукали. Ура! Идем обратно.

— Да ну тебя! — отмахнулась Дэнис и решительно свернула в темный коридор.

Не прошли они и десяти метров после спуска с лестницы, как наткнулись на демонов. Конечно же, это были Моро и Сонаро. Кто бы сомневался! Они технично перекрыли проход и многозначительно уставились на непрошеных гостей, медленно отжимая обоих к стене. Дэнис выпрямила спину, уперла руки в бока и с вызовом посмотрела на мрачного, как сама Тьма, Моро. Она не позволит ему над собой нависать, хоть какого он будет роста. Ни за что! Она без пяти минут Великая Герцогиня, а он слуга. Пусть и очень особенный.

— Леди Вальтерус. Что вы здесь делаете?

— Мы искали потайной ход. Я хочу знать, можно ли по нему попасть в особняк Вальтерусов, — честно ответила Дэнис. Врать Моро смысла не было.

Демон задумчиво посмотрел на нее, затем медленно просканировал Неру с головы до ног, и они с Сонаро отступили чуть в сторону, открывая коридор в обе стороны. Дэнис обрадовалась, а оборотень за ее спиной не сумел сдержать облегченный вздох.

— Из потайного хода есть выход в древние катакомбы, что пронизывают нутро Столицы вдоль и поперек. Мой помощник покажет то, что мы уже знаем, и поможет найти то, что вы ищете.

— Оу… — растерялась Дэнис. Моро не запретил, не остановил, а помог! Такого она от скрытного управляющего никак не ожидала. — Спасибо, Моро. В следующий раз я сначала спрошу у тебя то, что меня интересует, а уж потом отправлюсь на несанкционированные поиски. Обещаю.

— Надеюсь, следующего раза не будет, — вежливо склонил седую голову демон.

— Я тоже на это надеюсь, — не удержался Неру, чем заслужил очередной обжигающий Тьмой взгляд невозмутимого Моро.

— Ладно, раз уж мы полюбовно разобрались, пора двигаться в путь, — поспешила вклиниться между ними Дэнис.

— Неру пойдет с вами? — насмешливо поднял бровь Моро. — Он не похож на того, кто может спокойно разгуливать по каменным катакомбам и вонючей канализации. Я могу вывести его наверх.

— Зато ты похож! Здесь для тебя самое место, — мгновенно завелся оборотень. — Дорогу обратно я и без тебя прекрасно знаю.

Моро уставился на него в упор, Неру сжал кулаки в ответ. Дэнис положила руку на широкое плечо оборотня, не давая делать глупости.

— Ты прав, Моро, не стоило его сюда тащить. Мы и без него справимся.

— Дэнис, я… — замялся Неру, не зная, что хуже: брести по жуткому потайному ходу в полной темноте с демоницей или возвращаться на свободу в компании Моро.

— Иди наверх, а то совсем белым станешь, — мягко подтолкнула в спину оборотня Дэнис.

Неру по инерции шагнул вперед, а она подхватила Сонаро под руку и решительно направилась во тьму коридора, оставляя оборотня на съедение седого монстра. Моро насмешливо поклонился и отступил к стене, открывая ему путь к свободе. Неру выпрямил спину и упрямо сжал челюсти. Вряд ли он сможет идти спокойно, если будет чувствовать горячий взгляд демона на своей заднице и затылке. Неру было и так чертовски не по себе, а от этого и вовсе поплохеет. Вот только истерики ему и не хватало!

— Я впереди не пойду. Ни за что!

Демон нахмурился и сделал шаг вперед, вынуждая Неру отступить. Молча и неумолимо надвинулся на него, обходя сбоку, чтобы заставить идти первым…

Свет истерично моргнул и погас, а вокруг повисла полная темнота. Моро метнулся вперед, жестко схватил оборотня за плечо, в надежде удержать на месте…

И Неру сорвался. Паника захлестнула его с головой, а вспоминания о пытках работорговцев вспыхнули так, будто это было вчера. Он обернулся волком и рванул по коридору со всех лап, не разбирая дороги. Оборотень прекрасно видел в темноте, и от этого ему становилось еще хуже. Черные змеи проводов гнались за ним по стенам, крысы сверкали красными глазами изо всех щелей, а вечный запах гниющих трупов бил прямо в мозг, говоря о том, что выхода отсюда нет. Неумолимые беззвучные шаги за спиной лишь подтверждали это. Смерть кралась за ним по пятам и в этот раз вовсе не собиралась его отпускать.

Свет зажегся внезапно и ослепил волка напрочь. Неру по инерции пролетел несколько метров вперёд вслепую, проморгался и вдруг обнаружил, что стоит в каменном мешке, из которого был только один выход. Он медленно развернулся, прекрасно зная, кто встанет на его пути к свободе. Моро стоял в дверном проеме, и древняя, как мир, Тьма расползалась от него во все стороны. Неру чувствовал ее всем своим солнечным существом и терял последние крохи самообладания. Моро пошевелился, и оборотень мгновенно вернулся в тело человека. Этот смертельно опасный демон свернет его волчью шею на раз, а так хоть какой-то шанс выжить! Прошлое и настоящее смешались в голове оборотня, не давая реально оценивать ситуацию. Моро шагнул в комнату и пошел прямо на него. Неру кинулся вправо и вниз, но демон не дал себя обмануть и перехватил его у самого пола. Поднял за горло и впечатал спиной в холодную каменную стену. Неру захрипел и начал отбиваться, но демон прижал его намертво, уперся лбом в лоб и замер каменным изваянием. Оборотень безнадежно дернулся и затих, закрывая глаза и поднимая лицо к потолку.

Моро переложил безвольные руки Неру на свои плечи, приподнял за ягодицы, вынуждая раздвинуть ноги, провел носом по носу, выдохнул теплом в висок, оставил цепочку поцелуев по плечу и медленно провел рукой от колена до самой щеки. Неру вздрогнул и вдруг понял, что здесь и сейчас никто ему не угрожает, что ведет он себя, как последний идиот, что висит на стене абсолютно голый, потому что потерял одежду после оборота, и что в пах ему упирается возбужденный, но еще спрятанный в штаны член Моро. Открыл глаза. Вспомнил все те девять раз, когда демон подлавливал его одного…

Немыслимое облегчение нахлынуло на Неру, снося все на своем пути. Желание, азарт, огонь борьбы вспыхнули в нем ярким светом, и он прокусил демону губу до крови, сжимая руки вокруг его шеи, запуская пальцы в седые волосы и обхватывая ногами изо всех сил, чтобы не дать ему возможность выпустить свой член на волю, но Моро это задержало только на минуту, а потом он ворвался в его задницу победителем. Снова провел носом по носу Неру и принялся целовать окровавленными губами, сводя с ума умелым языком, неумолимым напором и жестокой осторожностью. Запах крови и запредельного возбуждения не дал им продержаться долго. Моро вздрогнул от накатившего облегчения, прикусил шею оборотня и слизал всю кровь с его лица языком. Неру зарычал и выгнулся от сокрушительного мысленного оргазма. Открыл глаза и опустил ноги, вынуждая демона отступить. Моро жадно оглядел его обнаженное тело с ног до головы… увидел стоящий колом член… сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев, и заскрипел зубами.

— Десятый раз, безмолвный истукан. Ты кончил, а я нет. Так кто кого отымел? — с трудом усмехнулся Неру.

Страсть в нем рвалась наружу, вопила на все голоса и билась в истерике. Если бы Моро сейчас сказал хотя бы слово, он бросился бы на него, как сексуальный маньяк. Разодрал одежду в клочья, зацеловал насмерть и позволил бы все, что угодно. Но демон молчал, не желая признавать свою слабость. Не давая себе ни единого шанса на что-то большее, чем бессмысленные попытки избавиться от невыносимого желания быть так близко, как только возможно.

— Идем, сумрачный демон. Мы должны найти мою одежду, прежде чем выберемся отсюда, — грустно сказал Неру и повернулся к выходу, скрывая накатившую боль.

Откуда она взялась? Черт ее разберет. Оборотень знал этого невыносимого демона всего три месяца, а казалось, всю жизнь. За это время Моро так и не сказал ему ни слова. Ни одного чертова слова!!! Вообще! Ни разу не ответил ни на одно оскорбление, ни на один вопрос, ни на одно приветствие. Только следил в оба глаза и днем, и ночью. Подлавливал в темных коридорах, каждый раз по-разному прижимал к стене, дышал тяжело, отчаянно целовал взасос, да хозяйничал в его заднице так, будто жил в ней лет сто, не меньше, и выучил все закоулки и тайные места наизусть. Заставлял рычать от наслаждения и взрывался в нем огненной метелью. А потом смотрел на его возбужденный член, сжимал кулаки и скрипел зубами. Моро молчал, а Неру не позволял себе кончить от его невыносимо сладких ласк. Вот и вся любовь. А что это, если не она?

Неру вздрогнул от тяжелой руки на плече и пошел вперед. Правильно так пошел, красиво и очень провокационно. Далеко он не ушел, потому что Моро тяжело задышал ему в затылок, прижал лицом к стене и слегка в нем похозяйничал, но кончать не стал, а оторвал от стены, притянул к себе за бедра и плечи, забираясь в него по самые яйца, прогибая в талии, и дальше они пошли вдвоем. Мысленно Неру кончил раньше, чем они добрались до его одежды. А когда добрались, Моро поставил его руки на стену, наклонил под тусклым светильником и принялся за него всерьез, наказывая за упрямство, выливая растерянность и страсть, впервые лаская обнаженную спину и плечи руками и губами. Снова взрываясь в нем огненной метелью и оставляя его победителем.

Моро скрежетал зубами все те пять минут стриптиза, что исполнил для него медленно одевающийся Неру, который даже не пытался маскироваться, доводя демона до белого каления. Как по-другому заставить его говорить? Как?! Но Моро молчал.

— Ты со мной вообще никогда разговаривать не будешь? — безнадежным голосом спросил Неру напоследок.

Моро посмотрел на него затравленными глазами, крепко поцеловал в губы и повел по мрачному коридору, направляя твердой рукой на плече. Оборотень спокойно шел впереди демона и не боялся больше ничего. Теперь он мог ходить по бесконечным тоннелям и коридорам в полной темноте часами. Ему было, о чем вспомнить, чтобы разбить любой свой страх вдребезги.

Три месяца до дня Х

Флавиус стоял у камина в отцовском кабинете и никак не мог согреться. Весенний дождь за окном отчаянно поливал древний дуб, призывая явить-таки зеленые листья новой жизни солнцу, но тот, как и Флавиус, мерз и просыпаться от зимней спячки не желал. Пламя лизало руки демона, но толку от этого было мало. Могильный холод, казалось, проник даже в душу и поселился там навечно. С тех пор, как умер Томас и Кирилус, а Неру исчез в неизвестном направлении, жизнь Флавиуса превратилась в ад. Даже понимание того, что он теперь Великий Герцог, не помогало. Ничего в его жизни после получения титула не изменилось. Ничего! Все то же скрытое презрение на лицах слуг, все те же насмешки знакомых и полный игнор со стороны сэра Маркуса, который был на похоронах Томаса, но не счел нужным появиться на церемонии посвящения в Великие Герцоги Флавиуса. Это говорило только об одном: при дворе Императора ему уготована участь помойной шавки, по недоразумению попавшей в стаю королевских гончих.

— Я Великий Герцог Вальтерус! Это все мое!

Слова разлетелись по кабинету и осыпались осколками презрения Флавиусу под ноги. Три месяца назад Император официально объявил его Великим Герцогом Вальтерусом, но ни особняк, ни этот кабинет, ни фамильное кресло демона не приняли. Флавиус чувствовал это шкурой. Всей своей продажной, похотливой и частенько порванной в хлам когтями Кортеса де Сент-Переса шкурой. У демонов нет совести и чести, это все знают. Какая разница, как именно ты получил титул? Свидетели мертвы, а ты жив и будешь жить еще три тысячи лет.

На практике выяснилось, что разница есть.

— Я имею право работать здесь! Это МОЙ кабинет!

Ненависть и презрение обрушились на Флавиуса со всех сторон с такой силой, что он схватился за голову и опрометью бросился вон. Ему казалось, что все предки до единого смотрят ему во след и проклинают за трусость и подлость, неподобающую даже простому демону, не говоря уже о Наследнике великого рода. Он посмел впутать в разборки чужого Наследника, отдался ему сам и, что самое страшное, отдал в его руки власть. Если первое предки могли простить и понять, то последнее — никогда, и Флавиус прекрасно это понимал. Теперь понимал. И знал, что виноват и что ответит за содеянное сполна.

— Я буду жить еще три тысячи лет! Плевать я на вас хотел!

Его крик разнесся по безлюдному коридору, а ответом стало насмешливое эхо.

— Хотел… тело… Неру…

Флавиус заткнул уши руками и прибавил шаг. Откуда они знают про оборотня? Откуда?! Да, он хотел трахнуть Неру с тех пор, как увидел впервые, ну и что? Он и сейчас готов на многое, чтобы заполучить оборотня в свою постель, потому что только переспав с ним, сможет раз и навсегда покончить с отцом и тоскливым прошлым неудачника.

— Оборотень — сексуальная игрушка Великого Герцога! Это традиция! Что вам не нравится?!

— Нравится… нравится…

Насмешливое эхо было полно сарказма и предвкушения, словно знало, что Великим Герцогом Флавиусу быть долго не суждено. Где-то глубоко в душе он и сам это знал: полные ненависти и презрения синие глаза Маркуса Вальтеруса на похоронах отца обещали скорую и мучительную расправу. Флавиус не подумал о нем, когда затевал всю эту возню с де Сент-Пересом, как и не подумал о том, что будет делать с Кортесом после того, как станет Великим Герцогом. Он просто хотел убрать Кирилуса и отца чужими руками! И не верил в то, что у него хоть что-то получится. Так или иначе, но прошлое изменить невозможно, а разбираться с последствиями своих поступков у Флавиуса сил не осталось. Что прикажете делать с Наследником самого воинственного рода на Подземелье или с мужем Императора демонов? Да он даже с братом и рабом-оборотнем самостоятельно разобраться не смог! О чем говорить? У кого искать совета? Как успокоить предков? Какой из него Великий Герцог, если он не в состоянии провести в рабочем кабинете отца больше десяти минут кряду?!

Паника не отпустила Флавиуса даже в спальне. Он накрылся одеялом с головой и набрал номер Кортеса — единственного демона, который мог прогнать страхи и вернуть ему разум, пусть даже ценой гордости и чести целого рода.

— Кортес, я хочу тебя!

— Рад за себя. Ты проверил счета Томаса? Выяснил, кому он отдал треть состояния вашего рода?

— Еще нет, но я дал задание…

— Как выяснишь, так я к тебе и приду. Выебу во все щели в награду без всяких тормозов. Тебе понравится. Ты будешь просить меня не останавливаться.

— Я прошу сейчас, Кортес. Умоляю! Я сделаю все, что угодно, только не оставляй меня одного этой ночью.

— Заставь своих сотрудников работать и найди эти чертовы деньги. Они мне нужны! Иначе я разберусь с твоими недоумками-бухгалтерами сам, а тебя накажу так, что неделю ходить не сможешь, хоть какой ты там Великий Герцог. Понял?

— Да. Конечно. Только приходи!

— Приду.

…

Дэнис проследила за убегающим Флавиусом камерой слежения, поправила висящий на груди медальон с встроенным датчиком направленного излучения и шагнула в кабинет отца, аккуратно прикрывая за собой дверь потайного хода. Согрела руки над пламенем камина, поправила статуэтку на полке и подошла к отцовскому столу.

— Флавиус тебя не достоин, а я вот очень даже, — сказала она ему, а заодно и изображениям предков на стенах. Так, на всякий случай, мало ли.

Они промолчали, ведь ей на мозги никто излучением не давил, так что Дэнис уселась в фамильное кресло, проверила камеру, следящую за Флавиусом, и принялась за работу. Свести с ума неуравновешенного слабака-брата несложно, сложно ускорить смерть Великого Герцога де Сент-Переса, убить Кортеса и Санчеса до того, как они попытаются убить Рамиреса, и не допустить открытой схватки между братьями, исход которой непредсказуем. На все про все у нее оставалось всего три месяца!

Конечно, времени даром они с Рамиресом не теряли: нашли-таки потайной ход, соединяющий особняк Сэма с особняками Вальтерусов и де Сент-Пересов, придумали способ сводить с ума Флавиуса, подготовили все для церемонии совершеннолетия Дэнис и мгновенной свадьбы, но на этом дело застопорилось. Братья де Сент-Пересы оказались Наследнице рода Вальтерус не по зубам, и попытку их убить даже толком не заметили, словно от мухи сонной отмахнулись. Рамирес, конечно, предупреждал, что с ними справится только он сам, но она должна была убедиться в этом лично и попробовать еще раз. А вдруг? Нет ничего невозможного, если над этим как следует поработать. Маркус же получил, что хотел! Чем она хуже?

Рамирес силой вытащил пропавшую без вести Дэнис из кабинета, спустя сутки усиленных поисков по всей Столице и даже по Большой Шестерке. Унес в особняк Сэма на руках и первым делом настучал ей по заднице от всей своей широкой демонической души, маскируя руганью с трудом покидающий душу страх за ее жизнь. Дэнис сопротивлялась лишь для виду, принимала соблазнительно-виноватые позы, подставлялась под тяжелую демоническую руку сама и в результате сумела-таки свести Рамиреса с ума. Они разорвали друг на друге одежду в клочья, целуясь и царапаясь, упали на кровать в спальне Дэнис, попутно разнося вдребезги прикроватный столик, и быть бы беде, но всевидящий Моро подослал к ним Сэма и Неру, так что уже через пять минут оборотень отбивался от злой, как тысяча чертей, и неудовлетворенной, как сто инкубов, демоницы, проклиная управляющего, на чем свет стоит, а Рамирес каялся во всех грехах неприступно-обиженному Котенку и вымаливал прощение следующие двое суток, не вылезая из постели.

…

Неру задумчиво добривал подбородок, наклонившись над раковиной в ванной. Время близилось к полуночи, но спать не хотелось, а хотелось заняться сексом. Хоть с кем-нибудь! Оборотень вспомнил восхищенный взгляд одного из слуг, брошенный на него сегодня вечером. Почему бы и не да? Четыре месяца борьбы в темных коридорах и 15 незаконченных битв — это не нормальная сексуальная жизнь, а сплошное извращение. Ну и что, что ему не нужен был никто, кроме ненормального маньяка Моро! Так ведь можно и вовсе разучиться заниматься сексом и кончать, как полагается. Неру решительно добрил челюсть, привел себя в порядок и пошел на охоту. Оборотень он или кто?

Жертва попалась ему в руки очень быстро. Наверное, потому что юный демон, на которого положил глаз оборотень, бродил где-то неподалеку, лелея крайне неприличные мысли и желания, написанные на его лбу открытым текстом. Неру не стал разводить церемонии, взял демона за шкирку, закинул в свою спальню и трахнул от всей души. Исправно кончил, повторил пару раз с вариациями на тему и сыто растянулся на постели на спине. Совсем другое дело! Юнец пришел в себя и принялся умолять разрешить ему хоть раз забраться в него членом. Неру проинспектировал предмет разговора рукой, оценил масштаб, заулыбался и приглашающе расставил ноги. Сперма демона в теле лишней не бывает. Для здоровья ох как полезно! Так что небольшая омолаживающая процедура его не сильно отяготит.

Демон едва не кончил от одного только вида покорного его воле сияющего красотой оборотня, но взял себя в руки и ловко забрался в него небольшим, юрким и чутка забирающим вправо членом, стараясь изо всех сил, неся околесицу и обещая достать луну с неба. Все это, вкупе с ощущением щекотки и легкой кривизны в заднице, настраивало Неру на несерьезный лад. От нечего делать он провел по демону руками, тот завелся пуще прежнего и предложил стать его официальным любовником, орудуя членом со скоростью швейной машинки. Неру схватил подушку и уткнулся в нее лицом, содрогаясь от беззвучного хохота, а через секунду юнец исчез, как и подушка, а вместо них перед ним возник каменно-спокойный Моро.

Неру на автомате хохотнул еще раз и подавился смехом, потому что демон принял истинную ипостась, теряя одежду и повергая оборотня в ужас пониманием того, что будет дальше. Двухметровый, жилистый, покрытый круглыми костяными наростами на плечах, груди и животе, с цепочкой острых маленьких шипов по контуру черного лица и небольшими когтями на несоразмерно длинных руках, Моро был страшен в своем каменном молчании. Юнец, тряпкой повисший в его руке, сменил ипостась, но сделал только хуже, потому что демон отвел яростный взгляд от побелевшего Неру и одним движением оторвал парню голову. Кровь хлынула фонтаном, окатив Моро с ног до головы, но его это волновало мало. Он откинул поднявшегося было Неру на постель и методично разорвал юнца на части, а потом распял оборотня на постели, забрался в его задницу большим демоническим членом, прижал руки над головой и замер, глядя ему в лицо жуткими глазами Великой Тьмы.

— Моро….

Кровь капала с демона на оборотня, покрывая ослепительно белое тело красными пятнами смерти.

— Пожалуйста…

Демон сжал запястья Неру с такой силой, что правое хрустнуло, и снова застыл. Не моргая, не отводя взгляд ни на секунду и страшно дрожа челюстью в безнадежной попытке сказать хоть слово. Неру застонал от боли, Моро дернулся, как от жестокой пощечины, явно борясь с собой, и оборотень впился в него поцелуем. Заставил раскрыть судорожно сжатые губы, прорвался сквозь зубы и добрался до его языка своим. Демон захрипел, сменил ипостась… и ожил. Повел бедрами и принялся за оборотня так, будто завтра не будет. Целовал взасос: глубоко, бесстыдно и жадно. Ласкал всего, не давал сменить позу и смотрел в глаза так, что выворачивал душу наизнанку. Неру рычал, стонал и вырывался, чтобы пройтись губами по обнаженному человеческому телу демона, чтобы рассмотреть его во всех подробностях, зацеловать и привязать к себе навечно. Но Моро был неумолим.

Сколько они боролись? Целовались в кровь? Царапались и оставляли друг на друге синяки и засосы? Ускорялись до невозможности и замедлялись до оцепенения? Кто знает? Только не они. Неру почувствовал, как взрывается внутри огненная сперма Моро, и отчаянно захотел кончить сам. Напрягся всем телом, вцепился в член пальцами и вдруг понял, что не может. Открыл глаза, наткнулся на страшное лицо скрипящего зубами демона, залепил ему пощечину и слетел с катушек.

— Каменный истукан! Мертвец! Кровожадный монстр! Посмотри, до чего ты довел меня, сволочь безмолвная! Сколько можно молчать?!

Отвесил еще одну пощечину и взвыл от боли в окончательно сломанном запястье. Соленый ком невысказанных слов и эмоций в горле перекрыл воздух, и он судорожно вздохнул, баюкая руку. Вот только зареветь и не хватало! Зажмурился, задышал открытым ртом, глотая подлые слезы.

Моро замер, обнял его крепко-крепко, уперся лбом в его и…

— Ненавижу!

Следом за словами ласковые поцелуи разбежались по всему телу оборотня горячей лавой.

— Ненавижу тебя!

Каждый палец сломанной руки побывал во влажном теплом рту. Цепочка засосов спустилась по груди и прессу до паха. Умелая рука обхватила несчастный член и заставила оборотня кричать от непереносимого наслаждения.

— Я ненавижу тебя всем сердцем, Неру!!!

Прохладные губы добрались до нежной плоти и подарили счастье. Неру взвыл, выгнулся, судорожно прижимая голову Моро к своему паху, взорвался целым фонтаном и потерял сознание.

…

Моро лежал, уткнувшись в пах оборотня лицом, и бездумно парил в небесах душой. Полгода он мечтал увидеть, как Неру кончит от его ласк, но ни одна мечта не была и близко похожа на правду. От этого зрелища он мгновенно улетел следом и не хотел возвращаться обратно. Сегодня он сумел-таки расклеить свой заклинивший рот и сказать оборотню хотя бы пару слов. Моро улыбнулся, подтянул себя по прекрасному телу вверх и отвел влажные золотые волосы с удивительно красивого лица.

— Ненавижу тебя, свет мой, — едва слышно прошептал демон, поцеловал оборотня в припухшие губы и облегченно уткнулся лбом в неярко сияющее плечо.

Что бы ни думал по поводу его молчания Неру, сам Моро переживал еще больше, потому что с того момента, как на руки ему упал окровавленный кусок солнца, челюсти у демона свело намертво. Со всеми вокруг Неру Моро при желании мог бы болтать, как сорока, но как только нужно было сказать хоть что-нибудь золотоволосому оборотню, челюсть сводила жестокая судорога, а язык отнимался. Он боролся с собой, ругался матом и даже бился головой о стену, но это не помогало: один взгляд голубых глаз превращал Моро в немого идиота, и он ничего не мог с этим поделать. Только сделать вид, что все так и задумано. Безумное желание затащить Неру в постель поселилось в Моро, едва он отмыл его от крови и привел в относительный порядок. А как это сделать, если рот не открывается?! Вот и получилось то, что получилось.

