Автор : "niki123"
Название книги: От конца до начала (СИ)
Читать на сайте: https://mir-knigi.org/author/niki123/ot-konca-do-nachala-si

========== Глава 1 ==========

Северный настырный ветер надувал паруса, ныл в щелях и пробирал до самых костей. Команда проклинала на всех языках и север, и конец осени, и жуткую погоду. Нет для моряка хуже состояния, чем постоянное напряжение, когда море волнуется, и ты не можешь понять, то ли оно просто так, от скуки, то ли всерьез решило потопить корабль. Ледяная вода пенилась и лизала борты корабля словно языки пламени. А если сунуть в нее руку, то казалось, что это действительно пламя, просто очень-очень холодное.

Альфа встал с кровати, направился к кувшину с водой, чтобы умыть лицо. Конечно, если это можно так назвать. Мелкие почти белые чешуйки покрывали лицо, к шее становясь все более насыщенного изумрудного цвета. Он был весь в этой чешуе. И только на лице и ниже пояса она была мягкой. Когда жар битвы вскипал в крови, чешуйки будто приподнимались, обнажая острые края, готовые резать хлопок рубашки. Удлинялись ядовитые когти, а узкий змеиный зрачок начинал подрагивать.

Пандар уже привык ко всему этому, смирился. Или пытался убедить себя в этом, запрещая беспокойным мыслям забираться в дальние уголки сознания, где прятались самые уродливые воспоминания. Альфа потянулся всем телом, пока каждая мелкая косточка не хрустнула. Ни один человек не мог бы выдержать такое, не сломавшись. А Змей, как прозвала его команда головорезов и бандитов, мог, благодаря сумасшедшему некроманту. И видят Боги, мужчина никогда не радовался этому.

Чем тут гордиться? Радоваться, что убиваешь с одного удара, потому что ядовит как кобра? Или быть счастливым, что за последние лет пятнадцать не целовал ни одного омегу или женщину, потому что боишься, что они умрут у тебя на руках? Как обратить себе на пользу то, что почти восемь месяцев ты сидел в высохшем колодце и питался жуками да дождевой водой, активно изображая полное помешательство? Потому что иначе он никогда не оставит тебя в покое. Будет снова и снова истязать, проверяя на прочность, выискивая слабые точки, сводя с ума, но только уже по-настоящему.

Змей тряхнул головой, затем пригладил жилистой рукой с темно-зелеными чешуйками совсем седые волосы. О нет, Пандар не был старым. Хотя иногда он сам себе казался совсем древним, на самом деле ему было около сорока. Может поменьше. Он точно не помнил, да и никого это никогда не интересовало. Даже Зверь никогда не спрашивал. Они вообще никогда не разговаривали о жизни до того кошмара, через который им пришлось пройти вдвоем.

Сначала было просто не до разговоров. Зверь полностью оправдывал свою жуткую кличку: он был жестоким, очень сильным и совершенно неуправляемым. Мог убить просто так, вырезать всех в радиусе мили, если его не остановить. И Пандар его понимал. Невозможно было справиться с той сумасшедшей болью, которую тебе причинили, и с яростью, которая заменила все остальные чувства. А потом… пришлось отстраивать себя заново, думать, где взять денег на еду, как скрыться от любопытных глаз, утихомирить Чезаре. А после всего этого уже и не хотелось разговаривать. Слишком больно.

Змей шумно вздохнул, пытаясь отогнать непрошенные мысли. Откуда они? Раньше такого не было. Возможно, это потому, что Зверя вот уже почти три года нет рядом. Единственный человек, который мог понять его, теперь вел свою жизнь. Эдмунд изменил его, показал другую жизнь и других людей. Не смотря на то, что Чезаре никогда не отрекался от него, а его муж не был против, чтоб Змей проводил время с ними и его семьей, альфа ощущал себя чужим в том мире, который эти люди создали вокруг себя. Будто ложка дегтя в бочке меда. А потому Змей ненавязчиво, но отдалился от них. Как он сказал другу, их дороги разошлись.

Пандар покинул свою каюту и направился вниз, в столовую. Холод в коридоре был просто ужасный, и альфа покрепче закутался в шерстяной плащ.

В столовой было немного теплее, пираты согрели помещение своим дыханием. От мясной похлебки исходил пар, Змей сел на свободное место и принялся есть. Разговоры альф вертелись в основном вокруг того, на что они потратят добытые деньги, сколько борделей посетят и какое количество вина будет выпито. Змей молчал, а его никто и не собирался вовлекать в разговор. Уже привыкли, что из него лишнего слова не вытащить.

Змей прекрасно знал, что будет делать со своей долей. Он купил себе небольшой дом, стоящий в Западных горах, а остальное собирался тратить на нехитрую еду и одежду. Вот и все. Нападения на корабли перестали отвлекать, превратившись в размытые эпизоды. Тогда Пандар понял, что пора уходить и доживать свои дни где-нибудь вдалеке от людей.

Корабль Змей оставлял Варе, который уже и так вовсю им командовал. Пандар не хотел быть капитаном, а у этого альфы был нюх почти как у Чезаре. Команде Змей еще ничего не говорил, но что-то ему подсказывало, что никто сильно не расстроится.

Через пару дней корабль сделал короткую остановку в безлюдной бухте на Западном побережье Луксора. Вара и еще пара крепких ребят сели в шлюпку с Пандаром и отвезли его на берег. Стоя на серой гальке, мужчина коротко и как-то сухо попрощался с людьми, с которыми пробыл на одном корабле лет десять, развернулся и вскоре скрылся за листвой деревьев-великанов.

Вара проводил его глазами, потом трое альф сели в шлюпку и поплыли обратно на корабль. Пандар еще долго слышал шум моря, и он отдавался эхом в его голове. Мужчина шел строго на запад и отчетливо понимал, что его жизнь закончилась. И слава Богам.

В конце концов, она у Пандара была весьма и весьма насыщенной, тут жалеть не о чем. Он воевал, был продан в рабство, потом попал как подопытный кролик к этому сумасшедшему. Затем с Чезаре бежал оттуда, сделался контрабандистом, потом и вовсе пиратом. Приключений хватит на десятерых, Змею уже хотелось тихой гавани. Вот только ничего не делать он не мог, когда слишком много сил и времени, начинаешь думать. А вот этого делать никак нельзя. Тогда в голову начинают лезть всякие бредовые мысли, вроде той, что он умрет в одиночестве как бродячая собака и никто даже не узнает, где он похоронен.

_ _ *

Лес был довольно густым, деревья были настоящими великанами, и солнце с трудом пробивалось сквозь ярко-зеленую листву. Под ногами расстелился мох, и Пандар постоянно пружинил, утопая в нем по щиколотку. Иногда неестественная тишина нарушалась шумом деревьев или криком какой-то птицы. Но чем дальше продвигался Пандар на запад, тем более редким и живым становился лес. Альфа почти не уставал, шел без привалов. Ближе к вечеру он наткнулся на спиленные бревна, поняв, что где-то рядом деревня, завернул слегка вправо, чтобы обойти ее. Только когда непроглядная тьма опустилась на лес, Змей выбрал место посуше, за деревьями, натаскал туда лапника и лег спать прямо так. Зверей он не боялся, они за милю учуют в нем смертельно-опасного хищника, а люди… Змей не завидовал разбойникам, если они вздумают его разбудить.

Проснулся Пандар, когда окружающий его мир подернулся предрассветной дымкой, а небо над головой, которое удалось разглядеть сквозь ветки, стало жемчужно-серым. Змей встал, разрушил место своего ночлега по старой привычке и двинулся дальше.

Так и шел еще несколько дней, Пандар не считал их. У него не было мысли, что он сбился с пути. Иногда на пути попадались деревеньки, их Змей обходил стороной. Людей он не слишком любил. В сумке был каравай хлеба, который альфа понемногу ел. Но когда закончился и он, все же пришлось завернуть в деревню.

На него смотрели почти как на чудовище. Едва завидев его, дети разбежались. Не смотря на то, что ни лица, ни рук не было видно, Пандар был чужаком, который не показывал лица и ко всему прочему пришел из лесной чащи. Путь ему вскоре преградили несколько альф.

- Что тебе нужно? Зачем к нам пришел? - спросил самый старший, пытливо всматриваясь в капюшон.

- Закончился хлеб. Хочу купить, - коротко пояснил Змей. Он чувствовал напряжение мужчин.

- Открой лицо, - произнес другой альфа. - Мы не собираемся помогать бандитам.

- Я уродлив как Бездна. Вряд ли вы захотите терпеть мое присутствие, когда увидите, - спокойно ответил Змей. - Но если вы настаиваете… - с этими словами Пандар откинул капюшон.

Его всегда забавляла реакция людей. Кто-то начинал трястись от ужаса или отвращения, кто-то пытался совладать с собой. Некоторых разбирало любопытство. Вот последних Змей ненавидел всеми фибрами души.

Мужчины как-то разом побледнели, самый старший поджал губы. Пандар чуть усмехнулся.

- Надеюсь, вы насмотрелись, теперь продайте мне хлеб, и я уйду, - Змей был почти уверен, что они погонят его поганой метлой.

Повисло молчание.

- Пойдем, змеекожий, - вдруг ответил старший. Все остальные проводили их глазами. Вся деревня смотрела, как они заходят в дом этого старшего.

Альфа пошел в кладовую, оставив Змея одного в комнате. Пандар прислушался. На улице было чересчур тихо. Странно. Люди должны были обсуждать его. Но они этого не делали. Значит…

- Вот, держи, - мужчина вернулся в комнату и вручил каравай Змею. Он внимательно рассматривал альфу. Любопытный.

- Спасибо, - слегка кивнул Змей и направился к выходу.

Его уже ждали. Крыльцо было окружено альфами разных возрастов, вооруженных чем попало. Все они как-то шарахнулись, стоило Пандару оказаться на крыльце. Альфа не дрогнул.

- Дайте мне пройти, и я никого не трону, - негромко произнес Змей.

- Ты принесешь нам беду. Ты демон, - выкрикнул кто-то.

Пандар слегка приподнял брови. Демоном его пока не называли. Змей молча накинул капюшон и просто спустился в толпу. Смешно, но на него так никто и не напал. Слишком боялись мифического демона. Змей слышал гул голосов, пока уходил глубоко в лес. А для себя решил, что пищу проще все-таки красть или закупаться в городах, там не принято показывать лицо.

Спустя несколько дней Змей пересек большую часть леса, после чего взял немного на юг и вскоре наткнулся на каменистую дорогу, которая была вся в выбоинах и ухабах. А на горизонте синели огромные горы.

До них Пандар добрался через восемь дней. За это время он пополнил свои запасы в придорожном трактире в каком-то крохотном городке, который походил скорее на большую деревню, потому что здесь тебе то и дело переходили дорогу овцы или визжащие свиньи. Но по большей части Змей старался обходить людей стороной.

У подножия горы оказался своего рода перевалочный пункт. Здесь можно было заночевать, если не успеваешь доехать до города, или поменять лошадей. Функционировал трактир, в котором было человека три и сам хозяин, стоявший за широкой стойкой. Согласно договоренности именно у этого человека должны были быть ключи от нового жилища Змея.

Трактирщик оказался неожиданно дружелюбным и разговорчивым. Ему не было никакого дела по поводу того, почему Пандар не снимает плаща, хотя в помещении тепло. А узнав, что Змей и есть тот самый новый хозяин дома, вовсе обрадовался, сказав, что в округе появится хоть один нормальный человек, а то прежний жилец был совершенно сумасшедшим. Пандар коротко усмехнулся на это утверждение, опрокинул в себя кружку эля средней паршивости и забрал ключи, после чего двинулся наверх, в горы.

Надо сказать, что здесь была вполне приличная дорога, но Пандар предпочел срезать серпантин и просто взбираться по камням, благо склоны не были отвесными, все в выбоинах, поросшие травами и низкорослыми кустарниками.

Ровно через час Змей оказался перед маленьким двухэтажным домом, который на вид показался добротным и крепким. Позади обнаружился такой же маленький хлев, в котором обнаружилось стойло для лошади.

Внутри дом оказался довольно светлым, хотя и абсолютно холодным. Он был весь из дерева, от пола до потолка. На первом этаже была кладовка, огромная печь и стол со стулом да шкаф, в котором обнаружилась глиняная посуда и кое-какая кухонная утварь. А весь второй этаж занимала спальня. Там была кровать, сундук и старый комод. Пандар кинул сумку с нехитрыми пожитками на кровать и отправился осматривать новое пристанище более детально.

_ _ *

Наладить быт в этом захолустье было просто. На следующий же день Пандар арендовал у трактирщика лошадь и съездил в город, где купил хлопковую ткань для белья, которую тут же отнес портнихе, посуду, разжился парой книг и продуктами. Через неделю ткань превратилась в постельное белье, скатерти и занавески. Лавочник достал Змею желаемую литературу. На все попытки сблизиться Пандар отвечал вежливым, но неумолимым отказом, и еще через неделю никто даже не пытался с ним заговорить.

Началась совсем другая жизнь. Пандар мог не разговаривать ни с кем неделями, бродил по горам, охотился на мелкую дичь и заготавливал дрова на зиму. Зимой прогулки пришлось прекратить, потому что снег слишком часто скрывал наледи, и ходить становилось опасно даже для Пандара. Альфа читал книги и изредка ездил в город, чтобы заказать новые или купить необходимые продукты. Жизнь текла размеренно и очень однообразно.

Поначалу Змей тихо радовался этому. Возможности ни с кем не разговаривать, жить так, как ему нравилось. Но это ощущение быстро прошло. Змей не тосковал по пиратству, нет. Но как он и опасался, трудно было забыться, когда у тебя много времени, а тратить его решительно некуда. Единственным спасением стали книги, читая которые альфа мог на время покинуть свою реальность и оказаться в другой.

_ _ *

Эдмунд взял несколько писем, которые доставил гонец, и начал лениво их перебирать. Одно было от Ника, еще одно от Мирта, записка от кузнеца из города и еще один конверт из толстой бежевой бумаги с синевато-черной печатью. Омега хорошо знал и эту бумагу, и эту печать. Письмо от Шало. Эдмунд тут же распечатал его и принялся читать.

Дорогой друг.

Сам удивляюсь, но я все еще жив и почти здоров. Второе покушение на мою жизнь не удалось, я могу ненадолго порадоваться жизни, а затем вновь предпринять попытку найти главных зачинщиков. Видит Бог, версий так много, и все они столь правдоподобны, что не знаешь, какая кажется более заманчивой. Но не тревожься за меня, я весьма живуч и не собираюсь умирать, пока не изведу всех сторонников дяди из моего дворца.

Не хотелось бы писать это, но боюсь, что мне придется обратиться за помощью к тебе. Видишь ли, возможно, у тебя на примете есть человек настолько преданный и неподкупный, что я мог бы доверить ему свою жизнь, ибо в последний раз меня пытался отравить мой же слуга. Я обращаюсь именно к тебе, поскольку знаю, что ты далек от политики и знаешь действительно стоящих доверия людей.

Как идут твои дела? Как растет сын? Не понимаю, как ты живешь со своим мужем, но не могу не поинтересоваться, все ли у вас по-прежнему хорошо?

Вечно твой, Шало.

Эдмунд глубоко вздохнул. В дверях показался Чезаре, омега ему легко улыбнулся. Муж подошел ближе, обнял за талию и заглянул в письмо, которое держал Эдмунд.

- Твой друг все еще жив, я надеюсь? - негромко спросил альфа.

- Пока что. Но… надолго ли? Нет ни одного человека, которому он мог бы доверять.

- Но он доверяет тебе, - мягко заметил мужчина.

- Но я не могу быть его телохранителем. И я далеко. А друг ему нужен в стенах дворца, в родной стране. Понимаешь?

- Понимаю, - Чезаре осторожно забрал письмо из рук мужа и положил его на стол. Затем притянул омегу к себе. - Не бойся за него. Он даже не омега, а бета, и уверяю тебя, его готовили к этой жизни с самого рождения. Ему трудно, но он научится выживать. А если нет… значит он не достоин занимать трон. Как избавить страну от врагов, если не можешь избавиться от собственных?

- Всякому человеку нужны союзники, - заметил Эдмунд. - Шало спросил меня… не знаю ли я кого-нибудь преданного и неподкупного, кому можно безоговорочно доверить свою жизнь и благополучие. Но я не знаю никого, кроме нашей семьи. А никто не готов ехать в Дакар. Да и мои друзья ни за что не пустят своих мужей защищать наследника страны, в которой они даже никогда не были.

- Ты бы меня тоже не отпустил? - улыбнулся Чезаре.

- Я бы поехал с тобой, - спокойно ответил омега. - И наконец-то оказался бы в своем любимом климате.

- Поражаюсь. Ты так любишь тепло, и при этом отказался быть мужем их короля.

- Я не собирался выходить замуж за деспота, - пожал плечами Эдмунд. - Потом встретил тебя. Не могу сказать, что был счастлив поначалу. Ты и сейчас меня иногда просто поражаешь, но…

- Поражаю? - приподнял брови Чезаре. Рука медленно сползла с талии на ягодицы омеги.

- Чезаре, - сверкнул глазами Эдмунд, - ты не о том думаешь. Подумай, есть ли кто-нибудь, кому бы ты доверял как себе?

- Ты. И… Пандар, - последовал незамедлительный ответ. Рука мужчины так и не вернулась на талию омеги.

- Ты можешь найти его?

- Вряд ли. Если он сам не оставил никаких следов, я его не найду. А что-то мне подсказывает, что он не собирается больше контактировать с человечеством в общем и целом.

- Попробуй. Пожалуйста.

- Даже если я его найду… Очень сомневаюсь, что он согласится. Да и Шало твой вряд ли будет счастлив видеть Змея в своем окружении.

- Я с ним поговорю. В конце концов, у него не остается выбора.

- Синеглазка, выбор есть всегда, - усмехнулся Чезаре. Он погладил мужа по щеке, Эдмунд прикрыл глаза. - Пойдем наверх. Я ужасно соскучился.

- Через час ужин, - негромко предупредил Эдмунд. Видят Боги, он уже привык, что муж может просто схватить его под лестницей словно молоденькую горничную и зацеловать до потери сознания.

- Знаешь, что можно успеть за час? - прошептал альфа, склонившись к уху мужа.

- Догадываюсь, - пробормотал Эдмунд. Он взял мужа за руку и сам потянул в коридор, а затем в спальню.

Вечером Эдмунд написал Шало письмо, заштриховав пустое пространство снизу, чтоб нельзя было ничего незаметно добавить от лица отправителя. А утром Чезаре начал искать следы своего друга через старых знакомых. Делать это приходилось крайне осторожно, потому что если бы у кого-то возникло хоть малейшее предположение, что мужчина взялся за старое, то Аяла тут же отправил бы его на плаху без суда и следствия. Таковым было условие его жизни и свободы.

Только спустя месяц Чезаре удалось узнать, что Змей бросил пиратство. За это время Эдмунд изо всех сил уговаривал Шало, который поначалу даже оскорбился и не мог понять, как другу такое даже в голову пришло. Но обстановка в дворце накалялась все сильнее, Шало спал с кинжалами под подушкой и всегда давал пробовать еду мартышке, прежде чем есть самому. Через две недели он уже не так эмоционально отзывался о идее сделать Пандара своим телохранителем. Еще через месяц Чезаре узнал, что Змей живет в горах Луксора, на самом западе страны. Добраться туда можно было и порталом. Видимо, Пандар все-таки допускал мысль, что может понадобиться другу, пускай и в самом крайнем случае.

- Единственный способ достучаться до него, это приехать, - заметил Чезаре. - На письмо он либо не ответит, либо оно не дойдет, либо он сам скроется раньше, чем мы напишем повторное.

- Значит нам придется ехать, - произнес омега, держа на руках Демиена.

- Не нам, а мне, - Чезаре осторожно взял у мужа ребенка. Мальчик обнял отца за шею и буквально повис на нем. - Почему бы тебе не погостить у кузена? Там кажется семейный слет намечается? Я приеду через пару дней. Надеюсь.

- И я на это надеюсь.

_ _ *

Следующим же днем начался сбор вещей. Для Эдмунда и Демиена заложили карету, а Чезаре вполне удовлетворился конем и седельной сумкой. Вся семья отправилась в город, чтобы воспользоваться порталом, а дальше разойтись каждый в свою сторону. К вечеру Эдмунд был уже в Даунхерсте, а Демиен оказался под опекой миссис Лу и Адриана, который любил младших детей.

Путь Чезаре был куда менее коротким. Во-первых, у него не было точных сведений, где обитает друг. Во-вторых, разыскивать его надо было осторожно, потому что не только Аяла мог об этом узнать, но и сам Змей. А вот если он улизнет, то тогда уже его будет точно не найти. Да и гор на западе Луксора много, а Чезаре сомневался, что Змей стал поражать местных жителей своим видом. В общем, альфа сильно погорячился, сказав мужу, что приедет дня через два.

Только спустя пять дней Чезаре наткнулся на городок и случайно услышал, как в трактире обсуждают отшельника, живущего в домике в горах. Мол, ни с кем не разговаривает, от всех нос воротит, только книжки у лавочника заказывает. Чезаре несколько оживился. Он ненавязчиво поинтересовался у местных, а где именно живет отшельник, и получив не совсем цензурный ответ, но ясный взмах в сторону горной дороги, отправился наверх.

- Боги, ну зачем надо было забираться в такую дыру? - пробормотал Чезаре сквозь зубы, шагая по снегу и льду, то и дело норовя поскользнуться и свалиться вниз. - Почему в горы? Почему не дно Северного моря?

Когда Чезаре поднялся наверх, то готов был уже махнуть рукой на все. Но маленький домик, укрытый снегом, был уже совсем близко. Альфа отряхнул с сапог снег и постучал в толстую дверь.

Сначала не происходило ничего. Чезаре уже думал постучать во второй раз, как послышались шаги, и дверь открылась. На пороге оказался человек в капюшоне. Он молча посторонился, затем закрыл дверь за Чезаре. Только после этого Змей снял капюшон.

Забавно, но Чезаре ожидал увидеть обросшего и полудикого человека, но Пандар ни капли не изменился. Он молчал и смотрел на друга, не мигая.

- Что-то случилось? - наконец спросил он.

- Случилось, - слегка кивнул Чезаре. - Я хотел бы попросить тебя о помощи.

- Какого рода помощи?

- Это не для меня.

- Тогда нет, - отрезал Змей.

- Дай хотя бы сказать.

- Нет. Я помогу тебе. Но не кому-то еще.

- Помощь нужна Шало, - напряженно произнес Чезаре. Настрой Пандара ему категорически не нравился.

- Ну и что? Это должно что-то изменить? - спокойно поинтересовался мужчина.

- Брось. Мы оба знаем, что между вами что-то было тогда, четыре года назад. И…

- Между нами ничего быть не могло. Я был его конвоиром по твоему приказу и ничего более. И не смотри на меня так. Ты только за этим меня разыскал? Чтобы я помог темно-рыжему мальчишке?

- Этот мальчишка отвоевал трон у своего дяди и теперь отчаянно пытается его удержать. Возможно, пока мы с тобой спорим, его убивают в собственной спальне, - сказал Чезаре, и вертикальные зрачки Пандара дрогнули. - Ему нужен человек, который никогда не предаст. Я не знаю никого, кто мог бы подойти больше, чем ты.

- Семейное счастье ослепило тебя, - усмехнулся Змей. - Если люди приняли тебя, то они никогда не примут меня. Ты знаешь, что относительно недавно меня чуть не подняли на вилы, подумав, что я демон, который накличет беду? Представляешь, что будет, если я появлюсь во дворце среди вельмож и военачальников?

- Ты всегда сможешь уйти оттуда и забиться в свою дыру обратно, - с раздражением ответил Чезаре. - Что мешает тебе попробовать? Или ты просто боишься, что не захочешь уходить из цивилизованного мира?

- Думай, что говоришь, - прошипел Змей. Когти на его руках чуть удлинились, и Чезаре не мог этого не заметить.

- Хочешь подраться со мной как в старые времена? Теперь моя очередь получать тумаки? Так давай, вперед. Давай разнесем тут все к Бездне, а потом спустимся вниз, - едко произнес альфа.

Пандар сжал челюсти и глубоко вздохнул.

- Я не пойду в няньки Шало.

- Почему? Боишься, что люди будут шарахаться? Так они и так будут. Не обманывай себя, ты не сможешь просидеть здесь всю оставшуюся жизнь, читая книги. Кстати говоря, твоя жизнь может оказаться неожиданно долгой. Так не лучше ли испытать все возможности? Возможно, что-то увлечет тебя. Или кто-то. И жить станет легче.

- Ты изменился, - сказал Змей.

- Возможно. Но одно я знаю точно, жить хорошо тогда, когда ты знаешь, зачем и для чего.

_ _ *

Когда уже стало совсем темно, а снег все продолжал укрывать землю новыми и новыми слоями, Чезаре спешился у парадного входа Даунхерста. Он был весь в снегу, голоден, а потому мечтал сесть в какое-нибудь кресло, притянуть синеглазку себе на колени, наплевав на приличия и его возмущение, и сидеть так хоть весь вечер.

Альфа вошел в холл и отдал плащ лакею. Тут из гостиной широкой поступью вышел Ма Шер, проскользил взглядом по Чезаре и демонстративно отвернулся. Мужчина усмехнулся. Узнав, что вся семья ужинает в столовой, Чезаре отправился туда.

Стоило ему только войти, как все взоры были обращены на него. Взгляд Эдмунда потеплел, а затем глаза вдруг странно заблестели.

- Чезаре! - сказал омега, вставая из-за стола.

- Почему-то мне не нравится, как звучит мое имя, - слегка улыбнулся Чезаре. - Всем приятного аппетита, кстати, - мужчина подошел к мужу и хотел его обнять, но тот решительно отстранил его руки.

- Возможно, тебе не нравится, потому что я в бешенстве. Возможно, я в бешенстве, потому что от тебя не было вестей почти полторы недели? - угрожающе говорил Эдмунд, наступая на мужа и заставляя того отступать. Все присутствующие с затаенным весельем смотрели, как хрупкий прекрасный омега наступает на огромного альфу, и тот пятится от него. - Неужели так трудно было отправить весточку? - супруги уже вышли на лестницу. Все потянулись за ними. Никто не желал пропускать такое зрелище: разгневанный Эдмунд.

- Чтобы она шла три недели? - изумился Чезаре. Тут Эдмунд взял со столика у стены книгу и повертел ее в руке, как бы прикидывая вес. - Даже не думай, - предупредил альфа, понимая намерения омеги.

- Я не думаю. Я сразу делаю, - Эдмунд прищурился и запустил в мужа книгой, от которой тот мастерски увернулся. Омега и не рассчитывал на обратное.

Тут альфа вдруг пригнулся, в мгновение ока подскочил к омеге и, перехватив поперек талии, закинул себе на плечо.

- Чезаре! - Эдмунд несильно ударил мужа по спине, помня, что это его слабое место. - Не позорь меня перед семьей!

- Нам нужно поговорить, - буднично сообщил Чезаре столпившимся родственникам, будто муж на его плече - это совершенно нормально, после чего развернулся и стал подниматься по лестнице, пытаясь утихомирить мужа.

Когда они вошли в спальню, альфа закрыл за собой дверь ногой, сбросил омегу на кровать и тут же придавил своим весом. Эдмунд сверкал глазами, ноздри раздувались, а на щеках выступил румянец.

- Чего ты разбушевался? Уж не ждешь ли ты снова ребенка? - весело спросил Чезаре. - Ты только в такой момент становишься столь… темпераментным.

- И это тоже, - отмахнулся Эдмунд. - Подожди… ты хочешь мне сказать, что в остальное время со мной скучно?

- Боги, - простонал альфа, прикрыв глаза. Тут до него дошел смысл слов мужа, и Чезаре медленно открыл глаза. - Что ты только что сказал?

- Я хотел сказать, что готов убить тебя. Но поскольку я жду второго ребенка, то с этим придется повременить, - пробурчал Эдмунд.

Чезаре расхохотался, а потом принялся целовать мужа, не обращая внимания на его жалкие потуги вырваться.

- Что ты творишь? - умудрился спросить Эдмунд в перерыве между поцелуями.

- Закрепляю эффект, - низко протянул Чезаре, пытаясь снова поцеловать омегу. Тот отвернул лицо, но мужчина не растерялся и стал целовать нежную шею, потихоньку добираясь до ямки за ушком. - И совсем забыл сказать. Пандар согласился, - лукаво проговорил альфа.

- Тогда иди сюда, - выдохнул Эдмунд, - я обязан сказать тебе спасибо.

Комментарий к Глава 1

И снова добро пожаловать в мой мир.

========== Глава 2 ==========

Пандар собирался недолго. Ключи он отдал трактирщику без всяких объяснений, даже не сказал, когда вернется. Покидал вещи в сумку и пошел пешком в город. Там прибился к почтовой карете и добрался уже до более крупного города, откуда должен был начать свое путешествие цепью порталов. После первого Змей не почувствовал ничего, после третьего - небольшую слабость, после пятого его начало ощутимо мутить.

Мужчина предпочитал не думать, почему он вдруг согласился. В конце концов, хуже уже некуда. Пандар не боялся, что его убьют: во-первых, это довольно трудно, а во-вторых, невелика потеря. А что еще должно волновать телохранителя, на подопечного которого открыта охота? В одном Чезаре был прав, на Пандара так или иначе будут косо смотреть что простые люди, что знать. И когда это стало его волновать? Он так живет пятнадцать лет, должен уже привыкнуть, особенно если учесть, что противоядия от чешуи не найти. Разве что тот сумасшедший некромант должен был знать, но и в этом Змей не был уверен. Да и потом, что рассуждать, если они с Чезаре сами его убили в том жутком подвале?

Интересно, какой теперь Шало? Такой же мальчишка, который отчаянно пытался быть взрослым, или он стал настоящим монархом, бесстрастным и в некоторой степени лицемерным? Одним словом, в Змее стало просыпаться какое-то чувство, подозрительно похожее на любопытство, которое альфа в себе безжалостно гасил.

Чем больше было порталов, тем четче чувствовалось солнце на коже. Перед последним порталом Змей глубоко вздохнул и поклялся себе, что назад будет возвращаться только морем, и шагнул в размытый круг.

Ощущение было как всегда странным и неприятным, будто тебя ударили под дых, воздуха не хватает и начинает кружиться голова. Или это все вокруг кружится? Пандар так и не мог понять. Очертания собственного тела будто размылись, альфа уже не мог понять, где он, а где окружающее его сжатое пространство. Внезапно резкая боль будто разделила тело надвое, Пандару стало казаться, что его пытаются разорвать по частям. Боль была просто адской. Мужчина даже не мог закричать, разрывало голову, сердце стучало, будто кровь испарилась, и оно стучало вхолостую. Сознание стало потихоньку угасать, Пандар проваливался куда-то в темноту, словно растворялся в вращающемся с невероятной скоростью мире. Но вдруг все так же быстро прекратилось, и Змея буквально вышвырнуло обратно в реальность.

Мужчина какое-то время не мог подняться с колен. Потихоньку возвращалось зрение и слух, альфу страшно мутило, было такое ощущение, что он все-таки оставил парочку жизненно важных органов где-то там, между мирами. Тут плеча мужчины осторожно коснулись, Пандар резко вскинулся. Капюшон давно упал на плечи, и на незнакомца не мигая уставились серебристые глаза с вертикальным зрачком.

- Ты Змей, - утвердительно произнес мужчина на океанском диалекте с сильным южным акцентом. Он подал руку Пандару, и тот поднялся на ноги. - Для тебя есть лошадь.

- Хорошо. Спасибо, - негромко ответил мужчина и накинул капюшон, не смотря на то, что солнце грело во всю.

После этого оба путника сели на своих коней. Видимо поняв состояние Змея, незнакомец не стал гнать, пошел мягкой рысью. Пандар почти пришел в себя. Вокруг было довольно живописно и зелено, но мужчину гораздо больше волновало то, что случилось во время последнего перемещения. Возможно, это последствие сильной перегрузки. Но что-то подсказывало Змею, что дело совсем не в этом.

- Я Ратмир, - неожиданно представился незнакомец.

- Мое имя ты знаешь, - нехотя отозвался Пандар. Промолчать было совсем уж неприличным. - Ты мой провожатый?

- Провожатый? - не понял Ратмир.

- Проводник, конвоир, помогаешь дойти до места.

- Да, - альфа немного помолчал. - А ты сам кто будешь?

- В смысле?

- Ты… человек?

- В некотором смысле, - скривился Пандар под капюшоном. - А ты кто? Ты человек. А кто ты во дворце?

Ратмир немного помолчал.

- Второй помощник начальника охраны.

Пандар промолчал. Почему Шало отправил за ним именно этого человека? Он доверяет ему? Или больше некого было послать?

Тут всадники стали спускаться с горы, и взору открылся потрясающий пейзаж. Внизу, по правую руку, лежало южное море, отливающее зеленым на солнце. А с другой стороны простиралась долина, в которой росли разные фруктовые деревья, которые давали плоды круглый год в этом климате. Но центром всего этого великолепия стал огромный, тянущийся к небу дворец, который отливал золотом на солнце. Вокруг него простирался город, который тоже был каким-то светлым и цветущим.

Путь до замка занял пару часов. Но местные жители косились на путников, особенно на Пандара, потому что он был в теплом шерстяном плаще. Под ним было ужасно жарко, но Пандар не торопился его снимать. Всадники остановились перед огромными кованными воротами, сквозь которые был виден парадный вход и площадь, мощеная светлым камнем, перед ним. Ратмир спешился, что-то быстро сказал стражникам внутри, и те открыли ворота. Пандар и Ратмир въехали шагом во двор, который стал понемногу заполняться людьми. Пандар спешился и стал ждать. Ворота закрылись за его спиной с негромким щелчком.

Тут большие двери парадного входа открылись, и по мраморным ступеням быстрым шагом стало спускаться несколько человек. В стройном молодом человеке лет двадцати, одетого в свободную одежду белого цвета, Змей признал Шало. Позади него семенил какой-то старец, а слева и справа широким шагом шли всадники. Шало остановился в шаге от Пандара, и глядя в темноту капюшона произнес:

- Добро пожаловать в Дакар. Ты ранен?

- Ранен? - переспросил Змей. - Нет.

- Пройдем внутрь, - коротко сказал Шало, после чего резко развернулся и направился во дворец. Все остальные двинулись за ним, и Пандар не стал исключением.

Шало решительно шел по светлым коридорам, поднимаясь куда-то наверх. Когда они достигли, наверное, пятого этажа, перед правителем Дакара открыли двери, ведущие на террасу. Шало жестом пригласил Змея внутрь, а остальным властно приказал оставить их одних.

Пандар встал посреди комнаты и молча ждал, пока Шало начнет говорить, попутно отмечая, как изменился подросток, которого он знал.

Волосы были все такими же темно-рыжими, миндалевидные глаза пытливо всматривались в мужчину. Черты лица стали менее тонкими, исчезла эта почти детская легкость. Но он стал по-своему красивым. Губы были пухлыми, глаза - очень темными, цвета черного кофе. Лицо было словно у скульптуры: идеально симметричное и правильное. Но не холодное. В темных глазах то и дело проскальзывали эмоции.

- Ты можешь снять плащ. Я помню, как ты выглядишь, - вдруг нарушил тишину бета.

- Уверен? - в голосе мужчины послышалась усмешка. - Прошло четыре года.

- Для меня это было как один миг, - не моргнув глазом, признался Шало. - Сними капюшон.

- Как пожелает король, - безразлично пожал плечами Пандар, и одним движением снял плащ, внимательно следя за бетой. Но тот не дрогнул, вообще никак не отреагировал.

- Ты не изменился, - произнес Шало, не отводя взгляда.

- Я почти не старею. А вот ты вырос. Но может, не будем тратить время? Расскажи мне все, что я должен знать, чтобы оберегать твою жизнь. О большем знать я не хочу.

- Полагаю, стоит начать сначала, - Шало совсем не по-королевски взъерошил волосы и сел на пуфик. - Два года назад я впервые вошел в этот дворец как полноправный правитель этой страны. Никто не был счастлив. Дядя Шарль с большой неохотой отдал мне трон, поскольку у него родился сын-бета. Но ему пришлось мне подчиниться, поскольку я прямой наследник. Но теперь одни пытаются меня женить, другие выдать замуж, а третьи и вовсе убить. На меня было совершено два покушения, в которых я не могу никого обвинить, поскольку нет весомых доказательств. Если я обвиню кого-то просто так, то уже обвинят меня в импульсивности и неуравновешенности. Тогда легко объявить меня недееспособным.

- Тогда ты проживешь еще меньше, - произнес Змей. - Но почему ты не обратишься за помощью к союзникам?

- У меня их почти нет, - грустно улыбнулся Шало. - Слабые страны не смогут оказать должной поддержки, а сильные не захотят связываться со страной, в которой вот-вот может смениться власть. Конечно, я мог попросить помощи открыто, но ситуация ничуть не изменится. Я просто стану заложником других хозяев.

- Почему ты спросил меня, не ранен ли я?

- Потому что во время переноса кто-то сильный вторгся в процесс и попытался открыть третий портал, чтобы тебя просто разорвало на части. К счастью, наши маги все-таки смогли удержать пространство вокруг тебя нетронутым. Но оставалась вероятность, что какая-то твоя часть все же окажется на другом конце света.

- Замечательно, - усмехнулся Пандар. - Я не успел вступить в должность, как меня уже попытались убить.

- Я так живу последние два года, - мрачно ответил Шало.

- Сочувствую, - безэмоционально произнес Змей.

Шало неожиданно усмехнулся. Змей действительно не изменился: все такой же холодный и, кажется, безразличный ко всему. Тогда, на острове, Шало иногда казалось, что не совсем так, скорее маска, которую привык носить этот человек. Тогда он много думал об этом, но сейчас предпочитал не ломать голову. Точного ответа бета все равно не узнает, да и он не был уверен, что хочет знать.

Шало в общих чертах знал историю Чезаре и Змея, Эдмунд ему рассказал, не вдаваясь в детали. Но даже без них то, что знал бета было ужасно и не поддавалось никакому восприятию. И Шало не знал, каким бы был он, если бы прошел через такое, а потому не хотел лезть Пандару в душу. Да и осталась ли она у него? Большой вопрос.

- Почему ты не попросишь Аялу помочь? - вдруг спросил Змей. - Он предан как собака, и нюх у него такой же. С его участием все было бы проще.

- Он не независимый работник. Он состоит на службе у Валлирии. В дипломатическом смысле попросить прислать мне королевскую ищейку, это почти то же самое, что попросить военной помощи. Я должен показать своей стране и всему миру, что сам могу со всем справиться. Иначе меня не будут уважать, - терпеливо пояснил бета. На лице Пандара не дрогнул ни один мускул.

- Иными словами есть только ты и я?

- Практически. Еще далеко не все сняли маски, и я крайне осторожен.

- Знаешь, если кто-то осмелел на столько, что решился убить тебя целых два раза, значит существует всего два варианта: либо этот человек уверен, что ты ничего не докажешь, что нам на руку, потому что обычно именно такие забывают о какой-то мелочи, либо зачинщик уверен, что тебе даже в голову не придет обвинить его. А вот это уже хуже. Значит, ты совсем не прав насчет количества своих врагов.

- Я думал над этим. Моя смерть выгодна почти всем. Старейшины пытаются подчинить меня себе, некоторые хотят выдать меня замуж за своих сыновей.

- Интересно знать, сколько лет их сыновьям. Пятьдесят, шестьдесят? - безразлично осведомился Змей.

- Почему? - удивился Шало. На лице Пандара проскользнуло легкое непонимание, - Старейшина в нашем государстве - это не самый старый человек, а представитель самого старого рода. В Дакаре их тринадцать, включая мой. Моя смерть выгодна и им, поскольку у некоторых род почти такой же древний как мой. Шарля и его сына они могут устранить, в конце концов, я дал им возможность это сделать, поскольку отослал на другой конец страны вместе с его гаремом. Если я умру, он может просто не успеть доехать до дворца.

- И тогда начнется страшная грызня за власть, - слегка кивнул Змей.

- Да. Страна утонет в крови, а наши внешние враги будут счастливы напасть. Иными словами, как только я перестану править, можно начинать считать дни до падения Дакара.

Пандар немного помолчал.

- Какие у тебя есть еще родственники помимо Шарля?

- Дядя в Валенсии, он брат моей матери и не станет мне вставлять палки в колеса. Мать я отправил к нему. Помимо Шарля у моего отца был еще один брат, но три года назад он поскользнулся на террасе и упал со второго этажа. С этого момента он полностью безумен и к тому же прикован к креслу на колесах. Сам понимаешь, что никакие заговоры он строить не может. У него два сына, оба альфы. Но даже после моей смерти они вряд ли получат трон, скорее окажутся в опале.

Пандар чуть склонил голову на бок и внимательно посмотрел на Шало. Бета почувствовал себя кроликом перед удавом, но не отвел взгляда. Змей коротко усмехнулся, будто сам себе.

Хоть в чем-то этот мальчишка остался прежним. Сам дергается, но в глаза смотрит. Всегда только в глаза.

- Что будет входить в мои обязанности? - спросил альфа. - Сразу говорю, что я не могу быть твоим дегустатором. Меня не берет ни один яд, я даже ничего не почувствую.

- Об этом речь не идет. У меня есть обезьянка для этих целей, - Шало поднялся на ноги. - Ты будешь всюду ходить за мной, следить за окружающими. В общем делать то, что ты лучше всего умеешь.

- По рукам. Но как только тебе не будет ничего угрожать, я уйду.

- Как пожелаешь, - бета подошел к двери, она тут же открылась, и Шало сказал что-то слуге. - Тебя проводят в твою комнату, - произнес парень, обернувшись к Змею.

Пандар кивнул и накинул капюшон. Через минуту за ним пришли, чтобы проводить.

То, что Шало назвал комнатой, оказалось настоящими покоями. Это была огромная комната, очень светлая, с собственной террасой. Стены были кремового оттенка, легкие занавеси развевались от ветра, напоминая паруса корабля. У кровати был полог из легкой белой ткани, рядом с ней стояла тумбочка, у стены - шкаф. Рядом с выходом на террасу стоял письменный стол, на котором уже была стопка бумаги, перья и чернила. Нехитрые пожитки уже были аккуратно разложены на кровати. Пандар с удовольствием снял жаркий плащ и вышел на террасу.

Она была тут не одна. Рядом, через соломенную перегородку находилась другая, более широкая. Видимо, она прилегала к королевским покоям. Как объяснили Змею, его поселили рядом с Его Величеством, чтобы тот всегда мог позвать в случае чего. Пандар глянул вниз, оценивая, может ли кто-то забраться сюда по стене. Но там были только ровные гладкие каменные стены, да стекла. Разве что такой как Змей мог забраться по такой стене. Но насколько было известно альфе, он был единственным и неповторимым.

Пару часов альфу никто не трогал. Но спустя некоторое время в дверь раздался стук. Пандар с отвращением накинул шерстяной плащ и открыл дверь. На пороге оказался Ратмир, в руках он держал черный шелковый плащ. Он молча протянул его Пандару.

- Зачем это? - глухо поинтересовался Змей.

- Его Величество просил тебя принять этот скромный дар.

Мужчина скривился. Он не хотел ничего принимать ни от Шало, ни от кого-либо еще. Но теперь это подарок не мальчишки, а короля. Отказаться альфа не имел права. Он взял плащ у Ратмира, повернулся к нему спиной, снял свой, а затем надел подаренный. Не хотелось признаваться, но коже так было гораздо легче.

Ратмир терпеливо ждал, пока Пандар закроет за собой дверь и встанет рядом.

- Мне приказано показать тебе дворец, - сдержанно сообщил Ратмир. - Пойдем, скоро начнется собрание.

- Собрание?

Они пошли по коридору.

- Да. Его Величество собирает совет, чтобы сделать заявление, - пояснил помощник начальника стражи.

- Какое?

- Никто не знает. Поэтому совет недоволен.

Ратмир замолчал. Собеседники стали подниматься куда-то вверх. Альфа сказал, что во дворце три жилых этажа, первый занимают придворные, второй становится занятым, когда приезжают члены совета и их семьи, а так же гости короля, а последний занимал он сам и близкие ему люди: семья, самые верные друзья и соратники. А на самом верху располагался гарем.

Последнее показалось Пандару любопытным. Интересно, как часто туда захаживает Шало? И насколько там безопасно?

- Я хочу осмотреть гарем, - спокойно произнес Змей.

Ратмир усмехнулся, но мужчина не стал ничего пояснять. Ему было все равно, что думал о нем этот человек.

В гареме было так же светло, как в покоях Пандара. Только пространство было значительно больше. Огромные окна украшали легкие длинные занавеси, по полу были раскиданы многочисленные цветные подушки, стояли небольшие диванчики. Посреди комнаты был круглый небольшой бассейн, в котором плавали странные рыбы с красно-белой чешуей и большими полупрозрачными плавниками. Дно бассейна украшала причудливая узорчатая мозаика, а прямо по центру журчал фонтанчик, который тоже был весь в мозаике.

К удивлению Пандара, омег было немного, человек пятнадцать. Одежда представляла собой легкие почти прозрачные одеяния, которые колыхались даже от вздохов. Омеги смотрели на нежданных гостей, не отрываясь, но молчали. Видимо, им было запрещено разговаривать с незнакомцами.

Змей, не обращая на них внимания, осмотрел комнату, затем выглянул в окно. Вскарабкаться сюда снизу было совершенно невозможно. В комнате было множество дверей, и Змей спросил, куда они ведут.

- Это спальни омег.

Пандар кивнул, и они покинули гарем. Около часа Ратмир показывал Змею дворец и кратко рассказывал о его истории. Пандар слушал его в пол уха, но из того, что он слышал, запомнил довольно много.

Дворец строился по мере того, как менялись правители Дакара. Каждый надстраивал, реконструировал и перестраивал дворец. Кто-то позаботился об устройстве гарема, кто-то привозил диковинных животных для зверинца, кто-то разбил сад. В общем, великолепием дворца Шало обязан многочисленным предкам и их соратникам, потомки которых сейчас ждали в зале заседаний.

Здесь стоял огромный прямоугольный стол, за которым стояли двенадцать стульев и один в центре, похожий на трон. На каждом стуле были изображены гербы, а у окон стояли вазоны с благоухающими цветами. Зал был пуст. Ратмир кивнул на место у стены, Пандар встал туда, и альфа вышел. Буквально в эту же секунду противоположные двойные двери открылись, и в зал стали заходить люди.

Это были альфы лет тридцати-сорока в богатых одеждах, с массивными украшениями на шеях. Они были без оружия, но Змей не спешил расслабляться. Что-то ему подсказывало, что отсутствие оружия совсем не говорит, что эти люди настроены мирно. Они о чем-то переговаривались, косясь на Пандара, но мужчина ничего не понимал, а потому стоял, почти не шевелясь. Альфы расселись каждый на свое место. Пару минут ничего не происходило, но затем вновь открылись двойные двери, и в зал вошел Шало.

Он сейчас был совсем другим. Исчезла легкость, живость. В глазах отражалась сила и власть, на голове красовался тонкий золотой обруч - символ его величия, на шее была тонкая цепочка с золотым медальоном, украшенным драгоценными камнями. Все присутствующие встали, Шало сел, и они последовали его примеру. Пандар усмехнулся. Таким он еще не видел мальчишку. Интересно, какой из двух Шало был настоящим? Мальчишка или властный монарх?

- Господа, я собрал вас здесь, чтобы обсудить несколько вопросов, - уверенно начал Шало, и его голос зазвенел в пространстве. - Я имею сведения, что наш флот в удручающем состоянии, не смотря на все дотации, выделенные казной для исправления положения. Как вы можете это объяснить?

- Ваше Величество, позвольте мне, - начал тот альфа, что был помоложе. - В прежние времена дотации были не столь большими, ибо ваш предшественник не был столь мудр. За это время флот обветшал, многие корабли нужно отстраивать заново. Согласно этому, старые корабли были уничтожены, и верфи начали строить новые. Но это весьма длительный процесс, Ваше Величество, а штормы в этом году особенно злы.

- Понимаю, кхан Дугал, - слегка кивнул бета. - Но возможно, если бы расходы лучше контролировались, то строительство кораблей шло бы скорее? - спокойно осведомился Шало.

- Расходы тщательно контролируются, Ваше Величество, - ответил Дугал. - Могу вас заверить, что к следующей весне флот будет в полном вашем распоряжении.

- Флот нужен мне сейчас, - припечатал Шало и обвел взглядом присутствующих. - Боюсь, что ради безопасности нашей страны мне придется попросить вас, господа, пополнить флот вашими личными кораблями. Разумеется, как только государственный флот будет готов, вы получите свои корабли обратно.

- Да, но Ваше Величество, тогда наши провинции будут без защиты, - возразил самый старший альфа. - При всем уважении к вам…

- При всем уважении к вам, - перебил его бета, - если в безопасности государство - в безопасности все, включая вас. Следующий вопрос, который я хотел бы поднять, это присутствие среди нас нового друга. Пандар, подойдите к нам, - Змей отделился от стены и неслышно встал за спиной Шало. Бета на него даже не взглянул. - С этого дня этот господин будет сопровождать меня всюду, потому прошу никого не удивляться. Пандар прибыл к нам из Валлирии, он искусный и опытный воин.

- Чужестранец? - спросил тот альфа, что сидел через один стул от шало. - Ваше Величество, зачем нам чужестранец? У нас есть множество воинов, которые будут счастливы отдать жизнь за вас и за Дакар.

- Эти воины не смогли меня защитить от убийц, подосланных нашими общими врагами, - спокойно произнес бета, но глаза его нехорошо блеснули. - Я полностью доверяю Пандару, и вы можете делать то же самое.

- Как ваш советник, Ваше Величество, я не рекомендовал бы вам доверять человеку, который не показывает своего лица.

- Мне не нужно его лицо, чтобы верить ему. Как мой советник, кхан Фалес, вы можете советовать мне. Но решения принимать мне, - негромко, но твердо заявил Шало. Он встал, и все присутствующие последовали его примеру. - Благодарю вас за заседание. Удачного дня.

Пандар внимательно смотрел на выходящих из зала людей. Он оказался не во дворце. Он был в террариуме среди самых ядовитых гадов. Вот только он был куда опаснее.

========== Глава 3 ==========

Совет покинул зал, Шало вышел в коридор через другую дверь, Пандар последовал за ним неслышной тенью. Бета шел как-то отрывисто, будто вот-вот собирался побежать. Мальчик оказался не так силен, как хотел казаться? Хотя возможно, что Змею это просто казалось. В любом случае, его это не должно заботить, он здесь за тем, чтобы мальчишка пережил всех своих врагов. А остальное неважно.

Шало вдруг свернул куда-то влево, слуги открыли перед ним дверь и впустили в какой-то зал. Как только мужчины вошли, двери за ними бесшумно закрылись. Пандар бегло осмотрелся и пришел к выводу, что помещение скорее всего является небольшим бальным залом.

- Теперь тебе ясно, среди кого я нахожусь? - произнес Шало, повернувшись к Пандару.

- Ясно, - спокойно ответил Змей. - Кто из них может быть твоим потенциальным союзником?

- Кхан Дарел. Он моложе всех, его отец умер месяц назад. Его понемногу обрабатывают, но его нельзя покупать или запугивать, иначе Дарел легко переметнется при первой же возможности. А мне нужны союзники надолго.

Пандар промолчал.

- Почему вы говорили на собрании на океанском диалекте? - спросил Змей. - Чтобы я понял?

- Нет. Это своего рода традиция. Когда-то моему предку была оказана услуга воином из Океании. Предок пожаловал ему целую провинцию из уважения все переговоры стали проводиться на этом языке. Все высшее общество говорит на этом языке как на втором родном.

- Ясно. У меня к тебе одна просьба на будущее. Мне не нужно ни подарков, ни привилегий. Если будет что-то нужно, я сам попрошу.

- Ты оскорблен, что я приказал принести тебе плащ? - спокойно осведомился бета. Ему была непонятна такая реакция.

- Нет. Я говорю тебе спасибо, но прошу больше этого не делать.

- Как пожелаешь.

_ _ *

Жизнь у Шало оказалось довольно насыщенной, вопреки ожиданиям Змея. Он постоянно с кем-то разговаривал, встречался. К концу дня бета выглядел слегка уставшим, но был почти таким же энергичным. Пандар внимательно наблюдал за ним, отмечая перемены, произошедшие за последние четыре года. Это было довольно любопытным занятием.

Шало держался властно, но при этом очень вежливо, двумя-тремя словами давая понять, чем он недоволен и чего хочет. Казалось, бета был в курсе всего. Пандар несколько удивился, что он в состоянии удержать в голове столько мелочей и при этом так и не смог выйти на заговорщиков. Особенно Змею нравилось смотреть на красивое лицо, которое все время оставалось бесстрастным, но при этом по неуловимым знакам понимать, что на самом деле чувствует в этот момент. Надо отдать должное, мальчик очень хорошо себя контролировал. Гораздо лучше, чем на Северном острове, когда запустил в Пандара тарелкой. Змей усмехнулся при этом давнем воспоминании, неожиданно ярко ожившем в памяти.

День в Дакаре закончился удивительно быстро опустившимися сумерками, которые так же быстро переросли в непроглядную южную ночь. Пандар лежал на огромной кровати и прислушивался к тому, что творилось в комнате Шало. Несмотря на поздний час парень не спал. Мучает бессонница? Змей его прекрасно понимал. Он поднялся на ноги и вышел на террасу.

Город был совсем темным, только редкие фонари горели на главных улицах. Зато дворец продолжал сиять всеми огнями, да и сам прекрасно отражал свет. Тонкий полумесяц смотрел на погрузившийся в сон мир, лукаво освещая плещущееся тихое море, которое было только радо поиграть белыми холодными бликами. Небо было все усыпано звездами, вдруг совсем неяркая звездочка сорвалась с места и стремительно понеслась по черному бархату неба, оставляя за собой яркий хвост. Пандар запрокинул голову и прикрыл глаза. Ему нравилось, как ветер обдувает кожу. Распущенные волосы стали щекотать плечи и спину. Месяц лениво скрылся за проплывающее облако.

Тут альфа услышал тихие шаги на террасе за перегородкой. Он не пошевелился, даже глаз не открыл, только когти на руках зловеще удлинились. Змей прислушался, шаги стихли, а потом возобновились. Мужчина бесшумно повернулся на звук и подошел к соломенной перегородке. Через нее ничего не было видно, а Пандар не спешил ее ломать. Альфа подошел к самому краю террасы, схватился руками за перила, и через секунду уже был на другой террасе. Раздался громкий вздох, в темноте блеснуло оружие. Пандар замер, он напряг зрение. Тут месяц вышел из-за тучи и слегка осветил террасу.

- Это я, Шало, - спокойно произнес Пандар. - Убери кинжал.

Бета помедлил мгновение, а затем спрятал оружие.

- Что ты здесь делаешь? - холодно спросил он, но Пандар уловил в его голосе скрытое раздражение. Шало злится на него, что нарушил его покой, или на себя, потому что… испугался?

- Я услышал шаги. Подумал, что к тебе кто-то пролез, - спокойно ответил альфа. Он глубоко дышал, успокаивая разбушевавшуюся кровь. Когти не уберутся, если не успокоиться. - Сквозь перегородку я ничего не вижу.

- Я прикажу, чтоб завтра ее убрали.

- Не нужно. Я знал, что снизу сюда не забраться. Просто перестраховался.

- Это неважно. Так будет спокойнее тебе и мне, - произнес Шало уже не так холодно. - Ты тоже не спишь?

- Как видишь.

Они помолчали. Пандар чувствовал, что бета собирается сказать что-то еще, но медлит. Змей почувствовал, как когти вернулись на свое место, и неслышно выдохнул. Не хотелось представать перед бетой в своей еще более уродливой форме.

- Спокойной ночи, - произнес, наконец, Шало.

- И тебе.

Пандар повернулся к бете спиной и через секунду уже оказался на своей стороне. Шало невольно вздрогнул, когда неожиданно гибкое тело в мгновение ока исчезло за перилами, а через мгновение Змей почти бесшумно приземлился у себя. Бета вздохнул. Интересно, вздумай Пандар убить его, сколько бы он смог продержаться с двумя клинками? Две минуты? Пять? А ведь Шало был отнюдь не хрупким ребенком, его тренировали с восьми лет, не зная жалости. Любопытно, кто смог бы остановить Змея. Бета не хотел это признавать, но по-видимому, на это был способен только Зверь. И наоборот.

Бета постоял еще немного, а затем вернулся в спальню. Он долго ворочался, но все не мог забыться тревожным сном. Это не было новостью, как только бета вернулся в Дакар на правах наследника, он потерял покой. Сон утекал сквозь пальцы с каждым днем, и теперь Шало практически не спал. А сейчас он был еще и раздражен тем, что так сильно испугался гибкой фигуры, которая перемахнула через перила. Шало не хотел превращаться в короля, который боится собственной тени, не спит по ночам и визжит от страха при виде чужого человека. Дакару не нужен такой король. Он никому не будет нужен.

_ _ *

На следующий день была запланирована поездка на верфи. Для Шало и кхана Дугала приготовили открытый экипаж, а Змея и нескольких стражников ждали лошади. Стражники разговаривали между собой на родном языке, изредка косясь на Пандара, который не понимал ни слова. Разумеется, эти люди ему не только не доверяли, но и боялись. Они не видели его без плаща ни разу, а неизвестность нагоняет страх. Но это мало заботило Змея, ему было даже выгодно, что его боятся.

Путь до верфей был не долгим, около двух часов. Кхан Дугал и Шало о чем-то негромко разговаривали, но Змей их не слушал. Он внимательно следил за горными пиками, которые были близко ровно настолько, что только очень опытный и искусный наемник мог бы спрятаться там и выстрелить из лука. Змей слушал, не вспорхнет ли где птица, не посыпятся ли камни. Но ничего подобного не произошло.

Верфи занимали все побережье. Тут было множество разных людей, Пандар раздраженно выдохнул. В толпе легко спрятаться и незаметно нанести удар, после чего так же незаметно скрыться. Змей держал в поле зрения экипаж, подъехал предельно близко. Кхан Дугал смерил альфу взглядом, но поскольку Шало не отреагировал, то и он промолчал. Бета бегло глянул на Змея, тот был натянут словно тетива. Под плащом угадывалась напряженная спина, бете даже показалось, что он видит, как блестят нечеловеческие глаза под капюшоном.

Люди сновали туда-сюда, разговаривали, кричали, молотки стучали, тесаки работали. Красовались скелеты кораблей, разгружались повозки с бревнами, Змей уловил запах кипящей смолы.

Экипаж Шало остановился, Пандар спешился и встал за спиной беты, когда тот вылез из экипажа. К нему подошел какой-то мужчина, Змей напрягся, но это оказался всего лишь альфа, который должен был показать Шало верфи. Бета задавал разные вопросы, не всегда приятные, но на них приходилось отвечать. Иногда кхан Дугал дополнял ответы. Пандар сделал себе заметку в уме. Он следовал за ними по пятам, не выпуская Шало из поля зрения ни на секунду, но при этом внимательно следил за окружающими.

Компания остановилась у борта недостроенного корабля, проводник начал что-то говорить, Шало внимательно его слушал, после чего было решено отправляться назад. Они проходили мимо бревен, сложенных пирамидой и скрепленных цепями, когда Пандар вдруг услышал треск. Бревна задрожали, зашевелились и через секунду стали сыпаться вниз. Пандар оттолкнул Шало в сторону, бета упал, но быстро поднялся на ноги. Кхан Дугал оказался менее проворным, первое же бревно сбило его с ног, Змей ринулся вперед, удержал следующее бревно, летящие прямо на голову Дугалу, который пытался выбраться. Тут подоспели еще люди, крепкие кораблестроители впятером удержали падающие бревна, кто-то ухватил вырвавшуюся цепь и заново закрепили ее. Дугала вытащили и почти что отнесли в экипаж, он не мог передвигаться сам, видимо, сломал ногу.

- Ты в порядке? - спросил Пандар, подойдя к Шало.

- Да, - спокойно ответил бета. Он не выглядел ни напуганным, ни раздраженным.

Больше Шало ничего не ответил. Он быстро забрался в экипаж и велел гнать во дворец. Дугал занял собой почти все сиденье, его буквально положили на него, а бета сел на противоположное. Альфа лежал, сцепив зубы и закрыв глаза. Пандар скакал рядом с экипажем, смотря по сторонам.

Через сорок минут они уже были во дворце. Во дворе их встретили стражники с носилками и тщедушным лекарем, который тут же занялся кханом. Его унесли, Шало с раздражением отмахнулся от свиты и лекарей. Бета решительным шагом направился во дворец, Пандар последовал за ним.

- Выглядит как случайность, - произнес Шало, едва слуги закрыли дверь кабинета.

- Я не уверен. Нужно вернуться туда и все тщательно осмотреть, - сказал Змей.

- Как хочешь. Я пошлю Ратмира. Ты остаешься здесь.

Слух Змея резанул металл в голосе беты. Он что, испугался? Не похоже. Тогда в чем дело? Пандар чуть кивнул в ответ, не удостоив мальчишку ответом. Скорее всего, у него просто нервы сдают.

_ _ *

Шало удалился в свою комнату, Пандар ушел к себе. Он слышал, как мальчишка ходит за стеной словно зверь в клетке. Боится? Злится? Нервничает? А для всех пытается казаться несгибаемым монархом. Если бы кто услышал эти быстрые нервные шаги, больше бы ему не поверили.

Пандар вышел на террасу, ветер стал теребить полы плаща и пытаться расплести косу, спускающуюся до лопаток. Змей снял капюшон и уставился на море. Вдруг вспомнилось, как Зверь темной южной ночью решил напасть на корабль, на котором было два пассажира. С этого все началось. Чезаре потерял покой, наделал много ошибок. Едва не упустил свое счастье и единственный шанс на нормальную жизнь. А Змей… он встретил молчаливого гордого мальчишку с темными бархатными глазами, который первое время не желал с ним разговаривать и отказывался повиноваться. Альфа смотрел на него, и что-то давно забытое отзывалось в его душе тихой болью. Змей задушил это в себе и заставил себя относится к мальчишке как к обыкновенному пленнику. Но… он никому не позволил бы безнаказанно запустить в себя миской. А пареньку позволил. Почему? Змей и сам не знал, да и не хотел знать.

А сейчас… Пандар полностью сосредоточился на бете. Следил за ним, будто курица за выводком. В конце концов, это его работа, здесь нет ничего необычного.

Змей тряхнул головой, прикрыл глаза и подставил лицо солнцу. Ветерок ласкал едва ощутимыми прикосновениями кожу, мужчина слышал мерный шум города внизу и пение птиц. Но где-то глубоко в душе зашевелилось беспокойство.

На соседней террасе послышались шаги. Змей уже не дергался, он запомнил, как ходил бета. Альфа не шелохнулся, не хотел привлекать к себе внимание.

- Ратмир все осмотрел. Скорее всего, произошедшее - это действительно несчастный случай, - вдруг сказал Шало. Змей даже глаз не открыл. - Из-за слишком сильного перевеса металлический колышек вырвало из земли.

Пандар промолчал. Он был не против этого объяснения, но чутье тихо нашептывало, что это было бы слишком нелепо и просто. Но Змей оставил свое мнение при себе. Доказательств у него не было, а Змей не хотел, чтобы отвратительный запах страха начал витать в воздухе. Пандар еще помнил этот запах.

Вечером выяснилось, что у кхана Дугала перебита нога в нескольких местах. Но лекари оказались что надо и быстро привели его в порядок, накачав энергией как следует, так что за ногу кхана не приходилось беспокоиться. Но не смотря на это Шало выглядел довольно мрачным. Хотя возможно, что Пандар был неправ.

Первый ужин во дворце прошел для Змея довольно спокойно. Как личного телохранителя его посадили за один стол со свитой короля и прочими придворными. Пандар чувствовал себя очень неуютно, странно. В парадной столовой висело большое зеркало, и Змей имел удовольствие видеть, как он смотрится среди этой великосветской публики. Словно злой дух или вовсе сама смерть в черном балахоне. Пандар сцепил зубы и стал молча есть. Гости говорили на океанском диалекте, но Змей предпочитал их не слушать. Ему было противно находиться в этом зале, хотелось как можно скорее уйти.

Некоторые смотрели на него с опаской, кто-то делал вид, что не замечает, кто-то глядел свысока. Возможно, потому что Змей так и не снял капюшон, а руки были в плотных кожаных перчатках. Скорее всего, его сочли грубияном и невеждой. Но Пандара это ни капли не волновало. Он хотел встать и уйти, но не мог.

После ужина последовали какие-то шарады. Пандар сел в углу и наблюдал, как веселятся аристократы. Одни разыгрывали шуточные спектакли на исторические темы, а другие разгадывали, о ком или о чем идет речь. Змей только усмехнулся. Веселиться эти люди не умели или не желали. Хотя судя по смеху, им было хорошо. Шало тоже улыбался. Пандару понравилось, как он улыбается. Открыто и солнечно.

- Возможно, вы решите присоединиться к нам? - вдруг спросил какой-то омега. Змей не сразу понял, что обратились к нему. Все взгляды разом сошлись на альфе, он видел, как Шало поджал губы.

- Благодарю, но вынужден отказаться, - глухо ответил Змей. - Из меня плохой актер.

- Очень жаль, - произнес другой омега, и все вернулись к шарадам. Мужчина облегченно вздохнул. Только шарад ему не хватало.

После игр Пандар проводил Шало до его спальни, а потом отправился к себе. Ему снова не спалось, и Змей еще долго слушал, как Шало ворочается на своей кровати. Потом бета вышел на террасу, но Змей проигнорировал это и предпочел остаться в кровати.

_ _ *

Вопреки ожиданиям Пандара, дни во дворце не отличались особенным разнообразием. День начинался здесь возмутительно поздно, придворные до полудня, а то и позже, не показывали носа из своих комнат. Змей заметил, что чем ниже человек по статусу, тем раньше он встает.

Шало всегда завтракал в одиночестве, никого не звал. Насколько понял Пандар, бета вообще был довольно замкнутым. Это было объяснимо, в конце концов, доверять ему тут было некому. Змей его прекрасно понимал. После завтрака бета обычно направлялся в зал для тренировок. Там он проводил около двух часов, с явным удовольствием калеча соломенные чучела. Пандар только смотрел, как двигается молодое гибкое тело. Раз в несколько дней Шало тренировался со стражниками. Змею было интересно смотреть на это, поскольку бета был мельче и ниже своих противников, хотя и не такой хрупкий как омега. Но альфы как правило были осторожными, Шало это раздражало безмерно, Пандар понял это по блестящим глазам и сжатым в тонкую линию губам.

- Змей! - рявкнул бета, когда альфы ушли из зала.

Пандар отделился от стены, показывая, что он слушает Шало.

- Напади на меня, - фраза звучала как приказ.

- Нет. Ты не выживешь, - очень спокойно ответил альфа.

- Напади на меня, - резче сказал Шало.

- Нет.

В следующую секунду бета метнул в Пандара кинжал, не сомневаясь, что не удастся даже порвать его плащ. Змей предсказуемо увернулся, затем поднял кинжал, подошел к бете и молча протянул его. Шало видел, как блеснули серые глаза в темноте капюшона.

- Мне нужен партнер для тренировок.

- Я не хочу убить тебя, - холодно произнес Змей.

- Меня тренировали лучшие, - немного спокойнее сказал бета. - Ты не убьешь меня, а за царапину я тебя не казню.

Пандар усмехнулся такой самонадеянности.

- Царапины будет достаточно, - глухо ответил мужчина. - Если я раню тебя, ты умрешь в агонии через несколько минут. Зависит от силы твоего организма.

- Вот как, - пробормотал бета. - Ты… настолько ядовит?

- Да, - безэмоционально ответил Пандар. Ему было неприятно это обсуждать.

- Сними капюшон, - вдруг сказал Шало.

- Кажется, тебе не нужно видеть мою рожу, чтоб верить мне, - напомнил ему Пандар.

- Я верю. Но хочу видеть лицо того, с кем разговариваю.

Пандар шумно вздохнул, но распустил тесемки плаща и вовсе снял его, давая бете возможность рассмотреть его полностью. Шало чуть склонил голову на бок, проскользил взглядом по лицу Змея, шее, торсу, ногам. Чешуя сверкала на солнце, отливала зеленым и золотым. Серые глаза, не мигая, смотрели на бету. Шало против воли поднял руку, чтобы коснуться чешуи на шее, вертикальный зрачок дрогнул, и Пандар отошел на полшага.

- Дакар не должен остаться без короля, - негромко произнес Змей. - Я не буду тебя учить.

- А если ты возьмешь клинки? Ты самый опасный из всех, кого я знаю, - сказал Шало, которому стало неловко за свое поведение.

Пандар пожал плечами.

- Я могу попробовать. Но предупреждаю, что не брал в руки оружие уже лет пятнадцать.

Шало неожиданно усмехнулся и кивнул на стену, которая вся была увешана разным оружием. Пандар подошел к ней, внимательно изучил разномастные мечи и кинжалы, после чего выбрал два парных слегка изогнутых клинка с искусной резьбой на рукоятке. Змей подержал их на весу, сделал пару выпадов, прикидывая размах и силу. Шало терпеливо ждал. Альфа сделал несколько шагов в его сторону.

- Нападай, - просто сказал он.

Шало немного помедлил. Змей выглядел спокойным, почти расслабленным. Не так выглядят люди с оружием в руках, готовые защищаться. Бета встал в боевую стойку и бросился вперед. На мгновение ему показалось, что он вот-вот порежет противника, но в последнюю секунду альфа извернулся, и клинок проехал мимо него. Шало попытался нанести второй удар, третий, но результат был неизменным. Змей даже не удостаивал его ответом на удар, он просто уходил от него. Лицо не меняло выражения спокойствия. Шало старался не терять самообладания, хотя его раздражало то, как Змей ведет себя во время боя. Будто бета несмышленый ребенок.

Вдруг Пандар сделал выпад вперед, так, несерьезно, просто проверить, отразит Шало его или нет. Но бета вовремя среагировал, и клинки впервые звякнули друг о друга. Пандар стал наступать, постепенно наращивая скорость, проверяя предел Шало. Но бета оказался довольно выносливым и юрким, он прекрасно использовал преимущества своих размеров. Но ему не хватало рациональности и расчетливости, молодость брала свое и Шало быстро распалялся.

Пандар позволил себе играть с ним, выводя из себя, проверяя, как долго он сможет держаться. Ему нравился сам процесс тренировки, хотя Змей не отдавал себе в этом отчет. Альфа сделал пару резких быстрых выпадов, один Шало неуклюже отразил, но вот второй прошел по касательной, разорвав рубашка на плече. Шало охнул, но через мгновение ринулся на Пандара. Альфа отскочил назад и опустил оружие. Бета тоже остановился. На лице выступил румянец, глаза лихорадочно блестели.

- Неплохо, - сдержанно произнес Змей. - Когда пойдешь к лекарю, помни свое обещание.

- Я не злопамятен, - криво усмехнулся Шало. Он был раздосадован, что все-таки не смог нанести даже малейшую царапину Пандару. Зато плечо ощутимо кровоточило. - Перевяжи меня, я сам не смогу, а к лекарям не пойду. Нельзя, чтобы пошли слухи. По первому своду законов, человек, ранивший меня, должен умереть.

Пандар усмехнулся. Шало оставил оружие прямо на полу, затем сам открыл неприметную дверку у стеллажа с оружием и шагнул куда-то вперед. Змей последовал за ним. Оказалось, что прямо из спальни Шало был своего рода замаскированный ход в зал для тренировок. Это была узкая винтовая лестница, которую освещали редкие свечи. Шало открыл дверь, и они оказались прямо в его спальне.

Она была немногим больше комнаты Пандара. Такая же светлая, но более роскошная. Тут был огромный шкаф с книгами, письменный стол, на полу был яркий ковер, а на кровати - множество цветных подушек. В комнате вообще было много цвета, а так же мелких деталей. Видно, что тут жил человек, который обустраивал помещение под себя.

Шало подошел к сундуку и вытащил оттуда ровные полосы ткани. Пандар несколько удивился. Неужели мальчишка не в первый раз перевязывает себя сам, без лекарей? Бета повернулся к нему спиной, стянул порванную рубашку через голову, затем обмакнул ее в таз с водой и вытер кровь с груди и живота. Затем стал аккуратно перевязывать неглубокую рану. Выходило довольно неуклюже, Пандар неслышно подошел сзади и молча взял бинт из рук беты. Змей видел, как кожа мальчишки пошла мурашками, развернул его к себе и стал спокойно перевязывать.

У Шало была золотистая от загара кожа и песочного цвета соски. Кожа казалось теплой и неожиданно нежной для беты, но Пандар отогнал от себя странные мысли. Он быстро перевязал бету и сильно дернул за узел. Шало коротко выдохнул, но промолчал.

- Я могу идти? - спокойно, почти холодно осведомился Змей, отступив на шаг от беты.

- Конечно, - в голосе Шало проскользнуло удивление, но внешне он остался спокойным.

Пандар вышел из комнаты, Шало проследил за ним глазами.

Змей был для него тайной за десятью замками. Он всегда был предельно спокоен, безразличным ко всему происходящему словно статуя. Бета не мог понять, как ему удается, и делает ли он это специально. А если нет? Если за зеленой чешуей действительно ничего нет? Шало мог только представить себе, через что прошел этот человек. После такого люди сходят с ума. Возможно, для него спокойствие - это единственный способ не шагнуть за грань? А может ему так проще жить. Бета не знал. Он от природы был очень любопытным, и теперь пытливый ум не желал мириться с неизвестностью. Но разумом бета понимал, что ему ни за что не пробиться сквозь это ледяное самообладание Змея. Да и хотел ли он этого? Большой вопрос. Бета даже не мог ответить себе, почему согласился, чтоб Пандар был его телохранителем. Потому что лучше него никого нет? Если бы Шало хотел, он бы нашел такого человека. Что тогда?