Моро подхватил бесчувственного оборотня с постели, добрался до туалетной комнаты и аккуратно погрузил в широкую ванну. Набрал воды, накидал каких-то мыльных штук, превращая воду в пузырящееся белое облако, и забрался следом. Удобно устроил Неру на себе и принялся тщательно смывать с него следы своей ярости. Кровь впиталась в сияющую белоснежную кожу и отмывалась с трудом, позволяя Моро насладиться процессом. Неру довольно вздохнул, и демон поцеловал его в висок. Кто бы знал, как он боялся однажды застать оборотня в постели с другим! Ярости Моро опасался даже Тарио, который не боялся никого и ничего. Ну, если не считать целой толпы страхов, связанных с его любимым Сэмом, конечно, но они не в счет. И вот сегодня это случилось. А чего он хотел? Странно, что страстный и любвеобильный оборотень вообще продержался так долго без секса!

Моро вернулся домой поздно. Привычно включил скрытые камеры в покоях Неру, намереваясь насладиться его ежевечерним ритуалом отхода ко сну, но увидел, как он трахает Птаро, и оцепенел от неожиданности. Снисходительно-насмешливое выражение на лице оборотня почти примирило Моро с тем фактом, что в его постели оказался не он, а кто-то другой, но потом он увидел, как Неру кончил. Раз, второй, третий!!! И забурлил. Добавил звук, послушал юнца, обмер от вида добровольно подставленных демону ягодиц и озверел окончательно. Сломал пару стульев, разбил зеркало, увидел, что оборотень собирается смеяться и наслаждается непонятным кривым членом в своей шикарной заднице от души, и сорвался. Он мечтал увидеть его счастливым почти полгода! А теперь вся эта красота досталась не ему. Моро честно старался успокоиться, пока сломя голову летел в покои оборотня, но все его усилия вылетели в трубу, едва он увидел любовников вживую. Пелена безудержной ярости окрасила мир в багровое.

Никто.

Никогда.

Не прикоснется к Неру.

Только Моро.

Без вариантов.

Без исключений.

Решимость заполнила Моро до краев. Эмоции рвали его душу на части, а он методично разрывал юного демона. В себя он пришел, только когда Неру застонал от боли в сломанном запястье.

Моро перестал делать вид, что смывает кровь с давно уже чистого тела оборотня и поднял его руку к своему лицу. Провел носом по хрупким косточкам запястья и поцеловал каждый палец. Кости уже срослись, а опухоль пройдет через десять минут максимум. Оборотень — он и в Подземелье оборотень. Моро отпустил его руку и принялся бездумно гладить литое холеное тело. Ни одного волоска, ни одной родинки, морщинки или складочки, только крепкие мышцы под удивительно светлой и невероятно нежной кожей. Роскошное чувственное тело, созданное для неги и удовольствия. Только полный идиот позволил бы оборотню ввязаться в драку, несмотря на всю его силу и мощь. Избалованный королевский дог Неру никогда не выиграет у бешеной, закаленной тяжелой жизнью дворняги Моро. Слишком великодушен и благороден для этого.

Великий Герцог Вальтерус прекрасно это понимал и именно поэтому отправлял Неру подальше от себя во время разборок с сыновьями. Томас знал о своем любимом мальчике все на свете и сделал юного раба свободным, чтобы получить от него все и по максимуму. Позволил Неру раскрыться полностью, без опасений и притворства, отшлифовал, огранил и незаметно заковал в оправу богатства, власти, комфорта, уважения и вечной любви. Заставил свой драгоценный бриллиант сиять во всем великолепии и насладился им сполна. Моро был ему за это искренне благодарен. Великие Герцоги во все времена славились умением воспитывать себе идеальных любовников, но в данном случае Томас Вальтерус трудился не над любовником, а над любимым, а потому результат получился сногсшибательным.

Моро в который раз искренне порадовался тому, что старый герцог любил Неру так сильно, что успел освободить от себя до того, как умер. Что Томас вообще так вовремя и удачно умер! И оборотень достался ему. Моро глубоко втянул в себя яркий, мускусный, травяной и безбрежный аромат Неру. Какое же его накрыло облегчение, когда он понял, что даже в самой страшной ярости не сможет причинить ему вред! Это почти расклеило проклятую челюсть. Оборотень начал помогать, а потом, когда Моро парил высоко в небе, поджидая задержавшегося внизу Неру, тот искренне захотел кончить и не смог. Вот тогда-то демон и узнал, что такое Ад на самом деле. Он рухнул туда с такой высоты, что разбился вдребезги. Прозрачная капля на светлой реснице мгновенно склеила его обратно, и Моро наконец-то смог открыть свой заклинивший рот и сказал оборотню то, что хотел сказать с самого первого дня.

Неру пошевелился на его груди, громко чихнул и протер глаза мыльными руками до того, как демон успел его остановить. Заскулил от боли и беспомощно уткнулся ему в щеку лбом.

— Глупая мыльная псина, — улыбнулся Моро.

Посадил его на свои бедра, заставил откинуться на колени и принялся смывать с него пену душем, провожая воду по его телу руками. Добрался до лица и взялся за дело губами. Неру открыл лучистые голубые глаза, отобрал у демона душ и начал смывать пену с него. Оглядел обоих и встал во весь рост, окатывая себя с головы до ног. Его напряженный член оказался прямо напротив губ Моро, а прозрачные капли воды на нем мигом свели демона с ума. Он выпил оборотня досуха, насладился вкусом, довольным рыком и суматошными руками в своих волосах, а потом вернул к себе на бедра, и пока Неру доводил его до оргазма умелыми ягодицами, держал сияющее лицо в руках, смотрел в глаза и не мог закрыть рот.

— Ненавижу. Ненавижу тебя! Похотливый кобель! Ты мне все нервы вымотал, мерзкая псина! Оторву яйца и зашью задницу наглухо. Прикую к постели и не выпущу из спальни. Убью тебя, только повод дай.

— Лучше бы ты и дальше молчал, хамло ворчливое, — счастливо смеялся Неру и целовал: ласково и страстно, ускоряя темп и заставляя Моро судорожно глотать воздух.

— Не. на… ви… жу… о, Тьма… Оборотень… Неру… Свет мой… всем сердцем, понимаешь?

— Да, любимый мой демон. Конечно.

С этого дня Неру переехал в новые покои, которые были расположены в паре минут ходьбы от комнат Моро. Демон следил за оборотнем, как ястреб, приходил к нему каждый вечер, все чаще позволял разглядывать себя в приглушённом свете настенных бра, разрешал ласкать свое стальное жилистое тело все откровеннее, доводил Неру до полного опустошения, но на ночь не оставался и подлавливать в темных коридорах не перестал. Оборотень загадочно улыбался, высокохудожественно разгуливал по своим покоям голышом, если знал, что Моро в особняке, и делал все, чтобы демон не забывал о нем ни на минуту. Томас показал ему, что такое настоящая любовь, и теперь Неру хотел получить ее от того, кого полюбил всем сердцем раз и навсегда. Никто не застрахован от настоящей любви, даже легкомысленные и страстные оборотни.

Два месяца до дня Х.

Кортес де Сент-Перес стоял у окна, смотрел на весеннюю грозу и задумчиво перебирал четки. Это помогало сосредоточиться и усмирить гнев, похоть и раздражение, которые одолевали его все чаще и чаще. Казалось бы, о чем переживать? Всего в его жизни было достаточно: денег, любовников, власти, врагов и уважения. Наследнику было всего 900 лет, до вожделенного титула оставалась пара шагов, а впереди маячила беззаботная вечность. Все под контролем. Все, кроме одной-единственной занозы, которая не давала ему спать спокойно, и имя ей было Рамирес. Кортес многое бы отдал за то, чтобы узнать его местонахождение первым. Он не для того незримо охранял младшего брата все эти годы, чтобы позволить Санчесу его убить. Кортес хотел сделать это сам: медленно, мучительно, смакуя каждую секунду и наслаждаясь от всего сердца. Причин тому было немало, начиная с титула Великого Герцога и заканчивая далеким воспоминанием юности, которое он так и не смог забыть.

За окном громыхнуло, сверкнула молния, и Кортес прикрыл глаза, в который раз погружаясь в прошлое. В свой 700-й день рождения, который организовал для него безбашенный младший брат на далекой человеческой планете. Они сняли недостроенный кабак, наполнили его развратными красивыми людьми и оборотнями, а себя Блэк Догом и наркотиками до краев, и принялись развлекаться.

А потом, в самый разгар веселья, Рамирес наткнулся на комнату со стройматериалами, вытащил оттуда краски и разрисовал в кабаке всех и вся: стены, людей, себя и даже половину икающего от хохота Кортеса.

А потом была квартира и душ, в котором они отмывали друг друга от краски: смеясь, ругаясь и обнимаясь, потому что стоять на ногах было категорически невозможно.

А потом была сумасшедшая ночь, которую Кортес провел один на один со своим пьяным в дым несовершеннолетним младшим братом вопреки традициям, здравому смыслу и безопасности.

На следующее утро Рамирес маялся похмельем, чудовищной головной болью, бунтующим желудком и полной потерей памяти, а Кортес растрепанными мыслями и чувствами. Объяснить самому себе, какого черта он всю ночь подставлял Рамиресу задницу, растекался под ним розовым желе и молил о продолжении, не удавалось.

— Почему мы валяемся голыми в одной постели, Кортес? — спросил Рамирес, когда немного пришел в себя.

— Мы трахались, это же очевидно.

— С кем? С людьми? Куда они делись? Надеюсь, мы их не убили?! Нас линчуют! Это же человеческая планета!

Кортес помедлил с ответом, но увидел панику в глазах Рамиреса и успокаивающе похлопал его по плечу:

— Успокойся, никто не пострадал.

— Я не помню, что вытворял вчера вечером. Вообще!

— Ничего сверхъестественного. Просто напился в говно и разрисовал стены и народ в кабаке.

— Разрисовал? Народ?! Я? Какой позор! — простонал Рамирес, хватаясь за голову. — Я не демон, а идиотское недоразумение.

— Ты ж еще ребенок, — хмыкнул Кортес, потянул Рамиреса на себя и осторожно прижал человеческую голову брата к своему чешуйчатому демоническому плечу. — Вырастешь, тогда и увидим, какой из тебя получится демон.

— Легко тебе говорить, ты же круче всех, — поскреб пальцами змеиную чешую на мощном плече брата Рамирес. Восхищенно и чуть завистливо вздохнул, заставляя Кортеса улыбаться. — Красивая она у тебя все-таки.

— Только тебе одному и нравится.

В тот день Кортес первый и последний раз в жизни позволил себе мгновение простого человеческого счастья, тепла и безусловного доверия. Рамирес так ничего и не вспомнил, а Кортес с тех пор делал все, чтобы держаться от него как можно дальше. К черту! У демонов нет слабостей и привязанностей, тем более к тем, кого рано или поздно придется убить. Это помогало, но чем взрослее они становились, чем больше Кортес занимался сексом, тем чаще всплывали в его голове грязно-сладкие подробности той ночи, заставляя сравнивать и тосковать. Он злился, трахал всех и вся, искал того, кому смог бы отдаться так же, как тогда Рамиресу, но не находил, и от этого впадал в безудержную ярость, проклиная брата за то, что однажды он посмел заняться с ним не сексом, а любовью. За то, что был нежен, настойчив и убедителен. За комплименты, за поцелуи и за тепло, недоступное демону из рода де Сент-Перес по определению.

Кортес искренне надеялся, что истинная ипостась Рамиреса будет еще страшнее человеческого облика, и наваждение пройдет, но и здесь ему не повезло. Демон из младшего брата получился куда красивее человека, и желание затащить его в постель напомнило о себе с новой силой. К великому сожалению Кортеса по давней традиции в роду де Сент-Пересов секс между братьями карался смертью. Обоих. Сложно убить того, с кем провел в постели много дней и ночей. Зачем воинам моральные мучения? Нет секса — нет проблем. Все против всех, а оставшийся в живых получает титул. Так было и так будет. Кто он такой, чтобы нарушать заветы предков?

Четки в руках Кортеса порвались и рассыпались деревянными шариками по спальне в такт очередному раскату грома. Он должен убить Рамиреса лично. В человеческом обличии. Кинжалом в сердце. Глядя в глаза. Чувствуя бешеный пульс под пальцами на его шее. Распяв на полу церемониального зала обнаженным. Желанным. Недостижимым. Люб… Звонок телефона оборвал крамольные мысли и вернул Кортесу привычный образ мыслей. Кругом враги, нельзя терять бдительность и витать в облаках, да и дел по горло. Взять хотя бы ублюдочного Санчеса, который посмел устроить на Рамиреса покушение, после которого младший брат как в воду канул. Почти полтора года абсолютного молчания. Никаких нервов не хватит! Только за это Санчес заслуживал самых страшных пыток перед смертью. Или наоборот? Собаке — собачья смерть?

Телефон разразился очередной трелью, и Кортес заставил себя ответить.

— Кортес! Они опять выгнали меня из кабинета! Сделай что-нибудь!!!

— Они — это кто? — поморщился Кортес.

Он ненавидел Флавиуса всеми фибрами души, но терпел и даже трахал. Мало кто из демонов мог похвастаться тем, что держит на коротком поводке Великого Герцога (Император не в счет). Конечно, Флавиус на роль главы рода не подходил по определению, но кого это волнует? Император хоть и кривил лицо в едва скрытом презрении, но титул официально подтвердил и на протесты запершегося в Солнечном доме сэра Маркуса внимания не обратил. Впрочем, выбора у них все равно не осталось: Наследники первой линии Вальтерусов были мертвы, дочь Томаса тоже, а Наследники второй линии — придурки, похлеще Флавиуса. Тысячелетняя война и Маркус Вальтерус, вырезавший почти все свое семейство в день обретения истинной ипостаси, серьезно подкосили этот древний род. За все надо платить. За все! Наверное, сэр Маркус это тоже понимал, но в данном случае даже Император ничем не мог ему помочь.

Кортес нахмурился, вспоминая церемонию. Хорошо, что Дариус злился на Флавиуса, а не на него, а сэр Маркус так и не появился. Кто знает, что бы он натворил? Сэр Маркус, конечно, ученый, аристократ и все такое, но при этом он Великий Герцог и герой Тысячелетней войны. С ним в бою мог справиться, наверное, только Император. Кортес вспомнил задумчиво-выжидающий взгляд Дариуса, которым он проводил выходящего из церемониального зала Вальтерусов Флавиуса, и неосознанно напрягся. Что-то во всем этом было не так. Император следил за мужем в оба глаза и убивал любого, кто заставлял его нервничать или злиться даже по пустякам, а тут такое! Почему Дариус не вмешался? Почему сэр Маркус Вальтерус не убил Флавиуса и не встал во главе рода сам? Что знают они и чего не знает он?!

— Кортес, я не могу спать один, слышишь? Найди Неру, прошу тебя. Я сделаю все, что захочешь!

Кортес передернулся от омерзения, но собрал волю в кулак и пообещал заняться поисками беглого оборотня в ближайшее же время. Отключил бормочущего чушь Флавиуса и пролистал фотографии с Неру на планшете, впервые за долгое время вглядываясь в него внимательно. Солнечный красавец, аристократ до кончиков пальцев и страстный любовник. Кортес понимающе хмыкнул. Неру стоил любых денег, это очевидно, как и понимание того, почему на нем помешалось целое семейство. Он бы тоже помешался, если бы не Рамирес. Лучше бы помешался! Кортес отдал бы полжизни, чтобы избавиться от занозы в сердце, но, глядя на запредельно красивого и сексуального Неру, он отчетливо понял, что это невозможно.

— Рамирес, я порву тебя в клочья! — в бессильной ярости выругался Кортес и запустил планшетом в окно. — Ненавижу!

Планшет разбил стекло, осыпавшееся сверкающим дождем демону под ноги, и он взял себя в руки, железным усилием воли гася эмоции. Демоны не умеют любить, зато они прекрасно умеют ненавидеть, вот этим он и займется.

— Однажды мы встретимся, Рамирес, и ты пожалеешь, что родился, но сначала я убью Санчеса. Он не должен мешаться под ногами, когда я до тебя доберусь.

…

Рамирес лежал на постели и смотрел в потолок. Ничего интересного там не было, только лунный свет разделил его на две неравные половины, вот и все.

— Рамирес? Почему ты не спишь? — сонно закопошился на его груди Сэм.

— Спи, все в порядке.

— Не в порядке, — заупрямился Сэм. — Кого ты обманываешь?

— Наверное, себя, — не стал спорить Рамирес. Обнял любимого человечка покрепче и сказал вслух то, что крутилось в голове последние несколько дней. — Я люблю Дэнис, Сэм. Это безумие какое-то! Всего за несколько месяцев она свела меня с ума. Что мне делать?

— Ничего, — улыбнулся Сэм, погладил демона по волевому подбородку. — Так бывает.

— Правда?

— Да. Я, например, люблю тебя, а еще я люблю Дариуса. Но больше всего на свете я люблю Маркуса и физику.

— Надо же, какой ты любвеобильный, — поежился Рамирес.

Как ни странно, признание Сэма ревности не вызвало. Он ведь знал с самого начала, что Котенком придется делиться, и смирился. Кто он такой, чтобы соревноваться с Маркусом — самым умным и красивым демоном во Вселенной?

— Но это еще не все, — виновато поерзал на широкой демонической груди Сэм.

— Шутишь?

— Я люблю Дэнис. Так же сильно, как тебя.

— О как. И давно?

— Давно. Мы с ней познакомились задолго до того, как я встретил тебя.

— И что нам теперь делать?

Сэм поднял голову, облизал губы и понизил голос в порочные полутона дьявольского шепота:

— Что ты думаешь насчет мужа, жены, официального любовника и одной постели на троих?

Рамирес аж застонал от нахлынувшего желания отыметь Сэма и Дэнис одновременно. Или попеременно. Или всяко-разно! Подхватился с постели, но Сэм камнем повис на его шее и не позволил сделать глупость.

— До ее совершеннолетия осталось всего два месяца, Рамирес. Потерпи!

— Легко тебе говорить, — простонал он, послушно падая обратно на постель.

— Легко?! Мне легко?! Да я к ней близко подходить боюсь! У меня ж терпения ни на грош! Одного поцелуя хватит, чтобы я слетел с катушек и набросился на нее, как маньяк. А она ходит вокруг. Соблазняет!!! Да если б не ты…

— Тссс, — подмял под себя разбушевавшегося Сэма Рамирес.

Поцеловал, отымел, довел до сокрушительного оргазма и усыпил, а сам снова уставился на потолок в глубоких раздумьях. С Дэнис мысли плавно перетекли на их совместные великие планы, которые снова придется корректировать. Вчера ночью Кортес разделался с Санчесом нагло и просто до безобразия: у всех на глазах перерезал ему горло на званом вечере. Рамирес просмотрел видеозапись раз сто, и все сто раз он слышал одно и то же послание, адресованное лично ему:

— Я жду, Рамирес. Я ЖДУ.

Послание как послание, но что-то в нем цепляло Рамиреса репьем. Он снова мысленно прокрутил запись в голове. Ненависть на лице, обещание в голосе и огонь в глазах Кортеса никак не хотели складываться в одно, словно не один демон разговаривал с Рамиресом, а целых три, жаждущих противоположного и вцепившихся друг другу в глотку.

— Чего ты на самом деле ждешь от меня, Кортес? — спросил потолок Рамирес и понял, что не может больше лежать.

Аккуратно сгрузил Котенка на постель и, не одеваясь, рванул в студию, чтобы нарисовать портрет Кортеса и разобраться.

…

Дэнис ворочалась на постели, не в силах заснуть, до самого утра. Что-то происходило, а она никак не могла понять, что и с кем.

— Да чтоб вас всех! — выругалась она, когда небо на горизонте посветлело. — Придется идти проверять.

Неру безмятежно спал в своей постели, когда она заглянула в его покои. Совсем страх потерял. Демонов полон дом, а он даже дверь на замок не закрыл!

— Спит, как младенец, — проворчала Дэнис, закрывая дверь так, чтобы замок защелкнулся сам собой. — Насилуй, кто хочешь!

— Леди Дэнис, вы что-то потеряли? — спросила Тьма, а через мгновение из глубины коридора выступил Моро.

— Хватит меня пугать! — возмутилась Дэнис. — Что ты вечно, как смерть, подкрадываешься?

— Может, потому что я Тьма? — вежливо предположил Моро.

— Шуточки у тебя дурацкие.

— Я могу вам помочь? — вернул разговор в прежнее русло демон.

— Проводи меня коротким путем к Сэму и Рамиресу, что-то мне неспокойно.

— Я могу проводить вас к Сэму.

— А Рамирес где? Они разве не вместе? — насторожилась Дэнис.

— Рамирес в полночь покинул спальню господина и ушел… эээ… по делам.

— По каким таким делам?!

— Спросите у него сами, — предложил Моро и склонился в легком поклоне, открывая потайной ход в стене. — Дамы вперед.

Дэнис только головой покачала, в очередной раз убеждаясь, что от этого демона невозможно скрыть ничего. Может, он и правда Тьма, раз знает все обо всех, ведь Тьма есть в каждом? Дэнис поежилась и решила подумать о ком-нибудь другом. Например, о солнечном Неру, прямой противоположности Моро. Они странно смотрелись рядом, словно две стороны одной медали, которую кто-то по глупости разрезал по ребру пополам.

— Через три шага слева от вас на уровне глаз будет рычаг. Потяните его вниз.

Дэнис послушно сделала, что было сказано, и вышла из стены в гостиной Сэма. Заглянула в спальню, убедилась, что с ним все в порядке, легко поцеловала в губы, поправила одеяло и оглянулась на замершего у дверей каменной статуей Моро.

— Я хочу увидеть Рамиреса.

— Он занят, — попытался увильнуть Моро, но она поднялась на ноги, уперла руки в бока… и он склонился в полном уважительного смеха поклоне. — Нам через гостиную на выход.

— То-то же, — задрала подбородок повыше Дэнис, гордо прошествовала мимо демона, закрыла за собой дверь и только после этого рассмеялась. — Моро, только ты умеешь жестоко издеваться, не говоря ни слова.

— Вам показалось, — вежливо ответил Моро, но она услышала в его голосе улыбку.

— Так чем занят посреди ночи Рамирес? — сменила тему Дэнис.

— Сами увидите, — снова ушел от ответа Моро.

Прошел с ней пару поворотов, указал на ничем не примечательную дверь и растворился во тьме коридора без следа. Дэнис решительно шагнула в комнату… и остановилась на пороге, разглядывая студию в полном оцепенении. Рисунки всем, чем можно и нельзя, висели, стояли, лежали и валялись по всему помещению в полном беспорядке, а посредине, на высоком стуле сидел абсолютно голый Рамирес и, обхватив рогатую голову руками, смотрел на карандашный портрет Кортеса с непередаваемым выражением на лице.

— Рамирес! — кинулась к нему Дэнис. — Что случилось?

— Как я мог забыть? — простонал демон. Обнял ее и зашептал скорее себе, чем ей: — Ему же понравилось! Он ведь сказал мне тогда правду. Ждал, что я пойму! А я ни черта не понял! Идиот!

— О чем ты говоришь?

— Кортес мне этого никогда не простит. Я бы не простил.

— Рамирес, — заставила его посмотреть себе в лицо Дэнис. — Скоро мы убьем Кортеса. Какая разница, простит он тебя или нет?

— Я не могу его убить!

— Что?! — опешила Дэнис и отвесила демону звонкую оплеуху. — Ты в своем уме?! Он наш враг! Он ждет не дождется, чтобы содрать с тебя шкуру живьем!

— Я это заслужил.

Дэнис отступила от потерянного и явно повредившегося рассудком Рамиреса на пару шагов, чтобы подумать. Оглядела студию, вытащила из угла невесть как завалявшийся среди кисточек и банок с красками солидного вида молоток и со всего размаху приложила им демона между рогов. Рамирес рухнул на пол, Дэнис опустила руку… и тут же оказалась распятой на полу.

— Какого черта ты делаешь?! — навис над ней демон.

— Привожу тебя в чувство. Ты помнишь, что нес пару минут назад?

— Да.

— И?

— Мы должны найти способ оставить Кортеса в живых даже тогда, когда я стану Великим Герцогом.

— Ты свихнулся?!

— Нет.

— В вашем роду Великий Герцог получает титул ценой жизни всех остальных, забыл?

— Пришло время перемен.

— Кортес ненавидит тебя и пытался убить!

— Кортес защищает меня всю мою жизнь. Просто я этого не замечал.

— Ну да, а к Сэму ты полумертвым после бурной пьянки попал, — капнула ядом Дэнис.

— Покушения на меня устраивали другие братья, а к Сэму я попал из-за Санчеса.

— Кортес издевается над Флавиусом!

— Разве он это не заслужил? — спросил Рамирес. — Если бы тебе подвернулась возможность трахнуть Великого Герцога и порулить через него целым родом, ты бы отказалась?

— Конечно, нет, но мне от этого не легче!

— Дэнис, послушай, я ведь не предлагаю тебе все отменить. Я предлагаю все немного переиграть.

— Немного переиграть?!

— Да. План был такой: я убиваю Кортеса и становлюсь Великим Герцогом де Сент-Пересом. В день твоего совершеннолетия женюсь на тебе, являю тебя миру и убиваю Флавиуса. А потом ты становишься Великой Герцогиней Вальтерус, ну, или на худой конец, наш ребенок автоматически становится Великим Герцогом Вальтерусом. Так?

— Да. Отличный план! У нас нет времени его менять.

— Дэнис!

— Хорошо, хорошо, я слушаю.

— Я предлагаю сделать все немного по-другому. В день твоего совершеннолетия я женюсь на тебе, являю тебя миру, убиваю Флавиуса в официальном поединке за титул и становлюсь Великим Герцогом Вальтерусом сам, автоматически выбывая из борьбы за титул Великого Герцога де Сент-Переса. Мне не придется сражаться с Кортесом, понимаешь? Ты получаешь статус и власть, наплевав на разрешение Императора, ибо мне это все неинтересно, а наши дети спокойно грызутся за титул Великого Герцога Вальтеруса много веков спустя.

— Рамирес, что на тебя нашло, а? — жалобно спросила Дэнис. — За всю историю демонов муж Наследницы ни разу не смог победить Великого Герцога, находящегося в полном расцвете сил. Твои шансы на победу в поединке с Кортесом очень велики, потому что вы с ним равны, но против Флавиуса ты, как обычный демон, ничто. Он убьет тебя одной левой.

— Не убьет.

— Ты ведешь себя, как сумасшедший!

— Наоборот, как самый разумный из разумных. Сегодня ночью я вспомнил и понял кое-что очень важное. Это заставило меня по-новому взглянуть на мир, — грустно и очень устало улыбнулся он.

— Рада за тебя, но при чем здесь Кортес, ради которого ты теперь готов пожертвовать нами обоими?

Рамирес перевернулся на спину и усадил Дэнис на себя верхом. Обхватил рукой за затылок, поцеловал в губы и прислонил спиной к своим согнутым коленям.

— Кортес — мой родной брат, и не сделал мне ничего плохого. Ни разу! Я не хочу убивать его только потому, что тысячи лет назад так завещал сумасшедший кровожадный идиот.

— Цена вопроса — власть и долголетие, забыл? Весомая причина для убийства.

— Мне бы хватило победы или поражения в поединке один на один. Кто победил, того и титул. Кортес умный, уравновешенный, в меру кровожадный демон и опытный воин. Такой же, как и я. Почему один из нас обязательно должен умереть?

— Таковы традиции вашего рода, Рамирес.

— В гробу я эти традиции видал! Ненавижу!!! Я Наследник Великого Герцога де Сент-Переса, но я люблю рисовать, а не убивать, насиловать и рвать на части. Если бы я родился в роду Вальтерусов, то отказался бы от титула, как сделал это сэр Маркус, и жил бы себе припеваючи.

— Но ты родился в роду упертых воинов, а не развратных ученых. Тебе просто не повезло.

— А тебе повезло? Ты красивая, умная, богатая демоница, которую затрахают насмерть на совершеннолетии, вместо того чтобы сделать Великой Герцогиней и воздать почести. В мире людей ты добилась уважения с легкостью, но не здесь.

— К чему ты ведешь? — поморщилась Дэнис. Рамирес бил по больному.

— Почему мы слепо следуем традициям и даже не пытаемся их изменить?

— Может, потому что хотим выжить?

— Я не хочу выживать, — постучался затылком об пол Рамирес. — Я хочу жить! Рисовать. Витать в облаках и даже о, немыслимое кощунство, любить того, кого захочу.

— Демоны не умеют… — начала Дэнис.

— Кому ты врешь? — оборвал ее Рамирес. — Я знаю, что ты любишь Сэма всем сердцем и готова ради него на все.

— А ты? — обняла его за шею она. — Кого любишь ты, Рамирес?

— Я еще не решил, — закрыл лицо руками демон. — Я был уверен, что Сэм — мое единственное сокровище, но когда появилась ты, я в этом серьезно засомневался.

— Продолжай, — заулыбалась Дэнис, отвела его руки с лица и прижала их у него над головой к полу, делая беззащитным.

— Я запутался, валькирия, — беспомощно посмотрел на демоницу Рамирес. — Мне кажется, я люблю вас обоих, но…

— Но?

— Ничего. Просто запутался.

— Полагаю, как только ты увидишь мою истинную ипостась, твои сомнения насчет меня рассеются, как дым, — смеясь, поцеловала его Дэнис.

— Так оно и будет. Ты иди, я здесь приберусь и вернусь к Сэму. Он не любит просыпаться в одиночестве.

— Хочешь, сегодня рядом с ним проснусь я? — тихо-тихо спросила Дэнис. Рамирес улыбнулся, провел по ее лицу пальцем и кивнул. — Спасибо.

…

Солнечный луч задумчиво прогулялся по распластавшемуся посреди груды рисунков обнаженному и крайне несчастному демону, ветер пошевелил уголки портрета Кортеса на мольберте, а небо за раскрытым настежь окном покрылось грозовыми облаками.

— Энджи, не злись.

— Я не злюсь. Я в ярости!!!

— Любимая, перестань. Да, Рамирес снял все наши ограничения и запреты сам, ну и что?

— Солнце мое, из тебя дурачок, как из меня Император, — прорезали грозовое небо молнии. — Ты что, не видишь, что с Рамиресом происходит?

— А что происходит?

— Он вспомнил свое юношеское увлечение Кортесом, о котором мы заставили его забыть! Ты понимаешь, чем это грозит?

— Ничем это не грозит, мальчик просто запутался. Увидит Дэнис в истинной ипостати, и все образуется, — спрятался в облаках солнечный луч.

— Прайм, боюсь, все не так просто, — разметал рисунки вокруг Рамиреса ветер. — Если он унаследовал от тебя твою не совсем обычную любовь к братьям…

— Хватит! Рамирес сам по себе, ясно? Мы не можем его контролировать. Никто не может. Его решение будет только его решением и ничьим больше.

— В этом ты прав, — хлопнул створками окна ветер. — Ну, а мы в любом случае повеселимся.

— Если учесть, что ситуация вышла из-под контроля, вряд ли, — громыхнуло небо и пролилось на Столицу ливнем.

…

Сэм проснулся от громового раската чуть ли не у себя под ухом и сначала даже не понял, что происходит. Так хорошо ему не было еще никогда. Вообще никогда. Даже с Маркусом. Он открыл глаза и понял, что лежит в своей постели на спине, а на груди у него покоится голова Дэнис. Обнаженной Дэнис! И почему-то хлюпающей носом Дэнис. Руки пустились по ее телу в путешествие без ведома Сэма, изучая все выпуклости и изгибы. Все то, что так любят в женщинах мужчины. А сейчас Дэнис была самой настоящей женщиной, а не маленькой похотливой тираншей. Она так мило хлюпала носом и казалась такой беспомощной!

— Девочка моя, — не удержался Сэм. — Не плачь, все наладится.

Погладил ее по волосам, поцеловал в макушку так, как всегда целовали его, и неожиданно почувствовал себя другим. Мудрый профессор Вилкинс всплыл на поверхность, запинал ногами капризного Котенка в угол и расправил плечи. В первый раз за 2500 лет.

— Я люблю тебя, Сэм, не прогоняй меня, ладно? — прошептала Дэнис, вытирая мокрые глаза о нежную кожу его груди. — Я просто полежу рядом.

— Просто полежишь? — улыбнулся он, лаская ее точеное плечо пальцами.

— Ага. Я же обещала холить тебя и лелеять, помнишь?

Сэм поднял ее грустное личико к своему, легко поцеловал в губы и лукаво прищурился:

— Может, это буду делать я?

— Ты? — перестала хлюпать носом Дэнис. Разговор с Рамиресом выбил ее из привычной колеи, и вернуться в нее с ходу не получалось. — Ты же Котенок, Сэм.

— Для тебя я могу быть профессором Вилкинсом, который в отличие от Котенка не любит трахаться, а любит болтать о звездных течениях и неразгаданных загадках. Он настоящий мужчина в полном расцвете сил, обожает красивых женщин и даже их слушает!

Дэнис приподнялась на локтях и заглянула в лицо любимого человека, чтобы убедиться в реальности того, что слышит.

— Ты серьезно хочешь со мной поговорить о всякой ерунде?

— Да.

— Даже о проблемах мировой экономики? — прищурилась Дэнис.

— Да.

— И даже об интригах Великого Императора?

— Ну, — показательно задумался Сэм. — Нет. На такой подвиг я пока еще не готов. Давай лучше поговорим о природе и погоде. Ты грозу любишь? А море?

Дэнис рассмеялась, обняла его и прижалась как можно ближе, наслаждаясь ласковыми руками, гуляющими по всему телу, тихим шепотом в макушку и мерным биением сердца под ухом. Они проболтали до самого обеда, а потом Сэм напялил идиотские желтые шорты в зеленый горошек, заставил Дэнис облачиться в не менее идиотский красный в полосочку купальник и, взяв ее за руку, отправился порталом развлекаться на самую шумную и веселую планету Вселенной в аквапарк, где был обаятелен, находчив, красноречив и крайне ревнив. Дэнис смотрела на него в оба глаза, наслаждалась от всей души и подчинялась всем его желаниям беспрекословно.

С того сумасшедшего утра что-то в доме Сэма неуловимо изменилось. Рамирес по-прежнему проводил в постели Сэма ночи напролет, Дэнис по-прежнему приносила им завтрак и выгоняла обоих в душ, но… Рамирес все дольше задерживался в студии и в спортзале. Сэм все раньше приходил с работы, а Дэнис все чаще встречала его у дверей, забывая соблазнять, ведь в мире происходило столько всего интересного, что стоило обсудить с тем, кто жил на свете больше 2500 лет и знал если не все обо всем, то почти что. Рамирес присоединялся к ним за ужином: вставлял свои три копейки в разговор, грустно шутил и больше не пытался утащить Сэма в ближайший темный угол трахаться.

Сэм болтал с Дэнис, сходил с ума от желания заняться с ней любовью и не обращал особого внимания на не в меру задумчивого Рамиреса, списывая его хмурость на неумолимо приближающийся день Х, о котором старался не думать. Раз интригу затеял Дариус, значит, все будет так, как запланировано. Не о чем беспокоиться, ведь Император всегда получает то, что хочет (Франсуа не в счет).

Моро и Неру смотрели на все это и не вмешивались.

Большая Шестерка, Месяц до дня Х.

Рамирес стоял на пороге большого офисного помещения и рассеянно наблюдал за бурными переговорами в кабинете начальника этого большого бардака. Дэнис, уперев руки в бока, что-то упорно доказывала скептически настроенному демону, сидевшему на краю рабочего стола.

— Она его убедит, не переживай.

Рамирес скосил глаза на подошедшего человека… то есть оборотня… то есть мужа демона. Серьга с рунами качнулась в ухе зеленоглазого улыбчивого парня и заставила Рамиреса включить мозги.

— Ты, наверное, тот самый Диего, ради которого начальник Дэнис хочет вернуться в Столицу?

— Он самый, — кивнул оборотень, протягивая ему стаканчик с кофе. — А ты тот самый «лучший в мире любовник», по которому Дэнис убивалась все то время, что я ее знаю?

Рамирес подавился кофе и закашлялся, вызывая понимающий смех Диего, который успокаивающе похлопал его по спине.

— Она тебе не сказала, да?

— Да.

— Получается, я выдал тебе ее самую страшную тайну. Нехорошо получилось, — сделал вид, что расстроился, Диего.

— Забей, — рассмеялся Рамирес. — Я уже признался ей в любви, и скоро она станет моей женой, так что все в порядке.

— Ты признался в любви? — удивился Диего. — Ты же демон! Демоны не умеют любить.

— Твой муж тоже так думает? — лукаво улыбнулся Рамирес. Оборотень рассмеялся. — Времена меняются, Диего, и, с некоторых пор, демоны тоже.

— Ты представить себе не можешь, как я рад это слышать.

Они бы поболтали еще немного, но дверь в кабинет распахнулась, и Дэнис поманила их к себе пальцем. Диего закатил глаза к потолку и послушно двинулся ей на встречу. Рамирес подумал, подумал, сложил руки на груди, нахмурился и остался стоять на месте. Томаро расхохотался, а Дэнис выругалась себе под нос, но накалять обстановку не стала.

— Рамирес, дорогой, пройди в кабинет, пожалуйста.

— Уже бегу, дорогая, — едва сдержал улыбку демон. В мгновение ока добрался до кабинета, закрыл за собой дверь и крепко поцеловал Дэнис в губы. — Можешь ведь, когда хочешь.

— Убью! — ткнула его в бок локтем она.

— Этот парень тебе не по зубам, — покачал головой Томаро. Пожал руку Рамиреса и перешел к делу. — Дэнис сделала мне предложение, от которого я не могу отказаться, но я соглашусь на вашу авантюру при условии, что ни Сэм, ни сэр Маркус о ней ничего знать не будут, это раз. Император не позволит их использовать и порвет в клочья даже за попытку это сделать.

— А два?

— Моро и его слуги будут на нашей стороне.

— Первое я тебе гарантирую, — сказал Рамирес. — А насчет Моро скажу так: он не будет нам мешать, а это уже много, согласен?

— Ты уверен?

— Так приказал ему Император.

— Значит, Дариус по-прежнему в курсе происходящего, — задумчиво потеребил подвеску на груди Томаро. — Знать бы, что он хочет получить в итоге!

— Довольного жизнью мужа, — сказал Диего. — Демон в депрессии — это конец света!

— Величия демонической расы, — одновременно с ним сказал Рамирес. — Он же Император демонов!

— Вы оба правы, — согласился Томаро. — С тех пор, как умер Тарио Фаро, Император все больше увязает в повседневных делах. За последние десять лет на него и на сэра Маркуса было совершено два покушения. Разве можно заниматься вселенскими интригами, если у тебя за спиной не любимый муж, а наемный убийца?

— Если добавить к этому смерть Кирилуса и публичное унижение рода Вальтерусов, которое вывело из себя и отвлекло от Императора сэра Маркуса, то картина вырисовывается не слишком радужная, — добавила Дэнис.

— Дариусу нужна передышка, — подвел итог Рамирес. — Безопасность при дворе и спокойствие в доме.

— Другими словами надежный глава Службы безопасности и счастливый сэр Маркус, — вставил свои пять копеек Диего.

— С главой Службы безопасности все понятно, — кивнул Томаро. — С вашей помощью я подставлю и уберу с дороги нынешнего недоумка в самые короткие сроки.

— А мы с твоей помощью организуем церемонию моего совершеннолетнего воскрешения, свадьбу и поединок за титул Великого Герцога Вальтеруса в присутствии нужных нам демонов, — сказала Дэнис. — Маркус должен увидеть, как разрывают в клочья Флавиуса, своими глазами!

— Я бы столько всего интересного за раз ни за что не пропустил, — рассмеялся кровожадности демоницы Рамирес.

— Ты уверен, что справишься с Флавиусом? — спросил его Томаро. — Он теперь не просто хилый сумасшедший демон, он Великий Герцог. Его сила возросла в разы.

— Если понадобится, я ему помогу, — ответила за Рамиреса Дэнис, чем подтвердила его подозрения.

Слишком уж быстро она согласилась все поменять! И отказалась от титула, который вполне могла у Императора выкружить. Теоретически. Но у Рамиреса выбора не было, если он, конечно, не хотел убивать Кортеса. А он не хотел. Никогда не хотел. Наверное, поэтому так ни разу план по его уничтожению даже додумать до конца не смог.

— Хорошо, — кивнул Томаро. — С чего начнем?

— Со звонка, который легко отследить, — ответил Рамирес.

Томаро снял трубку с офисного телефона и передал ее Рамиресу. Демон глубоко вдохнул, обретая спокойствие и невозмутимость бескрайнего синего неба родной планеты, взял трубку и ушел в переговорную. Этот разговор был только для двоих.

Планета Подземелье, Столица

Кортес не находил себе места с самого утра, так что звонок с незнакомого номера не стал для него сюрпризом. Как и знакомый до боли голос Рамиреса.

— Здравствуй, брат.

— Где ты был целых полтора года, гаденыш?! — с места в карьер рванул Кортес. — Я сделал за тебя всю грязную работу, а ты даже после смерти Санчеса мне не позвонил!

— Я не был готов к разговору с тобой.

— А теперь, значит, готов?

— Да.

— Нам не о чем разговаривать, Рамирес. Мы остались один на один, и ты знаешь, кто из нас умрет первым.

— Отец еще жив, Кортес.

— Отец умрет максимум через неделю. Я добавил в его капельницы яд.

— Ты так уверен в своей победе? По традиции отца убивает оставшийся в живых Наследник.

— Мне плевать! — зарычал Кортес.

— Тебе плевать на традиции? С каких пор?

— С тех самых, что ты начал от меня бегать! Пока отец жив, ты имеешь на это право, но когда он умрет, у тебя не останется выбора. Так что все будет по правилам.

— Выбор есть всегда, и по правилам не будет.

— Ты это к чему клонишь? Хочешь отказаться от борьбы за титул и трусливо сбежать?

— Нет. Это недопустимо.

— Тогда что?

— Я не хочу убивать тебя, Кортес, — сказал Рамирес и прижался лбом к зеркалу переговорной. — Ты очень дорог мне. Прости, что не сказал тебе этого раньше.

— Что ты несешь, придурок? — рухнул в кресло Кортес. Такого откровения он не ожидал. — Свихнулся?

— Нет, я просто вспомнил твой 700-й день рождения и понял, каким ослом был все эти годы.

— Рано или поздно это должно было случиться, — безнадежно откинул голову на спинку кресла Кортес. — Теперь у меня вдвое больше поводов тебя убить.

— Возможно, — не стал спорить Рамирес. — Но я хочу, чтобы ты знал: я не притворялся тогда и не притворяюсь сейчас. Я забыл о той ночи, потому что боялся принимать решения и отвечать за последствия. Теперь все изменилось.

— Что изменилось?

— Я повзрослел, влюбился и понял, что дорогих тебе существ надо беречь и охранять, как зеницу ока. Ты — один из тех, кто мне действительно дорог. Ты мой брат и лучший друг.

— Рамирес, ты сошел с ума, — прикрыл лицо рукой Кортес. — Убив тебя, я сделаю тебе одолжение.

— Послушай меня, братишка! Я знаю, что ты не хочешь моей смерти, и, если дело только в титуле Великого Герцога, я могу предложить альтернативный вариант. Мы оба можем стать Великими Герцогами, если ты подыграешь мне!

— Подыграю? Мы воины, а не шуты!

— Мы демоны и вольны делать то, что захотим.

— Мы Наследники древнего аристократического рода! За нас все решили предки тысячи лет назад.

— Мы заложники предрассудков!

— Я не хочу тебя слушать! Мы будем сражаться насмерть, Рамирес.

— И станем полными идиотами, когда один из нас убьет другого просто так. Ни за что!

— Хватит нести чушь!!! — заорал в трубку Кортес. — Я найду тебя и убью, понял?!

— Понял! — рявкнул Рамирес и отключился.

Постоял, подумал и отправился порталом в специально подготовленную для встречи с братом квартиру. Так или иначе, но своего он добьется.

Кортес бросил трубку в окно, успокоил эмоции звоном разбитого стекла и отправился за улетевшим в никуда телефоном. Он найдет то место, откуда Рамирес ему звонил, вытрясет душу из свидетелей и найдет брата первым.

…

Томаро прибыл в Столицу героем, и дело было даже не в грузовом космотанкере, полном потерянных человечеством сокровищ, что он тащил прицепом, а в правильно организованной шумихе в прессе. Легко найти сокровища, которые лично изъял у контрабандистов тысячу лет назад, трудно привлечь внимание Императора и под благовидным предлогом выманить его из дворца. Еще труднее найти невменяемого фанатика, ненавидящего бессмертного демона всеми фибрами души, и позволить ему занять нужное место в нужное время, ну, а дальше… Дальше всего лишь дело техники: на глазах у миллионов зрителей и миллиардов телезрителей предотвратить покушение на Великого Императора, устроить показательный скандал нынешнему главе Службы безопасности и успеть оторвать ему голову до того, как вмешается Дариус.

Томаро все сделал так, как и было задумано, вот только насмешливый взгляд Императора жег ему затылок все то время, что он проворачивал свою не слишком замаскированную махинацию.

— Тебе еще учиться и учиться, — сказал Дариус, появляясь в комнате для гостей в тот момент, когда обезглавленное тело главы Службы безопасности упало к ногам Томаро.

— Я знаю, Ваше Величество, — склонил голову демон. — Но у меня кончилось терпение. Вы специально брали на такую ответственную должность тупых дебилов?

— Да, — хмыкнул Дариус, прихватывая растерявшегося от неожиданного ответа демона за плечо, чтобы перенести в свой кабинет во дворце порталом.

— Зачем?!

— У меня было всего два подходящих кандидата, так что я просто ждал, когда у них кончится терпение, — улыбаясь, ответил Дариус.

— Вот дьявол! — выругался Томаро. — Если бы я только знал!

— Но ты не знал и все равно попытался получить желаемое. Это делает тебе честь.

— Попытался? — побледнел Томаро.

— Получил, — поправился Император. — Но не стоит расслабляться, ведь есть второй кандидат. Я могу и передумать.

— Ваше Величество, — задумчиво потер переносицу Томаро. — Если речь идет о Моро, то он уже не кандидат.

Дариус поднял бровь в немом вопросе, вынуждая демона пояснять.

— Он предан помощнику вашего мужа до мозга костей и поставит его интересы выше ваших.

— Я знаю, только вот мои интересы для Сэма всегда будут важнее собственных.

— Не хочу вас расстраивать, но Сэм основательно влюбился в Рамиреса де Сент-Переса и Дэнис Вальтерус, а они — те еще интриганы.

— Не хочу тебя расстраивать, но больше всего на свете Сэм любит моего мужа, науку и меня, а детишки…

Дариус замолчал, заставляя Томаро волноваться. Он, конечно, демон, и ему плевать на всех и вся, кроме Диего и Императора, но Дэнис… На Дэнис ему тоже было не наплевать.

— Надеюсь, детишки меня приятно удивят, — сказал, наконец, Дариус.

Томаро не сумел сдержать облегченный выдох, который, конечно же, услышал Император. Рассмеялся, покачал неодобрительно головой, упрекая главу Службы безопасности в несдержанности, и добавил:

— Держи меня в курсе основных событий.

— Как прикажете, Ваше Величество, — склонил голову Томаро. — Полагаю, вам будет интересно узнать, что все основные события произойдут в одном месте в одно время. Ровно через месяц.

— Вы позаботились о том, чтобы я ничего не пропустил, да? — рассмеялся Дариус. — Это вы молодцы.

— Сэр Маркус тоже приглашен, — пошел ва-банк Томаро. Раз Император все знает, какой смысл юлить?

— Он будет, — кивнул Дариус и улыбнулся так, что Томаро понял, кем и ради кого вся эта многолетняя интрига затевалась.

====== Глава 4 ======

Большая Шестерка, Две недели до дня Х

В большой светлой комнате долгое время царила тишина, которую нарушил визгливый голос телеведущей с плазмы на стене. Рамирес добавил звук и уселся в кресле поудобнее.

— Грандиозный скандал разразился на похоронах Великого Герцога де Сент-Переса сегодня утром. По давней традиции этого древнего рода, Великого Герцога убивал оставшийся в живых Наследник, но в этот раз все пошло не так. То, что Герцог был отравлен, не вызывает сомнений, весь вопрос кем? Кортес и Рамирес де Сент-Пересы, Наследники Первой линии, на церемонию похорон не явились, и ни один из них не взял на себя ответственность за смерть Великого Герцога. Их загадочное исчезновение дало повод одному из Наследников Второй линии бросить им вызов.

Камера перестала показывать блондинку и переехала на гору мускулов, заканчивающуюся непропорционально маленькой рогатой головой.

— Трусы! Я уничтожу вас обоих! Позор семьи де Сент-Пересов! Ни один из вас недостоин быть Великим Герцогом. Им буду я, поняли?! Я!!!

— Ты знаешь этого идиота? — спросил Рамирес.

— Видел на каком-то семейном торжестве, — пожал плечами Кортес, сидящий в соседнем кресле.