Бета тряхнул головой. Плечо ощутимо саднило, Шало с трудом одел рубашку, осторожно повел плечом назад, и тут же зашипел от боли. Но одно бета знал точно: Пандар не будет рядом вечно, он уйдет, как только сможет. А вот враги будут всегда, и не найти лучше учителя, чем альфа со змеиной кожей.

Вечером был ужин, на котором Змей вынужден был присутствовать. Шало понимал, что он совсем от этого не в восторге, но сделать ничего не мог. Да и не хотел. В конце концов, пускай Пандар учится быть с людьми. По крайней мере, бета надеялся, что потом это ему как-то поможет. Он понимал, почему Змей не хочет находиться в человеческом обществе, но считал, что мужчина преувеличивает. Конечно, далеко не всякий человек будет спокойно воспринимать его внешность, но Шало не считал его ужасным или уродливым. Он такой, какой есть. Вернее, каким его сделали. И он в этом не виноват.

_ _ *

После этого дни потянулись с завидным однообразием. Шало уговорил Змея тренировать его, и теперь они проводили в зале почти все утро, после чего вымученный до предела бета отдыхал около часа, а затем шел на встречи со старейшинами, принимал гостей, иногда целые делегации, а вечером ужинал среди придворных, после чего отправлялся спать. Пандар всюду следовал за ним безмолвной тенью. Обычно гости, не знакомые с ним, напрягались при виде человека в черном плаще, но Змея это заботило мало, впрочем, как и Шало, который даже не объяснял, кто стоит за его спиной. Иногда они выезжали из дворца на верфи, но этим как правило все поездки ограничивались. Пандар был крайне осторожен и внимателен, но ничего необычного не происходило, альфа не замечал и намека на предстоящее покушение или что-то столь же масштабное и опасное для Шало.

Во дворце Змею не то чтобы не нравилось… Смешно, но здесь было почти как в открытом море: так же однообразно и опасно. Разве что людей было раз в пять больше. Но в остальном все было так же: Пандар делал то, что ему приказывали, а от людей старался держаться как можно дальше.

Его совсем не задевало, что им командует бета девятнадцати лет отроду. Он не был его рабом, мог просто уйти, и они оба это понимали. К тому же, Шало не злоупотреблял своей властью. Разве что вынудил тренировать его, но на этом все. В остальном парень был вежлив и корректен, не переступал ту черту, которую провел сам Змей. И альфе этого было вполне достаточно.

========== Глава 4 ==========

- Через три дня в городе состоится фестиваль огней, - произнес Шало, убрав волосы со лба. Он весь взмок после очередной тренировки, а у Пандара, кажется, даже не сбилось дыхание. - Будет большая церемония.

- Насколько большая?

- Несколько сотен человек.

Змей молча кивнул, он проводил Шало до его спальни, затем ушел к себе. Несмотря на то, что перегородку убрали, и теперь спокойно можно было ходить через террасу, мужчина никогда этого не делал. Альфа стянул рубашку, начал рыться в сундуке, но понял, что за почти три недели все чистые вещи закончились. Слугами Пандар никогда не пользовался, а вещей у него было немного. Альфа положил грязную рубашку в сундук. Его гораздо больше заботила предстоящая церемония, чем это.

Несколько сотен человек - это очень и очень много. Спрятаться невероятно легко, более того, во время праздника будет очень шумно, можно просто не услышать предупреждающий сигнал убийц или свист стрелы. Пандар не хотел быть внутри толпы, но обязан был идти с мальчишкой, который тоже не имел права отказаться. Любопытно, какой смысл быть королем, если все равно скован по рукам и ногам? Пандар не смог сам себе ответить на этот вопрос, он только надеялся, что в следующей жизни посчастливится родиться какой-нибудь птицей. Чтоб можно было вспорхнуть так высоко, как только возможно. Быть свободным.

_ _ *

Приготовления к церемонии несколько оживили дворец. Как объяснил Змею Ратмир, фестиваль огней - это была своего рода традиция. Каждый год на одну ночь город освещали тысячью огней, заставляя сверкать как днем. Город украшали гирляндами из фонариков, расставляли всюду цветы, лавочки выставляли столы с разными товарами прямо на улицу, особенно старались пекарни и лавки со всякими приятными мелочами, люди ярко одевались и гуляли всю ночь. На главной площади ставили помост, который украшали цветами и лентами. В начале праздника люди собирались на площади, король говорил речь, а затем на помосте его сменяли музыканты, и праздник начинался.

Звучало красиво. Но Пандар видел, сколько людей было задействовано в подготовке, как все сбивались с ног, чтоб успеть вовремя. И в конце концов… В конце концов, это было очень опасно. Но теперь Змей понимал, что Шало точно ни за что не откажется. Отказаться - это признать, что тебя запугали настолько, что ты боишься нос показать из своего дворца. Боишься собственного народа. Люди такого не потерпят.

_ _ *

- Мне нужно купить одежду, - сказал Змей, поравнявшись с Ратмиром в коридоре. - Где это можно сделать?

- И тебе добрый день, - усмехнулся альфа. За три недели он почти привык к манере поведения этого… человека. - Я распоряжусь и тебе все принесут. Ты не можешь отходить от правителя.

- Я помню, - спокойно ответил Змей.

В душе начало зарождаться глухое раздражение. Он вдруг почувствовал себя в клетке с толстыми такими прутьями. Чувство было просто отвратительным. Змей сцепил челюсти и заставил себя не думать о происходящем. Ему всегда хорошо это удавалось.

Через два часа Пандар обнаружил на своей кровати ровные стопки одежды. На покрывале были многочисленные рубашки, жилеты, брюки. И ни одного плаща. Змей слегка прикрыл глаза. Он глубоко вздохнул, успокаиваясь. Видимо, он неясно выразился, когда говорил об одежде. В его понимании одежда - это рубашка и брюки. Одна рубашка и одни брюки. Может быть, еще жилет. И обязательно плащ. На кой черт Пандару все это великолепие тканей и фактур?

Змей выбрал простую белую рубашку, на которой почти не было вышивки, и песочного цвета брюки. Альфа даже не посмотрел в зеркало, ему было неинтересно, как он выглядит. Мужчина просто сверху накинул плащ и завязал его потуже.

Вечером Пандар ждал Шало на террасе, так было проще. Он не подглядывал за бетой, пока тот шуршал одеждой в комнате. Вопреки обычаям, парень одевался сам, причем делал это как правило просто и со вкусом. Когда Шало появился на террасе, Пандар еще раз в этом убедился.

На бете были светлые брюки, идеально-белая рубашка с широкими рукавами и распахнутым воротом, а сверху был надет жилет с ярким цветным рисунком. На шее красовался уже знакомый Змею медальон, на голове сверкал драгоценными камнями широкий золотой обруч. Не смотря на явные атрибуты королевской власти, Шало вдруг напомнил альфе того подростка, которого Змей знал четыре года назад. Наверное, яркие цвета делали его моложе… или неожиданно озорной взгляд сделал свое дело?

Пандар ничего не сказал, даже не подал никакого знака, что заметил преображение беты. Зато Шало задержал свой взгляд на черном плаще Змея.

- Есть цветной плащ, - сказал бета.

- Мне не нужно, - безэмоционально ответил мужчина.

Шало пожал плечами. Он накинул поверх своего костюма плащ, расшитый золотой вышивкой, и вышел в коридор вместе со Змеем. Они спустились вниз, во внутренний двор дворца и сели в праздничный фаэтон, украшенный по такому случаю цветами. Даже четверка лошадей была вся в каких-то пахучих маленьких цветочках.

Стоило выехать за ворота, как люди стали стекаться к повозке. Пандар внутренне напрягся, когти вытянулись сами собой. Вокруг было довольно темно, только горели все те же редкие фонари, которые Пандар видел со своей террасы. Люди что-то выкрикивали, Шало иногда улыбался, и Змей понял, что выкрики не несут в себе никакой агрессии.

Экипаж доехал до главной площади, которая представляла собой огромное пространство, заполненное людьми. Стражники оттеснили их, чтобы король мог проехать, было очень шумно, но как только Шало взошел на помост, освещенный парой фонариков, гомон стих.

Шало начал что-то говорить, Змей слушал, как его голос обрел неожиданную мощь, заполнил собой все пространство и поднимался куда-то вверх, затухая. Но Пандар заставил себя отвлечься от всего этого и сосредоточиться на посторонних звуках. Толпа и темнота - это просто идеальные условия для покушения.

Вдруг раздался едва слышимый тихий свист. Змей прислушался, но Шало продолжал говорить, и странный свист смолк. Альфа изо всех сил напряг слух, чтобы услышать свист снова. Но вместо него услышал странное бренчание. Будто от детской погремушки. Неприятное воспоминание ледяным ужасом обожгло сознание, Змей на секунду затаил дыхание. Когти мгновенно удлинились, альфа почувствовал, как внутри все будто сдавило, скрутило, мешая дышать. Пандар через силу вздохнул, заставляя себя успокоиться.

Этого больше нет и никогда не будет. Никто не посадит тебя в клетку. Не кинет в колодец. Не придет ночью, когда ты почти слеп от темноты и от того беспомощен словно младенец.

Пандар шумно выдохнул. Шало смолк, и в ту же секунду зажглись тысячи фонарей по всему городу. Но свет не резанул по глазам, он был мягким, теплым. Ласкающим будто солнце. От аплодисментов и криков едва не затряслась земля. И в этом шуме Пандар скорее почувствовал, чем услышал, тихий свист.

Змей обхватил Шало за талию и резко дернул на себя. Бета охнул от неожиданности, Пандар встал перед ним. Люди, стоявшие достаточно близко к помосту, ахнули. Прямо посередине него шипела и бренчала хвостом-погремушкой огромная золотисто-оранжевая змея. Все замерли. В мозгу Пандара будто что-то взорвалось, огонь животной ненависти растекся по жилам. Из горла вырвалось жуткое шипение, клыки обнажились. Альфа весь как-то растопырился.

Два взгляда скрестились, змея перестала бренчать своим хвостом и замерла. Пандар почувствовал непреодолимое желание убить эту тварь. Потому что она вызывала в глубине души неконтролируемый страх, граничащий с паникой. Пандар дернулся, змея бросилась вперед, но альфа поймал ее в полете, схватил за горло. Змея шипела, гремела и извивалась, она начала обвивать руку мужчины. Пандар резанул когтями по ее горлу, голова упала на помост, хвост извивался еще пару мгновений. Пандар с отвращением швырнул остатки змеи. В воздухе повисла тишина, и только после этого Змей понял, что капюшон упал на спину. Сердце пропустило удар и будто остановилось.

- Как ваш король я прошу вас веселиться и забыть о произошедшем недоразумении, - вдруг сказал Шало. - Я благодарю своего помощника и друга за невероятную храбрость и мастерство, проявленное в опасную минуту.

Шало громко ударил в ладоши. Раз, другой, третий. Его подхватили стражники, Ратмир, люди в первых рядах, аплодисменты прокатились дальше, площадь снова загремела. Но Змею было плохо, шум вокруг не мог перекрыть стук собственного сердца, отдававшегося набатом в ушах. Пандар не мог признаться даже себе, что испугался до икоты. А еще было до тошноты противно, что люди увидели его.

Бета смотрел на Пандара. Он был натянут словно струна, вертикальные зрачки дрожали, будто Змей вот-вот сорвется. Шало даже на мгновение показалось, что альфа… напуган. Он стоял, словно изваяние и не пошевелился даже тогда, когда стражники начали сходить с помоста, а следом за ними должен был спуститься Шало. Бета легко, будто случайно, прикоснулся к его руке. Пандар резко развернулся, уставился на Шало, и на мгновение тому показалось, что Змей его сейчас ударит. Но дрожащие зрачки замерли, Пандар выдохнул со свистом. Затем накинул капюшон, встал за спиной беты, и они спустились вниз.

Экипаж отправился во дворец, люди махали им вслед, с площади уже звучала музыка, где-то вспыхивал смех, весь город сиял и горел. А центром этого мира казался дворец, который возвышался громадой над всем городом и отражал свет сильнее, чем луна отражает свет солнца.

_ _ *

Когда Пандар думал, что в городе и во дворце светло, он сильно ошибался. Центром света оказался бальный зал, который буквально светился изнутри. Играли музыканты, слуги разносили фрукты и вино, террасы были открыты, в освещенном парке гуляли люди, все было в цветах и маленьких фонариках. Змей стоял позади трона беты, наблюдая за всем этим великолепием.

Хотя они с Шало это не обсуждали, обоим было ясно, что произошедшее - не несчастный случай. Это было очередное покушение, слава Богам, что неудачное. Но бета был спокоен, не выказывал ни тени паники или страха. Он ни с кем не разговаривал о случившемся. Змей смотрел, как Шало танцует с членами совета, улыбается гостям, иногда шутит. Словом, ведет себя как радушный хозяин, который полностью доволен жизнью.

Пандар подумал, что ему бы не помешало подобное хладнокровие сейчас. Он презирал себя и ненавидел за ту волну постыдного страха, которую испытал там, на помосте. Ему было… стыдно. Никогда в жизни так не было. А еще альфа был разочарован. Он же думал, что изничтожил в себе все человеческое: чувства, эмоции. Страхи и тревоги. А выходит… что уничтожил все, кроме страха.

Змей сцепил зубы изо всех сил, прокусил тонкую губу до крови. Ранка затянулась через минуту, и мужчина сделал это снова, чтобы физическая боль отвлекла его. Он делал это снова и снова, десять раз или, может, больше. Альфа не знал. Шало подошел к трону, сел и жестом поманил Пандара ближе. Альфа слегка наклонился к нему.

- Ты же понимаешь, что это была не случайность? - одними губами, не прекращая улыбаться, спросил Шало.

- Конечно, - едва слышно ответил Змей.

Шало слегка кивнул. Через секунду бета встал, музыка смолкла. Шало поблагодарил всех за внимание, пожелал хорошего вечера и удалился под аплодисменты. Бета быстрым шагом стал петлять по коридорам, Пандару казалось, что он вот-вот побежит. Не говоря ни слова, едва достигнув своей спальни, он скрылся в комнате. Альфа вошел в свою комнату и сразу отправился на террасу. Там он слился с тенью в самом дальнем углу.

Город внизу кипел, Змей видел как ходят люди в разноцветных одеждах, а ветер доносил до ушей музыку с площади. Кажется, инцидент со змеей был всеми забыт. По крайней мере, сверху так казалось. Вдруг Шало показался на террасе в ярко-синем плаще. Он прищурился, Змей отделился от стены, подошел к нему, и бета протянул ему зеленый плащ.

- Надень. Мы уходим, - безапелляционно произнес бета.

Змей подумал, что это довольно опрометчиво, покидать дворец после третьего неудавшегося покушения, но промолчал. Шало не был глупцом, сам все понимал. Но раз королю вздумалось сбежать из надоевших стен… его телохранитель обязан следовать за ним. Пандар взял плащ у Шало, скинул свой черный, и одел этот. Шелк приятным холодком будто стек по коже к ногам.

Шало развернулся и исчез в своей спальне. Расценив молчание как приглашение, Пандар последовал за ним. Бета открыл неприметную дверь и повел Змея вниз, видимо, решив покинуть дворец через тренировочный зал. Тот был совершенно пуст, никто не удосужился оставить здесь хотя бы свечу. Шало на мгновение замер, видимо, он совсем забыл про свет и ничего с собой не взял. Змей положил ему руку на плечо и спокойно повел вперед. Он не то чтобы хорошо видел в темноте, но вот сам зал помнил прекрасно.

Они вышли в длинный широкий коридор, в котором были ниши для цветов, Шало быстро оглянулся и двинулся вперед. Его шаги эхом отдавались по всему коридору. Но вдруг таким же эхом где-то на лестнице донеслись голоса. И они стремительно приближались. Шало схватил альфу за плащ, нырнул с ним в нишу для цветов. Поняв его замысел, Пандар неожиданно сильно прижал его к стене и навис над бетой. Шало невольно затаил дыхание, увидев серебристые глаза мужчины и мелкие-мелкие чешуйки вокруг них так близко. Альфа замер, шаги все приближались, люди смеялись, и альфа прижался чуть ближе, укрывая бету от посторонних глаз. Со стороны казалось, будто они парочка, не сумевшая дождаться тишины спальни. Но для гостей это было менее необычно, чем король в коридоре, хотя он демонстративно ушел на покой.

Пандар медленно и осторожно отстранился, как только голоса стихли за поворотом. Шало тихонько выдохнул, Змей заметил это, но ничего не сказал. Они пошли дальше. Дойдя до холла, вышли в королевский парк. Шало старался идти спокойно и не поддаваться безумному порыву бежать как можно скорее. Ночью роскошный парк был совсем другим, таинственным и странным. Шало стремительно свернул куда-то вправо, Змей увидел огромные кованые ворота. По бокам стояли караульные. Бета сделал какой-то знак, и ворота были открыты.

Пандар оказался с публичной части парка. Здесь он был таким же большим и роскошным, только людей было не в пример больше. Змей не стал ничего спрашивать у Шало, они просто прошли мимо всех, буквально прорезали парк насквозь. У последних ворот стражников было уже четверо, но эти ворота были открыты. Только присутствие Змея мешало Шало пуститься бегом. В конце концов, он не ребенок. Он король.

Но черт побери, как же хочется перестать им быть. Хоть на минуту, хоть на день перестать делать то, что положено, продумывать каждый свой шаг. Сделать то, что действительно хочешь, и не бояться последствий. Забыть о старейшинах, покушениях. После первого Шало был в шоке. Очень трудно осознать и принять то, что тебя пытаются убить. Но после второго, третьего… бета чувствовал, что четвертое он воспримет почти так же, как радугу после дождя. И это было дикостью. Шало не хотел становиться таким… спокойным. По правде говоря, безразличие Змея ко всему пугало бету. Он боялся стать таким же как он.

Шало понимал, что Змей так… не специально. Что он просто привык так жить. Он в этом не виноват. Но со стороны все равно было жутко. Шало не был уверен, что это всего лишь маска. Вполне возможно, что Пандар действительно такой же мертвый внутри, каким кажется снаружи. А Шало предпочитал скорее умереть телом, чем душой.

_ _ *

Когда Пандар думал, глядя сверху, что город будто ожил этой ночью, он ошибался. Город был взбудоражен до предела. Везде горели фонарики, все жители от мала до велика ходили в разноцветной, невероятно яркой одежде. Все разговаривали, смеялись, что-то ели и пили. Сотни лавочек вытащили свои лотки на улицу, в воздухе витал аромат выпечки, вина, меда, цветов и еще тысячи разных приятных вещей. Пандар начал тихо нервничать. Но кажется, что Шало успокоился. Его шаг стал ровнее, движения перестали быть рваными, дерганными. Бета лавировал между людьми, Змей старался не выпускать из виду его ярко-синий плащ.

Шало остановился у лотка с шутливыми, но иногда страшными масками, и купил две легкие и простые на вид. Одну протянул Змею. Альфа усмехнулся, но послушно принял ее. Шало надел свою, и они двинулись дальше. Бета снял капюшон и улыбнулся будто сам себе. Змей хотел тоже снять капюшон, но его рука замерла над тканью в нескольких дюймах. Он помедлил мгновение, а затем просто опустил руку. В капюшоне было комфортнее.

Бета медленно продвигался к главной площади. Она превратилась в бальный зал под открытым небом. Множество пар всех возрастов танцевали, вкладывая в простые движения всю переполнявшую их радость и счастье. Шало остановился в толпе, Змей встал за ним. Бета просто стоял на месте, но альфа видел, как он притопывает ногой в такт музыке. Мальчишке не терпелось пуститься в пляс, но он не смел этого сделать. Воспитание не позволяет? Пандар усмехнулся.

Музыка смолкла, люди зааплодировали, и музыканты начали какую-то быструю мелодию. Шало глубоко вздохнул, будто собирался шагнуть вперед, но в последний момент передумал и остался на месте. Пандар хмыкнул и наклонился к бете.

- Что за нерешительность? - негромко спросил он, и прежде чем Шало успел что-то сообразить, толкнул его вперед.

Парень охнул, он обернулся на Пандара, в глазах мелькнуло непонимание и легкий испуг, но Змей не двинулся с места. Тут какой-то альфа буквально вырос перед бетой, предложил ему руку. Шало медлил мгновение, тогда мужчина сам взял его за руку и увел в круг танцующих. Змей внимательно смотрел, как Шало танцует, меняет партнеров, веселится. Альфа был зрителем и чувствовал себя им. Всегда. Каждый день. И особенно сейчас.

Спустя час слегка запыхавшийся Шало вернулся к альфе и потянул его прочь от площади.

- Я бы извинился, что бросил тебя вот так, но ты сам выпихнул меня туда, - весело сообщил Змею бета. Пандар ничего не ответил, Шало обернулся на него, но не увидел его лица. Даже глаз не увидел. - Почему ты не снял капюшон? - негромко спросил парень. Змею не понравилась внезапная перемена в его голосе.

- Потому что не хочу?

Шало вдруг остановился, оперся о его плечо и слегка привстал на цыпочки. Змей окаменел. Он не слишком любил, когда к нему подходили так близко.

- Никто не увидит твоего лица, - совсем тихо сказал Шало. - Сними его.

- Кажется, это не входит в мои обязанности телохранителя, - Змей осторожно снял руку беты со своего плеча.

- Сегодня у тебя есть шанс побыть как все, - произнес Шало.

Он пошел дальше, и Пандар последовал за ним. Бета периодически останавливался у лавочек, что-то покупал. Через пару часов он обзавелся легкими серебряными браслетами, которые звенели при каждом движении, поясом, парой книг, серьгами. Купил огромный сладкий каравай, который даже не мог толком удержать. Змей дивился такой внезапной расточительности. После каравая последовали цветные леденцы, огромная кружка хмельного меда, какие-то ленты. Наступил момент, когда бета не смог удержать это все и оказался едва ли не погребен под своими же покупками. Пандар молча забрал у него каравай, книги и кучу мелочей, и они пошли дальше. Спустя час Змей понял, что Шало идет к морю.

Море было тихим и спокойным, легкий ветерок заставил браслеты беты зазвенеть еще сильнее. Шум города здесь почти не ощущался, звезды - молчаливые свидетели сотни судеб - холодно взирали с почти черного неба. Шало подошел к воде, сел на песок, обняв свои колени. Пандар встал за его спиной.

- Не стой там, - неожиданно устало сказал бета. - Меня это нервирует. Сядь.

Пандар послушно опустился на песок рядом с ним. Он положил покупки между ними, но Шало на них даже не взглянул. Он стянул с себя маску и уставился куда-то вдаль. Будто чего-то ждал. Подул ветерок. Змей распустил тесемки плаща, и ветер быстро скинул легкий капюшон на плечи. Поняв, что мальчишка собирается сидеть так, пока не надоест, Пандар просто лег на песок и стал смотреть на звездное небо, такое далекое и от того прекрасное.

- Что было бы если бы все были другими? - вдруг спросил Шало, не посмотрев на альфу.

Пандар немного помолчал.

- Я не знаю ответа на этот вопрос. И никто не знает, - медленно ответил Змей. - Почему ты спрашиваешь?

- Не знаю. Просто так.

- Хотел бы оказаться на другом месте?

- Иногда, - Шало обернулся. - А ты разве не хотел бы?

- Нет гарантии, что новое место будет лучше старого. Хотя в моем случае хуже уже некуда, - закончил Пандар с кривой усмешкой.

- Ты мог бы умереть.

- Не уверен, что это был бы худший вариант, - пробормотал Змей неожиданно для себя.

Шало помолчал.

- Значит, ты хочешь умереть? - тихо спросил бета.

- Не знаю. Я… просто не знаю. Иногда я уже чувствую себя… мертвым.

Шало тяжело вздохнул. Он встал на ноги и пошел обратно в город. Пандар взял покупки и пошел за ним. Во дворце он отнес их в спальню Шало, а затем отправился к себе. Утром они оба вели себя так, будто ночью ничего не было.

-

========== Глава 5 ==========

Утром Пандар и Шало делали вид, что не было ни ночного побега, ни странного разговора на берегу моря. Шало злился на себя, что поддался унизительной жалости к самому себе, забыл, кто он есть и каким должен быть. Он повел себя как мальчишка, как ребенок, которому неведомо чувство долга. А он не ребенок. Он король.

Но… вчера ему вдруг стало так плохо в бальном зале, наполненном людьми… Так плохо не было даже на помосте, когда бета увидел огромную гремучую змею, которая могла его укусить в любой момент, пока он говорил приветственную речь. Но сидя на троне в зале и следя за тем, как десятки пар кружатся в танце, сверкая украшениями и улыбками, Шало вдруг понял, что всем на него наплевать. Если бы он умер на той площади… никому бы не было дела. Ну, конечно, устроили бы пышные похороны со всеми почестями, мать приехала бы из Валенсии. Но они бы хоронили своего короля, а не Шало. И в глубине души им было бы все равно. Только мать горевала бы по-настоящему. Она была единственной, кто всегда видел в Шало человека, а не высокий титул и ворох обязанностей в придачу.

Может, поэтому Шало и задал Пандару на берегу тот странный вопрос? Почему-то бете пришло в голову, что Змей может его понять. Ведь в нем тоже всегда видели то, чем он не являлся по сути. Или являлся? Бета не мог точно ответить на этот вопрос. Но одно он знал точно: если кто-то видел в Змее монстра, он ошибался. Альфа был просто другим. Но другой, это же не значит плохой? В конце концов, Шало еще хорошо помнил, как был похищен Зверем. И капитан пиратов свою кличку полностью оправдывал. Он был жестоким, вспыльчивым, готовым перегрызть глотку в любой момент. А Пандар таким не был. После Чезаре он казался оазисом среди бури. Шало был ему тогда за это почти благодарен. Только потом он понял, что Змей такой всегда.

Пандар тоже ничего не собирался менять. Ему было странно и как-то по-глупому неловко, что он ляпнул Шало на берегу. Он ни с кем это не обсуждал. С чего бы говорить мальчишке? Змей чувствовал глухое раздражение, когда думал об этом. Было как-то… не по себе. От того Змей стал еще более молчаливым и замкнутым. Сильнее ночного разговора его занимала только собственная реакция на змею.

Альфа все привык раскладывать в голове на мелкие элементы, разбирая событие по косточкам. Так самые страшные явления переставали казаться столь жуткими, теряли свою мрачность и безысходность. Но инцидент с гремучей змеей Пандар не хотел разбирать. Боялся. Альфа ненавидел себя за это, но ничего не мог сделать. Дикий неконтролируемый ужас охватывал его, стоило только вспомнить тихий свист и странное бренчание. Змей ужасно злился на себя, не понимал, почему так происходит. Ему казалось, что он изничтожил в себе все. А оказалось, что мертво все, кроме страха.

Змей убил в себе любовь, убил боль, стыд, горечь сожаления, сострадание. Надежду. Ее приходилось травить особенно долго, последняя искорка еще долго теплилась где-то глубоко внутри. Но в конце концов погасла и она. Внутри все будто замерло, застыло. И умерло. Темнота окутала душу и подарила долгожданное успокоение. И Пандар ничего не хотел менять. По крайней мере, он в этом убеждал себя каждый день, заставлял себя так думать. Потому что иначе нельзя. Невозможно.

По дворцу поползли слухи, да и по городу тоже. Праздник закончился, люди стали возвращаться к своим повседневным делам и обязанностям. А вместе с этим обсуждать странного телохранителя повелителя. Пандару приписывали все новые и новые черты, каждый считал своим долгом внести лепту в образ альфы со змеиной кожей, и в конце концов, он стал по описанию не то драконом, не то чудовищем. Слуги, наслушавшиеся сплетен в городе, передавали их своим господам, а те с удовольствием смаковали детали. Змей ловил на себе множество разных взглядов: испуг, настороженность, отвращение, любопытство… Это не полный список всех эмоций, которые читались в глазах придворных. А Пандар… ему было почти все равно. Он видел это столько раз, что уже почти не составляло труда не обращать внимания на реакцию людей.

Шало не понимал, как ему это удавалось. Ему действительно все равно? Бета не мог ответить себе на этот вопрос. Наверное, никто кроме Пандара не мог. Но в глубине души он ему… сочувствовал. Не потому что он был лишь на какую-то часть человеком, а потому что люди так к нему относились. Бете казалось это несправедливым и глупым. Они его не знали, но уже посмели осудить. Шало был категорически против такого отношения не только конкретно к Пандару, но и ко всему вообще. Но и встать на защиту Змея он не мог. Да и альфа бы этого не понял и не простил.

_ _ *

Время потекло в своем обычном ритме. Пандар продолжил тренировать Шало каждое утро, затем альфа ходил по пятам за парнем, вечером шел ужин, после него какие-то развлечения, а затем сон. По большей части Пандар не спал, только три часа за всю ночь он пребывал в стране грез, остальное же время проводил на террасе. Альфе нравилось смотреть на почти всегда чистое ночное небо, усыпанное далекими яркими звездами. Небосвод был прекрасен в своей неподвижности и неизменности. Пандару нравилось просто смотреть на это немое великолепие, созданное природой.

- И снова тебе не спится, впрочем, как и мне, - негромко произнес Шало, выйдя на террасу. Змей посмотрел на него, а затем вернулся к созерцанию неба.

Шало молча встал рядом и поднял голову. Они постояли так несколько минут.

- Вон там созвездие ангела, - вдруг сказал Змей, не взглянув на бету. Он очертил рукой что-то непонятное в воздухе.

- Я вижу только тысячи звезд, - честно признался Шало.

- Ты смотришь, но не видишь. Как все люди, - усмехнулся Пандар. - Встань на мое место, - альфа посторонился, и Шало встал на его место. - Теперь посмотри наверх. Видишь самую яркую звезду? Теперь отсчитай три наверх, от нее две вниз и четыре влево. Получится крыло.

- Это и есть созвездие ангела?

- Нет, - неожиданно хмыкнул Змей. - Я тебе соврал. Нет такого созвездия.

Шало удивленно посмотрел на альфу.

- Ты умеешь шутить? - спросил бета, приподняв брови.

- Чаще неудачно.

Они замолчали. Шало смотрел вверх, на небо, а Пандар иногда смотрел на него. Ночь смягчила черты его лица, сделала изгибы молодого тела совсем плавными. Бета стал казаться чем-то эфемерным, нереальным. Будто эльф их старой легенды. Говорят, в самых дремучих лесах еще осталось пара-тройка поселений. Змей отвел взгляд и подумал о том, что неплохо бы наведаться в какой-нибудь дорогой публичный дом. В конце концов, даже не смотря на свою измененную физиологию, он оставался здоровым альфой. А вот партнера у него не было довольно давно. На корабле желание никак не ощущалось, Змею были чуждо большинство человеческих страстей, но сейчас он постоянно находился в обществе людей, для которых почти не существовало рамок. Наверное, поэтому он сейчас смотрел на Шало так, как не должен смотреть никогда. И Пандар это прекрасно знал.

- Почему ты не спишь? - спросил альфа. Глаза, не мигая, уставились на Шало. Бета посмотрел Змею в глаза, затем вновь вернул взгляд на бархатное южное небо.

- Потому что не спится.

Змей понимающе качнул головой. Он знал лучше всех, что это такое, когда не спишь. Просто не хочешь. Или не можешь. А потом уже не знаешь причины. Выходит, мальчишку гораздо больше волнует происходящее, чем он хочет того показать?

- И давно это у тебя? - спросил Змей.

- Не знаю… не помню, - пробормотал Шало. Он взъерошил рукой волосы, и недавно купленные браслеты тихонько зазвенели на его руке. - Да и какое значение это имеет?

Пандар пожал плечами. Он сам не знал, зачем спросил бету, а потому не требовал ответа на свой вопрос.

- А с какого момента не можешь уснуть ты? - негромко спросил Шало, испытующе глянув на Пандара.

- Не помню, - ни один мускул на лице мужчины не дрогнул. - Это было слишком давно.

- Пойдем выпьем что-нибудь, - вдруг сказал Шало. Змей перевел на него взгляд. Бете показалось, или в нем действительно проскочило легкое удивление? - Не люблю пить в одиночестве. Можно подумать, что я никому не нужен, - Шало саркастически усмехнулся.

Пандар приподнял брови в немом вопросе. Что нашло на бету? Альфа тяжело вздохнул. Мужчина молча развернулся и пошел в спальню Шало. В конце концов, даже звездное небо может осточертеть до зеленых точек бешенства перед глазами. А что-то подсказывало мужчине, что небо он будет созерцать еще долго.

Шало был удивлен, что Змей согласился так быстро. Предложение вырвалось само собой, просто так. Бета жалел, что сказал это, и был совершенно уверен, что альфа не согласится. А он просто развернулся и пошел в его комнату.

- Попробуй это вино. Оно совершенно удивительное, - произнес Шало, наливая в бокал розовую полупрозрачную жидкость.

Пандар осторожно взял бокал из тончайшего стекла. Когти царапнули бокал, и альфа прикрыл глаза в глухом раздражении. Шало сделал вид, что ничего не заметил. Змей отпил немного. Вкус вина оказался очень… легким, сладковатым. Совсем не таким терпким, каким он был на севере или в Валлирии. На самом деле Змей пробовал много разных вин. Просто это оказалось действительно удивительным. Шало пригубил напиток, и легкая улыбка на мгновение украсила его лицо. Пандар неслышно хмыкнул.

- Откуда ты? - спросил бета.

- Я не помню, - пожал плечами Змей. - Это не имеет значения.

Шало не стал настаивать. Пандар либо действительно не помнил, либо просто не хотел помнить. В любом случае, добиться от него чего-либо не удастся. Да бета и не собирался, по правде говоря. Он вообще в глубине души поражался тому, что Пандар сидит здесь, напротив него и разговаривает, пускай и в своей немногословной манере. Днем он был гораздо более молчаливым и холодным, ни Пандар, ни Шало не переходили грани деловых отношений. Видимо, ночью просто действовали совсем иные правила или же их не было вовсе.

- Вино вкусное. Но скоро рассвет, а я хочу спать, - произнес Пандар, поднимаясь на ноги. - На твоем месте я бы тоже отправился в кровать. Завтра утром у тебя совет.

- Я помню, - спокойно ответил бета. - Спокойной ночи.

Змей слегка кивнул, а затем вышел на террасу. Шало проводил его глазами. Бета лег на кровать, шелк простыней приятно охладил кожу. В конце концов, Змей был прав. Чтобы выдержать очередной совет, нужно было хорошо отдохнуть.

_ _ *

Совет занял все утро. Он выдался ужасно долгим и поэтому изматывающим, шел вопрос о разделении бюджета страны. Было за что сражаться. Нужно было поднять налоги, совет обсуждал, насколько они будут подняты в каждой провинции, поскольку нельзя было допустить, чтоб население обнищало. К сожалению, подобная забота о людях была вызвана отнюдь не беспокойством об их благосостоянии, просто нищие люди - это нищий кхан, который в своей провинции был богом и царем. Зачастую этот бог и царь утаивал налоги, правда, весьма аккуратно. Нельзя, чтоб разница между ожидаемыми поступлениями в казну и реальными была слишком серьезной, в таком случае король имел право отправить проверку. А вот это уже не было нужно никому.

Помимо бюджета обсуждался флот, вернее, его упадок. Шало наседал на совет, требовал от кханов отчета обо всем. К сожалению, после флота речь зашла о женитьбе, и вот тут уже совет начал давить на Шало. Но бета с честью и непоколебимым достоинством пресекал все попытки заставить его обратить внимание на каких-либо кандидатов. Пандар только беззвучно усмехался, глядя на это.

С этими людьми он был совсем другим: холодным, властным, немного высокомерным и очень спокойным. Казалось, ничто не может вывести бету из себя, вообще не может разрушить его спокойствие. Будто вовсе не этот человек покупал звенящие браслеты в лавке на празднике, скрыв лицо маской, и не Шало зашвырнул в Змея тарелкой. Помнится, мальчишку тогда до ужаса взбесила невозмутимость альфы, и он решил проверить, останется ли Пандар таким же спокойным. Мужчина остался, чем вывел Шало на новый виток неуправляемости. Помнится, Змей тогда ловил себя на мысли, что ему доставляет какое-то странное удовольствие доводить этого паренька. Видимо, совет тоже находил в этом особое удовольствие, потому что за все время присутствия Пандара - а это уже прошло почти три месяца - вопрос поднимался дважды. После таких заседаний Шало еще пару часов был непривычно резок и холоден со всеми окружающими.

- Почему ты не женишься? - спросил Змей после очередного заседания. Шало обернулся, альфа увидел, как бета сжал челюсти. Взбешен?

- Потому что в начале они подкладывали мне своих сыновей и дочерей. Разумеется, все они с прекрасной репутацией и родословной, но это резко добавит их отцам власти и статуса. А если я внезапно умру после рождения ребенка…

- То никто плакать не будет, - кивнул Пандар. - А сильный супруг лишит тебя власти?

- Практически. Я буду подчинен ему как муж, но не как правитель. Но как мой муж он может оспаривать мои действия. То есть на законном основании вставлять мне палки в колеса.

- Найди себе человека, которому сможешь доверять, - пожал плечами альфа.

Шало саркастически усмехнулся, будто сама идея показалась ему до нелепого смешной. Бета налил себе вина, вопросительно посмотрел на Пандара. Снова стояла ночь, а альфа снова сидел напротив него. Шало очень уставал и ему физически было необходимо человеческое присутствие в такие моменты. Он старался просто не думать, что исправно зовет Змея в свою комнату каждый вечер, а мужчина соглашался на это. Шало предпочитал не задумываться и над этим. На проверку Пандар оказался куда менее предсказуемым, чем казалось изначально. На самом деле Шало поймал себя на мысли, что вообще не представляет, как может поступить альфа в тот или иной момент.

Пандар отрицательно мотнул головой, отказываясь от вина. Он не хотел пить, он вообще ничего не хотел. Альфа откинулся на спинку кресла, подложил голову и стал смотреть, как бета пьет вино. Шало стало не по себе от этого пронизывающего взгляда. Мужчина всегда так смотрел. На всех.

- Тебе не стоит много пить, - заметил Змей. - Это накладывает слишком сильный отпечаток на разум.

- По этой причине ты пьешь так мало? - приподнял брови Шало. - Боишься за разум?

Пандар усмехнулся, поняв намек. Альфа имел удовольствие убедиться, что бета отрастил зубы за эти четыре года. Забавно было испробовать это на себе.

- Скоро приедут северяне, - произнес Шало. - У них сильный флот и армия. Заручиться их поддержкой - большая удача.

- Почему я слышу в твоем голове неуверенность?

- Потому что мы слабее них флотом, слишком далеко друг от друга. Они нам нужны больше, чем мы им. И они об этом знают. Галиус… их предводитель… он холост.

- О! И ты опасаешься, что он потребует твою руку в обмен на союзничество?

- Я не исключаю такой вариант, - негромко произнес бета. Было видно, что его гложет это не первый день.

Пандар помолчал. Странное чувство вдруг начало поднимать свою голову, но альфа, даже не пытаясь разобраться, что это было, быстро заставил его умолкнуть. Это было что-то неприятное, грызущее изнутри. Змей заставил себя не думать об этом и вновь сосредоточиться на бете, который налил себе второй бокал.

- Полагаю, совет будет счастлив, - довольно едко заметил мужчина.

- Мне все равно, что они будут думать по этому поводу, - ответил Шало, будто не заметив тона Пандара. Бета не хотел показывать своего сомнения, он терпеть не мог это состояние и не хотел, чтобы его видели другие. Особенно Змей. - Это моя жизнь и мой трон.

Альфа уловил в голосе Шало легкий вызов. Мальчишка сомневался, колебался. Змей сделал вид, что не заметил этого. Мужчина надеялся, что завтра парень будет прежним, ему же будет лучше. Иначе Шало просто съедят. Пандар поймал себя на мысли, что в таком случае будет… разочарован. Ведь это будет означать, что пропал тот стержень, который Змей увидел четыре года назад в угловатом подростке.

- Разумеется, он твой, - произнес мужчина.

Шало странно посмотрел на него, затем встал с пуфика.

- Спокойной ночи, - негромко сказал бета.

Пандар был слегка удивлен. Мальчишка… выгоняет его? Но лицо альфы не выразило и тени этой эмоции, он встал, слегка кивнул на прощание и ушел в свою комнату. Там мужчина забрался на кровать прямо в одежде. Невольно прислушиваясь, Пандар еще долго слышал в соседней комнате тихие шаги. Иногда они слышались с террасы, а затем возвращались обратно в комнату.

Чего мальчишка его выгнал? Змей не мог этого понять. Возможно, он просто решил все обдумать. В конце концов… Да что? Пандар раздраженно выдохнул. С каких пор он вообще начал анализировать поведение других людей? Ему никогда не было до этого дела. Тем более, ему не должно быть никакого дела до душевных метаний мальчишки. Но даже себе Змей не собирался признаваться, что его это заботит в какой-то степени.

_ _ *

Северяне приехали через неделю. Пандар стоял на причале и смотрел, как опускается трапп у огромного корабля, громадой возвышавшегося над стоявшими на земле людьми. На палубе стояло около двух десятков человек, а на самом борту корабля красовались различные щиты с гербами прибывших семей. Трап опустился с негромким хлопком, и по нему стали спускаться люди.

Альфы-северяне были широкоплечими, какими-то коренастыми, но невысокими. Среди них Змей отметил около пяти тоненьких фигурок омег и женщин. Змей внутренне удивился, обычно делегатами были только альфы. Шало выступил вперед, чтобы встретить гостей, Пандар остался на месте. Самый большой альфа выступил вперед, что-то негромко сказал, Шало ответил ему. Змей не слушал их, они внимательно смотрел на прибывших из-под капюшона, наблюдал за слугами, матросами, в общем, следил, чтобы не было неприятных сюрпризов. Церемония приветствия закончилась, коренастый альфа сел в экипаж вместе с Шало, а остальные гости и свита Шало заняли еще два открытых экипажа. Змей вспрыгнул на коня, и они тронулись в путь.

Шало и Галиус о чем-то все время разговаривали, Змей ничего не слышал, поскольку всей охране было запрещено подъезжать слишком близко. Да Пандару и не нужно было их слышать, чтобы понять, о чем идет речь. Так, ничего существенного. Они знакомятся друг с другом, проверяют, каков собеседник и монарх, сидящий напротив. Должно быть, довольно любопытно.

Во внутреннем дворе их ждали. Путь от ворот до самых ступеней лестницы был выстлан красной дорожкой, по бокам которой стояли стражники, а на лестнице были все члены совета, а так же начальник стражи и старый дряхлый лекарь. Пандар несколько удивился, увидев его. Зачем он здесь? Видимо, он был ценен настолько, что его включили в состав принимающей свиты. Интересно.

Все гости вышли, Галиус учтиво предложил руку Шало. Бета принял ее, и они двинулись по дорожке. Остальные гости разбились на пары по такому же принципу: один человек из Дакара, один с севера. Самые знатные шли впереди, а дальше по убывающей. Пандар хотел пойти сразу за Шало, но один из стражников зашипел, чтоб Змей шел в конце. Видимо, это было очередное неписанное правило, которое альфа, конечно, не знал. Не желая вызвать скандал, мужчина подчинился.

Процессия вошла во дворец, дальше последовало длинное представление каждого гостя каждому члену совета. От обилия титулов в пору было сойти с ума, и Змей вновь абстрагировался от происходящего. После этого последовала экскурсия. Шало неторопливо рассказывал об истории дворца, затрагивая историю государства в целом, показывал гостям зоопарк и бассейны с водой из разных водоемов. Все восхищенно осматривали это великолепие еще три часа, а затем разошлись по своим покоям, чтобы отдохнуть перед балом, на котором они будут представлены всему двору.

Отдав все необходимые распоряжения, Шало отправился в свою комнату, где просидел до самого вечера.

Как только солнце стало медленно садиться куда-то в бескрайнее море, Змей услышал, как в комнате собирается Шало. Сначала принесли ванну, и альфа слушал плеск воды в течение получаса, затем ванну унесли, и бета принялся одеваться. Тут в дверь мужчины деликатно постучали. Змей открыл ее и обнаружил на пороге слугу.

- Господин, вам рекомендуют одеться подобающе случаю, - просто произнес слуга, после чего развернулся и ушел.

Змей усмехнулся. Несильно его тут уважали, ох как несильно. Но ему было все равно. Переодеваться альфа не желал, но все-таки открыл шкаф и принялся выбирать костюм на вечер. Сам процесс казался ему очень глупым, поскольку одеяния все равно никто не увидит под плащом, разве что сам плащ придется поменять. Тем не менее, Пандар выбрал черные брюки и рубашку насыщенно-изумрудного оттенка. На руках появились черные шелковые перчатки, и плащ тоже стал шелковым. Змей заметил, что по его подолу пущены атласная лента, а сверху едва заметно мерцают какие-то мелкие черные камешки.

Через час он и Шало были в бальном зале. В этот раз здесь, кажется, было вдвое больше людей. При ближайшем рассмотрении северяне оказались действительно крепкими, даже у омег и женщин отсутствовала хрупкость и тонкость, присущая их полу. Они все были светловолосыми и светлоглазыми. Шало сказал приветственную речь, зал зааплодировал. Пандар встал позади трона и стал смотреть, как бета ходит танцует, разговаривает, в общем, ведет себя как радушный хозяин.

Рядом с Галиусом Шало смотрелся довольно гармонично, как ни странно. Альфа был вдвое шире беты, но Шало был практически одного с ним роста, поэтому невероятного контраста не было. Они танцевали вместе, о чем-то разговаривали, попивая вино из бокалов на высокой ножке. Вокруг них кружились пары, одетые в яркие костюмы, блестели украшения, звучала музыка. Сотни свечей освещали зал, но даже они не могли затмить тысячи звезд на небе.

Пандар ощущал себя тенью всего этого. Он стоял в черном плаще, практически не шевелясь, даже ветерок с террасы не трогал полы его плаща. Слуги не подходили к нему и не предлагали вина. Вообще никто не обращал на него внимания. Будто Змея и нет вовсе. Но даже при всем желании он не смог бы заставить себя снять плащ и отправиться танцевать и разговаривать с этими людьми. Не в этой жизни. На душе стало как-то холодно и по-гулкому пусто. Будто в высохшем колодце, на дне которого осталась грязь. Если ты крикнешь что-нибудь в пугающую темноту, то услышишь лишь эхо собственных слов.

Спустя пару часов объявили, что ужин подан, и все присутствующие отправились в огромный зал, где стоял невероятных размеров стол, ломившийся от всевозможных яств и кушаний. Гости расселись согласно порядку, Шало и Галиус сидели в рядом, во главе стола. Со стороны Галиуса сидели все северяне, со стороны Шало - дакарцы. Пандару было уготовано место через один стул от Шало. Змей сел, слуги стали наливать дорогостоящие вина, наполнять тарелки своих господ. Вскоре зазвенели бокалы и столовые приборы, разговоры возобновились. Пандар ел молча. Не смотря на то, что сейчас он был среди людей, бескрайняя пустота внутри никуда не исчезла. Наоборот, только стала отчетливее.

Северяне странно косились на Змея, но альфа не придал этому значения. В конце концов, дакарские придворные тоже раньше так смотрели, потом привыкли. И эти привыкнут. А если не хотят… Пандару наплевать, что они там думают. Пускай катятся в Бездну со всем этим миром.

- Я восхищаюсь вашей страной, - произнес Галиус чуть громче, чтобы его могли услышать. Все немного притихли, как по команде. - Дакар всегда хранил свои традиции, помнил о своих корнях не смотря ни на что. Не было в истории случая, чтобы дакарец отказался от своего слова. За Дакар!

- За Дакар! - подхватили за столом.

Пандар чуть отпил из своего бокала. Он внимательно посмотрел на Галиуса, у которого странно блеснули глаза, пока тот говорил тост. А в душу Змея стал заползать холодок неприятного предчувствия.

- Я не сведущ в традициях вашего народа, - продолжил альфа, посмотрев на Шало, который взирал на него с холодной светской улыбкой. - Простите мне мое невежество, но заведено ли так, что человек, сидящий к вам, Ваше Величество, так близко, имеет право скрывать свое лицо?

- Он мой телохранитель, - спокойно ответил Шало. Его улыбка и не думала блекнуть. Пандар внутренне напрягся, - Я разрешил ему подобную вольность.

- Прошу прощения, - слегка кивнул Галиус. - В нашей стране лицо не показывает только тот, кто не хочет, чтобы его узнали или же не желает демонстрировать должного уважения.

За столом притихли. Пандар глубоко вздохнул, но промолчал. Выражение лица Шало не изменилось, бета перевел взгляд на него. Альфа понимал, что обязан подчиниться. Но он этого не хотел. Змей сделал над собой усилие, медленно поднял руку в перчатке и снял капюшон. Северяне почти синхронно выдохнули, Пандар не мигающим взглядом уставился на Галиуса, но тот не дрогнул.

- Благодарю, - только произнес альфа, взглянув на Шало. Бета едва заметно кивнул.

Потом весь вечер он пытался поймать взгляд Пандара, чтобы хотя бы так оказать ему необходимую поддержку. Но мужчина не дал ему ни единого шанса. Его лицо весь вечер не меняло своего выражения, альфа не разговаривал, почти не двигался.

Под утро все разошлись по своим спальням. Едва Пандар закрыл за собой дверь, как Шало позвал его с террасы. Змей глубоко вздохнул, но все-таки вышел к нему. Бета стоял, широко расставив ноги, будто готовясь защищаться. Руки были сложены на груди.

- Я хочу, чтобы ты знал: если бы я мог остановить его, я бы остановил, - без предисловий сказал. Шало. Он хотел сказать что-то другое, но заготовленная речь вылетела из головы, как только серебряные глаза холодно уставились на него. Будто он и Пандар совсем чужие друг другу. - Мне… жаль.

- Я так понимаю, что теперь должен ходить без плаща, пока этот король здесь? - осведомился Пандар. Его голос не дрогнул, но Шало понял, что альфа не просто зол. Он взбешен.

- Да. Это их традиции. Мне жаль, - еще раз повторил Шало.

Что-то болью отозвалось в груди. Бета чувствовал, как зыбкое доверие, установившееся между ним и Змеем, утекает сквозь пальцы словно вода. И Шало ничего не мог с этим сделать. Только смотреть.

- Я уже понял, - ответил Пандар. - Если я тебе больше не нужен, то хотел бы пойти спать.

- Это твое право, - негромко ответил Шало.

Змей ушел в свою комнату, а бета остался на террасе. Он подставил лицо ветру, мечтая, чтобы тот унес его как можно дальше отсюда. На душе было противно от осознания того, что бета не смог отстоять Змея. Нужно было что-то сделать. Но что? Если бы Шало стал слишком активно защищать Пандара, это выглядело бы по меньшей мере странно. Короли не отстаивают слуг. Разумеется, телохранитель - это высшее проявление служения, но в иерархической лестнице он все еще слишком низок, чтобы вообще заострять на нем свое внимание. Шало ничего не мог сделать, и от осознания этого становилось еще хуже. Какой прок быть владыкой страны, если не можешь помочь единственному человеку, который значит для тебя хоть что-то?

========== Глава 6 ==========

Утро для всех наступило довольно поздно. Придворные до полудня тщетно пытались опомниться от почти бессонной ночи, но поняв, что это бесполезно, спустились к завтраку, который проходил на огромной открытой террасе, протягивающейся по периметру всего третьего этажа. Ветерок слегка покачивал концы скатертей и полы легчайшего навеса, защищавшего гостей от немилосердного солнца Дакара.

Ни Шало, ни Змей не дали понять, что между ними что-то произошло. Альфа не хотел заостряться на это моменте, а бета просто к нему не лез. Они не сказали ни слова, но Пандар все-таки оставил плащ в спальне.

Это было странно и непривычно идти по коридору, не слыша шуршания ткани плаща и не ощущая, как его полы будто обтекают твои ноги при ходьбе. Сколько Змей уже не ходил вот так? Это было слишком давно, чтоб помнить. Пандару казалось, что все взгляды на свете сейчас обращены именно на него, что люди за спиной шепчутся, а стражники готовы схватиться за оружие, чтобы прирезать чудовище, по какой-то причине разгуливающее по замку. Но Змей заставил себя унять беспричинную глупую тревогу, не желая, чтобы когти начали удлиняться на глазах у всех. Галиус ведь скажет еще что-нибудь столько же нужное, как прошлым вечером, и тогда Змей просто не сможет удержаться.

Альфа мысленно резко одернул себя. Нельзя потакать ярости и гневу. Иначе однажды они захлестнут, заполнят собой все свободное пространство, задушат тебя. Последнее, чего хотел Змей, это сорваться за ту призрачную грань, которая отделяет людей от безумия. Мужчину бросало в холод при воспоминании глаз Зверя, когда тот уходил туда.

Пандара вновь посадили через один стул от Шало, и альфа снова мог любоваться северянами вблизи. Те о чем-то негромко разговаривали и, казалось, будто не замечали Змея, чему последний был только рад. Галиус разговаривал с Шало, иногда он обращался к своим соотечественникам. Северяне довольно хорошо говорили на океанском диалекте, хотя и с сильным акцентом. Но все их понимали, и услуги переводчика так и остались невостребованными.

После завтрака делегация отправилась в королевские сады. Там им показывали редкие сорта цветов и цветущих кустарников, после этого последовали фруктовые сады, где гости почти потеряли дар речи. В своих краях они не видели, как растут эти фрукты, а некоторые даже не пробовали.

- Позвольте узнать, что это? - спросил Галиус, указав на высокое дерево, на котором почти не было листьев, только фрукты, похожие на огромную чернику.

- Это мангостин, - легко ответил Шало. - Говорят, самый вкусный фрукт в мире.

- Если вы позволите, мы хотели бы это проверить, - внезапно широко улыбнулся альфа.

Он кивнул рядом стоящей женщине в брюках, та с разбегу прыгнула на ствол дерева и легко вскарабкалась наверх под восторженные вздохи гостей. Женщина сорвала несколько фруктов, а затем спрыгнула прямо с ветки вниз. Пандар на это только хмыкнул, Галиус явно желал продемонстрировать умение своих людей. Женщина, чуть присев в странном реверансе, отдала фрукты своему правителю, тот лишь небрежно ей кивнул в знак благодарности.

- Сегодня эти фрукты будут поданы вам на стол, - с легкой улыбкой сказал Шало, будто он каждый день видит женщин, носящих брюки наравне с мужчинами и лазающих по деревьям будто дикие кошки.

- Почту за честь разделить их с вами, - сверкнул улыбкой мужчина.

Мангостины были отданы слугам, те положили их в корзину, и прогулка продолжилась. Теперь все понравившиеся гостям фрукты немедленно снимались и клались в корзину. Северяне были довольно сдержанными, разговаривали в основном друг с другом, и никогда не говорили прежде, чем их повелитель. Пандара несколько поразила и одновременно позабавила подобная дисциплина. Значит, омеги и женщины имеют права альф, что было видно по их поведению и одежде, а разговаривать они права не имеют?

Процессия в очередной раз остановилась у какого-то огромного толстого дерева, как вдруг Змей услышал стук сразу нескольких фруктов оземь. Альфа прислушался, тут делегация двинулась дальше, Змей сделал пару медленных шагов, будто идет вместе со всеми. Тут раздался треск ветки, альфа прошел сквозь толпу и скрылся за деревом. Люди отходили все дальше, Пандар внимательно следил за фруктовой аллей. Ветки какого-то дерева будто зашевелились, и на землю спустился паренек лет тринадцати. Он, крадучись, пошел между деревьями за гостями. Змей вышел из-за своего укрытия, и прежде чем мальчишка успел опомниться, оказался перед ним.

Подросток замер, попятился назад. Он хотел развернуться и убежать, но мужчина оказался куда проворнее, и в следующую секунду паренек оказался буквально вдавлен в ствол ближайшего дерева. Мальчишка затрепыхался, но не издал ни звука.

- Кто ты и почему подглядываешь? - тихо и несколько зловеще спросил Змей.

Парень широко раскрыл глаза, замотал головой. Змей терпеливо ждал, мальчишку не хотелось бить. Но видя, что он молчит, альфа встряхнул его, несильно приложив головой о дерево. Паренек поморщился, что-то нечленораздельно замычал.

- Кто ты? - спокойно повторил мужчина.

Тут парень снова что-то замычал. Это был просто набор каких-то звуков, и Змей все понял. Маленький шпион был глухим, а соответственно и немым. Мужчина поставил подростка на землю, ощупал хрупкое тело, но не нашел там и следа оружия. Мальчишка замер как вкопанный. Пандар встал к нему близко-близко, паренек вжался спиной в дерево. Пандар показал на свои глаза, затем на подростка, а потом выразительно провел рукой по шее. Змей вопросительно поднял брови, и паренек коротко кивнул. Альфа отошел на пару шагов, затем махнул рукой в сторону дворца, и подросток выпущенной стрелой помчался между деревьями.

Пандар присоединился к делегации. Он никому не сказал про любопытного парня. В конце концов, вряд ли он представлял опасность. А вот наказать глухонемого могли и за просто так. Оправдаться он не сможет, да и никто слушать его и не пожелает.

Обед прошел довольно быстро. Возможно, потому что все были утомлены долгой прогулкой и испепеляющим солнцем, а может быть, потому что монархов за столом не было. Для них накрыли отдельно, где-то наверху. Пандар был почти рад этому, потому что впервые столь большой срок мог поесть в одиночестве. Но аппетита не было, Змей вышел на террасу, залитую солнцем, и поддавшись какому-то странному порыву, снял ботинки и лег на нагревшиеся светлый доски. Свет слепил глаза, мужчина прикрыл их ладонью, а потом и вовсе закрыл. Солнце постепенно разморило альфу, он чувствовал, что уплывает куда-то. И ему хотелось поддаться. В конце концов, бета должен вернуться еще не скоро, да и что может случиться? К тому же, сказать, что Пандар спит чутко, значит ничего не сказать. Он просыпался даже от шумного дыхания. Так что по первому же зову Змей будет готов.

Пандар подложил руки под голову и вздохнул полной грудью. Под закрытыми веками танцевали цветные блики, и мужчина вдруг вспомнил, как давно, еще совсем ребенком лежал вот так же под палящим солнцем. Правда, тогда под спиной была трава и луговые цветы… Змей резко раскрыл глаза, солнце ударило по ним, и альфа вновь зажмурился. Он на мгновение позволил себе забыть… что нельзя вспоминать прошлое, жизнь до всего этого. До змеиной кожи. Иначе впору сойти с ума от тоски, которая только рада будет уничтожить остатки его души.

Альфа сжал зубы, вновь расслабился. Он заставил себя не думать ни о чем, сделал голову совсем пустой, и разрешил себе только слышать птиц в садах, да чувствовать солнечный жар на своей коже. Пандар потерял счет времени, он решил не думать об этом сейчас.

Примерно через час в комнате Шало закрылась дверь, раздались шаги. Змей даже не успел осознать, в какой момент оказался на ногах, даже не отдал себе отчета. Шаги показались знакомыми, и Пандар выдохнул сквозь зубы. Альфа скрылся в своей комнате в тот момент, когда на террасе показался Шало, который, кажется, был чем-то раздражен. Пандар слышал, как он быстро ходит из стороны в сторону. Но Змей лег на кровать, закрыл глаза и просто абстрагировался от всего происходящего.

Шало был не слишком раздражен… скорее раздосадован на самого себя. Разумеется, ничего особенного не произошло. Галиус вел себя просто великолепно, был учтивым, но не скучным, умел поддержать беседу, ненавязчиво обронить комплимент… А Шало… он попался! Попался как мальчишка, позволил уснуть вниманию и бдительности, решил, что может расслабиться на час. А теперь за это придется расплачиваться.

- Позвольте задать вам вопрос, - спросил северянин, подливая Шало вина. Они сидели на террасе на самом верху. Отсюда открывался еще более роскошный вид, чем с других этажей, а солнце под тентом не опаляло кожу. Идеальное место для дружеского обеда.

- Разумеется, - слегка кивнул Шало. Он был спокоен и расслаблен. Впервые за два года он мог позволить себе подобную роскошь.

- Если бы я предложил вам посетить мою страну, как я посетил вашу, вы бы согласились?

- Уверен, что ваша Родина не менее величественна, чем рассказы о ней. А о ваше армии и вовсе ходят легенды. Я не могу лишить себя подобного опыта, - слегка улыбнулся Шало.

- В таком случае я буду счастлив предложить вам свое гостеприимство.

- Почту за честь.

- Раз уж вы упомянули о моей армии, - вкрадчиво начал Галиус, - То позвольте спросить вас… Насколько вы уверены в своей? Не поймите меня превратно, но ваш телохранитель вызывает у меня определенные… опасения.

- Он всецело предан мне, - спокойно ответил Шало, не совсем понимая, к чему клонит гость. Но сказав это… бета вдруг не почувствовал прежней уверенности. Они со Змеем и слова друг другу не сказали с того злополучного ужина.

- Но он чужеземец, не так ли? - деликатно осведомился северянин, будто почувствовав едва уловимое сомнение короля. - Не опасно ли это, доверять свою жизнь и благополучие человеку, которого никто не знает, который появился из ниоткуда?

- Я не вижу в этом проблемы.

- Конечно, - слегка кивнул Галиус. - Но я был бы рад, если бы вы позволили нескольким моим людям остаться с вами. Они никогда не подведут вас.

- Благодарю, но у меня уже есть помощник.

- Который никак себя не проявил, насколько я знаю.

- Насколько вы знаете? - вся теплота мигом ушла из голоса Шало. Он снова стал монархом, утратил былую легкость и расслабленность и теперь думал, как выйти их складывающейся ситуации.

Бета прекрасно понимал, к чему клонит его гость. Он хочет оставить своих людей, чтобы показать всему миру, что бета уже фактически его, чтобы всем было ясно, кто его защищает. И Дакар, конечно. Видимо, этот альфа неправильно понял приглашение, как ни прискорбно, и теперь он думает, что на шее у Шало висит табличка с надписью “Продается”. Бету это неприятно кольнуло, он не думал, что со стороны это все может выглядеть так.

- Я знаю имена всех лучших воинов мира. К сожалению, имя вашего телохранителя там не значится.

- Это значит, что он настолько хорош, что не оставляет следов, - припечатал Шало.

- Вот как, - спокойно заметил альфа. Его глаза странно блеснули, кажется, его стало раздражать неожиданное упрямство этого юнца, который по нелепой случайности все еще являлся королем этой страны. - Вы так уверены в нем?

- Я так уверен во всех своих людях.

- Я вижу, что обидел вас. Я азартный человек, но еще и очень гордый, а потому предлагаю вам пари. Если ваши люди окажутся лучше моих, я принесу вам публичные извинения. А если же наоборот… то я с удовольствием оставлю своих лучших воинов вам в помощь.

Шало помолчал. Он понимал, что сам заманил себя в ловушку. Отказаться - значит признаться в собственном бессилии, в том, что не отвечаешь за сказанные слова. А согласиться… Нет гарантии, что дакарцы выиграют. Лучшие воины были в армии, никто не будет ждать, пока их пришлют кханы. Во дворце, конечно, люди ничуть не хуже… Да вот только насколько сильно они будут хотеть победить? Шало сомневался, что их очень заботила честь их короля.

- Я согласен, - слегка улыбнулся бета.

После этого беседа перетекла в более миролюбивое русло, Галиус снова надел маску доброжелательности, а Шало сделал вид, что только что не было этой словесной борьбы, замаскированной под светскую беседу и дружеское пари.

А теперь бета был вынужден вызвать начальника королевской стражи и потребовать к завтрашнему утру лучших людей. Начальник был несколько удивлен, но обещал все сделать. После этого Шало приказал все подготовить для завтрашнего незапланированного турнира.

К Пандару он так и не зашел. Не захотел. Побоялся. Бета поймал себя на мысли, что не вынесет сейчас непробиваемого холода в серых глазах. Хотелось, чтобы кто-то сказал, что все будет в порядке. Да можно ничего не говорить, просто посидеть в одной комнате. Но поддерживать молча, ни словом, ни жестом не показывая этого, могла только мать. Пандар так не умел. Да и не захотел.

Сейчас Шало понимал его. Он был зол на себя, что второй раз позволил Галиусу диктовать правила их игры, стать хозяином положения. Не этому его учили на уроках дипломатии. Не так воспитывал его отец. Шало содрогнулся при мысли, что сказал бы родитель, узнай он об этом. Он ничего бы не сказал. Как матери не нужны были слова, чтобы поддержать, так отцу они не были нужны, чтобы уничтожить.

_ _ *

Утром Пандар был несильно удивлен, узнав, что планируется турнир между северянами и дакарцами. Подобные развлечения не были нонсенсом, короли часто желали помериться силами. Правда, Змею казалось, что Шало предпочитает действовать не так прямо, но видимо, мужчина ошибся.

Завтрак прошел как-то скомкано. Все были взбудоражены предстоящим развлечением, а потому старались как можно скорее выйти из-за стола, чтобы посмотреть, как разогреваются воины перед турниром. Особенно торопились омеги и женщины, которым больше всего на свете хотелось увидеть хваленое мастерство северян, насмотреться вдоволь, а потом сказать, что все-таки дакарцы лучше.

В конце концов, тут было на что посмотреть. На песчаной арене тренировались воины обеих сторон. Все были плечистыми, высокими, с огромными руками, которые с легкостью держали тяжелые мечи. Всего было по пять человек с каждой стороны: лучник, дуальщик, огневик, маг и всадник. Гости быстро заполняли трибуны, все гомонили, обсуждали воинов, их сноровку и умение. Шало слышал этот шум, но ему казалось, что это у него в ушах так шумит из-за сильно бьющегося сердца. Но внешне бета оставался абсолютно спокойным, даже всем улыбался, а в особенности Галиусу. Пандар стоял прямо за его спиной, и это сейчас не добавляло спокойствия. Наоборот, только усиливало тревогу.

Монархи вошли на трибуны последними. Люди немного стихли, а потом и вовсе умолкли, стоило бете встать на ноги.

- Я приветствую всех. Сегодня мы решили проверить сноровку наших лучших воинов в дружеском поединке. Прошу вас, наслаждайтесь каждым мгновением, - громко и уверенно произнес Шало. Гости зааплодировали, и бета сел. Он улыбнулся Галиусу, затем дал знак начинать.

Взревели фанфары, приветствуя воинов. Те вышли каждый со своей стороны, затем выстроились в два ряда, каждый напротив своего противника. Были пожаты руки, затем вышел судья, чтобы произвести жеребьевку. Сделали это довольно просто: каждый написал на листочке свой вид боевого искусства и кинул в шляпу. А затем судья по очереди вытаскивал бумажки. Так получилось, что первыми стали маги, отчего толпа буквально взревела, ведь их бои должны были стать самыми зрелищными, потом шли лучники, всадники, огневики и дуальщики. Все ушли с арены, кроме магов. Те начали читать какое-то заклинание, от их рук, сплетенных вместе, отошла небольшая сфера, которая стремительно разрослась и накрыла арену куполом, чтобы зрители и короли не пострадали от заклинаний. После этого маги разошлись в разные концы арены и стали ждать сигнала к началу боя, который последовал незамедлительно.

Поначалу ничего не происходило. Маги просто стояли друг напротив друга, потом оба почти синхронно подняли руки. В ту же секунду раздался громкий хлопок, маг-дакарец отскочил в сторону. Это было первое заклинание, ударившееся об купол. Первое из десятка, которые без устали запускал северянин, не давая противнику даже опомниться, перестать прыгать, чтобы произнести ответное заклинание. А дакарец был прыгучим и гибким. Он уворачивался снова и снова, успевал выставить перед собой щит в последний момент, и заклинания ударились о защитный купол. Но вдруг дакарец будто покачнулся, рухнул на одно колено. По трибунам прошел шепоток, но Пандар остался абсолютно спокойным. В конце концов, дакарец не мог так быстро израсходовать свой резерв, чтобы рухнуть от одного попадания. Разве что северянин - один из сильнейших магов, которых Змей встречал на свое пути.

Дакарец встал на ноги. Что-то изменилось в его фигуре, он будто развернулся, обретя уверенность и силу. Плечи расправлены, ноги на ширине плеч. Северянин сформировал какую-то яркую сферу в руках и что есть сил запустил ею в противника. Дакарец пригнулся, заклинание с оглушительным грохотом взорвалось о купол. Земля будто задрожала. А на дакарца это будто не произвело никакого впечатления, он просто пошел на противника, широко раскинув руки. Будто сдаваясь. Пандар внимательно следил за ним. Поведение этого мага было довольно… странным.

Северянин сотворил что-то совсем невообразимое, это нечто полетело в дакарца и попало ему прямо в грудь. Он на какую-то секунду согнулся, а потом распрямился как ни в чем не бывало. Трибуны охнули, а Змей с каким-то извращенным удовольствием смотрел, как мрачнеет Галиус. Дакарский маг взмахнул обеими руками, и пространство вокруг него пошло какими-то волнами. Будто на что-то через огонь смотришь. Северянин выставил перед собой щит, но волны от дакарца только нарастали, и противника неумолимо отодвигало куда-то назад. Северянин скрипел зубами, его лицо выражало высочайшую степень напряжения. В какой-то момент его глаза странно расширились, щит вокруг него исчез, и его буквально смело потом чистой энергии. Больше северянин не поднялся. Дакарец быстро снял купол, к противнику заспешили лекари. Трибуны буквально взорвались аплодисментами, но маг лишь скупо поклонился монархам, а затем, не пожелав насладиться славой, ушел.

Галиус посмотрел на Шало и кивнул ему, признавая поражение своего мага. Бета ответил ему таким де кивком головы.

На арену вышли лучники. Это было куда менее интересно после такого зрелища. Сначала лучники стреляли по мишеням с довольно близкого расстояния по меркам Пандара, потом мишени отодвигались все дальше и дальше, пока не оказались на противоположном конце арены. К несчастью, лучник с севера оказался более метким, чем его южный противник, а потому победа оказалась за ним.

После лучников были всадники. Они сели каждый на своего жеребца, вооружились тяжелыми мечами. Дали сигнал к началу, и оба всадника, подняв облако пыли, сорвались с места. Целью поединка было выбить оружие из рук противника. Когда оба всадника сошлись, они подняли новый вихрь пыли и взметнувшегося от копыт коней песка. Раздался металлический лязг оружия, громкое ржание лошадей и, кажется, ругательства самих сражающихся.

Северянин казался мощнее своего противника, и его конь, словно почувствовал настрой хозяина, сам старался запугать чужую лошадь, то и дело совершая попытки укусить ее за шею. Кони вставали на дыбы, альфа удерживали их одной рукой, а сражались другой. Северянин подсек дакарца под поднятую руку, конь взвился на дыбы с удвоенным усердием, и мужчина кубарем упал на песок. Он тут же поднялся и едва успел отразить удар противника, который буквально прыгнул на него сверху. Дакарец стал наступать, задел противника по плечу, но тот не остался в долгу, сделал выпад вперед, занеся меч над головой южанина. Тот успел отразить удар, подняв свое оружие над головой двумя руками. Дакарец почти что сбросил с себя северянина, попытался подсечь его под колени, но альфа неожиданно высоко подпрыгнул и избежал удара. Так могло бы продолжаться еще долго, если бы северянину не удалось со всей силы ударить по руке противника, не защищенной легкой кольчугой. Кровь мгновенно залила рубашку и песок, а рука безвольно повисла, и меч выскользнула из нее на песок.

Шало встал, признавая конец поединка, и в то же мгновение к мужчине заспешил дряхлый лекарь, которого уже не раз видел Пандар. Дакарца увели, северянин насладился своей победой и покинул арену, чтобы уступить ее огневикам.

Для них был возведен такой же купол, как для магов. Противники были в специальных заговоренных доспехах, которые служили хорошей защитой от огня. На самом деле, огневики по сути своей были теми же факирами, просто боевыми. В качестве оружия было несколько цепей со своего рода шарами на концах, которые поджигались и пылали синим пламенем. Настоящий огневик всегда был нарасхват, поскольку они довольно рано умирали, а далеко не каждый мог не только не поранить себя и своих же, но и убить кого-то с помощью огня.

Огневики вступили в бой. Пламя лилось рекой, у публики начали гореть лица от жара, который излучали противники. Пламя было самым разным: синим, красным, оранжевым и даже белым. Правда, белое получалось в основном у дакарца. Такое пламя было самым страшным, от него не было спасения. Наверное, поэтому южанин все-таки одержал победу, хотя и с трудом. Северянину почти не понадобилась помощь лекарей, вернее, он от нее отказался, раздосадованный, что не смог одержать победу.

Теперь все зависело от дуальщиков, поскольку на счету обеих сторон было равное количество побед. Был дан сигнал к началу, но на арену вышел только северянин. Галиус приподнял брови в немом вопросе, посмотрев на Шало. Тот ответил ему кивком и подозвал слугу, чтобы он выяснил, в чем дело.

Но вместо слуги вернулся лекарь-старик. Его взгляд странно долго задержался на Змее и только потом переместился на Шало.

- Ваше Величество, час назад дуальщик Викрам потерял сознание на парадной лестнице, - произнес лекарь. - Он лежит в лазарете и мы выясняем причину странного упадка сил. На данный момент я не могу назвать его боеспособным.

- Вот как, - медленно проговорил Шало и замолчал.

Конечно, он мог вызвать кого-то еще. Но во-первых, дуальщики были такой же редкостью как огневики, а во-вторых, такого как Викрам во дворце не было. Выставить кого-то другого - означает заранее обречь себя на проигрыш.

- Ваше Величество, возможно, вы можете заменить Викрама на другого столь же доблестного бойца. Уверен, что ваш телохранитель окажется ничуть не хуже, - сказал лекарь. - Мы имели шанс в этом убедиться на празднике тысячи огней.

Шало посмотрел на Змея.

- Если мой повелитель мне позволит, - неожиданно сказал Пандар, слегка кивнув, чем безмерно удивил бету.

- Я позволю, - ответил Шало.

Он сел на свое место и стал смотреть, как альфа спускается с трибуны и что-то говорит стражникам, которые стояли по периметру арены. Те расступились и пропустили Змея. Альфа посмотрел наверх, прикрыв глаза рукой, чтоб солнце не слепило глаза, и подумал, что Чезаре бы сейчас разнес бы тут все к Бездне. Змей усмехнулся своим мыслям. Было бы довольно забавно пойти на Галиуса вдвоем. Вряд ли от этого северянина осталось бы хоть что-то помимо обломков костей.

Пандар взял парные кинжалы и вышел на середину арены, продемонстрировав свою готовность. Он не хотел пользоваться когтями, это было смертельно опасно. А убивать Пандар не хотел. Не в этот раз. Раздался сигнал, и бой начался.

Северянин ринулся вперед, Пандар отскочил на пару шагов назад, мягко приземлился на обе ноги. Его противник сделал выпад, но альфа даже не удосужился отразить его, он просто увернулся. По трибуне пошел шепоток: альфа со змеиной кожей двигался неправдоподобно близко. Это одновременно восхищало и пугало.

Змей уворачивался раз за разом. Он будто издевался над противником, до последнего оставаясь на месте, а потом ускользая. Но надо отметить, что упорства у северянина было не занимать: он все с тем же усердием и силой пытался достать мужчину. В очередном прыжке Пандар занес руку для первого удара, но тот был мастерски отражен. Альфа почувствовал, как где-то глубоко внутри рождается азарт. В конце концов, с физическими данными Пандара ему было трудно найти достойного противника. А здесь, кажется, такой противник нашелся.

Шало наблюдал, как кружат противники, как Змей будто растопырился, ощетинился, если можно так это назвать. Он двигался обманчиво медленно, как-то даже тягуче, но молниеносно нападал или же защищался. Северянин ухитрился задеть его по руке. Альфа зашипел, обнажив белые заостренные зубы. Рана быстро затянулась под восхищенный вздох публики. Но Пандар его не слышал, для него ничего не существовало кроме человека напротив, который уже довольно измотался.

Это был самый долгий поединок за весь турнир. Змей не хотел расправляться с альфой слишком быстро, он играл с ним, но иногда инициативу перехватывал северянин, и тогда альфе приходилось защищаться. Когда же такое положение вещей стало надоедать обоим, противники наконец-то схлестнулись по-настоящему. Они стремительно наносили друг другу удары, раздавался лязг оружия, шипение Пандара и скрип зубов северянина. Тот смог каким-то чудом выбить клинок из рук Пандара, но прежде чем успел хоть что-то сообразить, Змей рассек его клинок буквально на пополам. Альфа остановился, неверяще посмотрел на свое оружие.

Пандар ровно дышал и внимательно смотрел на него. Альфа отбросил второй клинок, когти уже удлинились на двух руках. Только сейчас Змей стал слышать гул трибун, который стал походить на рой разъяренных пчел. Пульс странно подскочил, Пандар будто взглянул на себя со стороны: весь в чешуе, с боевым оскалом и когтями, которые на глазах у всех прорезали металл. Одним словом, зрелище редкостной красоты.

- Мы можем продолжить, если ты хочешь, - негромко сказал Пандар, чтобы только северянин мог его слышать, - но я очень ядовит.

Альфа немного помолчал, обдумывая слова Змея.

- Я умею проигрывать достойному противнику, - наконец ответил он. - Ты достойный.

- Рад буду повторить, когда сочтешь нужным, - сказал Пандар.

Северянин ничего не сказал в ответ, он молча ушел с арены, после чего трибуны взорвались приветственными криками, от которых Пандар невольно вздрогнул. Он не думал, что может заслужить подобные овации. Скорее вызвать страх. Но похоже, что эти люди видели не его, а человека, который отстоял честь их государства. Понимать это было очень странно и непривычно.

- Полагаю, я все-таки должен перед вами извиниться, - спокойно сказал Галиус, взглянув на Шало. - Пока рядом с вами такой человек… Даже я не рискну пойти на вас войной.

- Благодарю, - благосклонно кивнул Шало. - Прошу меня простить, я должен выразить благодарность моему телохранителю.

- Разумеется.

Шало удалился, Змей ждал его внизу, у арены. Бета отправился во дворец, за ним лениво потянулись придворные. Голоса не замолкали ни на секунду, люди обсуждали турнир, делились впечатлениями. Едва достигнув дворца, все стали разбредаться по своим покоям, чтобы отдохнуть в прохладе комнат от дневной жары. Слуги уже готовы были предложить господам свою помощь, разливались охлажденные напитки, уютные террасы были готовы принять гостей.

Шало сразу пошел к себе. Пандар отправился к себе, но едва он закрыл за собой дверь, как бета с террасы вошел к нему без стука или разрешения. Змей слегка приподнял брови в немом вопросе.

- Почему ты согласился? - прямо спросил Шало.

- Потому что захотел, - пожал плечами мужчина. Он видел, что Шало ничего не понимает, но не стал пояснять.

- Ясно. В таком случае я тебя поздравляю.

- Спасибо.

Бета развернулся и уже собирался уходить, как Пандар вдруг сказал:

- Я был зол тогда не на тебя.

- Рад слышать, - отозвался бета, вышел на террасу и скрылся в своей комнате.

Пандар постоял немного, затем скинул пыльную рубашку сполоснул лицо прохладной водой из кувшина.

Мужчина не лгал, когда говорил, что не злится на Шало. Скорее раздражен, что сам мальчишка оказался заложником наглого гостя. Просто в тот момент, когда это коренастый чужак фактически приказал ему снять капюшон… Пандар готов был просто встать и убить его. Залить кровью пол, сделать так, чтобы больше ни у одного живого существа не возникла мысль не то что просить его о чем-то, а даже дышать рядом с ним. Никогда. Змей не собирался становится этакой достопримечательностью дворца, будто медведь в зоопарке. Того держат в клетке, потому что он смертельно опасен. А Пандара засунуть в клетку им просто не удастся. Он не терпел приказов, не терпел ограничений, делает только так, как ему нужно. Когда Шало приказывал… это звучало в его устах по-другому, не как приказ. Потому что они оба понимали, что альфа в любой момент может отказаться. Северянин этого не знал, и теперь Змей с удовольствием подумал о том, что Галиус получил шанс убедиться, что альфа подчиняется только Шало.

А Шало не подчиняется никому.

Комментарий к Глава 6

========== Глава 7 ==========

Вечером Галиус публично извинился. Он сделал это спокойно и с достоинством, будто проигрыш не нанес никакого урона его гордости. Змею было плевать на его гордость, ему больше нравилось смотреть на победный блеск глаз Шало, который лишь по-светски улыбался всем присутствующим. Но альфа достаточно хорошо его знал, чтобы заметить это. Он поймал себя на мысли, что ради этого блеска карих глаз, Змей вышел бы снова.

В отличие от Чезаре он не терял рассудок во время драки. Да, он мог увлечься, но процесс всегда был обратимым. Ни разу в жизни на Змея не находил приступ такой ярости, какие бывали у Зверя раньше. Это было давно, но Пандар все еще не мог забыть этого кровавого ужаса в глазах, когда его друг ничего не видел и не слышал, мог убить за то, что человек подошел к нему со спины. Пандар не знал, почему у него было не так. В конце концов, они с Чезаре прошли одинаковый путь, альфа не доверял людям так же, как его друг, но по какой-то причине не терял рассудок. Темпераментного и вспыльчивого от природы Зверя это иногда ужасно раздражало.

После ужина снова были танцы. Змей стоял за троном Шало и в который раз наблюдал за бетой. Тот красиво двигался, удивительно гармонично смотрелся и в танце, и во время разговоров с членами совета или делегатами. Интересно, его этому учили или это врожденное качество? Пандар одернул себя, стал смотреть на других людей. Но даже первые красавицы королевства не заостряли внимание Змея. Они были просто красивыми, но на этом все. Чего-то постоянно не хватало, и альфа даже сам не мог понять, чего именно. Шало не был самым красивым в этом зале, хотя и обладал несомненной привлекательностью, но он был… интересным. Интереснее других. Пандар вдруг понял, что вечера, которые приходилось проводить будто тень трона, перестали казаться такими невыносимо тягучими и скучными. Нельзя, конечно, сказать, что они проходили как один миг… но все-таки.

Пандар сжал зубы, поймав себя на таких мыслях. С садистской скрупулезностью он стал сравнивать себя с любым другим альфой в этом зале. Сравнение выходило не в его пользу, мягко говоря. Но Змей и не ожидал другого. Его целью было показать себе, что даже в самых безумных фантазиях темно-рыжий бета никогда не будет с ним, не говоря уж о том, чтобы быть вместе постоянно. То что Шало с ним спокойно общается, ничего не значит. Это простая вежливость, которую в него вдалбливали лет с трех. А даже если на мгновение предположить, что бета не содрогнется от мысли, чтобы быть с ним… Существует одна единственная причина, которая убивает любую мечту: Пандар наполовину самая ядовитая змея на свете, один неосторожный поцелуй, одна чересчур грубая ласка… незаметная царапинка приведет к неминуемой гибели. А Змей не хотел всю жизнь помнить затухающие карие глаза и выражение непонимания на тонком лице. Как верно заметил Зверь, неизвестно, насколько долгим может оказаться его век.

Шало сел на трон, прервав размышления альфы, дал ему едва заметный знак подойти ближе.

- Мы уходим, - проговорил он, не сводя глаз с наполненного людьми зала.

Бета встал сразу после этих слов, музыка мгновенно стихла, люди образовали живой коридор, мужчины кланялись, а женщины делали реверанс, пока Шало проходил через весь зал.

- Зайди ко мне, - тихо бросил парень, закрывая дверь своей спальни.

Пандар только хмыкнул на это, но все-таки закрыл за собой дверь и прошел через террасу к Шало. Бета сидел в мягком кресле и блаженно вытянул уставшие от танцев ноги. Шало посмотрел на альфу, внезапно легко ему улыбнулся.

- Зачем ты позвал меня? - отстранено спросил Змей, проигнорировав улыбку.

- Хотел сказать спасибо. Не стану отрицать, что публичное извинение Галиуса доставило мне определенное удовольствие, - честно признался бета, следя за выражением лица Змея. Тот криво усмехнулся.

- Не стоит меня благодарить. Мне тоже доставило это… определенное удовольствие, - сказал альфа глядя в глаза парню. Тот коротко вздохнул, но взгляда не отвел. Он был единственным, кто мог смотреть в глаза Змея так долго. Будто они его не пугали. - Я удивлен, что люди еще не шарахаются от меня.

- Сейчас они взбудоражены победой, не думают о тебе как о… - Шало запнулся.

- Об убийце, - услужливо подсказал Змей.

Бета поджал губы. Он не хотел, чтобы Пандар произносил это слово. Потому что оно само всплыло у него в голове, когда бета увидел, как когти прорезали металл. Он внутренне порадовался, что Пандар верен ему, а не его врагам. Тогда на него было бы совершенно всего одно покушение, которое вышло бы несомненно удачным.

Пандар снова усмехнулся, будто поняв, о чем думает Шало. Бете стало несколько не по себе.

- Думаю, что когда северяне уедут, подробности сотрутся из памяти, - сказал парень.

- Посмотрим, - слегка кивнул Змей.

На самом деле, альфа был почти уверен, что подробности не сотрутся. Наоборот, люди станут возвращаться к повседневной жизни и начнут просматривать воспоминания о делегатах словно картинки в альбоме. И они непременно вспомнят турнир, а вместе с ним и Змея. Вот тогда от него будут действительно шарахаться. Хотя с другой стороны… когда было иначе?

Ни слова не сказав бете, мужчина повернулся к нему спиной и вышел на террасу. Он встал к самом бортику, глянул вниз. Ему нравилась то, как он недосягаем сейчас для кого бы то ни было. Шало не в счет. Взгляд плавно переместился на море вдалеке.

- Скучаешь по морю? - тихо спросил Шало, подойдя со спины.

Довольно смело, если учесть, что Пандар этого очень не любил и как-то бета уже в этом убедился. Обошлось без последствий, но мальчишке хватило. Видимо, опыт стал стираться из его памяти.

- Нет, - качнул головой Змей. Он обернулся в пол оборота, деликатно взял Шало за плечо и поставил рядом с собой.

Губы беты дрогнули, будто он вспомнил что-то забавное. Альфа посмотрел на него, и Шало на мгновение показалось, что в глазах Пандара промелькнуло нечто, подозрительно похожее на сдерживаемое веселье. Будто он тоже что-то вспомнил. Это внезапное воспоминание четырехлетней давности стало общим для обоих, словно сроднило их на долю секунды.

- Все еще не любишь, когда подходят со спины? - понимающе улыбнулся Шало.

- Я думал, что ты об этом забыл, - хмыкнул мужчина.

- Вряд ли я забуду, как ты меня чуть не задушил, - по-дружески сказал бета.

- Просто не надо отвлекать меня, когда я думаю, - пробормотал Змей.

Шало усмехнулся. Несмотря на то, что тогда бета здорово испугался, сейчас это не казалось чем-то пугающим. Наверное, потому что теперь он знал Пандара гораздо лучше. И еще он понял, что не подходить со спины - это не прихоть. Трудно ожидать другой реакции, когда не видел от людей ничего, кроме ужасающей жестокости.

- Знаешь, мне кажется странным, что дуальщик вдруг потерял сознание прямо перед боем, - вдруг сказал Змей.

- Не думаю, что это Галиус. Он, конечно, любит побеждать, но удовольствие ему доставляет настоящая победа. Он так лишний раз подпитывает свое самолюбие.

- Тебе лучше знать, - пожал плечами Пандар.

- Ты мне не веришь? - спокойно спросил бета, заглянув в глаза мужчине.

Почему-то Пандару на секунду показалось, что вопрос не совсем относится к их разговору. Но альфа отмел неуместную мысль и ответил:

- Просто довольно необычно, что здоровый молодой воин теряет сознание просто так.

- Возможно, это работа не Галиуса. В любом случае, лекари уже поставили его на ноги, не найдя никаких следов яда или чего-то в этом духе, - пожал плечами Шало, немного помрачнев. Он не хотел думать обо всем этом сейчас, но Пандар почти что насильно возвращал его в неприятную действительность. Будто специально.

Змей только глубоко вздохнул. Снизу стала доноситься музыка, видимо, кто-то открыл главную террасу. Альфа не заметил, как стал прислушиваться. Указательный палец стал неслышно двигаться в такт. У Пандара всегда было отличное чувство ритма, а после перерождения это только усилилось. Но мысль о танцах никогда даже не посещала голову мужчины.

Шало заметил, как Змей отмечает каждый такт, но ничего не сказал. Он не мог представить себе этого альфу, который бы танцевал. Он и смеющимся или просто улыбающимся его представить не мог. Интересно, он вообще когда-нибудь по-настоящему улыбался? И как давно это было?

Вдруг бета понял, что и сам он стал улыбаться совсем нечасто. Он имел в виду искренне, а не по-светски холодно, безразлично. Шало прикусил щеку изнутри, чтобы отогнать непрошеные мысли.

- Я… устал, - пробормотал бета. - Спокойной ночи.

- И тебе, - отозвался Змей, вновь посмотрев на море.

_ _ *

Шало отскочил назад, чтобы чуть отдышаться. Бета выставил руку перед собой, и Пандар остановился, опустив клинки. Они тренировались в усиленном режиме почти час, и Шало прилично устал, но не желал останавливаться, а альфа и не щадил его. Благодаря их тренировкам реакция Шало стала значительно острее, а выносливость - больше. Теперь Пандар мог позволить себе минут пятнадцать драться в полную силу, не опасаясь убить мальчишку. А тому похоже, только это и нужно было. Бета сел прямо на пол, расстегнул ворот рубашки и потер вспотевшую шею. Он посмотрел на невозмутимого Пандара снизу верх и в который раз поразился тому, как долго он может сохранять концентрацию и бесстрастность. Шало бы это не помешало. Но таким как Змей он становиться не хотел ни в коем случае.

- Сколько ты можешь вот так? - вдруг спросил бета.

Змей моргнул, он явно не ожидал вопроса, который судя по долгому молчанию, был для него не самым приятным. Шало прикусил язык, он не хотел бередить старые раны Пандара, которые, похоже, все еще не затянулись. И вряд ли затянутся.

- Я не знаю, - медленно проговорил альфа, кладя клинки на пол, - Смотря с кем. С тобой несколько часов, наверное.

- Спасибо, - усмехнулся Шало.

- Неужто ты обижен?

- Конечно, нет, - покачал головой бета, мимолетно улыбнувшись. - Подожди меня здесь, я скоро вернусь.

Пандар кивнул. Он слышал, как открылась дверь, ведущая в узкий коридор, который соединял зал для тренировок и спальню короля. Альфа не беспокоился, что с Шало может что-то случиться по дороге, про коридор скорее всего никто не знал, а в спальне вряд ли кто-то мог ждать бету. Альфа сел на пол, ощущая сквозь брюки холод мрамора. Вдруг мужчина услышал увесистые шаги, отдающиеся эхом в коридоре. В мгновение ока Пандар оказался на ногах, но оружие опустил. Если это кто-то из делегатов решил прогуляться, то может выйти довольно… напряженно, учитывая недавно прошедший турнир.

Большие двойные двери раскрылись с странно негромким стуком, и на пороге показался северянин. Галиус. Змей мимолетно успел пожалеть, что все-таки опустил кинжалы. Если бы Галиус увидел его с оружием в руках, неловко бы альфе не было, поскольку это полностью отражало его внутренне состояние. Северянина Пандар… недолюбливал.

- Доброе утро, - поприветствовал король Змея. - Я помешал вашей тренировке?

Тут взгляд мужчины опустился на второй комплект кинжалов, опущенных на пол. Пандар сделал вид, что не заметил его вопросительного взгляда. Губы Галиуса дрогнули, будто он усмехнулся про себя наглости телохранителя Шало.

- У вас есть партнер? - спросил альфа. - Я все-таки помешал вам.

- Это решать повелителю. По его настоянию мы тренируемся вместе, - невозмутимо ответил мужчина.

- Вот как. Возможно, вы не откажетесь побыть моим партнером пару минут, пока Его Величество не нанесет нам визит?

- Разумеется, - легко согласился мужчина.

Видят Боги, Пандар и не надеялся на такой исход событий. Но он был ему почти рад. Альфа чувствовал, что ему мало просто продемонстрировать свое умение на арене, он желал лично “побеседовать” с этим человеком. Пандару было наплевать, что в нем говорило: тщеславие, самолюбие или неприязнь. Просто хотелось, чтобы Галиус на своей шкуре распробовал все многочисленные преимущества Змея.

- Выбирайте оружие, Ваше Величество, - сказал Пандар. - С вашего разрешения я оставлю парные клинки.

- Как вам угодно, - согласился король.

Он недолго выбирал оружие, остановившись на двуручном мече. Пандар невольно усмехнулся про себя. На стене висело столько оружия, а Галиус выбрал этот меч. Никакого воображения. Змей смотрел, как северянин делает пару пробных выпадов. Силы ему было явно не занимать. Но альфу это ничуть не смущало. Чезаре был гораздо сильнее, а в свое время Пандар смог его сдержать, хотя друг и нанес ему ужасающие раны, от которых осталось с десяток шрамов, которые, впрочем, Змей предпочитал не рассматривать на чешуе. И так красота такая, что людям показаться нельзя.

Видя, что Галиус встал спокойно, явно ожидая, пока Пандар встанет в стойку. Альфе было это не нужно, но он продемонстрировал свою готовность, подняв оружие.

Массивный Галиус проявил невиданную для свои размеров прыть. Он мгновенно сорвался с места, понесся на Змея будто медведь. Мужчина отскочил в сторону, хотел нанести северянину удар, но тот резво отразил его. Спустя несколько минут не было нанесено ни единого удара, оружие звенело все чаще, а результата по-прежнему не было. Но Галиус был исключительно хорошим воином: неутомимым, сильным, ловким. Пандар все чаще ловил себя на мысли, что парные клинки в руках раздражают все сильнее, неудержимо хотелось выпустить когти, а это было верным признаком того, что звериные инстинкты чувствуют опасность. Противники схлестнулись в который раз, Пандар поймал меч в ловушку клинков, Галиус напирал сверху, но Змей вывернулся, отскочил назад, не потеряв оружия.

- Теперь я понял, почему он нанял тебя, - сказал мужчина, не спеша нападать снова. - Но я не слепец, чтоб не заметить его к тебе отношения.

- На что вы намекаете? - с впечатляющем спокойствием осведомился Пандар, хотя его дыхание несколько сбилось.

- Не разыгрывай глупца, - усмехнулся северянин. - Он спит с тобой?

- Спросите его сами, - пожал плечами Пандар.

Повисло молчание. Змея в какой-то степени забавляло, что Галиус мог так подумать. Возможно, потому что это было неправдой… а возможно, потому что в самой глубине души Змей тихо порадовался, что бета все-таки относится к нему не так, как ко всем. И чужак это заметил. Но Пандар не желал развивать мысль в эту сторону, он ограничился тем, что его это просто развеселило в какой-то степени.

А Шало странно задержался. Его “скоро вернусь” длилось уже минут двадцать. В груди Пандара мелкой змейкой шевельнулось беспокойство и недоумение. Альфа с досадой понял, что во время битвы с Галиусом мог и не услышать, если наверху что-то произошло. Конечно, крик Шало Пандар услышал бы даже будь альфа мертвым. Но все-таки…

- Ваше Величество, - если у вас больше нет вопросов, я хотел бы отправиться к моему господину, - сказал Пандар.

Эта фраза была простой формальностью. Змей знал, что уйдет и без разрешения альфы. Пандар видел в глазах Галиуса, что и он это понимал. Но похоже, что его такое положение вещей теперь не удивляло. В конце концов, Змей дал ему немало возможностей понять его отношение к Шало и к нему.

- Не смею задерживать, - спокойно ответил Галиус.

Он проводил Змея глазами. Этот… человек заинтересовал его не только своим внешним видом, но и поведением. Он ясно дал понять, что служит только дакарскому королю. Любопытно, чем этот бета заслужил такую преданность? Не смотря на всю неприязнь, Галиус сильно сомневался, что телохранителя можно купить.

_ _ *

Неожиданно долгое отсутствие Шало насторожило Пандара. Он не собирался показывать Галиусу тайный проход в спальню беты, а потому пришлось идти по коридору, а затем подниматься по лестнице. Нехорошее предчувствие зашевелилось где-то на самом дне сердца, Змей ускорил шаг, будто кто-то толкал его в спину. Альфа без стука вошел в спальню Шало, но его там не было. Пандар беззвучно выругался, резко развернулся и пошел вниз. Он прошел мимо зала советов, поднялся в зоопарк. Никто из слуг не знал океанского, а потому спрашивать, где король было совершенно бесполезно. Пандар решился напоследок заглянуть в библиотеку, а только после этого поднимать тревогу. Двери библиотеки открылись, и Змей вошел в огромную светлую комнату.

Он сразу увидел Шало. Тот сидел, закинув ноги на подлокотник соседнего кресла, и даже не пошевелился, когда альфа вошел.

- Ты долго, - произнес бета, не отрывая глаз от книги.

- Ты обещал скоро вернуться, - ответил Пандар. Он был раздосадован, что стал жертвой какого-то глупого беспокойства, свойственного курице-наседке, а не воину. Альфа внутри себя сморщился будто от зубной боли, хотя уже и забыл, что это такое.

- Я послал за тобой, - ответил Шало, отложив книгу. - Не мог вернуться, меня вызвали.

Просто после очередной схватки с Пандаром, он понял, что просто устал, но духу ему признаться в этом альфе не хватило. И бета презирал себя за подобное малодушие. Это было просто отвратительно, но являлось неоспоримым фактом. Шало вымотался физически и морально, присутствие Галиуса стало тяготить его, как и присутствие Змея. Хотелось побыть одному, но бета понимал, что не может себе этого позволить. И, наверное, никогда не сможет.

Шало солгал альфе. Он не посылал за ним. Просто ушел сюда, в выдуманный мир, написанный чернилами, понадеявшись хоть на полчаса забыть о своих проблемах, которым не было конца. А сказать об это было некому. Да и не хотелось. Вернее хотелось, но… бета не мог. Король не может испытывать слабость тела или духа.

Змей посмотрел как-то так, словно вдруг все понял. В один миг. И Шало стало еще больше не по себе. Как-то стыдно и одновременно по-тихому радостно, что кто-то… понял его и не стал задавать ненужных вопросов.

Пандар сел в кресло, вытянул ноги. Шало вновь углубился в свою книгу, но альфа видел, что бета не читает ее, только смотрит на темно-синие, почти черные строчки. Змей не мешал ему разыгрывать эту комедию. В конце концов, мальчишка имел право на минуту спокойствия. Глядя на него сейчас, такого до смешного напряженного в своей попытке расслабиться, он понял, что не скажет ему о их поединке с Галиусом. Вряд ли это будет иметь какие-то последствия, а вот Шало станет дергаться, ожидая подвоха.

Но почему-то нехорошее предчувствие так и не умолкло, оно просто затаилось, и Змей тщетно пытался понять причину этой глупой тревоги. Альфа просто стал ждать. Это все, что он мог. Ждать и надеяться, что чутье все-таки его обмануло. Впервые в жизни.

_ _ *

Вечером стало неожиданно холодно. Шало удалился в свою спальню и сказал никому его не беспокоить. Более того, он сказал, что у альфы есть пара свободных часов. Только пускай выходит из дворца тем же путем, которым они убегали на праздник тысячи огней. Пандару почти прямо сказали не показываться на глаза, а поскольку альфа никогда не был глупцом, то легко понимал намеки. Тем более такие незамысловатые.

Пандар надел свой плащ, который только недавно принесли из прачечной, и воспользовавшись ходом через спальню Шало, на что бета не обратил внимания, будто альфы вообще не было в его комнате. Затем мужчина пересек зал для тренировок, вышел в коридор. На этот раз здесь никого не было, и Змей, не таясь, пересек и его. Спустя несколько минут он оказался в парке.

Здесь было тихо и свежо. Где-то вдалеке трещали цикады, воздух наполнился этим стрекотом, ароматом каких-то цветов, шорохом листвы от легкого ветерка… Пандар на минуту остановился в тени огромного дерева и замер, прислушиваясь. Он закрыл глаза на секунду и заставил себя просто слушать. Альфа вообще любил слушать. У него в памяти была целая коллекция различных звуков. Некоторые он предпочел бы забыть навсегда, а другие отчаянно боялся больше не вспомнить.

Альфа вышел из тени и неспешно пошел к воротам. Камушки шуршали под его ногами, мужчина вдруг перестал торопиться. Если у него впервые за эти месяцы появилось свободное время, значит он имел право тратить его так, как ему вздумается. А сейчас хотелось именно идти по этой дорожке.

Змей вдруг понял, что не он один наслаждается этим вечером. Но присмотревшись, Пандар выдохнул спокойно. Этого человека он помнил.

- Я помешал тебе? - спросил северянин, выйдя из тени живой изгороди.

- Разве что немного, - усмехнулся Змей. Видимо, его фигура тоже была легко узнаваемой, раз бывший противник опознал его в плаще с капюшоном, надвинутым на лицо. - Но это не страшно.

Альфы, не торопясь, пошли рядом. Ни одного не тянуло на разговоры. Подумав, что все-таки невежливо оставаться в капюшоне, Змей снял его. Он посмотрел на небо, затем на приближающиеся ворота, альфы свернули вправо, и взгляд Змея опустился на их ноги. На периферии сознания мужчина отметил, что плащ северянину явно короток.

- Пришлось одолжить у друга, - пояснил чужак, перехватив взгляд Пандара. - Мой в негодном состоянии.

- Я мог бы дать тебе свой, - сказал Змей. - Мы хотя бы одного роста.

Северянин удивился, мужчина видел, как на мгновение вытянулось его лицо.

- Не думал, что я способен на подобное дружелюбие? - понятливо усмехнулся Змей.

- Ты не производишь такого впечатления, - пожал плечами гость. - Ты вообще человек?

- В каком-то роде, - отмахнулся Пандар. Его немного поразило, что собеседник спросил так прямо. Не стал юлить.

- Значит так,- пробормотал северянин. - Если предложение все еще в силе, я согласен обменяться.

Змей остановился, снял с себя плащ и отдал его мужчине. Тот не стал надевать его, повесил на руку. Пандар накинул его плащ, ему он тоже был коротковат.

- Спасибо, - просто сказал альфа. - Постараюсь вернуть поскорее.

- Как хочешь, - ответил Змей.

Северянин кивнул ему. Он посмотрел на небо, помолчал с минуту.

- У вас тут небо совсем другое. Будто в другой мир попадаешь.

- На севере оно будто колючее, - кивнул Пандар.

- Ты бывал в моих краях? - альфа перевел взгляд на мужчину.

- И не только там, - негромко ответил Змей. Разговор начал его потихоньку тяготить, он понял, что сказал этому чужаку достаточно. Не нужно было, чтоб в нем проснулось любопытство, и он начал искать, кто Змей такой. Не дай Боги, найдет. - Меня ждет господин.

- Конечно, - кивнул северянин.

Змей коротко кивнул ему и пошел в противоположную сторону. Сначала он действительно шел ко дворцу, не желая, чтобы чужак услышал скрип открываемых ворот, а потом все-таки свернул к ним. Публичную часть парка Пандар преодолел быстрым шагом, словно тень скользя по земле.

Улицы стали уже засыпать, поэтому то, что искал альфа, найти было нетрудно. Улица светилась неярким красным светом фонарей, Пандар иногда видел его со своей террасы. Улица была узкой, но все еще чистой, хотя от такого района можно было ожидать другого. Омеги и женщины гуляли, демонстрируя свои прелести. Иногда среди них попадались беты. Пандар накинул капюшон, прошел немного вглубь. У какого-то кабака стояли соломенные столики и стулья. Альфа сел на один из таких и стал ждать, когда его одиночество решит скрасить какой-нибудь прелестник.

Это произошло довольно скоро. Сначала Пандару предложила выпить девушка с весьма объемными формами, но получив отказ, она ушла, после чего на столик облокотился омега. У него были миндалевидные глаза, вокруг которых уже начали собираться морщинки, и темные волосы, Пандар посмотрел на это лицо, начавшее слишком рано стареть, из-под капюшона, и похлопал по свои коленям. Омега деликатно присел, обнял мужчину за шею и собирался снять капюшон, но Пандар остановил его руку. Он взял его ладонь, невесомо поцеловал, едва коснувшись губами, и сказал:

- Не здесь.

Омега улыбнулся. Он взял мужчину за руку, обтянутую перчаткой, и повел его в кабак. Там они поднялись по лестнице, минуя зал с игорными столами и выпивкой, и зашли в маленькую комнатку, в которой горел красноватым светом фонарик, и стояла кровать. А больше не было ничего, только небольшое окно и занавески на нем.

Пандар глубоко вздохнул, сел на кровать. Омега сразу опустился на его колени, крепко обнял за талию ногами. Он вновь потянулся к его капюшону, но Змей мотнул головой.

- Ни трогай ни капюшон, ни плащ.

- Понятно, - пробормотал омега. Змей заметил тень беспокойства, мелькнувшую на его лице.

- Не бойся, я не болен. И я не пришел убить тебя, - усмехнулся мужчина.

- Это радует, - прикрыл глаза омега.

Змей обхватил его за талию. Он все еще был в перчатках и не собирался их снимать. Просто альфа запретил снимать их в такие моменты, чтобы постоянно помнить об осторожности. Нельзя, чтобы когти ненароком поцарапали омегу. Проститутка тоже имеет право на жизнь, пускай и на такую. Альфа снял с омеги рубашку, провел ладонью от выпирающих ключиц до самого живота. Омега прижался к нему теснее, погладил по плечам, скрытых плащом. Пандар осторожно поцеловал временного любовника в шею, спустился до ключиц. Ему просто хотелось почувствовать, когда его пульс собьется с ритма, хотя мужчина сомневался, что такие холодные ласки смогут его разогреть.

Однако, то ли омега был невероятно отзывчив, то ли он умело притворялся, но через какое-то время на нем не было никакой одежды. Он ластился к Пандару словно кот к хозяину, прижимался к нему животом, терся об него. Омега сам расстегнул штаны альфы и вытащил его член, покрытый крошечными белыми чешуйками, совсем походящими на кожу. Он пробежался прохладными тонкими пальцами по всей длине, обвел головку. Змей стиснул зубы, внезапно вспомнив, как долго он обходился без всего этого. Словно почувствовав его состояние, омега легко и плавно опустился на него сверху и сразу стал слегка покачиваться. Пандар убрал руки за спину, чтобы не дать волю похоти, которая могла пробудить в нем настоящее чудовище. Балансируя на грани, Змей все еще цеплялся за рассудок и заставлял себя держать руки и начавшие удлиняться когти подальше от омеги, который облизывал губы влажным языком, раскачиваясь все скорее, пока Пандар хрипло не охнул от вспышки удовольствия, которое от низа живота быстро разлилось по венам. Омега помог себе рукой, после чего слез с мужчины. Пандар несколько раз глубоко вздохнул, а затем начал поправлять на себе одежду. Он вытащил из кармана несколько золотых и положил на смятое покрывало.

- Щедро, учитывая, что я ничего не сделал, - хрипловато сказал омега. Он все еще был голым, совершенно не стыдясь своей наготы.

- А я ничего и не просил, - негромко ответил Пандар и вышел за дверь.

Комментарий к Глава 7

========== Глава 8 ==========

Пандар вышел из кабака и размашистым шагом пошел ко дворцу. Он чувствовал, что его пару часов заканчиваются, да и неприятное скользкое предчувствие, мучившее его весь этот день, не отпустило. Змей миновал улицу красных фонарей, словно мифическое существо из древних легенд скользил в темноте. Полы его плаща слегка развевались, обтекали ноги, чуть шурша. Город почти смолк, и Пандар слышал каждый редкий звук.

Омега помог сбросить ему накопившееся напряжение. Змей был рад, что предоставился такой случай, иначе пришлось бы туго. Конечно, альфа никогда бы не стал отвлекаться из-за неудовлетворенного желания от своих прямых обязанностей, но так было несомненно легче. Даже будучи почти змеей Пандар оставался здоровым альфой. А Шало был бетой. Молодым, красивым, гибким… абсолютно недоступным. И в условиях того, что регулярного секса у альфы не было, это закономерно, что он стал обращать внимание на бету. На кого же еще? Не на Ратмира же.

Найдя такое логичное объяснение, Пандар задвинул все странные ощущения, которые все еще не исчезли, подальше. Хотя должны были. Телу было спокойно, как всегда бывает после секса. А вот душа требовала чего-то еще. Но альфа не знал, чего именно, такое было ему в новинку. Да и не хотел мужчина думать об этом. Он безжалостно напоминал себе раз за разом, что даже самая дерзкая, нереальная мечта, которая так и останется мечтой, не имеет права на существование. Пускай и лишь в голове альфы.

Настроение резко поползло вниз. Пандар вновь чувствовал себя так, будто этим вечером ничего не произошло. Глупые запретные мысли снова вернулись в голову, навязчиво крутились в ней, шли по кругу, будто желая свести своего хозяина с ума. Альфа ругнулся сквозь зубы. Его шаг становился все быстрее, перешел на бег, который тоже становился все стремительнее с каждым мгновением. Альфа несся вперед, плащ обвивал его ноги, будто смерч завихрялся с каждым новым шагом. Но дыхание мужчины все не сбивалось, усталость не желала брать свое и избавлять альфу от противоречий, которые почти разрывали его на части.

Остановившись перед парковыми воротами дворца, мужчина понял, что только что совершил ту же ошибку, которую делал Чезаре много лет подряд. Что толку бежать? От себя бежать бесполезно. Пандар постоянно говорил это Зверю. А теперь пытался сделать то же самое. Как плачевно и ужасно глупо.

_ _ *

Рано утром Пандара разбудил звук открывшейся двери. Скрип был едва слышен, но этого альфе хватило, чтобы мгновенно вскочить на ноги. В зыбком свете рассвета мужчина увидел фигуру слуги, который держал перед собой подсвечник словно оружие. Стремительное пробуждение Пандара, видимо, напугало его.

- Что? - требовательно спросил альфа.

- Вас вызывают вниз, - чуть дрогнувшим голосом ответил слуга.

- Его Величество?

- Да.

Пандар кивнул, он прислушался, не услышал никаких звуков за стеной. Альфа прошел через террасу, осторожно заглянул в спальню Шало. Но его там не было. Пандар вернулся в комнату, где его ждал слуга, быстро надел рубашку и, не взяв с собой плащ, стал быстро спускаться вниз по лестнице. Слуга шел слишком медленно, боясь, что свечи потухнут. Но мужчина все прекрасно видел и так. Окна были большими, а рассвет уже занялся и теперь медленно тлел на востоке. Слуга вывел мужчину в парк, они пошли к лабиринту. Пандар напрягся. Ему это резко не понравилось.

Они недолго шли по лабиринту, когда Пандар услышал приглушенные живой изгородью голоса. Спустя несколько поворотов мужчина увидел несколько знакомых фигур, которые обступили что-то и негромко разговаривали. Среди них был и Шало. Неприятное предчувствие, которое мучило Пандара уже сутки, не умолкло. Оно вопило, что случилось нечто действительно ужасное, раз монарха подняли с постели в такой безбожно ранний час.

Услышав шаги вновь прибывших, люди обернулись как по команде. Пандар узнал Галиуса, Ратмира, какого-то человека, которого альфа видел всего пару раз, и старого лекаря. Галиус отошел в сторону, и альфа увидел лежащего на земле человека. Это был северянин, с которым альфа разговаривал вечером. И он был вне всякого сомнения мертв.

- Полагаю, вы уже поняли, что случилось? - осведомился Галиус, нехорошо сверкнув глазами.

- Ваш подданный мертв, - бесцветно сказал Пандар. - Что произошло? Я сомневаюсь, что это случайность.

Шало глубоко вздохнул.

- Его плащ насквозь пропитан ядом, - тяжело сообщил бета. - Смерть наступила за несколько минут.

- Дело в том, что его плащ был испорчен, - сказал Галиус. - Это не его одежда. Кто мог дать ему этот?

- Плащ дал ему я, - спокойно сказал Пандар. Альфа заметил, как Шало сжал челюсти, что есть сил. Он был весь натянут как струна. - Мы встретились недалеко отсюда вчера вечером. Я заметил, что его плащ слишком короток ему, а потому предложил свой.

- Вот как, - пробормотал Галиус. В его голосе Пандар услышал отчетливую угрозу.

- Ты знал о яде? - спросил Шало. Он должен был это спросить.

- Конечно, нет, - ответил Пандар.

Альфа подошел к трупу, затем наклонился и принялся развязывать тесемки на шее мертвого северянина. У Шало мороз пошел по коже от этого спокойствия и безразличия, которые прослеживались в каждом движении телохранителя. Пандар вытащил плащ и затем просто надел его.

- На меня яды не действуют. По крайней мере таким способом, - сказал мужчина. - С ним, - Пандар кивнул на лежавший на земле труп, - мы встретились случайно. Я вышел подышать, мой господин дал мне немного свободного времени. Если бы я хотел убить кого-либо, я сделал бы это по-другому.

Повисло молчание. Пандар по-прежнему стоял в плаще, не ощущая никаких симптомов яда. Чешуя ничего не пропускала, не впитывала в себя как человеческая кожа. Хоть какой-то плюс.

- Унесите нашего гостя, - приказал Шало, взглянув на Ратмира, - и позаботьтесь о нем. Полагаю, что нам всем пора вернуться. Ваше Величество, могу вас заверить, что виновные будут найдены как можно скорее и переданы вам на ваш суд.

- Благодарю, - мрачно ответил альфа.

Ратмир отправился за стражей, чтобы перенести тело. Пандар снял с себя плащ и отдал его лекарю, который предварительно надел две пары перчаток. Галиус уже ушел во дворец, не дожидаясь Шало или стражников. Бета молча развернулся и тоже пошел рочь из лабиринта, заставив Пандара догонять себя.

Шало был мрачным, бледным и абсолютно невыспавшимся. Но он энергично шел, по пути резко раздавая приказания. Бета приказал немедленно принести ему завтрак. Когда они дошли до покоев Шало, завтрак был уже там. Бета, не глядя, взял какую-то булочку с тарелки и как-то зло ее укусил. Пандар смотрел, как он энергично жует.

- Позавтракай, - сказал парень, кивнув на поднос, полный еды.

- Я не хочу, - негромко ответил альфа. - Ты же знаешь, что я его не убивал, - утвердительно сказал Пандар, но в его голосе бета услышал странные нотки.

Будто альфе было важно, чтобы он ему поверил.

- Конечно, - спокойно ответил Шало. - Я верю тебе. Но раз плащ, пропитанный ядом, был твоим…

- Значит и яд был для меня, - удивительно безжизненно ответил Пандар. - Думаю, что после поединка твои несостоявшиеся убийцы поняли, что пока я жив, им до тебя не добраться. Вот они и попытались решить проблему кардинально.

- Думаю, ты прав, - согласился Шало, устало садясь на пуфик.

- Ложись спать, - посоветовал Пандар.

- Ты серьезно думаешь, что я смогу теперь уснуть? - неожиданно резко спросил бета. - Я не ты.

Пандар промолчал. Ему не стало больно, нет. Конечно, нет. Откуда ей взяться? Он ведь ничего не чувствует. Не должен чувствовать.

Шало тяжело вздохнул, поняв, что сказал и кому.

- Извини, - сказал Шало. - Я не хотел тебе этого говорить.

- Я даже не помню, что ты сказал, - усмехнулся Пандар.

Повисло тяжелое молчание. Альфа понимал, что Шало сказал то, что давно у всех вертелось на языке: он бесчувственное чудовище. Машина. Бета всего лишь озвучил это. Только вот почему вдруг старуха-тоска подобралась так близко и будто задышала в лицо смрадом прошлого?

Шало же понял, что безжалостно ткнул в старую гнойную рану. И хотя Пандар не закричал от боли, это вовсе не значило, что он ее не ощущал. Бета почувствовал себя каким-то палачом и садистом.

- Как отреагирует Галиус? - спросил мужчина.

- Есть два варианта развития событий: либо все худо-бедно налаженные контакты будут разорваны, а Дакар будет обвинен в убийстве подданного чужого государства, что может повлечь за собой даже войну, либо Галиус проявит терпение и попытается оказать какую-то помощь в расследовании или хотя бы сделает вид.

- Какой вариант беспокоит тебя больше? Какой из них более вероятный?

- Оба. Галиус прежде всего военачальник. То есть хитрый, умный, изворотливый и сильный. Так что возможны оба варианта. Он уже сказал, что хочет поговорить, когда наступит полноценное утро, а не эта предрассветная ересь.

- Что ж, - пробормотал Пандар, - могу пожелать тебе удачи.

- Спасибо, - мрачно ответил Шало. Он потер шею. - Пожалуй, я все-таки последую твоему совету, - негромко сказал бета.

Поняв намек, альфа кивнул и скрылся на террасе. Шало лег в кровать, не раздеваясь. Тело требовало отдыха, но воспаленное сознание отказывалось повиноваться, и бета так и не смог отдохнуть.

Когда солнце заняло свое положение на чистом небе, бета несколько ополоснул лицо, чтобы скрыть уж совсем явные признаки недосыпа, облачился в элегантный костюм из синего шелка и отправил записку Галиусу, в которой сообщал, что готов побеседовать. Ответ не заставил себя долго ждать, и Шало, не сказав и слова Пандару, вышел из своих покоев. Он направился на самую большую террасу во дворце, где его уже ждал Галиус.

Альфа не выглядел очень мрачным или разъяренным, что и порадовало бету, и насторожило одновременно. Либо северянину наплевать на своего человека, что вряд ли, либо он что-то задумал. Второй вариант Шало категорически не нравился, поскольку выкручиваться будет очень сложно. На данный момент сила и власть на стороне Галиуса.

- Прошу принять мои глубочайшие извинения, - спокойно сказал Шало, подойдя к мужчине. - Виновные будут найдены и наказаны.

- Вы так уверены, что это сделал не ваш телохранитель? - спокойно осведомился альфа, чуть приподняв брови.

- Это не его стиль. Пандар предпочитает честный поединок, а не убийство под покровом ночи, да еще и таким способом.

- Вы так хорошо его знаете.

- Вы намекаете, что я могу покрывать убийцу? - ледяным тоном спросил Шало, посмотрев мужчине прямо в глаза.

- Ни в коем случае. Сожалею, если оскорбил вас. Просто я впервые встречаю правителя, который столь хорошо знает своего слугу, - глаза альфы блеснули. Он прекрасно понимал, что Шало сейчас заложник ситуации, а потому не стеснялся иди по самому краю, фактически открыто заявляя о своих подозрениях. И Шало это видел. - Он вам так предан…

- И гадаете, чем же я мог заслужить подобную преданность, - вдруг совсем не по-королевски усмехнулся бета. - Какие же догадки породило ваше сознание? Прошу, не отвечайте. Я не хочу войны.

- Вы очень смелый, Ваше Величество, - вдруг сказал Галиус. Он действительно не ожидал, что молодой бета окажется таким прямолинейным, хотя он прекрасно понимал, в каком положении находится. Это несколько подняло парня в глазах альфы. Почти заставило уважать. - Я тоже не сторонник войны, - сказал мужчина, взглянув в глаза Шало. - Раз вы уверены в своем телохранителе, то и я в нем уверен. Но я не могу оставить убийство одного из лучших моих воинов.

- Виновные будут доставлены вам, как только мои люди их вычислят, - спокойно сказал Шало. Не смотря на сказанное альфой, бета не мог позволить себе успокоиться. Еще слишком рано.

- Как скоро это произойдет? Видите ли, не смотря на то, что наша родина холодна, наши души и сердца весьма горячи, - многозначительно произнес Галиус. - У некоторых они слишком горячие и порой затмевают разум. Я не хотел бы, чтобы родственники убитого потребовали кровной мести и сами решились разыскивать убийц. Это покажет, что я не забочусь о своих людях.

- Какой срок вас устроит?

- Думаю, максимум три месяца. По истечении этого срока я вынужден буду предпринять определенные действия.

- Какие? Скажите прямо, Ваше Величество, - не дрогнул Шало. - Вы сказали, что не хотите войны. Чего же желаете вместо нее?

- А вы не только смелый, но и умный, - чуть улыбнулся Галиус. - Война с Дакаром не принесет мне ничего нужного. Если победа окажется за нами, в чем я почти уверен, поскольку моя армия лучше выучена и снаряжена, чем ваша, я получу от вас дань. Но все это довольно долго и утомительно. Да и затратно. Другое дело, брачный союз, - сказал альфа, посмотрев в глаза Шало. - Если по истечении срока вы не найдете убийц и не представите мне доказательства, что это именно они, а не козлы отпущения, я буду счастлив заключить с вами законный брак. В противном случае вам придется ждать долгой и весьма кровопролитной войны. Мой народ очень мстительный.

- Не сомневаюсь, - сухо ответил Шало. Он помолчал несколько мгновений, хотя решение было принято молниеносно. Другого выхода не было. Галиус имел право ставить условия, чем он и воспользовался. Ну что ж… - Я согласен с вашим предложением. Думаю, для нас обоих будет оскорблением составление письменного соглашения?

- Думаю, что да. Вполне достаточно и устного, - кивнул Галиус. - Я буду ждать известий.

- Постараюсь предоставить их вам как можно скорее.

_ _ *

Шало вернулся в свои покои и тихо запер за собой дверь. Еще по дороге в комнату он решил, что ничего не скажет Пандару, словно забыл о своих словах. Бете было досадно, что он попал в такую ловушку. Теперь его срок ограничен, нужно срочно искать убийц, которые являются одновременно и заговорщиками. Но как он найдет их за три месяца, если не смог за два года? Шало не представлял. А предложение замужества… Шало бесила сама мысль, что Галиус будет властвовать над ним. Что он будет его мужем, его повелителем. Не бывать этому!

Зато как будет счастлив Совет! Шало не зря решил не составлять письменный документ. Так об их соглашении с северянином узнали бы все. Кханы приложили бы все усилия, чтобы Шало вышел замуж. Каждый раз на заседаниях Совета Шало видел, как этих альф тихо раздражает, что над ними стоит бета девятнадцати лет. Что он им приказывает, не дает спуску, всячески мешает и требует повиновения. А Шало не хотел подчиняться им. Но мужу-альфе он хотел повиноваться еще меньше.

Значит, у него есть всего три месяца, чтобы распутать все нити этого клубка заговоров? Тогда игра началась.

_ _ *

Услышав, как ушел Шало, Пандар тоже вышел из своей комнаты, но направился в другую сторону. Что-то подсказывало альфе, что разговор у правителей выйдет длинным, а значит у него есть достаточно времени, чтобы наведаться к дряхлому старику-лекарю. Надо узнать, что за яд был на плаще. А слугами пускай занимается Ратмир. Пандар не станет ему мешать.

Как выяснил мужчина у слуг, лекарь обитал в самой дальней части дворца. Под его нужды был отведен подвал и первый этаж, где жил сам лекарь и располагался небольшой лазарет на пару мест. В основном он был предназначен для тяжело больных слуг. К высокопоставленным пациентам лекарь должен был ходить лично.

Лазерет был совершенно пуст, за исключением помощника старика, который сказал, что его учитель сейчас находится в подвале. Пандар открыл указанную дверь и оказался перед винтовой лестницей, ведущей вниз. Здесь горели факелы в подставках и сделаны деревянные перила. Специально для старика, видимо. Зачем он сюда забрался, если к его услугам столько места?

Когда Пандар преодолел половину ступенек, по рецепторам начали бить сильные незнакомые запахи. Среди них мужчина различил какие-то отголоски трав и… мертвого тела. Неприятный холодок закрался в сердце, темные воспоминания склизкими гадами шевельнулись на дне души. Пандар полоснул себя когтями по ладони, отрезвляя себя болью. Это был самый верный способ. Альфа спустился вниз.

Здесь все было заставлено шкафами с какими-то книгами и склянками. Под высоким потолком были небольшие окна, которые пропускали достаточно света, чтобы осветить это помещение. Здесь были два огромных стола, на одном из которых было тело, накрытое белой тканью. Второй же стол был весь в каких-то выбоинах, отметинах, следах пентаграмм и прочей гадости. Пандара невольно передернуло.

- Кто здесь? - спросил надтреснутый голос, донесшийся из-за занавески, ведущей в соседнюю комнату.

- Телохранитель Его Величества, - произнес Пандар. За занавеской появилось какое-то движение, и лекарь предстал перед мужчиной.

Пандар впервые мог рассмотреть его нормально. Небольшого роста, кожа морщинистая, вся будто пергамент, светлые глаза были глубоко посажены, словно ввалились. Волосы совсем седые. Боги, сколько же ему лет? Сто? Но не смотря на то, что старик был более чем неопасен, Пандару все равно было неприятно находиться наедине с ним.

- Что-то беспокоит вас? - спросил старик. - Присядьте, - он указал рукой на стул.

- Нет, спасибо. Я не болен. Вы можете определить, что за яд был на плаще? - спросил альфа. Старик молча прошел к телу, как ни в чем не бывало откинул простыню.

- Яд скорее всего растительного происхождения, - сказал лекарь. Его было очень много, поскольку убитый был в одежде, открытыми участками кожи были только шея и руки от локтей. Но этого хватило, чтобы убить его. Яд вызвал отек горла, и он задохнулся.

Все это было сказано ровно, без оттенка сожаления или отвращения. Кажется, Пандар начал понимать, почему людям так не нравилось его собственное хладнокровие. Странно было смотреть, как человек так спокойно говорит о чей-то смерти, последних минутах, проведенных в агонии удушья.

- Я так понял, что плащ ваш? Яд предназначался для вас? - спросил лекарь, внимательно взглянув на Пандара.

- Вы наблюдательны.

- А вы совершенно поразительны, - вдруг сказал старик. - Яд на вас не подействовал вообще?

- Вообще, - нехотя ответил мужчина.

- Простите мне мое любопытство. Я впервые сталкиваюсь с подобным. Вы уникальны. - Пандар усмехнулся. Пожалуй, он впервые в жизни слышал подобный эпитет по отношению к себе. Лекарь будто прочел его мысли. - Вы со мной не согласны? Но тем не менее, вам дарованы уникальные способности. Пользуйтесь ими, а не скрывайтесь под плащом будто ночной кошмар.

- Многие люди с вами не согласятся, - сухо сказал альфа. - Но это неважно. Что еще вы можете сказать о яде?

- Больше ничего. Многие растительные яды вызывают удушье. Как правило, яды экзотических лягушек вызывают непродолжительную лихорадку, обезвоживание. Этот яд весьма скор на расправу, из чего я делаю вывод, что он скорее растительного происхождения. А раз он опасен при нанесении на кожу… Первой на ум приходит манцинелла. Это дерево, у которого ядовито абсолютно все. Даже дым от его сожжения вызывает слепоту. Самый верный способ избавиться от человека - это подсунуть ему манцинеллу в любом виде.

- Эта гадость растет в Дакаре?

- В Дакаре растет совершенно все, - пожал плечами старик. - В этом климате урожай собирают четыре раза в год. Так что манцинелла тут тоже есть. Другое дело, что деревья срубают… Думаю, что есть место, куда отвозят срубленные стволы и ветки. Что делают с корнями, я не знаю.

- Яд трудно приготовить? - спросил Пандар.

- Если вы выстираете ткань в соке манцинеллы, то при высыхании она вся будет в страшном яде. При контакте с кожей ткань нагревается и наступает смерть. Сделать это мог кто угодно, Пандар.

- Вы знаете, как меня зовут? - слегка удивился мужчина.

- Я слышал, как вас называл повелитель. Вы предпочитаете, чтобы я звал вас по-другому?

- Зовите Змеем. Мне так привычнее, - соврал альфа. На самом деле он не хотел, чтобы этот старик произносил его имя своим надтреснутым каркающим голосом. - Благодарю за помощь.

- Был рад. Если вам что-то понадобится, вы знаете, где меня искать, - сказал лекарь.

Мужчина кивнул и стал подниматься по лестнице. Он с удовольствием вдохнул лишенный запахов воздух в лазарете. Внизу было как-то… неприятно. Мужчина не хотел копаться в себе и думать, почему старик и его склеп вызвал такие странные ощущения. Пандар надеялся, что больше спускаться ему туда не придется.

_ _ *

Едва мужчина вернулся, Шало сообщил ему, что они едут проверить строительство флота, и не дожидаясь комментариев или вопросов Пандара, просто стал спускаться вниз. Альфа ничего не сказал. Он ничего не спрашивал ни в дороге, ни во время осмотра. Мужчина просто наблюдал за Шало, который был каким-то мрачным, даже слегка раздраженным. У мальчишки сдали нервы? В конце концов, имел право. Но с другой стороны… альфа чувствовал, что был бы в некотором смысле разочарован. Он не хотел признаваться даже самому себе, что ему нравилось смотреть, как бета управлялся со всем. Пандар не мог понять, чем это было вызвано. Но он определенно испытывал удовольствие и даже какую-то тайную тихую гордость, наблюдая, как Шало всякий раз утверждал свой авторитет перед кханами или Галиусом.

Только вечером Шало вернулся в свои покои. Он не стал звать Пандара и так ему ничего не сказал о результате их разговора с Галиусом. Пандара это неприятно кольнуло, но альфа не обратил на это внимание. Судя по тому, что северянин не уехал в тот же день с обещанием немедленной войны, все было не так плохо. Но если все в порядке, то почему бы не сказать? Значит, не все так хорошо. Какую же сделку заключили эти двое?

Это не его дело. Мальчишка сам способен за себя постоять. А даже если не способен… это по-прежнему на забота Пандара. Он уйдет как только все закончится.

_ _ *

Северяне уехали через день, увезя с собой тело товарища. Корабль уже стал черной точкой вдали, но по поведению Шало, который был все так же напряжен, как и эти три дня, альфа понял, что еще ничего не кончено. С этого дня бета постоянно подгонял начальника стражи, которым оказался едва знакомый Пандару человек, с расследованием, каждый день требовал у него подробного отчета. Но кроме как бесконечных допросов прачек, ничего толком не происходило. Прачки все как одна клялись и божились, что никакого яда в руках не держали. Их всех тщательно проверили, обыскали дома, проверили, не появилось ли у них лишних денег. Но этого не было. Начались проверки всех слуг. Но все это было слишком долго, и Пандар не слишком надеялся на успех. А Шало становился все мрачнее и раздражительнее с каждым днем.

Неужто ограничено время? И Пандар вернулся к тому, с чего начал. Какую сделку мальчишка заключил с северянином?

Комментарий к Глава 8

Знаю, это безобразие, но душа требует отзывов. Хотелось бы знать, кто сей опус читает и что по этому поводу думает)

========== Глава 9 ==========

После отъезда жизнь во дворце не замерла и даже не вернулась в свою колею. Пандар видел, как Шало раз за разом требовал отчета от своих стражников и их начальников о проделанной работе, о ходе расследования. Бета с каждым днем становился все мрачнее и раздражительнее. Альфа ничего не спрашивал, только наблюдал. Он не понимал, почему мальчишка не скажет ему о договоренности с Галиусом. Пандар нутром чувствовал, что причина глухой ярости именно в ней, но бета продолжал молчать. А Пандар все не желал спрашивать.

Возможно, потому что это его задевало. Бета обещал ему сказать, но не сделал этого. Почему? Потому что решил, что это мужчину не касается? Но как это может не касаться Пандара, если он уже с бетой… Сколько? Два месяца? Три? Полгода? Пандар потерял счет дням, да он и не считал их. Постепенно дворцовая жизнь вытеснила воспоминания о скудном существовании на корабле, о колючем ветре, бушующей стихии, бесконечных разбоях и даже убийствах. Пандар даже на корабле уже абстрагировался от всего этого, дни тянулись будто без перерыва, сливались в какую-то массу, которая не порождала в душе ни неприязни, ни удовольствия. Во дворце было не так однообразно, мужчине было даже интересно. Да и бета стал интересен, если уж на то пошло. Интересен как человек, как личность, которой он стал. Неужели это все Пандара не касается, и Шало всего лишь изящно ему на это намекнул?

Но бета всегда был с ним честен. Ну или почти всегда. И потом, он сказал, что скажет. Пандар его не просил. Видимо, договоренность Шало не понравилась, видимо, срок ограничен, раз он так нервничает, хотя прошло всего несколько дней. Неужели мальчишка не хотел говорить, потому что… ему было стыдно озвучить условия сделки? Вряд ли Пандара могло смутить что-то в этой жизни, и даже сама идея подобного казалась почти что нереальной. Более того, мужчина даже не мог допустить мысль, что Шало было стыдно рассказать о сделке именно ему. Это невозможно. Пандар ему совсем чужой. Бывший конвоир, ныне телохранитель. Ничего больше.

_ _ *

На восьмой день после отъезда северян Пандар нашел среди чистой одежды, принесенной недавно слугой, маленькую записку. В ней корявым почерком на океанском диалекте было всего два слова.

Парадная лестница. После обеда.

И все. Ни подписи, ни цели встречи не было указано. Пандар осмотрел клочок бумажки со всех сторон, даже понюхал ее. Бумага была дорогой, плотной, ничем не пахла. Но почему почерк такой корявый? Будто человек просто срисовывал буквы, ни разу до этого их не писав? Любопытно.

Пандар ничего не сказал о странной записке Шало. Зачем бету лишний раз дергать? Тот и так ходил мрачнее тучи в стране северных ветров. После обеда альфа пошел к парадной лестнице. Мужчина привалился к стене, сделав вид, что он расслаблен и ждет своего господина. Прошло около пятнадцати минут, слуги ходили туда-сюда, но никто даже не взглянул на Пандара. Альфа терпеливо ждал. Мимо него прошел подросток, державший в руках вазу с цветами. Он внимательно посмотрел на альфу, даже слишком внимательно. Пандар узнал в нем того мальчонку, которого поймал в садах за подглядыванием. Бета перевел глаза на дверь и вышел в нее. Альфа постоял с минуту, затем как ни в чем не бывало отправился за молодым слугой. Тот петлял по лестницам, поднимался все выше. Пандар шел за ним на приличном расстоянии. Мальчик дошел до самой оранжереи, вошел в нее и закрыл за собой дверь.

Здесь было душно и влажно, пахло землей, какими-то удобрениями и цветами. Солнце проникало сквозь высокие окна, огромные пальмы тянулись вверх, до самого потолка из матового стекла. Иногда вспархивали райские птички, где-то журчала вода. Альфа повертел головой, услышал шорох откуда-то слева и двинулся туда. Мальчик уже ждал его, поставив вазу на стол. Паренек немного боязливо посмотрел на мужчину, подошел к нему и протянул еще одну записку. Пандар приподнял брови в немом вопросе, но бумажку взял. На ней все там же корявым почерком было выведено:

Я видел чужака в плаще.

Пандар нахмурился. Посмотрел на паренька, который насторожено смотрел на альфу.

- Какого чужака? - медленно и очень четко спросил Пандар.

Паренек пожал плечами, вытащил из-за пазухи маленькую книжечку. Это оказался старенький словарик. Пандар отыскал все нужные слова и так же четко повторил вопрос на дакарском. Мальчик кивнул в знак того, что понял. Он показал рукой где-то на голову выше него самого, затем слегка пригнул голову и пошел так, будто сгорбившись, присаживаясь на каждый шаг.

- Лица ты не видел? - все так же медленно спросил альфа, смотря в потрепанную книжечку.

Паренек помотал головой.

- Когда ты его видел и где?

Мальчик протянул руку и стал указывать на слова.

После обеда. В день убийства. В коридоре.

- Ты уверен, что это не был один из гостей?

Я всех знаю по поведению. Ничего не слышу, но все вижу. Этот был чужой. Больше я его не видел. Никто так больше не ходит.

- Мужчина или женщина?

Не знаю. Не уверен.

Пандар помолчал немного. Подросток терпеливо ждал и очень внимательно смотрел на мужчину.

- Почему не сказал стражникам, когда те опрашивали всех?

Меня никто не замечает. А сам не сказал… - подросток помедлил мгновение, затем снова стал искать нужные слова в книжечке, - стражники медленные и не стараются. Я решил сказать вам, потому что вам не все равно, что будет с повелителем.

Мужчина усмехнулся. А мальчонка смышленый оказался. Хорошо такого иметь в союзниках. Его ведь действительно никто не замечает, вряд ли считают за человека. А он компенсирует отсутствие слуха наблюдательностью. Полезный парень.

- Приятно, что и тебе не все равно. Если что вспомнишь или увидишь, то сразу свяжись со мной. Идет?

Парень кивнул.

- Как тебя зовут?

Подросток протянул альфе запястье на котором было вытатуировано нечто, похожее на regis. Значит Реджис? Мужчина приложил руку к груди и медленно и максимально четко сказал:

- Пандар. Я Пандар.

Паренек кивнул. Он легко похлопал себя по груди и сымитировал движение пальцами, будто куда-то уходит. Пандар кивнул, Реджис взял вазу с цветами и понес ее куда-то вглубь оранжереи. Мужчина проводил его глазами, а затем направился вниз. Шало должен был быть в своем кабинете. Он всегда отправлялся туда после обеда.

Бета действительно оказался там. Он был погружен в какие-то бумаги, что-то писал и, казалось, даже не обратил внимания на приход альфы, который опустился в кресло рядом с дверью. Так он слышал, что творилось за ней и мог среагировать в любой момент. Хотя эта часть дворца была почти недосягаемой для чужаков: все еще слишком высоко, рядом картинная галерея, где часто прогуливаются придворные, да и путей отступления в случае чего нет. Так что Пандар почти мог расслабиться или хотя бы сделать вид.

Интересный этот парень. Реджис. Неглупый, наблюдательный, внимательный. И что самое интересное, верный. Вот уж поистине редкое качество. С чего бы это? Видимо, кем-то правильно воспитан или же он от природы такой. Сознательный. По фигурке видно, что либо омега, либо бета. Альфы даже в таком возрасте выглядят покрепче, кости пошире, да и сами на голову выше. А у этого еще и глазища огромные, просто непропорционально-большие. Наверное, все-таки омега. Любопытно, как он оказался во дворце? Может, родители тут служат и ребятенка решили пристроить, раз он сам за себя похлопотать не в состоянии будет? Любопытно, однако.

Пандар ничего не сказал Шало о его встрече с Реджисом. Ни к чему бете это знать. Он сейчас слишком взвинченный и нетерпеливый, сразу начнет землю рыть и все раскапывать, чем только мальчишку спугнет. Юный шпион испугается и не скажет больше ничего. А даже если нет, может испугаться тот, кого он видел. И тогда мальчику не жить. Пандар просто не сможет за ним уследить, не привлекая внимания. В общем, Шало однозначно говорить нельзя. Вообще никому рассказывать нельзя. Страже наплевать, неизвестно, кто из них куплен заговорщиками, Ратмир… А какой с него прок? Так, только за стражей следит. Да и какой-то он чересчур… правильный, что ли. Спокойный, уравновешенный… За ним не замечено промахов, оплошностей, пустого раздражения. Пандар по опыту знал, что за такой маской добропорядочности и спокойствия может прятаться такое… И помыслить страшно.

Ну что ж… Значит, у Пандара появился свои уши и глаза во дворце. Остается только ждать, к чему это приведет.

_ _ *

Ждать оказалось не очень долго. Через неделю стража, разумеется, ничего серьезного не обнаружила. Либо слуги все как один сговорились ничего не говорить, либо они действительно ничего не видели или же были так заняты своими делами, что просто не обратили внимания. Таких внимательных как Реджис было не найти.

По прошествии почти двух недель, разбирая чистые вещи, Пандар снова нашел маленький клочок бумаги, на котором было нацарапано несколько слов. На этот раз осторожный паренек назначил встречу под самой крышей, в зоопарке. Пандару пришлось ждать его около получаса среди гигантских вольеров с дикими зверями и разных стран. Альфа не рассматривал их, по какой-то причине ему было неприятно. Возможно, потому что многие желали бы посадить его в точно такую же клетку.

Подросток вышел из-за клетки со львом. Тот покосился на него, раскрыл зубастую пасть в ленивом зевке и снова улегся. Реджис даже не обратил на это внимания. В руках у него была все так же потрепанная книжечка.

Кто-то стал часто получать письма.

- Это нормально. Разве нет?

Дорогая бумага, разные языки и почерки.

- Почему тебе это показалось подозрительным?

Раньше такого не было. Не так часто. Я не знаю, кто их получает. Не смог узнать.

- Что ж… - пробормотал Пандар. - Спасибо и на этом. Как ты узнал про письма?

Мне часто поручают простую работу. Сортировка писем входит в мои обязанности.

- Что еще ты делаешь?

Отношу сортирую выстиранные вещи, отношу безделушки, составляю букеты.

- Значит, ты у нас везде ходишь?

Паренек кивнул.

- Хорошо. Я буду иметь в виду твои слова. Спасибо, - сказал Пандар.

Реджис кивнул, затем исчез где-то между клетками. Он ходил неслышно и быстро. Действительно незаметный, он может быть везде. Незаменимый парень.

Что по-настоящему интересно, так это откуда и к кому приходят письма на дорогой бумаге. Слуге писать не будут, да еще и на разных языках. Видимо, кто-то из кханов подозрительно активизировался. Или же несколько. С чего бы это?

Шало погряз в государственных делах, казалось, он не обращает внимания на весь окружающий мир, погрузившись в проверку казенных расходов, отслеживая постройку флота и делая еще тысячу несомненно нужных, но безумно выматывающих вещей. Пандар ему не мешал, он был занят по-своему. Реджис отслеживал для него письма, которых за прошедшие две недели стало меньше. Отдельные адресаты вовсе пропали, другие же, напротив, активизировались. Но помощник мужчины не мог проследить, кому они предназначены, поскольку после сортировки письма сразу забирали слуги и относили камердинерам и камеристкам, которые передавали письма своим знатным господам.

Однажды рано утром, когда Шало еще спал, Пандар вышел из своей комнаты, поймал в коридоре какого-то слугу и спросил его, где сортируют письма. Несколько опешивший омега пояснил, что часто это делают на кухне, за специальным столом. Альфа пошел по указанному пути.

Половина слуг была совсем иной, нежели парадная часть замка. Здесь были узкие коридоры, по которым сновали люди туда-сюда, разнося какие-то вещи, одновременно дожевывая завтрак и делясь друг с другом последними сплетнями. Казалось, никто и не заметил Пандара. Или по крайней мере все умело сделали вид. Найти кухню оказалось даже слишком легко: туда, кажется, стекались все коридоры словно реки в море. Тут было душно, пахло разной едой, а в воздухе звенел крик толстой краснощекой поварихи. В углу стоял большой стол, на котором лежала гора писем, которую торопливо разбирал Реджис. Надо отдать ему должное, увидев Пандара, подросток прошелся по нему лишь безразличным взглядом, будто и вовсе не видел альфу никогда.

- Пропало одно письмо нашего повелителя, - довольно громко сказал мужчина, и люди как-то притихли. - Кто может знать, куда оно делось?

- У него спрашивайте, господин, - бросил кто-то, кивнув на Реджиса. Лицо подростка странно вытянулось. Все вернулись к своим обязанностям, шум возобновился. Не жалуют тут мальчишку, видимо.

Тот напрягся всем телом, когда мужчина подошел к нему. Альфа едва заметно прикоснулся к его плечу, говоря, мол, все в порядке. Он зашел за его плечо, слегка наклонился и стал ковыряться в письмах. Понятливый подросток подсовывал ему нужные, давая посмотреть. Больше всего было черных конвертов с золотыми чернилами, редко попадалась темно-фиолетовая бумага или идеально-белая. Незаметно для окружающих Пандар забрал все интересующие его письма и сунул за пазуху.

- Ищи давай, - нарочно громко гаркнул альфа прямо над ухом у паренька.

Альфа вышел из кухни и уверенным шагом направился наверх. Письма он собирался отнести прямо Шало. В конце концов, на правах монарха тот сможет их открыть и прочесть. Пора и ему поучаствовать в обеспечении собственной безопасности, а то вокруг вновь сплетались нити заговора, а дело не двигалось с мертвой точки.

Когда Пандар без разрешения вошел в комнату, бета застегивал пуговицы расшитого золотой вышивкой жилета. Он моргнул, увидев мужчину на пороге, сложил руки на груди. Глаза странно блеснули.

- Что-то случилось? - настороженно спросил Шало.

- Пока что ничего, - пожал плечами Пандар. - Но вполне может случиться.

Он вытащил письма и протянул их ничего не понимающему Шало. Бета принялся рассматривать их, читая надписи на незнакомых языках.

- Что это? - спросил бета, подняв глаза на альфу. - Откуда они у тебя?

- Это неважно. Кто-то получает их уже почти месяц. Раньше было больше. Я не знаю этих языков, не знаю, кому они предназначаются.

- Здесь указано бессчетное количество титулов, которые можно сложить в одну должность. Это письма моего советника.

- Раньше он их не получал, раньше писем было много больше. Они были от разных адресатов, сейчас остались эти трое.

- Ты хочешь, чтобы я их вскрыл? - приподнял брови бета.

- Да. Я нутром чую, что это все не просто так. Конечно, решать тебе, - пожал плечами Пандар, - но я бы не думал слишком долго.

Шало помедлил минуту, затем взял письмо в черном конверте и аккуратно его распечатал. По мере того, как бета пробегал глазами по строчкам, на его лице легкое недоумение переросло в удивление, а затем и в раздражение. Не дочитав до конца, Шало распечатал следующее, затем еще одно. Лицо стало будто каменным, зубы сжались, а глаза нехорошо заблестели. Бета медленно положил письма на кровать, затем не говоря ни слова мужчине, надел на голову золотой обруч и такой же кулон на шею. В том же гнетущем молчании Шало позвал слугу и тихим голосом приказал ему позвать немедленно первого советника на верхнюю террасу.

- Ты пойдешь со мной, - негромко сказал бета, взяв письма с кровати.

Пандар послушно вышел за Шало. Интересно, что было в тех письмах, что он так взъярился? В состоянии беты не приходилось сомневаться, мужчина уже хорошо его изучил.

На террасе гулял только ветер, советник пришел только спустя десять минут.

- Вы заставили меня ждать, - ледяным тоном поприветствовал его Шало.

- Прошу простить меня, повелитель. Я не ожидал, что так срочно могу понадобиться вам, - учтиво ответил седеющий альфа. Не похоже было, чтобы настроение Шало его хотя бы как-то волновало. Но стоило ему заметить в руках Шало распечатанные письма, как блеск его глаз мгновенно потух. - Я вижу, что вы, повелитель, решили вспомнить старые традиции и возобновить слежку за своими подданными? - невозмутимо спросил мужчина.

- Только когда они меня предают, - спокойно ответил бета.

- Я забочусь только о ваших интересах, Ваше Величество, и интересах Дакара, разумеется.

- Похвальное рвение, - усмехнулся Шало. - Вы очень умный человек, кхан Вальмон. Как же вы могли решиться на такое за моей спиной?

- Я заботился только о ваших интересах, - повторил альфа. - Вы раз за разом отвергали всех кандидатов, а время не ждет, Ваше Величество. Вам нужны союзники. Не мне вам говорить, что лучший союз - это брачный союз.

- Вы правы, - ответил бета. - Не вам мне об этом говорить. И уж не вам выбирать мне супруга-альфу, да еще и вести переговоры без моего согласия. Запомните раз и навсегда, - голос Шало стал походить на скрежет, - никогда не будет альфы ни на моем троне, ни в моей постели. Вы поняли меня?

- Это опрометчивое решение. Впрочем, не менее опрометчивое, чем то, которое вы пока что не озвучили, повелитель, - сказал альфа. - Совет воспротивится моей отставке.

- Меня не волнует мнение Совета, - сказал Шало. - Вы хорошо служили моему отцу. Жаль, что не пожелали так же служить мне. Но я дам вам шанс подать прошение о добровольной отставке. Если через час его не окажется перед моими глазами, я сам издам указ.

- Как вам будет угодно, - с непередаваемым достоинством ответил теперь уже бывший советник. Шало подал ему руку, альфа учтиво ее поцеловал, а затем ушел.

- Сожги их, - с едва скрываемой яростью сказал Шало, отдав письма Пандару. - Я не хочу больше видеть эту мерзость.