Силовая цепь, что не давала ему покинуть эту уютную квартиру, звякнула антуражным железом, напоминая демонам, кто в доме хозяин, а кто раб. Кортес попался в ловушку неделю назад и с тех пор упорно игнорировал все попытки нормально поговорить. Рамирес не сдавался, и, понимая, что время уходит, как песок сквозь пальцы, переходил на запрещенные приемы. По большому счету согласие Кортеса не требовалось, но кто знает, что этот вечный поборник правил выдумает? С него станется устроить поединок и после того, как они оба станут Великими Герцогами. Кому это надо, спрашивается?

— Я убью его сегодня же вечером.

— Если я не убью тебя раньше.

— Не убьешь, — поднялся с кресла Рамирес. Наклонился к Кортесу, поцеловал в губы, уперся рогами в рога. — Просто не сможешь.

— Еще как смогу, — прихватил его затылок рукой Кортес. Поцеловал сам, насладился ответом. — Сначала выебу во все щели, а потом убью.

— Мечтай, — щелкнул его по носу Рамирес и поспешил отпрыгнуть подальше.

— Бойся, — плюхнулся обратно в кресло Кортес, раздосадованный неудачной попыткой взять брата в плен.

— Я приду завтра утром. Отчитаюсь о проделанной работе.

— Не забудь принести мне пива, — крикнул ему вслед Кортес. — И убей того, второго, что орал на заднем плане почти так же громко, как тот идиот!

— Договорились.

Планета Подземелье, Столица

Сэм сидел на постели и с тревогой наблюдал за Рамиресом, который явно собирался на войну: столько смертельно-опасных штук, надетых на одного демона за раз, он не видел еще никогда. Впрочем, Тарио при нем ни разу на войну и не собирался. Сэм сполз с постели и подошел к сосредоточенному демону поближе. Император запретил вмешиваться в разборки Наследников, но это вовсе не означало, что Сэму все равно, куда и зачем его любимый намылился.

— Рамирес.

— А?

— Ты куда собрался?

— Дела у меня, Котенок. Ты не волнуйся, я быстро вернусь. Ничего серьезного.

— Ты врешь.

— Тебе показалось, — рассеянно чмокнул Сэма в макушку Рамирес и испарился в яркой вспышке мгновенного портала.

— Вот так, значит, да? — помрачнел Сэм. Схватил трубку домофона. — Моро, Рамирес ушел на разборки. Немедленно найди его и проследи, чтобы с ним все было в порядке. Прихвати с собой Дэнис. Одному тебе с ним не справиться.

…

Рамирес почувствовал присутствие Моро и Дэнис шкурой задолго до того, как они его нашли, но менять местоположение не стал, уж очень удобная была крыша. Дождался их, приказал не вмешиваться и скользнул вниз по водосточной трубе с легкостью падающего с дерева сухого листа. Проник в окно семейного особняка того, кто мнил себя Наследником рода де Сент-Перес, и попал в ловушку, из которой выбрался целым и невредимым, настолько она была нелепой и слабой. Спустился вниз, напоролся на целый отряд наемников и с превеликим удовольствием спустил пар.

Дэнис висела на тросе напротив окна второго этажа и с замиранием сердца смотрела на то, как Рамирес расправляется с толпой вооруженных до рогов демонов. То, что он вытворял, иногда невозможно было даже отследить, настолько быстрыми и неуловимыми были его движения.

— Хорош, ничего не скажешь, — прокомментировал бойню висящий рядом Моро. — А ведь он всего лишь подросток.

— Даже думать боюсь, каким он станет Великим Герцогом, — поежилась Дэнис, впервые полностью осознавая тот факт, что равной ему ей не стать никогда.

— Вам нечего бояться, леди Дэнис, — вежливо сказал Моро. — Он любит вас и никогда не причинит вреда. Это невозможно.

— Я знаю, — повеселела она, вспоминая отца и Неру. — Мне с ним повезло.

Моро согласно кивнул, снял выстрелом с крыши напротив снайпера, и предложил идти домой. Здесь им делать было нечего. Они ушли, а Рамирес покончил с ублюдками в доме, зачистил территорию и отправился за следующим из тех, кто чтил традиции предков. Никто не смеет вмешиваться в разборки Наследников, какими бы странными они ни были!

Домой Рамирес вернулся под утро. Смыл пот и грязь, поцеловал сонного Сэма, прогулялся к Дэнис, обнял крепко, пообещал больше ее не пугать и исчез во вспышке мгновенного портала, оставляя демоницу переживать за него пуще прежнего. Упрямое нежелание Рамиреса убивать Кортеса ставило под угрозу все, над чем они так упорно трудились, но она ничего не могла с этим поделать. Почти ничего. Хотя… Она же не обещала Рамиресу Кортеса не убивать, так что его нежелание к ней отношения не имеет. Нет демона — нет проблем, не так ли?

Большая Шестерка, Двенадцать дней до дня Х

Кортес проснулся от стука падающих на пол вещей, распахнул глаза и уставился на раздевающегося возле постели Рамиреса в полной растерянности.

— Что? — устало буркнул тот, бросая в него ключ от цепи на шее. — Места жалко?

— Не жалко, — ошарашено ответил Кортес, снимая цепь и автоматически откидывая одеяло.

— Ну и ладушки, — рухнул на постель Рамирес. Обнял Кортеса за талию, улегся щекой на змеиные чешуйки его демонического плеча, поцарапал их когтем и сонно пробормотал: — Классные они у тебя все-таки.

И уснул. Просто взял и уснул!

Кортес сложил на него руки и впал в странное состояние, когда все вокруг кажется нереальным, а раз все нереально, значит, можно позволить себе, что угодно. Например, изучить демоническое тело брата руками. И кое-где губами. И не только кое-где.

Добиться довольного стона.

Властно прошептать в затылок:

— Смени ипостась, Рамирес.

Получить желаемое. Зажечь вспыхнувшим внутри огнем. Подмять под себя мускулистое человеческое тело. Взять и владеть столько, сколько сможешь. Доставить удовольствие и себе, и ему. Зацеловать и усыпить.

…

Рамирес проснулся первым, как всегда в демонической ипостаси. Сэма под рукой не было, и он метнулся на его поиски… Но не сдвинулся с места, потому что попал в железобетонные тиски рук Кортеса.

— Далеко собрался?

— Как я оказался в твоей постели? — в легкой панике простонал Рамирес, чувствуя наливающийся жизнью член на своих ягодицах.

— Опять не помнишь? — рассмеялся ему в затылок Кортес.

Потерся чешуйками о спину Рамиреса, вызывая в нем дрожь удовольствия, почувствовал тяжелый аромат нарастающего желания и спустил руку на мускулистую чешуйчатую ягодицу, сдвигая ногу и открывая дорогу своему члену.

— Безумие какое-то, — выдохнул Рамирес, прогибаясь в талии, чтобы вобрать член Кортеса как можно глубже.

— Согласен, — впился клыками в чешую на его плече Кортес и отымел так, что чуть не сломал член.

Кончил, распластался на постели выжатым досуха, не в силах пошевелить даже пальцем, и попался в сети возбужденного поркой Рамиреса, который отыгрался на нем в полную силу и заставил кончить снова.

А потом Кортес включил плазму, чтобы послушать новости,

А потом Рамирес притащил еду с кухни,

А потом они ели всякую дрянь, слушали восторженный рассказ журналиста о мести Наследников рода де Сент-Перес зарвавшимся родственникам и наслаждались шумихой,

А потом… потом кто-то, неважно кто, коснулся родного лица с нежностью, и все понеслось по новой.

Планета Подземелье, Столица, Десять дней до дня Х

Полная луна в безоблачном звездном небе зовет за собой в вечность. Бескрайняя степь расстилается вокруг, наполняя свободой. Высокая трава щекочет пузо, а лапы мягко ступают по покрытой тонким слоем мха земле. Легко, приятно и знакомо до боли. Стадо оленей проносится мимо. Запах дичи, страха и… азартного молодого чужака. Кровь вскипает в жилах, поднимая шерсть на загривке, закручивая хвост узлом, обнажая острые зубы и обостряя все инстинкты до предела. ОН срывается с места и мчится вслед за наглым волком, посмевшим зайти на его территорию. Догнать его не так уж и просто, но ОН неумолим, беспощаден и упорен.

С каждым рывком запах чужака становится все сильнее и беспокоит все больше. В нем так много всего! Он не похож ни на что, познанное ИМ до сих пор. Небольшая каменистая гряда возникает на пути, и ее невозможно обойти стороной. Чужак наверняка заберется на самый верх. ОН поднимает морду и рычит, постепенно замолкая от завораживающей красоты. Огромная серебряная луна. Плоские камни на вершине гряды. Величественный волк, замерший темным силуэтом, подняв морду к звездам.

Долгий вой, наполненный неистовой страстью и яростной надеждой, разрывает ночную тишину, и у НЕГО подкашиваются лапы. Сердце бьется в голове, мешая идти. Лапы дрожат, и все внутри разрывается от желания немедленно добраться до этого красавца и дать ему то, о чем он так отчаянно просит. Ветер доносит его запах: терпкий, мускусный, яркий. Нестерпимый! ОН бросается за ним, но чужак спрыгивает вниз. Рычание разрывает горло и выдает ЕГО с головой.

Серебристый, почти белый волк оборачивается на НЕГО и поднимает шерсть на загривке. ОН кидается к нему молниеносно. С самого верха гряды. Падает рядом, успевает схватить зубами за шкуру и… теряет себя в мягких, совершенно не волчьих волосах и подшерстке. В аромате костра, теплой земли и горячей еды. В его желании быть рядом. ОН поднимает морду и натыкается носом на холодный нос. Лучистые голубые глаза с вертикальным зрачком смотрят на НЕГО с ужасом и восторгом.

ОН бросается на него и подминает под себя. Властного и сильного, но такого мягкого и пушистого, что желание защищать и любить его затмевает все остальное. Волк шебуршится под НИМ, и ОН встает на все четыре лапы. Поднимает его за загривок зубами и забирается в него членом, погружаясь в узкую щель яростными ударами. ОН чувствует нарастающий в серебристо-белом волке огненный шквал и вцепляется ему в загривок всей своей зубастой пастью. Взрывается в нем и вдруг чувствует его, как самого себя. Все его желания и мысли, страхи и опасения. Всю его бесконечную страстную любовь. Слезает с него, поворачивает лапой серебристую довольную морду к себе, утыкается носом в нос, и слова сами слетают с языка:

— Любимый.

Моро чихнул, проснулся, открыл глаза и обалдел. Во-первых, потому что за окном розовело утро, а он уснул в постели Неру, провел с ним рядом всю ночь и теперь чувствовал себя лучше некуда. А во-вторых, потому что вместо человека на нем лежал гигантский серебристо-белый волк. Он раскинул лапы во все стороны, зубастой пастью похрапывал где-то возле макушки, а пушистым пахом щекотал замерший в жестоком напряжении член. Шикарный хвост зверя лежал на ногах Моро до самых пяток.

Демон провел руками по шелковому меху и разом вспомнил свой сон. Какой кошмар!!! Он же никогда не был извращенцем! Мозг паниковал, а руки зарывались в мягкую шерсть все глубже, гуляя по мощному звериному телу. Член все настойчивее просился в теплую глубину, а желание овладеть величественным волком становилось нестерпимым.

— Неру! Мерзкий кобель! — отчаянно зашипел Моро. Дернул его за уши и… принялся ласково жамкать невыносимо мягкие бархатные кончики. Господи, да что же это?! — Ненавижу тебя! Ты в кого меня превращаешь, а?! Немедленно вернись!

Волк неохотно потянулся, зевнул во всю пасть, недовольно подергал ушами, вызывая в Моро отдельно взятый конец света, и открыл голубые глаза с вертикальным желтым зрачком. Провел алым языком по острым белым зубам, довольно почавкал и недоуменно уставился на свои лапы.

— Ты меня достал, — обреченно выдохнул Моро.

Одной рукой взялся за свой член, второй поддернул волка за хвост и влетел в него почти до половины. Неру взвизгнул и превратился в человека, но Моро было уже все равно, потому что он получил свое и витал далеко в облаках. Вернулся демон довольно быстро, потому что теплый оборотень исчез с его груди, и это следовало срочно исправить. Моро открыл глаза и второй раз за утро обалдел: Неру сидел на краю постели лицом к нему, скрестив по-турецки ноги, зарывшись в подушку по самые ошалелые глаза, и медленно раскачивался из стороны в сторону.

— Молчи, ничего не говори, — остановил открывшего рот демона оборотень таким голосом, что было понятно: еще чуть-чуть, и он сорвется в истерику.

Моро на секунду прикрыл глаза, а потом перекатился к нему и в два счета вернул все на свои места: подушку под свою шею, Неру на грудь, а ненасытный член в его задницу. Оборотень заморгал, прикусил губу и задышал часто-часто, пугая Моро до нервного тика, а затем закрыл ему рот ладонью, выпрямился, насколько позволила рука, закрыл глаза и принялся медленно, тягуче и мучительно-страстно насаживать себя на ошалевший от такого напора член Моро, рыдая в три ручья. Демон попытался впасть в панику, но мысль о том, что если он это сделает, то Неру успокаивать будет некому, привела его в относительный порядок, и для начала он пробежался по пальцам на своих губах языком. Неприлично.

Оборотень отдернул руку, открыл глаза и продолжил плакать дальше. Лучше б не открывал! Непонятный, но явно сверхъестественный свет в голубых глазах едва не выбил Моро из колеи снова, но он не сдавался. Подхватил своего истеричного оборотня под ягодицы, остановил, а потом нахамил членом в его заднице так, что Неру мигом перестал реветь, отцепил от себя его руки и прижал их над головой Моро к подушке. Замер на мгновение, а потом невероятным образом оказался на постели между ног демона и влетел в него без предупреждения до самого конца. Впервые. Моро открыл рот, чтобы возмутиться, но Неру принялся скользить в нем так, что вместо слов вырвался только довольный стон. Впрочем, стонал он недолго, потому что оборотень сдался очень быстро: разлился в нем огненным теплом, забрался в кровь, в кости, в жилы и остался жить в сердце, душе и голове. Навечно. Моро смотрел на свое бьющееся в экстазе тело с небес и ничего не мог с этим поделать. Да и не хотел.

Демон пришел в себя, только когда дверь в спальню приоткрылась, и в нее проскользнул Сэм. Моро проклял это сумасшедшее утро всеми известными ему проклятиями. Он скрывал свой секрет целых полгода, а теперь о нем узнают абсолютно все. Такие тайны Сэм не умел хранить в принципе. Неру поднял взъерошенную голову с его груди, и они молча уставились на хозяина дома.

— Я знал, что вы или полюбите друг друга, или убьете, — улыбнулся им Сэм. — Я откровенно рад, что вы выбрали первое. Моро, не переживай, твою страшную тайну я унесу с собой в могилу. Клянусь. Ты можешь продолжать рычать на Неру и дальше, если тебе это нравится.

— Не умничай, Сэм, — предупреждающе прищурил глаза оборотень и прикрыл обоих одеялом. Глупо, конечно, но Моро заметно успокоился. — И не смущай моего любимого. Он к этому явно не готов.

— Мерзкая псина, — простонал Моро, обнял Неру крепко-крепко и спрятал горящее от смущения лицо на его плече. Смотреть на белый свет не хотелось.

— Ладно, ладно, не заводись, Неру, уж и пошутить нельзя! — примирительно сказал Сэм. — Я к вам по делу, но сначала мне надо перемолвиться парой слов с Моро.

— Так и быть, разговаривайте, — пробурчал оборотень и, не торопясь, сполз с постели.

Посмотрел на Моро, дождался кивка и исчез в ванной. Сэм тут же нырнул в объятия смущенного донельзя демона. Поставил локти вокруг седой головы и крепко поцеловал в припухшие от поцелуев губы.

— Я так рад за тебя, хороший мой! Ты себе представить не можешь.

— Могу. Я слегка перегнул палку в последние несколько лет. Простите меня, господин, — покаялся Моро.

— Ничего страшного, — улыбнулся Сэм. — Мне было приятно. Постарайся только Неру так не опекать, ладно? Он хоть и бывший раб, но чертовски независимый товарищ. Не дави на него слишком сильно. Обещаешь?

— Клянусь.

— Ответь мне только на один вопрос, и я от тебя отцеплюсь на веки вечные, — сделал жалостливое лицо Сэм.

Моро рассмеялся, но даже не попытался его поцеловать. Впервые за все то время, что Сэм знал его, и это все сказало ему без слов. Пациент выздоровел.

— Спрашивайте.

— Ты позволил Неру… все? — слегка замялся Сэм.

Страшную историю пребывания Моро в казарме Второго Легиона ему рассказал Тарио в первый же день, когда притащил еле живого, почти сумасшедшего и абсолютно седого юного демона к ним домой. Обычная история с необычным финалом: новичок на военной службе попался на глаза Командора Легиона, известного любителя пытать своих любовников, но отказался с ним спать, убил посланных за ним двух сержантов и сбежал. Уходил от погони целый месяц, убил больше двадцати спецов, что его ловили, но был пойман и отдан на растерзание тому подразделению, из которого убил больше всего народу. Моро провел в казарме с 50-ю изголодавшимися по сексу рядовыми демонами две недели.

Тарио, с интересом следивший за событиями, проникся искренним уважением к живучему, стойкому и выносливому юному демону и вытащил его из очередной койки в тот момент, когда Моро практически перестал бороться за рассудок и жизнь. Командор пришел в ярость и обещал Фаро страшные кары, но на следующий же день был вынужден отправить подразделение, которое развлекалось с Моро, на подавление восстания в Беранных Рудниках в гордом одиночестве, обрекая их на верную смерть. Так оно и получилось. Командор Второго Легиона главе Службы безопасности Императора такой подставы не простил: кипел, устраивал ему подставы и смертельные ловушки, но тот не обращал на него внимания и просто ждал. И дождался. Моро жестоко изнасиловал и убил Командора через два года после чудесного освобождения. Именно столько времени понадобилось Тарио, чтобы сделать из него своего верного и очень опасного цепного пса, а Сэму, чтобы вернуть юному демону рассудок и покорить собой навеки вечные.

Моро прикипел к ним обоим всем сердцем, снова начал спать по ночам и в постели, правда, в двух рубашках и трех штанах, но это уже мелочи. Перестал насиловать и убивать редких любовников и возглавил тот отряд мега монстров, что создал Тарио для охраны своего любимого Котенка. Слуги исправно выполняли обязанности по дому и убивали всех, кто посмел взглянуть на Сэма слишком уж похотливо, незримо охраняя господина во всех его прогулках по Столице. Обычно меньше, чем пятью трупами, такие гуляния не заканчивались, но Сэм этого не знал, Тарио одобрительно кивал головой, а Император закрывал на этот беспредел глаза. Всех все устраивало. Моро сделал все, чтобы после смерти Фаро ничего не изменилось, а Сэм серьезно упростил ему задачу, позволяя им всем иногда добираться до своего прекрасного тела губами, руками и даже членами. Создать тайный орден из истовых почитателей и вознести Сэма на недосягаемую высоту не составило никакого труда. Жестокие профессиональные демоны-убийцы обожали своего хрупкого идола, прикасались к нему только с его разрешения и любили очень осторожно. Сэм вил из них веревки, а они искренне считали, что так оно и должно быть.

Моро сопротивлялся соблазну залезть в Сэма членом дольше всех, но однажды застукал в ванной глотающим снотворные таблетки целой горстью и не устоял: промыл ему желудок, почти взаправду настучал по прекрасной заднице ремнем, высушил тоскливые слезы поцелуями и стал его единственным любовником на целых два года, пристально следя за тем, чтобы все попытки Сэма покончить с собой от тоски по Тарио закончились крахом. Он был так плох, что Моро пришлось быть рядом с ним круглые сутки, и это серьезно помогло ему самому. Демон запутался в сетях несчастного Сэма так глубоко, что спал с ним полностью обнаженным, в обнимку, по ночам, и иногда позволял вытворять с собой все, что угодно, и даже получал от этого пусть и не сильное, но удовольствие.

Они основательно подлечили друг друга, а потом Сэм пришел в себя, перестал заниматься ерундой, выгнал Моро из своей постели и пустился во все тяжкие. Демон расстроился, но не сильно, потому что все равно остался первым, к кому Сэм приходил в поисках утешения от всех своих неприятностей. За триста лет Моро так привык к этому, что любые изменения воспринимал в штыки. В тот год, когда на крыше напротив их особняка поселился могучий юный демон, а Сэм строго настрого запретил его убивать и принялся демонстративно совращать, он едва не сошел с ума и превратился из охранника и любовника в надсмотрщика и сексуального маньяка.

В день, когда золотоволосый оборотень открыл прекрасные голубые глаза, а челюсть Моро заклинило, демон напрочь забыл про желание заняться сексом с Сэмом и погрузился в борьбу с оборотнем и собственным сердцем с головой. Он практически проиграл с того самого дня, как поселил Неру рядом с собой и начал проводить в его постели каждый вечер, задерживаясь все дольше и дольше, не в силах оторваться от шикарного тела и любящих глаз. Желание остаться на ночь и позволить ему абсолютно все, росло в Моро, как снежный ком, но прошлое сидело в душе демона очень глубоко и не желало отпускать без боя. С тех пор, как Тарио вытащил его из казармы почти шестьсот лет назад, в его заднице побывал только Сэм. Сегодня Неру, даже не подозревая об этом, окончательно вылечил Моро, как от призраков прошлого, так и от нездоровой тяги к Сэму.

Желание пронеслось по демону метелью при одном только воспоминании о ласковых пальцах на бедрах и крепком члене Неру в своей заднице. Уверенном, но не наглом, умелом, но не бесстыдном, сладострастном, но не жадном. Самом лучшем. Моро хотел почувствовать его в себе снова. Хотел видеть, как просыпается Неру, не через глазок скрытой камеры, а лично. Хотел купаться в его любви, греться в тепле и наслаждаться телом и откровенными ласками без каких-либо ограничений. Отныне так оно и будет. Души 50-ти рядовых демонов спец подразделения Второго Легиона вспыхнули в адском пламени в последний раз, получили прощение и обрели свободу.

Моро прижал к себе своего хрупкого друга покрепче и выдохнул ему в самое ухо:

— Неру меня не спросил. И это было прекрасно.

Сэм просиял и от избытка чувств звонко поцеловал его в губы прощальным поцелуем. Моро его прекрасно понял и нисколько по этому поводу не расстроился. Даже наоборот. Сэм уткнулся ему в ухо и зашептал, обнимая так крепко, что чуть не задушил:

— Расскажи Неру о себе, пожалуйста! Он десять лет провел в руках работорговцев и поймет тебя, как никто другой. Он должен знать, хороший мой.

— Я подумаю.

Моро поежился от неловкости и накатившего желания защищать оборотня от всего и вся и вежливо провел по стройной спине и бедрам Сэма руками, прощаясь с ним навсегда. Больше никакого секса и даже поцелуев между ними не будет. Никогда. И слава Великому Ничто!

— Сэм, я все понимаю, но тебе не кажется, что триста лет – вполне достаточный срок, чтобы ты нашел себе других демонов для развлечения? — Ядовитый голос Неру откинул их друг от друга раньше, чем они дослушали его речь. — Что, Рамиреса ты уже укатал?

— Прости, Неру. Жду вас через час у меня в кабинете, — рассмеялся Сэм и ушел.

 — Не смей хамить хозяину, — сурово сказал Моро, скрывая эмоции и поднимаясь на постели на колени.

Обнаженный, влажный после душа, сияющий в солнечном свете каждым мускулом белоснежного тела Неру решительно шел к нему и смотрел на него полными ревности глазами из-под прилипших к тонким бровям золотых волос. Моро завелся так, что не передать никакими словами.

— Он мне не хозяин. Да и тебе тоже, — отрезал Неру, забираясь на кровать.

Ревность в нем переливалась через край. Моро смотрел на Сэма слишком преданно и восторженно! Неру не собирался это терпеть. После сегодняшней ночи, после того, как демон был с ним в волчьем обличии и назвал любимым, никуда Моро от него больше не денется. Никогда. Что бы по этому поводу ни думал он сам. Древняя легенда и вечная истинная любовь связали обоих так, что оторвать их друг от друга сможет только смерть, да и то не факт. Но умирать Неру не собирался, так что шансов на спасение у Моро не было никаких.

— Поговори еще! — заворчал демон.

Схватил Неру за волосы, прижал к себе грудью и откинул его прекрасную голову назад. Оставил засос на шее, поцеловал в хмельные губы, пьянея от жадного ответа и теряя последние крохи разума. Тьма, помоги!

— Да кто ты такой, чтобы мной командовать?! — возмутился Неру, ловко повернулся и опрокинул Моро на живот. Прижал всем телом к постели, откровенно повел бедрами. Ехидно прошептал в седой затылок: — Вы, демоны, так любите статусы! Нет статуса – нет прав.

— Да я! А ты… — растерялся Моро.