Мужчина кивнул. Шало энергичным шагом направился к себе, альфа вошел за ним в комнату. Вдруг бета остановился посреди покоев, взял какую-то безделушку со стола и со всей силы швырнул ее об стену. Осколки градом посыпались на пол, но Шало это не остановило, он взял изящную статуэтку с тумбочки и сделал то же самое, что и с предыдущей вещью. Пандар молча наблюдал за этим всплеском гнева. По правде говоря, у мужчины и не было мысли остановить Шало. Таким он его еще не видел. Это было… интересно. И даже… даже… красиво.

- Без меня меня же и женили, - неожиданно негромко произнес Шало, вдруг перестав громить комнату. - Вернее, выдали замуж. Видимо, им всем настолько претит мысль повиноваться мне, что терпеть уже больше нет сил. Их эго этого не выдерживает, - с презрением закончил бета. - Видно, мне надо было начать мое правление с казней. Полились бы реки крови, и тогда бы меня начали уважать.

- Тебя бы боялись. Не путай страх с уважением, - поправил его Пандар.

- А хоть бы и так, - Шало повернулся к мужчине лицом. - Знаешь, почему адресатов стало меньше? Потому что они не выдержали торга. Открылся аукцион, и я стал главным лотом. Как изысканно.

- Я бы посочувствовал тебе, да только ты не знаешь, что такое настоящий аукцион, - вдруг сказал Пандар, прежде чем успел остановиться.

Шало внимательно на него посмотрел и замолчал. Мужчина уже тысячу раз пожалел, что сказал, не успев подумать. Он не хотел этого говорить, совсем не хотел.

- Забудь, что я сказал, - глухо произнес Шало. - Оставь меня ненадолго. Пожалуйста.

Пандар кивнул и вышел. Через час Шало подписал прошение Вальмона об отставке, а еще через три часа эта новость облетела весь дворец. Но альфе было все равно. Шало тоже вел себя так, словно ничего не произошло. Причину отставки Вальмон оставил в тайне, а бета не хотел ее разглашать, оставив сплетников терзаться любопытством.

========== Глава 10 ==========

Хоть прошение Вальмона и было подписано, Шало не мог успокоиться. Он стал чувствовать себя до боли уязвимым, бете казалось, что вокруг него сжимается тьма, а в ее бездонных недрах скалят зубы шакалы, которые так смелы в темноте и не решатся напасть при свете дня. Да вот день для Шало будто становился все короче, меньше. А тьма наступала, и бета казался себе беспомощным ребенком. Он ненавидел себя за это малодушие, за позорную слабость и беспомощность, но чувство безнадежности мелким вором закралось в сердце. Вечером Шало не вышел к гостям и отослал Пандара, сказав, что у того давно не было свободного времени. Говоря это, бета не смотрел на мужчину. По правде сказать, ему было все равно, что альфа о нем подумает. Или бета пытался себя в этом убедить?

Но так или иначе Пандар ушел через его спальню, а Шало потушил свет и вышел на балкон. В какой-то момент ему показалось, будто он видит, как едва заметная фигура в темном плаще стремительно идет по парку. Бета отвернулся и отправился спать. Он больше не мог предаваться унизительной жалости к самому себе. Завтра будет новый день, и новые шакалы будут скалить зубы и лязгать челюстями. И с этим надо что-то делать. Как-то выживать.

_ _ *

Пандар быстро покинул парк и пошел небольшими, но чистыми улицами, ища вполне определенное место. Не то чтобы альфа чувствовал острую необходимость в физической близости. Нет. Просто надо было использовать момент, пока мальчишка дал ему отмашку. Пандар понимал, что Шало просто хотел побыть один, отречься от окружающего мира хоть на несколько часов, и мужчина не смел ему перечить, он знал это чувство, помнил, как самому хотелось вот так же в угол забиться, чтоб никто и никогда не смог до него достучаться, чтоб все о нем забыли раз и навсегда. Да вот только если Пандар мог так сделать, то Шало и думать не смел о подобной роскоши. И это альфа тоже понимал.

До борделя он добрался быстро, не перепутав его ни с чем другим. Пандар вновь сел за столик, снова посильнее надвинул капюшон и стал ждать. Через минут пять к нему подошел какой-то омега, обольстительно улыбнулся. Пандар позволил ему сесть к себе на колени, даже слегка прихватил за талию. Омега попытался его поцеловать, но альфа отстранился. Мужчина дал ему золотой и деликатно поставил на ноги. Работник борделя непонимающе на него уставился.

- Есть тут у вас… парень такой. Волосы темные и глаза как напиток ваш горячий. Черный.

- Ну, есть. Только он занят.

- Пускай ко мне спустится, как закончит.

Омега пожал плечами. Он ушел от мужчины, а Пандар стал ждать. Он вдруг понял, что не хочет вновь оглашать правила проститутке, ловить недоумевающий взгляд, быть начеку, ожидая, что работник может и забыться или же просто пренебречь предосторожностью. Альфа хотел просто отдохнуть, а тот омега показался ему понятливым.

- Ты звал меня, щедрый посетитель? - чуть хрипловатый голос раздался над ухом.

- Значит, ты меня помнишь? - с едва скрытым удивлением спросил Пандар, обернувшись.

- Не всякий за безыскусный секс платит как за ночь, проведенную в лучшем борделе, - пожал плечами омега.

Пандар усмехнулся, встал на ноги. Омега был ниже его на голову, даже скорее на полторы, но это не заставляло его отступить назад от незнакомца без лица. Альфа приобнял его за плечи и, не говоря ни слова, повел внутрь, затем вверх по лестнице, уверенно ступая по старым доскам.

- У тебя хорошая память, - негромко сказал омега, сняв рубашку, когда дверь закрылась за его спиной.

Пандар ничего не ответил, сел на кровать, омега подошел к нему, сел сверху на колени, положил руки на плечи и остановился.

- Правила все те же? - все так же негромко спросил омега.

- Конечно, - Пандар кивнул, провел рукой в перчатке по лицу работника специфического заведения. - Как тебя зовут?

- Зови, как хочешь, - губы омеги едва заметно дрогнули, будто он нашел забавным то, то клиента могло интересовать его имя.

- Значит, будешь Альфредом.

Пандар прижал омегу к себе покрепче, но не спешил действовать, а Альфред, будто почувствовав состояние альфы, тоже не торопился. Его заинтриговал странный клиент.

Мужчина провел руками по груди омеги, будто невзначай задел соски. Ему самому вдруг захотелось вспомнить, как это, когда держишь в руках любовника, чувствуешь его жар и нетерпение, каждый дрожащий мускул, слышишь каждый вздох. Это было так давно… Но Пандар не смел снять перчаток, даже не думал об этом. Он медленно и осторожно изучал предоставленное в его полное распоряжение тело. Мужчина трогал его везде, не чувствуя его тепла, только наблюдая, как медленно, но неуклонно розовеет кожа под его руками, сбивается дыхание опытного… омеги.

Альфред запустил руки под плащ альфы, стал водить по его плечам, груди, но под рубашку не лез, впрочем, как и не пытался заглянуть под капюшон. Но на Пандаре все равно была еще и маска, так что даже упади капюшон с лица, катастрофы не случилось бы.

В нужный момент омега осторожно опустился на мужчину, но вдруг Пандар опрокинул его на постель, вжал в тонкий матрас и начал двигаться резкими толчками, вырывая у омеги под ним сдавленные охи. Когда же все было кончено, альфа тут же отстранился и стал приводить себя в порядок. Он вытащил из кармана несколько золотых и положил перед Альфредом.

- Все-таки ты положительно странный клиент, - сказал омега, сев на постели. - За эти деньги ты можешь найти кого-то получше. Но приходишь именно сюда.

- Ты не задаешь глупых вопросов, - коротко ответил мужчина.

- Ну, конечно, я не могу сказать, что любопытство меня не мучает, - усмехнулся Альфред, - но я постараюсь держать его в узде.

- Уж пожалуйста.

Пандар вышел за дверь и стал спускаться по лестнице. Больше ему нечего было здесь делать. Тем более, что Шало во дворце совсем один. Конечно, вряд ли найдутся те, кто решат полезть к нему, будучи в полной уверенности, что Пандар в соседней комнате… но все-таки.

_ _ *

Сразу после тренировки Шало отправился в кабинет. Он принялся перебирать бумаги и что-то быстро писать, а Пандар сел в кресло у двери, стараясь не смотреть на мальчишку в упор. Тот и так был будто не в себе, что ясно показала тренировка. На ней Шало был сначала слегка рассеянным, но поняв это, бета стал слишком быстро распаляться, терять контроль. В общем, проку от него было мало, о чем Пандар ему не сказал. Шало и сам это чувствовал, а потому раздражался еще больше.

Спустя два часа непрерывной бумажной работы Шало отдал слуге множество писем, после чего принялся за новые бумаги. Он работал с какой-то жадностью, почти одержимостью следующие два часа, во время которых Пандар успел сходить на кухню и быстро поесть. Подумав немного, альфа прихватил с кухни несколько ломтей еще горячего хлеба и только после этого пошел обратно.

- Поешь, - просто сказал Пандар, положив перед Шало хлеб.

Бета сначала посмотрел на внушительные ломти, потом на мужчину, затем взял один и впился в него зубами, коротко кивнув Пандару в знак благодарности. Альфа сел на свое место и стал наблюдать, как бета откусывает хлеб большими кусками и одновременно работает. Пандару это напомнило момент, когда Шало, будучи несколько моложе и порывистее, сидел в комнате на Северном острове и вот так же ожесточенно вгрызался в еду, будто не ел неделю. Помнится, тогда это почти позабавило мужчину.

Когда с хлебом и с бумагами было покончено, Шало отправился к себе, а Пандар пошел на кухню, чтобы взять еще пару свежих ломтей, против которых невозможно было устоять, а заодно и увидеть Реджиса. Обычно мальчишка сам приходил к мужчине, когда что-то было, но Пандар не мог не думать о его безопасности, а потому изредка, но приглядывал за ним. В конце концов, подросток мог здорово подставиться с этими письмами, кто-то мог что-то вспомнить, и тогда ему наступит быстрый и бесславный конец.

Подросток как всегда сидел в углу. Он перебирал письма, закрывшись волосами. Пандар не стал подходить к нему, попросил на невыразимо плохом дакарском у поварихи еще вкусного хлеба и отправился восвояси. Шало в комнате уже не было, он проводил очередной совет, как доложил Пандару первый же попавшийся слуга. Альфа встал под дверью и, действительно услышав голос Шало, не стал заходить. Бета явно спорил с членами совета, голоса стали сливаться в общий шум, а Пандар не хотел стать спусковым крючком. Двери раскрылись, не глядя на мужчину, из них вышел Шало. Его руки были сжаты в кулаки так, что аж костяшки побелели. Челюсти тоже были крепко сжаты, а глаза блестели. Бета явно был в ярости.

Пандар проследовал за ним в библиотеку и встал у двери.

- Что они от тебя хотели? - спокойно спросил альфа.

- О, - голос Шало сочился ядом иронии, - всего лишь были шокированы столь поспешной отставкой Вальмона и требовали, чтобы я немедленно выбрал себе советника. Они посмели что-то требовать от меня. Эта стая шакалов, эти стервятники, питающиеся разлагающейся падалью. Они забыли, что я их король, а не их марионетка. Ну ничего, если нужно напомнить, я напомню, и тогда…

- Не стань тираном, Шало, - вдруг перебил его мужчина. Ему не нравилось и настроение беты, и его тон. Перед ним был совсем другой человек. - Не становись на одну с ними линию.

- Совет хочет сделать из меня заложника. Я им этого не позволю. Мне дали всего два дня на то, чтобы выбрать себе советника. Иначе меня ждут последствия в виде ограничения моей власти. К несчастью, это довольно ясно прописано в законе, о чем мне прямо заявили.

- Вот как, - пробормотал Пандар. - И что ты планируешь делать?

- Либо искать лазейку, либо советника. Только все осложнено тем, что советник должен быть уважаем, родовит. Совет выдвинет свою кандидатуру, я должен буду выдвинуть свою. Они выдвинут кхана Дугала.

- У него уже срослась нога?

- Это не имеет значения, - Шало устало потер переносицу. - Я планирую провести время здесь, пока не найду хоть что-то.

Пандар кивнул и вышел. Странно, но в груди заворочалось, заворчало какое-то странное чувство, подозрительно похожее на глухое раздражение. Мужчина не мог понять, чем оно вызвано, но Пандар вдруг осознал, что если бы случайно встретил кого-то из членов совета в темном коридоре или же в темноте узкого переулка, то с большим удовольствием пустил бы в ход пару известных ему приемов, чтобы они никогда больше не смогли говорить и что-то требовать.

Альфа сначала зашел к себе, а затем спустился на кухню и довольно громко и раздраженно спросил у Реджиса, когда тот, наконец, отдаст ему все письма короля. Подросток не поднял головы, он даже не видел Пандара из-за завесы собственных волос. Для пущей правдоподобности мужчина подошел к нему и резким движением дернул из-за стола с письмами, а затем потащил к выходу.

Никто не вмешался. Не обратил внимания.

Пандар завел не упирающегося подростка в первую же комнату и крепко закрыл за собой дверь. Мальчишка тут же выскользнул из захвата, отошел на несколько шагов. Поняв, что своим спектаклем напугал Реджиса, мужчина поднял руки ладонями в примирительном жесте, попытался улыбнуться. Реджис облегченно выдохнул и немного расслабился. Пандар подошел и слегка погладил его по голове, прося прощения. Подросток кивнул, потом уже привычным жестом спросил, что случилось.

Пандар протянул Реджису записку, на которой корявым почерком по-дакарски вывел:

Узнай все, что сможешь про кхана Дугала. У тебя есть два дня.

Подросток непонимающе посмотрел на Пандара. Тот нахмурился, и омега поспешно кивнул в знак того, что все понял. Мужчина несильно хлопнул его по правому плечу в знак того, что не сердится. Но вдруг подросток поморщился и, кажется, даже тихонько зашипел. Брови Пандара взлетели вверх, он попытался вновь прикоснуться к плечу маленького соглядатая, но тот отошел на два шага. Пандар повторил вопрошающий жест Реджиса, но тот помотал головой. Альфа глубоко вздохнул и поманил его к себе пальцем. Видя, что омега не трогается с места, просто протянул руку вперед. Мальчишка боязливо посмотрел на протянутую ладонь в перчатке, потом на мужчину и, видимо поняв, что уйти просто так не удастся, все-таки подошел ближе. Пандар осторожно придержал его за локоть и чуть надавил на правое плечо. Мальчишка дернулся, но альфа удержал его, поднял ладонь вертикально, прося подождать. Очень осторожно, боясь спугнуть, Пандар расстегнул первые пару пуговиц льняной рубашки и обнажил плечо омеги.

Оно было насыщенного лилового оттенка. Свежий огромный синяк и не думал сходить, налился к середине багровым цветом. Пандар вопросительно посмотрел на Реджиса, который явно чувствовал себя не в своей тарелке. Подросток глубоко вздохнул, высвободился из рук альфы и поспешно поправил рубашку. Кажется, мужчина здорово смутил его. Омега сделал жест, будто читает книгу, затем показал в воздухе огромную стопку, потом встал на цыпочки и принялся ставить воображаемые книги в шкаф. Реджис посмотрел наверх, потом вдруг закрыл голову руками, после чего принялся подбирать книги с пола.

Пандар кивнул, показав, что понял пантомиму. Хотя в нее верилось с трудом. Альфа слегка покачал головой, потом показал пальцем на Реджиса, затем изобразил что-то неподъемное и скрестил руки. Потом посмотрел на омегу, и тот поспешно кивнул. Пандар кивнул ему в ответ, затем показал на часы, стоявшие на столе. Реджис кивнул, показал знаком, что собирается уходить, и Пандар демонстративно ушел с его пути. Дверь закрылась за ним с легким стуком. Альфа вышел следом через несколько минут и отправился в библиотеку. Там он помогал Шало просматривать книги, не понимая ни слова, а сам думал, действительно ли случайно Реджис покалечился или же кто-то припугнул мальца, чтобы не лез во все эти игры.

Но с другой стороны, если бы омегу попугали, он сказал бы Пандару. По крайней мере, точно не взял бы новое задание. А он и глазом не моргнул. Значит, дело не в его помощи альфе, тут должно быть что-то сугубо личное, раз он ничего не сказал. Да и Пандар сам уже понял, что в случае чего, за мальчишку никто не заступится. Во всяком случае никто даже не обернулся, когда Пандар, имитируя раздражение, ухватил Реджиса и потащил прочь из кухни. Либо это все так Пандара боятся, что не исключено, либо мальчишку не любят совсем. Только вот за что?

_ _ *

Только поздней ночью Шало ушел спать. Пандар проводил его, а затем вышел на балкон. Бета не последовал его примеру, а сразу завалился на кровать, даже не раздеваясь. Шею ломило, от того что несколько часов Шало смотрел в книги, перед глазами до сих пор представали черные строчки на желтоватой от времени бумаге. Но все это ничего бы не стоило, если бы бета нашел ответ. А он не то что его не нашел, даже намека на лазейку не увидел.

Шало понимал, что выбора у него почти нет. Остался всего день, за это время вряд ли что-то изменится, и на душе становилось тошно от сознания собственного бессилия. Боги, надо было все-таки стать тираном. Так было бы во сто крат проще.

И войти в историю, как самый жестокий правитель за последние двести лет? Не об этом Шало мечтал. Он хотел, чтобы именно его правление стало для Дакара золотыми годами, чтобы он положил в основу власти новые традиции, чтобы они жили и после него долгие столетия, века, пока не родится кто-то вроде него и не решит создать свой новый образец. А казнями ничего не решить. Верно Пандар сказал, что уважение нельзя подменять страхом. Иначе однажды он выльется в испепеляющую ненависть, которая не оставит после себя ничего кроме разрушенных городов и покалеченных жизней.

_ _ *

Кхан Дугал не делает ничего особенного: ворует не больше других, делает это осторожно, содержит любовника. Про бастардов ничего не знаю.

Реджис терпеливо ждал, пока Пандар переведет все написанное, затем с виноватой миной на лице пожал плечами, когда альфа слегка нахмурился. Будучи немым и мало кем любимым, подросток не мог узнать больше, да еще и за такой короткий срок. Это мужчина понимал, но не мог не досадовать. Он хотел найти какую-нибудь мерзость про Дугала, чтобы в дальнейшем его можно было держать в узде. Но получалось, что кхан такой же заурядный, как все члены совета. Но что-то подсказывало Пандару, что не может быть все так просто. Каждый из этих хищников должен обладать каким-нибудь особенным талантом, что позволяет ему не только не быть сожранным своими товарищами, но и быть с ними на равных.

Кивнув Реджису в знак благодарности, Пандар скомкал полученную записку и стал спускаться вниз. В голове у него родилась одна идея.

Конечно, Реджис слишком молод, чтобы помнить Дугала в былые времена, когда тот несомненно проворачивал свои самые любопытные дела. А подростку об этом никто и не расскажет, да и спросить тот не посмеет. Но вот один человек во дворце живет уже лет тридцать, если не больше. И он не откажет Пандару в нужной информации. В конце концов, мужчина мог быть весьма убедительным, когда того желал.

В лазарете было так же неестественно чисто, как и в прошлый раз. Старого лекаря не было, а его молодой помощник тоже не откликнулся на зов. Помедлив с мгновение, Пандар направился к той двери, что вела к лестнице, спускающейся в обиталище старика.

С прошлого раза здесь ничего не изменилось. Пандар было хотел позвать лекаря, как тихий свист привлек его внимание. Мороз отвращения прошел по спине мужчины, стоило ему только услышать этот звук. Пандар тряхнул головой, отгоняя начавшие оживать кошмары давно минувших дней. Но свист повторился. Пересилив себя, Пандар пошел на звук. Чем ближе подходил альфа к тяжелой темной шторе, висящей между двумя шкафами, тем отчетливее слышал свист. Мужчина отодвинул завесу и оказался в закутке, огороженном шкафами.

В стеклянном вольере, закрытом деревянной крышкой с маленькими дырочками, сидели несколько змей с разными окрасами. Шипела черная как смоль ядовитая гадюка, которая подняла голову, стоило ей заметить незваного гостя. Толстые чешуйчатые тела ползучих тварей переплетались между собой, образуя ужасающий шевелящийся клубок. Пандар почувствовал, как тошнота подступает к горлу, а у самой кромки волос на шее становится влажно от холодного пота. Альфа оперся о шкаф и прикрыл глаза, ему казалось, что его сейчас просто вывернет наизнанку в прямом смысле слова.

- Я вижу, вы обнаружили моих подопечных, - раздался надтреснутый голос за спиной. Пандар резко обернулся и увидел перед собой лекаря, который держал в руке несколько дохлых мышей. Мужчину передернуло, новый приступ тошноты заставил крепко сцепить зубы. - Да вам нехорошо, - цокнул языком старик, - это все от нехватки воздуха здесь. Подождите меня в комнате, я сейчас.

Пандар даже не кивнул в ответ, просто поспешил удалиться. За те несколько минут, что лекарь провел со своими тварями, альфа успел прийти в себя и сделать в уме зарубку, что у лекаря есть ядовитые змеи. Уж не отсюда ли взяли гремучую дрянь, которая чудесным образом оказалась на помосте в праздник тысячи огней?

- Я держу их для поиска противоядий, - сказал лекарь, отогнув тяжелую штору. - Они много кого кусают, а лекарства так и нет.

- Благородная цель, - мрачно сказал Пандар. От слов лекаря ему не стало легче ни на йоту. - Я пришел к вам осведомиться о здоровье кхана Дугала. Он первый претендент на должность советника Его Величества, а потому мой господин должен быть уверен, что кхан Дугал здоров и полон сил.

- Уверяю вас, он вполне справится с возложенными на него обязанностями, - лекарь вдруг криво усмехнулся. - Я не думал, что Его Величество будет так беспокоиться о человеке, с которым у него не самые лучшие отношения. Уж простите мне мою дерзость.

- Вы так осведомлены, - вкрадчиво проговорил Пандар. - На самом деле я не совсем понимаю причину той неприязни, которую питает мой господин к кхану.

- Это еще от отца Его Величества пошло, - лекарь тяжело опустился на стул. - Простите, ноги не держат совсем. Старость, - мужчина вздохнул. - Еще отец вашего господина кхана Дугала не любил. Не знаю почему, не спрашивайте. Но был момент, когда Его Величество отослал Дугала в его провинцию на два года. Такой скандал был.

- Весьма любопытно, - пробормотал Пандар. - А почему так произошло, вы, конечно, не знаете.

- Достоверно об этом не знает никто, - усмехнулся лекарь. - Королева Валенсиона, будучи в ожидании вашего господина, отправилась вместе со своей сестрой в северное поместье, чтобы избежать лишних волнений. Потом меня вызвали туда, чтобы помочь нашему повелителю появиться на свет. Мне пришлось остаться там на довольно долгое время, поскольку Ее Величество сильно болела, наш повелитель сильно ослабил ее. Я стал замечать, что леди Мариам стала заметно округляться.

- То есть она была беременна? - негромко спросил Пандар.

- Да. Думаю, что это была еще одна причина, по которой леди удалились прочь от столицы. Леди Мариам не была замужем, поэтому, вы сами все понимаете.

Лекарь выжидающе посмотрел на Пандара. Они оба понимали, о чем говорят.

- А что же стало с ребенком?

- Увы, он родился раньше положенного времени. Его отдали кормилице, а меня вскоре отправили во дворец. Леди Мариам пожелала остаться в поместье и больше никогда оттуда не выезжала. Не хотела показываться в столице на коляске. После неудачных родов она более не чувствовала ног, насколько я помню.

- Грустная история. Но спасибо, что удовлетворили мое любопытство, - Пандар слегка кивнул лекарю.

- Всегда пожалуйста. Заходите к одинокому старику, я буду рад рассказать вам что-нибудь еще, - негромко ответил лекарь, криво улыбнувшись.

- Как-нибудь зайду, - пообещал Пандар, - спасибо. И удачи с вашими экспериментами.

- Благодарю.

И уже ступив на ступеньку лестницы, Пандар услышал приглушенное:

- А то никогда не знаешь, что получится.

Мужчина на мгновение остановился, но затем решительно поднялся вверх по лестнице. Ни этот старик, ни его подвал не прельщали Пандара. Все внутри переворачивалось от этого места, в ушах иногда раздавался тихий змеиный свист, заставляя содрогаться всем телом.

Боги, прошло столько лет! Чего бояться? Что они снова укусят? Так это не страшно, будет даже почти не больно. Да эти твари сами подохнут от яда, который тек вместо крови альфы. Но иррациональный страх отказывался смиряться перед логикой и холодным разумом. Инстинкт выживания требовал больше ни за что в жизни не приближаться ни к одной змее. И к этому старикашке. Не смотря на то что он помог Пандару и, кстати говоря, прекрасно знал, что делает, мужчине не стало спокойнее в его обществе. Что-то было в лекаре такое, от чего хотелось свернуть ему шею ради собственной же безопасности.

Но вот полученные сведения были как нельзя кстати. Обдумав все, Пандар решил, что не скажет Шало. Пускай бета не вмешивается в эту мерзость, пускай ищет законный способ остаться с нынешнем положением вещей. А если не удастся… тогда Пандар сам заглянет к Дугалу. Это будет проще.

_ _ *

- Совет выдвигает кандидатуру кхана Дугала, Ваше Величество, - произнес Розен, глядя в глаза Шало.

Бета помолчал с мгновение.

- Что ж… я не вижу более достойного человека для выполнения столь многих обязательств и надежд, которые и являются должностью советника правителя Дакара, - медленно выговорил Шало. - Сегодня вечером будет оглашен мой указ, а так же произведена церемония принятия государственных регалий, на которой, господа, я всех вас жду. Совет окончен, благодарю всех за участие.

Бета вышел, двери бесшумно закрылись за ним. Пандар, который с некоторого времени привык стоять за ними, проводил Шало до его покоев, а затем стал готовиться к вечернему визиту, который он собирался нанести новоявленному советнику.

Конечно, Шало не нашел никакой лазейки, чтобы избежать давления советника на свои решения. В законе Дакара, благодаря какому-то предку Шало, было четко прописано, что король не может упразднить как должность советника, так и весь совет в целом. С одной стороны это ограждало королевство от деспотии монарха, а с другой связывало его руки. Но сделать ничего было нельзя. Если король нарушает данный закон, то он теряет часть своих полномочий, которые переходят к совету. Шало был в безвыходном положении. Только в том случае, если совет не мог прийти к единогласному решению и выбрать одного из своих рядов, а король тоже не мог никого предоставить, только тогда монарх мог обойтись без советника. Но в истории такого случая еще не было.

Весь день бета не выходил из своих покоев, готовясь к предстоящей церемонии. Он подготавливал себя морально к тому, что весь совет будет наслаждаться своей победой, что глаза Дугала будут удовлетворенно блестеть, когда Шало наденет ему на шею массивную золотую цепь с древним кулоном и даст перстень советника. А Шало… он не должен показать, что уязвлен, что взбешен этим до крайности. Он холодный неприступный король, которому нет дела до таких мелочей, как интриги совета.

_ _ *

За полчаса до церемонии, зная, что Шало не позовет его раньше положенного, Пандар неслышно выскользнул из своей комнаты и направился на этаж, где обитали члены совета. Альфа вошел в покои Дугала, не постучавшись. Альфа уже сидел в кресле в полном праздничном облачении и неторопливо попивал вино.

- Вас не учили стучаться? - холодно осведомился альфа, даже не взглянув на вошедшего.

- Увы, это один из пробелов в моем образовании, - спокойно ответил Пандар. - Я пришел поговорить с вами. А вернее, предупредить вас.

- Да? - мужчина соизволил посмотреть на альфу. - О чем же вы можете предупредить меня? Наверное, вы неправильно подобрали слово. Вы пришли не предупредить меня, а угрожать.

- Отнюдь. Раз вы готовитесь стать советником Его Величества, то точно знаете, что между этими двумя словами существенная разница. Но на случай если вы не знаете, я поясню. Угроза не предполагает выполнения, предупреждение его предполагает.

- Давайте ближе к делу. Церемония скоро начнется. Что вам нужно?

- Я очень предан нашему повелителю, как вы уже заметили. И не хотел бы, чтобы кто-то вроде вас влиял на его решения. Я буду расстроен и почти взбешен. Но совсем не так, как будет взбешен совет и ваш свекор, узнав, что девятнадцать лет назад у вас родился бастард в королевской семье.

- Вы не боитесь, что это почти уничтожит вашего повелителя, если хоть одна живая душа узнает?

- Совсем нет. Еще раньше это уничтожит вас. Конечно, если кто-то узнает. Я могу вам это гарантировать.

- Не пойму, то ли вы неимоверно храбры, то ли столь же глупы, раз с такой наглостью разговариваете со мной, - вдруг усмехнулся Дугал. - Хотелось бы второе.

- Я надеюсь, мы друг друга поняли? - мягко спросил Пандар.

- Идите к своему господину, Змей. Ваша миссия закончена.

Пандар хмыкнул, но ушел. Он едва успел вернуться к себе, как Шало сообщил, что они спускаются в зал.

Как только они вошли, музыка смолкла, люди образовали живой коридор. Шало величественно прошел к своему трону, Пандар встал за ним. Он слушал, как бета произнес торжественную речь, потом зал взорвался аплодисментами, затем Дугал долго произносил клятву. Альфа опустился на одно колено, и Шало надел ему на шею массивную цепь со старинным кулоном. Когда мужчина вставал на ноги, их взгляды с Пандаром скрестились, но выражение лица альфы не изменилось, только губы Пандара будто чуть дрогнули от усмешки. Шало вручил мужчине перстень, и зал вновь зааплодировал, приветствуя новоиспеченного советника. Музыка возобновилась, Дугал отправился к мужу, который сверкал бриллиантами на весь бальный зал.

Шало совсем не танцевал в этот вечер. Как только стало приличным уйти, бета покинул зал вместе с Пандаром и удалился к себе. Альфа так и не сказал ему ничего о своем занимательном разговоре с Дугалом.

Дело в том, что только сейчас в его голову пришла мысль, что Шало мог прийти от этого в ужас и ярость. Результат визита покажет только время. Пока что проблема решена - это главное. Решена на время? Ну что ж… Наблюдая за Шало последние несколько недель, Пандар пришел к выводу, что времени у них немного. Значит, проблемы надо решать по мере их поступления. А с Шало он как-нибудь потом поговорит, если возникнет такая нужда.

========== Глава 11 ==========

Жизнь вновь вошла в свое привычное русло после назначения Дугала на пост советника. Пока что не решались какие-то жизненно важные или просто принципиальные вопросы, а потому альфа не мог с точностью сказать, внял кхан его предупреждению или нет. Если не внял… пускай пеняет на себе. Мужчина поспособствует тому, чтобы у него началась совсем иная жизнь, лишенная покоя и власти. Если Дугал умен, в чем Пандар сомневался слабо, то он понимает, чем грозит. А так же понимает, что телохранитель короля - это не тот человек, который будет бросать слова на ветер.

Реджис тоже не приносил никаких вестей. Но Пандар стал сам иногда на него посматривать, проверяя, все ли в порядке. Но подросток был как всегда тихим, спокойным, испугом и не пахло, а физических повреждений не наблюдалось, если не считать желтеющего синяка, и альфа был спокоен.

Спустя полторы недели после церемонии назначения Шало принесли письмо на плотной дорогой бумаге с размашистой надписью на конверте. Бета как раз завтракал на террасе, Пандар сидел напротив него в кресле и, не торопясь, доедал свою порцию. День был не очень жарким, каким-то свежим, можно сказать весенним, хотя в Дакара круглый год стояло настоящее лето. Увидев письмо, вопреки обыкновению, Шало быстро отложил еду и вскрыл письмо. Его глаза бегали по строчкам, Пандар смотрел, как бледнеет его лицо с каждой секундой, даже губы становятся белыми. Не дочитав до конца, Шало откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Лист бумаги выпал из безвольно повисших пальцев. Ветерок уже подхватил письмо, когда мужчина поймал лист бумаги. Он не стал его читать, просто придавил подносом.

- Что случилось? - негромко спросил Пандар.

Шало не ответил. Он помотал головой, не открывая глаз. Не было сил говорить, горло спазматически сжалось, невыносимая тоска враз заполнила душу, остановила сердце, казалось, отняла жизнь. Все вокруг вдруг рухнуло. Превратилось в прах.

Бета встал с плетеного кресла и исчез в своей комнате. Поняв, что он собирается переодеваться, Пандар отошел на приличное расстояние. Через десять минут альфа услышал, как хлопнула дверь. Мужчина вернулся на террасу. Письмо по-прежнему лежало на столе, придавленное тяжестью подноса. Альфа глубоко вздохнул, взял лист, исписанный крупными незнакомыми буквами, и попытался прочесть. Но это был даже не дакарский и уж тем более не океанский диалект. Из всей мешанины слов альфа смог вычленить одно-единственное слово: Валенсиона.

Мать Шало?

Альфа отправился к себе, положил письмо в сундук, а затем вышел из комнаты. Никто не видел, куда отправился повелитель. Первым делом Пандар пошел в зал Совета. В конце концов, куда еще мог направиться Шало, если у него были какие-то срочные новости?

Мужчина не прогадал. Двери комнаты были плотно закрыты, но альфа слышал приглушенные голоса. Пандар не стал входить, прислонился к стене и терпеливо ждал. Спустя всего минут десять двери раскрылись и вышел Шало. Бета был мертвенно бледным, будто неживым. Взгляд проскользил по Пандару, но парень не проронил ни слова. Резкими шагами он прошел через весь коридор и скрылся за поворотом. В этот момент стали выходить члены совета, мужчина прислушался к их тихим разговорам. Мало что можно было понять в этой мешанине слов, но среди нескольких предложений мужчина уловил суть.

Мать Шало умерла.

Следующие часа четыре весь дворец гудел как растревоженный улей от полученной новости. Из обрывков пересудов придворных Пандар понял, что мать Шало очень любил. Все считали своим долгом принести повелителю глубочайшие соболезнования, от которых тому становилось не только не легче, но еще хуже. Казалось, что Шало делал все, чтобы как можно меньше общаться с придворными и в особенности с Пандаром. Бета раздавал миллион поручений, погрузился с головой в приготовления к траурной церемонии, которая должна была состояться не позднее сегодняшнего вечера. Почему именно Пандар не понял, но факт оставался фактом. На закате тело доставят порталом из Валенсии и через два часа после захода солнца будет церемония.

За весь день Пандар так и не смог и слова сказать Шало. Бета избегал его, альфа вообще сомневался, что за весь день он сказал что-то, не относящееся к траурной церемонии.

Тело Валенсионы доставили на закате. Портал был открыт в том же месте, что и для Пандара. Вопреки всем мерам предосторожности, о которых никто не посмел напомнить королю, Шало вместе с траурным кортежем отправился встречать тело матери.

Бета был одет во все черное, которое ужасно ему шло, хотя он и не старался выглядеть хотя бы привлекательно. Но тем не менее, факт оставался фактом. Одеяние слегка покачивалось в такт шага лошади, легкий ветер заставлял тонкие брюки обвивать щиколотки.

С кортежем прибыли двое. Они выразили Шало соболезнования, после чего помогли поднять Валенсиону на повозку, и все двинулись обратно. Шало бросил на мать долгий взгляд, нечаянно встретился глазами с Пандаром, который внимательно за ним наблюдал, отвернулся и, объехав повозку, возглавил процессию.

Валенсиона была довольно красивой женщиной, как на вкус Пандара. В лице было что-то очень благородное, аристократичное, что даже после смерти вызывало какое-то странное восхищение. На лице женщины навечно застыло выражение спокойствия и безмятежности. Альфа присмотрелся и понял, что Шало скорее похож на мать, чем на кого бы то ни было еще. Те же скулы, нос, маленькие уши. Наверное, с возрастом сходство станет только сильнее. Любопытно, какой была королева. Что-то подсказывало Пандару, что и характером Шало пошел в нее, а не в отца.

Когда они прибыли во дворец, тело немедленно забрали для приготовлений, а Шало ушел к себе. Пандар не слышал ни единого звука за стеной, но не спешил заходить к бете, понимая, что тот не хочет никого видеть. Альфа не мог его в этом винить, ему нужно было отстрадать свое горе, чтобы смочь жить дальше. А страдать некоторые люди предпочитают в полном одиночестве. Пандар по себе это знал, а потому просто предпочел сидеть в своей комнате, невольно прислушиваясь к звукам за стеной.

_ _ *

Для траурной церемонии был сооружен портал прямо из внутреннего двора дворца. Первыми в него шагнули принесшие Валенсиону, затем многочисленные придворные, Шало и за ним Пандар. Перелет вышел легким, видимо, расстояние было небольшим. К неприятным последствиям можно было отнести только заложенные на пару минут уши, чему альфа был бы рад, если бы не обстоятельства перемещения.

Это была огромная скала посреди моря. Вокруг нее, прорывая морские воды острыми пиками, виднелись рифы, чей светлый камень выделялся в темноте начинающейся ночи. Под ногами был все тот же камень, но тщательно выровненный, гладкий. Маг зажег чаши с углем, что стояли у самого края своеобразной площади, и Пандар увидел огромный погребальный костер.

На деревянных бревнах, под которыми и вокруг которых было множество сухих мелких веток, лежало тело Валенсионы. Женщину положили на десяток белых мягчайших подушек, все тело было покрыто крупными белыми цветами. Люди становились в круг костра, хотя и оставались на приличном расстоянии. Шало вышел вперед, Пандар хотел встать за его спиной, но Ратмир покачал головой, ухватив альфу за локоть. Видимо, мужчина чуть не нарушил какой-то священный ритуал.

Море шумело где-то внизу, но этот шум заглушал для Шало все вокруг. Хотя возможно, что этот шум был лишь у него в ушах. Бета даже не слышал, как жрец просил Богов быть милосердными к его матери. Шало казалось, что услышь он это, он бы сам умер. Но жрец закончил, взял факел, зажег его и, медленно, почти торжественно, отдал Шало. Пламя показалось бете каким-то угрожающим, сулящим бесконечное горе, но Шало совладал с собой, прикрыл на мгновение глаза и взял факел из рук жреца.

Пандар видел, как бета подошел к костру и зажег его, не замявшись ни на секунду. Альфа не видел его лица, не видел глаз. А чувствовал, что должен увидеть! Хотя бы взглядом дать понять мальчишке, что… что он не один. Но такой возможности не было. Костер занимался, Шало по-прежнему стоял к Пандару спиной.

Костер разгорелся, пламя стремительно охватывало сухое дерево и вскоре уже занялись перьевые пышные подушки с атласными наволочками. Огонь поднялся куда-то вверх, к мрачному небу. Шало чувствовал, как от жара горело лицо, но не отступал, смотрел совершенно сухими глазами на лицо матери, которое будто дрожало в рыжем мареве. Бета понимал, что больше он его не увидит, а потому смотрел до последнего, пока тело все не исчезло в рыжем пламени. Только после этого Шало отвернулся, глаза жгло, но не было и намека на слезы.

Шало вошел первым в портал и, не дожидаясь, пока все вернутся, ушел к себе. Он не мог никого видеть, просто не мог. Его тошнило от лиц, голосов, просто от человеческого присутствия. Бета разделся, пальцы с трудом расстегивали пуговицы, будто не гнулись, и буквально упал на кровать. Но сон не шел и, пролежав всю ночь, Шало так и не уснул.

В голове было на удивление пусто, как и в душе. Шало почувствовал, что вместе с телом матери сгорело что-то внутри. Обратилось в прах и развеялось по ветру.

_ _ *

Пандар вышел на террасу, прислушался к тому, что происходило в комнате Шало. Но там было темно и совершенно тихо, ни звука. Альфа постоял немного, затем ушел к себе. Бета хотел остаться один сейчас, чтобы пережить то, что на него свалилось. Но Пандар поймал себя на мысли, что позови его Шало, он бы непременно пришел. Да же нет. Он хочет, чтобы бета позвал его.

Но конечно, всю ночь было тихо. Шало не подавал признаков жизни. Пандар ожидал, что бета и днем останется в своих покоях. Но он его удивил. Рано утром Шало ушел в кабинет и не появлялся на публике до самого обеда. Пандар сидел рядом с ним, смотрел, как бета нехотя жевал вкуснейшее мясо, по-видимому даже не обращая внимания на то, что именно он ест. Вечером Шало провел совет, на котором снова обращал внимания членов совета на скорость постройки флота. Бета вел себя так, словно ничего не произошло. Но за каждым обедом и ужином Пандар смотрел в карие глаза и не видел там ничего. Шало больше не было. Осталась лишь холодная бездушная оболочка.

_ _ *

Шало отпрыгнул назад, избежав удара альфы, а затем вновь ринулся вперед. После похорон прошло четыре дня, официальный траур для всей страны кончился, вновь были открыты кабаки и бордели, а так же лавочки ремесленников, но бета по-прежнему носил черное, хотя и вызвал Пандара утром на тренировку. Шало нападал с холодной методичностью, не показывая ни единой эмоции, не ведясь на уловки. В другое время мужчина был бы доволен, что мальчишка смог обуздать свой темперамент, который, бывало, мешал ему выиграть, но только не сейчас. Это был не Шало. Кто-то другой, безразличный ко всему происходящему вокруг него. Мертвый.

Это било по нервам как кнут по обнаженной спине, Пандар вопреки разуму и собственной принципиальной позиции не лезть к бете ни за что чувствовал, что так долго продолжаться не может. Шало отгородился спокойствием от всего мира, но Пандар знал, какова цена такого спокойствия. Вечное одиночество, бессмысленность существования, невозможность сойтись ни с одним живым существом. Все это последнее, что Пандар мог бы пожелать Шало.

Пандар сделал выпад вперед, Шало уклонился, альфа занес руку для удара, но остановился в последний момент. Оборонное движение беты вышло каким-то замедленным, он не успел бы отразить удар, а рана вышла бы страшной. Шало вдруг пошатнулся, его повело куда-то назад. Бета чувствовал, будто кто-то невидимый ухватил его за плечи и тянет к полу. Все вокруг на секунду потеряло ясные очертания, Шало мотнул головой.

Видя, что бета странно пошатнулся, Пандар выпустил кинжалы из рук, ухватил Шало за талию и помог ему удержать вертикальное положение. Бета несколько раз поморгал, мотнул головой, после чего отстранился. Пандар не стал его удерживать.

- Я в порядке, - хрипловато сказал Шало. Во рту появился привкус тухлятины, бета несколько раз кашлянул.

- На сегодня тренировка окончена, - спокойно сказал Пандар. - Ты устал.

- Мне лучше знать, - бросил Шало, подбирая с пола оружие.

- Я не буду с тобой драться. Можешь напасть на меня, но я не отвечу, - предупредил Пандар.

Шало ничего не ответил. Раньше он был бы в бешенстве, но в этот раз мужчина наткнулся на стену холодности. Бета бросил клинки на пол и двинулся в свои покои, Пандар пошел за ним. Когда они стали подниматься по лестнице, альфа шел почти вплотную к Шало, чтобы успеть подхватить в случае чего. Вопреки уверениям беты, он шел тяжело, грузно опускаясь всем весом на каждый шаг. Вдруг нога соскользнула со ступени, Шало смешно взмахнул руками, задев ими холодные каменные стены, и упал спиной на Пандара. Но альфа даже не пошатнулся, только крепко обхватил бету за талию. Шало коротко дышал, будто задыхался.

- Не нервничай, - тихо сказал альфа. - Я тебя держу.

Шало ничего не ответил, он прикрыл глаза, шея противно взмокла. Ноги были будто без костей, бете казалось, что он сейчас сложится пополам. Не заботило даже то, что Пандар стоит непозволительно близко и прижимает к себе, а бета чувствует спиной его сильное гибкое тело. Альфа вдруг нагнулся, подсек Шало под колени, и тот с каким-то заторможенным удивлением понял, что альфа взял его на руки.

- Я… я… - Шало понимал, что должен что-то сказать, но слова застряли в горле, никак не желая слетать с языка. Пандар легко преодолел узкий лестничный проем, пинком открыл дверь в спальню Шало, а затем вынес бету на террасу и осторожно посадил в кресло.

- Не смей звать лекаря, - неожиданно властно проговорил парень, ухватив мужчину за локоть.

- Даже не собирался. Я скажу, чтоб тебе принесли еды.

- Я не голоден.

Но Пандар проигнорировал его слова. Он поймал в коридоре слугу и сказал, чтоб королю принесли какие-то легкие закуски и яблочной воды. Альфа видел, как бета питался, а вернее делал вид, что питается, эти несколько дней, и не был уверен, что его желудок выдержит что-то более существенное. Вряд ли мальчишка и спит нормально. По крайней мере цвет лица говорил об обратном.

Через десять минут слуга принес поднос с едой, и мужчина отнес его на террасу. Шало сидел все в том же кресле, руки покоились на подлокотниках, голову бета положил на спинку кресла, отвернувшись от Пандара. Мужчина поставил подрос на столик и сел напротив парня. Альфа ничего не говорил, просто ждал, когда же Шало все-таки сможет на него посмотреть. С недавних пор бета избегал смотреть ему в глаза. Но бета сидел, не шевелясь и, кажется, едва дыша.

- Ты ее очень любил, - негромко сказал Пандар. Ему показалось, что бета прервал вдох на мгновение.

- Я не хочу об это говорить, - сипло ответил Шало, по-прежнему не смотря на мужчину.

- Нет ничего дурного в том, что ты скучаешь по ней, - мягко продолжил мужчина, внимательно следя за реакцией беты. Того это ужасно нервировало, но Шало не хотел выдать себя, а потому даже не мог посмотреть на альфу.

По этой же причине он не хотел встречаться с ним глазами все это время. Потому что Шало казалось, что стоит Пандару взглянуть в его глаза, как он увидит всего его, увидит даже то, что Шало хотел бы никому и никогда не показывать. Но самое главное, альфа увидит бесконечную тоску, которая стала единственной эмоцией. И еще сожаление о том, что никогда не вернешь. О нет, как ни смешно, но Пандар знал его лучше, чем кто-то другой в этом дворце. А Шало не хотел ему открываться вот так, не хотел казаться жалким и беспомощным, каким казался сам себе на Северном острове.

- Никто не осудит за тоску по близкому человеку, - все так же мягко продолжил Пандар.

Но бета не ответил, он только прикрыл глаза. Тогда мужчина встал со своего места, Шало слышал, как скрипнуло плетеное кресло, подошел к креслу беты и присел на корточки. Шало чувствовал внимательный, всепронизывающий взгляд нечеловеческих глаз. От этого взгляда становилось неуютно, хотелось закрыться чем-нибудь.

- Зачем ты это делаешь? - тихо спросил бета, не открывая глаз. - Какое тебе дело?

- Не знаю, - бете послышалась в голосе мужчины улыбка, и он невольно открыл глаза. Шало никогда не видел Змея улыбающимся. Но мужчина был совершенно серьезен. - Все проходит, Шало. Тоска будет оставлять твое сердце, на ее место придет печаль, но так больно уже не будет. Это просто надо пережить.

Шало усмехнулся и отвел взгляд. Он чувствовал, что своими словами альфа задевает что-то глубоко внутри него, что его голос вибрирует где-то в голове, и что-то надламывается, трескается. Бета резко встал с кресла, не желая, чтобы Пандар увидел его, когда это что-то сломается окончательно, Шало боялся этого, не знал, что с ним будет. Но мужчина рывком выпрямился во весь рост и преградил бете путь. Шало попытался обойти его, но вдруг Панадр неожиданно сильно ухватил его за предплечья, не давая вырваться. Бета дернулся, но мужчина удержал его на месте, внимательно смотрел в лицо парню. Глаза Шало бегали, чтобы не встретиться с взглядом мужчины, бета опустил голову. Пандар чувствовал каменные плечи под своими руками. Он осторожно спустил руки ниже, обвил ими талию Шало и привлек не сопротивляющееся тело к себе. Шало мягко ткнулся ему в ключицу.

Пандару было наплевать на последствия его сиюминутных порывов. Просто альфа чувствовал, что этот вариант единственно правильный, что так и должно быть и иначе быть никак не может. Он не может уйти и делать вид, что не замечает, как бета тускнеет с каждым днем, умирая. А Шало… этот гордый мальчишка! Он не позовет на помощь сам, его не так воспитали, чтоб просить о помощи, когда больно или просто плохо. Пандар слишком хорошо знал, какого это, когда некому разделить с тобой боль. Конечно, человек перебарывает это сам, но с каждым разом какой-то кусочек его сердца отмирает. У Пандара так умерло все, и он не хотел, чтобы с Шало случилось то же самое.

- Посмотри на меня, - тихо сказал мужчина, чуть наклонившись к бете.

Шало глубоко вздохнул, но не шелохнулся. Он сопел альфе куда-то чуть ниже шеи, руки безвольно повисли вдоль тела. Пандар отстранился на сантиметр и деликатно, словно боясь, что Шало вдруг воспротивится, поднял его лицо, взяв за подбородок. Мужчина смотрел в темные глаза, по которым иногда так трудно было прочесть состояние их обладателя, и отмечал, как Шало отводит взгляд, часто моргает, но глаза все равно становились влажными вопреки его воле. Бета попытался вновь опустить голову, но Пандар удержал его на месте и все смотрел, не давая передышки, шанса закрыться вновь.

- Я просто не могу, - едва слышно сказал Шало. - Не могу.

Он закрыл глаза, но одна-единственная блестящая слезинка скатилась из уголка правого глаза и стремительно побежала вниз по щеке. Шало быстро смахнул ее, Пандар сильнее стиснул его талию, и бета вновь уткнулся альфе в рубашку. По его телу прокатилась дрожь, мужчина почувствовал ее даже сквозь перчатки.

- Как больно, - словно тяжело раненый просипел Шало. - Если бы ты только знал, как же больно, Пандар.

- Больно - это хорошо. Это правильно, - успокаивающе, почти с нежностью сказал альфа, принявшись поглаживать Шало по голове. - Это значит, что ты живой. А только живые умеют страдать, радоваться… любить.

- К черту такую жизнь. Когда весь мир мечтает сожрать тебя, уничтожить. Когда ты каждый день должен идти против всех. И никого же не остается. Они все уходят, - бета посмотрел мужчине в лицо, будто надеясь, что тот опровергнет его слова. - А потом ты остаешься один, и никому нет дела, и…

Шало начал захлебываться словами будто рыданиями, говорил сбивчиво, иногда заикаясь, не договаривая слова. Но Пандар ничего не говорил в ответ, он чувствовал, что это сейчас лишнее. Шало презрел свою гордость, стряхнул с себя все ненастоящее и на несколько минут позволил себе стать тем, кем он является на самом деле. А сейчас он был изможденным властью, постоянным напряжением, недосыпом мальчишкой. Ужасно одиноким мальчишкой. Но именно таким человечным он больше всего нравился Пандару.

- Я отослал ее отсюда, чтобы уберечь, - горько сказал бета. - У нее было слабое здоровье, дворцовые интриги могли легко подорвать его. Я хотел, чтобы она вернулась сюда как настоящая и единственная королева, как моя мать. Чтобы не осталось тревог, и ее жизнь была спокойной и размеренной.

- Почему же она умерла?

- Она умерла во сне, - грустно улыбнулся Шало. - Просто уснула и не проснулась. Не было никакого яда, просто вечером она сказала, что очень устала и ушла к себе раньше обычного. А утром ее нашла камеристка. Вот и все.

- Смерть во сне совсем не страшна, - Пандар помолчал минуту. - Когда-то я мечтал, что умру вот так. Но боги не послали мне подобной милости. Они оставили меня жить. И иногда я… понимаю, почему, - Пандар чуть пригнулся и подхватил Шало на руки. - Тебе надо поспать. Сон лечит.

- Поставь меня, я и сам могу дойти, - слабо попросил бета, но противореча сам себе, обхватил мужчину за шею рукой.

Но Пандар ему не ответил. Он донес Шало до самой кровати, затем бережно положил на нее. Бета прикрыл глаза, альфа остановился в нерешительности, словно не зная, уйти ему или остаться. Будто почувствовав это, Шало похлопал по месту рядом с собой. Мужчина замялся, но все же сел рядом, в пол оборота. Бета лежал, не шевелясь и не открывая глаз. Казалось, ему достаточно и того, что Пандар сидит рядом. Спустя минут пятнадцать альфа уверился в том, что Шало, утомленный до предела, уснул самым крепким сном - сном забвения.

А Пандар все не спешил уходить. Будто что-то держало его на этой кровати. Альфа позволил себе рассмотреть каждую черточку на молодом лице, отметить, как золотится от загара кожа, а у самого уха притаились две маленькие веснушки. Шало чуть пошевелился, глубоко вздохнув. Ладонь с длинными пальцами оказалась очень близко к бедру Пандара. Мужчина смотрел на нее несколько мгновений, затем очень медленно и осторожно поднес руку в перчатке к золотистой коже, но остановился в дюйме от нее, не решаясь прикоснуться. Мужчина очень-очень близко, но все же над рукой, провел кончиками пальцев по воздуху, затем встал на ноги и тихо вышел, не обернувшись на спящего и такого по-детски беззащитного Шало.

========== Глава 12 ==========

Шало лежал на кровати, вперев сонный, расфокусированный взгляд в стену. Тело было ужасно тяжелым, будто бета враз набрал двести килограммов на каждую руку и ногу. А особенно тяжелой была голова. Наверное это потому, что Шало проспал до самого рассвета, об этом явственно говорили розоватые лучи солнца, которые робко разгоняли сумрак в комнате, застывая странными разводами на всех зеркальных поверхностях. Бета чувствовал себя безмерно уставшим и разбитым, будто работал на шахте все это время, а не спал на гладких, чуть прохладных простынях. Пошевелиться не было ни сил, ни желания. Апатия завладела телом, а самое главное - головой.

Солнце потихоньку поднималось из моря, заставляя просыпаться весь мир. Шало стал слышать едва слышное пение маленьких птичек, которые утром всегда были в саду, привлекаемые полными кормушками, тихие голоса слуг, боящихся разбудить господина, их шаги. Но вставать бета категорически не хотел. Состояние было таким, будто Шало вот-вот уснет, хотя сон и не шел. Все встречи и дела стали казаться неважными и ненужными. Утро вступило в свои права, а бета все так же оставался в постели, даже не пошевелился.

Раздались шаги, Шало повернул голову и увидел Пандара, который остановился на пороге, скрестив руки на груди. Бете вдруг стало неудобно, что он вот так лежит на кровати, но не было никаких сил сесть. Альфа постоял пару мгновений, затем подошел ближе, встал прямо перед лицом Шало, и теперь бета видел его ноги близко-близко перед собой. Мужчина вдруг сел на корточки, и теперь непозволительно близко оказались его глаза.

- Ты не собираешься завтракать? - поинтересовался Пандар. - Я уже поставил поднос на террасе.

- Я не голоден. Оставь меня, - негромко ответил Шало, прикрыв глаза. - Я хочу спать.

- Ты проспал полтора дня. Если надеешься, что раз не будешь есть, а только спать, то в скором времени уснешь вечным сном, могу тебя разочаровать, что это случится довольно не скоро, - усмехнулся мужчина.

- Тебе смешно? - равнодушно осведомился Шало. - Смейся. Мне сегодня совершенно наплевать на чужое мнение. И твое тоже.

- Рад бы услышать это раньше… Но не сегодня, - спокойно ответил Пандар. - Поднимайся с постели или я подниму тебя сам.

Шало промолчал. Он знал, что Пандар не шутит. Видит Бог, бета не был уверен, что у альфы вообще есть хоть какое-то чувство юмора. А депрессия не настолько завладела Шало, чтобы он позволил Пандару поднять себя с постели. Это все еще для него было слишком унизительно.

Бета тяжело вздохнул, но медленно сел на кровати, после чего встал. Он умылся, переодел рубашку, когда Пандар отвернулся, поняв красноречивый взгляд.

- Я на ногах. Теперь ты доволен? - устало и чуть раздраженно поинтересовался Шало.

Альфа ничего не ответил. Он махнул рукой и вышел на террасу. Шало последовал за ним и увидел поднос, полный разных фруктов, на столике. Мужчина сел, сделал приглашающий жест, и бета последовал его примеру. Как ни странно, от яркой пестроты фруктов есть совсем расхотелось, и Шало молча откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза. Пандар взял с подноса кусочек какого-то огромного фрукта с ярко-оранжевой мякотью и отправил себе в рот. Сок наполнил рот, и альфа съел еще кусочек.

- Не хочется есть? - негромко спросил Пандар.

Шало слегка помотал головой, не открывая глаз. Его начало подташнивать по какой-то неведомой причине.

- Почему ты нянчишься со мной? - вдруг спросил бета. - Это унизительно, оставь меня в покое. Я сам справлюсь.

- Я вижу, - мрачно резюмировал Пандар.

Шало широко распахнул глаза. На мгновение альфа увидел там мелькнувшую злость, но она тут же исчезла. Бета встал на ноги и, не говоря ни слова, ушел в свою комнату. Мужчина последовал за ним и остановился на пороге, принялся смотреть, как Шало надевает жилет и золотой перстень. Бета вышел из комнаты, и Пандар пошел за ним. Шало брел куда-то, поднимался по лестнице. Только услышав легкий плеск воды, мужчина понял, что бета идет к бассейнам с водой из разных морей. Шало подошел к бассейну с зеленоватой водой, бета постоял немного, затем вдруг скинул туфли, сел на гладкий пол и опустил ноги в воду, не заботясь о намокших брюках. Мужчина встал за его спиной. Шало поболтал ногами в воде, снял жилет и перстень, а после этого легко соскользнул в бассейн.

Вода приняла его в свои спасительные прохладные объятья, обволакивала тело и, казалось, сам разум, избавляя его от тысячи ненужных мешающих мыслей. Если бы не необходимость дышать, Шало бы ни за что не выныривал. Он скользнул животом по дну, потом еще раз, пока легкие не начали гореть от нехватки воздуха. Но даже тогда Шало не вынырнул, и в какой-то момент вдохнуть спасительного воздуха уже не хотелось так сильно. Вдруг бета почувствовал, как какая-то мощная сила ухватила его за шею и рывком подняла наверх, к свету. Шало тут же жадно вдохнул, потом еще и еще, а Пандар держал его за плечи.

- Решил умереть вот так? - прошипел мужчина, и что-то екнуло внутри беты. Он никогда не видел Пандара в таком состоянии. Зрачки стали совсем узкими, голос стал походить на шипение змеи. Казалось, что альфа готов растерзать его прямо сейчас.

- Нет, - тихо ответил Шало. - Я бы вынырнул. Просто воздух расходую экономно.

Пандар помолчал. Он вдруг почувствовал себя непроходимо тупым. И с чего он решил, что мальчишка решил свести счеты с жизнью именно сейчас? Шало неглуп, он понимает, что Пандар бы нырнул за ним. Так что неудачный момент. Альфа опустил руки.

- Плавай так, - бросил Пандар.

- То есть ты останешься в воде? - решил уточнить Шало. Он не верил в реальность происходящего. Совершенно мокрый Пандар, стоящий по подбородок в воде… И только тут до беты дошло, что подумал мужчина.

Бета отплыл от альфы на пару метров, затем нырнул и показался уже у самого бортика. Шало оперся руками о мрамор, затем остановился, будто передумав вылезать.

- Я бы никогда не сделал этого, - негромко сказал бета, повернувшись к Пандару лицом. - Единственный человек, которого я когда-либо любил и который когда-либо любил меня, умер. Но это не изменит того факта, что я король этой страны, надежда и опора всех ее жителей, и единственный ребенок моей матери. Она сделал слишком много, чтобы я жил, и я никогда не стал бы вот так бросаться этой жизнью. Это было бы предательством по отношению к ней.

- Кажется, я оскорбил тебя, - сказал Пандар, подплыв ближе. - Но я не мог предположить иного…

- Не суди меня по себе, - резко сказал Шало. Губы альфы дрогнули, и бета почувствовал жаркий укол стыда за свои слова. - Прости, я не должен был этого говорить, - с раскаянием в голосе произнес Шало.

- Ты сказал то, что думаешь, - холодно ответил Пандар, и отвернулся.

Он собирался отплыть подальше от беты, но тот вырос у него на пути. Мужчина нырнул, но Шало нырнул следом, взял его за воротник рубашки и потянул обратно, наверх. Но Пандар удивил его. Он неожиданно сильно, почти делая больно, схватил Шало за талию и стал тянуть его вниз, к самому дну. Бета вскрикнул, забархтался, и весь воздух разом вышел из легких, а Пандар прижал его ко дну будто каменная плита. Но вдруг мужчина опомнился, захват резко ослаб, Шало почувствовал на своих губах чужие холодные губы, и воздух, который альфа вдохнул в него, а затем стремительно потянул бету наверх. Шало закашлялся, едва не согнувшись пополам, когда они вынырнули на поверхность. Но Пандар ухватил его за талию и крепко держал, пока бета отплевывался.

Альфа был в ужасе от своего поступка. Он не понимал, почему слова беты всколыхнули в нем такую дикую неукротимую ярость, с которой он не мог справиться. Мужчине захотелось проучить его, показать, что смерть совсем не так заманчива ни для него, ни для кого бы ни было еще. Пандар никогда такого не чувствовал. И это напугало его до холодного пота и трясущихся рук.

- Я не знаю, что сказать, - тихо проговорил альфа, по-прежнему удерживая Шало за талию. - Извинения ничтожны. Наверное, ты должен меня казнить.

- Не казню, - сипло ответил бета. Но отстраняться не стал. Он обхватил мужчину за шею, и тот буквально одеревенел, не ожидая подобного и не понимая, как Шало вообще может так делать. - Я сам тебя спровоцировал.

Бета замолчал. Он по-прежнему находился слишком близко, Пандар видел, как грудь, облепленная мокрой рубашкой вздымалась и опадала в такт дыханию. Это рождало в голове какие-то странные, непонятные мысли, которые мужчина старался всеми силами отогнать, зная, куда они заведут его. Но этому не бывать, даже в самых дерзких мечтах Шало никогда не будет его.

Мужчина отстранился, отплыл к бортику и уже оперся руками о мрамор, когда вдруг услышал:

- Останься, - и помедлив секунду, Шало добавил, - пожалуйста.

Пандар повернулся к нему.

- То ты гонишь меня, то хочешь, чтобы я остался. Ты слишком непостоянен для беты, - сказал альфа. Он вперил тяжелый взгляд в бету. Мужчина понимал, что должен уйти, но хотел остаться. Это разрывало его, а Шало стоял напротив и будто видел, что всколыхнулось у альфы внутри. И теперь Пандар почувствовал себя в ловушке. Но надо было что-то ответить. - Я посмотрю на тебя с суши.

Альфа вылез из бассейна и сел прямо на пол, скрестив ноги по-турецки. Вода стекала с него, рубашка липла к телу, не оставляя простора фантазии, но мужчина не замечал этого. Шало подплыл к нему.

- А ты, оказывается, трус, Пандар, - негромко произнес бета, заглянув мужчине в глаза. Вертикальные зрачки дрогнули, но Шало этого уже не видел. Он исчез под водой и показался уже где-то на середине бассейна.

Альфа смотрел, как Шало плавает и понимал, что ему совершенно необходимо что-то предпринять, чтобы вернуть себе состояние спокойствия. В своих альтруистических побуждениях, мужчина позволил Шало подобраться неожиданно близко, настолько близко, что всего несколько слов, на которые раньше альфа не обратил бы внимания, двадцать минут назад вывели его из себя. Это недопустимо.

_ _ *

- Ты позволишь мне исчезнуть на пару часов? - спросил Пандар, без стука войдя в комнату Шало. Бета сидел на кровати, подогнув ноги, и в вырезе расстегнутой рубашки альфа увидел живот с кубиками пресса и редкими-редкими веснушками. Мужчина мгновенно перевел взгляд на лицо беты.

- Конечно, - пробормотал Шало, не отрывая глаз от книги.

Бета больше слышал, чем видел, как Пандар выходит через потайную дверь. Шало отложил книгу и вышел на террасу, чтобы немного проветрить голову.

Как ни странно, но после сегодняшнего дня стало немного легче. Боль потери все еще разъедала душу, но теперь Шало хотя бы мог попытаться убедить себя, что все когда-нибудь встанет на свои места и что смерть матери - это не конец всех надежд и мечтаний. Теперь на это можно было надеяться.

Шало поразило поведение Пандара. Бета не думал, что мужчина способен на какое-либо сочувствие, что его будет трогать хоть что-то. Но оказалось, что альфа не так холоден, как хочет казаться. По крайней мере Шало спровоцировал в нем вспышку небывалой ярости, что еще месяц назад казалось настолько невероятным, что бета даже не мог подумать о подобном. Что послужило спусковым механизмом? Конечно, Шало сказал непростительную грубость, задел Пандара за живое, но он ведь и раньше слышал подобно, да и вряд ли команда пиратов, с которыми он провел незнамо сколько лет, была более деликатной. Неужели… неужели дело в том, что это сказал именно Шало? Бета отказывался верить, но этот вариант казался ему наиболее вероятным. Непостижимо. Пандар был загадкой за семью печатями, за каждой из которых скрывались бесчисленные секреты и головоломки. Один неверный шаг, и все мгновенно закроется, замки станут сложнее, а защита - прочнее. Было стыдно себе признаться, но Шало совсем не был уверен, что хочет разгадать эти секреты, он не представлял, что могло прятаться столько лет под маской равнодушия.

_ _ *

Пандар вошел в уже хорошо знакомый бордель, не дожидаясь, пока к нему подойдет какая-нибудь проститутка. Альфа поднялся вверх по лестнице и, не постучавшись, рывком открыл третью от лестницы дверь. Альфред был совершенно обнаженным и застилал постель, предоставив Пандару возможность лицезреть крепкие ягодицы и расщелину между ними. Омега даже не повернулся на звук.

- Можешь не застилать, - сказал мужчина и захлопнул дверь с громким стуком. Омега развернулся к нему лицом.

- Ты не в духе сегодня? - низко спросил он, подойдя ближе. Ладони с длинными пальцами опустились на плечи, скрытые плащом. - Оставь все свои проблемы за этой дверью. Они неважны сейчас.

Пандар шумно вздохнул, вдруг резко схватил вскрикнувшего от неожиданности омегу и буквально кинул на кровать, следом придавив своим весом. Руки Альфреда оказались зажаты будто тисками, Пандар опустил лицо низко-низко, так, чтобы омега мог увидеть в темноте капюшона нечеловеческие глаза. Мужчина хотел увидеть выражение ужаса на лице шлюхи, сам не зная почему. Но его не было. Альфред смотрел прямо в змеиные глаза и даже не пытался вырваться.

- Ты совсем не боишься? - прошипел Пандар, склонившись еще ближе.

- Если ты все-таки решил меня убить, я не успею даже закричать. Да и вряд ли подмога тебя остановит, даже если меня кто-то услышит. А если ты просто хочешь напугать меня, хотя я не знаю почему, то трюк не удался, потому что я делал минет пятидесятилетнему мужику, чей член был весь покрыт прыщами ветряной оспы. Твои глаза далеко не так страшны, уверяю тебя.

Пандар медленно выпустил весь имеющийся в легких воздух, затем отпустил омегу и сел на кровати. Он сам не понимал, что на него нашло. Просто если бы Альфред отшатнулся, Пандару было бы куда проще. Это подкрепило вес его принципы, заткнуло бы наивные желания и просыпающиеся страсти. Но омега не испугался, и теперь все это всколыхнулось вновь, и мужчина не знал, что делать сейчас. Впервые за последние лет пятнадцать он испугался.

Он боялся, что томившиеся чувства, которые, казалось, он уничтожил много лет назад, вырвутся на свободу, завладеют им и уничтожат. А еще хуже, если в припадке нечеловеческой ярости он уничтожит Шало. Пандар еще помнил вспышки Чезаре, которого ничто не могло остановить, и мужчина отказывался становиться таким же. Потому что некому будет вытаскивать его из пучины безумия. И тогда он станет тем, кем его сделали, глас разума умолкнет навсегда, и после этого Пандара можно будет только убить. А умирать прямо сейчас альфе как-то расхотелось. И причину подобной перемены он не желал искать.

Пандар почувствовал, как Альфред осторожно обнял его со спины, а руки неожиданно изящные пальцы легли на тесемки плаща.

- Твои колдовские глаза разожгли во мне дьявольское любопытство, - промурлыкал омега над самым ухом.

- Надеюсь, что ты умеешь хранить секреты, - усмехнулся Пандар, не мешая Альфреду развязывать тесемки. Омега снял с него плащ, и альфа повернул голову к нему, чтобы увидеть его выражение лица. - Потому что прежде, чем ты успеешь хоть что-то сказать, я перережу тебе горло.

- Я догадался, - цокнул языком Альфред. Он провел кончиками пальцев по мелким чешуйкам на щеке мужчины. Пандар на мгновение задержал дыхание. Его никто не касался вот уже шестнадцать лет. - Значит, ко мне ходит телохранитель Его Величества. Жаль, что не могу никому рассказать. Мои коллеги удавились бы от зависти. К ним ходят только стражники.

- Я тебя предупредил.

- Я никогда не жаловался на память, - покачал головой омега. Он чуть наклонился к мужчине, будто желая поцеловать его, но тот отстранился.

- Если хочешь жить, то не делай этого, - процедил Пандар. - Я ядовит. Если поцарапаешься, то умрешь в агонии через пару минут.

- А я рисковый, - вдруг ухмыльнулся Альфред. - Не шевелись.

Он взял лицо альфы в ладони и медленно приблизил свои губы к его губам, а потом и вовсе прижался к ним. Пандар замер каменным изваянием. Он боялся пошевелиться, чтобы не поранить Альфреда острыми ядовитыми зубами… и не мог поверить, что омега, увидев кто он, по доброй воле решился его поцеловать. Пандар уже и не помнил, что это такое, когда чувствуешь вкус любовника на своем языке.

- По ощущениям ты почти как обычный альфа, - прошептал Альфред, отстранившись. - А здесь? - Пальцы стали проворно расстегивать рубашку, потом и вовсе омега заставил Пандара отбросить ее в сторону. - Ты красивого цвета, мой необычный клиент.

Альфред осторожно толкнул мужчину в грудь, и тот послушно упал спиной на незастеленное покрывало. Омега принялся покрывать легкими поцелуями его шею и грудь, Пандар поглаживал его по спине. Чувствуя, что пульс альфы никак не сбивается, Альфред отстранился на мгновение и заглянул в странно уставшие глаза мужчины.

- Ты совсем ничего не чувствуешь? - спросил омега, уже заранее зная ответ.

- Почти нет. Только… ниже.

Рот омеги сложился буквой “о”, а глаза вдруг загорелись. Альфред проворно спустил штаны альфы к щиколоткам и принялся исследовать открывшееся тело, с удовольствием отмечая, что здесь Пандар был куда чувствительнее. А альфа закрыл глаза и позволил себе поплыть от восхитительных ощущений, которые дарили горячие умелые губы и проворный язык. Мужчина и не помнил уже, когда представал перед любовниками обнаженным, и это вскружило голову едва ли не сильнее, чем сам процесс. Чувствуя, что Пандар уже заведен не на шутку, Альфред рывком опустился на него и сразу же принялся двигаться в рваном быстром темпе, с каждым разом насаживаясь все глубже. Сделав последний отчаянный рывок, омега упал на Пандара и тут же почувствовал, как в ответ на собственный судороги удовольствия, альфа излился в него. Альфред отстранился, не допуская сцепки, но тут же упал на бок, рядом с мужчиной.

- И чего ты сегодня такой злой был? - хрипловато спросил омега, чуть отдышавшись. Он стал ненавязчиво водить рукой по груди мужчины, изредка задевая бледные соски. - Напугать меня попытался до полусмерти.

- Не бери в голову, - пробормотал Пандар, открыв глаза. Он сел и мотнул головой, словно стряхивая с себя дурман разрядки. - Мне пора.

Мужчина спешно оделся и положил на обшарпанную тумбочку пять золотых.

- Повелитель не надолго отпускает тебя, - сказал Альфред. Увидев взгляд Пандара он поспешно добавил. - Я все помню. Помню. Никто не узнает ни слова. В противном случае даже грузовые корабли, отходящие каждый вечер, меня не спасут.

- Рад, что ты это понял, - усмехнулся Пандар.

Он надел плащ и вышел из комнаты.

========== Глава 13 ==========

Когда закончился официальный траур по усопшей королеве, Шало вновь с головой окунулся в дела. Он уставал так, что сил хватало только на то, чтобы рухнуть в постель после ужина с придворными. Пандар ходил за ним привычной тенью, был как всегда немногословен, в общем, не подавал виду, что за эти несколько дней что-то произошло за исключением смерти Валенсионы. И хотя мужчина был подчеркнуто бесстрастен, бета отчетливо понял, что альфа вовсе не так мертв душой, как хочет показать или даже верит в это сам. Просто мертвые не сострадают живым, им все равно. А Пандару было не все равно, иначе он не стал бы почти что насильно вытаскивать Шало из тоски и уныния, в которых он добровольно желал утонуть. Но нет, альфа не позволил ему лежать и бездумно пялиться в стену.

Но больше сострадания Пандара Шало поразила его внезапно вспыхнувшая и тут же быстро погасшая ярость. В чем причина такой вспышки? Видят Боги, бета раньше подумать не мог, что и Пандар как все обыкновенные люди может быть подвержен вспышкам гнева. Что в словах Шало его так задело, что самообладание вдруг изменило альфе? Конечно, брошенная фраза была грубостью…

Не суди меня по себе.

Но все таки. Пандар слышал куда более обидные вещи в своей жизни даже от Шало. Неужели сам того не желая, бета попал в единственное уязвимое место мужчины? Помнится, когда-то он обмолвился, что в свое время хотел умереть. Выходит, что сейчас… Что сейчас?

Мысли шли по кругу, вопросы повторялись, а Шало все не находил ответа. Боги, у него было столько проблем помимо Пандара, столько своей боли, с которой приходилось жить один на один, что Шало не был уверен, что хочет найти ответы, разгадать альфу. Кто знает, какой может оказаться разгадка? И бета почти презирал себя за это. Он омерзительный трус, который боится войти в мир другого человека.

Но все вопросы были безжалостно отодвинуты на самый последний план, когда пришло письмо от Галиуса, в котором северянин выражал Шало самые искренние сочувствия, говорил о быстротечности времени и о том, что, увы, ничего назад вернуть невозможно. Этого тонкого намека хватило, чтобы Шало трижды проклял Галиуса мысленно, а так же всех заговорщиков. К сожалению, на безмолвные проклятия надежды было чрезвычайно мало, впрочем, как и на дворцовую стражу. Шало все больше склонялся к мысли, что либо им совершенно все равно в принципе, что будет с их королем, либо им еще и приплачивают за равнодушие. Поскольку их поиски еще ни разу не увенчались значительным результатом несмотря на всю видимую деятельность. И с этим тоже надо было срочно что-то делать. Немедленно.

_ _ *

Пандар смотрел, как работает Шало, сидя в кабинете или в тронном зале, и думал, что пускай уж он будет в работе, чем в кровати с ничего не выражающим взглядом. Альфа знал, что терять - это всегда больно, безумно больно. Особенно, если так и не сказал того самого важного, что даже спустя года мучает тебя, хотя слова эти вовсе не так важны. Но с этим тоже надо как-то жить дальше, иначе никак, даже лет до сорока не дотянуть. А Шало будет терять всю его жизнь, такова доля королей: их учат не привязываться, относиться ко всем свысока. Им почти запрещено любить. Великое счастье, если интересы страны совпадают с твоими собственным. А не это ли самая большая потеря в жизни - потеря любви? Результат такой потери прост: чем старше ты становишься, тем более ты одинок, а потом ты умираешь среди тысячи слуг и совершенно один. И не успевает остынуть твое тело, как говорят: “Король умер, да здравствует новый король!” И все.

Размышляя так, мужчина вдруг понял, что он не хочет такой жизни, а вернее, существования для Шало. Альфе было наплевать, почему это стало казаться важным, наверное, так было всегда, просто Пандар безжалостно душил в себе любое отношение к Шало кроме равнодушия. Но он выдал себя с головой, когда нянчился с бетой словно с малым дитем. Выдал свои чувства прежде всего самому себе. И альфа не мог понять, правильно это или нет. Да, он знал, что привязываться к подопечному смерти подобно, что Шало забудет о нем, как только все интриги будут зарублены на корню, а интриганы - изловлены. Бета будет обязан о нем забыть, потому что Пандар уйдет. Но что толку, если Пандар уже привязался к мальчишке? И черт побери, но он бы многое отдал, чтобы Шало остался именно таким мальчишкой на всю жизнь, а не одним из сотни королей по всему миру.

_ _ *

Шли дни, Шало работал, альфа время от времени пересекался с Реджисом, который стал докладывать ему обо всем, что происходит во дворце, что было весьма немаловажно. Теперь мужчина был в курсе, с кем спит кхан Эрм, откуда у “бездетного” супруга господина Мориса вдруг появился кругленький животик, и тому подобные постыдные мелкие и не очень секреты. Это было очень полезно, в случае чего, Пандар знал, к кому пойдет и на что будет давить. Конечно, угроза смерти по-прежнему является самой сильной из многих существующих, но большинство людей альфе были полезнее живыми, чем мертвыми. Жаль только, что Реджис был один. Если бы таких как он был бы хотя бы десяток… Возможности мужчины значительно расширились бы, мягко говоря. Поразмыслив немного над этим, Пандар как бы случайно толкнул Реджиса в коридоре и незаметно вручил ему крошечную записку.

Несколько дней от мальчишки не было ни слуху, ни духу. Но где-то спустя неделю завтрак Пандару принесли сразу двое мальчишек, а с ними проскользнул и Реджис. Тот, что держал в руках поднос и не смел поднять на Пандара глаз, был примерно одного с Реджисом возраста, а другой мальчишка помладше, лет десять, не больше. Младший тому, что постарше, и смотрел на альфу исподлобья. Знаками, которые Пандар уже стал хорошо понимать, Реджис показал, что эти двое пришли с ним не просто так. Тот, что был постарше, смотрел на манипуляции своего друга, но ничего не понимал, Пандар видел это по его глазам. Реджис закончил, и мужчина слегка кивнул, в знак того, что все понял.

- На океанском диалекте говоришь? - спросил Пандар старшего.

- Да, - голос у светловолосого оказался неожиданно звонким. - Я прислуживаю молодому лорду Бретон, часто разбираю его корреспонденцию, отношу записки, слежу за его одеждой, прислуживаю на прогулках. Я часто среди благородных, но совершенно незаметен, и они часто говорят при мне.

Паренек явно хотел, чтобы Пандар понял, что он очень полезен, хотя и старался этого не показывать. Такой же светловолосый ребенок молча смотрел на альфу. Видимо, эти двое были братьями.

- А этот? - мужчина кивнул на младшего.

- Это Тэр, мой брат, - с готовностью ответил паренек. - Он часто помогает служанкам убираться, носит им воду и тряпки. Если его увидят в комнате, никто не удивится. Он бывает везде.

- Это хорошо, - спокойно сказал Пандар. Он чувствовал, что оба брата его откровенно боятся. - Почему вы пришли? Учтите, мои поручения будут мелкими, но важными. И предательства я не потерплю.

- Я понимаю, - светловолосый сглотнул. - Реджис сказал, что вы не хотите никого покупать. Я понимаю. Кого купили один раз, того можно купить и второй. Я… - паренек запнулся, - нам нужна защита.

- Какого рода?

- Отец лорда Брентона… - светловолосый опустил глаза, но потом вдруг посмотрел мужчине прямо в лицо, - мужа ему мало. Я боюсь, что однажды он меня поймает, а я не успею убежать. И за брата боюсь, потому что Ватис - так его зовут - отвратительный человек.

- Понятно. Ну что ж, - пожал плечами Пандар, - если будешь мне помогать, о Ватисе можешь не беспокоиться. Договорились?

- Да.

Пандар протянул правую руку в перчатке, и новый помощник осторожно ее пожал.

- Зовут тебя как? - спросил альфа.

- Камро. Я сын Тара, садовника.

- Слушай меня внимательно, Камро, - Пандар немного наклонился, чтобы его глаза оказались на уровне глаз подростка. - От тебя ничего не требуется, кроме как просто слушать, о чем говорят господа, и запоминать это. Если узнаешь что-то интересное или что-то покажется тебе странным, напугает тебя или просто будет не таким, как обычно, то ты сразу сообщаешь это мне. Можешь передать через Реджиса, а можешь сам подать знак. То же самое, если тебе или твоему брату будет угрожать опасность любого рода.

- Ясно, милорд. Спасибо, - негромко ответил Камро.

- Я не милорд. Зови Змеем, - паренек кивнул. - А теперь уходите.

Забавно, но этими двумя Реджис не ограничился. Оказалось, что во дворце было достаточно тех, кто чего-то или кого-то опасался. В основном это были дети, чьи родители либо во дворце вовсе отсутствовали, либо были не в состоянии их защитить. Были сироты. Тем не менее, Реджис выбирал новых членов тайной канцелярии, как любили себя называть мальчишки и девчонки, особенно тщательно, не говоря ни слова болтливым трусам или тем, кто уже для кого-то шпионил. А последних было немало. Но Пандар понял, что лучшие шпионы - это дети. Они юркие и ловкие, часто они наблюдательны и имеют хорошую память, а благородные не привыкли стесняться слуг. Плюс ко всему, некоторые дети были нездешними, дакарский не был для них родным, и они знали по два языка. Так спустя две недели Пандар обзавелся “глазами и ушами”, которые в общей сложности говорили на четырех языках и теперь маленькие шпионы узнавали все первыми. Жаль только, что немногие из них были грамотными, но они и тут ухитрялись передавать сведения кому-то, кто мог прочитать написанное. В общем и целом Пандар был доволен.

Но время шло, а все было относительно спокойно. Только мелкие интриги придворных, направленные на уничтожение или ослабление друг друга. Пандару было интересно наблюдать, на какие гнусности готовы пойти эти люди, чтобы урвать себе лишний кусок власти, альфе эти игры напоминали схватки пауков в банке, которым бросили одну-единственную жирную муху на всех. На короля пока что руку никто не смел поднять, но чем больше тянулось спокойствие, тем больше напрягался мужчина, ожидая, когда затишье кончится и грянет буря. А предчувствие Пандару подсказывало, что случится это весьма скоро.

_ _ *

Утром Пандар проснулся с легкой ломотой в шее. Альфа осторожно повертел головой, словно надеясь, что тянущая боль пройдет, будто бы он спал в неудачной позе. Но у мужчины никогда ничего не болело, ломота в суставах означало только одно - мучительное перерождение через пару дней. И каждый раз Пандар как наивный мальчишка надеялся, что это всего лишь неудачная поза во сне. Остался только один вопрос, как сказать Шало, что его телохранитель будет совершенно бесполезен как минимум три дня? И как сделать так, чтобы ни одна мразь об этом не узнала?

Смешно, но альфа никогда не думал о том, как скажет Шало об особенностях своей физиологии. Почему-то мужчине было… стыдно признаться в этой слабости, хотя фактически он не был в ней виноват. И еще было безумно страшно. Никогда в жизни Пандар не боялся так, как в моменты своего перерождения. Потому что раз за разом они возвращали его туда. В преисподнюю. В оживший кошмар прошлого, который и не думал тускнеть с годами.

Целый день Пандар ходил за Шало привычной тенью, так ничего ему и сказав. К обеду начала побаливать спина, а когда подошло время ужина, мужчина изо всех сил пытался скрыть, что ему тяжело садиться на стул. С омерзением Пандар чувствовал, как кожа натягивается от его движений, словно холодная резина, которая вот-вот треснет. Суставы едва ли не скрипели как не смазанные колеса старой телеги, и сам альфа чувствовал себя невыносимо старым, а от того жалким и беспомощным. Когда же вечерняя трапеза закончилась, Пандар понял, что сильно ошибался, думая, что сесть на стул тяжело. Встать с него казалось непреодолимой задачей. Альфе пришлось обеими руками опереться о столешницу, чтобы встать, и ему показалось, что он заметил недоуменный взгляд Шало. Этот взгляд больно ударил по сердцу.

_ _ *

Едва Шало закрыл дверь в свои покои, как услышал шаги на террасе, и в следующее мгновение Пандар оказался в его комнате, не потрудившись постучать. Шало внимательно взглянул на на него. Бете показалось или кожа мужчины и вправду стала желтеть, а сам он не просто прикоснулся к стене рукой, а… оперся на нее.

- Что-то случилось? - спокойно спросил бета, насторожившись. - Ты болен?

- С чего ты взял? - неожиданно резко спросил Пандар. Затем прикрыл глаза, будто успокаиваясь. - Это особенность моего организма. Иногда мне нужен… покой.

- Хорошо, - кивнул Шало, чувствуя, что альфа хочет сказать что-то еще, но медлит.

- Мне нужно пару дней, - медленно проговорил Пандар. - Никто не должен знать, что я… устал. Потому что я не смогу тебе помочь. Никак. Убить меня будет проще, чем одинокого старика в глухом лесу.

Мужчина договорил и внимательно посмотрел на Шало. Боги, какой реакции он ждал? Бета не мог этого понять.

- Я все понял, - на удивление спокойна сказал он. - Тебе что-то понадобится?

- Нет. Только покой. Пускай ко мне никто не заходит.

Шало коротко кивнул в знак согласия, и альфа, не торопясь, пошел к себе, а вернее сказать, побрел. Бета проводил его долгим взглядом.

Просьба Пандара заставила его крепко задуматься. Выходит, альфа не так неуязвим? Он тоже может… уставать? Хотя бета слабо верил, что состояние мужчины можно назвать усталостью. Он выглядел так, будто действительно заболел. Желтеющая чешуя перестала казаться игрой света и тени, а тяжелая поступь не была выдумкой Шало. Интересно, заметили ли это другие люди?

_ _ *

Вернувшись к себе, Пандар сдернул с кровати все простыни, оставив голый матрас, затем распустил шнуровку у полога, чтобы тот полностью закрыл мужчину от посторонних глаз. После этого Пандар снял рубашку и позволил себе тяжело опуститься на кровать. Альфа тяжело вздохнул. Он сдернул простыни, потому что к завтрашнему вечеру они пропитаются его кровью, а мужчина не хотел, чтобы по замку пошли слухи, что по ночам он режет в своей постели коз или незамужних девственниц. Хотя, когда обнаружат матрас, вопросов возникнет не меньше. Но мужчину это волновало уже слабо. Он старался не поддаваться панике, которая накрывала его с головой всякий раз, мешала цепляться за разум в этой медленной агонии, заставляла думать, что именно в этот раз наступит конец. Но через пару дней альфе становилось лучше, раны затягивались, чешуя становилась жестче, зеленее, и Пандар мог снова ходить, думать, есть, дышать… до следующего раза.

Пандар положил руки на живот, несколько раз глубоко вздохнул. Надо было отдохнуть, силы стремительно утекали, а завтра они ему понадобятся, чтобы в который раз вести борьбу с собственным ужасом, который разбудит боль.

_ _ *

Утром Пандар уже не хотел шевелиться. У него болело буквально все: шея, спина, суставы пальцев рук и ног, ребра… Каждый вздох давался все труднее и труднее, альфа дышал все короче, стараясь почти не задействовать грудную клетку, хотя это было невозможно. Мужчина наблюдал, как солнце дошло до своей высочайшей точки на небосклоне, разогнав тени в комнате, и как затем оно стало опускаться, уступая вечеру. Тени удлинялись с каждой минутой, и Пандару казалось, что это демоны Бездны тянут к нему свои скрюченные лапы с длиннющими когтями. Сердце стучало часто-часто, мужчине казалось, будто оно с силой бьется о ребра, причиняя невыносимую боль. Кровь стучала в ушах, в висках, и альфа не слышал ничего кроме ее стука.

Даже думать было больно. Минимальное усилие тут же отзывалось вспышкой невыносимой боли в голове, а Пандар чувствовал, как страх накатывает на него все большими волнами, лишая рассудка, за который мужчина так отчаянно цеплялся последние несколько часов. Он знал, что как только он сдастся, то вернется туда. Пандару было страшно признаться в этом даже самому себе, но он совсем не был уверен, что сможет вернуться из этого безумия. Что может быть страшнее, чем до конца дней своих оказаться в плену ужаса, боли и отчаяния? Смерть тогда станет спасением. Да вот только кто сможет убить его? У кого хватит сил и мужества? Пожалуй, только у Чезаре. А он слишком далеко отсюда.

Когда боль стала невыносимой, Пандар начал соскальзывать куда-то за грань. В голове все путалось, реальность перестала казаться единственно возможной, и омерзительный голос нашептывал будто на ухо, что Дакар, Шало и королевский дворец - лишь несмешная шутка воспаленного сознания, а реальность - это катакомбы без выхода, высохший колодец с ржавой решеткой наверху и красноглазый маг, который приходит смотреть на тебя каждый день. И каждый день ты молишься, чтобы он не захотел тебя вытащить. Потому что иначе все пойдет по новой: раскаленное железо, сотни змей, который кусают тебя, шипят, и ты ничего не слышишь кроме их шипения, которое сливается в один звук, похожий на хрип умирающего… А потом оказывается, что это ты хрипишь.

- Здравствуй, мой дрогой, - говорит тихий, едва слышный голос во тьме.

Раздаются десять шагов. Пандар точно знал, что их десять, он как-то сосчитал, когда имел глупость предположить, что этому человеку больше нечего с ним делать. Альфа прижался всем телом к каменной стене, отвернул лицо, зажмурился. Он ненавидел того, кто приходил к нему каждый день. Он боялся его, хотя и никогда не видел. Он боялся его ледяных рук, красноватых глаз, шагов в темноте и тихого голоса.

Ледяные руки коснулись лица, Пандар дернулся, но человек заставил его посмотреть себе в глаза.

- Не бойся, - прошелестел человек. - Я принес тебе подарок.

И в ту же секунду мужчина увидел перед собой морду, покрытую тысячью белесых чешуек, и бесцветные глаза с вертикальными зрачками. Змея издала жуткий звук, похожий на свист, и молниеносным движением впилась пленнику в шею.

Пандар дернулся на кровати, открыв глаза. Он тут же почувствовал, как собственная горячая кровь стекает по предплечьям, животу, капает на матрас. Кровь была и на губах, и на щеках. Альфа почувствовал явный запах гнили. Смерти. Сердце будто остановилось от ужаса, а затем вспыхнуло в груди, гоняя жар по всему телу, заставляя воспламениться разум и, кажется, даже душу. Альфа понимал, что снова уплывает, он пытался сосредоточиться на чем-нибудь, вспомнить хоть что-то, что могло удержать его, но попытки были тщетны, и Пандар снова будто провалился в яму, полную змей с красными глазами.

Когда альфа очнулся второй раз, в крови было все его тело. Чешуя слезала с него лохмотьями вместе с кожей, раны болели так, будто их сначала посыпали солью, а затем приложили раскаленную до красна кочергу. Пандар рвано дышал, моля всех Богов, чтобы это кончилось как можно скорее. Пускай кто-нибудь войдет и убьет его. Боги, пускай это случиться. Ведь должна же быть в его жизни хоть капля справедливости!

- Пандар?

И в ту же секунду полог откинули.

Лицо Шало побелело, глаза расширились, и в них Пандар увидел отражение собственного ужаса. Бета шевелили губами, будто хотел что-то сказать, но забыл все слова. Шало поставил подсвечник с одной свечой на пол и уже открыл рот, чтобы закричать, но Пандар остановил его, едва слышно произнеся:

- Тихо.

Шало зарыл рот рукой, будто не доверял сам себе. Он не мог издать и звука, только смотрел на то, что осталось от Пандара. Только глаза все еще были его, а вот тело превратилось в какие-то лоскуты, зияющие раны и кровь, которая пропитала матрас насквозь. Бета резко развернулся и стал удаляться, Пандар захрипел, не в силах закричать.

Останься! Останься, прошу тебя!

Мужчина не смог даже разомкнуть губ. Но внезапно Шало вернулся, неся с собой еще два подсвечника. Свет отогнал уродливые тени от кровати, и Пандар смог лучше разглядеть перепуганного до смерти мальчишку. Альфа бы усмехнулся, будь он в другом положении.

- Тебе нельзя помочь? - прошептал Шало.

Пандар промолчал, только глаза закрыл. Ему было так больно, что хотелось умереть. Но еще больнее был от того, что Шало видит его таким. Беспомощным, истекающим кровью, напуганным до смерти. Захотелось, чтобы бета немедленно ушел, оставил его, бросил. Так было бы правильно. Так должно быть. Но Пандар не мог видеть своих глаз, того, как он смотрел на Шало. На бету никто и никогда так не смотрел. Будто он был единственной и последней надеждой, ниточкой, которая связывала мужчину с этой реальностью. Бета сел на пол, у кровати, и стал просто смотреть Пандару прямо в глаза, и альфа смотрел на него в ответ, почти не мигая, цепляясь за этот взгляд. Это позволило продержаться ему чуть дольше, прежде чем снова вернуться в бесконечную мглу катакомб.

Альфе казалось, что он снова там. Что Чезаре, его муж, Дакар, Шало ему пригрезились в бреду из-за яда какой-то змеи, что нет и ничего не будет, кроме красноглазого человека, нескончаемой агонии и пыток. А иногда мужчине казалось, что его душит огромная змея, которая обвила его десятком колец, а последнее, самое толстое, было на его шее и сжималось с каждым мгновением все сильнее. Пандар пытался закричать, но вырывался только змеиный свист, и мужчина чувствовал, как дрожит собственный раздвоенный язык. Но иногда альфа выныривал из этого кошмара и тогда старался найти поймать взгляд темных карих глаз, чтобы уцепиться за него и остаться на этой стороне разума как можно дольше.

А Шало… он никогда не видео подобного. Не думал, что это возможно. Пандар истекал кровью, проваливаясь в бессознательный бред, но не умирал. А когда же возвращался из тайн своего подсознания… бета ни в чьих глазах не видел такого ужаса. Он вообще не знал, что люди могут испытывать такой всепоглощающий страх, который отражался в глазах мужчины, которые стали почти… человеческими. Карими. Только зрачок был все еще вертикальным, но к рассвету на полчаса он стал круглым. Пандар провалился в забытье, и Шало смог рассмотреть альфу в серо-розовых лучах солнца.

Из-за их света мужчина казался почти трупом. Чешуя вся была на матрасе, под ней оказалась белая, тонкая кожа,под которой были видны все кровеносные сосуды. Раны стремительно затягивались, но стоило Пандару сделать малейшее движение, как кожа тут же рвалась как пергамент от лезвия топора.

А через час все началось сначала. Пандар вздрагивал, дергался и открывал рот в беззвучном крике. Шало видел, как из-под тончайшей кожи пробивается чешуя, и тошнота подкатывала к его горлу. Чешуя покрывала все тело мужчины, не оставляя и крошечного пятнышка человеческой кожи. Альфа хрипел, будто раненый зверь, бете казалось, что Пандар вот-вот задохнется. Испарина выступила на лбу альфы, он царапал матрас, и Шало отшатнулся, не желая стать жертвой острейших когтей. Только когда солнце ярко засияло на небе, Пандар затих. Его дыхание стало ровным, а Шало, не помня себя от усталости, уснул прямо на полу.

_ _ *

- Проснись, - кто-то осторожно провел по плечу беты, и тот мгновенно открыл глаза.

Глаза Пандара снова стали серебряными. Он насторожено, словно загнанный в угол зверь, смотрел на бету. Увидев, что он проснулся, мужчина тяжело, откинулся на спину.

- Тебе нельзя спать здесь, - хрипло сказал он, глядя куда-то наверх. - Потом все будет болеть.

- Пить хочешь? - вместо ответа спросил Шало, поднимаясь на ноги.

- Да.

Бета налил из кувшина воды, Пандар хотел приподняться, но Шало покачал головой, и сам осторожно приподнял его голову, а затем приставил кубок к губам альфы. Тот жадно его осушил, после чего глубоко вздохнул. Шало, не говоря ни слова, ушел к себе, чтобы сменить рубашку и умыться, после чего вернулся к Пандару, чем заслужил удивленный взгляд. Проигнорировав его, бета намочил полотенце в прохладной воде, затем подошел к мужчине, который внимательно следил за каждым его движением. Шало хотел немного стереть кровь со спутавшихся волос, но Пандар вдруг дернулся в сторону, будто… испугался. Мужчина попытался сесть, но бета не дал ему этого сделать, ухватив за плечи и потянув назад. Дыхание Пандар сразу же сбилось, он рухнул всем весом на Шало и закрыл глаза. Наплевав на состояния матраса, Шало сел на него и осторожно положил голову Пандара себе на колени.

- Это только я, - тихо проговорил бета, принявшись осторожно стирать засохшую кровь с белых волос альфы. - Что бы тебе ни привиделось, я здесь. С тобой. И никто не войдет сюда и не заберет тебя.

Пандар вдруг открыл глаза, он смотрел на Шало так, будто хотел что-то сказать, но не решался. Бета видел еще не до конца отступивший ужас ночи, видел недоверие, непонимание.

Боги, неужели тебе никто не помогал?

Только сейчас Шало пришло в голову, что скорее всего, мужчина всегда переживал этот кошмар в одиночестве, никому не говоря. Это было страшно вдвойне.

- Почему ты это делаешь? - едва слышно спросил Пандар, смотря Шало прямо в глаза, будто ожидая, что он солжет.

- А ты думал, что я могу бросить тебя здесь в таком состоянии? - усмехнулся бета. - Мне еще нужен телохранитель.

Пандар позволил себе кривую усмешку в ответ. Шало кинул мокрое полотенце на пол, но вопреки ожиданиям альфы не ушел, а остался сидеть и держать голову Пандара на своих коленях. Это вдруг показалось мужчине ужасно личным, почти интимным. Давно забытые, затравленные ощущения подняли голову, защекотали нервы и измученную душу. Пандар не мог понять, что случилось, но внезапно он почувствовал ужасное смятение, словно он был мальчишкой, впервые оказавшимся наедине с обнаженной женщиной и не знавшим, что с ней делать. Потому что он не знал, что делать со всем этим. А Шало смотрел так, будто все видел и все знал, и от этого Пандар чувствовал себя еще более беспомощным.

- Успокойся, - тихо сказал бета, - успокойся и спи. Ты потерял очень много крови.

- Я всегда теряю столько крови, - хрипло ответил Пандар. Впервые за столько лет он первым опустил глаза. - Но выживаю.

Губы Шало дрогнули, но он ничего не сказал. Бета позволил себе осторожно гладить лоб и щеки альфы кончиками пальцев, и Пандар не хотел засыпать, чтобы чувствовать эти прикосновения, которые не могли сравниться ни с одной лаской опытнейшей шлюхи, как можно дольше. Они лечили его сильнее, чем все чудодейственные бальзамы мира, и впервые за много лет Пандару было наплевать на последствия происходящего.

Комментарий к Глава 13

========== Глава 14 ==========

- Ты не голоден? - Шало сел на кровать, заставив Пандара потесниться. Альфа с готовностью подвинулся, и бете показалось, что мужчина боится, как бы они ненароком не коснулись друг друга. Это внезапное глупое предположение удивило самого Шало и одновременно позабавило.

Уже подошло время обеда, солнце стояло все еще недосягаемо высоко, стараясь уничтожить все тени на земле, а Пандару с каждым часом становилось лучше, все-таки он восстанавливался куда скорее обычных людей, что совершенно поражало Шало. Но у мужчины по-прежнему болели суставы, сам себе он казался дряхлым, жалким и по-стариковски медлительным. Ощущать себя таким было совершенно омерзительно, и как ни странно, но неприкрытое сочувствие Шало только добавляло ощущения собственной беспомощности. Но ужас прошедших часов уже перестал казаться таким явным, воспоминания вновь были надежно заперты в самом дальнем уголке памяти, Пандар позволил себе полежать немного на чистых простынях, которые постелили слуги, предварительно заменив матрас. От них пахло мылом, и этот запах немного успокаивал нервы.

- Если бы я был голоден, я бы спустился сам или позвал слуг, - спокойно ответил Пандар, медленно сев на кровати. Ему не нравилось лежать перед Шало, когда тот находился так близко, что можно было протянуть руку и коснуться. Это было слишком… интимно. Боги, до чего он дошел! Ничего не значащие прикосновения казались мужчине важными, словно ему снова было шестнадцать, и он впервые влюбился.. Смешно и нелепо. - Тебе не нужно нянчиться со мной.

- Почему тебе можно, а мне нет? - усмехнулся Шало, глянув на мужчину.

- Потому что это моя обязанность, - пожал плечами Пандар. - За сохранение твоей жизни и здоровья мне платят кругленькую сумму.

- Которую ты не тратишь, - парировал бета. - Думаешь, я не знаю об этом? Так что не говори, что не дал мне умереть от тоски из-за денег. Скорее, я поверю, что ты сделал это из чувства долга.

- Ты считаешь меня настолько верным? - немного удивленно спросил Пандар.

- Я бы не позвал тебя, думай я иначе, - негромко ответил Шало. Он немного помолчал. - И сомневаюсь, что ты стал бы обзаводиться шпионами по всему дворцу, если бы не был мне верен.

- Как ты узнал? - каменным голосом спросил Пандар. Меньше всего на свете он хотел, чтобы Шало узнал об этом. Альфа и сам не мог понять, почему именно.

- Почти случайно. Глухой паренек, не достучавшись до тебя, пришел ко мне тайком, думая, что я все знаю. Представь себе, каково же было мое удивление, когда я узнал, что мой телохранитель, ни слова мне не сказав, приказал детям шпионить за моими же подданными, - Шало говорил очень спокойно, но Пандар явственно уловил в его голосе холодок.

- Ты недоволен этим?

- Не знаю, - Шало немного помолчал, затем вдруг повернул лицо к Пандару. - Я желал бы, чтобы ты сказал об этом мне сам. Как давно это продолжается?

- Сразу после убийства северянина, - мгновенно ответил мужчина, не отпуская взгляда карих глаз. Вдруг вспомнилось, как только эти глаза удерживали его в сознании, будто были его маяком. - Реджис пришел ко мне сам. Я не сказал тебе, потому что ты был очень взвинчен.

- То есть ты решил не посвящать меня? Решил, что я не готов? - Шало отчетливо чувствовал, как внутри него поднимается ярость, хотя он и старался сдерживать себя.

- То есть ты злишься не потому, что я обзавелся шпионами, а потому что не сказал тебе?

- В меня никто не верит, Пандар, - вдруг тяжело сказал бета, прикрыв глаза. - Я думал, что в меня веришь ты.

Шало встал и, не глядя на альфу, вышел. Он тяжело опустился в кресло на террасе и откинулся на плетеную спинку. На душе было как-то гадко. Ведь он совсем не планировал говорить Пандару то, что сказал. Фактически обвинил мужчину. А в чем? В том, что он решился сделать то, что никому в голову не приходило? Шало вдруг почувствовал себя мальчишкой, который обиделся, что ему подарили не ту игрушку, которую он хотел. Премерзкое чувство.

- Я в тебя верю, - раздался голос прямо над ухом. Шало обернулся и увидел за своей спиной Пандара. Хотя тот и стоял на ногах, его будто слегка пошатывало от ветерка. - И не был до конца откровенен с тобой, поскольку ты и так был готов сорваться в любую минуту.

- Сядь, умоляю тебя, - негромко произнес Шало. - Если ты упадешь, я не смогу тебя поднять.

Пандар внял совету и осторожно сел в кресло напротив.

- Неужели мое состояние было так заметно? - спросил бета, взглянув мужчине прямо в глаза.

- Не для других.

- Только для тебя?

Альфа неопределенно пожал плечами. Шало помолчал с минуту.

- Галиус заключил со мной сделку, - устало начал бета. - Если в течение трех месяцев я не найду убийцу его подданного, то либо я должен буду выйти за него, и тогда кровный долг будет прощен, либо его придется выплачивать кровью тысяч моих людей.

- Однако, северянин не промах, - усмехнулся Пандар. - Поскольку замуж ты за него не хочешь, а воевать тоже не в твоих интересах…

- Остается только подать ему живого убийцу на блюдечке, - мрачно закончил Шало. - А время истекает. Галиус имел совесть пространно мне об этом напомнить, когда писал, как он сочувствует мне. Твои шпионы что-то обнаружили?

- Реджис сказал, что видел человека в плаще, который приходил в день перед смертью северянина. Но он не смог определить, мужчина это или женщина. Кстати, зачем он приходил к тебе?

- Сказать, что увидел незнакомца в плаще снова. Но он слишком поздно об этом сказал, а я не успел отдать приказ страже. С другой стороны… зачем-то он вернулся. Значит что-то его здесь держит, - Шало закрыл глаза и откинулся на спинку кресла. - Единственная примета - это странный шрам на щиколотке.

- Его держит то, что я все еще жив, - спокойно сказал Пандар, словно перспектива возможной скоропостижной кончины его ничуть не пугала. - Да и он ли это?

- Ты думаешь, это может быть женщина? - спросил бета, не размыкая глаз.

- Люди склонны недооценивать тех, кто по их мнению слабее. А шрамы есть у всех.

Они замолчали. Шало подавил зевок. Он не спал эту ночь, состояние Пандара выбило его из колеи. Бета и представить себе не мог, что альфа может быть таким уязвимым. Нет, не просто, уязвимым… потерянным, запутавшимся, в паутине ужаса, тонущим в боли и ожившем кошмаре. Боги, чудовищно пережить подобное раз в жизни. А какого это жить, зная, что пытку придется пройти вновь? Шало не сомневался, что перерождение не было первым. Как часто это происходит? Можно ли прекратить страдания? Вопросы вертелись на языке, но бета чувствовал себя не в праве задавать их. А реакцию Пандара и вовсе предугадать невозможно.

- Тебе надо отдохнуть, - вдруг сказал мужчина. Шало резко открыл глаза. - Ты выглядишь еще хуже, чем я. Дакару не нужен мертвый король.

- Ты прав. Но я отдохну, когда флот будет спущен на воду. Сие знаменательное событие состоится через неделю. Тогда у меня будет немного времени.

- Дакару не нужен мертвый король. Помни об этом, - повторил Пандар. Он осторожно откинулся на спинку кресла, с удовольствием чувствуя, как солнце светит прямо в лицо. После таких ночей как предыдущая альфа начинал по-особенному относиться к дневному свету.

Видя, что мужчина больше ничего не скажет, Шало встал со своего места и тихо удалился с террасы. Пандар слышал, как закрылась входная дверь. Альфа не шевелился целый час, заставляя себя очистить голову от всех мыслей разом, а затем встал с места и, отметив, что двигаться становится все легче с каждым часом, отправился приводить себя в порядок. В комнате Пандар отчистил волосы от остатков крови, та же участь постигла и настрадавшееся тело, затем переоделся, заплел волосы в тугую косу и вышел в коридор. Надо было показаться на публике, чтоб никто не усомнился в присутствии и добром здравии телохранителя короля.

Дакару нужен живой король.

_ _ *

Когда Пандар вошел без стука в кабинет, Шало бросил на него мимолетный взгляд, но ничего не сказал, вновь углубившись в дела. Альфа опустился в кресло у двери и сложил руки в привычном жесте. Мужчина, не отрываясь смотрел на бету, пользуясь тем, что тот слишком занят. Пандар смотрел, как быстро бегают по строчкам глаза цвета черного кофе, как пальцы живо перебирают бумаги, в поиске нужных, и перстни играют на солнце, отбрасывая едва заметные цветные блики на темную столешницу. Шало был красивым. По-настоящему красивым. Глядя на него сейчас, Пандар вдруг отчетливо понял, что бета ему… нравится. Мужчина первый раз в жизни позволил себе подумать об этом. Подумать о гладких ровных плечах, гибкой спине, длинных ногах, невыносимо-темных глазах… Подумать о том, каково было бы касаться теплой кожи своими руками и слышать исступленно бьющееся сердце. Наверное, это было бы… словами не описать как.

- Что ты так смотришь? - вдруг резко спросил Шало, вырвав Пандара из омута обрушившихся мыслей. Но альфа остался невозмутимым.

- Как?

- Как будто либо убьешь меня… - Шало запнулся.

- Либо? - подтолкнул его Пандар.

- Либо сделаешь что-то, что я не могу даже представить, - выкрутился бета. Альфа посмотрел ему прямо в глаза и усмехнулся.

У Шало мороз прошел по коже, он отвел взгляд и уткнулся в бумаги, пытаясь заставить себя читать ровные строчки, а не думать о том, что чуть не сказал. Просто у Пандара был такой взгляд… Будто действительно убьет, либо…

_ _ *

На следующий день прибыли вещи Валенсионы. Шало приказал слугам внести их наверх, в бывшую спальню матери. Бета рассчитывал, что выберет один вечер и посвятит его разбору этих вещей. Но дел все не убавлялось, а когда оставалась свободная минутка… Шало не хватало духу зайти в комнату матери и начать разбирать ее сундуки. Бета просто не мог туда войти. Это был бы конец. Умом Шало понимал, что конец уже давно наступил, и красиво разложенные безделушки не повернут время вспять, но… но убрать их… Это значит поставить точку. Была бы воля Шало, он бы оставил все, как было при матери. Но тогда его заподозрят в мягкотелости и слабости. А он не мог себе этого позволить. Только не сейчас.

Шли дни, Шало так и не вошел в спальню Валенсионы, даже не смотрел на дверь. Пандар снова стал молчаливым и тихим. Он ходил за бетой по пятам, честно исполняя свои обязанности. Альфа знал, что вещи Валенсионы уже давно привезли. Знал и то, что Шало к ним так и не притронулся. Шало это нервировало, ему казалось, что Пандар осуждает его за слабость. Что весь дворец считает его мягкотелым юнцом. Но потом бета одернул себя, решив не поддаваться паранойе как один из его предков, который к концу жизни обезумел настолько, что его так и прозвали Безумным и увековечили этим именем в истории.

Поздно вечером, когда все уже спали, Шало взял одну-единственную свечу, накинул шелковый халат поверх рубашки и вышел в коридор. Здесь было пусто и тихо, только изредка доносились доносился стрекот цикад и ветерок скользил по лодыжкам. Вдруг Шало остановился, прислушиваясь. Ему показалось, что за ним кто-то крадется. Но ни звука не раздалось, бета в который раз подумал, что безумных королей в истории Дакара вскоре станет двое, и двинулся дальше. Через несколько минут шаги послышались вновь. Шало резко развернулся, но коридор за его спиной был пуст. Только вот преследователь не учел, что тень от его руки отражается на стене пересекающей коридор галереи. Шало спокойно вздохнул, потянулся к кинжалу за поясом, без которого уже давно никуда не ходил, и отошел в нишу, скрытую цветами. Преследователь двинулся вперед, бета слышал его едва различимые шаги. Когда этот некто оказался предельно близко, Шало выскочил вперед, намереваясь одним ударом в грудь прикончить незваного спутника. Но рука с кинжалом была перехвачена в дюйме от тонкой ткани рубашки.

- Это всего лишь я, - спокойно сказал Пандар, отпуская Шало. Бета резко отступил на шаг.

- Я не звал тебя, - раздраженно сказал Шало. Он досадовал, что так оплошал. Вряд ли он убил бы Пандара… но все-таки.

- Мог бы предупредить, - пожал плечами мужчина. - Я услышал, как закрылась твоя дверь. Пришел проверить, а тебя нет. Нет ничего такого, что ты решился разобрать вещи Валенсионы.

- Откуда ты знаешь? - устало спросил Шало, потерев переносицу.

- А куда ты еще мог отправиться посреди ночи, не сказав ни слова мне? Вряд ли к любовнику. У тебя его нет.

- Ты так в этом уверен, - вдруг усмехнулся бета.

- Хочешь убедить меня в обратном? - в ответ усмехнулся альфа. - Пойдем, я доведу тебя.

Шало ничего не сказал, только развернулся и пошел вперед. Всего через несколько минут они оказались у цели. Бета сразу положил руку на холодную дверную ручку и опустил ее вниз, распахивая дверь. Будто боялся передумать. Шало вошел в темноту нежилой спальни, обернулся и понял, что Пандар так и остался на пороге.

- Проходи, - качнул головой бета. - Лучше сиди здесь, чем под дверью.

Пандар слегка кивнул. Он все понял. Понял, что мальчишке не хочется остаться одному. Он не может быть сейчас один. А что Пандару? Ему нетрудно, он слишком хорошо знал, что это такое, когда ужас утрат приходится переживать в одиночестве. Ты закапываешь все как можно глубже, запрещаешь себе думать, вспоминать, делаешь вид, убеждаешь себя, что все прошло, что все в прошлом. Но сам же знаешь, что это неправда, а от того с еще большим усердием забиваешь все в себе. И в какой-то момент забивать уже как-будто нечего. И ты не можешь понять, то ли это счастье, что ничего не помнишь, то ли ты умираешь. Но страх боли столь велик, что чувствовать ее ты боишься сильнее, чем не чувствовать ничего и никогда.

В комнате было довольно просторно, немного безлико и как-то по-дорожному из-за неразобранных сундуков. Шало тяжело сел на прохладный пол, поставил свечу и придвинул к себе небольшой сундук с затейливой росписью. Пандар сел у стены, оперевшись на нее спиной. Шало будет проще не видеть его сейчас, навязчивое присутствие лишь спугнет прощание с матерью. А это было именно оно, потому что погребальную церемонию никак нельзя считать таковой. Там было слишком много холодности и официальности, а так же совершенно лишних людей. Прощание - дело ужасно личное. Как можно прощаться у всех на виду? Но не поставив точку, жить нормально вряд ли получится. Этот сценарий уже известен.

Шало тихо перебирал безделушки, Пандар почти не шевелился, не мешая ему. Альфа прикрыл глаза, ему не хотелось вспоминать, как он… как ему…

Вдруг у Шало выпало что-то из рук, и мужчина услышал характерный звук битого стекла. Бета в немом отупении рассматривал осколки непонятной вещи, потом закрыл глаза, и Пандар увидел, как мальчишка почти что физически сворачивается внутрь. Он даже сгорбился. Альфа встал со своего места, а потом сел рядом с бетой. И Шало по-детски уткнулся ему в плечо. Мужчина замер на какое-то мгновение. Он чувствовал теплую влагу на своем плече, частое дыхание, чувствовал, как Шало с силой сжал его руку в перчатке. Почти до боли. Вдруг бета замер, опомнившись, но Пандар обхватил его за плечи и придержал, не дав отстраниться.

- Я не представляю, как буду без нее, - тихо и без надрыва сказал Шало. Сказал так просто, будто сообщил о погоде за окном. - Раньше, я всегда хотел вернуться к ней. Она была… домом. А теперь дома нет.

- Это пройдет, - тихо сказал Пандар, слегка наклонившись к темноволосой макушке. Происходящее казалось ему нереальным, невозможным, а от того мужчина, сам того не замечая, впитывал каждое мгновение, пил до капли. - Все проходит.

- А у тебя была мать? То есть, я хотел сказать…

- Я понял, - спокойно сказал Пандар. Он помолчал какое-то мгновение. - Была. А может и есть. Я не знаю.

- Она… оставила тебя? - осторожно спросил бета, отстранившись. Он внимательно посмотрел в лицо мужчине.

- Нет, - усмехнулся Пандар. - Она растила меня. Потом я ушел на войну и не вернулся. Она уже давно похоронила меня, наверняка. Я не смог к ней вернуться… таким.

- Она твоя мать. Она примет тебя любого, - тихо сказал Шало. - И… ты не так ужасен, как думаешь. Это вопрос привычки, не более того.

- Я опасен, Шало, - пожал плечами Пандар. - Я не смог бы жить в деревне. Если бы люди не пошли на меня с виллами сразу после возвращения и не обвинили бы во всех бедах мироздания, то непременно сделали бы это потом. Мне все равно пришлось бы уйти. А она.. она пошла бы со мной. Стала бы скиталицей, лишилась бы дома. Это жестоко, не находишь?

- Ты не дал ей шанса решить самой. Мне кажется, это не менее жестоко.

Пандар снова пожал плечами. Он давно все решил.

- У тебя чешуя сейчас ярче, чем обычно, - вдруг сказал бета, посмотрев альфе в лицо.

- Так всегда сначала. Потом потускнеет, - спокойно сказал Пандар. Он видел, что у мальчишки вертится следующий закономерный вопрос на языке, но он медлит, не решаясь его задать. А мужчина не желал торопить его, потому что еще не принял решение по поводу ответа. Пожалуй, это все-таки слишком для него.

- Можно мне… прикоснуться к тебе?

Нет.

- Да, - рот сам сказал это. Отдельно о разума.

Шало чуть склонил голову набок, затем осторожно и очень медленно, будто боясь, что Пандар в последнюю секунду отшатнется, словно неприрученный зверек, приблизил ладонь к щеке с мелкими-мелкими чешуйками. Но альфа, наоборот, замер ледяным изваянием, кажется, даже перестал дышать, когда теплые пальцы робко прошлись от щеки к скуле.

Чешуйки оказались здесь мягкими, с неострыми краями. Это было куда приятнее, чем прикасаться к тем же змеям или рыбе. Наверное, потому что Пандар был теплым. Шало смотрел в его нечеловеческие глаза, будто подернутые серебряной дымкой, и видел, как едва заметно расширяются и суживаются вертикальные глаза. Бета глубоко вздохнул. В наступившей тишине он, кажется, слышал стук своего сердца, которое вдруг стало биться с такой силой, будто хотело покинуть грудную клетку и выпорхнуть на волю райской птичкой. Шало так же медленно отнял руку от лица мужчины. Бета вдруг ужасно смутился.

- Уже поздно, - пробормотал он, вставая на ноги.

Пандар даже не удостоил его ответом. Он просто встал и направился за бетой, петляя в коридорах. Шало невнятно пожелал ему спокойной ночи и отправился к себе, а Пандар к себе.

Альфа еще долго лежал на кровати без сна. Он слушал причудливые звуки ночи, которые изредка заглушались шагами за стеной. Шало, видимо, тоже не спалось. И альфа запрещал себе думать, почему. Но вот не думать, почему он разрешил бете касаться себя, мужчина не мог. Прикосновения - это табу для всех. Пандар не выносил, когда кто-то касался его чешуи, исключение составлял только быстрый и от того обезличенный секс с проститутками. Да и то, там прикосновений было немного, мягко говоря. Но Шало он позволил это сделать. И самое главное, что в тот момент альфа не чувствовал горечи, неловкости, стыда за свою внешность, не было ненависти к себе. Наверное, это потому что Шало касался его как… не так как другие. Поэтому его робкие прикосновения были… приятны. Это было приятнее, чем то многое, что Пандар испытал за последние несколько лет. Тепло на какой-то ослепительный миг заполнило его до краев, но потом быстро схлынуло, оставив пустоту, которая грызла альфу сейчас. Он вдруг поймал себя на мысли, что отчаянно хочет, чтоб Шало прикоснулся к нему еще хотя бы раз. И этого было бы достаточно. Хотя… нет. Боги, кого Пандар обманывает?

_ _ *

Следующий день стал одним из многих, которые Пандар провел во дворце. Завтрак, тренировка с Шало, на которой они оба делали вид, что ничего не было, затем бета занимался государственными делами, а мужчина ходил за ним как хвост. В коридоре он столкнулся с бледным и каким-то замученным Ратмиром. На вопрос о самочувствии альфа криво усмехнулся, сказав, что надо меньше пить на свой день рождения. Удовлетворившись этим ответом, Пандар больше не вспоминал о нем.

Следующие несколько дней шла бурная подготовка к спуску свежеотстроенного флота на воду. Событие собирались отметить с большим размахом. В конце концов, новый улучшенный флот колоссально меня позицию Дакара на мировой арене, что не могло не радовать Шало и его подданных. Пандар тщательно контролировал вопрос безопасности вместе с начальником дворцовой стражи. Альфа и стражники тщательно проверили верфи, огромную пристань, и корабль, на котором должен был состояться праздник, посвященный счастливому окончанию постройки флота. Шало лично распоряжался списком гостей и их рассадкой, а так же еще кучей всяких мелочей, о которых Пандар даже не подозревал. Так же бета разрешил слугам отнести сундуки матери туда, куда отправляли все вещи мертвых королей и королев. Пандар как раз проходил мимо, когда по коридору носили сундуки. Самым небольшим озаботили Реджиса.

Спустя час мужчина получил записку на клочке бумаги. Альфа отправился в оранжерею, проверив, нет ли слежки за ним. За каким-то деревом с ужасно широким стволом обнаружился Реджис. Паренек начал что-то быстро-быстро говорить мужчине знаками, но тот прервал его на очередном взмахе руки:

- Я ничего не понимаю. Говори медленнее, - предельно четко произнес альфа.

Реджис вздохнул и начал показывать спокойнее. Потом вытащил что-то из-за пазухи и протянул Пандару. Альфа взял прямоугольный предмет. Металлическая обложка имела застежку, мужчина нажал на замочек и предмет раскрылся книжечкой. Внутри оказался портрет двух девушек. В одной Пандар опознал Валенсиону в молодости. А кто была другая? Видно, что девушки еще совсем юные, на них были надеты платья, не прикрывающие лодыжки. Вот тут-то мужчина и заметил небольшой, но странный шрам, рваный какой-то.

- Ты этот шрам видел? - спросил Пандар.

Реджис кивнул. Альфа еще раз внимательно посмотрел на портрет. Какова возможность ошибки?

- Ты уверен? Портрет мелкий, шрам плохо прорисован…

Реджис замахал руками потом обрисовал в воздухе огромный прямоугольник выше его собственной головы.

- Ты хочешь сказать, что это копия?

Реджис кивнул.

- А где оригинал?

Паренек пожал плечами. Затем сделал цепь знаков, которую Пандар опеределил как возможность узнать. Но мужчина покачал головой. Зачем заставлять мальчишку вызнавать все тайком, если мужчина сам может спросить, не боясь?

_ _ *

- Если оригинал сохранился, то он здесь, во дворце. А если он здесь, то находится в сокровищнице, - сказал Шало, когда Пандар закончил рассказывать о находке Реджиса. - Дай мне копию.

Мужчина послушно протянул металлическую “книжечку” бете. Тот взял ее осторожно, словно величайшую драгоценность, и открыл. Какую-то минуту Шало смотрел на портрет, а затем произнес:

- Это моя мать. А девушка рядом с ней, видимо, моя тетя. Я никогда ее не видел, - бета встал со своего места. - Пойдем.

Шало вышел из своей спальни и направился к лестнице. Они спустились до первого этажа, затем бета свернул куда-то вправо. Коридоры становились все уже, окна меньше, и у Пандара в голове стали всплывать непрошенные картинки прошлого. Эти сужающиеся коридоры напомнили ему катакомбы, в которых он провел почти три года. Альфа с силой сжал зубы. Странно… раньше воспоминания никогда не тревожили его…

Вдруг бета резко остановился и провел рукой по стене. Затем, словно найдя что-то, повернул кисть и приложил родовой перстень, он полыхнул на долю секунды, а затем капни исчезли и образовалась арка. Шало спокойно шагнул в нее, будто это было совершенно обычным делом.

За аркой оказалась лестница. Как только Пандар ступил на первую ступень, камни мгновенно сомкнулись за его спиной, мужчина заставил себя не обращать на это внимание. Но вскоре нечто другое заняло альфу: факелов в пределах глаз не было, но вот ступени были будто чем-то подсвечены, и чем дальше они спускались, тем сильнее был свет. Только оказавшись на последней ступени, мужчина увидел источник свечения.

Альфа никогда не видел столько золота и драгоценностей за всю свою жизнь. Оно было разложено по огромным стеллажам из хрусталя, картины висели на стенах, драгоценные камни лежали в огромных чашах, и все это великолепие было освещено солнцем, которое проникало в комнату через стеклянную крышу, находившуюся невероятно высоко.

- Вижу, ты потрясен, - улыбнулся Шало, которому доставило какое-то странное удовольствие удивление Пандара, столь явно отпечатавшееся на его лице. Так странно было смотреть, как альфа удивляется… - У каждого из моих предков есть свой стеллаж и свое место на стене в этой комнате. Все ценное, что не понадобится следующему монарху, относится сюда. Некоторым сокровищам около пятисот лет.

- Это впечатляет, - слегка кивнул Пандар. У него в глазах немного зарябило от такого блеска. - И войти сюда можешь только ты?

- Нет. Еще смотритель. Он следит, чтобы все это не утратило первозданный вид, - Шало развернулся к мужчине спиной. - Самыми первыми стоят стеллажи первых королей. Время было неспокойное, мягко говоря, поэтому основные ценности - это доспехи разного рода, амулеты, золотые кубки, мечи и копья с драгоценными камнями. Дакар расширялся, сокровищ становилось все больше, - тут бета на минуту остановился у небольшого стеллажа, на котором не было ничего, кроме различных безделушек. Маленьких, но зато они были сделаны из бриллиантов. - Мой четыре раза прадед-омега обожал бриллианты и коллекционировал их. - Его муж коллекционировал любовников и любовниц. В какой-то момент омеге это надоело, муж его опозорил, пьяным едва ли не отдав на утеху своему брату, и он заколол его ночью. Омегу казнили, естественно, но бриллианты были помещены сюда.

Шало проходил все дальше, попутно вкратце рассказывая Пандару о делах минувшего прошлого. Истории были весьма красочными, будоражили воображение пикантностью и жестокостью.

- Это стеллаж моего отца, - спокойно и совершенно безразлично бросил Шало. Значит, отношения с родителем у него были неахти? - А вот это, - голос беты сразу потеплел, - принадлежало матери.

Шало обошел стеллаж и направился к стене. На ней висело несколько картин разных размеров. В центре был портрет Валенсионы и прежнего короля в полный рост. Отец Шало был коренастым, широким и несколько угрюмым. Волосы, как ни странно, светлые, а не по-южному темные. Зато глаза были совершенно черными. Довольно странный контраст. Что-то кольнуло Пандара внутри, но мужчина не понял, что это было. Тут его взгляд упал на другой портрет, не менее большой. Это была точная копия карманного портрета Валенсионы, вернее, его оригинал. Шало наклонился к самом углу портрета.

- Так и есть, это моя мать и Лорэна, ее сестра.

- Значит надо вести сюда Реджиса?

- Думаю, да.

Когда Пандар вел Реджиса к портрету, мужчина пожалел, что паренек не может восторгаться вслух. Удивление, восторг и желание все потрогать так явно сменяли друг друга на его лице, что альфе было и так все ясно. Но стоило Реджису увидеть портрет в полную величину, мальчишка сразу стал внимательно смотреть на шрам Лорэны. Он посмотрел на Пандара и медленно кивнул. Брови Шало взлетели вверх.

- Значит, моя тетя была здесь, - негромко сказал бета. - Осталось только выяснить как и зачем. Насколько я знаю, она не может ходить.

- Выходит, что может.

_ _ *

Через два дня Шало получил письмо из замка тети, что она не покидала его уже многие годы. Бету это озадачило, поскольку он писал не Лорэне, а ее горничной, которая раньше прислуживала его матери. Она всегда была предана Валенсионе и солгать не должна была. Значит, либо Реджис ошибся, либо горничная солгала, либо на свете существует еще один человек с таким же шрамом, как у Лорэны. Третье невероятно настолько, что можно даже не брать этот вариант в расчет. Но выбор между остальными двумя… Оба варианта весьма правдоподобны. К сожалению, доказательств, подтверждающих или опровергающих что-то, не было. А время шло.

Подготовка к спуску флота на воду отнимала почти все время. Это было настоящим событием, а потому требовало особенного размаха. Но не смотря на отсутствие свободного времени, Пандар все никак не мог не думать о том странном чувстве, возникшем у него в сокровищнице. Что-то на мгновение зацепило его внимание, а затем ускользнуло, и мужчина все никак не мог поймать это ощущение снова. Что это было? Он просто смотрел на портрет предыдущего короля. Светловолосый южный король. Ну и что? Насколько знал Пандар, раньше Дакар поддерживал отношения со многими государствами, поэтому нет ничего удивительного, что кровь смешалась причудливым образом в ком-то из потомков, и ребенок вышел светловолосым, но с черными глазами. Пожалуй, во дворце только Ратмир был с волосами пшеничного цвета и серыми глазами. Вполне возможно, что он не из этих краев, Пандар никогда этим не интересовался. Но что-то все равно не давало альфе покоя.

_ _ *

Праздник вышел таким же пышным, каким и предполагался. Все те люди, которые работали, не покладая рук, чтобы спустить флот на воду, теперь наслаждались законным отдыхом и слушали речь их короля, который благодарил их, причем весьма искренне, за проделанную работу. После бурных аплодисментов простые люди отправились к огромным столам с разнообразными блюдами и явствами, а придворные отправились на самый роскошный корабль, где и должен был проходить праздник для них. На них были такие же столы, как внизу, люди пили, разговаривали. Шало разговаривал то с одним, то с другим,, явно получая удовольствие от происходящего. Ему нравилось смотреть в их глаза и понимать, что преодолел все препятствия на пути к своей цели, что они не остановили его. И впредь не остановят.

Через какое-то время капитан в безупречно белой форме с золотыми пуговицами сообщил, что корабль отплывает. Пассажиры встретили это заявление аплодисментами, после чего Пандар почувствовал характерный толчок отплывающего судна, и они стали медленно, но неуклонно отдалялись от берега. Мужчина вдруг поймал себя на мысли, что последний раз в море был с Варой и остальными членами команды. До чего сильно это плавание отличалось от тех… Это было словно ненастоящим, игрушечным. Напоминало театр. Разряженная команда, куча гостей, столы с едой, вином, смешной длинны плавание… Все здесь ненастоящее, все обман. Но корабль все-таки плыл вдоль главной набережной города, люди видели его, приветствовали, через несколько минут Пандар увидел стремительно приближающийся главный порт. Но там их уже ждали музыканты и красная дорожка, по которой Шало пройдет на трибуну и скажет вторую за сегодня речь.

Когда Пандар уже стал видеть причал, он вдруг почувствовал какой-то странный толчок. Будто корабль сел на мель. Но это было совершенно невозможно, и мужчина насторожился. А потом откуда-то снизу раздался мерный гул. Он все нарастал, пока не раздался еще один толчок, уже более ощутимый, от которого дрогнул весь корабль. Гости начали паниковать, посыпались вопросы, Панадар перехватил полный непонимания взгляд Шало. Мужчина направился к нему, чуя беду, его взгляд упал на стол с едой. Бутылка с вином покачнулась, упала и покатилась к его ногам. И тут альфа все понял. В следующую секунду раздался жуткий грохот, который заглушил все вокруг. Пандар почувствовал, как корабль кренится вбок, люди поддались немедленной панике, кто-то прыгал за борт, альфа слышал лающие приказы капитана, который пытался предпринять хоть что-то ради спасения людей, но это было уже невозможно. Корабль стремительно наполнялся водой, Пандар с ужасом услышал треск ломающихся досок. Мачта просела из-за крена, и ничто не могло удержать ее от падения. Альфа бросился вперед, расталкивая людей. Впереди он видел Шало, который стоял к нему спиной, ничего не слышал от крика, он обернулся, и Пандар увидел в его глазах настоящий ужас. Мужчина стремительно преодолел последние пару шагов, с силой отпихнул бету в сторону и через мгновение почувствовал дикую тяжесть, которая пригвоздила его к месту. Пандар изо всех сил пытался сбросить с себя чудовищный вес, но это рождало только боль в спине и груди. Капитан корабля насильно вытолкнул упирающегося Шало за борт, Пандар захрипел, в груди что-то булькало, мешало дышать. В какое-то мгновение альфа перестал слышать шум, перестал чувствовать раздирающую его на части боль. Даже думать перестал.

Наверное, это и есть смерть. Теперь уже окончательная и бесповоротная.

========== Глава 15 ==========

Шало изо всех сил стремился к поверхности воды. Он жадно глотнул воздуха, как только это удалось. Кто-то потянул его за плечи, прочь от корабля, но бета не мог оторвать от тонущего судна глаз. Бета понимал, что Пандар уже скорее всего мертв, потому что даже ему вряд ли удастся выжить после такого, понимал, что нужно оказаться как можно дальше от корабля и сделать это надо как можно скорее. Но Шало все равно оставался на месте. Он даже не почувствовал, как уже две пары чужих рук подхватили его и стремительно стали тянуть к берегу. Через несколько минут бету уже втащили на шлюпку. Там был маг, лекарь и Ратмир. Шало молча переводил взгляд с одного на другого, а затем спокойно проговорил:

- Мы возвращаемся за моим телохранителем.

- Это невозможно, - не моргнув глазом, тут же ответил Ратмир.

- Я не потерплю возражений, - ледяным тоном произнес бета. - Я казню вас, если вы ослушаетесь.

Ратмир помолчал. Он понимал, что король не шутит. Он впервые в жизни видел его настолько спокойным и холодным.

- Возвращаемся, - тяжело сказал альфа.

Маг пожал плечами, а в следующий момент он сделал рукой что-то такое, от чего лодка понеслась к кораблю, который уже почти вошел в воду одним боком. Шлюпку оставили в нескольких метрах. Шало даже не смог проследить ту скорость, которую маг развил. Но она была настолько высокой, что позволила ему фактически бежать по воде, а потом вспрыгнуть на корабль. Через несколько минут последовал второй прыжок, только уже с Пандаром на руках. Шало не мог понять, как человек его телосложения может поднять альфу, а не то что мачту, которой его придавило. Заметив взгляд короля, лекарь пояснил:

- У него очень редкий талант. Он маг энергии.

- Беру ее из всего, а потом трачу, - бросил маг, положив Пандара в шлюпку.

В следующую секунду парень прижался к губам альфы и выдохнул в него весь воздух, который был у него в легких. Шало смотрел в лицо Пандара, не отрываясь, в душе умоляя всех богов, чтобы они были милосердны к этому мужчине и дали ему еще один шанс. Но в мозгу свербила одна мысль, отравляющая сознание: если боги будут к Пандару милосердны, то дадут ему умереть. Потому что мужчина хотел этого. Потому что существование - это нельзя назвать жизнью - было для него пыткой.

А маг только обнял мужчину, все еще держа свои губы на его. Шало видел, как парень бледнеет с каждой секундой, на его лице стали проступать кровеносные сосуды, они вздулись, и можно было увидеть, как пульсирует кровь в венке на виске. Вдруг грудь Пандара дрогнула, будто от вздоха, затем сильнее, и маг оторвался от него с негромким вскриком. Он не мог сам сидеть, стал заваливать куда-то набок, но Ратмир успел перехватить его, а затем замер. Парень ухватился руками за его шею, альфа начал стремительно бледнеть, а маг вновь приобретал человеческий вид. Шало почти видел, как он пьет Ратмира, и от этого становилось по-настоящему жутко. Но маг вовремя отстранился, Ратмир закашлялся, и парень погнал шлюпку к берегу. Шало перехватил непонимающий взгляд помощника начальника дворцовой стражи, который устремился куда-то на руку беты. Только тут Шало понял, что все это время держал Пандара за руку, стиснув ее с такой силой, что что побелели костяшки, а ногти впились в кожу перчатки. Альфа коротко дышал, лекарь слушал его пульс и бормотал что-то, не замолкая ни на секунду. Но Шало не вслушивался в это жужжание. Пандар дышал, а значит был жив. Только бете было страшно представить, насколько у него серьезные травмы, и сможет ли мужчина выкарабкаться. И захочет ли.

Во дворце стоял переполох - это мягко сказано. Придворные были в панике, альфы требовали объяснений и расправы, женщины и омеги просто бились в истерике, доставляли пострадавших, которых немедленно допрашивали, выезд из столицы был закрыт всем и вся, впрочем, как и въезд. Пандара отнесли наверх, после чего над ним стал работать лекарь, осматривая полумертвое тело. Мужчина едва дышал, ворот был перемазан начавшей засыхать кровью, видимо, она текла прямо из горла. Навскидку у альфы было сломано несколько ребер, возможно, спина, но это было сказать трудно, пока мужчина был без сознания. Старый лекарь оказался на удивление проворным, пока Шало переодевался, он со своим помощником успел перетянуть грудную клетку мужчины так туго, как это было возможно.

- И что теперь? - требовательно спросил Шало.

- Ничего, - трескуче ответил старик. - Он необычен, - в голосе лекаря Шало послышалось восхищение, но бета не обратил на это внимание, - так что я не знаю, чего ожидать. Человек уже скончался бы от такого, даже влей в него столько магии Пирей. Но Змей все еще дышит, хотя и с трудом.

- Оставьте своего помощника здесь, - сказал Шало. - Он будет за ним следить.

- Разумеется, Ваше Величество. Я могу быть свободен?

- Пока что.

Лекарь удалился, а Шало отправился в свои покои. Ему становилось физически плохо при виде Пандара, который лежал на своей кровати почти как труп. Смотреть на это было больно. Каков исход? Что будет с альфой, когда он проснется? Вернее, если он проснется? Будет ли доволен, что боги дали ему второй шанс или же проклянет Шало, что не дал ему умереть? И возможно ли вообще выжить после того, как на тебя упал такой вес?

Бета махом выпил стакан воды, затем еще, но в горле все равно остался привкус падали и сухость. Шало понимал, что должен выйти из покоев и отдать приказания, но он отчаянно не хотел уходить. Бета глубоко вздохнул, затем взъерошил волосы рукой и вышел из комнаты. По приказанию Шало всех вельмож собрали в бальном зале, после чего бета объявил, что дворец будет запрещено покидать, пока ситуация не стабилизируется, а так же он просит отвечать на вопросы стражников максимально честно и открыто, ничего не боясь. Личные тайны так и останутся тайнами, а вот детали очень помогут в поисках преступника. Люди встретили речь Шало без энтузиазма, но перечить никто не решился. Что-то в голосе короля говорило им, что сейчас перед ними стоит совсем иной человек. Человек, которого никто не знал.

- Кхан Дугал, каждый должен быть допрошен не менее двух раз, - жестко начал Шало, когда они с альфой остались одни в тишине библиотеки, - все беседы должны быть записаны. Записи я хочу увидеть как можно скорее.

- На этом все? - в голосе кхана послышалась легкая усмешка.

- Если вы мне понадобитесь, я вас позову, - ледяным тоном произнес Шало.

Его голос полностью отражал его состояние. Все внутри замерзло, а ум был как никогда трезв и ясен. Все вдруг стало казаться бете четким и простым, мир мгновенно поделился на черное и белое, чего никогда не бывало. Убийцы хотят войны? Они ее получат. Шало больше не будет деликатным дипломатом, нет. Если этим людям так необходим диктатор, если они так жаждут почувствовать, как железная рука власти сомкнется на их горле, перекрывая кислород, если только это они могут уважать… Ну что ж.. Они это получат. И демоны все побери, Шало добьется своего любой ценой.

_ _ *

Остаток дня Шало крутился как белка в колесе. Он ответил на вопросы начальника стражи, лично допросил двух караульных, которые следили за кораблем перед праздником, а так же запретил себе думать, что когда он поднимется, Пандар может и умереть. Один. В обществе лекаря.

Но через несколько часов к нему отправили слугу. Шало сразу откинул все дела и поднялся наверх. Еще на лестнице он услышал душераздирающий вопль. Бета пустился бегом в спальню Пандара, перепрыгивая ступеньки. Он резко распахнул дверь и вошел. Крик мужчины почти оглушил его, Шало вдруг стало плохо почти так же, как альфе. Ком тошноты подступил к горлу.

В спальне был старый лекарь и его ученик. Пандара привязали к кровати кожаными ремнями в несколько слоев за руки и за ноги, но это не мешало ему дергаться и кричать так, словно его распинают на дыбе. Его тело дрожало, и с каждой новой волной дрожи каждая чешуйка будто переворачивалась другой стороной, показывая светлую человеческую кожу, а затем возвращалась обратно, становясь чешуей.

- Нам пришлось его привязать, - буднично сообщил лекарь Шало. Бету передернуло от его спокойствия. - Вы должны были увидеть это своими глазами.

- Что происходит с ним? - хрипло спросил Шало.

- Думаю, он перерождается. Я не могу даже предположить, кем он станет.

Шало прикрыл глаза. Его затошнило. Бета ушел к себе и залпом осушил пол графина прямо из горлышка. Вода мерзко плескалась где-то внутри, только усиливая тошноту и ужас от происходящего.

Чем он станет?

Шало боялся предположить. Что делать, если Пандар утратит разум? Что делать, если он станет монстром? Тем существом, о которых вкратце рассказал Эдмунд в одном и писем. Пандар ненавидел их и пожелал бы умереть, но не стать таким. И к ужасу своему Шало понимал, что у него не хватит духу его убить. Он не сможет подписать приказ, не сможет сам нанести смертельный удар. Он его спрячет от людских глаз и будет всю жизнь знать, что нечто когда-то бывшее Пандаром обитает где-то далеко-далеко, что оно сыто и почти безопасно.

Тут последовал новый крик, вырвавший Шало из мрачных раздумий. Бета рванулся к двери и вылетел в коридор. Он шел, не разбирая дороги, не видя и не слыша ничего. В ушах застыл нечеловеческий крик, а мысли, возникавшие в голове, были одна чудовищнее другой. Бета дошел до своего кабинета, там встал у окна и тяжело прислонился вспотевшим лбом к стеклу. Шало не знал, сколько он так простоял. В какой-то момент он просто отстранился и без сил упал в кресло. Невыносимо болела голова.

_ _ *

Пандар бродил в кромешной тьме по какому-то нескончаемому лабиринту. Не то чтобы альфа пытался найти выход из него… просто сидеть на месте было невыносимо. И мужчина шел, шел, шел… Вокруг царило полное безмолвие и покой. Если это и была та самая загробная жизнь, в которую Пандар не верил, но которую иногда себе представлял, то ожидания несколько не оправдались. Конечно, Пандар желал покоя. Но не желал темноты и полного одиночества. Ему и так казалось, что он всю жизнь идет в темноте, не хотелось это делать остаток вечности. Или у нее нет конца? Вечность же не имеет конца?

Спустя какое-то время что-то изменилось. В темноте послышались каике-то голоса, они были ужасно далеко, но Пандар их все же мог различить. Подумав немного, он решил найти источник голоса. В конце концов, чего бояться после той жизни, что была у него? И мужчина просто пошел вперед.

Сначала ничего не происходило. Голоса не удалялись, но и не приближались, и альфе казалось, что он идет на одном месте. Но вдруг какая-то сила подпихнула его в спину, голоса враз стали совсем рядом и полыхнул свет. Пандар закрыл лицо руками на мгновение, но ничего не произошло, и мужчина вскоре опустил руки.

Он оказался на лугу, который он хорошо знал. Так же он сразу узнал женщину, стоявшую неподалеку с мальчиком лет пяти. Это была его мать и он сам. А на этом лугу стоял их небольшой домик, вернее, он стоял на отшибе деревни, а луг был прямо за ним. А еще дальше - лес. Значит, вот это жизнь после смерти? Просмотр своих воспоминаний от начала и до конца? Если так, то Пандар предпочел бы остановиться на этом моменте.

Он подошел к паре, которая его не заметила. Ребенок собирал букетики из полевых цветов и дарил их женщине, которая кивала и улыбалась. Пандар сел на траву, прикосновение которой почти не почувствовал из за жесткой чешуи, и стал просто наблюдать. Мужчина чувствовал какую-то странную тоску. Почему-то ему казалось, что он совсем забыл лицо матери спустя столько лет. Но как оказалось, это было не так. Воспоминание о ней было, четким, ярким и безумно родным. Пандар пожалел, что не может вернуться в то время. Он был бы согласен провести вечность в пятилетнем возрасте. Но тут женщина с ребенок засобирались и стали уходить. Пандар проводил их взглядом.

Вопреки ожиданиям, мир вокруг не исчез, не размылся, хотя и стал менее естественным. Пандар лег спиной на землю и подумал, что хотел бы сбросить с себя всю чешую, чтоб почувствовать траву кожей. И в ту же секунду чешуйки пропали. Мужчина резко сел, не поверив своим глазам. Рука утратила когти, стала рукой. Пандар зажмурился, представил свою руку в чешуе, открыл глаза. Рука была в чешуе. Пандар захотел, чтоб чешуйки исчезли, и они тот час пропали. Альфа встал на ноги, ему послышался шум прибоя. Мужчина обернулся и в ту же секунду увидел позади себя бескрайнее море. Ноги оказались на крупной темно-серой северной гальке, за спиной шумел порт, тысячи языков сливались в одну какофонию, но Пандар давно к этому привык.

Перед ним стоял корабль, на котором он ходил с Чезаре столько лет… Альфа смотрел, как команда заносит сундуки, Чезаре стоит на палубе и наблюдает за ними. Северный ветер треплет его волосы и ткань легкого плаща. Ему как всегда не холодно. Это не изменится никогда, наверное. Хотя сам Чезаре изменился в браке с Эдмундом, бесспорно. Пандар почувствовал это особенно остро сейчас. Мужчина поднялся со всеми на корабль. Он взошел вслед за Чезаре на капитанский мостик и встал за его спиной. Они отошли от берега, Северный остров становился все дальше и дальше, а Пандару было любопытно, куда же они поплывут. Он сам не помнил, они отплывали так сотни раз.

Вокруг была только вода и ничего кроме воды. Далеко-далеко небо сливалось с ней, и казалось, что впереди только море, что даже неба нет. Но в какой-то момент на горизонте стали сгущаться тучи, они становились темнее с каждой минутой, приближаясь. Грянул оглушительный гром, будто целая скала упала. Поднялся ветер, который смог перекричать только Чезаре, лающим тоном отдающий приказы. Пандар смотрел на все это отстранено. В какой-то момент он увидел себя, поднимающегося на мостик. Мужчина отвернулся. Ему это было не интересно. Он стал спускаться на палубу, но на предпоследней ступеньке нога шагнула в пустоту, и Пандар куда-то провалился и темнота сомкнулась над его головой.

Он оказался в воде. Она ледяными иглами впилась в его тело, мужчина услышал знакомые голоса, гулко раздающиеся откуда-то сверху. Мужчина стал плыть к поверхности, вода вокруг него понемногу светлела, голоса становились ближе. Пандар стал видеть свет, который рассеивался в толще воды. Легкие горели от нехватки воздуха, и альфа плыл изо всех сил, не понимая, почему с каждой секундой это становится все труднее. Но на поверхности оказалось мутное стекло, о которое мужчина бился едва ли не головой. Сквозь него он видел неясные очертания фигур, Пандар закричал, чтоб они разбили стекло, но в рот только хлынула ледяная вода. Мужчина почувствовал, как неведомая сила тянет его обратно вниз, он заколотил руками все сильнее, но фигуры стремительно удалялись, а вода становилась чернее.

- Связать его, - приказал каркающий голос, и Пандар закричал что есть сил.

Он знал его. И знал, что будет дальше, потому дергался изо всех сил. Но на руках лязгнули цепи, тело вмиг покрылось чешуей. Вокруг была темнота, только две толстые свечи стояли на полу, что позволяло мучителю оставаться в тени, не показывать лица. В нос ударил смрад от той твари, что сдохла позавчерашним вечером и теперь разлагалась в углу. Ее никто не удосужился убрать. Вонь стояла нестерпимая, и Пандара затошнило. Он дергался в цепях, пытаясь освободиться, но все попытки пошли прахом. Зашуршал мешок, и мужчина услышал жуткое шипение десятка разъяренных змей. Альфа закричал, когда первая впилась ему в щиколотку, вторую опустили на обнаженное плечо, она укусила в шею, и вскоре Пандар перестал что-либо чувствовать кроме этих укусов.

А потом пришла чудовищная агония. Тело сгорало изнутри, мужчину корчило, выворачивало наизнанку. Иногда ему насильно вливали в рот какое-то снадобье, и пытка прекращалась на какое-то время. Но только затем, чтоб продолжиться вновь с самого начала. Пандар бился в цепях, кричал, умолял остановиться, но его палачу было все равно. Голос ледяным тоном отдавал приказы и крики мужчины его не волновали. И в какой-то момент Пандар перестал сопротивляться, цепляться за сознание. Он просто шагнул куда-то за грань. В ничто. В пустоту.

_ _ *

- Он затих, Ваше Величество, - произнес лекарь, придя в кабинет беты на рассвете.