Нет, ну сегодня точно не его день! Пока демон соображал, что же надо ответить, наглый оборотень вздернул его на колени, раздвинул ноги и принялся терзать его задницу умелым членом так чувственно и покорно-развратно, что мысли в голове Моро превратились в мыльные пузыри и улетели в небо. Он отправился за ними следом буквально через несколько минут, а потом блаженно наблюдал за увлекшимся Неру с пролетающего мимо облака. Он успел вернуться на землю и попасть на небо еще раз, прежде чем оборотень прорычал его имя, наполнил теплом и успокоился.

Большая Шестерка, Восемь дней до дня Х

Раннее утро. Смятая постель. Рогато-чешуйчатый демон осторожно прижимает к постели мускулистого черноволосого человека бедрами, а потом ведет ими, заставляя его приподнимать ягодицы и невыносимо эротично прогибаться в спине. Играет членом в узкой заднице, сходит с ума от осознания происходящего. Доводит до оргазма, кончает сам и скатывается на постель, не в силах ни уйти, ни остаться.

— Кортес, пожалуйста, — склоняется над ним человек.

— Чего ты хочешь? — шепчет демон, не открывая глаз.

— Соглашайся, — губами проходит по змеиным полоскам на его плече человек.

Меняет ипостась. Запускает когти в чешуйки на бедре демона, вызывая довольный вздох. Целует. Сводит с ума. Берет предложенное и качает на волнах удовольствия так долго, как только возможно. А потом обнимает, пряча лицо на могучем плече, не в силах ни уйти, ни остаться.

— Два Великих Герцога, Кортес. Это же так просто!

— Чужие друг другу? — открывает глаза демон и обнимает снова принявшего человеческое обличие Рамиреса за шею, целуя в губы.

— Родные. Ты же мой…

— Кто?

— Я не знаю!

— Знаешь, Рамирес. Знаешь!

— Я люблю Дэнис и Сэма, а ты мой брат.

— Брат? — целует его в губы Кортес. Ласкает распластавшееся на себе человеческое тело интимно до дрожи. — Я тебе куда больше, чем брат.

— Перестань, Кортес, — хрипло стонет Рамирес, плавясь в его руках воском. — Соглашайся, прошу тебя. Мы разберемся с этим потом.

— Нет. Сейчас. После того, что случилось с нами в эти несколько дней, здесь, в этой проклятой Великим Ничто квартире, я не смогу делить тебя ни с кем. Никогда! Проще убить и забыть.

— Ты не сможешь.

— Смогу, — шепчет Кортес, не веря сам себе. — Смогу!

— Тогда я все решу за нас обоих, — взасос целует его Рамирес и, пока демон отходит от поцелуя, цепляет на его шею силовой ошейник. — Ты будешь сидеть здесь до тех пор, пока я не сделаю то, что задумал.

Рамирес скатывается с постели за миг до того, как Кортес решает его не отпускать, и уходит мгновенным порталом в никуда.

— Безумие, — хватается за рогатую голову Кортес и прячет лицо в подушках. — Я должен это прекратить. Немедленно!

— Я тебе помогу, — выскальзывает из открывшегося посреди спальни портала красивая девушка. Смотрит с ненавистью. — Ты замарал честь моего рода, трахал моего брата, а теперь покушаешься на моего будущего мужа?! Да я твои кишки…

— Леди Дэнис, — во вспышке очередного портала возникает позади нее седой мрачный демон. — Зря вы это. Нам пора уходить.

— Дэнис Вальтерус? — скатывается с постели Кортес. — Так вот куда ушла треть состояния Томаса! Хитрая сук…

Выстрел из бластера Космических Разведчиков сносит Кортеса в гостиную. Он уворачивается, прыгает в окно… но проклятый силовой ошейник мигом возвращает его назад, прямо под ноги стоящей в дверях демоницы. Выстрел в упор, и дыра в его животе наполняется кровью и слизью. Дэнис делает шаг вперед, но мрачный демон за ее спиной не дает сделать глупость и, за миг до рывка Кортеса, утаскивает в портал. Кортес, вложивший в прыжок последние силы, падает на пол, истекая кровью. Скребет когтями по полу, собирает волю в кулак, чтобы сесть и заткнуть рану хоть чем-нибудь, но ему не удается даже приподняться.

— Ра… ми… рес…

Мысли теряются в сером тумане. Конечности холодеют. Глупая смерть. Впрочем, он ее заслужил. Правы были предки, когда запрещали секс между братьями. Ничего хорошего из этого не выходит. Кортес сжимается в комок на полу, теряя сознание, но вспышка нового портала заставляет его открыть глаза.

— Да чтоб вас всех! — падает рядом с ним на колени Рамирес. — Кто это сделал?

— Твоя… сучка… так… глупо…

— Я не позволю тебе умереть, — шепчет Рамирес, садясь на пол рядом с Кортесом и обнимая так, чтобы левая рука оказалась возле его клыков. Прижимает ее ко рту демона и шепчет снова: — Давай, брат, ну же! Пей!

Кортес впивается в подставленную руку. Глотает, но… Он демон, а не вампир. Слишком много крови потеряно. Слишком много внутренностей сожжено. Так глупо!

— Не вздумай умирать, слышишь? Я тебя с того света достану!!!

— Я… тебя… тоже…

…

Рамирес держал на руках истекающего кровью Кортеса и лихорадочно просчитывал ситуацию, выхода из которой не было. Спасти демона могли только в Императорской больнице, но перемещения порталом он не переживет. И что делать? Что?! Кортес дернулся в последней попытке вздохнуть, захлебнулся кровью и затих.

— Нет!!! — взвыл Рамирес, теряя все свое хладнокровие и выдержку. — Не умирай!!! Я не позволю!!!

Что-то взорвалось в его груди огненным шаром, пронеслось по жилам, наполняя неведомыми доселе силой и знаниями.

— Сделай его своим, Великий Герцог, — коснулся его щеки сквозняком из распахнувшегося настежь окна ветер. — Поставь метку и залечи раны сам.

Рамирес разломал ошейник когтями, впился в шею Кортеса клыками, не дослушав… И провалился в чужую душу и тело по самые рога. Огляделся кругом, врезал по упрямому сердцу Кортеса ногой, заставляя биться снова, почувствовал, как рвется в бой его кровь и сперма, которыми брат был полон под завязку, и спустил их с поводка, наблюдая за работой со стороны. Остановил процесс регенерации, когда жизни Кортеса перестала угрожать опасность и вернулся в реальный мир выжатым, как лимон.

Гроза и ливень за окном нещадно трясли деревья, ветер бился об оконную раму и рвал занавески, а в самом дальнем углу квартиры притаился солнечный зайчик. Рамирес не мог его не заметить, потому что стал другим: мир вокруг словно замедлил бег, усилил запахи, цвета и звуки, обрел небывалую глубину и смысл.

— Хорошо быть Великим Герцогом демонов, — прохрипел Рамирес, с облегчением падая на спину, чтобы хотя бы пару минут тупо попялиться в потолок, чувствуя ровное биение сердца лежащего рядом в отключке Кортеса нутром. — Только хлопотно.

Поднялся на подкашивающиеся ноги, подхватил на руки Кортеса и шагнул вспышкой мгновенного портала прямо в Императорскую больницу Подземелья, где сдал брата сбежавшимся на шум медсестрам, постоял в тяжелых раздумьях и шагнул очередным порталом туда, где бывают лишь Избранные. Теперь он имел на это полное право.

Планета Подземелье, Дом у озера, Шесть дней до дня Х

День клонился к закату, яхта привычно поскрипывала обшивкой у причала, а в кресле-качалке, укрывшись пледом по самый нос, сидел рогато-клыкастый демон. Давно сидел. Почти двое суток. Уставившись в одну точку с таким видом, будто в ней сосредоточилась вся правда жизни, которую он никак не мог постичь.

— Хорошо, хорошо, ладно!

Раздраженно-виноватый голос, раздавшийся из ниоткуда, демона нисколько не удивил. Как и воплотившиеся на причале красавцы-мужчины и ангел.

— Рамирес, хватит на нас давить! — шагнул к демону Прайм.

— Я не давлю. Сижу просто, качаюсь в кресле, жизнью наслаждаюсь…

— Не паясничай, — укоризненно посмотрела на демона ангел.

— Хорошо, — неожиданно встал с кресла Рамирес. Скинул плед. Скрестил руки на груди и уставился на них в упор. — Вы сделали меня Великим Герцогом, открыли тайну покорения чужих душ и помогли мне спасти брата. Чем обязан?

— Иногда мы помогаем…

— Не надо строить из себя святых! — оборвал Энджи Рамирес. — Все знают, что за вашу помощь приходится расплачиваться. Очень дорого расплачиваться! Иногда даже слишком.

— Не хами, — нахмурился Франсуа. — Мал еще, с бессмертными таким тоном разговаривать.

— Как хочу, так и разговариваю! — завелся Рамирес. — Мне надоело быть пешкой в интригах! Ладно, Дэнис с ее властными заморочками, она за свою жизнь сражается, но вы! Вам какого черта от меня надо?!

— Мы тебе помогли, а ты недоволен? — не очень убедительно возмутился Прайм.

— Помогли? Вы сделали меня Великим Герцогом в обход Императора! Как я должен ему это объяснять?

— Никак. Просто не говори, и все, — пожал плечами Франсуа. — После победы над Флавиусом он все равно сделает тебя…

— Он поймет, что я уже Великий Герцог! — перебил его Рамирес.

— Об этом мы как-то не подумали, — взъерошил золотые волосы Прайм. — Но знаешь, мы, в общем и целом, ни при чем, потому что Великим Герцогом ты стал сам.

— Сам?!

— Ну да. У всех Наследников есть способности, они просто заблокированы.

— А я блокировку снял?

— Да. Переживал за брата сильно, вот и перегнул палку, — уселась в кресло Энджи. — Ты бы лучше о Дэнис с Сэмом подумал. Они за тебя беспокоятся.

— Я только о них и думаю, — расслабил сведенные судорогой напряжения плечи Рамирес.

— Ты не о них думаешь, — подошел к нему Прайм. Коснулся лица горячей ладонью, заглянул в глаза. — Не путай любовь к брату с любовью к любимому. Это разные вещи. Поверь мне, я знаю, о чем говорю.

— И как отличить одно от другого? — спросил Рамирес, любуясь бессмертным солнечным оборотнем всей своей высокохудожественной душой.

Замечая поразительное сходство с Неру. Запутываясь в происходящем еще больше. Дэнис, похожая на сэра Маркуса. Неру — вариация на тему солнца Прайма… Во что он вляпался?! Хорошо хоть он сам ни на кого не похож!

— Любимый – не тот, с кем можешь жить, а тот, без кого жить не можешь, — сказал Прайм.

— Словоблудие это все, — поморщился Рамирес. Вспомнил, из-за чего на причал пришел, и вернул разговор в прежнее русло: — Почему вы следите за мной? Почему помогли? Я об этом не просил.

— Потому что твоя мать с нами… ээээ… нас соблазнила… ээээ… ну и ты…

Франсуа замешкался, подбирая слова, но Рамирес понял и так. Сел на причал там, где стоял, и погрузился в раздумья. Недолгие. Наличие в родителях бессмертных развратников многое объясняло. Многое, но не все. Рамирес обвел взглядом нереально красивых мужчин и печально подпер квадратный подбородок когтистой рукой:

— Я все понимаю, кроме одного.

— Да? — присел рядом с сыном Прайм. Обнял за плечи. Согрел теплом.

— Почему я такой страшный получился? — обиженно посмотрел на него Рамирес, чем заставил смеяться даже Энджи. — Что? У меня не лицо, а мозаика криворучки!

— Ты красив душой и телом, — ответил, отсмеявшись, Франсуа. — Хватит тебе и этого.

— Спасибо, конечно, но лучше бы было наоборот, — сказал Рамирес и отчетливо понял, что ответ на самые важные вопросы не получит никогда.

Ветер и Солнце – мастера ходить вокруг да около, а он воин. И пешка в игре, которую вели между собой бессмертные. Какова ее цель? Кто кому дорогу перешел? Чего они все от него хотят? Вопросы, на которые нет и не будет ответов до тех пор, пока не станет слишком поздно. Если бы в Рамиресе жила хоть капля вредности, он бы покончил с собой немедленно. Просто, чтобы всем до единого игрокам насолить! Но ее не было, а были Сэм, Дэнис и Кортес, которые рвали душу и сердце Рамиреса на мелкие кусочки. Что с ними со всеми делать, он не представлял вовсе, а потому махнул на все рукой и отправился в любимый кабак Столицы, чтобы в третий раз за всю свою недолгую, но полную событий жизнь, напиться в говно и что-нибудь учудить.

Планета Подземелье, Столица, Пять дней до дня Х

Рамирес появился в особняке Сэма к вечеру следующего дня: мрачным, молчаливым и потрепанным. Залез к Сэму в постель на целые сутки и едва не затрахал насмерть, благо бдительная Дэнис на пару с Моро сумела-таки их друг от друга оторвать. Моро Сэма накормил и усыпил, а Рамиресу повезло куда меньше, потому что за него взялась Дэнис и устроила ему форменный допрос.

— Кортес жив?

— Да.

— Ты спас его?

— Да.

— Эх, у меня почти получилось!

— Да. Мой бластер тебе в этом деле очень помог.

— Я его у тебя не крала, если ты об этом. Просто одолжила. Ненадолго. Ты же не в обиде?

— Нет.

— До часа Х осталось всего четыре дня. Ты готов?

— Да.

— По тебе не скажешь.

— Моя будущая жена пыталась убить моего… брата. Мне пришлось потратить очень много сил, чтобы его спасти.

— Рамирес, не начинай! Я должна была попытаться. Нет демона — нет проблем.

— Да. Ты права. Но на данный момент демон, шляющийся, между прочим, неизвестно где, есть, а сил на битву с ним у меня практически нет. Можно я пойду спать?

— Когда ты так говоришь, я чувствую себя чудовищем.

— Ты и есть чудовище, любимая, — поднялся со стула Рамирес. Подошел к Дэнис, поцеловал ее в макушку и отправился в постель Сэма спать.

Дэнис проводила его виновато-подозрительным взглядом, позвонила Томаро, который поднял на уши всех и вся, но Кортеса де Сент-Переса, исчезнувшего из Императорской больницы через несколько часов после прибытия, так и не нашел.

Два дня до дня Х

Кортес лежал в постели Флавиуса и старался на него не смотреть. Даже не прикасаться! Но это было нереально: демон прилип, как пиявка, и отлипать не собирался. Великий Герцог Вальтерус лип, а Кортес усиленно думал о его живой, хитрой и очень красивой сестре, которая была до безумия похожа вовсе не на Томаса Вальтеруса, а на Маркуса Барбадоса. Может, поэтому Император так легко согласился с Флавиусом во главе рода? Ждал, когда Дэнис его убьет и заявит права на титул? Если переживет свое совершеннолетие, конечно. Уж больно красивая из нее получилась женщина, а если вспомнить, каким был в демоническом обличии сэр Маркус, то и демоница получится ого-го. Понятно, зачем ей понадобился Наследник самого воинственного рода в мужьях. Без него ей не выжить.

Ревность и ненависть вспыхнула в сердце Кортеса сверхновой. Рамирес сказал, что любит ее!!! Умом демон понимал, что вмешиваться в дела Императора не только бесполезно, но и крайне опасно, но… Он не мог отдать ей Рамиреса. Ни за что! Лучше сразиться с ним в поединке за титул и убить. Кортес проглотил комок ужаса в горле, понимая, что после этого рискует сойти с ума сам, слишком уж сильно разрослась за эти дни заноза в его сердце. С другой стороны, Дэнис едва не убила его, так что он имеет полное право на месть по всем правилам! Так почему бы не убить ее первым? Одной проблемой стало бы меньше.

— Дорогой, о чем ты опять задумался? — пополз губами по его груди Флавиус.

— О жизни, — попытался отодвинуть от себя демона Кортес. Ему это не удалось. — Скажи, если бы твоя сестра была жива, когда у нее наступило бы совершеннолетие?

— Спроси что-нибудь полегче. Вроде бы на днях, но я не уверен, — ответил Флавиус, рассеянно блуждая руками по могучему телу демона под собой.

Он его обожал. Всего целиком! Не так, как Неру, а так, как обожают Императора. Или господина. В конце концов, очень скоро Кортес станет Великим Герцогом де Сент-Пересом, а это вам не какой-то там замухрышный герцогишка Сетрус. До того, как к власти пришел Дариус, де Сент-Пересы правили демонами больше 20-ти тысяч лет.

— Флавиус, соберись! — ощутимо приложил его по заднице когтистой рукой Кортес. — Мне нужна точная дата!

— Не хочу об этом, — начал было Флавиус, но заметил нарастающее недовольство в черных глазах и передумал его бесить. В гневе Кортес был жесток и беспощаден. — Пойдем в кабинет, я посмотрю записи в домовой книге.

Зря он это предложил, потому что, распахнув дверь в кабинет Великого Герцога Вальтеруса десятью минутами позже, они обнаружили сидящую за столом Дэнис. Ее спасло чудо: солнечный луч ослепил демонов отражением в зеркале над камином и дал ей несколько секунд форы. Порталы в доме Вальтерусов по-прежнему работали через пень колоду, так что потайной ход был единственным способом убраться из кабинета живой. Что она и сделала. Флавиус в катакомбы лезть отказался наотрез, а Кортес нырнул в потайной ход следом за Дэнис и через несколько развилок напрочь потерялся.

====== Глава 5 ======

День Х

Все пошло наперекосяк с самого утра и началось с Дэнис, которая наорала на Неру из-за пустяка, получила за это нагоняй от Моро, который в свою очередь огреб люлей от Сэма. Рамирес прошел сквозь ругающихся почем зря домочадцев с отсутствующим видом и прижатой к сердцу рукой, чем немедленно скандал прекратил.

— Что с ним? — шагнула за демоном Дэнис, но Сэм прихватил ее под локоть, и она послушно остановилась.

— Не знаю, но интуиция говорит мне оставить его в покое, — сказал Сэм и потянул демоницу на балкон. — Пойдем, проветримся. Тебе нужно успокоиться, иначе до вечера мы не доживем.

— Еще как доживем, — мрачно посмотрела на него Дэнис, но на балкон пошла.

С Сэмом она спорить или ругаться не могла. С Рамиресом — завсегда пожалуйста, а с ним – нет. Рот не открывался, и все тут. Особенно, когда Сэм обнимал и целовал в макушку, а делал он это теперь с завидной регулярностью. Дэнис растекалась в его руках розовой лужицей и терпеливо ждала тот день, когда сможет остаться с ним в постели один на один. С тех пор, как Рамирес сошел с ума и передумал убивать Кортеса, идея делить Сэма на двоих, казалась не такой уж и удачной. Если бы она могла, то сделала бы своим мужем Сэма, а Рамиреса понизила в официальные любовники. Смутные подозрения насчет того, чем занимались Кортес и Рамирес те несколько суток, что демона не было дома, доказательств не получили, но какое дело ревности и любви до доказательств? Им вполне хватит необоснованных подозрений!

— Дэнис, посмотри на меня, — сказал Сэм, беря ее лицо в руки.

Дэнис сосредоточилась на нем и немедленно заулыбалась. Он был таким красивым и заботливым! И понимающим. И вообще…

— Смотрю.

— Я люблю тебя, девочка моя. И Рамирес любит. Я хочу, чтобы ты помнила это, когда ринешься в свой решающий бой. Рамирес отдаст за тебя жизнь, если понадобится, так что не трепли ему нервы понапрасну, ладно? Завтра на правах законной жены — хоть целый день, но не сегодня.

— Хорошо, Сэм, как скажешь, — обняла его Дэнис. — Я не стерва, это все нервы.

— Понимаю, — поцеловал ее Сэм. — Я не могу нарушить слово, данное Маркусу, и сохраню статус кво до конца, а потому просто пожелаю удачи и буду ждать вас обоих здесь.

Моро, стоящий в тени угла, не сдержал насмешливый хмык. Ну да, ну да. Ангел во плоти. Ага. Как бы ни при чем. Атакующие особняк убийцы всех мастей и размеров, подосланные паникующим Флавиусом, за последние три дня достали абсолютно всех: и Сэма, и Рамиреса, и Моро, и слуг, и даже Неру. Великий Герцог Вальтерус денег не жалел, нанимал профессионалов, так что всем им приходилось нелегко. Сегодня пришлось припахать даже Томаро с Диего, настолько дела пошли туго. Все они с удовольствием подключили бы к делу Дэнис, но Сэм строго-настрого это делать запретил. Нервы у нее, видите ли, на пределе! А у кого не на пределе? Моро вскинул снайперскую винтовку и снял с крыши особняка напротив стрелка. Достали!

— Моро?

Демон оглянулся на бледного, как смерть, Рамиреса, остановившегося в дверях комнаты с отсутствующим выражением на лице.

— Сэр?

— Где у вас вход в подземелье?

— Вам зачем? — шагнул к нему Моро. Таким измученным он не видел юного демона очень давно. — Вы в порядке?

— Где. Вход. В подземелье!

— Я провожу, сэр Рамирес, — склонил голову Моро, скрывая замешательство за почтительностью. Откуда что берется! Тон Великого Герцога у Наследника, например?

— Шевелись, у нас мало времени, — кивнул Рамирес и едва заметно скривился, потирая правой рукой грудь возле сердца.

— Куда вы хотите попасть? — спросил Моро, открывая потайную дверь в стене.

— В зал, где живет Огненная Бездна.

Моро споткнулся, но Тьма подхватила его на свои крылья и понесла по длинным узким коридорам сама. Она знала, куда идти. Она помнила этот зал и была счастлива показать его ему. Родственников надо знать в лицо.

…

Кортес стоял на самом краю каменного обрыва под сводами гигантской пещеры и смотрел. Вниз. Огненная Бездна под ногами завораживала красно-оранжевой красотой и жаждой смерти. Она уговаривала его прыгнуть уже давно, но он не поддавался, в том числе благодаря настырному дятлу в голове, который орал на него голосом Рамиреса и не давал сделать решающий шаг. Кортес был согласен с ним на все сто, но уйти не мог. Никто не уходит с этого обрыва живым.

— Кортес!

Рамирес дернул брата за шкирку и откинул вглубь гигантской пещеры с такой силой, что тот пролетел несколько десятков метров и врезался рогами в большие резные ворота, запертые с другой стороны на чудовищного вида железную балку.

— Скотина, — простонал Кортес, хватаясь за голову. — Полегче нельзя?

— Я тебя расчленю! — упал перед ним на колени Рамирес. Пробежал по нему руками, проверяя, выдохнул облегченно и прислонился спиной к двери. — Какого черта ты сюда приперся?!

— Не поверишь, заблудился, когда погнался за твоей наглой сучкой.

— Где ты нашел Дэнис?

— В кабинете Великого Герцога Вальтеруса. Она там работала! Совсем совесть потеряла, стерва!

— А ты что там делал? — нахмурился Рамирес. Кортес замешкался с ответом, и Рамирес помрачнел еще больше. — Трахался с Флавиусом?

— Не твое дело, — огрызнулся Кортес, растаптывая вину железными сапогами.

Откуда она взялась? Он же никому и ничего не обещал! Да и секс с Флавиусом — это же… ну… сплошное извращение и за секс не считается! И вообще! Рамирес же с Сэмом трахается, и ничего.

— Мое дело!

— Твое? — вскинул голову Кортес. Рамирес отвел глаза. — Вот и заткнись. Лучше выведи меня отсюда. Я тут два дня без еды шарахаюсь!

— Могу накормить. Полезной жидкостью, — ляпнул Рамирес, не подумав.

На мгновение тишина под сводами повисла такая, что казалась, вот-вот лопнет, а потом Кортес сел на колени, посмотрел Рамиресу в лицо и прикоснулся к его щеке рукой:

— Я согласен.

Этого оказалось достаточно, чтобы член Рамиреса болезненно уперся в ширинку штанов, а сердце забухало в ушах. Не только его сердце, ведь своего демона он чувствовал так же хорошо, как самого себя. Кортес спас Рамиреса от мучений очень быстро: вытащил его рвущийся на свободу член из штанов и взял глубоко в горло. Довольный стон эхом разнесся под сводами Подземелья буквально через пять минут и возмутил Огненную Бездну до глубины души, которой у нее как бы не было, так что Кортес свою часть кайфа словить не успел: проглотил то, что подарено, и рванул в катакомбы следом за братом, спасаясь от раскаленного гнева Преисподней бегом, ибо порталы, что прихватил с собой Рамирес, в этом забытом Великим Ничто месте не работали.

…

Широкий сухой коридор вился в глубинах Подземелья бесконечностью. Два демона брели черт знает куда в абсолютной Тьме, крепко держась за руки. В их сердцах не было паники, потому что они были вместе. Ничего с ними не случится. Выберутся. Де Сент-Пересы они или где?

— Она над нами глумится.

— Она — это кто?

— Тьма. Я чувствую это!