Шало просидел в нем всю ночь. Пандар кричал несколько часов подряд, не переставая. Когда он сорвал голос, то просто хрипел. Бета не мог находиться даже близко к своим покоям. Он зашел к мужчине только раз, выгнал лекарей, пытался успокоить мечущегося мужчину, но это не подействовало. Шало с трудом выдержал лишь несколько минут, а потом позорно сбежал, за что не мог не презирать себя всей душой. Бета не понимал, как лекарь находится там. Как можно слышать эти вопли, полные такого ужаса и бесконечного страдания?

- Умер? - тихо переспросил бета.

- Нет. Дышит, - старик усмехнулся. - Думаю, вы будете немало удивлены, когда увидите его.

Шало молча встал на ноги и просто пошел наверх. Он не чувствовал под собой пола. Но стоило Шало увидеть Пандара… Он не мог представить себе подобного. Это было просто невероятно. Совершенно невозможно.

Перед ним лежал мужчина. Человек. На не было ни единой чешуйки. Когти исчезли. Мускулистая совершенно безволосая грудь, туго перетянутая бинтами, ровно вздымалась и опадала в такт тихому дыханию. Волосы оставались все такими же белыми. Шало осторожно подошел ближе и медленно протянул руку, коснулся плеча. Под пальцами оказалась прохладная, слегка влажная от пота кожа.

- Это невероятно, - пробормотал Шало, повернувшись к старику.

- Полагаю, что его превращение теперь окончательно завершено, Ваше Величество, если это так можно назвать, - сказал лекарь и прокашлялся. Как этот старик еще стоял на ногах после насыщенного дня и бессонной ночи? - Мы не можем посмотреть на глаза… Знаете, я тут сторонник того, что глаза - души. Если они прежние, то думаю, что сущность Змея при нем.

- Вот как, тихо произнес Шало. - Благодарю вас за труд. Отдохните. Вы устали.

- Благодарю, - лекарь слегка поклонился. - Но я сам хотел бы, чтоб Змей жил.

Шало кивнул. Он смотрел, как старик уходит, шаркая мягкими туфлями, а затем просто осел на пол. Он не мог поверить в то, что человек, лежащий на кровати Пандара - это Пандар. Подобное не укладывалось в голове.

_ _ *

Пандар не проснулся ни на следующий день, ни даже через день. Шало ходил всюду в обществе двух стражников, и четырех выставил, чтоб охранять Пандара. Ему было глубоко плевать, что подумают люди. Он король, и его приказы не подлежат обсуждению. Лекарь обследовал альфу каждый день, но не находил никаких изменений в его состоянии, кроме того, что мужчина стремительно выздоравливал. Видимо, его способности все еще остались при нем, поскольку у обычного человека переломы никак не могли срастаться с такой впечатляющей скорость. Как не сломалась спина под весом мачты оставалось загадкой. Пандар больше не кричал. Вообще не подавал никаких признаков жизни, и Шало стал задумываться, не заплутал ли мужчина где-то там. Может быть так, что он решил остаться за гранью? Бета знал о таких случаях, когда люди спали годами, да так и умирали во сне.

Прошло еще пару дней. Шало завтракал на террасе, когда услышал в комнате Пандара какое-то движение. Бета встал так резко, что плетеное кресло покачнулось. Шало вошел в комнату и остановился на пороге, увидев совершенно безумный взгляд Пандара. Оба глаза остались серебряными с вертикальными зрачками.

- Пандар? - осторожно позвал Шало. Мужчина дернулся от звука своего имени будто от удара. - Пандар, все в порядке. Ты помнишь меня? - бета говорил размеренно и спокойно, стараясь смотреть альфе в глаза, по крайней мере, не опускать взгляд ниже плеч. Дело в том, что Пандар был совершенно обнаженным. - Это я. Шало. Ты жив. Мы оба живы.

Мужчина молча стоял какую-то минуту, словно переваривая слова Шало, затем его взгляд опустился вниз. Пандар грязно выругался, бета мгновенно закрыл глаза и не открывал их, пока мужчина натягивал на себя штаны и рубашку.

- Как? - только и сказал альфа, даже не застегнув пуговиц. - Как я стал таким?

- Я точно не знаю, - тихо ответил Шало. Он все еще стоял на пороге, боясь подходить ближе. Пандар выглядел совершенно неуравновешенным. Любое действие могло довести его до ручки. И что будет после этого, Шало представить себе не мог. - Попробуй поговорить с лекарем. Он должен знать больше моего.

- С лекарем? - Пандар взъерошил волосы обеими руками. Шало ни разу в жизни не видел, чтоб альфа так делал. - Да, с лекарем. Конечно, - пробормотал альфа, вытаскивая перчатки из сундука. Он судорожно натянул их, а потом достал черный плащ.

- Подожди, зачем ты…

Но договорить Шало не успел. Пандар просто вышел за дверь, и бета не отправился следом, понимая, что альфе нужно время, чтоб свыкнуться с собой.

_ _ *

Ноги сами вынесли Пандара в сад. Альфа шел все дальше, пытаясь найти какое-то тихое место, где не было бы людей. Придворные шарахались от фигуры в плаще, какая-то женщина придушенно вскрикнула, и путь мужчине преградила стража. Пандар остановился как вкопанный. Его трясло от какого-то неуправляемого иррационального ужаса. Стражники окружили его, их латы сверкали на солнце, отблески слепили Пандару глаза. Он надвинул капюшон поглубже и приготовился обороняться. Почему-то мужчине даже в голову не пришло, что можно просто назвать себя. Альфа чувствовал себя в клетке, в ловушке.

Вдруг Пандар почувствовал, как что-то в нем меняется. Кожу слегка закололо, а в следующий миг каждая частичка стала переворачиваться, обнажая ровные чешуйки. Как только волна прокатилась по всеми телу, Пандар тут же сбросил с себя плащ. В миг пришла уверенность, чудовищный ужас исчез. Мужчина чувствовал только спокойствие и ничего кроме него. Стражники замерли, не зная, что делать.

- Пропустите, - просто произнес Пандар.

И люди в латах немедленно дали ему проход. Просто никто не рискнул связываться с человеком, который выглядел так, и демоны Бездны, Пандар впервые в жизни был доволен тем, что он имеет такую внешность.

Альфа ушел в самую дальнюю часть парка, которая скорее напоминала поле. Туда отводили пастись коней из королевских конюшен. Здесь росли редкие яблони, они опадали, созревая, и породистые красавцы были рады поживиться. Пандар поднял одно такое яблоко и на автомате откусил его, не почувствовав вкуса. Альфа шел вперед только затем, чтоб идти, чтоб не сидеть на месте.

Пандар задрал рукав рубашки и посмотрел на руку. Она все еще была в привычных чешуйках. Альфа помедлил минуту, затем попытался воскресить в памяти свою руку без чешуи. В этот миг волна прокатилась по телу, и чешуйки вновь сменились кожей. Мужчина поднес ладонь к самым глазам, стал внимательно рассматривать каждую венку, каждую складочку. Ногти были обычными, человеческими. Никаких когтей. Альфе стало не по себе. Он чувствовал себя уязвимым. А вместе с осознанием этого пришел ужас. Пандар тут же вернул чешую, и страх немного улегся на дно души. Мужчина пару раз глубоко вздохнул.

Что так пугает его?

Мужчина не мг думать об этом сейчас. Он не представлял, как вернется во дворец, будет смотреть в глаза Шало, видя в них непонимание и недоумение. Но вернуться в свою человеческую форму Пандар тоже не мог. Не хотел. Боялся. Это мужчина понимал отчетливо. А еще он понимал, что низа что добровольно не пойдет к лекарю. Не спустится туда.

_ _ *

Шало так и остался в комнате Пандара, ожидая возвращения ее хозяина. Бета сел на кровать и прикрыл глаза, пытаясь как-то упорядочить то, что он увидел несколько минут назад. Пандар был уязвим и напуган до смерти. Это явление казалось невероятным. Но это было. Шало искренне надеялся, что никто не решится напугать мужчину еще больше, иначе он сделает то, что будет потом не исправить. Поэтому бета потребовал к себе начальника стражи и сообщил ему, что Пандар жив и здоров, и что пускай его никто не трогает. Но как оказалось, стражники уже успели повстречаться с альфой. Правда, встреча прошла мирно. Начальник стражи ушел, и Шало смог выдохнуть.

Пандар пришел через час. Казалось, он ничуть не удивился, увидев Шало, сидящим на своей кровати. Зато бета даже не потрудился скрыть свое удивление.

- Ты снова… - Шало даже не смог выговорить то, что вертелось у него в голове.

- Эта форма привычнее, - бросил альфа. - Тебе уже известно, что случилось на корабле?

- Сейчас не время обсуждать корабль, - спокойно произнес Шало. - Вернись в человеческий облик.

- Я не хочу, - ледяным тоном ответил Пандар. - Тема закрыта.

- Почему ты не хочешь сменить чешую на кожу? - все так же спокойно спросил бета, вставая на ноги. Это его спокойствие вдруг стало безмерно раздражать Пандара.

- Тема закрыта, Шало, - повторил мужчина, постаравшись сказать это спокойно.

- Пандар, нет ничего страшного, в том, что тебе… непривычно. Но ты не привыкнешь, если будешь…

- Тема закрыта, Бездна тебя забери! - вдруг заорал Пандар. Его глаза полыхнули неприкрытой яростью, и у Шало мороз прошел по коже. - Я. Не желаю. Об этом. Говорить. Ясно?!

- Прекрати на меня орать! - рявкнул Шало.

- Я прекращу на тебя орать, когда ты оставишь меня в покое!

- Тебе это ничего не напоминает?!

- Я думал, что ты вырос! - Пандар неожиданно для себя ударил кулаком по стене. - Но как оказалось, это не так.

Глаза Шало опасно сузились, но он ничего не сказал. Бета резко развернулся и вышел из комнаты. Пандар слышал, как громко хлопнула дверь в его комнату. Альфа остался один в звенящей тишине. Внутри бурлил гнев, ярость и страх - горячая смесь. Мужчина размахнулся и что есть сил ударил по стене. Боль прошила руку насквозь, несколько чешуек осталось на стене, но костяшки заросли новыми чешуйками прежде, чем Пандар сделал три вдоха. Мужчина почувствовал себя совершенно опустошенным.

Боги, он не помнил, когда последний раз чувствовал все это. И это пугало до чертиков. Пандар не помнил, как управлять своими чувствами, не знал, как справиться с ужасом, гневом и не желал этому учиться с нуля. Ему было хорошо в спокойствии, в этом полумертвом окоченении. А теперь… что делать теперь? Он наорал на Шало, хотя даже Чезаре не удавалось настолько вывести его из себя. Да, бета сам виноват… Но виноват ли? Пандар просто сорвался. Как неуравновешенный сумасшедший сорвался на Шало. Извиниться? А как? Альфа чувствовал, что сказал то, что Шало не скоро ему простит. Бета ненавидел, когда кто-то говорил ему, как он молод. Это было всегда, сколько мужчина его знал.

Пандар посидел в комнате какое-то время. Он так и не вернулся в человеческий облик. Не смог. Зато смог выйти в коридор и прийти в кабинет. Смог сесть в кресло у двери и смотреть, как Шало демонстративно не замечает его присутствия. Пускай обижается. Пандар подождет, пока бета немного отойдет, и потом скажет, что был неправ. Наверное.

Они вышли из кабинета глубоким вечером. Глаза беты были красными и уставшими, но он сидел до последнего, пока света свечей не стало слишком мало, чтобы он видел написанное в нескончаемых бумагах. Шало встал со своего места и вышел в коридор, а затем направился к себе, не дожидаясь, пока Пандар последует за ним. Но когда бета вошел в свою спальню, мужчине все же удалось войти за ним прежде, чем он захлопнет дверь перед его носом. Шало даже не обернулся.

- Ты собираешься проконтролировать, умылся ли я перед сном? - голос беты мог бы заморозить все четыре южных моря сразу.

- Я думал, ты немного остыл, - миролюбиво произнес Пандар.

- Как мы уже выяснили, ты ошибся.

Альфа глубоко вздохнул, а затем вдруг резко развернул Шало к себе лицом. Бета охнул, тут же сбросил чужие руки со своих плеч.

- Хочешь меня касаться - покажи себя, - прошипел бета. Его глаза странно заблестели.

Пандар молча стоял и не шевелился. Он не хотел хватать бету за плечи, но схватил. Он не хотел кричать на него, но накричал. И сейчас в душу закрадывались такие желания, от которых что-то в животе поджималось.

- Спокойной ночи, - ровно сказал мужчина и прошел мимо Шало, стараясь его не касаться.

Бета выдохнул сквозь зубы. Его этот жест взбесил до предела. Он не понимал, как можно пренебрегать возможностью быть тем, кто ты есть. Но Пандар предпочитал оставаться в своих доспехах. Что ж… это его право.

Комментарий к Глава 15

Сразу прошу прощения за ошибки. Вдохновение не терпит медлительности)

========== Глава 16 ==========

Пандар так и не извинился. Он понимал, что сильно задел Шало, но слова ничего не изменили бы. Бета сам нарвался, Пандар не выносил, когда на него давили. Чем больше на него нажимали, тем сильнее он закрывался, обороняясь. Но редко огрызался. А тут… мужчина был не в себе. Он в одномоментно утратил чувство равновесия, нахлынувшие эмоции напугали его почти до икоты, и альфа сорвался. Шало хотел увидеть его человеческую ипостась, и пока Пандар ее не покажет, вряд ли все станет, как прежде. Почему бете это так важно? Мужчина не мог этого понять. Вернее, отказывался это делать. Он просто не мог показать ему свое лицо.

Поздним вечером следующего дня Пандар в первый раз осмелился измениться, будучи совершенно один. Альфа даже не стоял перед зеркалом, ему было довольно того, что он смотрит на руки, покрытые кожей и чувствовать ветерок с террасы. Но Пандар не получил от этого удовольствие. Все внутренности будто сжало невидимой рукой, ком подступил к горлу, а ладони мигом вспотели как у юнца. Пандар мигом обратился обратно. Его страх был настолько сильным, что он не смог выдержать и нескольких минут. Боги, что за злая ирония? Когда-то мужчина продал бы душу за возможность вновь стать человеком или быть хотя бы на него похожим. Но правда заключалась в том, что Пандар забыл как быть человеком. И не хотел вспоминать. Когда он был Змеем ему не было больно. Но когда он был человеком… мужчина не помнил ничего кроме боли. Она была разной, но… Пандар слишком устал от всего этого. Сначала травля в родной деревне, потом война. Апофеозом стало превращение. Это было точкой в человеческой жизни. Жизнь Змея не была лишь существованием, но так было проще. Альфа почувствовал себя жалким трусом, но страх был сильнее презрения к себе. А потому альфа так и ходил в чешуе, предпочитая не смотреть Шало в глаза.

Через несколько дней бета отдал приказ, согласно которому все должны были подготовить для осмотра затонувшего судна. Как это будет происходить, Пандар представлял себе слабо, но предпочитал не спрашивать. По сути, ему было все равно. Гораздо любопытнее было наблюдать за Шало.

Мужчина не мог не отметить, что бета стал как-то… жестче. Приказы отдавались сухо и холодно, Шало всем видом давал понять, что даже крошечное отклонение от его слов будет жестоко наказано. Это Пандара несколько… обеспокоило. Меньшее, чего мог желать альфа, это ожесточение Шало. Но сказать или сделать мужчина ничего не мог. Каждое его действие или слово воспринималось в штыки, Шало с ним практически не разговаривал. Альфа не мог поверить, что так сильно задел его. Тогда в чем же дело?

_ _ *

Рано утром Шало и Пандар в сопровождении магов и стражников двинулись на пристань, которая находилась ближе всех к месту крушения. Город уже начал просыпаться, альфа слышал его зарождающийся рокот. Пандар и Шало остались вместе с стражниками остались там, где спешились, а маги пошли к воде. Какое-то время ничего не происходило, четверо мужчин просто взялись за руки, а затем синхронно спрыгнули. Спустя минуту мужчина услышал какой-то тихий, но мощный гул. Альфу слегка передернуло. Воздух будто завибрировал от звука, птицы вспорхнули и улетели как можно дальше, а лошади забесновались. Пандар напрягся всем телом. Ему не нравилось это неотвратимое приближение чего-то неведомого. Но Шало был совершенно спокоен, будто уже видел подобное. Или же желал казаться спокойным. В последние несколько дней Пандар иногда не мог понять его, и это мужчину угнетало в некотором смысле.

У Пандара сердце пропустило удар, когда он увидел, как огромная толща воды расходится в стороны, обнажая песчаное дно. Воды становилось все больше, солнце просвечивало ее насквозь, играя бликами на чешуйках рыбешек, которые оказались пленницами в этих водных стенах. Альфе стало не по себе. Он услышал, как собираются обитатели пристани за его спиной, как охают женщины, что-то восклицают альфы… Но Шало будто этого не заметил. Он даже не обернулся на Пандара, пойдя вперед. Стражники выстроились в шеренгу, чтобы сдержать людей, мужчина глубоко вздохнул, и пошел за бетой, который оказался уже у самого конца деревянного помоста. Пандар без труда догнал его. Мужчина сел на доски, ухватился за них руками в перчатках и повис на руках. Альфа слегка раскачался, а затем отпустил руки и спрыгнул вниз. Пандар прикрыл глаза ладонью, спасая зрение от солнца, и посмотрел снизу вверх на Шало. Бета казался недосягаемо далеко. Шало стоял на месте. В конце концов, он не обладал прочностью костей своего телохранителя, о лестнице как-то никто не подумал, а дно оказалось довольно далеко.

Пандар немного помедлил, прежде чем негромко сказать:

- Прыгай.

Он был уверен, что легкий ветерок донес его слова, но бета не двинулся с места.

- Шало, я поймаю тебя. Обещаю, - произнес мужчина.

Я всегда поймаю тебя.

Бета потоптался с минуту. Умом он понимал, что альфа его точно поймает. Но шагнуть вперед все равно было тяжело. Шало глубоко вздохнул и посмотрел вниз. На какую-то секунду ему показалось, что он смог поймать взгляд нечеловеческих глаз. И этот миг мимолетного единения вдруг решил все. Бета шагнул вниз. Он пролетел всего секунду, и приземлился прямо на руки Пандару, даже не охнув. Серебряные глаза вдруг оказались близко-близко, Шало вдруг пришло в голову, что он никогда не видел лицо мужчины так близко от своего. Бета вдруг закопошился, и Пандар тут же опустил его на мокрый песок.

Корабль представлял собой совершенно жуткое зрелище. Он практически лежал на боку, разноцветные паруса были похожи на флаги побежденного противника: такие же безжизненные. Когда Пандар и Шало подошли к тому, что осталось от величественного судна, с него все еще капала морская вода. Мужчина обошел корпус кругом, найдя одну из пробоин, и позвал Шало, после чего они оба забрались внутрь.

- Доски скользкие, - предупредил Пандар.

Его глаза быстро привыкли к тьме, которую немного рассеивали лучи, льющиеся через дыру в корпусе. Шало было несколько хуже. Он старался не терять из виду Пандара и просто не упасть, споткнувшись о пушку или гамак для матроса. Альфа остановился и молча протянул бете руку. Шало видел перед собой ладонь в перчатке, но медлил. Бета хотел, чтобы мужчина коснулся его не кожей перчатки, а своей собственной.

- Не время для ссор, - спокойно произнес альфа, будто угадав мысли Шало. - Ты здесь покалечишься.

Бета молча вложил свою руку в ладонь мужчины. Так двигаться было значительно легче. Пандар предупреждал его о перевернутых предметах, некоторые отшвыривал ногой. По заранее оговоренному плану мужчина двигался в трюм с оружием. Согласно его идее, первая пробоина должна была быть там, поскольку это был самый нижний отсек корабля, и если бы вода не начала наполняться сначала туда, то тонули бы они значительно дольше. Тот, кто это сделал, прекрасно все рассчитал. Он знал, что как только хлынет вода, то металлические крюки, на которых держались цепи, в свою очередь удерживающие пушки и ядра, сорвет моментально, и вся эта тяжесть поедет в сторону крена, только усугубляя положения. А как только будет вторая пробоина, счет пойдет на минуты.

Попасть в трюм с пушками было довольно тяжело. Во-первых, здесь было совершенно темно, а во вторых, лестница оказавшаяся у самого низа была переломана в щепки. Мужчина оставил Шало на месте, а сам принялся пробираться вниз. У него ушло минут десять, прежде чем альфа оказался в нижнем отсеке корабля. В нос ударил запах сырости и холода, Пандар мотнул головой. Он вытащил из кармана одну штуковину, данную ему магами на берегу. К удовольствию мужчины магическая братия не обманула, и шероховатый шарик действительно довольно ярко светился. По крайней мере света от него хватало, чтобы увидеть что-то на расстоянии вытянутой руки.

Пандар сразу пошел к пробоине. В общем-то, он оказался прав. Все было сделано так, чтобы силы природы довершили начатое человеком. Мужчина потрогал края дыры. Они были острыми, видимо, что-то разнесло доски в щепки. Альфа присмотрелся к дощатому полу. Что-то прочно застряло в щели между досками. Особо не церемонясь, Пандар снял перчатку и буквально вонзил руку с когтями вниз в щель. Мужчина вытащил руку и на свет показалась поломанная шестеренка. Пандар сунул ее в карман. Мужчина еще раз внимательно осмотрел щели в полу, в стенах, и нашел еще какую-то гибкую трубочку. Ее мужчина тоже взял. Больше ничего не обнаружив, альфа подпрыгнул и уцепился за уцелевшие ступени лестницы, а затем подтянулся одним движением на руках. Для верности мужчина посветил еще сверху. Что-то блеснуло у самого уха, Пандар осторожно развернулся и двумя пальцами выудил из щелки маленькую серебряную пуговку. Альфа сунул ее в карман и стал выбираться.

- Я думал, что ты там сломал шею, - пробормотал Шало.

- Не надейся, - усмехнулся Пандар. - Пойдем.

И уже не спрашивая разрешения, мужчина взял бету за руку и двинулся с ним назад. А Шало не сопротивлялся. Какой смысл? Они еще осмотрели выбоину, через которую вошли. Пандар отметил, что края у нее такие же. Они с Шало попытались найти еще что-нибудь вроде шестеренок, но ничего хоть отдаленно похожего не было. Пандар и Шало вернулись к пристани. Кто-то все же догадался спустить им лестницу, и они поднялись наверх. Мужчина постоял какое-то время, глядя, как гигантское количество воды вновь закрывает корабль, а затем все вернулись в замок. Маги были выжаты до предела, но что странно, вода капала только с одного. Заметив вопросительный взгляд Пандара, маг пояснил:

- Я истощен. На сушку резерва не хватило.

- И как долго вы будете восстанавливаться? - спросил мужчина.

- Мы все сейчас к Майклу заглянем, - ответил альфа. - Он поможет преодолеть первый порог, а там уже от суток до недели. У кого как. Чем ты сильнее, тем скорее наполняешься.

- Кто такой Майкл?

- Солнышко наше, - хмыкнул мужчина. - Только не вздумайте его так назвать. Заберет всю энергию без остатка. Он маг…

- Энергии, - закончил за него Пандар. - Мне довелось испробовать на себе его таланты. Любопытный дар.

- Не менее любопытный, чем ваш, - пожал плечами альфа.

Пандар помолчал.

- Майкл… имя нездешнее. Откуда он? - спросил мужчина.

- Мы его не спрашивали, а он не разговорчивый.

_ _ *

Когда все вернулись во дворец, маги отправились к Майклу, а Пандар первым делом отправился в библиотеку. Там они с Шало провели над книгами весь день, но не нашли ничего хотя бы отдаленно напоминающие механизм, жалкие части которого Пандар обнаружил на корабле. И чем больше столицей овладевало ночное оцепенение, тем сильнее альфа уверялся в своей первоначальной догадке. Но Шало альфа так ничего и не сказал, уж ему совершенно необязательно знать то, что знает мужчина. Поэтому Пандар предупредил бету, что исчезнет на добрую половину ночи, после того, как дворец погрузится в сон или хотя бы в его иллюзию. Шало не возражал. Он сделал вид, что его не волнует, куда ходит мужчина. Бете приходило на ум только одно объяснение, и оно ему не нравилось.

К кому может ходить взрослый альфа?

Ответ очевиден. И Шало не нравилось то, что он чувствует по этому поводу. Подозрительно походило на ревность. Было бы что ревновать. В конце концов, между Пандаром и Шало ничего не было и вряд ли могло быть. Пандар никогда не подпустит его к себе так близко, он даже не может сделать над собой усилие и прикоснуться кожа к коже. Почему? Шало не верил, что чешуя нравилась мужчине больше, не правда. Значит, что-то вынуждало альфу быть в в таком обличье. Неужели страх? Это было самым логичным объяснением. Шало еще хорошо помнил ужас в нечеловеческих глазах, когда бета увидел его сразу после пробуждения. Пандар был в невменяемом состоянии, он едва-едва контролировал себя и был готов слететь за грань в любое мгновение. Конечно, альфа был в шоке, это Шало понимал. Он и сам был бы в таком же состоянии, если бы после стольких вдруг получил шанс быть человеком. Но состояние мужчины - это не шок. Шок проходит, а его ужас, видимо, так и не исчез.

Шало и сам не знал, что так прицепился к Пандару тогда. Просто он был так счастлив, что альфа получил второй шанс, что совершенно не мог понять, почему мужчина не чувствует того же. Потому и надавил так сильно. И вспышка Пандара… раньше такого никогда не было. На памяти беты мужчина второй раз вышел из себя. Значит, он задел его за живое, подобрался ближе, чем ему было дозволено. Люди всегда кричат, когда им больно. А что-то подсказывало Шало, что Пандару все еще очень-очень больно.

_ _ *

Незаметно выйти из дворца не составило труда. Пандар шел в плаще с накинутым на голову капюшоном, не торопясь, скорее прогуливаясь по улицам. Одна часть города заснула, а другая только проснулась, и мужчина искал одного человека среди проснувшихся. Пандар знал, что поиски потребуют определенного количества времени, и вполне возможно, что в первую ночь найти его не удастся. Но столица закрыта для въезда и выезда, а это значит, что рано или поздно, но мужчина его найдет.

Пандар шел по темным улицам и ровно вдыхал ночной свежий воздух. Правда, чем ближе мужчина подходил к красному кварталу, тем явственнее в воздухе улавливался аромат выпивки, надушенных взмокших тел и похоти. Альфа прошел квартал насквозь, изредка останавливаясь, будто приглядываясь к проституткам на любой вкус и предпочтения. Пандар продвигался все дальше, бордели становились все более дешевыми, а проститутки в них - вонючими и с кучей болезней. Альфа дошел до самого чернового порта, где нестерпимо пахло рыбой, мокрыми рыболовными снастями и потом моряков, которые спали в бараках на берегу. Пандар прошел по линии берега до той пристани, у которой затонул корабль. Небо начало по-предрассветному сереть, и мужчина отправился во дворец. Он должен был вернуться раньше, чем слуги начнут гасить свечи.

Войдя в свою комнату, альфа сразу прошел на террасу. Сна не было ни в одном глазу, хотелось просто стоять и смотреть, как занимается небо от рассвета, как оживает столица внизу. Но на террасе альфу ждал сюрприз: Шало задремал в кресле. Во сне он озяб и теперь смешно поджал под себя ноги. Пандар мялся какую-то минуту, а затем подошел ближе.

В сумраке уходящей ночи лицо беты казалось совсем другим. Юным, незамутненным переживаниями, мягким. Наверное, именно таким Шало был раньше. Хотя, кого Пандар обманывает? Уже в пятнадцать лет бета мнил себя взрослым и ответственным, силился разрешить все проблемы сразу, отвергая возможность того, что это просто невыполнимо. Пожалуй, это в нем осталось до сих пор. Эта страстность не давала ему покоя. Наверное, он таким будет везде и всегда. Мужчина присел на корточки прямо перед лицом Шало и просто стал смотреть. Ему не хотелось думать, что придет в голову бете, если он внезапно проснется, и увидит прямо перед собой лицо мужчины. Пандар вдруг подумал, что пройдя столько лет чистейшего ада, имеет право дать себе несколько минут забвения, глядя на это лицо. Шало поежился, стоило легкому ветерку чуть усилиться, и альфа усмехнулся. Он выпрямился, снял с себя плащ и осторожно укрыл им бету, а затем заставил себя уйти с террасы, потому что знал, что стоит остаться там еще на пару минут, и Пандар будет жалеть о том, что сделает. Они оба будут об этом жалеть.

Следующей ночью Пандар снова вышел в город, а затем снова. Он просто бродил по улицам, ожидая увидеть человека с желтыми белками глаз. Он непременно выходил ночью, потому что глаза слишком приметны днем, какое бы обличье он не выбрал. Пандар сел на скамью перед каким-то трактиром и глубоко вздохнул. Рядом с трактиром каким-то чудом оказался куст с мелкими-мелкими розами, и они дивно пахли в ночи. Рядом с альфой села девушка в ярко-красном платье с разрезами от щиколоток до самых бедер и декольте едва ли не до пупка. На шее красовалась маленькая шестеренка.

- Ты искал меня? - на чистейшем холмстарском спросила черноволосая красавица, взглянув на Пандара.

Глаза были тусклыми, старческими и желтыми.

- Да. Корабль короля - это твоя работа? - спросил мужчина. Девушка потянулась, выставляя на еще большее обозрение свои прелести. - Шептун, ты же знаешь, что это никогда не могло отвлечь меня.

- Что правда, то правда.

И через минуту перед альфой сидел высокий лысый старик с желтой дряблой кожей. На вид ему можно было дать лет сто, а на самом же деле ему было много больше. Уже никто и не помнил, сколько именно, да и вряд ли сам он знал.

- Зачем мне отвечать на твой вопрос? - старик полностью оправдывал свою кличку. У него почти не было голоса.

- Затем, что для нас обоих будет, лучше, если ты это сделаешь добровольно, - пожал плечами Пандар.

- Ты не нашел бы меня, если бы я сам к тебе не подошел. Столица загнется без кораблей, запрет снимут, и я исчезну. Ты меня не найдешь.

- Шептун, мы оба знаем, что погони тебе не выдержать, я быстрее тебя и гораздо смертоноснее.

- Вот тут я бы поспорил, - старик вдруг потянулся к щеке альфы, но тот перехватил его руку. Его собеседник, казалось, ничуть не расстроился. Его другая рука покоилась на медальоне-шестеренке. - Здесь то, что может убить даже тебя.

- Но ты поднимешь шум, выдашь себя, тут же прибежит стража. И тебя все равно поймают.

- Мы можем это проверить, - криво усмехнулся Шептун.

- Не стоит. Я не сдам тебя властям. Более того, поспособствую тому, чтоб ты выехал из страны как можно скорее. Взамен прошу только информацию о заказчике.

- Если бы я так легко сдавал своих работодателей, то вскоре остался бы либо без работы, либо без головы. Или же без того и другого. Мне нужен веский аргумент.

- Ты мне должен.

- Это не в счет. Ты сам виноват, что мы так вляпались.

- Но вытащил я нас обоих, а мог бы уйти сам. Мне бы это вышло дешевле.

Бесцветные губы Шептуна сложились в горькой усмешке. Он помолчал, будто обдумывая слова Пандара. Альфа терпеливо ждал.

- Пришла женщина. Оплатила мою игрушку, а от установки отказалась, - наконец выдал старик. - Отвечая на твои последующие вопросы, скажу, что ни лица, ни фигуры не видел, она была в плаще. Ходила только хуже меня, будто сейчас не то рухнет, не то пополам сложится.

- Как она на тебя вышла?

- А как они все ко мне приходят? - философски спросил Шептун. - Слухами земля полнится, - старик тяжело поднялся на ноги. - Я тебе все сказал.

Тут он поймал за талию первого попавшегося рыжеволосого омегу с ярко-накрашенными губами, и поцеловал его. Проститутка отпихнул его от себя и скрылся в трактире, не увидев, как высокий старик на глазах превращается в рыженького омегу.

- За тобой должок, - кокетливо бросил омега.

Через минуту Пандар уже потерял его из виду. Уж что-что, а скрываться Шептун умел мастерски. Альфа посидел еще какое-то время, а затем двинулся во дворец. Мужчина незаметно проскользнул в дальнюю часть парка, здесь он сбавил шаг. Пандару нравился этот парк больше ночью, чем днем. Альфа уже почти вышел на главную аллею, как краем глаза заметил мелькнувшую тень. Мужчина резко развернулся, но ничего не увидел. Ночь была совершенно тиха, даже сверчки смолкли. Альфа шумно втянул носом воздух. Это оцепенение ему не нравилось. Пандар простоял минуту, вслушиваясь, в гнетущую тишину, но ничего не произошло. Мужчина вышел на аллею, прошел несколько метров, и вдруг прямо перед ним возникла чья-то тщедушная фигурка в плаще. Человек впереди медленно шел, шаркая ногами по мелкому гравию. Пандар свернул вбок, чтоб незаметно обогнуть незнакомца и сделать вид, будто выходит из дворца, а не входит в него. Альфа неслышно прошел за розовыми кустами, обогнул огромную вазу и возник прямо перед лицом незнакомца.

- Вы меня безмерно напугали, - раздался знакомый каркающий голос из-под капюшона. - Вам тоже не спится?

- Люблю гулять ночью, - пожал плечами Пандар. - А вы, господин лекарь?

- Собираю ночную ламбрецию. Прелюбопытная трава, от многих болезней спасает, если ее правильно собрать, - лекарь показал маленький мешочек. - Рад, что вам уже лучше.

- Полагаю, все вашими стараниями, - произнес Пандар.

- Я думал, вы засыпете меня вопросами, но выходит, что выше любопытство уступает моему, - лекарь блеснул глазами, и что-то нехорошо кольнуло Пандара внутри. - Как погляжу, чешуя вам роднее.

- Человеческий облик более привлекателен, но уязвим.

- Понимаю. Если позволите, я хотел бы отправиться ненадолго в мир сновидений. Старость, знаете ли.

- Не смею вас задерживать. Спокойных снов.

- И вам не просыпаться почем зря.

Старик засеменил по террасе, а Пандар отправился к себе. Но ощущение какой-то гадливости, мерзости поселилось в груди после слов лекаря. И к ним примешалась нотка иррационального страха. Мужчина не понимал его природу. Он знал только, что после разговоров со стариком ему становится плохо почти физически.

_ _ *

Шало проснулся от какого-то странного тревожного чувства. Оно преследовало его во сне и заставило проснуться. Шало резко сел, кинжал сам собой перекочевал из-под подушки в его руку. Рукоятка неприятно холодила кожу, будто оттягивала руку вниз. Но никакие тени не двигались, все вокруг было неподвижным и безмолвным. Бета глубоко вздохнул, взъерошил волосы. Ладони вспотели, и Шало вытер их о простынь. Бета встал на ноги, положил кинжал на тумбочку рядом с кроватью. Не надевая туфли, Шало прошлепал босыми ногами по деревянному полу и вышел на террасу.

Небо уже начало сереть где-то далеко-далеко на востоке, за морем. Шало знал, как спустя полчаса рассвет заиграет бледно-розовыми и кремовыми тонами, с каждой минутой они будут становиться все ярче, пока солнце не взойдет окончательно. И вот когда будет казаться, что день уже вступил в свои права, на какой-то единственный ослепительный миг луч солнца пройдет по каждой крыше, отразится от оконных стекол, и вот тогда день начнет по-настоящему.

Вдруг Шало услышал какой-то скрип из комнаты Пандара. Бета напрягся. Вряд ли альфа мог бы пропустить кого-то. Наверняка он даже во сне слышит, как в соседней комнате мышь грызет зернышко. Но все-таки… все-таки Шало было не по себе. Бета подошел к арке, ведущей в спальню Пандара. В тишине, какая бывает перед самым рассветом, Шало отчетливо услышал тяжелое дыхание мужчины. Оно было каким-то надсадным, через раз походило на хрип. Бета без промедления вошел внутрь.

Пандар спал на спине. Что-то терзало его в стране сновидений, альфа то и дело перебрасывался из одной своей формы в другою, тяжело хрипя и напрягаясь всем телом. Казалось, тронь его, и он рассыпется от напряжения или вскочит на ноги. Шало на какое-то мучительное мгновение оцепенел, а затем громко позвал:

- Пандар!

Но никакой реакции не последовало. Альфа все также выгибался, дыша сквозь сжатые зубы. Шало наплевал на все свои правила и мысли и просто принялся трясти мужчину. Его кожа взмокла, Пандар оборачивался все чаще. Чешуя еще не успевала дойти до лица, как Пандар оборачивался обратно. Сердце Шало застучало где-то в горле.

- Просыпайся, Пандар! Проснись, Бездна тебя побери! - рявкнул бета.

После его громкого вскрика глаза Пандара резко распахнулись. Он резко сел, шарахнулся в сторону, прижавшись спиной к изголовью. На Шало никто и никогда не смотрел с таким ужасом. Будто он самый страшный монстр, оживший кошмар. Пандар опустил лихорадочно горящий взгляд на собственные руки. При пробуждении он оказался в человеческом облике, и паника альфы достигла своего апогея. Ему враз стало нечем дышать, в мозгу будто что-то взорвалось.

- Нет-нет-нет, - зашептал Шало, он обхватил лицо Пандара руками, сел ему на колени. - Останься со мной, умоляю, останься со мной.

- Что? Я…я - глаза Пандара бегали, он автоматически сжал талию беты, не то пытаясь оттолкнуть, не то удержать на месте. - Отпусти меня, Шало отпусти!

- Так оттолкни меня, - тихо сказал Шало, посмотрев альфе прямо в глаза. - Ударь. Сделай хоть что-нибудь!

Пандар закрыл глаза. Его руки отпустили талию беты, но оттолкнуть он его не посмел. Просто не мог. Словно чувствуя состояние альфы, Шало прижался к нему крепче и почти насильно опустил седовласую голову себе на плечо. Пандар все еще тяжело дышал, рубашка на нем взмокла от пота, Шало чувствовал, как мелко дрожит тело мужчины.

- Не уходи туда. Останься со мной, - едва слышно прошептал бета. У него дрожали кончики пальцев, затылок закололо миллионами мельчайших иголок. Шало сам не понимал, что и зачем он делает. Он просто понимал, что это единственно возможный вариант. По-другому быть не может. И не будет. - Я не отдам тебя.

- Я… знаю, - выдохнул Пандар.

И он действительно знал. И вдруг страх стал уходить, растворяться в воздухе. Пандар перестал ощущать цепи на своих руках, смрад разложения трупов, запах снадобий и собственной крови. Воздух снова стал чистым, и единственное, что чувствовал Пандар, это тонкий аромат розового мыла, исходивший от волос Шало. Бета обнял его так крепко, что было почти тяжело дышать, но именно это было нужно мужчине. Его никогда так не обнимали. Даже мать так не умела. И Пандар вдруг почувствовал себя в безопасности.

- Не оборачивайся, - попросил Шало. - Не надо. Чтобы тебя ни пугало, оно только в твоей голове. Оно уже не придет за тобой. А если придет… я это уничтожу.

Пандар криво усмехнулся и отстранился. Шало нехотя отпустил его. Карие глаза встретились с серебряными, и бета замер. Пандар тоже не смел шевелиться. Шало боялся пошевелиться, ему казалось, что время остановилось, и его можно потрогать руками. Пандар, кажется, даже не дышал. Он видел лицо бетs непозволительно, невероятно близко. Видел каждую черточку, настороженный блеск карих глаз, вдруг ставшими почти черными. Бета робко, будто боясь, что мужчина вдруг исчезнет, прикоснулся кончиками пальцев к его прохладной гладкой щеке. Пандар прикрыл глаза, что-то екнуло в груди, сердце замерло, а потом ухнуло куда-то вниз, в живот, и стало биться там. Шало провел пальцами до подбородка, задержался на мгновение, а затем переместил руку ниже, спустился к груди и положил ладонь туда, где лихорадочно, будто сбиваясь с ритма, колотилось сердце альфы. Хотя бете казалось, что его собственное сердце колотится в том же бешеном ритме. Пандар поймал руку Шало, бета распрямил пальцы и приложил свою ладонь к ладони мужчины.

Его пальцы оказались длиннее, как и вся ладонь. Рука Шало показалась почти что миниатюрной. Пандар внимательно смотрел на их руки, Шало робко пошевелил пальцами, и альфа осторожно поднес его руку к губам, затем медленно коснулся ее губами. Ощущение было восхитительным. Кожу обожгло горячим влажным дыханием, и Шало непроизвольно вздрогнул. Глаза Пандара блеснули, мужчина переместил руки на талию беты, а затем ненавязчиво пересадил его на постель.

- Поспи еще хоть пару часов, - негромко произнес мужчина, посмотрев в глаза Шало. Бета не отвел взгляда. Он понимал, что говорит ему мужчина. И понимал, что он прав. Потому что Шало не готов был переступить черту прямо сейчас. Они оба были не готовы.

- И ты постарайся, - пробормотал бета и поспешил выйти из спальни. Пока не стало поздно.

========== Глава 17 ==========

Утром Шало долго не выходил на террасу, хотя завтрак уже принесли, и бета был готов поклясться, что Пандар уже сидит за столом и ждет его. Но дело в том, что Шало не знал, чего ожидать. Он вдруг отчетливо понял, что не выдержит, если мужчина снова покажется в чешуе. Это будет означать, что ничего не меняется, демоны прошлого настолько не отпускают альфу, что он не в силах показать свое истинное лицо даже перед Шало. А бете хотелось, чтоб Пандар стал с ним куда более открытым. Он не мог выбросить из головы те чувства, которые нахлынули на него прошлой ночью. Шало никогда такого не чувствовал, будто время стало замедлять свой бег и вовсе остановилось на какие-то секунды, а потом вновь потекло спокойной рекой, стоило мигу единения исчезнуть как дым на ветру. Это внезапное единение… вот что было нужно Шало. Даже не тело, хотя он и не мог не признавать, что тело не могло оставить его равнодушным. Но кого могло? Эта обманчивая гладкость кожи, которой не бывает у альф, скрывала под собой звериную гибкость, выносливость, силу, от которых перехватывало дыхание. Пандар же даже не знал, как красиво он двигался, когда дрался. На это было просто приятно смотреть. И одновременно очень страшно. Потому что понимаешь, насколько ты сам был бы беспомощен перед этим человеком.

Шало глубоко вздохнул и еще раз ополоснул лицо прохладной водой, понимая, что это не освежит ни его мыслей, ни вида. Но оставаться в комнате было глупо. Бета посмотрел в глаза своему отражению в зеркале, тряхнул головой и вышел на террасу.

Солнце нещадно палило своими лучами землю, если бы не дыхание моря, воздух стал бы казаться раскаленным словно железо, оставленное над огнем. Но Пандару, похоже, погода нравилась. Он сидел в кресле, сложив руки в замок и запрокинув их за голову, а лицо подставил солнцу. Мужчина даже не открыл глаз, когда Шало сел напротив него, и бета смог еще немного его поразглядывать.

Человеческий облик мужчине однозначно шел. Черты лица были лишены грубости или неправильности, под кожей легко угадывались мышцы, которые теперь не скрывала чешуя. Пандар открыл глаза и встретился взглядом с Шало. Бета не отвел глаз, все смотрел, как слегка подрагивают вертикальные зрачки, а Пандар рассматривал каждую крапинку в глазах цвета черного дакарского напитка. На солнце крапинки были золотистыми, в помещении они совсем пропадали. Волосы тоже слегка отливали золотом, но не так, как у мужа Чезаре. Более темным.

- Доброе утро, - первым нарушил тишину Пандар, не отпуская взгляд с Шало.

- Эта ипостась идет тебе больше, - вместо закономерного ответа произнес бета. Пандар криво усмехнулся.

- Она куда более уязвима. Недолговечна. Мне не нравится.

- Чего ты боишься, Пандар? - тихо спросил Шало.

- Ничего.

- Тогда к чему защищаться?

- Я защищаю тебя.

Шало промолчал. Его взгляд опустился на столик, уставленный разными тарелочками и мисками, и бета принялся есть. Пандар последовал его примеру. Только тут Шало заметил, что альфа по-прежнему не снимает кожаных перчаток. Привычка или нечто большее? Не хочет никого и ничего касаться руками?

- Можно снимать заслон, - вдруг произнес Пандар, отправив в рот дольку апельсина. - Я выяснил все, что хотел, - взгляд Шало оказался красноречивее любых слов: недоумение, вопрос, даже нотка возмущения. Альфа помедлил мгновение, решая, сказать бете правду или все-таки не стоит. - Поразмыслив, я пришел к выводу, что знаю человека, сотворившего механизм. Мне удалось встретиться с ним и поговорить.

- И ты его отпустил, - угрюмо резюмировал Шало.

- Да. Потому что информация нам нужна была больше, чем его свобода. Ответь мне лучше на вопрос, какие мотивы могут двигать твоей теткой? Ведь на пути к трону перед ней стоит масса людей, взять хотя бы твоих многочисленных кузенов и дядю.

- Если б был мотив, я бы уже послал за ней. Но фактического мотива нет. Она даже не встает с постели, как сообщил мне ее помощник. Хотя все говорит против этого.

- Как долго добираться до северной резиденции?

- Четыре дня. Два, если с порталом.

- Пошли кого-нибудь туда под любым предлогом.

- Мне некого туда отправить, Пандар. Врагов много, лояльных людей мало, а друзей еще меньше. Разве что Ратмира.

- Нет. Ратмир человек из стражи. Это будет слишком очевидно, - Пандар помолчал. - Надо чтоб поехал кто-то нейтральный, кто вообще не имеет отношения ни к тебе, ни к ней.

- Трудно представить себе более нейтрального человека, чем лекарь, - хмыкнул Шало. - Но он слишком ценен. Я не отправлю его.

- Тогда отправь помощника. Пускай справится о здоровье тети, напиши ей письмо, чтобы как-то объяснить его приезд.

- Пожалуй, ты прав, - пробормотал бета.

Повисло молчание. Пандар чувствовал, что Шало хочет что-то сказать, но не решается, хотя он не выдал себя даже легким подергиванием губ, как он это всегда делал, стоило бете занервничать. Шало был бесстрастным, но альфа просто чувствовал недосказанность, витающую в воздухе. Потому что мужчина хотел того же, хотел сказать Шало что-то, что было ужасно важным, но все никак не мог сформулировать это важное. А потому вместо этого произнес:

- Я хочу поговорить с лекарем, насчет моих изменений.

- Да, конечно, - слегка кивнул Шало, опустив взгляд. - Если тебе нужно… иди. Конечно. Я буду в кабинете.

Бета встал на ноги, откинув салфетку прочь от себя. Есть расхотелось. По правде говоря, аппетита не было с самого начала, но сейчас на блестящие яркие фрукты и нежнейший бисквит смотреть не было никаких сил.

- Я провожу тебя, - негромко произнес Пандар.

Шало прошел мимо него близко-близко, так близко, что мужчина почувствовал как легкая ткань его широкого рукава случайно коснулась его руки. Но бета этого будто не заметил. Это хорошо, потому что он непременно бы обернулся и перехватил взгляд Пандара.

В полном молчании альфа довел Шало до его кабинета, убедился, что там нет никого кроме беты, а затем отправился к лекарю. Едва дверь кабинета закрылась, мужчина обернулся в чешую. Он некомфортно чувствовал себя в коридоре, даже когда рядом был Шало, а о том, чтобы пойти в лазарет к старику в человеческом обличье не могло быть и речи.

В лазарете было пусто совершенно. Пандар прошел его насквозь, шаги отдавались легким эхом, нервируя мужчину. Звук шагов для него был подобен звуку колокола, который отдавался в голове, во всем теле. Альфа фыркнул в досаде на собственное необъяснимо взявшееся малодушие. Мужчина вдруг понял, что даже в чешуе не хочет идти к старику. Он его почти ненавидел, но не мог понять почему.

Стоило альфе начать спускаться, как в нос ударил какой-то невыносимо резкий запах. Пахло какими-то снадобьями, зельями и какой-то прочей гадостью. Желудок мужчины протестующе сжался, а в глазах защипало. Альфа прокашлялся и постарался спуститься вниз как можно скорее. В конце концов, раньше спустишься, раньше выйдешь.

Старика в комнате не было. Зато на столе красовалось неимоверное количество баночек, скляночек, какая-то дрянь кипятилась в длинном стеклянном стакане и испускала сизый дымок, который переходил по прозрачной трубке и консолидировался в малюсеньком флакончике. Пандар сделал над собой усилие и подошел ближе. Ему хотелось повернуться и уйти как можно скорее, но вместо этого он стоял и смотрел, как сизый дымок собирается в капельки и оседает на холодных стенках флакончика.

- Не ожидал вас увидеть, Змей, - раздался каркающий надсадный голос лекаря за спиной. Альфа обернулся и увидел, как старик закрывает плотной шторой вход в другую комнатку. - Надеюсь, с повелителем все в порядке?

- Да. Я пришел по другому вопросу.

- Неужто решили узнать мое мнение о вашем преображении? По правде сказать, я думал, что увижу вас в человеческой ипостаси, - прокаркал лекарь, сев на стул. Видно, ноги его совсем не держали.

- Это меня не интересует, - бросил Пандар. - Я хотел спросить, известно ли вам, что случилось с ребенком леди Лорэны?

- Я уже говорил, что его отдали кормилице. Через два дня он умер.

Пандар немного помолчал. Лекарь терпеливо ждал следующего вопроса. Он не спускал глаз с альфы, и тому было неприятно такое внимание.

- От чего скончался младенец?

- О, это не было неожиданностью. Леди Лорэна упала с лестницы, роды начались преждевременно, и ребенок родился недоношенным. Удивительно, что прожил целых два дня.

- Вот как. И вы сами видели тело?

- Нет. Кормилица сообщила о смерти королеве, поскольку ее сестра на тот момент была в беспамятстве, ребенка тихо похоронили до того, как леди Лорэна вернулась в наш мир.

- Полагаю, она была этому не рада.

- Еще как, - слегка кивнул лекарь. - Леди была безутешна. Она не пожелала ни с кем разговаривать и прогнала королеву, не в силах видеть нашего новорожденного повелителя. Позвольте полюбопытствовать, с чего вы проявляете такой интерес, господин Змей?

- Знать все, что касается нашего повелителя, это моя обязанность, - слегка пожал плечами Пандар. - Я благодарен вам за помощь.

- О, ваша благодарность была бы более весомой для меня, если бы вы позволили взглянуть на себе в человеческом обличье, - глаза старика зажглись каким-то странным огоньком. Словно ребенок, который увидел вожделенную игрушку. - Или вы не доверяете мне?

- Я не доверяю человеческой форме, - холодно произнес Пандар, глядя лекарю прямо в глаза. Страху надо смотреть в лицо. - Люди слишком уязвимы.

- Совершенно с вами согласен. Гораздо лучше было бы, если бы породу людей можно было бы улучшать как породу лошадей или собак, - старик цокнул языком и откинулся на спинку стула. Было заметно, что эта беседа явно доставляет ему удовольствие. Нехорошее воспоминание кольнуло сознание, стало закрадываться в сердце, но Пандар заставил себя не обращать внимания на это.

- Что вы имеете в виду? - негромко спросил альфа.

- Ничего. Это только мои мечты, - неожиданно усмехнулся лекарь. - Представьте себе мир без больных и сумасшедших, без слабых и немощных. В давние времена слабых уничтожали, и в этом был свой резон, не находите? Мы не знаем, что будет с человеческим видом через пять сотен лет, когда сейчас мы плодим сумасшедших и больных. Вполне возможно, что болезнь станет нормой, а здоровье исключением.

- Похвально, что вы думаете о потомках, - сухо проронил Пандар. Речь старика вызвала у него чувство омерзения. - Но люди - это не лошади. Слабые и больные приносят, порой, куда больше пользы, чем сильные.

- Тут вы правы, - каркнул лекарь. Видимо, этот звук был у него вместо смешка. - Вам неприятна моя точка зрения?

- Я с ней не согласен.

- Ваше право. Надеюсь, я ответил на все ваши вопросы? Мне надо работать.

- Разумеется, - Пандар прошел мимо старика. Альфа дошел до лестницы и в последний момент обернулся. - А над чем вы работаете?

- Вытяжка из ламбреции - чудодейственный эликсир. Я уже вскользь упоминал о ее свойствах.

- Да, конечно. Благодарю за помощь.

И не сказав больше ни слова, Пандар поднялся по лестнице. В лазарете по-прежнему никого не было, мужчина вдохнул чистый воздух полной грудью, но ему казалось, что странные резкие запахи пропитали его одежду, волосы, забрались куда-то под кожу, а потому альфа отправился к себе, чтобы переодеться.

После общения со стариком осталось какое-то мерзкое склизкое чувство внутри. Походило на отвращение, граничащее с тошнотой. Пандар неожиданно сильно захлопнул за собой дверь в спальню. Мужчина чувствовал зарождающуюся незнамо откуда ярость, которая вот-вот грозила перелиться в необходимость разнести все вокруг, сомкнуть руки на шее старикашки и начать медленно поворачивать его шейные позвонки, пока не услышишь заветный хруст. Пожалуй, этого мужчина хотел бы больше всего. Альфа почувствовал, как ускоряется пульс, все чувства обостряются, а по жилам начинает течь не кровь, а нечеловеческая сила вперемешку с жаждой убийства. Мужчина медленно выпустил весь воздух, имеющийся в легких, сквозь зубы. Легкое шипение отрезвило его на какую-то секунду, но этого вполне хватило, чтоб ужаснуться собственным мыслям. Пандар хотел ополоснуть лицо водой, но тут дверь в его спальню начала открываться, и прежде чем мужчина успел сообразить, что он делает, Шало оказался прижатым к стене, а рука в перчатке сомкнулась на его горле. Бета захрипел, в его глазах застыл ужас и непонимание, Пандар какое-то мгновение смотрел в эти темные глаза, пока до него доходило происходящее, а затем буквально отпрыгнул от Шало. У мужчины потемнело в глазах.

Он чуть не убил его.

Бездна! Он не успел ничего сообразить. Он позволил страху взять над собой верх. Он чудовище. Не человек. Монстр.

- Ты с ума сошел? - просипел Шало, поднимаясь с пола. - Может, поможешь мне?

- Нет, - деревянно ответил Пандар. - Уйди, пожалуйста.

- Ты меня чуть не задушил. Я требую объяснений, - произнес бета, сделав шаг к Пандару. Альфа отступил к стене. - В чем дело? Что с тобой?

- Я не знаю, - негромко ответил Пандар. Шало сделал еще шаг. - Стой на месте! - неожиданно рявкнул мужчина, но бета его будто не слышал. - Шало, остановись!

- А иначе что? Убьешь меня? - неожиданно тихо спросил бета. - Я подойду к тебе сейчас, а потому прими свой нормальный вид, если не собираешься кромсать меня на куски.

Пандар стоял на месте, прижавшись спиной к стене и дыша через раз. Паника завладела им целиком, он был в ужасе от того, что чуть не сделал. Что был готов это сделать. Был готов убить любого, кто войдет в эту дверь, потому что страх, который, казалось, давно умер в мужчине, был жив как никогда, и стоило замешкаться, ослабить контроль, и щиты разрушались, чудовищные воспоминания накатывали волнами, лишая рассудка. Больше всего на свете Пандар боялся по-настоящему утратить разум. Тогда он станет машиной для убийства, и некому будет его остановить. Альфа закрыл глаза, пытаясь абстрагироваться от всего внешнего мира. Он понимал, что Шало подойдет к нему в любом случае, а значит надо обернуться. Но Боги, как это было трудно! Для Пандара это значило то же самое, что вскрыть себе грудною клетку и обнажить сердце. Почти так же невыполнимо и опасно для жизни.

Но это Шало.

Пандар почувствовал, как чешуйки убираются. Он открыл глаза и обнаружил, что Шало все это время стоял на расстоянии вытянутой руки.

- Как ты можешь стоять так близко? - вдруг осипшим голосом спросил альфа. - Я… я же…

- Ты остановился, - негромко произнес Шало. - А на остальное мне наплевать.

- Я не понимаю, почему ты… не боишься меня. Почему никогда не боялся, - Пандар прикрыл глаза. Он сел на стул.

Шало не узнавал мужчину перед собой. Пару часов назад он был совсем другим, а теперь же перед бетой сидел измученный, уставший и напуганный до смерти человек. Что могло довести Пандара с его ледяным спокойствием до такого состояния?

- Я не знаю, почему, - пробормотал бета неразборчиво. Он хотел коснуться плеча альфы, но тот непроизвольно отшатнулся. Рука Шало на мгновение замерла над тканью рубашки, но затем все-таки на нее опустилась. Пандар поднял на него глаза. В них была усталость и смертельная тоска, и у Шало что-то екнуло внутри. - Я всегда знал, что ты адекватный человек. В отличие от Чезаре. Честно говоря, я не понимаю, как Эдмунд с ним живет.

- Он любит его, - ответил Пандар, словно эти простые слова могли все объяснить. Но они могли. - А Чезаре готов умереть за него.

- Да, я знаю про суд.

- Нет, - мужчина вдруг улыбнулся, - он был готов это сделать задолго до суда. Я знаю своего друга.

- Пандар, что произошло? - тихо спросил бета, присев перед мужчиной на корточки. - Расскажи мне. Поделись своей болью. Я все выдержу.

- Зачем? Какое тебе дело до меня и той грязи, что у меня вместо души? - едва слышно спросил Пандар, посмотрев бете в глаза.

- Я не знаю, Пандар, - честно ответил Шало. - И разве это так важно? Что-то не дает тебе дышать, и что-то мне подсказывает, что ни одна живая душа об этом не знает.

- Потому что раньше этого не было. Я ничего не чувствовал. Ни страха, ни боли, ни любви, ни тоски. Ничего, Шало. И не хотел чувствовать. Омертвение для меня было раем по сравнению с тем, что я переживаю сейчас. Я не хочу. Я устал, Шало. Ты даже не представляешь себе, как я устал от этого.

- Потому что ты совсем один. Ты был один.

- Был? - переспросил мужчина.

- Был.

Мужчина замолчал. Шало просто сел на пол, не желая торопить его. Бета не заметил, как начал потирать саднившее горло. Это заметил Пандар и ругнулся сквозь зубы так грязно, что Шало не поверил своим ушам.

- Дай я посмотрю, - попросил мужчина, поднимая Шало на ноги. Бета послушно встал. Но не позволил альфе коснуться себя. - Извини, - тихо произнес Пандар, опуская руки.

- Нет, не в этом дело, - пробормотал Шало. - Если хочешь касаться меня, то касайся руками. Не чешуей. Не перчатками. Руками.

Пандар судорожно вздохнул. Он помедлил мгновение, а затем медленно стянул обе перчатки и просто швырнул их на пол. Шало сделал осторожный шажок к альфе, и тот медленно, будто боясь спугнуть, прикоснулся к шее Шало. Бета непроизвольно сглотнул, мороз прошел по спине, а короткие волоски на затылке встали дыбом. Пандар, едва касаясь, убрал волосы беты, осторожно провел кончиками пальцев по красным следам, которые оставили его же пальцы.

- Больно? - тихо спросил мужчина.

- Нет. Я испугался, но не более того.

- Нужно взять мазь от синяков, - пробормотал Пандар, убирая руки. Шало отступил на шаг. - Иначе будет видно.

- Я пошлю за ней.

Повисло молчание. Пандар физически ощущал его тяжесть. А так же груз собственной вины, стыда и сожаления, которые буквально душили его. Легче не становилось и от пронизывающего взгляда Шало, который смотрел на него, не отрываясь. Будто пытался что-то понять.

- Я хотел сказать, что помощник лекаря уедет сегодня вечером, - негромко произнес бета, отведя взгляд.

- Хорошо.

И снова молчание. Шало постоял немного, а затем вышел из комнаты, а Пандар без сил упал на стул. Стоило шагам беты затихнуть, мужчина тут же обратился обратно, в свою привычную форму. Так ему было спокойнее.

Альфа взъерошил волосы, с силой оттянул их назад. Он смертельно устал. Реакция на лекаря пугала его. Он сам пугал его, и Пандар не мог понять почему. Вернее, боялся понять. Он боялся, что начал сходить с ума. Все свалилось на него комом, лавиной, и чувства, которые, казалось, были забиты насмерть, начали вырываться наружу. Пандар не понимал, что с этим делать. Омертвение было ему ближе и понятнее, он привык так жить. Раньше единственной эмоцией мужчины была тоска. Больше ничего. А теперь это был гнев, ярость, печаль, симпатия, ужас и что-то еще, что теплилось где-то глубоко внутри и что Пандар не желал анализировать. Это нечто походило на огонек где-то в животе. Что-то теплое, маленькое и… живое.

Пандар весь день проходил без дела. В голове крутились одни и те же мысли, ничего не шло, мужчина боялся сорваться в любой момент, но совесть и презрение к своему состоянию не позволили ему остаться в своей комнате, и Пандар все время был где-то рядом с Шало, но так, чтоб не попадаться бете на глаза. Шало делал вид, что ничего не замечает. Он получил письмо от Галиуса, прочитал его, а затем сжег. До истечения срока осталось чуть больше двух недель. Это повергло Шало в какое-то глухое отчаяние.

_ _ *

Солнце уже давно опустилось в море, тьма обняла мир и убаюкивала его словно мать - уставшего ребенка. Цикады или сверчки - Пандар никогда не умел отличать их - выводили свои странные песни где-то среди розовых кустов. Ночные цветы распустились и стали источать едва уловимый аромат, который каким-то невероятным образом успокаивал расшатанные нервы. Пандар стоял на главной аллее и старался дышать полной грудью, считая вдохи и выдохи. Кто-то говорил ему о том, что это должно успокаивать. Должно быть, кого-то это успокаивает, Пандар выяснил, что его, увы, не успокаивает. Мужчина вернулся во дворец. Он не мог позволить себе долгое отсутствие. Альфа прошел мимо кабинета Шало, в щели между дверью и полом был свет. Пандар простоял минут десять, прежде чем вошел без стука. В конце концов, было уже слишком поздно, чтоб пройти мимо. Да и мужчина не имел права лечь до того, как ляжет Шало.

Бета сидел в кресле и смотрел в открытое окно. Он вяло повернул голову на звук открывшейся двери, скользнул взглядом по лицу мужчины. Пандар заметил бутылку вина, стоявшую на столике рядом. В руке Шало был бокал. Бета залпом осушил его и тут же налил еще.

- Ты решил напиться? - спокойно поинтересовался Пандар, подойдя ближе.

- Я уже пьян, - устало ответил бета. - Но, к сожалению, не настолько, чтоб очистить голову окончательно.

- А есть повод?

- В моем положении повод искать не нужно, - пожал плечами Шало. Пандар встал прямо перед его лицом. - Что?

- Тебе хватит, - негромко сказал альфа. Он хотел забрать бокал из руки беты, но тот не дал этого сделать. Пандар раздраженно выдохнул и принялся стягивать перчатки. Шало саркастично усмехнулся и отдал бокал. - Пойдем-ка спать.

Альфа перехватил Шало поперек талии и заставил подняться на ноги. В вертикальном положении бета не мог находиться и минуты, он все время норовил завалиться вперед или назад. Пандар обнял его за талию, а убедившись, что в коридоре никого нет, просто взял на руки. Шало не сопротивлялся. Он был словно тряпичная кукла, такой же безжизненный и безынициативный.

- И каков же был повод? - тихо спросил Пандар куда-то в макушку бете. Тот положил голову ему на плечо, и мужчина чувствовал его дыхание на своей шее. От этого мурашки бегали по спине.

- Отмечаю…. ик…. приближающуюся свадьбу, - неразборчиво пробормотал Шало.

- Понятно.

Пандар локтем нажал на ручку двери и пинком открыл дверь. Затем посадил Шало на кровать, и бета тут же рухнул спиной на подушки. Пандар помедлил какую-то минуту, потом сел рядом. Шало лежал, закрыв глаза. Он ровно дышал, и мужчина подумал, что бета уже уснул, но тот неожиданно открыл глаза.

- Ты бы очень рас… расстроился, если б я вышел… замуж? - вдруг спросил бета, смотря мужчине прямо в глаза.

- Если б ты был счастлив, то нет, - пробормотал Пандар. Он хотел встать, но Шало удержал его за ворот рубашки. Бета потянул мужчину на себя, и тому пришлось невольно наклониться. - Что ты делаешь?

- Какая разница? - выдохнул Шало.

- Шало, ты здорово надрался, - улыбнулся Пандар, осторожно разгибая пальцы, сомкнувшиеся на воротнике рубашки. Шало нехотя отпустил его. - Спи, Шало. Просто спи. Завтра тебе будет плохо, будет болеть голова, не уверен, что сможешь впихнуть в себя завтрак.

- Это… лучше. Хоть голову прочищу, - едва слышно ответил бета, и закрыл глаза.

Через минут пять он уснул. Пандар несколько минут посидел рядом, а потом лег на бок и подпер голову рукой. Ему нравилось смотреть на бету, когда он спал. В этом было что-то ужасно личное, особенное. И Пандар не мог отказать себе в этом невинном удовольствии. Альфа протянул руку и осторожно, едва касаясь, провел кончиками пальцев от виска до щеки Шало, обвел его губы. Шало был очень мягким. Беты такими не бывают.

Пандар встал на ноги, снял с Шало обувь, потом жилет и даже рубашку. Альфа накрыл его легким покрывалом, а поразмыслив немного, налил стакан воды и поставил его на тумбочку перед кроватью. Завтра Шало скажет ему за это спасибо. А еще он засыпет его благодарностями, когда брак с ненавистным северянином перестанет висеть над ним как лезвие гильотины, которое держится на одной-единственной ниточке. Этого брака не будет. А когда все кончится… у Шало будет выбор, кого любить и с кем жить. И он будет счастлив. Обязательно. Иначе Пандар не оставит камня на камне.

========== Глава 18 ==========

Как и предсказывал Пандар, на утро Шало проснулся с жуткой головной болью, а еще каким-то гадким привкусом тухлятины во рту, так что оставленный мужчиной стакан воды пришелся как нельзя кстати. Шало осушил его залпом, затем сделал над собой титаническое усилие и все-таки встал с кровати, чтобы наполнить стакан снова. Повторив это нехитрое действие еще пару раз, бета почувствовал себя на какую-то каплю лучше. По крайней мере сухость во рту исчезла. Шало взглянул на себя в зеркало и, несколько ужаснувшись, принялся приводить себя в порядок. Он первым делом стянул всю одежду, которую швырнул на пол, принялся обтираться намоченной губкой, а затем поддавшись какому-то странному порыву, вылил пол графина себе на голову, наклонившись над керамической емкостью для отхожей воды. Вода стекала по лицу и шее, дорожками спускаясь на плечи, спину, грудь. Вот теперь Шало почти чувствовал себя человеком. Наскоро вытеревшись и высушив волосы, он оделся в чистую одежду и вышел на террасу.

Ветерок приятно обдувал лицо, Шало вдохнул жаркий воздух полной грудью. На маленьком столике был оставлен завтрак, но прислушавшись к своим ощущениям, бета понял, что от завтрака он откажется. Он сел в плетеное кресло и прикрыл глаза. Не хотелось ни делать что-либо, ни идти куда-либо. Шало подумал о том, что, пожалуй, единственное, что ему сейчас действительно хочется, это просидеть в этом кресле целый день и впитывать в себя тепло дакарского солнца, которое стало из-за времени года куда милосерднее. В Валлири сейчас, наверное, начинает завывать осенний ветер, и Эдмунд уже вытаскивает меховой плащ. Шало внезапно захотелось туда, в далекую чужую страну. Подальше от всех проблем, интриг, подальше от Галиуса с его проклятым ультиматумом. Эдмунд был бы рад его видеть.

Шало скучал по нему. Несмотря на то, что они пробыли в обществе друг друга совсем немного, бета чувствовал в Эдмунде настоящего друга. Омега понимал его без слов, умел поддержать и успокоить. Рядом с ним было хорошо. Бета давно ни с кем себя так не чувствовал, не мог позволить себе такой роскоши как доверие. А Эдмунд… они никогда не предаст. Только еще один человек был так же предан Шало. Но при этом оставался для него настоящей загадкой.

_ _ *

Разыскать смотрителя королевской сокровищницы было довольно непросто. Хотя он и был во дворце, он постоянно куда-то ускользал от Пандара, словно издеваясь. Но тем не менее, альфа его нашел сидящим в саду за какой-то книгой. Альфа понял, что это смотритель, по перстню на его правой руке. Точно такой же был у Шало. Но что по-настоящему удивило альфу, так это сам смотритель.

Вопреки ожиданиям он не был скрюченным стариком с бородавками и плохим зрением. Это был омега лет двадцати трех со слегка вьющимися черными как смоль волосами и чуть золотистой кожей. Цвет глаз мужчина не мог видеть, но что-то подсказывало ему, что они были такими же черными как волосы. Но молодой человек поднял глаза на Пандара, услышав хруст гравия, и его глаза оказались на удивление светлыми. Серыми.

- Вы смотритель королевских сокровищниц? - на всякий случай уточнил Пандар.

- Да. А вы телохранитель повелителя, - голос у омеги был с приятной хрипотцой. - Чем могу помочь?

- Я хотел бы попасть в то место, где хранятся вещи почивших монархов. Не знаю, как это вы называете.

- Зачем вам туда? - омега чуть склонил голову на бок. - Только два человека могут входить туда без специального разрешения. Это я и повелитель.

- Да, я знаю. Дело в том, что меня интересует одна деталь. Кое-что привлекло мое внимание в прошлый раз, и я хотел бы увидеть это вновь.

- Что именно вы желаете видеть?

- Семейный портрет с повелителем и его родителями. Возможно, другие портреты. Не более того.

- Но почему-то вы не посвятили повелителя в свои планы.

- Я не посмел его будить.

- Вот как, - вздохнул омега. Он помолчал пару мгновений. - Пожалуй, я не вижу вреда в вашей просьбе.

Смотритель встал, и они с Пандаром пошли по дорожке, возвращаясь во дворец. Омега шел, не торопясь, его широкие светлые одежды плавно колыхались в такт его шагам. Оказалось, что на ноги смотрителя были надеты серебряные браслеты. Они чуть позвякивали как колокольчики на ветру. Приятный звук, успокаивающий.

- По правде, я думал, что вы несколько старше, - проронил Пандар.

- Не вы первый, - усмехнулся омега, не глядя на альфу. - Почему-то многие делают из меня старика.

- Сколько же вам лет? - поинтересовался мужчина.

- Пятьдесят шесть, - незамедлительно ответил смотритель, взглянув на Пандара. Альфа решил бы, что сказанное - шутка, но светлые глаза омеги говорили обратное. - Полагаю, вы не понимаете, как мне удается так выглядеть.

- Либо вы шутите, либо вы некромант, - сухо произнес Пандар.

- А вы недолюбливаете некромантов, - негромко заметил омега. - Думаю, что спрашивать бесполезно, в чем причина вашей неприязни.

- Почему же? - пожал плечами альфа. Собеседники прошли под широким сводом арки в холле. - Не принимайте на свой счет, но мне противна природа вашей магии.

- Вы говорите точь в точь как Майкл, - улыбнулся омега. - Наши силы в некотором смысле схожи по своей сути, но все-таки мы скорее противоположности.

- Вы из Рахмора?

- Да. Мое имя Нэш.

- Пандар.

- Мне это известно.

Они дошли до уже знакомой мужчине стены, омега остановился и приложил руку к каменной кладке. Камни начали складываться в арку, Нэш пропустил Пандара вперед, а затем вошел следом. Альфа медленно шел вдоль стен, рассматривая портреты предыдущих правителей Дакара. Смотритель не мешал ему, остался у входа и наблюдал за мужчиной. Что-то цепляло взгляд Пандара на картинах, но он не мог понять, что это было. Мысль ускользала, утекала как песок сквозь пальцы, и мужчина никак не мог ухватить то, что было безумно важно. Он чувствовал это. Пандар несколько раз обошел сокровищницу кругом, внимательно рассматривая лица изображенных на портретах людей, их одежду, антураж. Иногда Пандар отмечал фамильные черты лица, передающиеся по наследству атрибуты власти, вроде кольца, которое Шало носил не снимая. Но все было не то. Не так. Пандар чувствовал, что упускает что-то простое. Настолько простое, что лежит на поверхности, а от того это так трудно заметить. Мужчина в последний раз глянул на портрет Шало с родителями, а затем повернулся к Нэшу, который привалился к стене.

- Благодарю, что провели сюда, - произнес мужчина, поравнявшись с омегой. Тот слегка кивнул, затем открыл перед Пандаром арку, и они вышли в коридор.

- Вы нашли, что искали? - спросил Нэш, когда арка закрылась, словно ее и не было.

- Не знаю, - пожал плечами Пандар. - Не буду больше вам мешать.

- Вы не помешали, книга была довольно скучной.

- Почему я раньше не видел вас?

- Потому что я предпочитаю одиночество и покой. Все-таки возраст берет свое, - усмехнулся Нэш.

- Как давно вы в замке?

- Тридцать три года.

- И вам не наскучило это место за столько времени?

- Я уже говорил, что предпочитаю покой. Работа смотрителя как нельзя подходит мне. Зачем же бросать ее?

- Ваша правда, - Пандар остановился, и Нэш остановился следом. - Здесь я оставлю вас. Спасибо за оказанную услугу.

- Думаю, если я вам вновь понадоблюсь, вы меня найдете, - слегка склонил голову Нэш. - Охраняйте нашего повелителя, Пандар. Дворец кишит тварями как никогда.

- Власть - это мощный стимул.

Омега улыбнулся, а затем развернулся и стал удаляться прочь от мужчины. Пандар отправился в зал для тренировок. Если бета проснулся и чувствует себя лучше, чем отвратительно, то он скорее всего там. Надо отдать должное его упорству, бета не сходил с намеченного пути. Правда, иногда у него случались приступы меланхолии, как вчера вечером, но это было очень редко, и Шало быстро брал себя в руки. Вел себя так, словно ничего не произошло. Но мужчина видел эту тоску и какую-то тихую обреченность в его глазах. От этого что-то холодело в груди. Пандар уже видел такие глаза у людей, когда они теряли надежду. А когда человек теряет надежду, то с ним можно делать все, что захочешь. Ему будет не за чем жить.

Шало действительно оказался в зале для тренировок. Бета методично метал короткие, но смертельно опасные клинки в двигающиеся мишени. В действие их приводил особый механизм, который запускался рычагом в дальнем углу зала. Бета как будто не заметил Пандара, хотя тот готов был поклясться, что Шало услышал его шаги. Он продолжал свое занятие, а мужчина ждал, когда у беты кончатся клинки. Но когда все они исчезли из рук Шало, бета пошел к стене, на которой висели луки разных размеров.

- Возможно, ты со мной поздороваешься? - спокойно спросил Пандар.

- Сними чешую, и тогда поговорим, - ответил Шало.

Мужчина скрипнул зубами. Его с недавних пор стало раздражать, когда бета вот так себя вел. Будто его нет. Пандар принял облик, который Шало, судя по всему, нравился куда больше.

- Ты доволен? - негромко спросил мужчина.

Шало обернулся, взглянул на мужчину. Пандар сжал челюсти. Он уже видел этот взгляд.

- Извини меня за вчерашнее, - вдруг сказал бета. - Я не имел права так надираться. Спасибо, что привел меня…

- Заткнись, - негромко, но предельно четко произнес Пандар. Глаза Шало расширились от шока. - Если тебе нечего сказать, кроме этого заученного бреда, то лучше молчи.

- А что ты хотел услышать? - хрипло спросил бета. Он не мог поверить, что слышит такие слова от Пандара. Этого просто не может быть.

- Что написал Галиус?

- Интересовался, как идут поиски убийцы, а так предложил объявить о помолвке в день моего рождения. Срок, который он дал мне, истекает именно в это день.

- Он настолько самоуверен, что не допускает мысли, что ты найдешь убийцу.

- Или что я пойду на него войной, - угрюмо произнес Шало. - Я не хочу замуж. Не будет альфы на моем троне. Тем более чужака. Но… - бета помедлил, - война разорит мою страну. Даже с новым флотом выиграть ее будет трудно, Дакар зальет кровью.

Пандар молчал. Он понимал, что Шало разрывает на части его долг и его желания. Как король он не имеет права ставить свое счастье выше блага государства. А бета хороший правитель, он никогда не пойдет наперекор этому простому закону. И сам это понимает. А значит придется выйти за чужака, разделить с ним власть и постель, и каждый день делать вид, что ничего не изменилось. Выполнять отведенную роль, смотреть в глаза старейшин и видеть там победный блеск, который они даже не попытаются скрыть. Гордость Шало такого не вынесет, бета будет чахнуть, увядать, становясь тенью себя самого. И в конце концов, он угаснет насовсем. Огонек в груди потухнет, и останется только звенящая пустота внутри. Мертвая и холодная как ледяная пустыня. Пандар слишком хорошо знал, как это бывает.

- Ты думаешь, что мы не найдем убийц?

- Думаю, что два с половиной месяца поисков не увенчались успехом. Вряд ли две недели что-то изменят, - усмехнулся Шало.

- Не позволяй себе терять веру, Шало, - тихо сказал мужчина. - Как только ты ее потеряешь, ты умрешь. Ты понимаешь это?

- Понимаю, - безразлично ответил бета. - Но ни вера, ни надежда, не помогут мне найти того, кого не нашли жажда и упорство.

- Как знать, - пожал плечами Пандар.

- Тебе ли говорить мне о вере, - усмехнулся Шало. Он взъерошил волосы пальцами. Бета выглядел каким-то растерянным и разбитым, будто почва ушла у него из-под ног. В прочем, примерно так себя Шало и чувствовал.

Пандар ничего его не ответил. Альфа подошел к Шало вплотную и протянул ему руку. Бета непонимающе на него взглянул, мужчина чуть раздраженно вздохнул, и сам взял его за руку.

- Тебе надо выйти отсюда, - бросил Пандар.

Шало промолчал. Он позволил вести себя вниз, а затем прочь из дворца, в сад. Пандар вел его укромными тропками в глубь садов, подальше от людей. Мужчина хотел, чтоб Шало хотя бы на несколько минут вырвался из плена душащего его долга и обязательств, забыл о них. Пандар видел, что Шало просто сгибается под тяжестью возложенной на него ответственности. Боги, ему только девятнадцать. Слишком рано из него сделали короля, слишком рано сделали взрослого. И ведь он считает, что помощи ждать неоткуда.

Пандар отвел Шало подальше от дворца, в вишневые сады. Ягоды уже были собраны, и темно-зеленая сочная листва успокаивающе шуршала на ветру.

- Зачем мы пришли сюда? - спросил бета, вытащив свою ладонь из хватки Пандара. Мужчина не стал ему препятствовать.

- Помолчи и послушай, - тихо сказал альфа, зайдя за спину Шало. Бета хотел развернуться, но мужчина мягко удержал его за плечи. Почему-то это невинное действие вызвало у Шало мурашки по всей спине. - Закрой глаза.

Шало тяжело вздохнул. Он не понимал, что хочет от него Пандар. Нервы натянулись как тетива боевого лука, тронь, и ни оборвутся с громким визгом. Бета был напряжен так, что подрагивали кончики пальцев, он чувствовал это. И Пандар ощущал то же.

- Давай, закрой глаза, - так же тихо попросил Пандар. Шало медленно прикрыл глаза. Он стал вдруг очень остро ощущать руки мужчины на своих плечах. - Слушай, как шелестит листьями ветер. Для тебя сейчас нет ничего кроме ветра и моего голоса. Не думай ни о чем, заставь себя не думать. Очисти голову от всех мыслей, пускай из сердца уйдет тревога. Слушай шелест, позволь ему заполнить пустоту и убаюкать тебя.

Пандар говорил медленно, слегка растягивая гласные. Мужчина сам не заметил, как легко-легко, едва заметно, стал поглаживать плечи беты. Зато заметил Шало, и эти нехитрые движения вкупе с тихим, пробирающим до костей голосом действительно почти успокаивали его. Почти, потому что бета чувствовал, что по какой-то причине ему ужасно страшно расслабиться. Будто если он утеряет контроль над собой хоть на мгновение, то мир рухнет в прямом смысле слова. Шало вдруг в голову пришла абсурдная мысль, что все держится именно на нем, и если бета хоть на секунду позволит себе забыть об этом, то земля уйдет из-под ног, и разверзнется Бездна.

- Даже я иногда даю себе волю, - едва слышно произнес Пандар прямо над ухом, и Шало вздрогнул, почувствовав его дыхание на своей коже. - И тогда я кричу так, что начинаю хрипеть через минуту, и крушу все вокруг. И нет ничего слаще для меня этих минут. Забудь обо всем Шало, и сделай то, что хочется, расслабься. Клянусь, ничего не случится.

- Я не могу, потому что никто не решит моих проблем, не избавит от Галиуса, от убийц, от измен и интриг, - голос беты дрогнул. - И самое страшное, что так будет всегда. Понимаешь? - голос Шало сорвался на последнем слове, и он замолчал.

- Я решу твои проблемы и избавлю от Галиуса, - внятно сказал мужчина, и Шало резко развернулся. Пандар посмотрел в его глаза и повторил, - я все решу. Успокойся.

Шало смотрел на него долгую минуту. Пандар не мог ничего понять по его лицу возможно потому, что сам вдруг начал нервничать как мальчишка. Сердце пропустило удар, почему-то сбилось с ритма, мужчина смотрел в темные глаза и понимал, что все кончено. Свершилось. Он пропал.

Бета, ничего не сказав, прошел мимо Пандара и направился в замок. Мужчина смотрел в спину, облаченную в светлую рубашку, и думал о том, как он мог все это допустить. В какой момент он стал чувствовать что-то помимо грызущей душу тоски? Когда ему стало не все равно? Пандар не помнил, как жить по-другому, как управлять тем сонмом чувств, которые пропускаешь через себя каждый день. Но, кажется, он начинал вспоминать. Наверное. И теперь мужчина чувствовал нечто совершенное иное, и по большому счету, ему было плевать, как это называется. Он хотел Шало счастья. Счастья без него, потому что молодому и красивому королю не нужен полу труп, которому нет равных только в одном. В бесшумном убийстве. Шало когда-нибудь влюбится, женится или, возможно, выйдет замуж, забыв про свой принцип, и будет счастлив. И тогда Пандар уйдет. Но сейчас… о нет. Галиус его не получит.

_ _ *

Пандар старался не трогать Шало большую часть дня. По его просьбе они все-таки потренировать вечером вдвоем, но на этом все общение кончилось. Шало по большей части молчал, уходил в кабинет и там работал, а Пандар сидел в кресле и думал о своем, а вернее о возможно живом кузене беты. Но даже если ребенок не умер тогда, действий его матери это не объясняет. Ему все равно не видать трона, поскольку кузен - бастард. Даже если на троне не останется никого, ему все равно не стать королем. Так в чем же мотив? Зачем пытаться убить Шало? Пандар в упор не мог этого понять. Он чувствовал, что по-прежнему упускает нечто элементарное. Но это простейшее и станет ключом к разгадке.

Поздно вечером Шало ушел к себе, пожелав мужчине доброй ночи, а Пандар отправился на террасу. Сон все не шел, и альфа смотрел куда-то вдаль, будто хотел заглянуть за горизонт.

Дакарская ночь как всегда была свежа и прекрасна. Небо было непроглядно-черным, и звезды от этого сверкали особенно ярко. Пандару нравилось это небо. Внизу темнел город, только один квартал только начинал просыпаться, хотя весь город уже заснул. Тут мужчина услышал тихое шлепанье босых ног по деревянному полу, и повернул голову. Шало стоял совсем рядом, если протянуть руку, до него можно было бы дотронуться.

- Я все думал о твоих словах, - медленно начал бета, смотря мужчине прямо в глаза. - И понял, что ты прав. Несмотря на все свои бесчисленные обязательства я хоть изредка должен делать то, что хочу. Иначе сойду с ума.

Шало замолчал, но ему не надо было говорить. Пандар видел все в черных глазах, и от увиденного у мужчины начали подкашиваться ноги.

- Ты уверен, что хочешь именно этого? - негромко спросил альфа.

- Заткнись, - беззлобно произнес Шало, затем резко сократил расстояние между ним и Пандаром, и почти грубо притянул мужчину к себе за шею.

Поцелуй вышел каким-то сбивчивым, торопливым. Пандар не мог решить для себя, стоит ли поддаться сошедшему с ума мальчишке и сойти с ума вместе с ним или попытаться сохранить рассудок. Но разум давал сбой, альфа не понял, в какой момент сильно стиснул Шало за бока, что бета аж зашипел, оторвавшись от мужчины. Пандар чуть ослабил хватку и уже сам поцеловал Шало.

Это было лучше, чем можно было себе представить. Пандару казалось, что он уже совершенно забыл что это такое, когда целуешь чьи-то подрагивающие губы, когда чужой язык нагло исследует твой рот, а ты яростно отвечаешь на вторжение. Но как выяснилось, тело все помнило. Что-то будто взорвалось в мозгу искрами и не потому, что впервые за пятнадцать лет кого-то целовал, а потому что он целовал именно Шало. Этого временами непоследовательного, упрямого мальчишку, который сейчас так исступленно, почти отчаянно целовал его. Будто боялся, что Пандар вдруг опомнится. Но альфа не собирался этого прекращать. Не желал. Он подхватил бету под бедра, Шало с готовностью обхватил его ногами, и Пандар стал двигаться в свою комнату, каким-то краем сознания следя, чтоб не упасть. Надо сказать, что это было непросто, потому что длинные проворные пальцы уже начали нетерпеливо расстегивать пуговицы рубашки. Дойдя до кровати, Пандар сел с Шало на покрывало. Бета будто обезумел, он был таким искренним, таким настоящим в этот момент, что мужчина вдруг тоже почувствовал себя как никогда живым. Настоящим. Эта мысль заставила Пандара замереть. Шало, уловив перемену, тоже остановился. Почти черные в темноте, лихорадочно мерцавшие глаза встретились с пронзительно серыми, у Пандара что-то отозвалось какой-то странной тянущей болью внутри. Он хотел взять лицо Шало в свои ладони, но тот перехватил его руки за запястья.

- Если хочешь касаться меня, - бета сглотнул, - то делай это своей кожей.

Пандар усмехнулся, высвободил запястья из неожиданно крепкой хватки, и стянул перчатки. Он враз почувствовал себя почти что обнаженным, открытым до невозможности. Шало приложил свою ладонь к его, подрагивающие пальцы обоих любовников распрямились, Пандар как зачарованный смотрел на их руки. В наступившей мертвой тишине он слышал сбитое прерывистое дыхание беты, бит крови в своих ушах. Шало вдруг резко выдохнул, потянулся второй рукой к груди мужчины, видневшейся из распахнутого ворота рубашки, но Пандар перехватил его руку, а затем повалил на кровать, подминая под себя.

- Ты уверен, что хочешь этого? - вибрирующим от напряжения голосом спросил Пандар.

- Если ты этого хочешь, - ответил Шало, с вызовом и затаенным страхом ответил бета. Больше всего на свете он боялся, что Пандар сейчас выдаст какую-нибудь глупую причину и уйдет. Но слава Богам, этого не произошло.

Невыносимо медленно альфа приблизил свое лицо к лицу любовника, а затем вовлек в такой поцелуй, что у Шало просто сорвало крышу от контраста внешнего спокойствия и страсти, которая бурлила в мужчине словно в котле. Пандар отпустил руки беты, позволил ему касаться себя везде, где он только хотел. Это вызывало давно забытую дрожь во всем теле: дрожал каждый натянутый до предела нерв, кровь будто испарялась из вен, оставляя только приятный жар. Это было лучше, чем все, что мог представить или представлял себе Пандар. Он не мог поверить, что это происходит здесь и сейчас.

Шало стащил с него рубашку, и Пандар кинул ее куда-то за спину, с силой дернул одежду на любовнике, не заботясь о сохранности пуговиц, потом так же быстро стащил с него брюки, и на мгновение остановился.

Бета был прекрасно сложен: не слишком широкие плечи, приятная вязь мышц предплечий, небольшие ямочки ключиц, мышцы пресса, узкие бедра, длинные ноги. Жаль, в темноте альфа не мог видеть, есть ли золотистые веснушки на коже. Шало не дал ему долго думать над этим, нетерпеливо ухватившись за плечи мужчины и потянув его на себя. Кожа прижалась к коже, и Пандара чуть ли не подбросило от этих отношений. Шало был удивительно нежным, гладким. Восторг. Пандар с жадностью целовал каждую частичку вожделенного тела, вырывая прерывистые вздохи и тихие стоны сквозь зубы, трогал и мял бету, получая только от этого какое-то невозможное удовольствие. Наверняка на утро останутся синяки, но сейчас мужчина об этом даже не думал. Он чувствовал Шало в своих руках, и это было единственным, что его волновало.

Бета был невероятно темпераментным, жадным до ласк, но с готовностью отдающимся до самого конца. Он обнимал мужчину так, как будто от этого зависело его существование, прикусывал вспотевшую кожу, изредка царапал спину, добавляя какую-то нотку безумия в происходящее. Ему было наплевать на последствия, он хотел Пандара здесь и сейчас. Немедленно. И только сейчас понял, что хотел этого давно.

Шало поверить не мог, что за ледяной стеной непробиваемого равнодушия может оказаться такая бездна эмоций и страстей. Это казалось чем-то совершенно невероятным. Но Пандар утратил над собой контроль, и был совершенно прекрасен в этом состоянии. Глаза горели чем-то бесовским, неутолимым, руки делали то, что хотели, иногда причиняя легкую боль. Но это было то, что нужно. Нужно как воздух, чтоб чувствовать себя живым человеком.

Пандар заставил Шало перевернуться живот, бета обнял подушку двумя руками и сцепил зубы, когда мужчина стал торопливо целовать его лопатки, позвоночник, ребра, спускаясь все ниже и ниже, пока не добрался до ямочек у поясницы. Пандар ухватил любовника за пояс, краем сознания отметив, что ямочки словно созданы для его рук, и немного приподнял его бедра. Бета сунул ему подушку, и Пандар подложил ее под его бедра. Зрелище было более, чем потрясающим. Пандар на мгновение зажмурился, чтобы не сорваться прямо сейчас, и стащил с себя брюки. Шало нетерпеливо поерзал, выдавая свое и без того очевидное желание, альфа обильно смочил пальцы слюной и осторожно вошел сразу двумя в упругое влажное нутро любовника. Шало прогнулся в пояснице, Пандар ухватил его за горло, принялся выцеловывать шею, не замечая, что прикусывает кожу, шептать на ухо что-то совершенно бессвязное, но от чего-то у Шало внутри разлилась теплая волна невыносимой нежности к этому мужчине. К двум пальцам подключился третий, и бета постарался сосредоточиться на приятных ощущения, которые дарили губы.

- Потерпи, - выдохнул Пандар, чувствуя, как напрягся бета. - Давно никого не было?

- Здесь вообще никого не было, - зажмурившись, ответил Шало.

- Бездна, тебе не надо было этого мне говорить, - почти рыча произнес Пандар. Это стало его точкой кипения.

Мужчина убрал пальцы, слегка надавил на поясницу любовника, вынуждая того открыться еще больше. Шало загнанно дышал, пот катился со лба, с шеи, Пандар навис над ним, удерживая вес на руках, и осторожно толкнулся внутрь.

Ощущения были так себе. Бетам плохо давалась нижняя позиция, они хуже растягивались, к тому же, Шало в этом смысле не имел никакого опыта. Пандар подождал пару секунд, позволяя привыкнуть к новизне ощущений, а затем стал медленно покачиваться. Шало старался максимально расслабиться, подстроиться под заданный неторопливый ритм. Он понимал, что Пандар долго так не протянет, видел это по напряженным до предела рукам и сдавленному дыханию, вырывающемуся со свистом. Но тут мужчина оперся одной рукой о изголовье кровати, а другой накрыл член Шало и стал двигать рукой в такт толчкам. Альфа не понимал, как еще не сорвался. Это было просто невыносимо. Останавливало только одно: безумно хотелось услышать, как Шало стонет, утеряв рассудок от накатывающего удовольствия.

Долго ждать не пришлось. Шало был чувственным любовником, эмоциональным, отзывчивым. Возбуждение вернулось в кровь в двукратном размере, и выдержка разлетелась на куски у обоих любовников. В какой-то момент Шало вообще утратил связь с реальностью, наслаждение было таким сильным, что затмило все остальные ощущения, и стоило Пандару услышать невыразимый утробный стон любовника, как он просто сорвался с размеренного ритма и стал ускоряться, стремясь привести себя и бету к разрядке. Шало содрогнулся внутри, сжал любовниками мышцами, и Пандар почувствовал, как уплывает куда-то. Руки не выдержали, и он завалился на бету. Правда, тут же опомнился, и вышел из любовника, понимая, что сцепки он сейчас не переживет.

Шало даже не мог пошевелиться. На душе было легко-легко, а тело отказывалось повиноваться. Пандар накрыл из обоих простыней и лег на бок. Шало посмотрел на него.

- И как мы это объясним? - хрипловато спросил альфа.

- Кому? - устало протянул бета, прикрывая глаза. Пандар его здорово вымотал.

- Самим себе, - слегка улыбнулся мужчина.

- А мы должны? - совсем уж сонно спросил Шало.

Пандар помолчал.

- Наверное, нет.

Шало улыбнулся краем губ, показывая, что он услышал мужчину. Но ответить он уже был не в состоянии. Пандар принялся лениво поглаживать плечи беты, выводя невидимые узоры. Шало быстро уснул, по-детски подмяв под голову подушку, а мужчина еще долго не спал. Он ловил возможность беспрепятственно касаться беты, где ему вздумается, пропускать волосы сквозь пальцы. Альфа смотрел, как темно-коричневый шелк утекает сквозь пальцы. Вдруг ускользавшая до этого мысль молнией засверкала в уставшем сознании, и мужчине стал понятен кусок загадки. Но догадка Пандара ужаснула.

========== Глава 19 ==========

Когда Пандар с трудом разлепил глаза, солнце уже заливало комнату, а легкий ветерок слегка развевал легкие занавеси на больших окнах, которые мужчина никогда не закрывал. Альфа перевернулся на бок и увидел прямо перед собой Шало, наполовину укутанного в простыню, правда, очень забавно. Дело в том, что бета спал на животе, а простыня закрывала верхнюю половину его тела по самую макушку, а вот ягодицы и ноги были выставлены на обозрению всему миру. Мужчина хмыкнул, он наконец-то удовлетворил свое любопытство: веснушки у Шало были даже здесь, и при свете дня загадочно поблескивали. Пандар осторожно откинул простыню с лица Шало и аккуратно спустил ее вниз. Бета даже не пошевелился. Пандар подпер голову рукой и просто продолжал смотреть на спящего любовника, в конце концов, во внешней привлекательности ему было не отказать, да и в темпераменте. В этом Пандар имел удовольствие убедиться. И как так получилось?

Мужчина сам не понимал. Это казалось чем-то нереальным, было несбыточным, тщательно скрываемым желанием. Наверное, если бы вчера Шало сам не сделал решающий шаг, Пандар сам не решился бы никогда. Его всегда бы что-то останавливало. В основном это был страх, что бета потом пожалеет о содеянном, что они оба пожалеют. По правде, сейчас альфа тоже не мог думать об этом спокойно. Кто знает, что вчера взбрело в голову мальчишке? Возможно, он просто от отчаяния пришел к Пандару, просто потому, что не к кому было пойти?

Пандар моргнул, пытаясь отречься от ненужных сомнений. Мужчина провел кончиками пальцев по позвоночнику Шало до самых ямочек на пояснице. Эти ямочки были просто божественными, смешно, но они нравились альфе больше всего. Мужчина не удержался и легко прикоснулся губами к плечу беты. Шало все так же спал, подмяв под себя подушку, и Пандар поцеловал его снова, поддавшись какому-то странному порыву. А потом снова. Ведь это может быть последний раз, когда они лежат вот так. Шало вздохнул, будто просыпаясь, но глаз так и не открыл. Пандар слегка улыбнулся и все-таки тихо встал с постели, пожалев вымотанного любовника. В теле поселилась какая-то сладкая истома, и двигаться было как-то тяжело, но альфа заставил себя умыться и вытереться с ног до головы мокрым полотенцем, а затем, надев брюки, вышел на террасу.

Мир вдруг показался мужчине ослепительно прекрасным, и он довольно вздохнул. Ветер обдувал влажную кожу, Пандар потянулся всем телом. На столике уже стоял завтрак, и мужчина вдруг понял, что зверски голоден. Просто чудовищно. Альфа разом проглотил добрую половину какого-то восхитительного лакомства с вишней и понял, что не отказался бы от куска хорошего мяса. А затем подумал, что мог бы отнести завтрак спящему Шало… А вдруг бета будет не рад его видеть? Пандар опасался возможного смущения, неловкости, сожаления, которые могут витать в воздухе. Мужчина не желал все портить. Альфа постоял немного в нерешительности. И откуда столько робости? Видят Боги, он даже в юности таким не был. Хотя, в общем-то, в юности и ухаживать было не за кем. Боги, ухаживать… слово то какое…

- Пандар? - альфа дернулся от звука своего имени.

- Иду, - отозвался мужчина. В животе что-то странно завибрировало, не то от волнения, не то от чего-то еще.

Шало полулежал на кровати, весь такой невинно-утомленный, всклокоченный и сонный. Он лениво улыбнулся показавшемуся на пороге мужчине, и тот незаметно выдохнул.

- Я тебя поцелую, если принесешь завтрак, - негромко сказал бета. - Я не могу даже сесть, не говоря уже о том, чтоб встать на ноги.

- Извинений ты не дождешься, - усмехнулся Пандар. - Ты целиком и полностью виноват в своем положении.

- Ах вот как! - неожиданно звонко расхохотался Шало, слегка запрокинув голову. Пандар никогда его таким не видел, и от этого зрелища захватило дух. - Подойди поближе, и я покажу тебе, кто здесь виновен.

- Всенепременно, мой повелитель, - Пандар отвесил шутовской поклон. - Только захвачу поднос.

На душе стало легко-легко, будто невероятной тяжести груз упал, и позволил ей взлететь куда-то вверх. Пандар вернулся на террасу, взял поднос и принес его Шало. Бета лег на бок, подпер голову рукой, а мужчина поставил поднос на постель и сел на прохладный пол. Простыня оказалась ниже талии, и Пандар увидел фиолетовые синяки на боках любовника. Пара была на предплечьях. Шало перехватил взгляд мужчины, оглядел себя, а затем посмотрел в настороженные серебристые глаза.

- Не думал, что ты можешь так… - Шало умолк, не в силах подобрать слово. Целовать? Сжимать? Любить?

- Прости, - тихо произнес Пандар. - Я принесу мазь, - мужчина хотел встать, но Шало ухватил его за руку.

- Иди сюда, - мягко попросил бета. Пандар мгновение помедлил, а затем осторожно сел а кровать, поставив поднос на пол. - Нет, не так, - улыбнулся Шало. - Ляг рядом. Пожалуйста.

Пандар послушно вытянулся рядом. Темные глаза с едва заметными золотыми прожилками оказались совсем близко, Шало ласково погладил мужчину по щеке.

- Зачем ты грызешь себя? - негромко спросил бета.

- Я не грызу, - так же негромко ответил альфа. - Я боюсь, что ты пожалеешь, что пришел ко мне вчера.

- Я не привык сожалеть о том, что сделал, - Шало помолчал. - Вчера вечером я не мог уснуть, потому что все думал о том, что ты мне сказал в саду. А подумав пришел к выводу, что буду жалеть, если не выйду на террасу и не подойду к тебе. Видишь ли, я считаю, что лучше сожалеть о сделанном, чем о не сделанном. И я не жалею, Пандар. Ни капли.

Мужчина улыбнулся краем губ, ухватил Шало за подбородок и поцеловал, пытаясь выразить все то, что был не готов или не мог произнести вслух. Бета ухватил его за шею, потянул на себя, ложась на спину. Пандар навис над ним, у Шало предательски екнуло в животе, стоило увидеть, как нечеловеческие глаза любовника загораются уже знакомым бесовским огнем.

- Если ты сейчас не остановишься, - хрипло начал Пандар, - то я замучаю тебя.

- Ты не представляешь, как мне жаль сейчас, что я не омега, - прикрыл глаза Шало. - Но второго раунда я прямо сейчас не вынесу. Но если ты добудешь мазь, - бета лукаво улыбнулся, - то я смогу подумать.

- Ты манипулятор, - пробормотал мужчина, быстро поцеловал бету в губы и тут же отстранился, боясь, что и впрямь не остановится. Альфа оделся и вышел в коридор, чтоб поймать какого-то слугу и послать его к лекарю за целебной мазью. К старикашке он не пойдет, не стоит портить лучшее в жизни утро.

Стоя в коридоре и ожидая слугу, альфа немного остыл. Сладкий дурман из смеси желания и утренней лени начал понемногу выветриваться из головы, и непрошеные мрачные мысли стали заполнять освободившееся пространство. Вчерашняя догадка мужчину озарила как молния озаряет ночное небо. Она казалась совершенно жуткой, но объясняющей многое. Только вот если Пандар прав… Он не представлял, как заговорить об этом с Шало. Как сказать человеку, что все, что ему дорого…

- Ваша мазь, господин, - прервал размышления мужчины подошедший слуга. Пандар кивнул, и тот удалился. Повертев прохладную склянку в руках, альфа еще немного постоял, изгоняя сомнения, и вернулся обратно. Шало лежал в той же позе, в которой Пандар его оставил, и мужчина решил, что сегодня он ничего обсуждать не будет. Никаких дел. Никаких сомнений.

Боги, только один день. Возможно, единственный. Один день для себя. Они оба имеют на это право.

- Спасибо, - улыбнулся Шало, и поставил мазь на тумбочку. Он выглядел до ужаса… своим.

Вот таким, какой есть. И на секунду Пандару стало не по себе. Страшно.

_ _ *

Они гуляли пол дня, и только к вечеру занялись делами. Вернее, Шало занялся своими бесчисленными бумагами, которые уже стали скапливаться на его огромном столе, а Пандар сидел в кресле у двери.

Альфа смотрел, как поблескивают темно-карие глаза в свете свечей, бегая по ровным строчкам, как склоняется голова набок, когда затекает шея, и думал о том, что не знает, как поговорить с Шало. Ни как начать, ни как закончить. Пандар даже еще не подтвердил свою догадку. Но чутье подсказывало, что он прав. Для Шало это будет чудовищным ударом, он не сможет с этим жить, Пандар слишком хорошо его знал. Новость подорвет его, уничтожит, и страшнее этого может стать только огласка. И тогда… масштаб катастрофы будет трудно вообразить. Этого допустить нельзя ни в коем случае, Пандар был готов пойти на все, чтоб все так и оставалось тайной. Готов даже убить ради этого без лишних сомнений и сожалений. Шало был ему преступно дорог, но эту мысль мужчина старался гнать от себя как можно дальше. Слишком много волнений она приносила, проще было думать, что ночное приключение - обоюдное помутнение рассудка, сумасшествие, которое вылилось в невероятной силы удовольствие, граничащее почти что с болью. Только вот Шало так не думал, не желал делать вид, будто произошедшее - простой сброс напряжения. А у Пандара не хватало мужества или, наоборот, трусости его оттолкнуть. Поэтому он касался нежной кожи, смотрел в пытливые карие глаза, очерчивал взглядом изгибы плеч, пытаясь запомнить все это, потому что не был уверен, что представится еще шанс вот так сидеть и просто смотреть. Альфе было страшно помыслить о том, что всю оставшуюся жизнь придется лелеять в памяти эти крохи чего-то, похожего на счастье, словно старьевщик ценит единственный целый глиняный кувшин.

Совсем стемнело, Шало потянулся всем телом. У него болела спина и шея, в глазах рябило от ровных чернильных строчек перед глазами. Бета бросил взгляд на альфу: тому было будто все равно, сколько часов он просидел. Шало даже показалось, что он не сменил положения ни разу на протяжении нескольких часов. Лицо не выражало ничего, руки покоились на подлокотниках, а грудь слегка вздымалась в такт ровному и глубокому дыханию. Эдакая живая статуя. Но Шало еще помнил, каким быстрым и горячим может быть этот мужчина, как нетерпеливы его руки, губы, как сбивается даже его дыхание, когда кожа соприкасается с кожей, а плоть с плотью, когда кажется, что вы соединены, спаяны навечно. И это вдруг немедленно захотелось ощутить снова, убедиться, что прошлая ночь - не сон, не шутка жестоких Богов.

Бета встал на ноги, Пандар взглянул на него. Ни один мускул не дрогнул на его лице, но Шало видел, что он все понял. Все знает. Шало встал прямо перед ним, но не подошел вплотную. Бета хотел, чтобы Пандар сам к нему потянулся, но к несчастью, у мужчины была железная воля или он просто не решался, потому что он сидел неподвижно. Бета усмехнулся, подошел к альфе вплотную, сел на колени, чтоб ноги оказались по бокам от его талии. Пандар держал руки на подлокотниках, но потянулся вперед, чтоб прикоснуться губами к стремительно теплеющей коже на шее, прямо к синеватой венке. Шало взял лицо Пандара в свои ладони, погладил большими пальцами прохладные щеки, виски, поцеловал мужчину в лоб. Пандар почему-то от этой невинной нежной ласки задержал дыхание и прикрыл глаза. Он с силой прижал Шало к себе, другую руку переместил на затылок и стал настойчиво целовать бету, продолжая прижимать к себе с такой силой, что Шало на мгновение испугался. Альфа пошевелился, будто хотел встать, но Шало протестующе замычал.

- Куда ты торопишься? - выдохнул бета, на секунду отстранившись от мужчины. - У нас столько времени.

- Ты хочешь остаться здесь? - сипловато спросил мужчина. - В кресле будет неудобно.

- У нас есть стол, - лукаво улыбнулся Шало.

- Ты бесстыжий мальчишка, - пробормотал Пандар, целуя бету, который тихонько засмеялся. Его смех завибрировал в горле у мужчины, и последние мысли вылетели из головы. Мужчина целовал, сжимал, покусывал Шало, почти дышал им, купался в ответных ласках, медленно погружаясь в пучину сладостного безумия.

_ _ *

Утром Пандар проснулся значительно раньше Шало, рассвет только-только начал заниматься на сероватом небе, в воздухе все еще витала ночная прохлада. Альфа бесшумно сполз с ложа, отправился к себе, где привел себя в порядок, и вышел в коридор. Идя по коридору, мужчина не встретил ни одного слуги, во дворце стояла полная тишина, даже какое-то омертвение. Пандар шел по пустым коридорам, и ему казалось, что он даже слышит тихое эхо от своих шагов.

В библиотеке предсказуемо не было ни души. Альфа обвел взглядом огромный зал и понял, что сильно переоценил свои возможности. Без смотрителя ему не обойтись точно, этот человек наверняка знает, где столь необходимый Пандару фолиант. Альфа вышел из библиотеки, спустился вниз, где нашел Реджиса и приказал ему найти смотрителя библиотеки. Паренек кивнул и быстро пошел относить стопку белья, под тяжестью которой едва ли не сгибался. Пандар проводил глазами его тонкую фигурку и подумал, что надо бы найти мальчишке другую работу. И как-то поощрить его за ту, что он делает для мужчины.

Пандар уже поднимался по лестнице, когда за его спиной раздался знакомый голос:

- Вы искали меня?

Пандар обернулся и увидел у подножья пролета Нэша собственной персоной. Его черные волосы были заплетены в две косы, покоившиеся на плечах, а серебряные браслеты украшали длинные руки.

- Я искал смотрителя библиотеки, - негромко произнес альфа.

- Это входит в мои обязанности, - с достоинством ответил омега. - Вы подойдете ко мне или я к вам?

Пандар спустился к смотрителю, какое-то мгновение они смотрели друг другу в глаза, затем омега посторонился, и альфа заметил какие-то серебряные побрякушки, вплетенные в его косы. Занятный омега, занятный.

- Итак, - весомо сказал Нэш, вопросительно глянув на мужчину.

- Мне хотелось бы увидеть книгу, повествующую о родословной нашего повелителя. Жизнеописание, семейное древо. Что-то в этом духе.

- Жизнеописания… - пробормотал Нэш, словно пробуя слово на вкус. - Пожалуй, есть нечто подобное. Я посмотрю для вас. Полагаю, это надо сделать без лишней огласки?

Пандар внимательно посмотрел на омегу. Но тот был бесстрастно дружелюбным, ничего не проскользнуло даже во взгляде.

- Даже если так, - негромко ответил альфа, - вы стали бы мне помогать? Не рассказали бы повелителю?

- Нет, - Нэш посмотрел на альфу и усмехнулся. - И отвечая на ваш немой вопрос, не в моих правилах скрывать что-то от короля. Вы не раз доказывали свою преданность, так что не думаю, что вы будете вредить повелителю, - тут собеседники остановились на пересечении двух коридоров. - Книги будут у вас не позднее сегодняшнего вечера. А пока что вынужден с вами расстаться.

- Спасибо, что уделили время.

Нэш отправился в противоположную от Пандара сторону, альфа смотрел, как слегка развевается ткань его до невозможности широких штанов. Любопытный персонаж этот омега. Хоть и некромант.

_ _ *

Весь день Пандар ходил за Шало, который то устраивал совет, то требовал доклады, то принимал делегатов, то просто сидел за столом в своем кабинете. У них не было времени ни поговорить, ни прикоснуться друг к другу, и Пандар все время пребывал в своих мыслях. К несчастью, нерадостных.

Он не мог не думать о том, что будет дальше. Пандар чувствовал, что вот-вот нащупает подсказку, которая выведет его к разгадке. С одной стороны, альфа был и рад этому, а с другой… Придет конец не только заговору, но и отношениям с Шало. Пандар не питал на этот счет никаких иллюзий. Что он, изуродованный войной и некромантом сорокалетний вояка, может дать красивому молодому королю? Шало будет блистательным правителем, которой оставит свой след в истории, в этом нет сомнения. Так зачем ему мрачная тень, которая бы напоминала ему о тех днях, когда он был беспомощен и напуган? Пандар умел только убивать и охранять словно пес любимого хозяина, больше ничего он не мог. Он не умел танцевать, ничего не смыслил в этикете и дипломатических играх, не умел доверять, дружить, любить… Зачем он Шало? Конечно, сейчас бета нуждался в нем, он доверял ему, спал с ним… Но у него будут и возлюбленные и соратники, он начнет отдаляться от Пандара, не будет знать, куда деть его, словно он несуразный подарок дальнего родственника, который и людям не показать, и выбросить некрасиво. Нет, такая судьба не для альфы, у него еще осталось чувство собственного достоинства. Мысли шли по кругу, Пандар становился все мрачнее, потому что не видел другого выхода. Даже в самых смелых и дерзких фантазиях он никогда не оставался с Шало, всегда приходилось уходить.

Шало дочитывал какие-то бумаги, облокотившись на кресло, его глаза закрывались, но он мужественно пытался вникнуть в написанное, перечитывая абзац по два, а то и по три раза. Шея немилосердно затекла от долгого сидения за бумагами, спину ломило. Пандар сидел в своем излюбленном кресле у двери словно каменное изваяние. Бета отложил бумаги и устало потер переносицу, прикрыв глаза. Под веками тут же заплясали цветные круги, и Шало тяжело вздохнул. Стало немного легче.

- Возможно, уже пора отправиться спать? - вдруг раздался голос Пандара совсем близко. Шало открыл глаза и обнаружил альфу сидящим на краю стола прямо перед ним. Нечеловеческие глаза внимательно смотрели в лицо. - Ты устал, толком не спишь вторую ночь.

- Может быть, ты и прав, - пробормотал Шало. Он встал на ноги, Пандар пропустил его к двери. Альфа проводил бету до его спальни, а затем отправился к себе. Бете надо было отдохнуть, Пандар ему ни к чему сейчас, а между тем, у него есть и другое занятие. Например, найти Нэша.

Омега был все у той же лестницы, у которой Пандар встретил его утром. Его серебряные украшения таинственно позвякивали в ночной тишине, одежды красиво обрисовывали тело. Нэш определенно знал, насколько хорошо он выглядит для своего возраста и отнюдь не стеснялся это подчеркивать.

- Я не вижу книг в ваших руках, - тихо произнес Пандар, подойдя к омеге.

- Потому что их нет, - спокойно ответил тот.

- Вы хотели сказать, что не нашли их?

- Я сказал то, что сказал. Поверьте мне, я знаю, где лежит каждый фолиант. Книг нет. Их кто-то взял.

- Кто это мог быть?

- Я не знаю, - слегка пожал плечами омега. Тут в отдалении послышались шаги, Нэш кивнул в сторону террасы, и собеседники поспешили удалиться с поля зрения незваных слушателей. - Ко мне никто не обращался с подобной просьбой последние лет десять, я бы запомнил.

Пандар помолчал. Мысли его были взбудоражены словно рой диких пчел, потревоженных неосторожными путниками. Нэш терпеливо ждал, пока мужчина обдумает его слова.

- Как давно вы живете во дворце? - вдруг спросил альфа.

- Не ожидал подобного вопроса, - слегка улыбнулся он. - Тридцать три года. И вы уже спрашивали меня.

- Я помню, - Пандар оперся о перила террасы. Альфа выглядел расслабленным, но взгляд серебристых глаз говорил обратное. - И почему покинули Рахмор?

- Мое полное имя Нэшхар Тенна, я прихожусь очень дальним кузеном нынешнему Тар-Тенне. Отношения Дакара и Рахмора были не всегда такими мирными, а потому меня отправили сюда как заложника.

- И почему решили остаться потом?

- Здесь было веселее, чем дома, - хохотнул Нэшхар. - Да и дед нашего повелителя вряд ли бы так просто меня отпустил. Хотя я у него это никогда не спрашивал, - омега заметил выразительный взгляд Пандара, и с губ его снова сорвался смешок. - Да, мы были любовниками. Не думаю, что кто-то об этом знает. Наш повелитель мало интересуется, кто и с кем проводит время. А зря. Эта информация может быть весьма полезной.

- Вы сейчас говорите о шантаже? - спросил альфа, чуть подавшись вперед.

- И не только.

- Что вы имеете в виду? - чуть сузил глаза мужчина.

- Ничего такого. Просто занятно наблюдать, какие последствия имеет неконтролируемая страсть.

- Почему мне кажется, что вы все время что-то недоговариваете? - пробормотал Пандар.

- Возможно, потому что вы слишком подозрительны? - Нэшхар развернулся и стал смотреть на Дакар внизу. - А возможно, потому что я действительно что-то недоговариваю.

- Почему? - Пандар тоже развернулся.

- Потому что живя во дворце, я научился не говорить того, о чем не спрашивают.

- Тогда считайте, что я спросил.

- Что именно спросили? Вам рассказать всю подноготную каждого вельможи? На это не хватит и недели.

- Нет, зачем же? Расскажите о том скандале, когда кхана Дугала отправили прочь из столицы.

- А у вас губа не дура, - усмехнулся Нэшхар. - Скандал был таким, что страшно представить. Что любопытно, истинную причину не знаю даже я. Согласно официальной версии Дугала поймали на подделке одного документа, должны были отрубить руку, но род его слишком древний, а заслуги пред страной огромны, а потому его всего лишь выслали на два года в родовое имение.

- А не официальная версия? - тихо спросил мужчина.

- А неофициальная версия такова, что отрубать надо было не руку, а кое-что более… весомое для альфы. Из того, что знаю я, Дугал знатно насолил королю, переспав с сестрой королевы. Он обесчестил незамужнюю Лорэну, что не могло не отразиться на репутации всей семьи. В общем, сами понимаете. Королева Валенсиона уехала в северную резиденцию подальше от волнений, забрав сестру с собой. Больше Лорэну никто в столице не видел, кажется, у нее что-то со здоровьем.

- Она парализована от пояса и ниже, - кивнул Пандар.

- Вот видите, вы и сами все знаете.

- А король? - спросил альфа. - Были ли у него внебрачные дети?

- Я знаю о существовании трех. Возможно, больше, но утверждать не берусь.

- Кто они?

- Понятия не имею. Он всегда заботился, чтоб о детях никто не узнал. Я даже не уверен, что они живы, что уж говорить о возрасте или поле.

- Вот как, - пробормотал Пандар. - В таком случае я могу только поблагодарить вас и пожелать доброй ночи. Надеюсь, мне нет нужды говорить, что наш разговор не подлежит огласке?

- Разумеется.

Пандар вышел с террасы и неторопливым шагом направился к себе в спальню. В его голове стремительно складывались все кусочки мозаики, и получавшаяся картина радовала все меньше. Если было все так, как представлял Пандар… выйти сухим из воды не удастся никому. Последствия огласки трудно себе вообразить, единственный способ избежать этого - убить всех участников заговора.

_ _ *

- Помощник лекаря уже прибыл к твоей тетке? - спросил Пандар, отправив в рот последнюю ягоду ежевики. Шало сидел напротив него и с аппетитом доедал свою порцию вишневого крема. Бета чуть улыбался от удовольствия, выглядел свежим и отдохнувшим, а глаза его довольно поблескивали. У Шало было явно хорошее настроение. Жаль, что о себе мужчина не мог сказать того же.

- Да. Сообщил, что она целыми днями лежит в постели и не встает.

- Любопытно. Может быть, ее подставляют.

- Но зачем? Есть более удачные кандидатуры для подставы. Взять хотя бы моего дядю. Он физически здоров, дееспособен, к тому же надеется все-таки произвести на свет альфу, когда Лорэна лежит пластом сколько я себя помню. У нее нет детей, насколько мне известно, поэтому нет и мотива.

Пандар промолчал.

- У меня скоро день рождения. Я устраиваю большой бал, на котором должен буду объявить о своей помолвке с Галиусом, - сухо сказал Шало. - Конечно, если мы не найдем убийцу.

- Значит, придется объявить о помолвке, - спокойно произнес Пандар.

- И ты так спокойно об том говоришь? - сузил глаза Шало.

- Я не могу указывать тебе, как поступать, когда дело касается благополучия твоей страны. Но со своей стороны сделаю все, чтоб выходить за Галиуса не пришлось. Хотя объявить о помолвке придется. Только не спрашивай меня, зачем. Сделай, как я прошу.

- Ты понимаешь, какой поднимется скандал, когда я возьму свое слово назад?

- Не придется. Галиус сам его возьмет или я его убью быстро и без шума, а тело выброшу в море на радость птицам и рыбам, - улыбнулся Пандар.

- Что ты задумал? - Шало подался вперед.

- Прости, но я не могу тебе сказать. Я не уверен в своей догадке, но найду доказательства.

- Ты просишь меня просто поверить тебе на слово? - вдруг улыбнулся Шало, откинувшись на спинку плетеного кресла.

- Да, - просто ответил Пандар.

Шало внимательно посмотрел мужчине в лицо, затем глубоко вздохнул и спокойно произнес:

- В таком случае я верю.

-

Комментарий к Глава 19

Надеюсь, что кто-то еще помнит, что было в предыдущих главах)) Постараюсь не пропадать так надолго. Всех с наступившим и наступающим праздником!

========== Глава 20 ==========

Найти Реджиса не составило труда. Мальчишка опять сидел на кухне, и когда Пандар ненавязчиво увел его оттуда, никто даже не обратил внимания. Альфа уже не в первый раз отметил полное равнодушие к пареньку. Занятно. Реджис безропотно следовал за мужчиной, Пандар вошел в пустую комнату, и Реджис последовал за ним. Мужчина отметил повязку на его запястье.

- Что у тебя? - знаками спросил альфа.

- Обжегся. Ерунда, - скривился паренек, показав, как на него пролилась вода из какого-то сосуда.

Пандар демонстративно поднял брови. Реджису он не поверил.

- К тебе хорошо относятся?

Реджис кивнул.

- Уверен?

Реджис снова кивнул.

- Зачем ты позвал меня? - руками спросил паренек.

- Вспомни, откуда приходили письма Вальмону. Были ли среди них письма с севера и получает ли он их сейчас?

Паренек пожал плечами. Затем показал, что письма были, причем много.

- Я узнаю про письма, - руками сказал паренек.

- Хорошо, - альфа подошел к пареньку ближе, Реджис не двинулся с места и вопросительно глянул на мужчину. Тот протянул вперед руку. Паренек непонимающе уставился на Пандара. Альфа глубоко вздохнул, слегка наклонился и осторожно взял пораненную руку мальчика. Тот очень неохотно оставил свою ладонь в его. - Я только посмотрю, - максимально четко и медленно проговорил Пандар. Руки для общения были заняты.

- Не нао, - с видимым усилием проговорил паренек. Голос был хрипловатым, видно, что Реджис разговаривал крайне редко.

- Надо, - твердо сказал мужчина. Он осторожно развязал маленький узелок, но ткань прилипла к ожогу, Реджис зашипел, стоило только попытаться снять повязку.

- Сколько дней? - медленно спросил Пандар.

Реджис показал три пальца. Пандар раздраженно выпустил воздух сквозь зубы. Ясно же, что мальчишка не менял повязку с того времени, как обжегся. Одним Богам известно, в каком состоянии его несчастное запястье. Пандар мягко взял его за руку и повел по коридору в свою комнату. Реджис явно был не в своей тарелке, все норовил выдернуть руку, пока Пандар возился с прилипшей повязкой. Мужчина поливал руку водой, сантиметр за сантиметром снимая налипшую ткань. Кожи под ней предсказуемо не было, только воспаленная обожженная плоть. Пандар качнул головой, затем ушел в спальню Шало, где без зазрения совести стащил мазь и стал осторожно смазывать пораненную руку. Альфа и сам не знал, зачем он это делает. Какое ему дело до чужого ребенка? Но что-то не позволяло ему не обратить ему внимание, пройти мимо. И когда он успел стать таким… милосердным? Мягкотелым? Бездна знает. После того, как рука была забинтована, Пандар отдал Реджису баночку и отправил с миром.

Шало по обыкновению сидел в кабинете в это время. Альфа неслышно отворил дверь и проскользнул в комнату, бета даже на поднял головы от бумаг. Дверь закрылась с тихим щелчком, и Пандар сел в кресло. Шало шуршал своими бумагами, мужчина молчал, не желая прерывать бету. Да и самому ему было о чем подумать. Мысли были хмурые и безрадостные, и если бы Шало поднял голову, то заметил бы, что во взгляде альфы появилась какая-то тихая тоска.

Как объясниться с бетой до большого бала? Тогда ведь все выплывет наружу, и Шало будет ненавидеть его, что не сказал. А скандал? Как уберечь Шало от скандала? Пандар глубоко вздохнул и прикрыл глаза. Впервые за многие годы противоречия раздирали его на части, и альфа не знал, как с этим справиться. Собственные чувства были все еще слишком большой проблемой, Пандару было тяжело привыкнуть к тому, что слишком многое теперь ему небезразлично, что он может ненавидеть и привязываться, бояться, а потому альфа пытался сдерживать это все как мог.

Спустя пару часов Пандар поднялся со своего места и так же неслышно вышел, как и вошел. Он направился вниз, к лекарю. Идти туда отчаянно не хотелось, старик внушал мужчине какое-то странное отвращение, граничащее с омерзением, хотя лекарь не сделал ничего особенного, в конце концов, Пандар встречал куда более страшных людей. Но почему-то именно дряхлый старик заставлял его чувствовать себя… даже слово не подобрать… Так чувствует себя бабочка, которую прикололи булавками к картону и теперь рассматривают. Отвратительно знакомое чувство.

Лазарет оказался как всегда пустым. Пандар преодолел расстояние до двери, ведущей в обиталище старика. Стоило ее открыть, как дохнуло сырым холодным воздухом и странным запахом зелий, трав и всяких эссенций. Пандар вдохнул последние капли чистого воздуха и стал спускаться по лестнице.

Внизу что-то гремело, Пандар услышал звон разбившегося стекла, затем последовал какой-то громкий хлопок, в воздухе появился какой-то новый тошнотворый аромат. Альфа в несколько прыжков преодолел оставшиеся ступеньки и тут же сильно об этом пожалел. Даже его глаза заслезились от едкого сизоватого дыма, альфа максимально сощурился. Где-то в эпицентре этого кошмара стояла размытая согбенная фигура лекаря.

- С вами все в порядке? - громко спросил Пандар.

Но лекарь ему не ответил. Пандар отступил на пару ступенек назад, но это не спасло, стоило вдохнуть, как едкий дым, казалось, пробирал до самых внутренностей. Мужчина отошел еще немного назад, когда фигура стала двигаться к лестнице. Пандар стал подниматься наверх, старик медленно, едва переставляя ноги, следовал за ним. Пандар не мог понять, как лекарь вообще мог дышать этой дрянью. Альфа вышел в лазарет и с наслаждением набрал воздуха полной грудью. А старик даже не прокашлялся. Он разогнулся, и мужчина увидел на его лице какую-то странную, жуткую конструкцию: на глазах были какие-то толстые мутный стекла, нос и рот закрывали несколько слоев плотной ткани, от которой тоже чем-то разило. Старик стянул это все с лица и слегка запрокинул голову, видимо, даже сквозь эти тряпки дым тоже проникал.

- Что вы там пытались сотворить? - хрипло осведомился Пандар.

- Одну весьма полезную настойку, - прокаркал лекарь, все-таки запрокинув голову. Он скосил глаза на мужчину, и альфу передернуло от желтоватых белков этих глаз.

- Вы их что, коллекционируете? - пробормотал Пандар.

- Я не коллекционер, а селекционер, - пояснил старик. - Знаете ли, сам процесс выведения новой смеси - это как процесс выведения нового вида. Безумно увлекательно. К тому же…

Лекарь продолжал что-то говорить, но Пандар его не слышал. Он чувствовал, как сильно колотится его сердце о ребра, как тошнота подкатывает к горлу. Слова старика будто возвратили его в далекое прошлое, когда он не видел лиц его мучителей, зато чувствовал на себе укусы сотни змей, чьи-то ледяные руки и омерзительное зловонное дыхание смерти прямо перед лицом. Неконтролируемый ужас накатил с такой силой, что Пандар хотел только одного: бежать как можно дальше и быстрее. Бежать, пока не рухнешь на землю без сил, пока не остановится сердце.

- Простите, мне надо идти, - резко бросил альфа и покинул лазарет, не дождавшись ответа лекаря. Пандар почти бегом поднялся по лестнице, ноги несли его в спальню.

Мужчина с такой силой захлопнул за собой дверь, что казалось, она слетит с петель. Он подошел к комоду, взял кувшин с водой и разом опустошил половину, а оставшейся ополоснул лицо. Холодная вода, стекающая с подбородка и шеи в ворот рубашки несколько отрезвели альфу, он медленно поднял голову и уперся взглядом в собственное отражение в зеркале. Ярость поднялась откуда-то из самых темных глубин души и захлестнула разум, альфа с размаху ударил кулаком в самый центр зеркала, поверхность на мгновение покрылась паутинкой трещин, а затем осколки начали медленно выпадать из рамы и падать на пол с характерным звоном. Пандар не мог слушать этот звук, он несколько раз глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, воззвать к разуму, напомнить себе, что прошлое прошло, растворилось в ночных кошмарах, его нет, но сознание корчилось в агонии страха и ярости, а натянутые до предела нервы требовали мгновенной разрядки. Пандару хотелось закричать в голос, разрушить что-то, разнести, уничтожить, стереть с лица земли. Только бы боль и пустота ушли из сердца, перестали терзать и мучить, сводя с ума.

Пандар вышел на террасу. Уже начинало темнеть, внизу загорались огни столицы, одна часть Дакара засыпала, другая просыпалась, ветер обдувал влажную кожу, но мужчине от этого не стало легче. Он вдруг понял, что тишина давит на него, что необходимо услышать чей-то голос, почувствовать прикосновение теплых пальцев к своей коже… Убедиться, что эта жизнь реальна, что она не плод горячечного бреда. Пандар вернулся в спальню, стянул с себя рубашку и, не глядя, надел какую-то другую, а затем вышел в коридор. Дверь в кабинет Шало оказалась перед его лицом пугающе быстро, альфа отворил ее и вошел внутрь.

Дверь закрылась с негромким щелчком, Шало снова не поднял головы. Мужчина подошел к его столу, стремительно принимая человеческую форму на ходу, и только после этого бета поднял на него глаза. В них читался немой вопрос, а затем удивление, когда альфа вдруг властно вытащил его из кресла и поцеловал. Шало чувствовал привкус отчаяния, какого сумасшествия и лихорадочного желания. Пандар оторвался от беты, но руки его все так же крепко стискивали талию короля.

- Идем наверх или придется заночевать здесь, - сипло пробормотал мужчина, смотря куда-то вниз, на ключицы Шало.

- Что с тобой? - тихо спросил бета. Он протянул руку, чтоб прикоснуться к щеке Пандара, но рука была перехвачена и крепко стиснута на широкой ладони. Шало даже опомниться не успел, как мужчина вытащил его в коридор и вел в сторону спальни. Бета сердцем чуял, что что-то произошло, Пандар был на грани. Пророни неосторожное слово, и последствия трудно предугадать, а потому Шало ничего не спрашивал.

Едва закрылась дверь в спальню, как Пандар одним молниеносным движением припечатал Шало к стене. Бета от неожиданности охнул, но Пандар уже целовал его, запустив руки под рубашку. Шало даже не успел проследить момент, когда оказался без единой нитки на теле. Мужчина подхватил его под бедра, бета обвил его талию ногами. Он кожей чувствовал жар, исходивший от Пандара, его… ярость и какое-то глухое отчаяние. Шало не мог понять, что случилось, все мысли вылетали из головы, стоило мужчине коснуться его, поцеловать. И бета отвечал ему с той же пылкостью, позволял делать с собой все, что альфе захочется, отдаваясь до последней капли. И постепенно движения мужчины становились менее резкими, поцелуи больше не граничили с укусами, а руки не стискивали так отчаянно.

- Что с тобой? - едва слышно выдохнул Шало, когда Пандар навис над ним, и бета мог смотреть в его лихорадочно горящие глаза.

- Прости, - шепнул мужчина и поцеловал бету со всей возможной нежностью, на которую был способен в этот момент. Шало обвил его ногами, альфа скользнул в него одним плавным толчком, и Шало буквально задохнулся. Он забыл все, что хотел сказать Пандару, мысли покинули его голову, бета чувствовал только толчки внутри себя, и это возносило его на какие-то новые ступени удовольствия.

Когда все закончилось, Пандар перекатился на спину и закрыл глаза. Он был вымотан так, словно бежал несколько часов, провел двадцать поединков и взобрался на самую высокую гору, все это делая без перерыва. Он не слышал, что говорил ему Шало, в голове не было связных мыслей. Альфа, не открывая глаз, притянул бету к себе, Шало послушно пристроился вплотную к нему и положил голову на грудь. Он слышал, как глухо стучит сердце Пандара, постепенно замедляясь. Черты его лица разгладились, Шало осторожно, словно боясь, что мужчина отшатнется, погладил его по щеке. Пандар открыл глаза и встретился взглядом с Шало. Бета ему слегка улыбнулся, и мужчина незаметно, как ему казалось, выдохнул. Но это заметил Шало, хотя и промолчал. Они лежали в молчании. Пандар думал, как извиниться перед Шало за свою вспышку, а бета решил не трогать его сейчас. Он рассеянно выводил неведомые узоры на его груди, слушал мерное биение сердца, мужчина лег на бок, и Шало блаженно вздохнул, уткнувшись ему в ключицу. Пандар гладил его по слегка влажной спине, чувствовал горячее дыхание на своей шее, и бесконечная тоска начала отступать, страх уходил куда-то в глубь сознания, забивался в угол. Мужчина прикрыл глаза. Дыхание беты становилось все более размеренным, через какое-то время Пандар осторожно отстранился, сняв руку Шало с своей спины и встал с кровати. Он привел себя в порядок в своей спальне, а затем вышел на террасу. Дышать стало легче. Тут альфа услышал тихий стук в свою дверь. Мужчина надел брюки и впустил слугу.

К удивлению Пандара ему пришло письмо из Валлирии. Мужчина вскрыл его и принялся вчитываться в строчки, написанные знакомым кривоватым почерком.

Здравствуй Змей.

Сразу говорю, что все в порядке, я по-прежнему на свободе. В общем, пишу потому, что мой муж довел меня до икоты своими просьбами написать тебе. Видишь ли, он боится, что Шало врет ему, мол, у вас там далеко не все так хорошо, как он описывает. Напиши, что происходит, а как все кончится, приезжай к нам, прежде чем вернуться в свою пещеру в горах. Думаю, подпись излишня.

Пандар усмехнулся. Чезаре был в своем репертуаре: четко и по делу. Но мужчина не мог не отметить, как друг называет Эдмунда. Мой муж. Как просто и как одновременно интимно это звучит, ласкает слух. Альфа моргнул, возвращая себя с небес на землю, и принялся писать ответ. В письме он старался описать положение дел, при этом не раскрывая ни деталей, ни своих мыслей. Вышло почти на страницу. Альфа, не перечитывая, запечатал письмо и отдал его мальчишке-слуге. Почти все дети в замке были вместе с Реджисом, так что можно было не беспокоиться, что письмо будет передано кому не следует. А даже если оно попадет не в те руки, там ничего нет. Закончив с ответом Чезаре, Пандар немного помедлил, а затем вернулся в спальню Шало. Бета спал в той же позе, в какой альфа его оставил. Пандар усмехнулся, постоял минуту, а потом осторожно пристроился рядом с утомившимся любовником. Может, так и должно быть?

_ _ *

Шало проснулся от сильного удара в живот. Бета задохнулся, резко перекатился на бок, а затем упал на бок. Нужно было срочно подниматься на ноги, пока нападавший не нанес следующий удар. Но его не последовало. Шало поднялся на ноги и осторожно глубоко вздохнул. Вдруг раздался грохот от падающего подсвечника, Шало дернулся от этого звука. Кромешная тьма южной ночи мешала ему разглядеть, что происходило в комнате, он мог различить только мечущееся тело на его кровати.

- Пандар проснись! - гаркнул бета, по прошлому разу помня, что мужчину просто так не разбудить. Он не решился трогать его, не знал, обратился альфа или нет. Потому что если обратился, то оцарапай он Шало, тот не успеет даже его разбудить. - Проснись, бездна тебя задери! Просыпайся!

Альфа резко сел, Шало различил какой-то сумасшедший блеск его глаз. Бета молчал, ждал, пока альфа придет в себя. Тот сидел несколько минут, не шевелясь, даже не мигая и, кажется, не дыша. Мужчина принял свою человеческую форму и сразу как-то сгорбился, уронил голову и закрыл лицо ладонями, словно стараясь отгородиться от всего вокруг. Шало медленно и осторожно подошел к нему, сел рядом и глубоко вздохнул. Он хотел тронуть Пандара за плечо, но мужчина отстранился.

- Пандар? - тихо позвал его Шало.

- Оставь меня, умоляю, - едва слышно ответил мужчина. - Уйди.

- Так прогони, - произнес бета. - Потому что сам я не уйду.

Пандар ничего не ответил, только рухнул на спину. Шало лег набок рядом с ним, подперев голову рукой. Он ласково погладил альфу по щеке, мужчина прикрыл глаза.

- Что с тобой произошло? - тихо спросил бета. - Расскажи мне, хуже уже не будет. Что так пугает тебя?

- Не знаю, - пробормотал мужчина. - Я не хочу об этом говорить.

- А ты вообще с кем-то об этом разговаривал?

Пандар немного помолчал.

- Нет.

- Даже с Чезаре?

- С ним это вообще вспоминать было страшно. Он в любой момент мог сорваться, - как-то очень устало, по-стариковски сказал Пандар. - А больше не с кем.

Он не мог это ему рассказать. Никому не мог, потому что рассказать - это значит снова окунуться с головой в прошлое, пережить все с нуля, ощутить тот страх, ту боль и отчаяние, когда молишь о смерти, но тебе говорят, что ты слишком ценен живым… И больше всего на свете Пандар боялся не выплыть обратно, заблудиться в лабиринте собственных кошмаров и остаться там навсегда. Наверное, это и есть его персональные муки Бездны - снова и снова возвращаться туда, проходя один и тот же путь каждый раз. Шало этого не понять. Даже при всей своей развитости, при всех тех испытаниях, которые выпали ему, он не проходил через такое. И Пандар никому и никогда не пожелал бы через это пройти.

Шало видел, как альфа мрачнеет с каждым мгновением, немного помедлил, а затем сел сверху на Пандара и наклонился к его лицу близко-близко, так близко, что мог увидеть вертикальные зрачки. Альфа смотрел как всегда пронзительно и с каким-то немым вопросом, сомнением. Бета прикрыл глаза, прислонился своим лбом ко лбу мужчины, воздух судорожно вырвался из горла.

- Я не могу вытаскивать это из тебя клещами, - едва слышно проронил Шало. - Не имею права. Но если захочешь когда-нибудь об этом поговорить, то я буду здесь, в Дакаре. И неважно, через сколько дней, месяцев или лет это будет. Ты понял меня?

- Да, - выдохнул Пандар бете прямо в губы, он обхватил любовника за талию и мягко перевернулся на бок, увлекая его за собой. Их лица оказались на одном уровне, но Шало подтянулся выше, и мужчина уткнулся в острую ключицу носом. Говорят, что беты совсем не пахнут, по крайней мере уж точно не так, как омеги, но Пандар чувствовал смесь каких-то запахов, которые успокаивали его натянутые до предела нервы. Шало пах немного мылом, чуть-чуть чем-то цитрусовым и еще чем-то ужасно своим, присущим только ему одному. Бета запустил руки в его волосы, стал их рассеянно перебирать, пропуская между пальцами, изредка задевая шею, и от этих невесомых касаний тоже становилось как-то легче. Напряжение постепенно покидало тело, и Пандар глубоко вздохнул.

- Твои волосы такие от природы? - вдруг спросил Шало.

- Нет, - бета кожей почувствовал ухмылку альфы. - Я совершенно седой.

Бета помолчал с минуту, Пандар решил бы, что он уснул, если б пальцы не перестали перебирать его волосы.

- Ты поседел тогда, много лет назад?

- Кажется, кто-то не хотел ничего из меня вытягивать, - холодновато произнес альфа, отстраняясь.

Он подтянулся выше, и теперь лица любовников оказались на одному уровне. Серебристые глаза смотрели в кофейно-карие, не мигая. Шало выдержал взгляд, не стушевавшись. Молчание повисло в воздухе почти осязаемо, бета был уверен, что вот-вот, и мужчина встанет с кровати и уйдет к себе, но большие ладони с длинными пальцами все так же оставались на талии.

- Да, - наконец ответил Пандар. Затем снова помолчал. - Я не помню, в какой момент это произошло. Просто однажды в свете факела увидел, что волосы совсем белые… Тогда я еще не видел себя… измененного.

Шало молчал. Пандар смотрел ему прямо в глаза, и бета не смел отвести взгляда. Он понимал, что должен что-то сказать, но любые слова сочувствия казались ему какими-то несерьезными и неуместными.

Сочувствую, что тебя препарировали как лягушку? Мне жаль, что кто-то сломал тебе жизнь? Прости, что спросил, как тебя пытали изо дня в день?

Это нелепо и смешно.

- Давай спать, произнес Пандар, опустив взгляд, погладив бету по щеке. - Скоро рассвет, завтра много дел. Тебе нужно выспаться.

- Не делай этого, Пандар, - тихо произнес Шало. - Не делай вид, будто ты ничего не сказал сейчас. Мне не выразить словами, как я сожалею. Если бы я мог, то возместил бы тебе каждый потерянный год твоей жизни. Но я не могу. Все, что я могу просить тебя - это жить дальше. Я знаю, это чудовищно звучит, нелепо и смешно… Но отпусти себя и свое прошлое. Оно камнем висит на твоей шее, мешает дышать полной грудью, взлететь в небеса словно ты птица. Ты великий человек. Я не встречал таких. Но снять с себя удавку сможешь только ты.

- Я знаю, - едва слышно ответил мужчина, прикрыв глаза. - Но не могу. Не получается.

- Я помогу тебе как смогу, клянусь, - Шало невесомо поцеловал мужчину в губы. - А теперь спи и ты и знай, что ни один кошмар отныне тебя не потревожит, потому что я охраняю твой покой.

_ _ *

Эдмунд укрылся одеялом почти с головой и блаженно вздохнул. Чезаре уехал на пару дней по делам, оставив с Демиеном и новорожденным Россом, и омега страшно вымотался за это время, несмотря на помощь Айви и Милы. Все-таки разница между детьми была совсем небольшая, Демиену было трудно объяснить, почему его не берут на руки так часто, как раньше, он обижался, дулся, иногда даже плакал без повода, что Эдмунда просто убивало. В такие минуты он разрывался на части и чувствовал себя донельзя плохим отцом. Чезаре должен был вернуться только завтра, и Эдмунд раскинулся посреди кровати, уткнувшись носом в подушку.

Надо сказать, что муж уезжать совсем не хотел, поначалу он даже не говорил Эдмунду, что куда-то собирается, и если б омега случайно не увидел письмо на столе мужа, то альфа так никуда бы и не поехал. Но семью надо было кормить, дом и прилегающие к нему земли содержать, а Чезаре приходилось быть крайне осторожным со своими перевозками, чтоб Аяла, который наверняка следил за каждым его шагом даже спустя столько времени, не прицепился к чему-то. Чезаре, привыкшего к почти безграничной свободе в этом смысле, такое положение дел раздражало, так как здорово осложняло его отношения с поставщиками, но мужчина не смел переступить черту даже в малом. Он слишком ценил то, что имел сейчас. А потому шанс встретиться с каким-то не бесперспективным изобретателем был как нельзя кстати. Если товар стоящий, то Чезаре мог заполучить эксклюзив, и Эдмунд это тоже прекрасно понимал, а потому почти вытолкал альфу из дома.

Когда омега уже почти уснул, где-то на периферии сознания услышал тяжелые шаги в коридоре. Эдмунд улыбнулся краем губ. Дверь тихо открылась, шаги стали громче, затем послышался шорох снимаемой одежды. Кто-то отогнул одеяло, и кровать слегка прогнулась под немалым весом. Большие горячие руки осторожно обхватили за талию и слегка подвинули Эдмунда. Омега с трудом разлепил глаза и сонно улыбнулся мужу.

- Я думал, ты будешь завтра, - пробормотал Эдмунд.

- Спи, - выдохнул Чезаре. - Все пошло на удивление быстро. Я заключил очень выгодный договор. А еще получил письмо от Змея.

- От Пандара? - Эдмунд сразу проснулся. В голосе зазвучала неприкрытая тревога.

- Успокойся, - мужчина успокаивающе погладил мужа по спине. - Все с Шало в порядке. Пандар написал, что надеется на скорую развязку.

- Шало пишет про это уже который месяц, - вздохнул Эдмунд.

- Ты не дал мне договорить, - блеснул лазами Чезаре. - Это была только одна половина письма.

- А другая?

- А другая была почти вся отдана твоему Шало, - Чезаре помолчал. - Я сначала удивился, получив письмо длинной почти в страницу. Обычно Змей ограничивается парой строчек.

- Ты думаешь…? - Эдмунд вопросительно посмотрел на мужчину.

- Я ничего не думаю, синеглазка. Могу только сказать, что это необычно.

- Забавно, что у Шало структура письма почти такая же, - задумчиво протянул Эдмунд. Чезаре усмехнулся и придвинул мужа вплотную к себе.

- Спи. Иначе я за себя не ручаюсь.

- Мне еще нельзя, - вспыхнул Эдмунд.

- Поверь мне, что только это меня и останавливает.

Комментарий к Глава 20

- 3 экзамена. Осталось еще 4.

========== Глава 21 ==========

Подготовка ко дню рождения повелителя шла полным ходом. Дакар украшали на всякий манер: улицы готовили к огромной процессии, которая должна была прошествовать от дворца по центральной улице, обогнуть город кругом и вернуться обратно, ветки деревьев были увешаны крошечными колокольчиками, которые позвякивали из-за морского бриза, и столица будто пела, каждый лавочник считал своим долгом украсить витрину лентами, на свет вытаскивались лучшие предметы роскоши и достатка, цены на вино снижались с каждым днем, люди веселели, открывали сундуки, доставали праздничные наряды… Словом, Пандар никогда не видел столицу столь праздничной, да и Шало, по правде сказать, тоже. Только вот он не чувствовал радости от того, что его так любят подданные, мысли то и дело возвращались к Галиусу.

Шало пытался поговорить с Пандаром насчет этого, но альфа все время ловко уходил от разговора, раз за разом переводя тему, и бета оставил свои попытки. В конце концов, мужчина попросил его поверить. И Шало обещал, что сделает это, что не усомнится, не отступит. Но день икс неумолимо приближался, и бета все четче видел перед собой самодовольное лицо Галиуса. А ведь в случае чего за него придется выйти. Наступить на горло своей гордости, забыть, что ты король, смириться, что теперь придется спрашивать позволения и слушаться. И спать в одной постели. Омерзительно.

Странно, но бета слабо представлял себе в своей постели кого-то помимо Пандара. Ласкать другого мужчину, чувствовать его толчки внутри себя… Шало понимал, что их отношения с альфой не могут длиться вечно. Даже если не придется выходить за Галиуса, даже если Пандар решит остаться после всего… Боги, как много всяких “если”! Но даже если все будет так… Однажды Шало придется жениться, чтобы продолжить королевскую династию. Это был его долг. Но смирился бы с этим Пандар? Впустил бы к ним кого-то третьего? Шало и сам не мог представить себе подобных отношений, что уж говорить о альфе, который при всей своей холодности явно был собственником, хотя и пытался этого не показывать. Но Шало чувствовал. Равнодушный человек не стал бы обнимать его во сне. Вот и сейчас бета чувствовал его руку на своей талии.

Бета осторожно отполз к краю кровати и бесшумно встал, затем замотался в простыню и вышел на террасу. Он был удивлен, что Пандар не проснулся. Раньше даже шаги за дверью могли потревожить его неглубокий сон, но теперь, кажется, мужчина стал спать крепче, что Шало весьма радовало. Он представить себе не мог, какой ужас пережил этот человек, что даже спустя столько лет просыпается от шороха. Что бы мужчина себе не воображал, как бы себя не убеждал, прошлое не отпускало его ни на шаг, стояло за спиной и дышало смрадом смерти в спину. Оно мешало ему жить, перекрывало кислород, лишало даже надежды на счастье, и Шало не знал, сможет ли Пандар это преодолеть. Пожалуй, никто кроме него не мог это знать.

Было ли в его жизни что-то светлое? Хотя бы, чтоб за это можно было уцепиться. Пандар никогда ничего о себе не рассказывал, да Шало и не спрашивал, не знал как. Завести разговор с нуля было невозможно, а Пандар, чувствуя, куда поворачивает беседа, мгновенно менял курс, даже когда бета и не планировал ничего спрашивать. Шало совсем ничего о нем не знал. Как-то раз, когда бета горевал по матери, Пандар вскользь упомянул о своей. Но на этом все. Была ли у него семья, отец, друзья или все померкло спустя столько лет, растворившись в одиночестве и тоске? А ведь в одиночестве помимо очевидного есть еще один страшный нюанс - к нему привыкаешь. Да, тебе плохо, тоскливо, но страх оказаться обманутым и преданным сильнее, чем желание быть любимым, и человек уже не пускает к себе никого. Это самое страшное.

- Я проснулся, а тебя нет, - негромко произнес Пандар, выступив из тени проема. Полная луна осветила его бледную, почти белую кожу, и Шало смог различить синеватую вязь вен на его руках. - Не спишь из-за луны?

- Наверное, - пожал плечами бета. Мужчина обнял его со спины, и Шало глубоко вздохнул. На душе вдруг стало так тоскливо. Бета прикрыл глаза, Пандар всегда безошибочно читал его именно по глазам, а сейчас ему этого отчаянно не хотелось.

Альфа промолчал. Он почти кожей ощущал не произнесенные слова, витавшие в воздухе. Но сам был не в силах это преодолеть. Шало накрыл его руку своей, мужчина невесомо прикоснулся губами к шее.

- Кажется, теперь моя очередь спрашивать, что с тобой, - тихо произнес альфа. Он видел, как у Шало дрогнули уголки губ, будто он хотел улыбнуться, но сдержался.