— Рамирес, ты как ребенок. У Тьмы нет разума и души.

— Есть. Во всяком случае, слуга у нее точно есть. Моро зовут, у Сэма управляющим работает. Офигенный тип! Меня умудрился на тренировке победить.

— Тоже мне, достижение. Я тебе только так пиздюлей навешивал.

— То было давно. Теперь тебе меня не одолеть.

— Не нарывайся. Точнее, нарывайся, но не здесь и не сейчас. Вот выберемся из этих гребаных катакомб, тогда и повоюем.

— В постели.

— Рамирес, твою ж мать!

— Отпразднуем наши с тобой громкие титулы горячим…

— Великим Герцогом из нас двоих станет только один, так что заткнись!

— Не могу. Ненавижу темноту и замкнутые пространства.

— А мне все равно, лишь бы выбраться отсюда поскорее. Жаль, что твой всезнающий Моро тебя здесь бросил.

— Он знал, что ничего плохого ты мне не сделаешь. Ты ж у меня лапуля. Если тебя не злить, конечно.

— Рамирес, еще слово в том же духе, и я тебя…

— Изнасилуешь?

— Твою ж мать! Убью!!!

— Лучше изнасилуй.

— Ты издеваешься?

— Нет.

— А что тогда?

— Я рад, что с тобой все в порядке, Кортес. Ты представить себе не можешь, что я чувствовал, когда ты умирал на моих руках. Или стоял на краю Бездны в отключке. Невыносимо. Не делай так больше!

Тишина в ответ. Поцелуй. Шорох падающей одежды. Неровное дыхание. Сгустившийся воздух. Змеиные чешуйки груди демона ритмично касаются мускулистой человеческой спины в полной темноте. Ласки невидимых рук. Глубокие проникновения. Недолгие, но такие…

— Кто я для тебя, Рамирес? Кто?!

Нет ответа.

…

Флавиус медленно шел по коридору родного особняка к кабинету. Как на казнь! Но сегодня предки были непривычно молчаливы. Это настораживало больше их обычной презрительной болтовни, к которой он почти привык. Впрочем, сегодня по определению был дерьмовый день, потому что именно сегодня его хитрой, коварной и невероятно красивой сестре исполнялось 500 лет. Флавиус сделал все, чтобы Дэнис не смогла и носа высунуть из особняка Сэма Вилкинса, в котором окопалась на пару с братом Кортеса и самим Сэмом. И с Неру, за похищение которого он обещал хренову кучу денег.

— Кукиш тебе с маслом, а не церемониальный зал Вальтерусов на день рождения, стерва, — громко сказал Флавиус сам себе. Отчего бы и не поговорить с умным демоном, который два часа назад лично проверил все самые важные помещения дворца на предмет нарушителей частной собственности. — Мои наемники рано или поздно до тебя доберутся! Мне и моим Наследникам соперники не нужны!

То, что у него не было ни жены, ни детей, Флавиуса волновало мало. Три тысячи лет впереди, успеется. Последние лучи солнца разрисовали путь по открытой анфиладе особняка рваными полосками ажурных столбиков перил и неожиданно сверкнули золотом волос стоящего в тени двери в другую половину дома человека. Этот блеск Флавиус мог узнать из тысяч подобных.

— Неру? — схватился за сердце демон, забывая, что едва он стал Великим Герцогом, все его родовые болячки ушли в прошлое. Метнулся к оборотню и успел схватить за волосы до того, как тот успел увернуться. Втянул носом знакомый до дрожи в паху запах травы и солнца. — Настоящий!

— Естественно.

— Я искал тебя.

— Я знаю, — попытался отцепить жестокие пальцы от своих волос Неру, но Флавиус в ответ сжал их еще сильнее. Он мечтал об этом так долго!

— Зачем ты пришел?

— Отомстить, — сказал Неру и посмотрел демону в глаза с ненавистью.

— За Томаса? — усмехнулся Флавиус.

— Да! — выхватил кинжал из рукава оборотень и воткнул его ему в глаз.

То есть попытался воткнуть. Раньше, до того как Флавиус стал Великим Герцогом, такая шутка может быть и удалась, но не теперь. Демон легко перехватил медленно двигающуюся руку и откинул кинжал в сторону.

— Глупый оборотень! Ты же понимаешь, что я не отпущу тебя? Ты будешь моим рабом до конца наших дней. Я буду насиловать тебя с утра до ночи! Буду рвать на части и склеивать обратно. Я сделаю тебя своим, найду, где угодно, не позволю покончить с собой и буду наслаждаться твоими мучениями ежесекундно.

— Сдохни, ублюдок! — зарычал Неру, бросая на пол световую бомбу.

Флавиус метнулся к стене вместе с ним, на мгновение закрыл глаза, спасаясь от нестерпимого света, а когда открыл их, то обнаружил лишь тень белоснежного волка, сворачивающего за угол коридора.

— Собачка моя сладкая, куда же ты? — расхохотался Флавиус и двинулся в погоню, предвкушая дикий секс после поимки распаленного беглеца. Там, куда кинулся бежать Неру, был только вход в церемониальный зал Великих Герцогов Вальтерусов. — Беги, Неру, беги. Я отымею тебя на глазах у всех моих предков и заткну им глотки раз и навсегда!

…

Дэнис стояла возле потайного выхода в церемониальный зал Вальтерусов и честно старалась не истерить, но тошнота подкатывала к горлу все сильнее, в том числе и потому, что главный участник сегодняшнего действа исчез. Что она будет делать там без Рамиреса?! Что?! Мозги скрипели от перенапряжения, откидывая одну безумную идею за другой. Кинуться на шею Маркусу или Дариусу и попросить защиты? Сразиться с Флавиусом самой и погибнуть, но не дать себя изнасиловать? Сбежать, пока не поздно?

— Леди Дэнис, успокойтесь, — виновато коснулся ее руки холодными пальцами Моро. — Я найду сэра Рамиреса и приведу обратно вовремя.

— Как? В катакомбах, где ты его бросил, можно блуждать вечность!

— Тьма мне поможет, — сказал Моро. Услышал условный сигнал, открыл дверь и выпнул Дэнис навстречу судьбе коленом под зад. — Удачи, герцогиня.

Дверь закрылась, Тьма закутала демона в саван и предложила поиграть в прятки. Моро немедленно согласился и выпустил Тьму, живущую внутри себя, на свободу.

…

Церемониальный зал Великих Герцогов Вальтерусов не был особенным: мраморные стены, полукруг на каменном полу, огромное зеркало на срезанной ровно стене, свечи в старинных канделябрах и собачий холод — вот и все великолепие. Другое дело, что энергетика от древних камней шла такая, что неподготовленные демоны впадали от нее в ступор — слишком много всего важного и интересного происходило в этом зале тысячелетиями. Вот и сегодня здесь должно было совершиться действо, равного по значению которому не происходило вот уже 3500 лет.

Девятнадцать Великих Герцогов и Великий Император Дариус стояли любопытными изваяниями на каменных ступенях, огибающих сидящую в самом центре зала неприлично красивую демоницу и держащего ее за плечо демона, по кругу. Белая хламида, что была на ней, не скрывала ничего, так что похоть во взглядах демонов жгла ее тело похлеще бластера Космических Разведчиков.

— Император. Господа. Я собрал вас в этом о зале, чтобы показать результат моего последнего расследования. Речь идет о чести великого демонического рода, поэтому…

— Ближе к делу, Томаро, — нетерпеливо перебил демона костлявый, худой и безмерно похотливый Великий Герцог Сетрус. — Господа, к слову, я эту девочку первым…

— Сэр, позвольте договорить, — оборвал его Томаро, пристально наблюдая за Дэнис.

Хорошо хоть она вовремя на церемонию явилась! Ни Рамиреса, ни Флавиуса, ни Моро в зале не наблюдалось. Куда они все, черт побери, подевались?! Красивое лицо демоницы исказила первая судорога обращения, и Томаро затараторил быстрее: про подозрения в обмане, про подлог личности, про убитого двойника Дэнис и про то, что настоящая Наследница Томаса Вальтеруса прямо у них на глазах обретет истинную ипостась, ибо все надо делать по правилам.

— Ты уверен в том, что говоришь? — спросил Император, обшаривая зал глазами и не находя тех, кто в нем должен был быть в обязательном порядке. И что делать? Позволить тысячелетней интриге провалиться?! Немыслимо! Дариус просчитал вероятности и закинул удочку запасного варианта: — Если демоница действительно леди Дэнис Вальтерус, то мне придется разбираться с этим делом лично.

— Да, Ваше Величество, — склонил голову Томаро.

Выпустил плечо выгнувшейся в очередной судороге Дэнис и поспешил отступить за спины Великих Герцогов, где знаками пригрозил притаившемуся в складках стен Сонаро оторвать голову всем слугам до единого, если они немедленно не притащат на церемонию Рамиреса. Сонаро не остался в долгу и ответил, что готов оторвать Рамиресу голову сам, но его никто не может найти. Даже Моро!

Маркус отследил и хмурый взгляд Дариуса, и переглядывания подручных демонов Сэма, и принялся незаметно, но тщательно разминать мышцы. Судя по всему, что-то пошло не так, а значит, им придется вмешаться. Отдавать племянницу на растерзание из-за нерасторопности ее глупых подельников он не собирался. В конце концов, он же Вальтерус и не может позволить слюнтяйному идиоту Флавиусу сидеть в кресле отца! Оторвет ему голову сам, если понадобится, а титул отдаст детям Дэнис, которую выдаст замуж за того, кого выберет по всем правилам науки. После того, как с ней наиграется Сэм, естественно. Генетика — великая вещь, как ни крути. И, к слову, еще им непознанная. Столько экспериментов можно…

Додумать мысль Маркус не успел, потому что практически одновременно в зале произошло несколько событий:

Дверь распахнулась, серебряный волк сиганул под ноги поднимающейся во весь рост демоницы в центре помещения и уронил ее обратно на пол;

Великий Герцог Флавиус Вальтерус, бегущий за ним следом, остановился и впал в ступор при виде толпы Великих Герцогов и Императора, собравшихся в его церемониальном зале без него;

Прямо из стены в зал вывалились два чумазых клыкасто-рогатых демона из рода де Сент-Перес.

— Какого дьявола вам здесь надо, уважаемые? Это закрытое мероприятие! — первым отреагировал на бардак в зале Дариус, скрывая за гневом облегчение при виде поюзанных, но целых и невредимых братьев де Сент-Перес.

Явились! Еще чуть-чуть, и от смерти их не спасло бы ничто. Он разорвал бы их в клочья на следующий же день. Никто не смеет нарушать планы Великого Императора! НИКТО! Дариус почувствовал ехидный смешок Маркуса в ответ на свои эмоции, остыл и поправился. Никто, кроме парочки любимых исключений, которые только подтверждали правило! Глубоко вдохнул, унимая предательское возбуждение от хлынувшей от Маркуса в ответ волны тепла и любви, и успокоился. Все будет так, как запланировано.

— Простите, Ваше Величество, — склонил голову в церемониальном поклоне Кортес, хватая за шкирку бросившегося к демонице Рамиреса. — Мы заблудились в катакомбах и попали сюда случайно.

— Не случайно! — вырвался тот. — Я пришел, чтобы защитить свою будущую жену, леди Дэнис Вальтерус, от домогательств!

— Я положил на нее глаз первым, сопляк, — окрысился Великий Герцог Сетрус, делая шаг к Дэнис и явно готовясь к сражению.

— У тебя уже есть и любовница, и жена, Сетрус, — поспешил придвинуться к демонице с другой стороны Великий Герцог Мориартиус, многозначительно поигрывая желваками на бульдожьей морде. — А я, не далее как вчера, убил жену. Мне нужна замена!

— Не вам решать ее судьбу! — зарычал Рамирес, краем глаза следя за Флавиусом, который медленно, почти незаметно, но крайне упорно оттеснял от Дэнис оборотня, вынуждая его отступать к дверям, ведущим в особняк.

Дэнис в сваре не участвовала, ибо у нее были дела поважнее. Вторая ипостась. Ее истинное лицо. Какое оно? Она поднялась на ноги, скинула хламиду на пол и уставилась на свое отражение в зеркале в оба глаза: острые уши, тонкие полоски серебристой змеиной чешуи от висков по шее и до сосков на высокой груди, идеальный женский силуэт и эльфийская красота лица.

Дэнис перевела взгляд на отражение стоящего за своей спиной Великого Герцога Барбадоса, принявшего истинное обличие и глядящего на нее в непритворном изумлении. Она — его женская копия. Она его…

— Дочь, — улыбаясь, одними губами сказал Маркус, но Дэнис прочитала и поняла.

— Ты знал?

— Нет.

Дэнис повернулась к зеркалу спиной и обвела всех собравшихся в зале демонов взглядом: похоть и дикий восторг на подавляющем большинстве лиц, задумчивая улыбка Маркуса, довольный прищур Дариуса, ненависть на клыках Кортеса, безумие в глазах Флавиуса… и щенячий восторг сильных рук Рамиреса, подхватившего ее в объятия мгновением позже.

— Ты прекрасна, валькирия, — прошептал он в острое эльфийское ухо, на всякий случай прислоняясь спиной к зеркалу и унимая желание немедленно это сказочное ухо облизать, поцеловать и даже чуток покусать.

Аккуратно провел пальцем по серебряному шелку полосок на пышной груди когтем, стирая дурацкую мысль о том, что жесткие черные чешуйки железобетонного плеча Кортеса крас…

— Соберись, без пяти минут муж и Великий Герцог! — заулыбалась Дэнис, утопая в огромных черных глазах… замечая в отражении зрачков готовящегося к прыжку Великого Герцога Сетруса за своей спиной… Сжала в руке возбужденный член Рамиреса со всей дури, чем мигом привела его в чувство. — Твой выход.

— Император! Я, Рамирес, Наследник первой линии Великого Герцога де Сент-Переса, готов жениться на Дэнис Вальтерус прямо сейчас! — выпалил демон, скрывая тирадой ругательства. Больно же, черт возьми!!! — Полагаю, сомнений в личности этой демоницы ни у кого не осталось.

— Я не против, — пожал плечами Дариус.

— Зато я против! — возмутился Флавиус, незаметными шажками отжимая все ближе и ближе к выходу из зала волка. — Ее отец мертв, так что я, как глава рода Вальтерус, решаю ее судьбу!

Неру добрался до двери, обернулся человеком и запер ее на засов, ибо не фиг сбегать, когда разборки в самом разгаре! Повернулся… и вжался в дверь спиной, потому что большая часть присутствующих демонов переключилась на него: сияющего, прекрасного, обнаженного, а главное, доступного мужчину. Оборотень — это вам не дочь Великого Герцога! Воздух сгустился от напряжения и едва сдерживаемого желания немедленно завалить и отыметь. Неру сглотнул ком ужаса в горле. Если что-то пойдет не по плану, ему конец.

Флавиус, увидев двинувшихся к оборотню демонов, встал на его защиту грудью.

— Этот оборотень мой!

— Не твой, — подлил масла в огонь Рамирес, подходя вместе с Дэнис к Императору и Маркусу. — Неру принадлежал Томасу, но тот его освободил. Он теперь сам по себе.

— НЕРУ МОЙ! — озверел Флавиус, меняя обличие.

Это ему не помогло, потому что небольшие клыки, ряд игловидных рогов, худые длинные руки и полное отсутствие волос на непропорционально большой ушастой голове народ не впечатлили. Даже Великий Герцог Сетрус выглядел опаснее Флавиуса, что уж говорить про остальных.

— Ты хочешь поспорить со мной, недоумок? — насмешливо протянул Великий Герцог Варгус, клацая когтями по пластинам шипастой брони на мощном плече. — Отдай песика по-хорошему.

— НИКОГДА! — прорычал Флавиус, за что и огреб от кинувшихся на него демонов по самое не балуйся.

Неру обернулся волком и попытался сбежать, пользуясь кипящей вокруг потасовкой, но был пойман, едва не лишился хвоста и обернулся обратно в человека. Лучше быть изнасилованным, чем остаться бесхвостым или безухим!

— Маркус, ты настоящий глава рода Вальтерус и мой отец, — коснулась руки Великого Герцога Барбадоса Дэнис, отвлекая его от битвы за оборотня в другом конце зала.

Он посмотрел на нее, улыбнулся и провел когтем по ее острому уху, соглашаясь и снимая блокировки. Из Дэнис получится великолепная Великая Герцогиня Вальтерус.

— Разрешишь мне выйти замуж за Рамиреса де Сент-Переса?

— Да.

— Император, вы можете провести церемонию прямо сейчас? — спросил Рамирес задумчиво наблюдающего за сражением Дариуса.

— Чтобы потом ты бросил вызов Флавиусу, коего уже основательно потрепали, и убил его, будучи всего лишь Наследником? — перевел на него взгляд Император. — Умно.

В битву за прекрасного оборотня включились практически все Великие Герцоги, пользуясь прекрасной возможностью безнаказанно надавать тумаков давним врагам за прошлые и будущие заслуги. Неру это помогло не сильно, потому что трое демонов сцепились за него с Флавиусом всерьез, из поля зрения не выпускали и сбежать не давали.

— Да, — кивнул Рамирес. — Из меня Великий Герцог получится куда более… герцогский.

— Согласен. Весь вопрос в том, главой какого демонического рода ты хочешь стать, Наследник Великого Герцога де Сент-Переса? Редко кому выпадает честь выбирать.

— Ему такая честь тоже не выпадет, — отлепился от стены Кортес.

— Почему? — обернулся к демону Дариус.

— Я сделаю выбор за него.

— Не надо, Кортес! — выпустил Дэнис из рук Рамирес. — Заткнись!

— Я вызываю брата на бой за титул Великого Герцога де Сент-Переса, Император, — прорычал Кортес.

Стоять и смотреть на то, как Рамирес обнимает свою красивую сучку, как смотрит на нее, как переживает и лезет из кожи вон, чтобы спасти, было невыносимо больно. Как он может быть таким после того, что было между ними всего пару часов назад? Как?! Кортес подошел к Рамиресу и уставился на него в упор, усилием воли переплавляя боль в ненависть. К черту чувства! Да здравствует разум и правила! Пришло время расставить точки и выполнить предназначение.

— Кто мы такие, чтобы нарушать традиции, не так ли? — прихватил за шею Дэнис Император, меняя ипостась, обретая трехметровый рост и откидывая к стене попытавшегося втихую умыкнуть демоницу Великого Герцога Мориартиуса. — Твоя любимая фраза стала крылатой, Наследник.

— Я стану легендарным Великим Герцогом не только на словах, — мрачно сказал Кортес.

— Не сомневаюсь, — задумчиво кивнул Дариус.

— Давайте по порядку, — вмешалась Дэнис. — Император, так мы с Рамиресом женаты?

— Томаро? — оглядел зал в поисках главы своей Службы безопасности Дариус.

— Да, Ваше Величество, — с трудом выбрался из гущи сражения основательно побитый демон.

Он мечтал померяться силами с каким-нибудь Великим Герцогом с тех пор, как обрел вторую ипостась, а тут в его распоряжении оказались все 20! Грех не воспользоваться ситуацией.

— Рамирес де Сент-Перес, Дэнис Вальтерус, в присутствии трех свидетелей, один из которых Великий Герцог, объявляю вас мужем и женой.

— Что, и все? — растерялась и даже слегка обиделась Дэнис. Мог бы сказать пару красивых слов в назидание! — А как же брачные символы?

— Если у вас есть чем обменяться, то обменивайтесь, — пожал плечами Дариус.

Церемонии навевали на него скуку. Другое дело битвы! За солнечного оборотня, например. Один за другим Великие Герцоги выбывали из игры, освобождая место для маневров оставшимся. Тех, кто был не в состоянии выбраться из битвы самостоятельно, под чутким руководством Моро за дверь утаскивали безмолвные слуги Сэма. Дариус отвлекся на битву двух постоянных врагов, напрочь забывших о Неру, благополучно обмен статусными висюльками пропустил и вернулся взглядом к молодоженам только после мрачного голоса Кортеса:

— Теперь моя очередь.

— Зачем ты это делаешь? — сжал руки в кулаки Рамирес. — Зачем?!

Кортес отвечать не стал: метнулся к нему в надежде подловить на неожиданном броске, но промахнулся. Попал в тиски горлового захвата. Вырвался. Ударил. Уклонился. Включился в битву и забыл обо всем, кроме желания победить. Наказать. Причинить боль. Сломать. Подчинить. Посмотреть в ненавистные глаза и увидеть в них раскаяние! Отвлекся. Пропустил удар и оказался прижатым к полу тяжелым телом Рамиреса. Локтевой захват сдавил его горло, а тяжелое дыхание опалило затылок и ухо.

— Кортес, я прошу тебя. Пожалуйста! Ради нас…

— Нас?! — вызверился Кортес. — НАС?!

Скинул Рамиреса с себя и от всей души приложил ногой в челюсть, снося на пол. Рухнул на него сверху, добивая локтем в солнечное сплетение. Вцепился когтями в горло. Развел его ноги своими, блокируя.

— Кортес…

Посмотрел в глаза того, кто заставил его чувствовать и любить, с утекающей в никуда ненавистью.

— Ты не сможешь убить меня, — прохрипел Рамирес и перестал сопротивляться. — Прими это и смирись.

— Ни за что! — зарычал Кортес, сжимая руки на его горле.

Вонзая когти глубже.

Все медленнее.

Все слабее.

— Что я должен сделать, чтобы ты услышал меня? Чтобы прекратил этот бред!!! — схватился за рога Кортеса Рамирес. — Мне не нужен твой гребаный титул!!!

— Дело давно уже не в титуле!!!

— А в чем? Я не хочу тебя терять, упрямый болван. Неужели я спас тебе жизнь только для того, чтобы ты меня за это убил?!

— Я… Я оставлю тебя в живых только в одном случае, — склонился к уху Рамиреса Кортес и поставил на кон свое сердце.

— В каком?

— В день, когда я стану Великим Герцогом, ты станешь моим.

— Черт бы тебя побрал, Кортес, ты же знаешь, что это невозможно!

— Почему? Твоя сучка прекрасно справится с родом Вальтерусов без тебя.

— Дело не в ней.

— А в ком?

— В нас. Я сделал тебя своим раньше.

— ЧТО?!

Тяжелое тело обрушилось на замерших демонов неожиданно и разметало в разные концы зала. Рамирес подхватился с пола, едва не схлопотал в глаз, увернулся, схватил противника за горло и одним движением, походя, оторвал ему голову. Рванулся к прислонившемуся к зеркалу спиной бледному до синевы Кортесу, все эмоции которого бушевали в душе Рамиреса Огненной Бездной, чтобы объяснить… но был пойман за шкирку железной рукой сэра Маркуса и остановлен на лету.

— Ты убил его! — повисла на шее Рамиреса Дэнис. — Мы победили!!!

— Убил кого? — сосредоточился на них демон.

— Флавиуса! Ты оторвал ему голову!

— Серьезно?

— Вон она лежит, — ткнула пальцем в сторону дверей Дэнис.

Рамирес огляделся по сторонам, увидел тело и голову Флавиуса, притихших в изумлении пятерых побитых жизнью Великих Герцогов в разных концах зала и слегка подзавис.

— Рамирес де Сент-Перес, муж Наследницы Великого Герцога Томаса Вальтеруса, в честном поединке, свершившемся на глазах всеми уважаемых демонов, убил Великого Герцога Флавиуса Вальтеруса и, по законам нашего мира, имеет право на его титул, — в наступившей тишине сказал Томаро.

— Подтверждаю! — кивнул головой Император.

Подошел к Рамиресу, проткнул когтями его плечо и завел долгую церемониальную речь, наделяя силой, властью и долголетием официально. Новоиспеченному Великому Герцогу Вальтерусу было все равно, потому что Кортес стоял напротив и думал одну-единственную мысль: «Лучше бы я умер».

Император закончил с Рамиресом и перешел к Кортесу. Зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня? Тем более что довольный жизнью, наполненный под завязку нежностью, благодарностью и любовью Маркус готов был все это на него излить! Все получилось не совсем так, как было запланировано, но небольшая рокировка делу не повредила. Он получил счастливого Маркуса, которого сделали таким довольный жизнью Сэм, удачно пристроенная, умная и красивая дочь, достойный глава рода Вальтерусов и не менее достойный Глава службы безопасности, который помог весь этот бардак упорядочить. Император снял блокировки с мрачного Кортеса и поспешил историческую вечеринку закончить: нетерпение Маркуса переливалось через край и грозило выйти из-под контроля. Дариус мечтал оказаться с ним наедине в тот момент, когда это произойдет, хрен знает сколько лет!

…

Церемониальный зал Вальтерусов пустел. Слуги прибирали помещение, отмывая от крови и подготавливая к церемонии прощания с Великим Герцогом Флавиусом Вальтерусом, а Кортес сидел на каменной ступеньке возле зеркала в полном опустошении. Рамирес сделал его своим. Как? Как, черт возьми, он это сделал?! Когда? Зачем?! И почему он сам этого даже не почувствовал?!