- Ничего, - легко ответил бета, слегка пожав плечами. - Совершенно ничего.

Пандар помолчал. Он смотрел, как лунный свет падает на шею и плечи Шало, окутывает всю его фигуру, будто лаская, и думал, что бета сейчас очень красив. Будто ночное видение из легенд, которое приходит к измученным воинам на поле битвы, чтоб перевести их по лунной дорожке в иной мир.

- Грустный, но красивый образ, - негромко сказал Шало. Видимо, Пандар не заметил, как озвучил мысли. Такого с ним уже сто лет не случалось. - А ты похож на странного молчаливого бога из сказок. Может, нас обоих занесло в этот мир случайно, а на самом деле мы совсем не отсюда и потому обречены на вечное одиночество? - бета повернулся к мужчине лицом.

- Может быть, - тихо ответил Пандар. Он видел грустные, полные тоски глаза Шало прямо перед собой. - Но раз нас обоих занесло сюда, значит, все-таки мы не совсем одни? - мужчина чуть улыбнулся и погладил бету по щеке. - Только послушай, о чем мы говорим.

- Это все луна, - печально улыбнулся Шало. - Она нас околдовала. Но скоро ее вытеснит солнце, и чары рассеются.

- Иди сюда, - пробормотал мужчина, подхватив бету на руки. Тот охнул и обнял альфу за шею, положив голову на прохладное плечо. Пандар сел на постель, но Шало с рук не спустил, бета слегка потерся носом о его ключицу и затих. - Спи, - мягко сказал мужчина. - И ни о чем не думай.

- Я стараюсь, - тихо ответил бета. Он хотел сказать, что его волнует, что будет после всего, но не решился.

_ _ *

Шало оказался прав. Едва солнце выгнало ночное светило с небосклона, как странный разговор, завязавшийся ночью, был начисто забыт. По крайней мере оба собеседника старательно делали вид, что это так.

Пандар понял, чего больше всего боится Шало. Одиночества. Конечно, жить как волк-одиночка и выть на луну, когда становится совсем худо, не хотелось никому, но все же… Это состояние Пандару было привычно и знакомо, в конце концов, половину сознательной жизни он готовил себя к судьбе вот такого вот одиночки. Что он будет жить отшельником в какой-то дыре, пока смерть не заберет его с собой, и об этом даже никто не узнает. В лучшем случае найдут скелет через год или не найдут никогда. Альфа запрещал себе думать не то что о друзьях или семье, а просто о том, чтоб жить среди людей, думая, что это невозможно. Раньше так оно и было. А теперь? Пандар не мог точно ответить на этот вопрос.

Он не мог не признать, что Шало стал занимать почти все его мысли. Мужчина понятия не имел, является ли то чувство, которое крепло где-то глубоко у него в душе, любовью или чем-то еще, он знал только, что желал Шало только добра и безграничного счастья. С ним или без него.

Шало же все думал, что произойдет, попроси он Пандара остаться. Альфа мог согласиться или отказаться с равной вероятностью. Но больше всего бета хотел, чтоб мужчина решил не покидать Дакар сам. Шало ни в коем случае не хотел удерживать его просьбами или жалкими мольбами, хотя и пока не представлял, как будет обходиться без этого альфы рядом. Что греха таить, он привык к тому, что Пандар всегда где-то тут, даже когда его не видишь, привык, что он обнимает его по ночам и просыпается от резкого движения. Жизнь без всего этого станет… неполной. Пресной.

Но думать долго по этому поводу бете не удавалось, подготовка к своему двадцатому дню рождения. Надо ли говорить, что приближение праздника Шало ничуть не радовало? Но он раз за разом наступал на горло своим страхам и сомнениям, слепо подчиняясь указаниям Пандара. Пришлось даже распустить слух, что на балу будет объявлено о помолвке с Галиусом, более того, Пандар сказал сделать так, чтоб от этом не узнал разве что мертвый, и Шало не сомневался, что донесли уже даже северянину.

В столицу постепенно стекались гости. Это были не только короли или послы с целыми делегациями, благодаря которым дворец стал Шало напоминать диковинный базар - много чужих людей в разномастной одежде, говорящих на своих наречиях и языках - но и купцы, путешественники, мастера, циркачи, маги, факиры и сотни и сотни других. Дакар за несколько дней стал будто вдвое больше, днем было не протолкнуться, а ночью улицы превращались в бесконечные арены, где каждый стремился продемонстрировать свое искусство или свой товар. В другое время Шало вытащил бы Пандара из дворца и заставил бы ходить с ним в ярких плащах по освещенным украшенным улицам, но сейчас было совершенно не до того. Бета пытался выведать, что задумал альфа, что пришло ему в голову, но говорил лишь, что если он прав, то Шало будет свободен навсегда. Звучало более, чем хорошо.

Пандар четко следовал намеченному плану. Чем больше он продвигался вперед, тем больше уверялся в том, что все делал правильно. Клубок заговора поддавался все охотнее с каждым днем, мужчина почти воочию видел, какая ниточка куда ведет, и это должно было бы радовать его, если бы не одно “но”. Если раньше альфа тешил себя надеждой, что удастся сохранить все в тайне от Шало, то теперь он понимал, что это невозможно. А делать ему больно мужчина не хотел. Просто не мог. И самое страшное, что выхода другого не было.

_ _ *

Бал по случаю дня рождения повелителя должен был быть через пять часов, знаменуя собой начало целой недели разнообразных торжеств. Огромный бальный зал драили с самого рассвета, носили туда цветы, на кухне было не протолкнуться, а в комнатах с самого утра царили мастера щеток и тканей, каждый желал предстать в самом роскошном виде. К тому же, торжество такого масштаба было прекрасным поводом укрепить старые союзы и заключить новые. Шало недавно был на большой политической арене, толком не успел проявить себя, поглощенный внутренними проблемами своей страны, а потому он был довольно интересен для всех остальных. К тому же бета был молод, недурен собой и свободен, что тоже внушало определенные надежды, не смотря на слухи о грядущей помолвке.

Галиус приплыл на своем огромном мрачном корабле еще три дня назад. Шало отправил послов встретить его, удостоил всего одним завтраком наедине, с трудом выдержав надменный, даже победный блеск глаз альфы, который словно говорил, что Галиусу глубоко наплевать на нынешнюю холодность беты, потому что мужчина победил, и на самом деле бета скоро будет его, а потому Шало больше с ним не встречался. Пандар же вообще ни разу не показался северянину на глаза, хотя и не сомневался в том, что тот в курсе, что мужчина все еще во дворце. Если все пойдет как надо, и альфа прав, в чем он был почти уверен, то Пандар сможет избавить Шало от этого вояки раз навсегда, что не могло не греть душу. Так же альфа видел, как во дворец прибыл король Валлирии.

Локхард сильнее раздался в плечах с того раза, как Пандар видел его в последний раз на суде, но взгляд светлых глаз остался все таким же спокойным и уверенным. Мужчина случайно встретился с ним глазами, когда король поднималась по лестнице со своими послами, Пандар был в своей человеческой форме, поклонился. Он был уверен, что Локхард его узнал, хотя не подал виду. Хороший правитель, могущественный, сильный, но честный. Хорошо бы Шало с ним нашел общий язык, тогда ему было бы чуть легче. Валлирия сильна, а после союза с водным народом у нее еще и явное преимущество на море перед любым морским государством, с каким бы то ни было флотом.

Помимо Локхарда прибыла еще рыжеволосая королева, которая как-то по-стариковски ходила, хотя старухой вовсе не была. Кажется, теперь это нынешняя владычица Холмстара. Приехали послы из всех близлежащих государств, даже из Рахмора, хотя страна некромантов была совсем не близко. Шало пропадал на встречах целыми днями, к вечеру падая от усталости. В такие моменты Пандар даже сам его раздевал и укладывал спать, ложась рядом, и бета всегда доверчиво как ребенок приваливался к его боку и тихо дышал куда-то в шею, почти мгновенно засыпая.

Оставив Шало на последней встрече перед балом, Пандар решил скрыться с глаз всех присутствующих. Хотя гости и делали вид, что не замечают его, альфа слишком хорошо чувствовал любопытство и недоверие к своей персоне. Время до бала альфа потратил с толком, еще раз все проверил, перепроверил, а затем стал готовиться к предстоящему торжеству. Шало настоял на том, чтоб Пандар присутствовал, да и сам мужчина не собирался отходить от беты.

На своей кровати мужчина обнаружил баснословно дорогой костюм черного цвета, состоящий из брюк, рубашки и сюртука простого кроя, но из какой-то легкой, чуть блестящей ткани с неброской вышивкой. Одевшись, Пандар почувствовал себя не в своей тарелке, в зеркале отражался какой-то незнакомый, чужой человек со странными глазами. Что делать с волосами мужчина не знал, а потому заплел привычную косу и завязал ее черной атласной лентой, после чего просто стал ждать Шало. Бета вскоре появился в арке террасы.

Пандар никогда не видел его таким. Высокий, статный, молодой, красивый, от него веяло величием и силой, непоколебимой уверенностью в своем праве и своей власти. Непокоренный никем. Золотой обруч поблескивал в волосах, перстни украшали руки, идеально сидящий костюм подчеркивал каждый изгиб сильного молодого тела. Что любопытно, Шало был в бордово-черных тонах, и его наряд прекрасно гармонировал с нарядом Пандара, будто они…

- Ты так мне ничего и не скажешь? - негромко спросил Шало.

Пандар встал с кровати и подошел вплотную к нему.

- Я не умею говорить комплиментов, - глухо произнес мужчина, - а сейчас уместны только они.

Шало усмехнулся. Он все еще молчал и смотрел на Пандара так, будто хочет не то сказать что-то, не то поцеловать его, но почему-то не может решиться, и мужчина тоже не мог заставить себя пошевелиться. Но тут постучали в дверь спальни, затем она отворилась, и вошедший распорядитель доложил, что все готово. Шало только кивнул, незваный гость покинул комнату, оставив их одних. Пандар приглашающе махнул рукой на дверь, пропуская бету вперед, Шало помедлил какое-то мгновение, а затем пошел вперед, и мужчина отправился за ним следом.

Они не могли идти рядом, хотя Шало многое бы отдал, чтобы это стало возможным, но бета слышал мерные шаги альфы позади себя, и это несколько успокаивало расшатанные нервы. Каким-то шестым чувством Шало понимал, что сегодня все изменится, и он отказывался представлять себе, в какую сторону. Неизвестность всегда страшила его сильнее, чем что бы то ни было, и только доверие к Пандару удерживало Шало от откровенной паники. Но внешне этого нельзя было заметить: лицо оставалось бесстрастным, в глазах не мелькало ни единой эмоции, и здесь бета мог почти гордиться собой.

Блеск зала почти ослепил его. Стоило огромным дверям открыться, как все смолкло, люди почтительно расступались, образуя живой коридор к трону и склоняясь в низком поклоне, когда Шало проходил мимо них. Тысячи свечей освещали огромное помещение, их свет отражался от стеклянных бокалов, драгоценностей, цветочные композиции источали дивный аромат, добрая сотня пар глаз не сводила глаз с Шало, пока он шел к трону. А Пандар не сводил глаз с них. Он случайно поймал взгляд Майкла, но тот быстро отвел его. Его костюм прекрасно гармонировал со светлыми волосами. Мужчина встал за троном беты, Шало произносил длинную приветственную речь, а альфа все наблюдал за людьми в зале, готовый заметить малейшее поползновение в сторону короля.

В первых рядах были монархи и их приближенные. Локхард, Капитолина, северянин, король Валенсии, Рахмора, множество послов, монархов близлежащих земель, все слушали Шало внимательно, без какого-либо проявления эмоций. Вышколенная публика, ничего не скажешь. Только у Галиуса уголки губ были чуть приподняты, будто он чуть улыбался. Конечно, он и не считал нужным скрывать, как он доволен нынешним положением дел. Пандар многое бы отдал, чтобы вызвать этого человека на поединок, помучить хорошенько, измотать, лишить сил, а затем вырвать сердце из грудной клетки или проткнуть мечом насквозь. Это бы определенно подняло мужчине настроение.

Шало замолк, зал разразился громогласными аплодисментами, откуда-то раздалась музыка, кажется, с открытой террасы, гости ожили, снова начали разговаривать, послышался звон бокалов, а Шало сел на трон. Он чувствовал себя опустошенным. Бета смотрел на людей перед собой, и ему казалось, что он находится перед огромным бассейном, наполненном хищными рыбами и ядовитыми водорослями, которые маскируются под золотые рыбки и кувшинки. Все они хотели сожрать его и Дакар. Сзади зашуршала ткань, Шало почувствовал едва уловимый аромат сандалового мыла, Пандар чуть наклонился к нему.

- Все в порядке? - едва слышно осведомился мужчина.

- Ты мне скажи, - так же ответил Шало. - Я должен сидеть здесь или могу поприветствовать гостей?

- Как будет угодно, мой повелитель, - прошелестел альфа, и уголки губ беты дрогнули будто от сдерживаемого смешка. Шало встал со своего места и втек в толпу гостей, а Пандар Остался стоять на возвышении, отсюда было видно весь зал.

Долгих два-три часа ничего не происходило. Шало переходил то к одним, то к другим, беседуя с гостями, выслушивал поздравления, негромко по-светски смеялся, не улыбаясь при это глазами, словом, всячески изображал радушного хозяина, Пандар не выпускал его из виду. Затем музыкантов пригласили в зал, они заняли нишу в западной стене, начались танцы. Шало тут же оказался в паре с Галиусом. Альфа слегка улыбался, но ничего не говорил, Шало так же хранил молчание, но Пандар видел, как холодны его глаза, как напряжена спина. К счастью, в этом танце после каждого тура пары меняли партнерами, и бете недолго пришлось терпеть общество этого человека. Он бросил взгляд на Пандара, но тот мгновенно отвел глаза. Настроение, и так находившееся где-то между “плохо” и “никуда негодно”, плавно опустилось до отметки “омерзительно”.

Глядя на то, как Шало кружится в танце с этими вельможами и королями, Пандар в сотый раз подумал, какая пропасть между ними. Это очевидно для альфы, и скоро станет очевидно и для Шало. Разрыв неизбежен. Пандар стиснул зубы, сжал кулаки так, что ногти сильно впились в ладонь, но эта боль была слишком ничтожна, чтоб заглушить то, что творилось внутри. Мужчина заставил себя вернуться мыслями в этот зал и снова смотреть за Шало, который о чем-то беседовал с королем Валлирии. Но тут альфа заметил светловолосую макушку Майкла в странной близости от Шало. Альфа напрягся всем телом, он чувствовал, что готов сорваться с места в любую секунду. Вот маг заходит за спину, подходит ближе… еще ближе… Кровь начинает шуметь в ушах, Пандар видел только Майкла и Шало, маг поравнялся с бетой, альфа не заметил, как слегка выставил вперед правую ногу, и… Майкл прошел мимо. Пандар медленно выпустил весь имевшийся воздух из легких. У него взмокла шея. Но облегчение было минутным, мужчина кожей чувствовал опасность, каждая клетка его тела требовала обратиться в боевую форму, но Пандар заставлял себя держаться. Еще не время.

Майкл неторопливо перемещался по залу, разговаривал только тогда, когда беседу с ним заводили первым. Пандар старался не выпускать его из виду, но не спускал глаз с Шало. Это было труднее, чем казалось на первый взгляд. Вот бета сам начал разговор с Галиусом, тот что-то ему отвечал, Пандар смотрел на них обоих, и что-то цепляло его взгляд, какая-то мелочь, но мужчина никак не мог понять, что это было. Время от времени северянин поправлял свои волосы, отпивал вино из бокала… Вот Майкл прошел мимо них почти вплотную, непозволительно близко для особ такого ранга, но не задел их. В чем дело? Маг отошел на приличное расстояние, снова стал циркулировать по залу, а Галиус тем временем приглашающе указал на арку террасы, Шало бросил взгляд на Пандара, и покинул зал. Альфа постоял пару минут, внимательно следя за Майклом, но тому, казалось, не было никакого дела до отсутствия Шало, а потому Пандар немедля покинул свой наблюдательный пункт и стал, не торопясь, протискиваться сквозь толпу на террасу.

- Сегодня удивительная ночь, не находите? - низко спросил Галиус, подавая Шало руку, чтоб тот спустился по коротким широким мраморным ступеням. Бета усилием воли заставил себя ответить на этот жест. Рука альфа оказалась странно холодной.

- Как на мой вкус, ничего примечательного, - негромко ответил бета. На террасе было почти пусто, несколько пар прогуливались вдоль ограды, луна освещала притихший сад. - Хотя, возможно, это потому что я привык к южным ночам. На севере, говорят, они не такие.

- Вы правы. Звезды не такие яркие, а небо никогда не бывает настолько черным. На севере многое по-другому, но я рад, что некоторые вещи схожи между нашими странами, - альфа внимательно глянул на бету. Шало сделал вид, что ничего не заметил. Краем глаза он увидел мелькнувшую в проеме фигуру Пандара. Стало на каплю легче.

Альфа внимательно наблюдал за действиями северянина. Вроде бы ничего необычного: взмах руки, вот Шало что-то ответил, наклон головы, взял бокал со столика правой рукой… Но что-то было не так. В проеме террасы мелькнула голова шевелюра Майкла, Пандар чуть развернулся, чтоб видеть и подход к террасе, и Галиуса с Шало, а сам ушел в тень. Сливаться с местностью он умел хорошо. Вот Майкл вышел на террасу, чуть поклонился королям, пройдя мимо них, и спустился по ступеням в сад. Галиус предложил Шало руку, бета снова ее принял, и… они тоже спустились в сад. Пандар отделился от стены, подошел к ограде. Внизу стояли стражники, Галиус и Шало неторопливо шли по широкой аллее. Бета шел справа.

Справа…

- Знаю, сейчас не время, но позвольте выразить свои соболезнования, - проговорил северянин. - Ужасно, что вас постигло такое горе.

- Благодарю вас, - холодно ответил Шало. - Я уже несколько оправился от трагедии.

- Отрадно это слышать, - они дошли до развилки. - Какой путь выбираете, Ваше Величество?

- Предоставлю право выбора вам, - ответил Шало. Они свернули влево и пошли дальше в молчании. Бете послышались чьи-то шаги за живой изгородью. Пандар? Он напряг слух, хотя Галиус будто ничего не заметил. А ведь он воин. Шагов больше не было.

Шало искоса глянул на мужчину: лицо будто высечено из камня, взгляд льдистых глаз устремлен вперед, губы слегка поджаты, на скуле у самого уха был виден тонкий белесый шрам, могучий разворот плеч, широкий торс, сильные руки. Это все не шло ни в какое сравнение с звериной гибкостью и силой Пандара. Но одно альф роднило: ни северянина, ни Пандара молчание не смущало.

- Полагаю, вы хотели бы поговорить со мной насчет нашего уговора, - проговорил Шало, первым нарушив тишину. Они ушли глубоко в сад, шум дворца остался позади, стал слышен стрекот сверчков. Галиус моргнул, будто возвращаясь откуда-то из глубины своих мыслей. Он помолчал, чем несказанно удивил Шало.

- Да, конечно, - наконец ответил мужчина. - Что вы предлагаете? - Галиус посмотрел Шало в глаза. Что-то нехорошо екнуло у беты в животе, он вдруг вспомнил, что Пандар довольно далеко, в саду ни души, а из оружия у Шало ничего нет. Но как взять с собой кинжал на бал? В роли него был Пандар. - Что-то случилось? - низко спросил Галиус, остановившись. Шало тоже остановился прямо напротив него. Он посмотрел в глаза альфе.

В последний раз Галиус был самодоволен, а после отъезда не упускал шанса напомнить Шало об уговоре. Теперь же он молчит… будто выжидает чего-то. Или же…

- Я предлагаю следующие условия, - медленно начал Шало, на ходу прикидывая, что будет делать, если страшная догадка окажется верна. Боги, какой он идиот! И где Пандар? - Как мы и договаривались, я посещу вашу страну через пару месяцев, после чего выйду за вас замуж.

- Ах, вы об этом, - усмехнулся Галиус, сверкнув глазами, и у Шало все похолодело внутри. - Разумеется.

Бета чуть улыбнулся. Он поежился. Этот сад - почти что лабиринт, не зная его, найти кого-то весьма сложно. У Шало явное преимущество: он более юркий, быстрый, а альфа рядом с ним куда менее подвижен из-за своих габаритов, по крайней мере бета на это искренне надеялся.

- Думаю, нам пора вернуться, - произнес Шало, поворачиваясь к мужчине боком, так, чтоб видеть и его, и единственно возможный сейчас путь отступления. - Я буду плохим хозяином вечера, если позволю гостям скучать так долго.

- Разумеется, - спокойно ответил Галиус, Шало уловил резкое движение его руки и ушел влево. Тренировки с Пандаром не прошли даром. В лунном свете заблестел металл. - Догадался, значит, - прошипел альфа, сузив глаза. Шало сделал шаг назад, как вдруг от живой изгороди к Галиусу метнулось нечто размытое, альфа отскочил назад. Бета отошел еще на пару шагов, не желая становиться участником поединка. Сражаться ему было нечем.

- Ты в невыгодном положении, - произнес Пандар. Он уже давно обрел свою боевую форму, смертельно опасные когти удлинились, зрачок вытянулся и стал узким-узким и каждый нерв вибрировал от предчувствия драки. - Против меня надо идти с огнем, а не с кинжалом. Сдайся, и будешь жить.

- А на что мне такая жизнь бастарда? - выкрикнул мужчина. - Смотреть, как он занимает мой трон? Я лучше сдохну, но утащу ублюдка с собой, - буквально выплюнул последние слова альфа.

- Почему трон твой? - спокойно спросил Шало, подходя ближе. Пандар скосил на него глаза, но ничего не сказал. - Кто ты?

- Спроси это у своей матери, - Галиус чуть подался вперед. Пандар весь подобрался, будто готовясь к прыжку. Альфа картинно повертел кинжал в руках. - И знаешь, Змей, ты кое-что упустил, - усмехнулся убийца.

И в следующее мгновение мужчину будто снесло какой-то неведомой, невидимой силой. Его буквально швырнуло оземь, да еще и с такой силой, что он даже не пытался подняться. Пандар встал перед Шало, готовясь отразить атаку невидимого врага, но ее не последовало. Вместо этого из-за мраморной статуи впереди показался человек, в котором Пандар узнал Майкла.

- Спокойно, - произнес маг, подняв кверху руки, но Пандар не спешил расслабляться. Все-таки он маг. - Я ударил его энергией, долго еще не очнется. Да брось, Змей, если б я хотел убить тебя или повелителя, то сделал бы это давно.

Довод был разумным. Пандар позволил себе медленно выдохнуть, но обращаться в человеческую форму пока не собирался. Шало вышел из-за его спины.

- Что ты тут делаешь? - как-то буднично осведомился Шало, словно происходящее было обычным делом.

- Я потратил много энергии на тренировке, не успел восполниться, и потому, войдя в зал, почувствовал сильный источник энергии, - пояснил маг, подойдя к Галиусу. Он нащупал под его рубашкой кулон и сорвал с шеи. Мужчина стремительно стал меняться, и вскоре перед присутствующими предстал помощник лекаря. - Вот это мощный накопитель энергии. Конечно, у меня ушло много времени, чтоб понять, кто это носит, - пожал плечами Майкл, - потому что амулетами в зале пользовались почти все и каждый, но не такими мощными. Но в конце концов, я нашел его.

- Почему не сказал мне? - скривился Пандар. - Сэкономил бы мне время.

- Не был уверен. Полагаю, стоит позвать кого-нибудь, чтоб отнести это тело, - кивнул маг на лежащего на земле парня.

- Не стоит, - мотнул головой мужчина. Он нагнулся и взвалил помощника себе на плечи словно мешок картошки. - Повелитель, возможно, вам стоит вернуться в зал? - обратился Пандар к Шало. Тот молча наблюдал за всем происходящим, явно мыслями витая не здесь.

- Ты прав, - негромко отозвался Шало. - Майкл, проводи меня.

- Разумеется.

Пандар пошел окольными путями с пленником на плечах, чтоб не встретиться ни с кем ненароком. Встретив ближайшего стражника, он приказал прочесать весь парк на предмет незваных гостей, а так же аккуратно просмотреть дворец. Пленный, все еще пребывающий в бессознательном состоянии, был лично отправлен в темницу - наследие давно минувших дней, когда Дакар был городом-крепостью, но которое иногда пользовалось спросом. Пандар лично заковал его, закрыл, а ключи забрал с собой. После этого он наведался в зал и убедился, что Шало, который успел переодеться, там в целости и сохранности. Бета бросил на мужчину вопросительный взгляд, и альфа прикрыл глаза в знак согласия. Затем он поднялся наверх, в комнату Галиуса.

На первый взгляд покои были пусты, и Пандар немедленно бы ушел, если бы не услышал громкий храп, исходящий откуда-то из шкафа. Мужчина, сдерживая смех, открыл дверцу, и на него вывалился Галиус, который от этого даже не проснулся. Ясно, что его опоили сонной травой. Сделать это нетрудно, если использовать какие-то сильные специи или вино с травами, то вкус чрезвычайно трудно заметить, а при достаточном опыте человека сморит за пару минут. А в Галиуса, судя по храпу, влили столько, что мало не покажется, но убивать не пожелали. Оно понятно, скандал слишком велик. Или хотели подставить? Хороша подстава - убийство короля Дакара. Это означало бы войну.

Пандар вернулся в катакомбы темницы. Они навевали не самые приятные воспоминания, но альфа не заострялся на этом. Когда альфа отпер камеру, пленник только-только начал приходить в себя. Он расфокусировано смотрел на Пандара, пошевелил руками, и раздался отвратительный лязг цепей, словно ножом полоснувший по ушам альфы. Убийца осторожно выпрямился, поморщившись от тянущей боли в спине. Голова же просто гудела. Пандар на него смотрел, не мигая, и пленник ответил ему столь же продолжительным взглядом. Это продолжалось несколько минут.

- Неужели не будет ни одного вопроса? - ухмыльнулся убийца.

- А зачем мне тебя спрашивать? Я и так все знаю, - пожал плечами Пандар.

- О, но не знает он, верно? - расплылся в довольной улыбке парень. - И сейчас ты прикидываешь, как заставить меня не говорить ему правды. Уверяю тебя, что не откажу себе в удовольствии разрушить весь его мир. Тебе остается лишь убить меня.

- А тебе этого хочется? - Пандар плавно покрылся чешуей с головы до пят. Он наклонился к пленнику и поднес когтистую ладонь прямо к его лицу. Парень резко подался вперед, но мужчина оказался скорее, и ядовитые когти не успели коснуться кожи. - Значит, хочется. Боишься, что мать придет за тобой? А знаешь, что я сделаю? Я объявлю на все королевство, что если твой сообщник сдастся добровольно, тогда ты будешь жить.

- Она не придет. И тебе ее никогда не найти.

- О нет, она придет, - усмехнулся Пандар. - Валенсиона бы пришла к Шало. И твоя мать придет к тебе, конечно, если ты ей и вправду дорог.

Пленник оскалился словно дикий зверь. В его глазах горела животная ненависть, давно Пандар такого не видел.

- Что мне сделать, чтоб ты этого не делал? - прошипел убийца.

- Придумай правдоподобную версию, объясняющую все твои мотивы, - чуть пожал плечами альфа. - И если хоть одна живая душа узнает правду… Ты сдохнешь в жесточайших муках, а перед этим я убью твою мать на твоих же глазах.

- Ты чудовище, - выдохнул парень.

- Я не отрицаю этого. Подумай. У тебя есть час. И да, если что, колдовать бесполезно. В этих стенах тебя шарахнет твоим же заклинанием.

И Пандар вышел. Он вернулся в зал, пробыл там какое-то время, избегая взглядом Шало. Бал близился к концу, бета был нарасхват, и у него, к счастью, не было возможности подойти к альфе. Спустя ровно час он вновь спустился к пленнику. Тот сидел все в той же позе, в какой альфа его оставил. Парень лениво повернул голову на скрип не смазанных дверных петель.

- Что ты решил?

- Я согласен. Не трогай мою мать, и никто не узнает, что на троне Дакара сидит ублюдок - произнес пленник. - Ты меня прямо сейчас убьешь или будет суд?

- Это не ему решать, - раздался властный голос от двери, и по ледяному тону Пандар понял, что Шало все слышал. А эта мразь, прикованная к стене, видела, что бета стоит в проеме. Пандар испытал жгучее желание раскроить убийце череп. Шало закрыл за собой дверь. - Рассказывай, в чем обвиняешь меня.

- С какой радости? - усмехнулся пленник. - Я не жилец, а твой ручной монстр знает все сам, но видимо, боится тебе сказать. Так что пытай его, а не меня.

Шало чуть склонил голову на бок.

- Ты бастард моего отца? - спросил бета. Пленник не ответил. - Если да, то тебе никогда не сидеть на этом троне. Я его законный сын.

Пандар прикрыл глаза. Он понимал, что Шало не остановится, пока не докопается до сути, его мир, его ощущение себя в нем рухнет безвозвратно. И бета никогда не простит Пандару, что тот пытался от него это скрыть.

- Я бы не был так в этом уверен, - произнес помощник лекаря. Шало демонстративно приподнял брови. - Да-да. Бастард здесь ты, а не я. Твоя мать, благодетельная королева, нагуляла тебя, а потом подсунула моему отцу, как портовая шлюха подсовывает…

Договорить парень так и не успел. Прежде чем Пандар успел остановить бету, тот одним метким броском отправил короткий кинжал убийце прямо в шею. Его глаза страшно выкатились из орбит, кровь фонтаном хлынула на рубашку, закапала на пол, окрашивая все в жуткий красный цвет, жуткие хрипы вырывались из его горла, цепи гремели, а Шало смотрел на это, не отрываясь, широко раскрыв глаза, а Пандар смотрел на руку беты, метнувшую кинжал. Она едва заметно подрагивала. Но вот все стихло, и Шало резко развернулся, будто не мог больше смотреть, а затем вышел из камеры. Пандар чуть помедлил, затем вытащил кинжал из трупа, обтер его об его же рубашку и спрятал за поясом. В коридоре альфа отдал распоряжение, чтоб тело незаметно убрали, вывезли прочь из столицы и зарыли где-нибудь подальше, а камеру отдраили дочиста, после чего отправился разыскивать Шало. Одним Богам известно, что у беты сейчас было в голове.

_ _ *

Шало предсказуемо оказался в спальне. Пандар вошел к нему без стука, бета стоял посреди комнаты спиной к двери и дальше не пошевелился, хотя и слышал, что теперь не один в комнате. Или все же не слышал? Пандар тихо прикрыл за собой дверь и помедлил у порога. Он не знал, что сказать, как себя вести, потому что не мог предугадать реакцию Шало. Поверил ли он пленнику? А если да… то что будет делать? Но Шало все так же не двигался, и в какой-то момент мужчине стало жутко от этого. Он медленно и осторожно, будто боясь спугнуть, подошел к бете и хотел было обнять со спины, но тот резко отшатнулся, повернувшись к мужчине лицом. Карие глаза лихорадочно, влажно блестели, лицо было так же бело как у трупа внизу. Пандар сделал шаг вперед, протянув руки, но бета ударил по ним.

- Не прикасайся ко мне, - дрогнувшим голосом приказал он. - Ответь мне, это правда? То, что он сказал, правда?

- Шало, попытайся успокоиться, - негромко попросил Пандар. Но какое там…

- Отвечай, - прошипел бета. - Отвечай или уходи из этой комнаты и больше никогда не возвращайся.

Пандар прикрыл глаза и устало потер переносицу. Он молчал, отчаянно пытаясь подобрать нужные слова, но это ему не удавалось, а лицо Шало все сильнее заострялось от шока и гнева, руки сами собой сжались в кулаки.

Бета чувствовал, что внутри него будто все умирает. Разом. Его мать, его обожаемая мать… Лгала ему всю его жизнь! Она зачала его от другого мужчины, а затем всем бесконечно врала! А отец, нет, король знал? Он догадался? Поэтому был с ним так жесток? Поэтому не упускал случая обругать или попытаться унизить? Поэтому он раз а разом отвергал его любовь и преданность? О да, теперь все вставало на свои места! Конечно, он знал. Они все знали и молчали.

- Рассказывай все, что знаешь, - каменно приказал Шало. Пандар поднял на него глаза. В другом состоянии бета был бы несказанно удивлен. Он никогда не видел у мужчины таких глаз. Глаз побитой собаки. - Как давно ты узнал и как догадался?

Пандар тяжело вздохнул.

- Меня зацепили твои семейные портреты. Что-то было в них не так, но я не мог уловить, что это было, - медленно начал альфа, внимательно следя за реакцией беты, но лицо последнего было непроницаемо. - А потом… после нашей первой ночи… Ты уснул, а я пропускал твои волосы между пальцами и вдруг все понял. Каков цвет волос у отца, таков и у всех детей. И только ты отличался. Это натолкнуло меня на страшную мысль, я полез за книгами, но ничего не нашел. Их кто-то убрал. Либо твоя мать, либо…

- Либо? - голосом, не предвещавшим ничего хорошего спросил Шало.

- Либо кхан Дугал. Я узнал про скандал двадцатилетней давности. Мол, кхан что-то натворил, а твоя мать, желая избежать волнений, уехала в северную резиденцию, забрав сестру с собой. От лекаря я узнал, что Лорэна после нескольких месяцев стала заметно округляться. Поначалу я решил, что в этом виноват Дугал. А потом связал два и два… и получил четыре, - Пандар взъерошил рукой волосы. - Тогда все вставало на свои места. Появлялся реальный мотив ради твоего убийства, потому что ни одному кхану твоя смерть по-настоящему не выгодна: начнется жуткая резня. Но вот если тебя не просто убить, а попутно втянуть Дакар в резню с другой страной, да еще и открыть правду… Вот тут бы и появился “законный” наследник. Прежде всего за ним бы пошли люди, он стал бы спасителем, и кханам пришлось бы подчиниться.

- И зная все это, ты молчал, - прошептал Шало. Глаза невыносимо жгло, бета почувствовал, как горячие соленые капли покатились по щекам. Его будто разрывало на части.

- Шало, послушай…

- Нет! - вдруг вскричал бета. - Ты послушай меня! Вся моя жизнь оказалась ложью от начала и до конца. Мне врала родная мать, меня ненавидел отец. Мне солгал ты. Как ты мог? Как ты мог утаить это от меня?!

- Я… испугался, - тихо ответил альфа. - Испугался за тебя, того, что с тобой станет. Я… не хотел делать тебе больно. Больше всего на свете я не хотел делать тебе больно.

- Но ты сделал. Сделал так, как никто не мог, - бета замолчал. Спазм сдавил его горло, добрую минуту Шало сражался с самим собой, прежде чем произнес. - Уходи. Я не могу тебя видеть.

- Я уйду, - глухо ответил альфа. Внутри него будто что-то разорвалось и так и застыло, впившись миллионами осколков в все внутренности разом. - Закончу только то, зачем ты меня вызвал с самого начала.

- Так это еще не все? - хрипло спросил Шало.

- Галиус был в сговоре с Вальмонтом, - все так же глухо произнес Пандар. - Северянин как ребенок любит новые игрушки. Как оказалось, ты давно ему приглянулся, и он стал подбираться к тебе. Но ты ясно дал понять всем и каждому, что не ищешь мужа, и вот тут объявился Вальмонт, который согласился создать Галиусу все условия, чтоб тебя завоевать, разумеется, за достойное вознаграждение. Они оба пришли к выводу, что я ужасная помеха их планам, а потому решили меня устранить, заодно лишив тебя защиты и тем самым заставив искать поддержки извне.

- И Галиус стал бы рыцарем в сияющих доспехах, - саркастично засмеялся Шало. - Но его план сорвался, погиб его человек. Боги, - бета схватился за голову, - меня окружают одни лжецы.

- Вальмонта везут в столицу, сам решай, что с ним делать. Сохранившиеся письма у Реджиса, - произнес Пандар. Он повернулся к Шало спиной и уже дошел до самой двери, когда проронил, не оборачиваясь:

- Я никогда не лгал тебе. Только хотел защитить, пускай и так глупо. Надеюсь, когда-нибудь ты это поймешь.

Комментарий к Глава 21

Остался один экзамен и, возможно, одна глава.

========== Глава 22 ==========

Шало смотрел на закрытую дверь. Больно было так, что хотелось лечь и умереть тут же, прямо сейчас… Он боготворил свою мать. Валенсиона всегда была единственным человеком, кто его любил, кто оберегал его, заботился о нем. Она относилась к Шало не как к наследнику Дакара, а как к своему ребенку. Может, потому что он не был наследником?

Боги, о чем он думает?! Мама любила его. И врала ему все жизнь. Все врали. Шало сколько себя помнил, жил долгом, ответственностью по отношению к своему происхождению и своему предназначению. Он терпел откровенную неприязнь прежнего короля, учился у умнейших людей Дакара и сражался с сильнейшими, чтоб стать лучшим королем для этой страны. Он жертвовал всем, что свойственно нормальным обыкновенным людям, раз за разом, потому что это было правильно. Для короля правильно ни к кому не привязываться, у короля нет друзей, только подданные и равные союзники, король не может позволить себе такую невообразимую роскошь как любовь, для него существует только долг… Все догмы вбивались в него строгими воспитателями и отцом с детства, едва ли не с рождения… А теперь вдруг выяснилось, что это все было не нужно. Потому что он не король. А кто тогда? Он тот, кем его создали. Вечная марионетка в чужих руках.

Так почему было не избавиться от него сразу? Король ведь мог не признать сына, мог отослать его куда подальше, подарив тем самым более счастливую жизнь. Бездна, да Шало был согласен родиться куда менее знатным и куда менее богатым, но иметь право выбора, которого у него никогда не было, зато была высокая цель. Теперь нет и ее.

Бета вышел на террасу. Ветер приятно обдувал влажные щеки, и стало чуточку легче. Шало тяжело опустился в кресло и откинулся на спинку. Взгляд упал на комнату Пандара. Там было тихо. Шало мотнул головой. У него не было сил думать про Пандара. И так было слишком плохо. В голове теснилось столько вопросов… Мать ответила бы на них. Но она умерла, и сделать это стало некому.

Разве что…

Шало сам не заметил, как оказался на ногах. Идти к Дугалу сейчас или завтра? Или не идти никогда? Но сомнения и неизвестность сожрут Шало в один прекрасный день, если он не наберется мужества и не пойдет к Дугалу, то сойдет с ума. Но сделать это… значит признать, что сказанное убийцей правда. Что он бастард. Закрыть глаза и сделать вид, будто слова пленника были ложью сумасшедшего, больше не получится никогда. И придется всю жизнь знать это и лгать всему миру. О том, чтобы открыть правду миру, Шало и не помышлял.

Дело было даже не в том, что он так хотел остаться королем этой станы. Но если он уйдет… чудовищный скандал поглотит династию и очернит ее позором на ближайшие лет пятьсот, а имя Валенсионы навсегда подвергнут забвению, словно ее никогда не существовало. Шало понял, что даже при всей обиде, поднявшейся в его душе, он не может так поступить с этой женщиной. Она делала для него все, даже подвергая свою жизнь опасности.

Шало вернулся в свою комнату, ополоснул лицо и уставился в глаза собственному отражению. Из зеркала на него смотрел уставший, вымотанный до предела человек с потухшим тяжелым взглядом. Бета переоделся в более удобную одежду, но обруч на голове оставил. Атрибут королевской власти будет полезен в разговоре с кханом. И пускай сейчас занимается рассвет, Шало был уверен, что после бала все еще никто не спит. Боясь передумать, бета быстро вышел из комнаты и энергично пошел по коридору.

_ _ *

Пандар бродил в садах вот уже пару часов. Умом он понимал, что Шало был в шоке от новостей, что он был напуган и обижен на Пандара, а потому прогнал его… Но альфе все равно было ужасно тяжело. Он ругал себя последними словами, что позволили себе так привязаться к бете, что разрешил себе не думать о том, что когда-нибудь придется расстаться. Разрешил себе надеяться, что этого не случится. А ведь знал! С самого начала знал! А теперь понял, что если Шало не будет рядом, если и вправду придется уйти, а придется непременно, то он просто не выдержит. Существование станет поистине невыносимым, потому что теперь знаешь, каково это, когда ты не один. Пандар не мог думать о своем маленьком домике в горах, об это дыре, в которую он собирался забиться. Как он мог об этом думать? Как можно было хоронить себя заживо? Ведь он не умер! Не сдох как собака в подземельях, не пал жертвой клинка в бою, он все еще дышит, живет и… чувствует. Благодаря Шало жизнь получила краски, Пандар вспомнил, каково это, когда ты чувствуешь все что угодно кроме безразличия. Но без беты… Если не видеть его, не говорить с ним, не дышать с ним одним воздухом… Вот тогда наступит смерть. Может быть, Пандар и будет все еще ходить, разговаривать, дышать, но в теле не останется ничего и никого живого. Он станет жалкой оболочкой. Тоска и одиночество навечно свяжут его по рукам и ногам, остановят сердце, которое будет все холоднее и тверже с каждым годом, а потом… потом станет все равно. Смерть наступит раньше, чем сердце остановится.

Рассвет становился все ярче, запели птицы, но Пандар не решался вернуться во дворец. Больше всего на свете он боялся, что Шало не отошел, а только утвердился в своем решении. В конце концов, Пандар тоже пытался солгать ему, утаить истину, решив все за него. А вот этого Шало не прощал никогда.

_ _ *

Шало не пошел в спальню кхана, вместо этого он отправился в свой кабинет, куда вызвал Дугала. Бета сел за массивный стол и сложил руки перед собой. Самые кончики пальцев чуть подрагивали, и Шало переложил руки на подлокотники своего огромного стула, больше похожего на трон. Нельзя, чтоб Дугал понял, как ему тяжело.

Кхан пришел через десять минут. Он уже успел переодеться, перстни, кроме одного, покинули его пальцы, костюм утратил блеск. Дугал слегка поклонился и Шало указал ему на свободное кресло. Он прошелся взглядом по нему с ног до головы: уже немолод, но все еще силен, в темных волосах уже появилась седина, карие глаза спокойно смотрят на Шало. Но молчание затянулось.

- Думаю, что вы не представляете, зачем я попросил вас прийти в столь поздний час, - произнес Шало.

- Или ранний, Ваше Величество, - чуть улыбнулся альфа. - Это зависит от точки зрения.

- Действительно. - Шало помолчал. Дугал терпеливо ждал, пока король соберется с мыслями, а бете это все никак не удавалось. Как вообще можно начать подобный разговор? - Полагаю, ваше дело не терпит промедления, - почтительно произнес кхан.

Шало неожиданно усмехнулся.

- Оно терпело двадцать лет, - холодно произнес бета, и брови альфа взлетели вверх. - Не думаю, что пара часов что-то изменили бы.

- Но вам хочется узнать все сейчас, - Дугал выпрямился в кресле. Шало уставился на него, не мигая. Кхан ответил ему таким же долгим взглядом. Они оба понимали, о чем сейчас пойдет речь, и какие вопросы будут заданы. - Думаю, что вы хотели бы узнать все с самого начала.

- Как так вышло? Вы сошлись с моей матерью, были любовниками, любили ее или что?

- Ни то, ни другое, ни третье. Мы ненавидели друг друга с самого знакомства. Оба были молоды, горячи, нам обоим тогда плохо удавалась политика. Я был женат уже к тому времени, она прибыла как невеста нашего короля… - Дугал неопределенно пожал плечами. - Шло время, неприязнь, возникшая в самом начале, перешла в жгучую ненависть. Однажды наша общая выдержка достигла своего предела и… Я опущу подробности, но потом ваша мать забеременела. Мы оба хорошо считали… Как оказалось, король тоже.

- Почему он не избавился от меня? - Шало подал вперед, жадно впитывая информацию.

- У него не было других наследников. Союз с Валенсией был нужен Дакару как воздух, избавиться от вашей матери было бы тяжело, только если обвинить в измене. А это уже совершенно другой расклад. Тем более, ссоры с ее отцом было не избежать даже в этом случае. Он ни за что не позволили бы казнить свою дочь. К тому времени ваши родители были в браке уже семь лет, и ходили слухи, что королева бесплодна, что король прогневил чем-то Богов, и те не хотят подарить ему ребенка. Ваше рождение воспринималось как знак свыше.

- А Лорэна? Сколько вообще по свету ходит моих наполовину братьев и сестер?

- Точного количества не знает никто, - Дугал прикрыл глаза. - Не знаю, как он сошелся с вашей тетей Лорэной, но когда разразился скандал, она уже носила ребенка.

- Моя мать знала? - Шало сглотнул. Ему было безумно важно это знать.

- Конечно, - усмехнулся Дугал, глядя, как вытянулось лицо беты. - Валенсиона была отнюдь не так безгрешна, как все привыкли думать. Она знала о всех увлечениях своего мужа, но была мудрой женщиной, чтоб препятствовать ему. Конечно, она знала, чей это ребенок, и поняла, что это реальная угроза. Лорэна была королевской крови, если бы Роэн вздумал обвинить Валенсиону в измене, то можно было и не ссориться с Валенсией, ведь есть другая сестра, которая уже носила его ребенка.

- Моя мать не могла…

- Могла, - неожиданно жестко припечатал альфа. - Не знаю, что там случилось, но ребенок родился преждевременно. Столкнула она Лорэну с лестницы или дала ей какое-то снадобье - это неважно. Ребенок умер спустя несколько часов после рождения, вы были вне опасности. Роэну пришлось признать вас.

Шало молчал. В голове поселилась тупая боль, которая пульсировала в висках все сильнее, а где-то внутри разлилась желчь предательства и обиды. Все оказалось ложью. Дугал ждал, когда бета поднимет на него взгляд.

- Книги, - глухо произнес Шало, не подняв головы. - Вы их забрали?

- Да. Когда Валенсиона была жива, вашу тайну оберегала она. Теперь это моя обязанность, - просто пояснил Дугал. - Я следил и буду следить, чтобы ни одна живая душа об этом не узнала. При всей моей неприязни к вашей матери и королевской династии в целом, для Дакара вы сейчас лучший вариант, а я совсем не настроен участвовать в резне за трон следующие лет пятьдесят.

- Благодарю за честность, - угрюмо произнес Шало, наконец подняв голову. - Вы можете быть свободны. И верните книги на место.

Дугал молча кивнул, затем встал и вышел. Шало не мог пошевелиться, в голове шумело, бета не слышал ничего, кроме этого шума крови, ему казалось, будто его ударили по голове чем-то тяжелым.

Тот светлый образ матери, который Шало помнил и лелеял в разлуке с ней и спустя месяцы после ее смерти, был безвозвратно разрушен. Она оказалась такой же как все. Ни больше, ни меньше.

Шало встал со своего места и вышел в коридор. Где-то между вторым и третьим этажом он натолкнулся на стражника, который сообщил, что напуганный Вальмон доставлен во дворец. Шало приказал отправить его вниз, в камеру, накормить и выдать соломенный матрас. Альфе предстоит провести там больше недели, пока бета будет собирать доказательства и созывать суд. Конечно, причина будет несколько иной, но Вальмон будет осужден. Что же до Галиуса… Шало почувствовал мстительное удовольствие при мысли, что не только может послать его далеко на свой север, так еще и сильно прижать хвост. Но альфа все еще оглушал всех своим храпом, и Шало не стал его будить, тем более, что это было невозможно. С ним он разберется позже. Куда важнее стал Пандар.

Теперь когда на Шало вылилось столько грязи, столько боли, он стал понимать Пандара куда лучше. Именно от этого он пытался его защитить. Если вот так подумать, то всякий раз, когда мужчина умалчивал что-то, он делал это только желая спасти душевное равновесие Шало, потому что слишком хорошо знал, что это такое, когда жить незачем. Шало запутался, он не знал, что ему теперь думать и что чувствовать. Все, к чему он привык, что считал своим, оказалось совершенно не тем, чем казалось. И единственной постоянной константой был Пандар.

В спальне его предсказуемо не оказалось. Шало искренне надеялся, что мужчина не воспринял его слова буквально и действительно не ушел. В таком случае бета поднимет на уши весь Дакар и закроет столицу для выезда. За несколько часов Пандар не мог уйти далеко.

Но спустя час Шало все еще не мог его найти. Как только кто-то бы обнаружил Змея, его сразу бы отправили к Шало. Но его никто не видел. Видимо, либо мужчина все-таки покинул дворец, либо где-то спрятался как раненый зверь, чтоб зализать нанесенную рану. А теперь бета не сомневался, что своими словами почти убил его. Когда солнце встало высоко, Пандара все еще не было. Шало сел на террасе, перед ним стоял завтрак, но кусок не лез в горло. Галиус по-прежнему спал, и бете оставалось только ждать. Солнце начало припекать голову, слепило глаза, и Шало откинулся на спинку. Он не спал вот уже сутки, и глаза будто присыпало песком.

- Ты искал меня? - раздался тихий знакомый голос прямо за спиной. Шало с усилием открыл глаза и глянул на Пандара. Тот выглядел спокойным, но тоже уставшим.

- Да, - едва слышно ответил бета, кивнув. Он хотел сказать, как ему жаль и как ему стыдно, что не стоило так кричать на мужчину, что он просит прощения, но голос подвел его, горло спазматически сжалось, и Шало замолчал. Но Пандар, который уже знал его лучше, чем кто-либо, все понял и без слов. Он вытянул Шало из кресла и подхватил на руки как пушинку.

Мужчина положил его на прохладные простыни и лег рядом. Бета схватился за него как утопающий хватается за протянутую руку. Он не плакал нет, только шумно сопел куда-то в шею, с силой сжимая рубашку альфы. Пандар обнял его покрепче, одной рукой обхватив за талию, а другой гладя стиснутые пальцы. Шало вздрагивал, и мужчина принялся гладить по его спине, нашептывать что-то успокаивающее, совсем несвойственное ему. Но откуда-то находились нужные нежные слова, и бета потихоньку расслаблялся.

- Она мне лгала, - выдохнул Шало отстранившись. Его глаза разом потухли, и Пандар ужаснулся этому. - Она все время мне лгала. Была такой же как все. Я думал, что она… не способна на такое. Но…

- Она любила тебя больше жизни, - тихо перебил его Пандар, посмотрев бете прямо в глаза. - Она действовала только исходя из твоих интересов, защищая тебя, как поступает любая мать. Не могло быть иначе. Она не лгала тебе, просто оберегала от той ноши, что приходилось нести в одиночку.

- Я не понимаю, кто я теперь, - тяжело произнес Шало. - Я не тот, кем считал себя.

- Ты тот, кем был всегда, - сказал мужчина, ласково погладив бету по щеке. Тот прикрыл глаза. - Я знаю, это очень трудно. Но ты тот, кем был и кем захочешь быть. Когда-то я сам думал, что я то, чем меня сделали. Но… - альфа странно запнулся, - ты показал мне, что это не так. Ты король этой страны не по праву рождения, но по праву более высокому, чем людские законы. И потом, корона - это не главное в тебе, что бы тебе ни говорили. По крайней мере… - Пандар снова замолчал. Он никогда не думал, что сказать это будет так трудно, - ты мне нужен и без нее.

Глаза Шало широко раскрылись и даже рот чуть-чуть по-детски приоткрылся.

- Я ни на чем не настаиваю, - пробормотал альфа, опустив глаза. - Я понимаю, что наши отношения эфемерны и недолговечны. Ты дорог мне, глупо это отрицать. Тем не менее, когда мне придет время уйти, а это время придет, что бы ты не говорил и не думал сейчас, я уйду. Но пока что… мне плевать на твою корону. На то, кто твои родители и что они сделали. Ты - это только ты. И ты мне нужен именно таким.

Шало по-прежнему молчал. По его лицу было невозможно что-то прочесть, и Пандар уже тысячу раз проклял тот миг, когда вдруг решил сказать, что было на сердце. На что он молодому королю?

- Что бы не думал ты, - вдруг предельно четко произнес Шало, придвинувшись еще ближе, - я никогда не прогоню тебя и не позволю уйти. Ты первый человек, который видел меня с самого начала. Ты видел мои страхи, мою боль, мои надежды. И ты принял меня таким. Позволил мне быть собой. И только рядом с тобой это возможно. Нет, дай мне досказать, - Шало поспешно прижал ладонь к губам альфы, - иначе я уже никогда не решусь, - бета глубоко вздохнул. - Я прошу тебя остаться со мной. Я не представляю другого рядом с собой, в своих мыслях, в своей душе. В своей постели, чего уж греха таить, - улыбнулся Шало, и из горла Пандара вырвался смешок. Внутри него разлилось что-то теплое и затопило его от кончиков пальцев до макушки, пробралось под кожу. Так хорошо не было никогда в жизни. - Ты останешься?

- Я никогда не мог тебе отказать, - усмехнулся Пандар, а затем легко поцеловал бету. - Теперь спи. Тебе предстоит пинком выкинуть Галиуса из Дакара, на что я с удовольствием посмотрю, а затем отправить Вальмона на каторгу. А у меня тоже есть одно незаконченное дело.

- Какое?

- Прости, но я не могу тебе сказать. Не могу поклясться, что это будет мой последний секрет от тебя, такой уж я человек, не открываю душу нараспашку. Но это мое личное. Я разберусь, и потом все. Мы сможем отдохнуть. У королей бывает отпуск?

- Нет, - тихонько рассмеялся Шало. - Но мы можем совершить паломничество по святым местам, это приветствуется. Как думаешь, дом Эдмунда в Валлирии может считаться святым местом?

- Не знаю, - хмыкнул мужчина. - Но Эдмунд живет с Чезаре уже больше двух лет…

- Он точно святой.

- Значит и дом - святое место. Теперь спи, заклинаю тебя.

- Не могу, - вздохнул Шало. - Я хочу уснуть, но голова забита.

Пандар понимающе улыбнулся, он невесомо поцеловал Шало в щеку, стал осторожно разминать его шею, плечи, спину. Мышцы были будто каменные, узлами, Шало иногда морщился, но по мере того, как Пандар разминал уставшее тело, бета успокаивался, его стало клонить в сон еще сильнее, и в конце концов, он перестал чувствовать даже прикосновения мужчины. Поняв, что бета уснул, Пандар осторожно снял с него рубашку, стараясь не разбудить, потом накрыл простыней и вышел из спальни.

_ _ *

Любопытно, старик спит или уже бодрствует?

Когда Пандар шел к лазарету, он был совершенно спокоен. Действительно спокоен. Если раньше перспектива встретиться с этим человеком приводила мужчину в ужас, то теперь он чувствовал только свою готовность распрощаться с болью, яростью, животным страхом и показным безразличием. Шало развернул его жизнь на сто восемьдесят градусов, и Пандар не собирался возвращаться в прежнее состояние. Только сейчас он понял, насколько оно… омерзительно.

Лазарет был как всегда пуст и светел. Шаги гулко отдавались эхом от сцен и в ушах альфы, но пульс все не подскакивал, кровь не шумела в ушах. Пандар почувствовал, как чешуя плавно покрывает все тело, как чуть удлиняются когти, подчиняясь его воле, а не неконтролируемому рефлексу, и испытал от этого какое-то особое удовольствие. За несколько месяцев мужчина стал тем, кем не мечтал стать даже в самых смелых фантазиях. Даже самих фантазий не было. Хотелось сдохнуть в тишине как можно скорее.

Когда Пандар стал спускаться вниз по каменной лестнице, то не услышал никаких признаков человеческого присутствия в лаборатории старика. Мужчина спустился до первой ступеньки. В помещении было прохладно, темно и очень тихо. Куда-то под кожу стал закрадываться неприятный холодок, но Пандар не обратил на это внимания. Он знал, зачем пришел сюда.

Альфа неслышно подошел к шторе, отделяющей закуток старика, помедлил секунду, а затем откинул ее и вошел. В нос ударил запах старых манускриптов, альфа различил едва слышное шипение змей и мерное дыхание старика, который спал на узкой кушетке, слегка видневшейся из-за шкафа. Мужчина бесшумно подошел вплотную к лекарю. Как такой хрупкий старикашка мог натворить столько зла? Тут лекарь пошевелился, словно почувствовав пронизывающий взгляд Пандара как прикосновение. Он осторожно перевернулся на спину. Черные глаза встретились с серебристо-серыми. Старик медленно сел. Тишину в комнате, казалось, можно было потрогать руками.

- Вам что-то нужно, Змей? - хрипло спросил лекарь.

- Верни мне почти двадцать лет жизни, - тихо произнес Пандар, чуть склонив голову на бок. Эдакий хищник, раздумывающий, поиграть с жертвой или убить сразу. Но старик, кажется, ничуть не испугался. Хотя он все понял.

- Значит, ты меня узнал, - спокойно произнес лекарь. Он не пытался встать с кровати, не пытался глазами найти в комнате что-то, чем можно было бы защититься. - Наверное, все это время ты мечтал меня убить? Хотел, чтоб я мучился как ты?

- Да, - усмехнулся Пандар. - Ты убивал меня раз за разом, а потом возвращал к жизни. Ты научил меня бояться темноты и тихого шипения змеи. Да, каждый день я мечтал, как однажды встречу тебя и сниму с тебя кожу дюйм за дюймом.

- Ты можешь ненавидеть меня и желать смерти, но когда-нибудь ты поймешь, что я был прав сделав тебя таким. Я дал тебе возможности, которых никогда ни у кого не было. Если бы Касар оказался менее..

- Меньшим садистом, - услужливо подсказал Пандар.

- Менее амбициозным и не таким закомплексованным эгоистом, таких как ты было бы больше. Со временем мы научились бы превращать вас без боли, и человеческий вид бы преобразился раз и навсегда, - в голосе старика появились мечтательные нотки. - Но Касар, как оказалось, хотел изменить только себя.

- Это ты натравил на него властей?

- Надо было это прекратить. Он зашел слишком далеко, потеряв ориентир. В конце концов, именно благодаря мне ты и твой друг смогли сбежать.

- А ты этого и хотел.

- Конечно. Какой во всем этом смысл, если бы вы сгнили там?

- Но твой план провалился. Уходя, мы уничтожили все, что создали вы. И всех.

- У вас будут дети. И мое дело все равно будет жить, - пожал плечами старик.

- Нет, - усмехнулся Пандар. - А даже если так… спустя поколения наши способности затеряются. Я прослежу, чтоб ни в одном уголке этого мира не нашлось чудовище, подобное тебе.

Уголки губ старика как-то опустились, и Пандар понял, что наконец-то нашел его ахиллесову пяту. Вот значит чего он боится.

- Я тебя не убью. Какой в этом смысл? Ты сам сдохнешь скоро. Но все твои идеи умрут вместе с тобой, - сказал альфа, чуть наклонившись к лицу лекаря. - О тебе никто не будет помнить. Я сделаю так, что всякое напоминание о тебе будет стерто с лица земли. Никто так и не узнает о твоем существовании. И я хочу, чтоб ты помнил об этом каждую минуту оставшейся жизни.

И альфа просто ушел. Он знал, что ничего не скажет ни Шало, ни Чезаре. Он и сам забудет о том, что было. Не осталось сожаления или боли, собственное превращение перестало вызывать антагонистическую ненависть и ужас. Так случилось. Его таким сделали. И он научился с этим жить.

Но никто и никогда не будет так страдать. Об этом Пандар позаботится. Так же он позаботится о том, чтобы лекаря отправили куда-то подальше от дворца, но следили за каждой минутой его жизни, чтоб ни одна записка, ни одна идея не осталась на этом свете. Все сгорит в огне.

_ _ *

Галиус уехал из Дакара через два дня. Пандар с садистским удовольствием смотрел, как отплывает от берега мрачный какого-то плоского вида корабль. На лице Шало играла легкая торжествующая улыбка, мужчина незаметно посматривал на него, и душа его почти что пела. Бета свободен. Совершенно свободен. И они понимали это оба.

Лорэну нашли через две недели. Она особенно и не скрывалась, понимая, что ее сына схватили. Узнав, что он мертв, женщина ничего не сказала. Ее глаза потухли, она будто ушла глубоко в себя и не собиралась возвращаться в мир. Ей было незачем это делать.

Шало отказался ее судить. Просто отправил в северную резиденцию и приставил охрану. Фактически, ее дом стал ее тюрьмой, и десять солдат следили, чтоб она никогда ее не покинула. В общем, Лорэна и не пыталась.

Суд над Вальмоном был короток. Обвиняли его не в покушении на короля, но в измене государству, а награда за подобное все равно смерть и вечный позор. Альфа пытался выкрутиться как мог, поднимал старые связи, но все было бесполезно. Почувствовав вкус свободы, Шало развернулся на полную катушку, окончательно проникнув во все сферы власти совета и прищучив каждого его члена за хвост. Пандару доставило определенное удовольствие доставать для беты нужные сведения. Альфа оброс потрясающим количеством связей, многие уже поняли, что он близок повелителю, а потому надеялись завоевать его дружбу, тем самым желая подобраться к Шало. Пандар видел все это, пользовался предоставленными услугами, иногда им помогал, но никогда ничего не обещал и всегда посвящал Шало в свои намерения. Так было спокойнее им обоим.

Через два месяца Шало более-менее смог привести дела в порядок, чтобы “посетить святые места”. Он жаждал отдохнуть от дворца, людей, интриг, проблем. Хотелось хоть на какое-то время разрешить себе не думать, не беспокоиться, почувствовать себя просто обычным человеком. И Шало знал, где это возможно.

_ _ *

Путешествие в Валлирию заняло неделю. В качестве транспорта были выбраны все-таки порталы, но расстояния были огромные, выдержать цепочку порталов было невероятно трудно, а потому приходилось делать перерывы. Пандар же порталы ненавидел в принципе и не преминул напомнить Шало, что кораблем вышло бы почти столько же. Но корабли уже ненавидел бета, а потому пришлось идти на компромисс. И как Эдмунд выдержал цепь из десятка порталов?

Шало немного нервничал. Он не видел друга много лет, не знал, насколько сильно изменился Эдмунд, потому что письма - это одно, а живое общение - совсем другое. И, конечно же, там будет Чезаре. Бета все еще помнил пирата, который мучил его и Эдмунда, который почти вырезал их экипаж, а тех, кто выжил, продал в рабство. Умом Шало понимал, что Чезаре был не тем, кем казался, что Эдмунд не стал бы жить с тираном, но встречаться с ним не хотелось совершенно. Пандар же, будто видя состояние беты, ничего ему не говорил и никак не успокаивал, что тоже спокойствия не добавляло.

Дом Эдмунда оказался шикарнее, чем он сам описывал и чем представлял его Шало. Еще до поместья взору предстал ухоженный небольшой парк, который сейчас был покрыт опавшими листьями. Среди почти голых деревьев изредка попадались вечно зеленые растения, копыта коней хрустели по гравию, и этот звук вкупе с пейзажем несколько умиротворял бету. Подул ветер, и Шало немного поежился. Все-таки климат Дакара был ему куда привычнее. Пандару же, кажется, было все равно.

Он действительно было неприхотлив ни в еде, ни в одежде, ни в чем-либо еще. Он легко спал и на перине, и на жесткой циновке, мог молчать по два часа, а потом вдруг неожиданно поцеловать в губы, и если раньше Шало казалось это странным, а молчание и вовсе нервировало, то теперь он к этому привык. Они по-прежнему жили в разных комнатах, но спали в одной постели и ели вместе, Пандар сидел у Шало в кабинете и читал книги, пока бета работал или же занимался своими делами. Но бета не ощущал в этом какого-то отчуждения или холодности. Просто Пандар был таким, а Шало другим, но бете не приходилось сомневаться в чувствах этого мужчины, хотя он и ни разу не сказал Шало три заветных слова. Впрочем, как и бета ему. Были ли они оба к этому не готовы, не выдался ли удачный момент или что-то еще, Шало старался об этом не думать и уж тем более не докучать вопросами Пандару. Он понимал, что тому тяжело расстаться со своими привычками одиночки, и терпеливо ждал.

Они подъехали к главному входу, в тот же момент открылись двери и на мраморных ступенях показался Эдмунд.

Друг светился от счастья. Замужество ничуть его не испортило, на лице не было ни морщинки, ни складочки, ни следа печали. За его спиной стоял Чезаре. Кажется, что он стал еще больше, еще массивнее, и на его фоне Эдмунд был еще более хрупким. Но вопреки воспоминаниям, фигура альфы не выражала агрессии, черты лица стали казаться мягче и взгляд несколько потеплел.

Пандар молча спешился и прежде, чем Шало успел что-то сказать, вдруг ухватил бету за талию и снял с коня. Шало ничего не сказал, не подал вида, что удивлен, когда мужчина положил ему руку на талию. Зато был удивлен Эдмунд. Чезаре даже не мигнул, а вот у омеги от шока смешно расширились глаза и вытянулось лицо.

- Добро пожаловать, - широко улыбнулся омега, совладав с эмоциями. Он обнял Шало и, помедлив мгновение, обнял и Пандара тоже, который все еще не снял капюшон. Мужчина неловко обнял омегу одной рукой, Чезаре так и не двинулся с места, только глазами улыбался. - Ну как? Какие новости? Как добрались?

- Синеглазка, - подал голос его муж, - может, ты пропустишь людей в дом?

- Да, конечно, - Эдмунд посторонился, и вся компания зашла в холл.

- Добрались нормально, - начал Шало, отдавая плащ слуге. - Я не думал что в Валлирии сейчас так холодно. Если бы не Пандар, окоченел бы уже.

Чезаре усмехнулся, и бета понял, что сказал. Внутри начала подниматься волна смущения, но он подавил ее, не желая демонстрировать пылающее лицо и шею. Пандар же не смутился ни капли. Он развязал тесемки плаща и скинул его. Вот тут вытянулось лицо у Чезаре. Он смотрел на друга как в первый раз, смешно открывая рот как рыба, выброшенная на берег.

- Как..? - только выдохнул мужчина, подойдя ближе. - Это же…

- Невозможно? - хмыкнул Пандар. Он снял перчатки и коснулся руки друга. - Это кожа, Чезаре. Но можно и так, - тут альфа покрылся чешуей с ног до головы, предусмотрительно убрав руку. Затем снова принял человеческий облик. - Клянусь, что все расскажу, если ты нас накормишь.

- Да, разумеется, - отмер Эдмунд, который в немом удивлении все еще смотрел на Пандара. - Пойдемте в столовую. Сразу предупреждаю, что у нас есть около часа, потому что Демиен неусидчив и надолго Айви не хватит. А Росс спит под присмотром Милы. Так что надо воспользоваться возможностью.

- Тогда лучше поторопиться, - улыбнулся Шало.

_ _ *

Никакой неловкости за ужином не было, хотя этого опасался Шало. Чезаре вел себя как радушный хозяин, не отпускал никаких намеков и шуточек, оказалось, что этот человек не был лишен чувства юмора, хотя и своеобразного. В общем, если бы бете удалось забыть, что этот человек держал его в плену несколько недель, то Чезаре мог бы ему понравиться. Наверное. Альфа предпочитал не встречаться с Шало глазами и мало разговаривал конкретно с ним, за что бета был ему почти благодарен. В конце концов, все его внимание забирал Эдмунд и Пандар, который сидел рядом и иногда незаметно сжимал его колено под столом. Это заставляло Шало поглядывать на него, надеясь, что ни Эдмунд, ни его муж ничего не видят.

Как и предрекал Эдмунд, где-то через час в столовую влетел смешной мальчуган, который тут же запросился к Чезаре на колени. Следом за ним торопливо вошла смутно знакомая девушка, которая несколько оцепенела при виде гостей.

- Простите, я не угналась, - пробормотала она, остановившись по середине комнаты.

- Все нормально, - махнул рукой Чезаре, пересадив сына поудобнее. - Пускай здесь посидит.

Мальчуган завозился, начал что-то лепетать на своем, Чезаре не обращал на это внимания, продолжая есть одной рукой и удерживать ребенка другой. И то, и другое удавалось ему без усилий, становилось понятно, что происходящее было делом привычным. Пандар это поразило. Даже он не мог представить друга с детьми. Все-таки любовь - самая удивительная и непредсказуемая вещь на свете.

Эдмунд с Шало продолжали говорить, Пандар с Чезаре встретились глазами.

- Эдмунд, возьмешь Демиена? - спросил альфа. Омега послушно протянул руки.

- Отправляетесь нас обсуждать? - усмехнулся Шало, глянув на Пандара.

- Естественно. Вы же центр нашей жизни, - усмехнулся мужчина, и у беты что-то екнуло в животе. Слова не были шуткой. Это поняли все. Чезаре с Эдмундом переглянулись.

- Тогда идите, пока мы не передумали, - улыбнулся омега.

Он дождался, пока дверь за мужчинами закроется, а затем заговорщически прошептал:

- Теперь давай разговаривать нормально.

И Шало расхохотался. Впервые за последние три года ему было так хорошо и спокойно. Он вдруг почувствовал себя… дома.

_ _ *

- Вот как, - пробормотал Чезаре, дослушав рассказ Пандара о том, как он обрел свою человеческую форму.

- И это все, что ты можешь сказать? - усмехнулся его друг.

- Не упрекай меня в косноязычии. Раньше ты и сам был неразговорчив, - улыбнулся Чезаре краем губ. Он снова немного помолчал. - Ты изменился.

- Конечно, ведь теперь я не пугаю людей своим видом. Ну почти.

- Ты прекрасно понимаешь, что говорил я не о чешуе, - негромко проронил мужчина. - Я так понимаю, что вы с бетой теперь вместе?

- Если это можно так назвать, - пожал плечами Пандар. - Шало не может принадлежать только мне, он король целого государства. И однажды, я вынужден буду делить его с его мужем. С его ребенком.

- И тебя это не отталкивает?

- У меня нет выхода. Все зашло слишком далеко, и он слишком мне дорог, чтоб я мог отказаться от него. От нас.

- Должно быть это больно, - понимающе заметил Чезаре.

- Да, - неожиданно улыбнулся Пандар. - Любовь с привкусом боли. Но любви больше. До Шало я не знал, что можно жить так, Чезаре. Так непредсказуемо, ярко, так…

- Полно, - закончил за него мужчина, чуть кивнув головой. - Я тоже не знал. Значит, теперь ты обрел покой? Свое счастье?

- Выходит, что так. Мне нечего больше желать.

Чезаре широко улыбнулся. Наконец-то и история Пандара обрела свой финал.

_ _ *

Через две недели Шало и Пандар покинули Валлирию. На этот раз путь был проложен через моря, предстояло много дней провести на огромной посудине, и Пандар запасся травянистыми шариками для Шало. Бета стоял на корме и смотрел, как удаляются берега чужой страны. Глубокая складка грусти легла на его лоб.

- Вы всегда можете увидеться снова, - негромко произнес Пандар, обняв бету со спины. Тот доверчиво привалился к нему спиной. На корабле их никто не знал, все думали, что они обычные путники, а потому можно было ничего не опасаться.

- Я понимаю, - тихо ответил Шало. Альфа зарылся носом в его волосы и легко поцеловал в прохладную шею. Они постояли еще немного, а затем мужчина увлек бету вниз, в каюту. На палубе было холодно, да и Шало пора было отвлечь.

В каюте было довольно тепло, можно было снять плащ и остаться в рубашке из тонкой шерсти. Шало забрался под толстое одеяло прямо в одежде и блаженно вздохнул. Все-таки солнце и жара был ему больше по душе, чем снег, опавшие листья и холодный ветер. Это нагоняло на него какую-то тоску. Пандар сел рядом, и бета ласково ему улыбнулся.

- Теперь я окончательно убедился, что Эдмунд до безобразия счастлив с Чезаре, - вдруг сказал Шало.

- А он изменился рядом с ним и ради него. Я счастлив за них обоих, - ответил Пандар. Он видел, что Шало хочет что-то сказать, но почему-то молчит. Бета часто так делал, до конца не привыкнув, что альфе можно говорить совершенно все. Но и он ему души до конца не открывал.

- Знаешь, я наблюдал за тем, как они общаются, - проронил Пандар. Он взял руку Шало и поднес к губам. Горячее дыхание стало согревать озябшие пальцы, - и понял, что хотел бы, чтоб мы были похожи на них. Только вот… - мужчина странно запнулся, - я понял, что никогда не говорил тебе самого важного. Я вообще неразговорчив, как ты уже понял, - Пандар замолчал. Он видел, как Шало замер. - Бездна, прости, я просто… никому этого не говорил. Сейчас…

- Я все понял, - срывающимся шепотом произнес бета. - Я…

- Тшшш, - улыбнулся Пандар, поцеловав ладонь Шало. - Куда ты все время торопишься?

- Не знаю, - выдохнул бета. - Прости.

- В Бездну все, Шало. Это неважно. Мне плевать, что ты король, что я буду всегда делить тебя с целым народом, что однажды ты женишься, это все меркнет перед тем, что я люблю тебя. Никогда не говорил этого никому. И никогда не любил. Но я люблю тебя. И только это имеет и будет иметь хоть какое-то значение. О нет, Шало, только не плачь, - предостерег Пандар, обнимая бету.

- Даже не собирался, - буркнул он альфе куда-то в плечо. - Это пыль в глаза попала.

- Сразу в оба?

Шало несильно ударил мужчину по плечу.

- Мы научимся быть как они, - тихо сказал бета. - Научимся доверять друг другу до конца и чувствовать друг друга спиной. И тогда..

- Шало, - тихо и очень ласково прервал его Пандар, отстраняясь, - помолчи, - он взял его лицо в свои ладони. - Я не тороплю тебя. И не жду ответа сейчас. В конце концов, я старше и мне сказать это легче. Все в порядке.

Бета прикрыл глаза и со всей нежностью, на которую вообще был способен поцеловал сидящего напротив мужчину. Пандар все понимал, и чувствовал Шало кожей. И пускай бета сейчас не смог сказать, что любит, сдать последний барьер, но мужчина знал, нет, чувствовал, что это так. Он подождет его. Он ждал его всю жизнь, так что изменят несколько недель? Главное, что он сейчас сидит здесь, рядом, позволяет трогать себя, целовать, сжимать, сцеловывать одинокую слезинку с прохладной щеки. Он здесь. Они здесь.

И остальное неважно.

Читайте больше книг на сайте онлайн-библиотеки mir-knigi.org