— Великий Герцог де Сент-Перес? Сэр? — склонился над ним мрачный седой демон. — Вы в порядке?

— Нет, — поднялся на ноги Кортес и пошел к выходу. — Но кого это волнует?

Моро проводил его долгим взглядом, дождался окончания работ и поспешил домой. К Неру, которого, слава Тьме, так никто и не изнасиловал.

День первый

В спальне Сэма было темно, несмотря на то, что за окном расцветало солнечное ветреное утро. Рамирес запер засовы на окнах, закрыл шторы и опустил балдахин над огромной кроватью лично. Здесь и сейчас им не нужны свидетели и всякие левые бессмертные личности.

— Только мы трое. Никого больше!

— Да, дорогой, — скользнула к Рамиресу Дэнис. Поцеловала в губы.

— Как скажешь, дорогой, — заулыбался Сэм и зарылся лицом в его пах.

— Почему у меня не два члена?! — простонал Рамирес и зажег так, что спалил любимых дотла за несколько часов.

А потом встал с постели, оставляя вырубившуюся Дэнис в объятиях полуобморочного Сэма, не одеваясь, дошел до студии, распахнул окна настежь, сел на любимый табурет и нарисовал очередной портрет того, кто сумел прорваться через все засовы и заслоны и оказался в их постели четвертым.

…

Они стояли в спальне Неру и смотрели друг другу в глаза. Свет и Тьма. Две стороны одной медали, что встала на ребро. Тишина давила на мозги и лишала надежды. Солнце сверкнуло последним лучом и упало за горизонт, погружая большую светлую комнату в легкие сумерки. Золотые волосы оборотня потемнели, поддерживая хозяина, который не хотел мириться с поражением. Пусть даже и временным. Только не сейчас! Сэм, Дэнис и Рамирес счастливы, он раздал все долги и теперь мог вернуться домой, но упрямый демон…

— Моро, пожалуйста. Идем со мной!

— Моя жизнь здесь. Я нужен им.

Неру подошел к Моро и обхватил его за шею обеими руками. Посмотрел в полные Тьмы глаза. Поцеловал в губы.

— Ты нужен мне, упрямый каменный истукан. Я прошу тебя в последний раз. Если ты любишь меня так же сильно, как и я тебя, то пойдешь со мной. Куда угодно! Или попросишь остаться. Я хочу это услышать!

Моро обхватил его, задрожал челюстью…

— К черту! — зарычал Неру, дернул за шнурок медальона на шее и исчез в яркой вспышке мгновенного портала.

— Останься, любимый! — расклеил челюсть Моро, но было уже поздно.

…

Дэнис ринулась в покои оборотня, едва медальон на ее шее рассыпался в прах. Ноги после бурного секса слушались с трудом, сил не было, а мозг вообще обретался черт знает где.

— Дэнис? Ты куда? — выскочил из студии, мимо которой она пронеслась, Рамирес.

— Что-то случилось с Неру, — выдохнула Дэнис, только сейчас понимая, что бежит голой.

— И ты понеслась спасать его одна? Голой грудью на амбразуру? У тебя мозги есть, жена?

— Не сердись, — счастливо заулыбалась Дэнис. Оказывается, когда о тебе заботятся и ревнуют, это очень даже приятно.

Свернула за угол, чувствуя за спиной надежного, как скала, мужа, который защитит от любой напасти. Распахнула дверь, наткнулась на каменно-мертвого Моро посреди гостиной и затормозила так резко, что Рамирес налетел на нее и чуть не сбил с ног.

— Где оборотень, Моро?

Демон посмотрел на них мертвыми глазами и ничего не ответил.

— О! — первым сориентировался Рамирес. — Он ушел домой, да? Неожиданно.

— Неру предупреждал, но вам было не до него, — протиснулся сквозь них встрепанный сонный Сэм. Шагнул к Моро, потянул его за руку, довел до постели в спальне и усадил на нее силком. — Хороший мой, ну что ты натворил, а? Неру ведь звал тебя с собой. Почему ты отказался? Нельзя так поступать с любимыми, понимаешь? Для него возвращение домой — это свобода от рабства и золотой клетки, в которой он прожил всю свою сознательную жизнь. Неру должен был это сделать, а ты вовсе не должен работать на меня круглосуточно.

— Уступи в мелочи — выиграй битву, — рассеянно потер шею Рамирес.

— Ты идиот, Моро, — зло сказала Дэнис, подходя к постели. Стянула с нее Котенка и решительно подтолкнула его к выходу. — Я не позволю Сэму утешать тебя даже по старой дружбе! Хватит!

Моро молча забрался на постель, притянул к себе подушку Неру и зарылся в нее лицом.

В следующе семь дней они не услышали от него ни слова, а в первую ночь осени он исчез.

Вторая Планета Девятого Круга, День восьмой

Моро стоял посреди бескрайней степи, как попка-дурак, и растерянно оглядывался по сторонам. Зеленое море травы, волнами трепещущее под легким ветром, повисшее на горизонте солнце и сияющая вполовину багрово-желтого неба полная луна. Поздний вечер. Демон поежился. И черт его дернул прийти сюда! Ну, хорошо, не черт, а оборотень, но в данном случае это не имело большого значения. Моро открыл рот, чтобы выругаться вслух, ветер колыхнул траву перед ним и несколько белых одуванчиков взметнулись вверх, окутывая демона пушинками с головой. Конечно же, часть из них залетела ему в рот и в нос. Он расчихался до слез.

— Чертова псина! Да как тут вообще жить можно? Укрыться от дождя и солнца негде. Воды не видать. Еду пока догонишь, сдохнешь от голода. Никакой цивилизации! Даже в туалет не сходить нормально, все видно. Убью! Затрахаю до смерти! Мерзкий кобель! Чтоб тебе пусто было.

Моро порадовался тому, что его проклятая челюсть снова расклеилась, и огляделся по сторонам. Никаких ориентиров, только трава и небо. Даже завалящего холмика не видно! Стоять на месте было глупо, и он пошел навстречу луне. Надо же было ему куда-то идти! Через два часа пути Моро стало жарко, и это было крайне подозрительно, потому что температура резко упала, а ветер усилился. Демон разделся до штанов, засунул вещи в небольшой рюкзак за спиной и двинулся дальше.

За это время он пообвыкся и успокоился. Степь больше не раздражала, а запахи и ароматы целого мира, что жил в траве под его ногами, постепенно проникали в него, наполняли собой и распадались на части, подсказывая, намекая и возвращая былую уверенность. Зрение адаптировалось, луна поднималась все выше, заливая море травы вокруг него серебром, а он шел, возвышаясь над всем и вся в этом мире, узнавал его и подчинял себе. Легко, естественно и не задумываясь об этом ни на секунду.

Моро провел рукой по траве. Она обтекла его, как вода, и ему нестерпимо захотелось почувствовать ее ногами. Он закинул обувь в рюкзак, закатал штаны до колен и превратился в сухопутный корабль. Земля под ногами пружинила тонким слоем мха и разгоняла мурашки удовольствия по всему телу, и через какое-то время он понял, что не хочет идти, а хочет лежать на этом странном упругом ковре, среди высокой травы голышом и смотреть на луну и звезды. Моро решил не отказывать себе в этом удовольствии, разделся полностью и улегся на спину. Холод даже не подумал прицепиться к нему, земля грела спину бархатным мхом, трава скрыла все вокруг, оставляя его наедине с небом, таким мудрым и чистым, что вся шелуха осыпалась с Моро, позволяя заглянуть в себя так глубоко, как никогда в жизни.

Тьма, что вилась и клубилась внутри и вокруг демона с самого рождения, впервые не пыталась утянуть на дно, а предлагала стать ее Хозяином. Тем, кто поможет ей быть собой, защитит и подскажет. Моро улыбнулся и согласился, собирая ее вокруг своего сияющего Светом сердца. Она косилась на него с недоумением и опаской.

— Не бойся, — сказал ей Моро. Тьма заклубилась вокруг него туманом и закрыла звезды и даже луну. — Это же Неру, наше с тобой сердце. Без него нет меня, а значит, и тебя. Он Свет, а мы его Тень. Всегда вместе.

Тьма задумалась на мгновение и согласилась, растекаясь по степи легкой дымкой. Серебряная луна забралась в зенит, и Моро понял, что лежать ему надоело, а идти на двух ногах лень. Перекатился на четвереньки и поднялся на лапы. Прошел пару шагов, поежился от щекочущей пузо травы, глубоко втянул воздух и уловил терпкий зовущий аромат того, ради кого пришел в этот мир. Поднял морду на луну, но решил, что выть на нее — это уже чересчур. Он же демон, а не бешеная псина вроде Неру! Почесал лапой за ухом и неторопливой рысцой двинулся за оборотнем. Семь дней — достаточный срок, чтобы набегаться по этой траве по самое не хочу. Неру слишком избалованный господин, чтобы жить без уютной кровати, душа и изысканной кухни.

Великий Герцог Вальтерус сделал из своего любимого оборотня настоящего сибарита, и неважно, понимал это Неру или нет. Моро вспомнил его обязательный вечерний ритуал: раздеться догола, забраться в ванную и сбрить с себя все волоски до единого, отполировать ногти, окунуться в душ, пройтись бритвой по лицу, выровнять брови, надраить жемчужные зубы и намазаться кремами от макушки до кончиков ногтей на ногах. Критически поразглядывать себя в зеркало и только после этого отправиться в постель. Ровно сорок минут. Какая степь? Да Неру даже подушки перебирал, прежде чем на них улечься! Какая земля? И к еде принюхивался так, будто ему яд предлагают, а не изысканное блюдо. Какое сырое мясо?

Моро бежал, вспоминая все, что знал о любимом, что видел в скрытую камеру в его покоях, что читал в любящих глазах и ласковых руках. Чувствуя его все лучше и лучше, понимая и принимая полностью таким, какой он есть: верным, властным, избалованным, сильным, беспомощным, страстным, истеричным и любящим его настолько, чтобы позволить самому сделать выбор.

…

Неру сидел на верхушке высокой каменной гряды. Большой плоский камень грел задницу и лапы дневным теплом, но был слишком твердым, чтобы сидеть на нем долго. Он поменял положение тела и прилег. Степь расстилалась бесконечным океаном во все стороны, а луна сияла в небе почище прожектора. Неру тяжело вздохнул.

Его родной мир. Он прожил здесь двадцать лет. Всего лишь двадцать из ста трех. Розовые воспоминания детства разлетелись в пыль под напором жестокой реальности, но именно они помогли ему выжить и не сойти с ума в те десять лет, что он провел без Томаса. Неру закрыл глаза, вспоминая.

Работорговцы, притоны, грязные руки, вонючие рты и больные всякой дрянью члены во рту и заднице;

Побег и два месяца пыток в глубоком подвале;

Череда богатых людей и оборотней;

Великий Герцог Томас Вальтерус, его любимый покровитель, любовник и друг, сделавший его тем, кто он есть. Семьдесят пять лет Неру нежился в его беззаветной любви и не замечал, кем становился. Понял он это только тогда, когда вернулся сюда.

Свой клан Неру нашел быстро. Сотня оборотней, живущих по заветам предков. Тогда, много лет назад, Неру стал самым молодым вождем за всю историю клана. Старейшины сделали его главой племени в обход старшего брата, в надежде вернуть расположение Бога Солнца и Луны, забравшего вождя раньше положенного срока. Старший брат, тот самый, что продал Неру работорговцам через два года властвования, благополучно возглавлял клан и по сей день. Неру углядел в этом знак свыше и решил понаблюдать за сородичами, прежде чем вершить кровавые разборки. И правильно сделал, потому что все у них было хорошо: те же хижины, почти те же лица, одежда и развлечения. За сто лет здесь ничего не изменилось. Ничего.

Все это и заставило Неру взглянуть на себя со стороны. У него было столько всего другого! Чертова куча денег, образование и широкий кругозор, влиятельные и умные друзья: знающие, интересные и непостижимые. Комфорт и все 33 удовольствия на его усмотрение. Сотни миров, которые можно изучать и исследовать до бесконечности. Любимый демон, своим молчанием и упрямством вымотавший ему все нервы, но одним своим существованием придающий его жизни смысл. Зачем ему кучка закостеневших в своем невежестве оборотней? Но Неру все-таки был их вождем, а старший брат самозванцем. Пока настоящий вождь не умер, как бы ты не пыжился, вождем не станешь. Может быть, он сможет им помочь? Улучшит условия жизни, расскажет о том, что можно заниматься не только сексом и едой, даст возможность увидеть иные миры и другую жизнь. Предложит выбор, а уж они сами решат, что с этим всем делать.

Неру пришел в клан на второй день пребывания в родном мире и провел среди оборотней неделю. Прибил парочку подосланных братом убийц, показательно избил его самого, а потом сделал своим наместником и сбежал. Ушел из деревни, потому что не смог выносить серость, тупость, страх нового, слепое поклонение, зависть и полное нежелание что-либо менять. Неру смотрел на сородичей и искренне благодарил завистливого брата за то, что тот однажды не позволил ему стать такими же, как они. Неужели это и была свобода, о которой он так мечтал все эти годы? Глупец. Томас сделал его свободным в тот день, когда подарил ему свое сердце, а он этого так и не понял. Тешил себя детскими воспоминаниями и мечтами и не замечал очевидного.

Для оборотней его клана свободой была возможность вольно носиться по степи, заниматься сексом в любое время дня и ночи и не думать о завтрашнем дне, уповая на волю Богов. Но Неру этого было недостаточно. Его свобода — это возможность выбирать. Отвечать за свою жизнь самому. Любить сурового молчаливого демона, помогать тем, кто в этом нуждается, познавать новое и наслаждаться жизнью во всех ее проявлениях.

Неру поднялся на лапы и печально посмотрел на огромную луну над головой. Томас не для того потратил на него столько сил, чтобы он бегал по степи, жрал сырое мясо и трахался с кучкой родственников. Есть занятия и поинтереснее. Например, доводить любимого до белого каления, выкупать из рабства сородичей и заниматься делами Великой Герцогини Дэнис Вальтерус. Для начала. Неру принял решение, и ему сразу полегчало. Неделя на голой земле или в тесной лачуге, полусырое мясо с костра и постоянные приставания оборотней обоих полов напрочь перебили в нем очарование Ветреной Степи и Солнечной Луны, которые так восхищали его в детстве. Хватит с него родного мира. Неру мечтал о душе и нормальной постели с самого первого дня, как здесь появился.

Ветер растрепал шерсть на загривке, Луна залила все вокруг серебром, а зеленое море под ногами пошло волнами. Боги этого мира приняли его решение и радовались за него от всей души. Неру чувствовал это всем своим существом. Он Вождь, хоть и оставил свое племя в прошлом. Боги простили его за это, позволяя идти своей дорогой и разрешая стать одним из них. Неру подумал над их предложением и попросил отсрочку, чтобы уговорить на эту авантюру Моро. Они рассмеялись и согласились. Им тоже хотелось увидеть его Темную половину во всей красе.

Неру сел на задницу и откровенно загрустил. Он так надеялся, что Моро бросится за ним и вернет обратно! Но прошла уже целая неделя, а демон так и не пришел. И что теперь делать? Он же не мог вернуться к нему сам! Это просто невозможно! Конечно, найти мир Неру сложно, но Моро же профессионал, к тому же, оборотень постарался оставить столько зацепок, чтобы он смог это сделать наверняка.

Неру задрал морду на луну и завыл с тоски.

— Моро! Где же ты? Отзовись!

Как же с ним все-таки тяжело. Каменный истукан! Статуя безмолвная! Даже у вампиров больше чувств, чем у него!

Неру добавил в вой немного жалости к себе и обиды на ненавистного демона. Где он сейчас? Неужели забыл про него и вернулся к прошлой жизни? Вьется около Сэма и сдувает с него пылинки? Вой окрасился басами ревности и тревоги. Неру встал на все четыре лапы. Все знают, что демоны не умеют любить и хранить свои привязанности. Паника накрыла его с головой. Он же не переживет, если Моро его бросит! Что он будет делать, если это случится? Как вернет демона обратно?

Неру завыл на луну с таким набором отрицательных эмоций, что испугался сам себя.

— Заткнись, мерзкая псина! Ты мне своим тоскливым воем последние нервы повыдергивал!

Мрачный голос оборвал Неру на середине длинной рулады, которой он едва не подавился. Он развернулся и увидел поднимающегося на скалу огромного черного… волчару. Хотя… даже это слово к нему подходило весьма условно: полтора метра в холке, жесткая длинная шерсть на мощном сухом теле, абсолютно черные глаза без зрачков, зверское выражение на узкой зубастой морде и огромные когтистые лапы. Красавец, ничего не скажешь. Неру рассматривал Моро во все глаза и не совсем понимал, что ему теперь делать. Броситься на шею сразу? Или повыделываться? Неру пораскинул мозгами и принял королевский вид. Демон заслужил показательную порку!

Боги одобрительно рассмеялись.

Моро поднялся на самый верх скалы и навис над прекрасным серебряным волком всей своей мощью, только сейчас понимая, в какое чудовище превратился. Ему понравилось. Неру величественно склонил голову чуть набок и забавно навострил уши. Оглушительное молчание повисло между ними и принялось давить на психику. Они не выдержали одновременно.

— Здравствуй.

Замолчали снова. Моро поднялся, обошел вокруг сидящего на заднице Неру, а потом пропустил его под ногами и сел, оставляя между передних лап. Волчара из демона получился таким огромным, что серебряный волк прекрасно поместился под ним так, как сидел. Моро присел еще чуть ниже и накрыл оборотня собой со всех сторон. Вот и все. Никаких больше расставаний. Никогда. Лизнул бархатное острое ухо и принялся за шелковый загривок и шею зубастой пастью. Неру застучал хвостом от удовольствия, но опомнился и прижал предательскую конечность лапой.

Моро глубоко втянул в себя знакомый аромат вспыхнувшего в волке желания и понял, что выиграл битву, даже не начав сражение, но Неру испортил ему триумф, потому что задал самый глупый вопрос, какой только смог придумать:

— Зачем ты пришел, Моро?

— Я пришел за тобой, — ответил демон, с тоской понимая, что оборотень настроен серьезно потрепать ему нервы, прежде чем отправиться с ним обратно в Столицу.

— И что это значит?

— Погулял? Пора домой, — огрызнулся Моро. Он же пришел за ним! Сам! Ну чего ему еще надо?

— Мой дом здесь. Я нужен им, — холодно сказал Неру, повторяя слова демона один в один. Нечего было нести ерунду!

— Псина, не беси меня! — зарычал Моро и придавил наглого волка к камню полностью. — Ты нужен мне, а твой дом будет там, где буду я, понятно?

— Да пошел ты! Раскомандовался! — возмутился Неру, изнывая от счастья и радости под тяжелым телом любимого. — Кто ты такой вообще!

— Я — это ты, — неожиданно ответил Моро.

Сейчас он не хотел сражаться, а хотел срочно вернуть оборотня домой, затащить в постель и заняться с ним любовью так, чтобы выбить из его дурной головы любые мысли о том, чтобы бродить по непонятным, опасным и неухоженным мирам в гордом одиночестве. Моро готов был сделать что угодно, лишь бы Неру всегда находился там, где должен: в безопасности, в комфорте, в уюте и в его руках.

— Правда?

— Да. Я Темная половина, а ты Светлая.

— Уверен? — все никак не успокаивался Неру.

Моро не слишком вежливо прикусил бархатное серебряное ухо, намекая на то, что его терпение на исходе. Неру крайне жалостливо взвизгнул и затаил дыхание.

— Да. Ты сияешь и спасаешь, а я охраняю и убиваю. Идеальное равновесие.

— Вместе навсегда?

— Да, — поморщился Моро.

Это же очевидно! Зачем нужно говорить об этом вслух? Волк под ним замер, а потом непостижимым образом вывернулся из его лап, сел перед ним и положил морду ему на загривок, прижимаясь грудью как можно ближе. Моро обнял его лапой и опустил голову на его спину. Сердце Неру трепыхалось, как пойманный в силки заяц.

— Истеричный ты мой оборотень, успокойся. Я никуда и никогда больше не отпущу тебя одного.

— Обещаешь?

— Клянусь. Слушай, как бьется мое сердце, свет мой, — тихо сказал Моро и скрутил их сердца в одно, сияющее Светом истинной любви посреди вечной Тьмы, надежно защищающей его от напастей. — Наше сердце.

Луна залила мир ослепительным серебром, густой туман поднялся до небес, скрывая всех и вся, а ветер стих…

…чтобы через минуту разметать туман сильным порывом в клочья и открыть собравшимся внизу оборотням стоящих на утесе обнаженных мужчин. Мрачный, темный и очень опасный бережно обнимал ослепительно прекрасного, сияющего и почти ангельского… и недобро смотрел вниз, закручивая завитки Тьмы вокруг обоих все сильнее.

— Неру, какого черта сюда приперлись все эти псины?

— Ммм? — с трудом вернулся в реальность Неру.

Он не добрался до загадочной души любимого совсем чуть-чуть! Вредный демон развернул его к себе спиной и прихватил руками за шею и бедра, прикрывая ладонью и темными тенями пах оборотня от нескромных взглядов стаи. Неру заулыбался. Моро неисправим! Оборотни внизу посмотрели на них и принялись выть. Один за другим.

— Заткни их! — зашипел демон. — Иначе это сделаю я, и тогда им всем не поздоровится!

— Подожди, любимый, — странным голосом сказал Неру, повел бедрами, и Моро забыл про все на свете кроме него.

Волчий вой заполнил сознание обоих. Два сердца, бьющиеся в одном ритме, и полное единение сплели две души в одну, а луна залила их расплавленным серебром, объединяя Свет и Тьму навеки. Неру открыл сияющие глаза и наткнулся на бездонную черноту глаз Моро. Когда они успели повернуться друг к другу лицом и обняться так, что не расплестись?

Боги над их головами снова рассмеялись.

— Люблю тебя, Тьма.

— Ненавижу тебя, Свет. Всем сердцем.

— Я так и понял, — рассмеялся Неру и крепко поцеловал упрямого демона в губы.

Теперь он чувствовал его так же хорошо, как себя самого, а любовь, что переливалась в Моро через край, наполняла Неру и придавала их союзу равновесие, которого так не хватало всей расе оборотней без исключения. Мощь и спокойствие демона разлетались по Вселенной, даря им силу и добавляя контроль над эмоциями, а преданность и любовь оборотня растекалась лунным светом и возвращала им способность любить не только неистово, но долго и верно.

— Идем. Хватит с меня этого цирка, — первым вынырнул из вселенских потоков Моро. — Терпеть не могу торчать на виду! Да еще и голым.

— Демон, ты невыносим! — лукаво возмутился Неру, откровенно наслаждаясь горячими взглядами оборотней на своем теле.

Моро зарычал и прикрыл руками сияющие ягодицы любимого:

— Еще слово, и я надеру тебе зад!

— Отличная мысль, — согласился Неру, — но сначала тебе придется меня поймать.

— Чего? — удивился демон, но отвечать было некому.

Серебряный волк сиганул с вершины скалы в траву и мгновенно скрылся в остатках тумана. Моро взвыл с досады на растяпу себя, обернулся волком и ринулся в погоню. Догнал через двадцать минут упорного бега, завалил, покусал и отымел во всех обличиях и в особо извращенной форме. Неру смеялся, стонал, рычал, кусался и бился в оргазмах. Менял ипостаси, сбивая Моро с толку, и заставлял любить себя снова и снова, а под утро прокрался в любимую задницу обессиленного демона человеческим членом, ласково отымел, довел до обморока, перекинул порталом в свою спальню в доме Сэма, да так на нем и уснул.

Сонаро, бдивший за покоями Неру круглосуточно, донес информацию до слегка паникующих без босса слуг и облегченно откинулся в кресле. Наконец-то бардак в доме Сэма закончился!

…

Иногда смотреть на любимых, занимающихся сексом, куда приятнее и интереснее, чем участвовать в любовных играх самому. Рамирес понял это через неделю спортивного секса, что устроили ему Дэнис с Сэмом. Как выяснилось, на их фоне он был даже не мальчишкой, а невинным младенцем! Ладно, Сэм, у него века тренировок с самыми крутыми учителями по сексу во Вселенной, но Дэнис! Откуда что берется? Рамирес устал от их буйных фантазий очень быстро и, как заправский старик, мечтал о скучном утреннем сексе на двоих: он сверху, а партнер снизу. Или наоборот. И все. Просто глаза в глаза. Губами в неспешном поцелуе. Членом глубоко в мускулистые ягодицы. Когтем по черным чешуйкам…

— Да что же это такое, а?! — спрятал лицо в подушку Рамирес.

Восемь дней он изгонял из своей постели четвертого. Восемь! Дней! Бесконечных. Мучительных. Проведенных в ожидании того, что завтра будет лучше, чем сегодня.

— Куда уж лучше-то?

Умом Рамирес прекрасно понимал, что здесь и сейчас у него есть все, о чем только можно мечтать: титул, власть, деньги и о, нереальная для демона роскошь, любящие и любимые! И даже получивший титул брат. Брат. Да.

— Никакой он мне не брат!

Эта мысль втыкала нож ревности, тревоги и беспокойства прямо в сердце ежеминутно. Заставляла отслеживать эмоции своего демона, которому было еще хуже, чем ему. Он должен был с ним поговорить. Объяснить! Развеять хотя бы часть той ерунды, что придумывал Кортес, но одна мысль о том, что он останется с ним один на один, вызывала приступ неконтролируемого… чего-то. Рамирес не был готов ни к встрече, ни даже к разговору. Кто знает, чем они закончатся?!

— Чудо ты мое страшное, что с тобой?

На плечо демона легла хрупкая ладошка Сэма, бедра коснулись лукавые коготки Дэнис, и он вдруг понял, что задыхается.

— Мне надо глотнуть свежего воздуха, — скатился с постели Рамирес.

Метнулся в студию, распахнул окно и распластался на подоконнике грудью, подставляя голову ласковым солнечным лучам, нерешительному ветерку и капающим с безоблачного вечерне-багрового неба дождинкам:

— Я не могу так больше. Я сойду с ума! Сделайте же что-нибудь!!!

— Мы не можем, мальчик наш, — виновато растрепал короткие волосы на голове Рамиреса Ветер.

— Заставьте меня забыть о нем!

— Мы пробовали, ты вспомнил, — нарисовал на его спине сердце солнечный луч.

— Что? — мигом перестал страдать Рамирес. — Вы заставили меня забыть?! Когда? О чем?!

— Давно. О 700-м дне рождения Кортеса. Ты мог… наделать глупостей, — зашелестел рисунками в студии Ветер.

— Глупостей? Глупостей?! — зарычал Рамирес. — Моя любовь к Кортесу — это глупость?!

— Он твой брат.

— ОН МНЕ НЕ БРАТ! — гаркнул Рамирес и неожиданно почувствовал, как слетает с сердца невидимая паутина запретов и сомнений. Заискрился запредельной яростью. —  НЕ СМЕЙТЕ. МЕНЯ. ЗАСТАВЛЯТЬ!!!

— Мы не заставляем, — растерялся солнечный луч.

Воплотился человеком возле последнего портрета, проследил за кинувшимся вон из студии демоном и нахмурился. Нехорошо так нахмурился. Франсуа возник рядом с ним и немедленно обнял.

— Солнышко, не злись. Мне больно!

— Ты пытался управлять Рамиресом?

— Я, Прайм, — воплотилось ангелом за спиной Франсуа Энджи. — Из нас троих в последние годы только я думаю головой. Если Рамирес выберет Кортеса, Император спалит нас в Огненной Бездне.

— Ты преувеличиваешь, — поморщился Франсуа.

— Может быть, — пожала плечами Энджи. Подошла к любимым и спряталась в их надежных руках от всего мира. — Но лучше продумать пути отступления. Дариус в ярости невыносим.

— Дариус еще ничего, — передернул плечами Франсуа. — А вот Великое Ничто!

— Ребята, — обнял их Прайм. — Давайте расскажем все Маркусу, а? Он нас спасет. Если что.

— Искренне надеюсь, что «если что» все-таки не случится, — тяжело вздохнула Энджи.

— Оптимистка.

…

Дэнис и Сэм обнаружили пропажу Рамиреса только ночью. Обшарили особняк, обзвонили всех и вся, но так его и не нашли, а потом, ближе к утру, Сэм пришел в студию, зарылся в разбросанные по полу рисунки и понял то, что понимать не хотел. Дэнис нашла его через полчаса сидящим в углу студии и рыдающим в три ручья.

— Сэм? Ты что?!

Он в ответ протянул ей наугад взятый с пола рисунок.

Четкие карандашные линии. Выгнувшееся в экстазе пузырящееся мышцами тело запрокинувшего назад голову демона, сидящего на мускулистых бедрах верхом. Тщательно прорисованные черные змеиные чешуйки на груди и плечах…

Дэнис плюхнулась на пол рядом с Сэмом и заревела тоже, слишком уж неожиданной и болезненной оказалась правда. Массовую истерику прекратили Неру и Моро, которые пришли за ними через десять минут после начала, утащили в бассейн на руках, отмыли, зашептали и на два голоса донесли одну простую мысль:

— Зачем вам Рамирес, если у вас есть вы?

Профессор Вилкинс осознал мудрость этого вопроса первым: расправил плечи, забрал из рук Неру Дэнис и предложил ей выйти замуж за него по традициям его родной, человеческой и Великим Ничто забытой, планеты. Человек он или где? И неважно, что на Подземелье эта церемония, как и обручальные кольца на пальцах, ничего значить не будут, важно, что вся остальная Вселенная будет в курсе. Дэнис согласилась, не раздумывая. О чем думать? Она получила все, чего хотела, и даже немного больше: двух мужей, один из которых любимый, а второй друг и, пусть и сбежавший, но любовник, власть, титул и уважение во всех мирах без исключения.

— Знаешь, нам без Рамиреса даже лучше, — сказала Дэнис любимому после первого пугающе-интимного секса на двоих. Словно не телами, а душами…

— Но? — улыбнулся Сэм.

— Но за него мы все равно еще поборемся, не будь я Великая Герцогиня Вальтерус. Муж он мне, или где?

Сэм рассмеялся и обрел внутреннее умиротворение. Он умел ждать веками, если оно того стоило. А оно того стоило. Четыре тысячи лет, отпущенных Великому Герцогу Рамиресу, — долгий срок, за который много чего может измениться.

Шестая планета Пятого круга, Старый Город, День десятый

Ночь. Скрипящий на промозглом осеннем ветру фонарь. Красно-желтые заплатки листьев на газоне. Торопливо бегущие по лужам под зонтиками люди. Кортес стоял, упершись рогами в залитое дождем панорамное окно квартиры, в которой провел самое счастливое время в своей жизни, и думал. То есть пытался думать.

Ему хотелось выть от безысходности, от ненависти, от любви, от унижения и от того, что все это будет длиться как минимум три тысячи лет. Великий, твою мать, Герцог де Сент-Перес, ага. Раб он, а не герцог. Демон, у которого есть все, но на самом деле нет ничего, потому что все, что ему было нужно, собралось в одной-единственной занозе, имя которой Рамирес. То есть Великий Герцог Вальтерус, счастливо женатый на дьявольски красивой Великой Герцогине Дэнис и имеющий официальным любовником легендарного Сэма Вилкинса. А еще имеющий своим рабом Великого Герцога де Сент-Переса. Вот она, вселенская справедливость в действии: сначала де Сент-Перес имел Вальтеруса, а теперь все наоборот, только в тысячи раз хуже.

Кортес провел когтем по холодному окну, вызывая мерзкий скрип стекла. Что ему теперь делать? Что?! Как избавиться от того, кто может прочитать все твои мысли и намерения в любой момент? Как выгнать его из своего сердца? Как заменить любовь на ненависть? Как?! И чем нужно пожертвовать, чтобы обрести свободу. Жизнью? Рамирес ему не позволит. Это и радовало, и бесило до невозможности!

Дверь позади Кортеса открылась, но он не сдвинулся с места, потому что в отражении оконного стекла отчетливо разглядел шагнувшего из освещенного коридора в темную комнату Рамиреса. Сердце ухнуло в желудок, вызывая тошноту. Как с ним разговаривать? О чем? Он ведь получил все, что хотел. Кортес смотрел на медленно идущего брата в окно. Что ему надо? Чего он хочет? Насладиться унижением Великого Герцога де Сент-Переса? Обойдется. Лучше умереть!

Рамирес замешкался на половине дороги. Кортес насторожился и с недоумением увидел, как отлетела к стене футболка, небрежно брошенная сильной человеческой рукой. Зачем он ее снял? Понимание обожгло нутро демона огнем. Он хочет заняться с ним сексом! Кортес вцепился в подоконник когтями и попытался залить вспыхнувшее пламя желания ненавистью, презрением, обидой и всем, чем только можно, из своего богатого грязного арсенала. Бесполезно. Рамирес сделал еще пару шагов, звякнул пряжкой ремня и уронил на пол штаны.

Кортес прокусил губу до крови, глядя на неверный человеческий силуэт брата в отражении окна. Сотни лет он мечтал о нем: о его теле, ласках, тепле, шутках и глупых выходках. И что?

— Скоро ты все это получишь, — ответил на его мысли Рамирес. Вслух.

— Подачка рабу, чтобы не выебывался? — проскрипел когтем по отраженному телу брата на стекле Кортес.

— Подарок любимому, чтобы не переживал попусту, — шагнул к нему Рамирес.

Кортес не поверил ушам, а Рамирес прижался к его широкой спине боком, обнимая рукой за талию. Коснулся пальцем шипов на предплечье. Ойкнул по-детски. Слизнул каплю крови языком и уставился в глаза Кортесовскому отражению с невеселым лукавством на страшном лице:

— Шипы убери, не хочу пораниться.

— Чем больше твоей крови прольется, тем лучше. Я готов высосать ее из тебя всю до последней капли.

— Размечтался! Попробовал и хватит.

— Может, мне понравилось, — буркнул Кортес, гоняя в голове одну-единственную фразу по кругу.

Подарок любимому. Подарок любимому. Подарок…

— Лучше мой член соси. Куда как приятнее и полезнее, — предложил Рамирес и разорвал на убравшем шипы демоне рубашку. Сдернул рукава, уронил клочки на пол.

— После тебя! — огрызнулся Кортес, беспомощно наблюдая за ловкими пальцами на ремне своих джинсов. Через мгновение штаны упали на пол, а следом полетели ошметки трусов и кроссовки.

— Носки снять не хочешь? — насмешливо прошептал в плечо Кортеса Рамирес, так и не сменивший обличие на демоническое.

— Хочешь меня нагнуть, так и скажи! — рыкнул Кортес, утопая в обжигающем огне желания Рамиреса с головой. Разве можно хотеть вот так и не любить?!

— Нельзя.

— Хватит ковыряться у меня в голове! — взорвался Кортес.

Схватил Рамиреса за горло, впечатал в стену и ворвался в его человеческую задницу демоническим членом сходу.

— Не торопись, слышишь? — обхватил его за талию ногами Рамирес. — Ты же любишь меня. Не причиняй боль понапрасну.

— Не причинять боль? — куснул его человеческие губы яростным коротким поцелуем Кортес. Получил в ответ такой же и втянулся в кровавый поединок языков. Заставил уступить. — Да тебя убить мало!

— За что? — выгнулся в руках демона Рамирес. Подставил для поцелуев шею, вцепился в загнутые кренделем рога руками, наклоняя упрямую голову брата к себе, чтобы прошептать ему в самое ухо: — Я же люблю тебя. Больше всего на свете!.

— Врешь! — покачнулся от непозволительной надежды на счастье Кортес. Заменил ее на недоверие и презрение. — Ты сделал меня, МЕНЯ, своим рабом!

— Я сделал тебя своим, а это совершенно разные вещи!

— Это одно и то же!

— Нет!

— Да!

— Нет, я сказал! — обернулся демоном Рамирес.

Откинул Кортеса от себя с такой силой, что тот приземлился на спину только в центре комнаты. Вскочил было на ноги, но тут же рухнул обратно под тяжестью налетевшего Рамиреса.

— Я не буду тебе подчиняться. Лучше убей сразу, — обмяк на полу Кортес. — Я знаю, ты можешь сделать это, просто подумав как следует.

— Все, что тебя волнует сейчас, – это твоя свобода? — уперся рогами в его рога Рамирес.

Поцеловал, втянул в очередную войну языками, облапал руками всего, сводя с ума и заставляя отвечать.

Ласкать.

Любить…

— Все, что меня сейчас волнует, — это ты, — простонал Кортес, в смятении и запредельном удовольствии глядя на то, как Рамирес садится на стоящий колом член. Сам! — Я же люблю тебя, гаденыш.

— Я знаю.

Рамирес прикрыл глаза от наслаждения. Повел бедрами, а потом открыл глаза и с размаху вогнал когтистую руку в плечо Кортеса по самые пальцы. Потянул вниз, к прессу, располосовывая могучую грудь демона к чертям… и отлетел от удара кулаком в челюсть к стене. Съехал по ней на пол и замер, склеивая сломанные ударом ребра и зубы. Великий Герцог он или где?

Кортес упал рядом с ним на колени, прижал рогатую голову к груди, заливая кровью, зашептал в короткие волосы:

— Болван рогатый, что ты творишь?! Я же мог тебя убить!

— Это не важно, — прошептал Рамирес, глотая горячую кровь брата вперемешку со своей.

— А что важно?

— То, что ты любишь меня, но не веришь мне, и думаешь о свободе и смерти даже тогда, когда занимаешься со мной сексом!

— Я твой. Заставь меня забыть. Это же так просто!

— Сука! Не смей мне этого предлагать! Ты мне не раб!!! — вырвался из его рук Рамирес.

Ненадолго вырвался.

Упал на живот от рывка за ногу.

Подставился жадным руками, губам и члену.

Выгнулся…

…и обрушил на Кортеса всю свою любовь.

— Мой! — взорвался сумасшедшим оргазмом Кортес, открывая любимому душу и позволяя делать с ней все, что угодно.

Покорился. Услышал то, что нельзя сказать.

Понял. Простил и полюбил за это еще больше.

А потом открыл глаза и впился в стык плеча и шеи Рамиреса клыками, делая его своим.

— Теперь-то ты мне веришь?

…

Вселенная замерла. Время испуганно поджало хвост и остановилось. Свет и Тьма насторожились. Остроухий когтисто-серебристый демон вспыхнул яркой звездой посреди Великого Ничто. Полный холодного бешенства рык заставил содрогнуться основы Мироздания.

— Пиздец!

— Ну почему пиздец? Так, небольшой творческий беспорядок.

— Беспорядок? Небольшой?! Да я вас троих на куски порву, обормоты!!!

— Дариус, не надо так волноваться. Они не хотели ничего плохого.

— Маркус. Не сейчас.

— Молчу, молчу. Прайм, ты слышал? Я пытался вас спасти, но в этот раз вы действительно серьезно напортачили.

— Не мы это начали!

— А кто?

— Дариус! Он оплодотворил жену Томаса твоей спермой, пока ты спал! Это нечестно!

— Франсуа, что ты понимаешь в честности? У тебя в голове ветер! — возмутился Великое Ничто и стер с лица Вселенной парочку астероидов.

— Ветер у меня не только в голове, так что не надо принижать мои достоинства, — отозвался Франсуа, закручивая на месте исчезнувших астероидов спиральные звездные туманности.

— Я тебе твои достоинства прямо сейчас оторву!

— За что?

— Вы трое умудрились сотворить из Рамиреса черт знает кого! Демон-воин с душой художника, до беспамятства любящий брата, с которым должен был биться полным ненависти за титул Великого Герцога!

— Подумаешь! Не такой уж это и пиздец.

— Два Великих Герцога стали друг другу своими. Это что, не пиздец?!

— Родной мой, хороший, успокойся. Чего ты так распереживался? Идем, посидим на яхте, попьем кофейку и все решим.

— Маркус, я же просил не вме…

— Великий Ничто. Я. Сказал. На яхту. И вы трое. ЖИВО!

…

Осень на озеро пришла внезапно и раскрасила берега в цвета света и крови кистью мастера всего за пару дней. Старинная яхта покачнулась на легких волнах, скрипнула обшивкой о деревянный причал и подобрала паруса, опасаясь за их сохранность. Эмоции взорвались на палубе разрывным снарядом и разнеслись по округе вороньими отголосками.

— Все в сборе. Так я и думал.

Дариус зарычал, но убивать сидевшего на диванчике возле отлично сервированного стола Сэма не стал: подвесил на руке за шкирку, сел на его место и посадил парня на себя. Маркус уселся рядом, а за ним, не спеша, один за другим на диванчике проявились виновники переполоха. Сначала Прайм, тут же незаметно положивший руку на ногу Маркуса под столом. Потом Энджи. А потом, подальше от взбешенного Императора, Франсуа. Дариус одним глотком выпил поданный Маркусом кофе, выкинул чашку за борт и вцепился в бок Сэма когтями, унимая эмоции и мысленно позволяя мужу себя успокаивать. Если бы не он, быть бы сегодня Армагеддону.

— Дариус, — рискнул подать голос Франсуа. Таким он не видел отца со времен Тысячелетней войны. — Объясни, что не так? Ты же хотел порадовать Маркуса, разве нет? Ради этого все затевалось!

— Да!

— Так все же хорошо! — подключилась Энджи. — У Маркуса есть замечательная дочь, которой можно только гордиться. У нее исключительно одаренный муж. Род Вальтерусов, за который так переживал Маркус, в скором времени покажет себя во всей красе. Дэнис любит Сэма, а Сэм ее. Все счастливы.

— Судя по тому, что Дариус в ярости, не все, — скрывая улыбку, сказал Маркус. Получил мысленный нагоняй, но не обратил на него внимания. — Мне кажется, что дело было вовсе не в Дэнис.

— А в ком? — поерзал на Императоре Сэм. Поцеловал его в щеку, погладил по груди рукой, зарабатывая мысленное одобрение Маркуса. — Не в Неру же!

— Они с Моро случайно получились, — покаялся Франсуа. — Когда мы для вас подарок готовили на годовщину.

— Подарок? — мигом напрягся Маркус. На подарки Ветра у него была аллергия. — Может, хватит с нас подарков?

— Поздно уже, — незаметно погладил его по ноге Прайм. — И этот подарок был моей идеей, а не Франсуа, так что тебе он точно понравится.

Прайм переживал за Маркуса немногим меньше Императора, чем заставлял ревновать Франсуа, но сегодня ему на это было наплевать. В конце концов, это они испортили сюрприз, который так долго для него готовил любимый.

— Дариус, так почему ты злишься? — вернул разговор в прежнее русло Маркус.

— Потому что все пошло не так, как надо! Потому что дочь Маркуса предназначалась моему сыну Кортесу, которого я хотел оставить вместо себя Наместником, ясно?! Их обоих оставить!

Ошеломленное молчание заставило яхту нервно заскрипеть обшивкой.

— Кортеса? Вместо тебя?!

— Да! Маркус и я… Мы устали быть все время на виду. Решать нескончаемый поток вопросов, уворачиваться от наемных убийц, разгребать завалы, давать советы и рулить всеми и вся. Нам нужен отпуск.

— Отпуск?!

— Да. Со временем я хотел оставить вместо себя Кортеса и Дэнис под охраной Неру, а вместо Маркуса — Сэма под покровительством Моро. Свет и Тьма прекрасно бы о них позаботились! Но теперь, вместо обозримого в ближайшем будущем отпуска, мне придется разгребать то, что они все наворотили с вашей помощью.

— Ничего они не воротили!

— Так наворотят! Сколько Кортес и Рамирес смогут хранить свою тайну?

— Подумаешь, тайна. И не такое хранили.

— А если они будут хранить друг другу верность? Что тогда?

— А что в этом плохого?

— Это катастрофа! Кто продолжит род Великих Герцогов Вальтерусов? Полукровки Сэма?! А древнейший во Вселенной род де Сент-Пересов?! Из него осталось в живых двое охрененных во всех местах, годных к размножению демонов, которые трахаются друг с другом! Мало того, которые любят, ревнуют ко всем и вся и будут хранить друг другу верность!

— Пиздец, — после долгого молчания озвучил очевидное Прайм. — Как все запуталось, а?

— Небольшой творческий беспорядок, — передразнил Франсуа Дариус. — Если бы было место, где вас троих нет, где вообще никого и ничего нет, я бы свалил туда немедленно. Разгребайте этот бардак сами!

— Такое место есть, — неожиданно заулыбался Прайм. Прижался щекой к плечу Маркуса и обхватил его за талию рукой, зная, что случится через мгновение, и не желая отпускать надолго того, кто был ему очень дорог. — Мир, в котором родился Неру. Там нас нет, Дариус. Там вообще никого теперь нет.

— Шутишь? — подобрался Император. Посадил Сэма на диванчик и притянул к себе Маркуса, который сменил ипостась и вцепился в него когтями. — Зачем вам такой мир?

— Мы создали его специально для вас. В подарок. Ну, знаешь, вы вечно бубните, что мы за вами подсматриваем, и все такое, так что если вы только захотите, то окажетесь там…

Закончить Прайм не успел. Дариус и Маркус исчезли с палубы без следа, а мир вокруг внезапно потускнел и опустел. Вроде бы, все как всегда, но что есть оболочка без своей сути? Пустота. Великое Ничто, которого больше в этой Вселенной не было.

— Мальчики, — посерела Энджи. — Может, вернем их обратно? Что-то мне как-то не по себе.

— Мы не можем, — нахмурился Прайм. — Планета, которую мы сделали для них, исчезла.

— Оставьте их в покое! Они же просили вас тысячу раз! — не выдержал Сэм. Пустота в сердце вместо Дариуса и Маркуса вгоняла его в ужас, но он не поддавался панике и цеплялся за любовь к Дэнис и Рамиресу зубами. Любимые демоны заслужили отпуск даже от него. — Они вернутся сами, а мы к этому времени должны привести все в порядок.

— Сэм прав, Прайм, — обнял любимого Франсуа. Энджи немедленно пристроилась с другой стороны. — Не грусти. Нам теперь есть, чем заняться.

— Тоже верно, — согласился Прайм. — Но я буду скучать.

— Мы все будем, — сказал Сэм, и над яхтой повисло задумчиво-рассеянное молчание.

====== Эпилог ======

… одни.

Обнаженные Дариус и Маркус стояли посреди Великой Степи по пояс в траве и не верили сами себе. Гигантская Солнечная Луна висела в далекой вышине, море травы уходило к горизонту, а в воздухе висела абсолютная тишина. Великий Ничто подхватил любимого демона на руки, закружил и упал вместе с ним в траву.

— Вдвоем, умник. Только вдвоем! Ни Франсуа, ни Прайма, ни Сэма. Никого! Я мечтал об этом так давно! Лишь ты и я, чувствуешь?

Маркус обхватил его изо всех сил и по давней традиции счастливо умер от разрыва сердца. Дариус привычно вернул ему жизнь и даже не стал на него ворчать.

— Сколько мы пробудем здесь?

— Сколько захотим, — улыбнулся Дариус. — Моя интрига удалась, так что теперь у нас куча свободного времени.

— Твоя интрига удалась? — перевернул его на живот Маркус и принялся кусачими поцелуями за пузырящуюся мышцами спину с кружочками втянутых внутрь шипов вдоль позвоночника.

— Да. Я занял делом всех без исключения и отвлек внимание от нас даже божественных обормотов, — устроился поудобнее Дариус. — Надеюсь, я был достаточно убедителен в гневе?

— Весьма, — рассмеялся Маркус, поднимая ягодицы любимого выше. Забрался в них идеальным демоническим членом и задал ритм самой Вселенной. — Даже я тебе почти поверил!

— Почти?

— Дариус, разве можно скрыть правду от любимого?

— Ну, если очень постараться…

— А ты стараешься?

— Умник, не цепляйся к словам!

— Я сейчас не только к словам прицеплюсь! — вогнал в плечи монстра когти по самые пальцы Маркус и ускорил темп. Дариус застонал от наслаждения, но на провокацию не поддался. — Никаких тайн, понял?

— Я без тайн – ничто.

— Ты по жизни Ничто, так что нечего тут демагогию разводить, — привычно принялся спорить Маркус, но оборвал сам себя и замер.

— Умник? — немедленно поменялся с ним местами Дариус. Прижал к траве. Заглянул в синие глаза. — Что случилось?

— Я вдруг понял, что ты теперь в моем полном распоряжении. Один. Без никого!

— Да. И что?

— Ты Великое никем не познанное Ничто, а я ученый…

— Нет-нет-нет! — вскочил на ноги Дариус и припустил в сторону Сияющей Луны со всех ног. — Ни за что!

— Да-да-да, — рванул за ним следом Маркус. — Куда же ты, мой самый главный научный эксперимент?

— Изыди, демон!

— Цыпа-цыпа-цыпа! Иди ко мне, необъятная ты моя тайночка. Вселенский ты мой сундучок Пандоры без замочка.

— Кто? — расхохотался Дариус.

Поймал подбежавшего Маркуса в объятия, уронил в траву и залюбил до потери пульса, смеясь от счастья и абсолютной свободы, позволяющей говорить и делать любые глупости. С таким любимым, как Маркус, ему не будет скучно, даже если они застрянут здесь надолго. Годы, столетия… Неважно, ведь время — это всего лишь Тень на челе Великого Ничто, который в первый раз за все свое существование ушел в настоящий качественный отпуск.

Читайте больше книг на сайте онлайн-библиотеки mir-knigi.org